Текст книги "Вождь викингов"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vozhd-vikingov-76988.jpg)
Автор книги: Александр Мазин
Жанр: Попаданцы, Фантастика
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава восьмая
Путь на север
Итак, мы отплываем в Норвегию. Трюм загружен припасами, на палубе не то чтобы тесно, но плотненько. Ивар за слова ответил. К условленному сроку Гримар Короткая Шея въехал в ворота моей усадьбы. С Гримаром пришли пятнадцать матерых хускарлов. Привезли телегу с хавчиком и увесистый мешок с серебром на расходы. Серебро Гримар торжественно вручил мне. Я – главный.
Ночевала «группа усиления» на открытом воздухе – люди привычные. Что характерно: на Гудрун Короткая Шея даже не глянул. Как отрезало. Знал бы, не стал сдирать с него двадцать пять марок. Сумма, блин, серьезная. Без малого шесть кило серебра. Ладно, в хозяйстве пригодится. Как раз на постройку дома хватит. Хотелось бы, конечно, самому присмотреть. Чтоб всё правильно и в нужных местах. Но уповаю на Пэррика. Он должен постараться. Хотя бы из благодарности. Пальцы на ногах у него, естественно, не отросли, но всё остальное вылечили. Кушает с общего стола, любимым делом заниматься дали. Что еще человеку нужно? Разве что – жену. Мужик оказался куда моложе, чем я думал поначалу. Еще и сороковника нет. Жену я ему тоже обещал, если доволен останусь. Очень мне хочется дом с камином и полами деревянными. Доски, ясное дело, недешевые. Пилорамы еще не скоро изобретут, но ради себя, любимого, скупиться не будем.
Прощальная страстная ночь с Гудрун. Клятвенное обещание вернуться. С добычей, естественно. Хотя, должен отметить, «корыстолюбие» моей девочки существенно уменьшилось. Не то чтобы совсем на «нет» сошло – подаркам по-прежнему рада, но без алчности. Будущее обеспечено. Одних носимых драгоценностей – килограмма три. А это только малая толика. Основная масса сокровищ поделена на три часть. Часть добытых ценностей передана мною Рунгерд – для оборота. И если что со мной случится (профессия викинга – в группе риска) – чтоб им с маленьким Хельги было на суп с мясом. Часть спрятана дома, в потайном чулане. И еще целый сундук с драгметаллами зарыт в укромном месте, о котором знаем только мы с Гудрун да Медвежонок. Это «резервный» фонд, и замаскировали его знатно: даже деревце сверху посадили.
Кнорр загружался под руководством Ове. Я наблюдал. Пригодится. Просмоленные ящики с общим оружием, «долгоживущая» еда, куча всяких запасов и приблуд для экстренного ремонта судна, если таковой понадобится. Родичи моих недорослей привезли «сухпайки»: кто сколько мог. Халявщиков здесь нет. Вихорёк, к примеру, деньгами в казну внес, поскольку фермы своей у него не имелось. Солидно так внес: золотой монетой. И все видели. В том числе и недоросли, которые, спорить готов, золота отродясь в руках не держали. Уважуха. Монету ему, правда, я дал. Надо ж сынка приемного поддержать.
Скиди приехал последним, когда погрузка уже была закончена. С дядькой приехал, Хедином Полбочки, и французской баронессой, женушкой своей. Беременность малышке Орабель пошла на пользу. А может – любовь. Любовь, она любую женщину делает прекрасной. Скиди ее с седла снял бережно, обнял, шепнул что-то на ухо и ловко взбежал по сходням. Все его имущество было собрано и упаковано заранее.
И мы отдали якорь.
Плыть нам предстояло не так чтобы очень далеко (в сравнении с нашим прошлогодним походом) и практически строго на север.
Ове сразу взял курс в открытое море. Не потому, что мы боялись прибрежных разбойников (с таким отрядом пусть они нас боятся), а просто так – короче. Заблудиться Ове не опасался. У него был красивый бронзовый диск с разными отметками, в который вставлялся стержень. Тень от него давала Ове Толстому полное представление о направлении. Ночью той же цели служила Полярная звезда.
– А если туман? – спросил я.
– У меня есть солнечный камень, – ответил Ове.
Я сразу вспомнил кристалл, которым когда-то хвастался мой брат по палубе Ульфхам Треска.
