Текст книги "Клан рубиновой крови"
![](/books_files/covers/thumbs_240/klan-rubinovoy-krovi-191064.jpg)
Автор книги: Александра Лисина
Жанр: Любовное фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
Анна Одувалова
Клан Рубиновой крови
© Одувалова Анна
© ИДДК
Пролог
Храм Всевидящего на вершине горы Флэсс, самой высокой на западном побережье, выглядел монументально и устрашающе, будто его создали сами боги. Острые шпили башен раздирали облака и почти дотягивались до изредка пролетающих по небу городов−крепостей, в которых жили представители Каменных кланов. Именно они правили с высоты всей Ринарской империей.
Сейчас небо было ярким и пустым, с редкими кудрявыми облаками. Лишь где−то далеко на горизонте виднелась алой каплей крови Рубиновая Цитадель. Она медленно плыла на север. Цитадели редко надолго оставались в одном месте. В основном курсировали над поверхностью земли. Говорят, так главам кланов лучше видно, что творится в их владениях. Я, правда, считала, что знати нет дела до того, что происходит в мире простых смертных. Грязную работу по отлову наделенных силой полукровок выполняли ассасины. Они, единственные из живущих в небе, не брезговали спускаться из городов−крепостей вниз, туда, где обитали обычные люди. Что говорить, мы и о представителях Каменных кланов знали лишь по ассасинам – безжалостным воинам с глазами‚ подобными драгоценным камням. Зеленым, словно изумруды у представителей Изумрудного клана, алым – у Рубинового и черным – у клана Обсидиана. Был еще Янтарный клан‚ Сапфировый и множество кланов помельче. Простые обыватели не занимались подсчетом.
Я вытерла пот со лба и с ужасом уставилась на толпу людей впереди. До храма тянулись несколько тысяч ступеней. Никто не мог сказать точно, сколько. И все их от подножия горы до самых хрустальных врат заполняли люди. Многие хотели задать Всевидящему вопрос – единственный в жизни, но самый важный. Тот, на который необходимо получить точный и правдивый ответ.
Я знала, до цели дойдут не все. Невыносимая жара и крутой подъем ежедневно уносили несколько десятков жизней больных, стариков, немощных. Признаться, я не понимала, зачем они, рискуя жизнью, идут туда, наверх под облака. Там же не раздают силу и здоровье. Ни один вопрос не стоит жизни. Даже мой.
Такая же плотная толпа спускалась по соседней лестнице вниз. Там очередь двигалась чуть быстрее и бодрее. В храм можно было войти лишь одному, следующий раз ворота открывались, только когда выходил предыдущий просящий. Иногда это происходило не быстро.
Я ни за что не пошла бы сюда, будь у меня выбор. Но я осталась одна. Мамы не стало, и я оказалась на улице (точнее‚ сначала в приюте, но оттуда очень быстро сбежала). Без дома, без возможности учиться, без средств. До страшного дня я не подозревала, как много в моей жизни завязано на маме. Сейчас единственный мой шанс не скатиться на самое дно – отыскать отца. Я знала, что не нужна ему. Я не хотела его денег, если они у него есть. Не покушалась на место в сердце или жилище, мне нужно просто снова стать частью системы. Не бездомной сиротой, которой место в приюте, а законопослушной студенткой колледжа. Той, у которой есть родители и дом. Это очень важно. И ради этого я проделала долгий путь, и ради этого я выдержу лестницу длиной в несколько тысяч ступеней.
Подъем был бесконечным, и время тянулось так долго, что хотелось взвыть. Я двигалась в потной и уставшей толпе, пытаясь сохранить за собой место. Меня жали в сторону, и приходилось выставлять острые локти, чтобы отвоевать право стоять здесь. Я умела быть сильной. Умела сражаться за жизнь. У нас с мамой случались разные времена. Иногда мы жили в районах‚ наполненных отребьем. Переезжали с места на место. Мама меняла работу, я – школы. Училась выживать, и только с виду казалась хрупкой. С фиолетовыми глазами и иссиня−черными волосами, невысокого роста, я выглядела беззащитной. Иногда это спасало. Вот и сейчас я просачивалась в людском потоке словно вода.
В хрустальные ворота прошмыгнула уже на закате, когда они почти закрылись. Поднырнула под рукой массивного мужика, который все равно не смог бы пролезть в узкую щель‚ и оказалась в прохладной тишине древнего храма.
