Книга: Впотьмах - Александр Куприн

Куприн создает атмосферу таинственности и внутреннего конфликта через яркие образы и символику. Каждое действие и мысль героев завораживают своей придающей особый смысл глубиной. Автор умело исследует природу любви и её неоднозначность, показывая, как внутренние страхи и сомнения могут затмить искренние чувства. «Впотьмах» — это не просто любовная история; это поэтический и глубокий анализ человеческой психики, который находит отклик в сердцах читателей и сегодня.

После долгих сомнений остановилась на нейтральной оценке, слог великолепен, но сюжет всё-таки кажется мне несколько примитивным. Да простит меня мастер!

Круговорот чувств от робкой мечтательной влюбленности до обжигающей страсти, самопожертвование и любовь, которая не знает пределов, границ, возраста, социального положения. Любовь, которая уничтожает, рушит, сжигает дотла, и любовь, которая воскрешает из небытия, вечная привязанность и желание быть вместе даже после смерти...

Начинающаяся история о немного наивной девушке, Зинаиде Павловне, которая едет устраиваться гувернанткой в дом к богатому предпринимателю, Сергею Григорьевичу Кашперову, навевает мысли о романах Джейн Остен. И надеешься отчего-то на благополучный финал этой повести. Тем более, что вагоне поезда она знакомится с приятным молодым человеком, инженером Александром Егоровичем Алариным, знакомство многообещающее (в глазах такой мечтательной девушки все выглядит несколько в ином, романтическом, свете).

Знакомство же с будущим работодателем, Кашперовым, иного свойства. Уверенный в себе, 45-летний мужчина, красивый и статный, прямолинеен в отношении женского пола, он знает, что нравится женщинам, эта его грубость, сила, прямота не по нутру такой неопытной девушке, как Зинаида.

-- Не верьте, Зинаида Павловна, тому, что я сейчас говорил. Это -- страсть... Здесь нет ни одного слова, которое бы принадлежало мне! Пожалейте же меня! Ведь вы -- женщина, у вас сердце доброе. Отчего же вы надо мной-то не хотите сжалиться? Если бы вы знали, как я люблю вас! Ах, да где же вам понять это! Это -- не любовь даже, это -- ад, это -- такая дьявольская мука, о которой вы, чистая, невинная, даже представления не можете иметь! Так слушайте, я вам все расскажу... Вы пели тогда... Поймите, этот мотив не оставляет меня... точно кто выжег его огнем в моей памяти... И ночью, и днем, и за работой мне мерещится ваш голос... Если бы вы не избегали меня, если бы хотя даже просто оставались ко мне совершенно равнодушны, ничего и не случилось бы! Но я увидел одно только отвращение. Да, я был противен вам. И началось... И чем больше вы боитесь меня, чем гаже я для вас становлюсь, тем...

Но как же обманчивы порой наши представления о людях...Как часто заблуждаемся мы, приняв первое впечатление о человеке за единственно верное, сколь сильны в нас подчас глупые предубеждения - ведь человеку свойственно меняться. А кроме того, своей холодностью и каким-то показным равнодушием часто отталкиваем людей, а некоторых. наоборот, притягиваем сильнее...И это не всегда счастье...

Нет в этой так трагически окончившейся книге счастливого конца, нельзя изменить ни строчки в судьбе, написанной задолго до нашего рождения. Нет в книге и правых, и виноватых: разве можно винить случай или же судьбу, глупо сетовать на свои поступки или действия другого.

По-моему, трагический финал был словно предначертан: не везло Зинаиде Павловне в любви. И сложно сказать, что именно ее погубило: холодный лед Аларина (хотя он ведь ей ничего и не обещал и даже намеком не показал своих чувств, все она придумала себе сама) или же обжигающий огонь Кашперова (вот он, наоборот. показал чересчур много, возможно, действуй он помягче, она бы в него и влюбилась. Сама...)

Красивое произведение, тяжелое, грустное, но какое же наслаждение словом (метафоры и язык Куприна, как всегда великолепны) и образами героев. Сколько в нем чувственности и правды жизни, оттого, может, оно и вышло столь горьким...

-- Здесь немного более, чем вам нужно. Только, пожалуйста, не благодарите... Но он не успел еще сознательно насладиться торжеством этой грубой мести, как произошло что-то совсем необыкновенное. Зинаида Павловна вдруг вся неестественно перегнулась, порывисто упала с кресла на колени, и в то же мгновение Кашперов ощутил на своей правой руке горячее прикосновение ее губ. Густая краска стыда залила лицо Сергея Григорьевича, -- он сразу понял и перечувствовал на себе всю гнусную жестокость, всю неуместность своего озлобленного издевательства и, весь охваченный порывом безграничного раскаяния, повалился на диван лицом, крепко охватив руками голову. Все его могучее тело сначала только тряслось и вздрагивало; потом он не в силах был сдерживаться, и Зинаида Павловна услышала громкие судорожные рыдания, вырвавшиеся из его груди. -- Простите... Простите меня... -- задыхаясь и захлебываясь, воскликнул Кашперов, -- дорогая моя! Я точно палач, точно убийца... Как я мог?.. Вы... святая... святая... Она ничего не могла понять и растерянно глядела то на него, то на колоду карт.-- Я вас обманул! -- продолжал сквозь рыдания Кашперов, -- обманул так пошло, так бессмысленно... Простите ли вы меня? Если слезы всегда способны вызывать сочувствие, то слезы крепкого, сильного мужчины производят положительно потрясающее впечатление.

Что-то бунинско-тургеневское просвечивает в тексте книги, сюжете, извечная тема русской классики: жертвование собой - вот только во имя чего? Жертва сродни Сонечкиной из бессмертного романа Достоевского, только в том случае жертва была еще хоть как-то оправдана, то у Куприна все гораздо жестче и прозаичнее...

Да и заглавие "Впотьмах" отнюдь не случайно. Это не только про момент, когда Кашперов понял, что влюбился - безнадежно и бесповоротно - "впотьмах" - это же и про потемки человеческой души, непонятной и оттого непостижимо загадочной...