– Покажешь, как им пользоваться? – поинтересовался я.
– Не сейчас. Когда тучи будут.
А погода между тем была прекрасная. Я скинул рубаху, с удовольствием подставив организм солнышку.
У скандинавов загорать не принято, так что Иваровы хирдманы на меня косились. Те, что не гребли. Ну да, несмотря на попутный ветерок, весла тоже не сушились. На моем кнорре пять пар весел. Это десять румов. А нас, гребцов (Ове – не в счет), тридцать четыре штуки. Я и сам верчу весло, когда очередь приходит. А молодежи моей – самое то: мышцу накачивать. И остальным – тоже в охотку. Не на галере, чай.
– Чувствуешь разницу? – негромко спросил я Дикона, подойдя к его руму.
Дикон перестал петь – все гребцы напевали негромко, в такт, для общего ритма.
– Ты о чем?
– Лучше, говорю, без цепей?
– Зачем напоминаешь? – буркнул Дикон, откинулся на скамье, мощно двигая весло. – Я и без того жизнь за тебя отдам.
– Прости! – повинился я. Да, бестактно получилось. – Сменить тебя?
– Слышь, хёвдинг, отойди, не мешай. Дыхание сбиваешь.
И я отошел. Уселся на канат, но сидеть было скучно, потому я слазал в трюм, где вытащил из ящика три тренировочных меча из плохого железа и кликнул свободных от гребли Скиди и Вихорька.
Через минуту мы развлекали народ поединком «два к одному». Молодые – в полной броне, я – полуголый, зато в новом, еще не опробованном шлеме с закрывающей лицо кольчужной сеткой. Не потому, что боялся попадания по голове. Хотелось понять, как в нем дышится.
Дышалось терпимо.
Глава девятая,
в которой герой убеждается в том, что конунг в Норвегии – это совсем не то, что аналогичная должность в Дании
Первое, что я выяснил, оказавшись в Вестфольде: папа Эйвинда не был настоящим вестфольдским конунгом. Мне стало понятно, почему Ивар относился к нему пренебрежительно. Не конунг, а одно название. Настоящим правителем Вестфольда был человек совсем другого уровня: Хальфдан Черный[14]14
Я скептически отношусь к саге о Хальфдане Черном, поскольку косяков в ней – море, но более внятного источника у меня нет, потому – вынужден.
[Закрыть]. Инглинг. То есть из самых благородных. И ему принадлежал не только Вестфольд, но и некий Агдир, доставшийся ему от матери. Всё это поведал мне Харальд Щит, когда мы сели перекусить. Найти его оказалось непросто: территория Вестфольда расползлась по западному берегу фьорда[15]15
Для тех, кто хочет географической привязки, это нынешний фьорд Осло.
[Закрыть].
Разок нас попытались ограбить, но наше воинство встало вдоль борта в полном боевом, и пираты предпочли не связываться. Дважды, подняв белый щит, мы приставали к берегу у небольших поселков, спрашивая, как нам отыскать владения Харальда-конунга. Один раз нам ответили, что не знают такого, зато продали свежих овощей и пива, в другой раз дали вполне внятный ответ, и мы направились по адресу.
Харальда-конунга дома не оказалось. Вместе со старшим сыном он отправился в вик. Однако в селении, довольно-таки большом, надо отметить, с приличными пашнями, не говоря уже о пастбищах, оказалась пара бойцов, которые меня опознали. Дело нетрудное: лицо мое для викинга нетипично.
Опознав, приняли как родных. Накормили от пуза, напоили, заставили повторить, как умирал Эйвинд. Матери покойника не было в живых, но были две его сестры и куча других родичей. Я рассказал. С купюрами, естественно. Чуток приукрасил, не без этого. Пусть о нем хорошая память останется. Упомянул и о том, что Эйвинд «завещал» мне свою невесту, и я честно выполнил его завет.
Бойцы, которые пришли с Эйвиндом на Сёлунд, догадывались, что не всё так просто. Но, после того как я поджег погребальный костер Эйвинда, после того как мы прошли вместе полмира… Конечно, они не стали мне возражать.
В заключение мы все попели песни и отправились спать.
Душевно получилось. Мне даже подогнали девчушку – для согрева постели. Я отправил ее к Свартхёвди. Не так уж долог наш поход, а меня ждет Гудрун.