Хотелось разрыдаться от облегчения, но я знала – это еще далеко не конец. Осталось самое важное, и только потом можно считать миссию выполненной. Я должна задать вопрос. И получить на него ответ. И лишь после этого будет понятно – напрасно или нет проделан долгий путь.
Храм был пустынен и безмолвен. Лишь в центре стоял огромный, оправленный в серебро кусок хрусталя.
Я медленно, стараясь ступать бесшумно по мраморному полу, подошла к хрусталю‚ прикоснулась к нему руками, чувствуя покалывающую кончики пальцев магию. Прозрачный камень стал теплым и начал немного светиться.
– Где мой отец? – тихо прошептала я. – Помоги найти его…
Приятное тепло стало обжигающим, и я едва не вскрикнула, так как ладони опалило. Хрусталь помутнел, а когда прояснился, я увидела прямо перед собой красивого беловолосого парня. Черные вразлет брови, аристократически−прямой нос и хищная улыбка на губах. Я не встречала раньше таких – лощеных, благородных. Парень вскинул на меня глаза, и я с ужасом заметила – радужка у них красная.
Незнакомец уставился на меня так, что я поняла – он видит. Верхняя губа приподнялась, словно он хотел зарычать, и обнажились белоснежные острые клыки, в одном из которых поблескивал рубин.
Я вскрикнула и оторвала руки от хрусталя, разрывая контакт. Полыхнуло жаром, закружилась голова. Парень за стеклом что−то шепнул, и я отключилась, упав на мраморный пол храма.
Глава 1
Догонялки с ассасином
Пришла в себя, судя по ощущениям, довольно быстро. Я все так же лежала на полу в храме‚ и вокруг ничего не изменилось. Высокие потолки с причудливым орнаментом, искусственное освещение, которое поддерживала какая−то магия, массивный хрусталь, сейчас полностью безжизненный, словно и не отражалось в нем ничего. Чистый пол, только холодный и жесткий. Затылком я приложилась знатно. Но ощущение неправильности происходящего и необъяснимого страха сжало горло.
Я присела и оглянулась по сторонам. Небо потемнело, но луна здесь, на вершине горы, из окон храма смотрелась такой большой, что было светло словно днем. Изменились только краски, и к пейзажу добавилась повисшая за окном, как никогда близко‚ Рубиновая Цитадель. Выглядела она устрашающе.
Я ни разу в жизни не видела ее с такого расстояния. Обычно Цитадель была лишь неровной точкой в небе, подобно летящей меж облаков птице. Я приподнялась на локтях, осторожно перевернулась и на коленях подползла чуть ближе, рассматривая красные каменные стены, остроконечные башни и высокие стрельчатые окна, во многих из которых горел свет. Целый город. Нереальный и красивый, некогда выдернутый из поверхности земли с куском горной породы.
«Что она тут делает?» – успела подумать я, пока не почувствовала спиной опасность. Умение реагировать на малейший признак беды есть у всех, кто жил в трущобах или неблагополучных районах. Я метнулась в сторону и с ужасом уставилась на арбалетный болт, со звоном влетевший в алтарь. Хрусталь тонко зазвенел, словно колокольчики у входа в лавку с пряностями, но не разбился. А я подобралась и кинулась бежать, надеясь, что в храме есть еще какой−то вход‚ кроме основного.
Не оборачивалась, хотя было интересно, кому я перешла дорогу, и кто тот смельчак, рискнувший устроить догонялки в храме Всевидящего. Это место считалось неприкосновенным. Еще один болт чиркнул над головой, и я пригнулась ниже. Там, за алтарем я обнаружила дверцу. Наверное, через нее ходили служители храма. Те, кто убирал тут после нашествия паломников. Если она окажется заперта, то, наверное, бесполезно бегать. Нужно будет смириться и умереть, но я не готова к этому.
Взгляд, брошенный через плечо, заставил испуганно вскрикнуть. За мной неторопливо шел ассасин. Его невозможно спутать с кем−то другим. Только они одни из представителей Каменных кланов могли спуститься из Цитадели и начать охоту. Да и одежда примечательная – у этого черный плащ с алой отделкой, показывавший принадлежность ассасина к Рубиновому клану.