На следующий день я приступил к расспросам… С нулевым результатом. То есть грабить Англию, вернее, ее провинцию Нортумбрию местные ходили пару раз. Более того, именно туда и отправились нынче папа Харальд с сыном. И с ними – все знатоки вопроса, способные держать оружие. Неспособный – остался. Пожилой норег без левой ноги. Он охотно попотчевал меня байками о том, как свирепы тамошние жители, как их много и как они отменно вооружены. Ах, какие герои они, вестфолдинги, что ходят их грабить!
Ничего внятного: ни явок, ни паролей, ни полезных наводок. Сначала я подумал, что калека хитрит – не хочет выдавать рыбные места. Но потом догадался, что он – просто дурак. Наш Стюрмир в сравнении с ним – кладезь интеллекта.
Но была и радостная новость. Харальд Щит не ушел в вик с папой Харальдом. Он вообще перешел в другую команду. Переехал поближе к главной резиденции Хальфдана-конунга и открыл там какой-то бизнес. Почему там, да потому, что там, типа, столица. И рынок. И вообще жизнь кипит, то есть для человека с деньгами – самое то. А деньги у Щита после Большого Рагнарова Похода скопились изрядные.
На прощание нас загрузили продуктами сельского хозяйства: сыром, овощами, лепехами и даже кувшинчиком меда, а мы отдарились двумя серебряными фибулами – хозяйским дочерям.
И пошли мы, сытые и обнадеженные, вдоль берега, распугивая рыбачьи лодки и сияя белым щитом на мачте. Чтоб кто чего не подумал.
Да, разница между резиденциями двух конунгов была разительная. Сам Хальфдан-конунг проживал в здоровенном поместье рядом с морем. Здесь же было множество корабельных сараев, и еще больше плавсредств военной направленности сохло на берегу.
Однако мы прошли дальше, туда, где теснились суда не военного, а смешанного назначения. Вроде нашего.
Все козырные места у берега оказались заняты. Впрочем, мы были не одиноки. На рейде стояло еще с десяток судов. Пришлось отдать якорь метрах в пятидесяти от берега и загрузиться в лодку. Но даже лодке с трудом удалось протиснуться к земле.
Вечная проблема фьордов: берег длинный, а причалить некуда.
Высадились.
Лодка тут же отправилась обратно – за следующей партией. На кнорре я решил оставить пятерых: Олава Толстого и четверку Иваровых хирдманов.
Лодка еще не преодолела половины расстояния до кнорра, как к нам подошли трое. Воины.
– Кто такие? – рявкнул их старший еще издали.
– Ульф-хёвдинг из Сёлунда, – спокойно ответил я, жестом придержав Стюрмира, собравшегося выдать что-то язвительное.
Вестфолдинги подошли. Старший, крепыш с остриженной бородой и волосами (если у них такая мода, то мне она по нраву), проехался по мне взглядом. Потом еще разок. Ну да, посмотреть было на что. Один мой меч стоил больше, чем все вооружение и его, и парочки за его спиной в совокупности. Бедновато, однако, живут в Вестфольде. На крепыше даже не пластинчатый доспех, а примитивный железный нагрудник. И меч, готов поспорить, нелучшей ковки, а шлем вообще без ума сделан: заклепки не утоплены заподлицо, а торчат здоровенными шишками. Зацепит такую топор или меч – пиши пропало. А на спутниках старшего вообще какие-то ватники с пришитыми полосками железа.
Понятно, почему он взирает на нашу четверку: Свартхёвди, Гримара, Стюрмира и меня – как на музейные экспонаты.
– Назовись! – рыкнул Медвежонок. Вестфолдинг напыжился…
Но увидел рисунки на лапах Свартхёвди… И сдулся.
Надо полагать, берсерков метят одинаково во всей Скандинавии и смысл вытатуированных медвежьих лап везде одинаков. Парень был на своей земле и наверняка являлся представителем Власти, но берсерк… Хрен его знает, что за коктейль у такого в голове забодяжится. Башню снесет – и порубит всех на хрен, невзирая на последствия.
– Кнут, сын Сигвирда! Человек Харальда-конунга! – с нажимом на последнюю фразу.
Типа, тронете – ответите. Да ты никак в штаны наложил, Кнут Сигвирдсон. Да и спутники твои… По рожами видно: охотно дернули бы за подкреплением. – С какой целью прибыл, Ульф-хёвдинг?
– Покупать, – благодушно ответил я. – А еще я ищу друга. Зовут – Харальд Щит. Знаешь такого, Кнут Сигвирдсон?
– Ясное дело, знаю, – крепыш чуток расслабился. – Продавать что – будете?
– Только покупать.
– Тогда с тебя… – Крепыш задумался. Хотелось содрать побольше, учитывая нашу респектабельность, с другой стороны, стоит раз глянуть на троицу за моей спиной, и становится ясно, что за прикид наш плачено не серебром, а железом. Это настораживает.
– Два «плавленых эйрира»[16]16
Эйрир – крупная серебряная монета. Примерно восьмая часть марки, то есть граммов на тридцать. Впрочем, ее покупательная способность определялась не только весом, но и составом. Плавленый эйрир – это монета из хорошего «плавленого» серебра, а вот эйрир «бледный» – из вторсырья, он подешевле.
[Закрыть].
А рожа не треснет? Четверть марки серебром.
– За что? – поинтересовался я.
Оказалось, за «парковку».
– Туда глянь, – предложил Кнуту Медвежонок, указывая на наш кнорр, от которого как раз отчалила лодка с новой порцией головорезов. – Найди нам место у берега, и получишь пять серебрушек.
Под серебрушками подразумевались арабские дирхемы, имевшие хождение и в Европе, и в Скандинавии. Одна марка тянула где-то на семьдесят монет. То есть Медвежонок скинул цену раза в три с половиной.
– Десять! – мгновенно отреагировал Кнут.
Как выяснилось позже, это были серьезные деньги, по местным меркам: овцу можно купить. Но по ценнику Роскилле сумма была плевая. Для таких, как мы.
– Найди нам место у берега – и деньги твои, – сказал я, опасаясь что Медвежонок ввяжется в торговлю, и мы тут еще полчаса проваландаемся.
– Найди им место! – велел Кнут одному из помощников, и тот рысцой припустил вдоль берега. Наверняка сгонит кого-то в море, но нам какое дело? Хотя идею надо запомнить: если негде причалить, выбираешь кого-нибудь победнее – и место появляется.
Выгрузилась вторая партия: четверка Иваровых хирдманов. Кнут впечатлился еще больше.
– Я сообщу конунгу о тебе, Ульф-хёвдинг!
– Сообщи, – разрешил я.
Правильное, кстати, решение. Пусть мы пришли не на драккаре, а на кнорре, но, кто знает, сколько там еще осталось таких головорезов? И лишь Один знает, с какой целью мы прибыли и что собираемся покупать. Может, кровь Хальфдана Черного?
– Хавур, – сказал я парню, собравшемуся грести к кнорру, – скажи Ове, что нам сейчас расчистят место у берега. Как причалит, пусть отдаст десять дирхемов вот ему, – кивок на стражника, – а тебя, Кнут, я попрошу, раз уж ты знаешь моего друга Харальда Щита, объяснить, как его найти.
– Гисле вас проводит, – пообещал крепыш. – Он знает.
– Харальда Щита у нас все знают, – сообщил Гисле, высокий и худой парень, на котором обшитая железом куртка висела, как на вешалке. – Пойдем?
– Подождем, – сказал я. – Еще не все собрались.
На то, чтобы переправить всех, кого надо, потребовалось восемь ходок и около получаса. Наконец все в сборе и можно отправляться.
Я был в Хедебю и представлял себе, что такое скандинавский торговый центр. Здесь всё было намного скромнее, чем в стольном граде главного датского конунга.
Но в целом – знакомо. Те же длинные дома, может чуть глубже закопанные в землю, чем у нас, те же пристройки вокруг и крепкие изгороди. И рынок, само собой.
Цены приятно удивили. Раза в два меньше, чем в Роскилле.
Я поделился своей мыслью с Медвежонком, но вмешался услышавший меня Гримар:
– Это вы, сёлундцы, просто зажрались. На золоте едите, серебром гадите.
– Ты теперь тоже сёлундец, – напомнил Свартхёвди. – Когда будешь гадить серебром, не забудь подставить кошель.