«Зачем я понадобилась Каменным? Что пошло не так после того, как я заглянула в зеркало?» – мысли проносились в голове с бешеной скоростью в такт лихорадочно стучавшему сердцу. Я знала, что не спасусь. Более того, и мужчина это прекрасно понимал. Он видел, куда я направляюсь, и не спешил. Я была, словно мышь, попавшая в мышеловку – выйти нереально. Что может испуганная девчонка против смертоносного оружия Рубинового клана?
Мы кружили по залу: я – лихорадочно, он – с показной ленцой, даже не пытаясь ускориться. Кажется, его забавляла моя беготня, или он чего−то ждал. Приказа убить? Какого−то особого момента?
Я чувствовала, как по спине стекает холодная струйка пота. Ассасин отбросил арбалет. В руках мужчины мелькнула рубиновая сталь меча. Я отступила назад, понимая, до стены осталось всего пара шагов. На языке крутился вопрос: «За что?» Но я слышала, что члены кланов, даже если это всего лишь палачи, не опускались до разговоров с простыми смертными.
Я не выдержала, дернула за ручку двери и в истерике всхлипнула, когда она не поддалась, а ассасин сделал шаг вперед. Замахнулся, и я в инстинктивном порыве вскинула руки, защищая голову. Словно в ответ на мой страх и движение шевельнулся воздух, и мощный порыв ветра ударил в ассасина, заставив его в изумлении пошатнуться. По храму закрутился ураган, отшвырнул в сторону хрустальное зеркало, разбросал по полу полупрозрачные осколки. Но ассасин устоял, лишь посмотрел на меня удивленно и сделал шаг вперед сквозь бурю. Я зажмурилась, но смертельного удара почему−то не последовало. Черноволосый высокий мужчина, всю нижнюю часть лица которого закрывал шелковый платок, наклонился и, ухватив меня за подбородок, заставил посмотреть ему в глаза – рубиновая радужка начала расползаться, затягивая весь глаз блестящей чернильной пленкой. Мне казалось, будто я заглянула в лицо бездне. Чем дольше смотрела, тем сильнее кружилась голова. Я сопротивлялась, пытаясь удержать сознание, но не смогла и отключилась. Второй раз за короткое время.
Пришла в себя в совершенно незнакомом месте. В небольшой комнате с зашторенными окнами и узкой кроватью, на которой я лежала в по−прежнему пыльных дорожных штанах с десятком карманов и в потрепанной, давно выгоревшей блузке. Некогда она была небесно−голубой, но с годами стала почти белой, с неопрятным бежевым отливом. Мой рюкзак валялся тут же на полу, возле небольшого круглого коврика.
Последнее, что я помнила, черные, как бездна, глаза ассасина. Я не знала, чем его заинтересовала. Но понимала одно – этот интерес не приведет ни к чему хорошему. Те, кем интересовались представители кланов, обычно умирали. И меня хотели убить. Интересно, почему ассасин остановился в последнюю минуту и просто усыпил меня?
Неважно. Я подскочила с кровати, схватила рюкзак и кинулась бежать. Я не представляла, куда ведет дверь, и сколько мне придется плутать, пока я выберусь наружу, а вот окно точно выходило на улицу. Поэтому я, не раздумывая, кинулась к нему, раздернула шторы и уставилась на удивительно чистое голубое небо. Я никогда не видела таких ярких цветов. Распахнула створки и перевесилась через подоконник. Проблема была в том, что кроме неба я ничего не видела. Вверху оно было синее, чарующее, внизу – затянутое ватными облаками, которые отсюда казались плотными и материальными. Будто бы то место, где должна находиться земля, выстлали плотной ватой.
Под моим окном, расположенным на первом этаже, не было ничего – отвесная скала, переходившая в комья земли. Будто бы здание выдернули с корнем откуда−то. Похоже, я оказалась в Цитадели. Если судить по цвету кирпича, которым облицованы стены – в Рубиновой.
– Попытаешься прыгнуть? – в голосе, который позвучал за спиной, слышалось любопытство и насмешка. – Или зачатки мозга у тебя все же остались?
Я резко развернулась и увидела у себя за спиной, в дверях комнаты высокого худощавого мужчину. Руки сложены на груди, а безрукавка со шнуровкой дает возможность разглядеть рельефные бицепсы и широкие плечи воина. Мой посетитель хорошо сложен и явно много тренировался. Такие мускулы не даются просто так – они плод долгих и изнурительных занятий. Длинные черные волосы мужчины заплетены в косу – на мой взгляд, некрасиво и совсем непрактично, даже я свои стригла. Только за последний год они отрасли чуть ниже плеч и этим меня раздражали.