Местные уступали нам дорогу. Даже воины. Уж больно вид у нас был грозный. Некоторые, впрочем, останавливались и глядели нам вслед. Недобро. Я не боялся. Конечно, против Хальфдана Черного и его войска мы – ничто, но за нами вся мощь Рагнара с сыновьями. На хрена здешнему конунгу проблемы? – Мы пришли, – сообщил жердяй Гисле.
О как! Неплохо устроился мой друг Харальд. Домина – как у ярла, сараев вокруг – штук десять, а забора вообще нет. Так, оградка метра в полтора. И через нее видно, что жизнь на подворье кипит. И слышно как в домишке, который наверняка кузня, звонко лупит молот. А это идея, кстати. Не купить ли мне кузнеца? И железо заодно. Железо, кстати, будет вполне уместно. Пока мы шли сюда, угодили в небольшой шторм, и растрясло нас порядочно. Будучи матерым морским волком, я уже не пугался волн, но вот Ове жутко ругался, заявляя, что, будь у нас побольше осадка, было бы легче. Будет ему осадка.
Глава десятая,
в которой герой находит друга, который ему нужен, и специалиста, который нужен Ивару
– Ульф! Бангсибьорн![17]17
Медвежонок по-исландски. Есть мнение, что исландский наиболее близок к тому языку, на котором говорили в Скандинавии тысячу лет назад.
[Закрыть] Стюрмир! – Казалось, Харальд Щит готов обнять всех нас. Кто бы поверил, что пару лет назад мы были готовы убить друг друга? – Малыш Скиди! Да ты здоровяк! Эй! Пива всем! Заходите же во двор, в дом! Не бойтесь, места хватит – у меня просторно.
Так и есть, домина у Харальда знатный. Конунгу под стать. Не то что три десятка – полсотни за столами сядет.
А обслуга уже суетилась: снимала с креплений доски-койки и вставляла в пазы на центральных столбах, превращая в столы и скамьи вокруг огромной, холодной по летнему времени открытой печи.
Моя команда неторопливо, солидно занимала места: всё строго по обычаю. Оставил оружие на стойке, представился, принял чару, выпил – и за стол. Многие (и я в том числе) частично разоблачались, складывая рядом с собой боевое железо. Стол быстро заполнялся закусками: рыбкой разнообразной, вяленым мясом, ячменными лепешками, кувшинами с напитками, алкогольными и без.
Челюсти бойцов заработали. Ощущение складывалось: не ели они дня два минимум.
Со стороны Харальда за столом – всего пятеро. Он сам, двое сыновей-погодков десяти-одиннадцати лет, по местным меркам уже достаточно взрослых для общего стола, и немолодой мужик со свернутым носом в сопровождении своей копии, только лет на пятнадцать моложе и с носом прямым.
– Мой друг Гилди Нос На Сторону, – представил мужика Харальд Щит. – Тесть мой. А это сын его Фирст Рыба, отличный мореход. Если тебе нужен кормчий…
– Не отдам! – вмешался Нос На Сторону. – Нам самим хороший кормчий нужен!
– Глупости говоришь, Гилди! – воскликнул Харальд Щит. – Это же Ульф Черноголовый! Ему сам Рагнар со своей шеи золотую цепь подарил! Вот такой толщины! – обозначил Харальд, преувеличив размеры подарка раз в пять.
Но Свернутый Нос по-прежнему глядел на меня без симпатии.
– Будь у меня столько золота, я бы шкурой своей не рисковал.
Я его понимал. Сам бы так… Но положение обязывает. Да и скучно.
– Золота и славы много не бывает! – озвучил я популярную фразу.
– Так и есть! – поддержал Харальд. – Выпьем за это. За золото и славу!
Все охотно выпили. Со двора тянуло дымком и жарёнкой. Там готовили основные блюда.
– Золото можно и по-другому добыть, – проворчал Свернутый Нос, когда посуда опустела.
– То-то ты много добыл! – захохотал Харальд и хлопнул тестя по спине. Сразу стало ясно, кто тут главный. – Когда я его встретил, – Харальд повернулся ко мне, – Гилди в таких долгах был, что впору продать всё, что есть, – до штанов последних.
– Ты преувеличиваешь, Щит, – пробормотал Свернутый Нос. – Всего-то сто марок…
– Сто марок! Да добро твое и тридцати не стоило. Ты не смотри, Ульф, что сейчас всё здесь справное. Когда я во владение вошел, полная разруха была. Ну да я вложился, не скупясь. Еще и Хальфдану Черному поднес меч франкский, да жене его старшей застежку для плаща красивую. Тут-то он сразу так меня полюбил, что не пожалел два луга хороших и землю пахотную. Да я тебе всё покажу потом. В общем, обустроился я здесь и дочь Гилди второй женой взял. По бедности его свадьбу сам оплатил, ну да ничего. Зато ты теперь родич мой, Гилди! – Харальд обнял тестя так, что у того в плечах хрустнуло. – Любишь меня?
– Как же мне тебя не любить, если ты меня выручил, – промямлил Свернутый Нос, и я его понимал. Был ты в своем доме хозяином, а теперь – приживала. И всё же так лучше, чем вообще без дома.
– А к Фирсту ты присмотрись, Ульф-хёвдинг! – вернулся к прежней теме Харальд. – Как, Фирст, хочешь в вики ходить?
– Я бы не против, – осторожно ответил юноша и покосился на отца. Рожа у Свернутого Носа была кислая.
– Да согласится он, батюшка твой! – пробасил Харальд. – У кормчего по обычаю три доли.
– А как он с оружием? – поинтересовался я.
Паренек мне понравился. Скромный.
– Ульф! Ты не забыл, что я пятнадцать лет – в виках? Думаешь, не знаю, каков должен быть кормчий?
– Знать-то знаешь, да вдруг ты попросту брата жены своей к нам пристроить хочешь? – подал голос Медвежонок.
– Свартхёвди, что ты говоришь такое? – Харальд был на грани обиды. – Или я хочу, чтобы шурина моего убили? Не веришь – проверь!
– И проверю! – пообещал Медвежонок. – Вы, весфольдинги, до богатств такие жадные, что и жизнью заплатить готовы.
– А вы, сёлундцы, нет, что ли?
– Мы тоже, – согласился Свартхёвди. – Только вы-то своей, а мы – чужой!
– Скажи-ка, Фирст, есть ли у тебя солнечный камень? – вмешался я в перепалку.
Юноша покачал головой.
– У меня есть! – Тут же влез Харальд. – Я ему и раньше давал, и сейчас дам. Сказал же: он – отличный мореход. Видать, сам Ньёрд[18]18
Ньёрд – бог морей и ветров, а также плодородия. По происхождению он не ас (Один, Тор и прочие), а ван. Это другая разновидность сверхсуществ. После войны асов и ванов Ньёрд был взят в заложники в Асгард, где и прижился.
[Закрыть] его поцеловал в макушку. – Но я знаю только здешние воды и свейские, – тут же внес поправку Фирст. – И немного – те, что у берегов Англии и Нортумбрии.
Да неужели?
– А те – откуда?
– Ходил туда. Еще когда отец… До того как мы с Харальдом породнились.
А парень не только скромен, но еще и тактичен.
– Выходит, ты уже ходил в вики?
– Нет. Только торговать.
Вот как? Не знал, что скандинавы торгуют с англичанами. На месте последних я бы таких торговцев вешал на их собственных мачтах.
– А на землях английских ты бывал?
Фирст покачал головой.
– Нас не пускали дальше гавани. Даже с корабля сходить не разрешали.
– Когда-то у Гилди был свой кнорр, – влез Харальд. – Год назад он утопил его близ Нидароса. Со всем добром.
Да, Свернутому Носу следует посочувствовать. Уж не везет, так не везет.
– А что же Фирст? – поинтересовался я.
– Был бы за кормилом Фирст, был бы у Гилди кнорр.
Папа набычился, сын порозовел и наклонил голову, сделав вид, что изучает столешницу.
– Но всё – к лучшему, – резюмировал Харальд Щит. – Тогда бы у меня не было этого замечательного хозяйства, красивой жены и добрых родичей. Так выпьем же за это! За роды наши! За нас, за пращуров наших и потомков!
И мы выпили.
Что ж, можно считать, что мне повезло. Я нашел человека, который знает британские воды. Теперь осталось найти такого, что побывал на суше. Собственно, парочка таких у меня уже была: Уилл с Диконом, но с тех пор, как они покинули недружественные к ним родные земли, немало снега стаяло. Нужен носитель более свежей информации.
Тут принесли горячее, и разговор немедленно прервался, перейдя в хруст и чавканье.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?