Взгляд его глаз непривычного и пугающего оттенка невольно притягивал. Ему было сложно сопротивляться, и я‚ сама того не желая, начала отвечать на вопрос.
– Не знаю… – честно отозвалась и слезла с подоконника. Сама себе объяснить не могла, это ответ на первую часть вопроса или на вторую. – Зачем я здесь?
– Пока еще не до конца понимаю, – безразлично ответил он, увлеченно меня разглядывая.
Не понимаю, что его привлекло – застиранная блузка или пыльные, растрепанные волосы?
– Но ты жива. Радуйся.
– Зачем я здесь? – я упрямо повторила вопрос. – Никому не интересная обычная девчонка, которая искала отца.
– Ну, видимо, не совсем обычная, – отозвался мужчина. – Но я не настроен разбираться. Моя задача чувствовать и искать того, кто может быть опасен для Цитадели.
– Убивать? – выплюнула я, желая оскорбить.
– Чаще всего.
Он не стал спорить и посмотрел на меня с хищным вызовом, словно приглашая поспорить на эту тему. Но я не стала. Его моральный облик сейчас меня мало заботил, собственная судьба волновала куда сильнее.
– Что со мной будет? – задала я, пожалуй, единственный важный сейчас вопрос. Ответа страшилась, но и оставаться в безвестности не хотелось.
– Не мне решать, – отозвался черноволосый и пожал плечами.
В его голосе не прозвучало ни единой интонации. И мне стало страшно. Выходит, то, что я осталась жива – ничего не значит. В любую секунду все может измениться. Чей−то приказ – и меня не станет.
– Ничего не понимаю. Зачем я тут? Ведь ассасинов интересуют только те, в ком есть кровь одного из кланов!
– Вот ты и ответила на свой вопрос‚ – сказал он и посмотрел на меня так внимательно и долго, что стало нехорошо.
Взгляд бездны вызывал панику, ладони становились холодными, а по спине пробегали мурашки. Интересно, ассасин делает это специально, или он от природы такой жуткий?
– Нет. – Я покачала головой и попятилась. – Такого не может быть! Это не про меня. Я никогда не пересекалась с представителями кланов.
– Ты? Допускаю, что нет. Чего не скажешь о твоей матери. – Мужчина сделал шаг мне навстречу, втягивая воздух ноздрями. – Я чувствую ее. Кровь. И в тебе не просто крупицы – добрая половина! Очень много, маленькая мышка. Слишком много для того, чтобы остаться незамеченной.
После этих слов он ушел и прикрыл за собой дверь. Запирать не стал. Я не услышала поворота ключа. Вот это он зря. То, что он сказал, перевернуло все внутри меня. Версия ассасина, какой бы неправдоподобной ни казалась, объясняла многое. И мои фиолетовые глаза – еще не рубиновые, но уже и не голубые. Мою живучесть и отменное здоровье. За все неблагополучное детство я ни разу серьезно не болела, и даже когда падала, как кошка приземлялась на ноги. Я просто считала себя везучей. Но, видимо, этому было другое объяснение. Вот почему мама панически боялась разговоров об отце. Вот почему мы постоянно бежали, и вот почему, едва прозвучал вопрос в храме Всевидящего, как меня тут же нашел ассасин.
Тот беловолосый из клана Рубиновой крови, кого я видела в зеркале… кто он? Для отца слишком молод. Он ведь тоже заметил меня. Столько вопросов!
Я знала, что бывает с полукровками. Их или убивали или… вот про «или» ходило столько слухов, что проверять на себе я их не хотела. Только вот оставался ли у меня выбор?
Единственное, что могла сделать – это попробовать бежать. Конечно, Рубиновая Цитадель летает среди облаков, и за моим окном обрыв, но я верила – выход есть. Как−то сами главы кланов перемещаются между летающими городами, а ассасины попадают вниз, на землю. Да и прислуживают в Цитаделях не представители чистой крови, а люди. Значит, путь есть, и его надо просто найти. Главное, не попасться раньше времени.
Ассасин так был уверен в том, что мне некуда деться, что даже не удосужился меня запереть. Я не стала медлить и кинулась обследовать свою комнату. Кровать узкая, с обычным матрасом и самым простым постельным бельем. Тумбочка пустая. Шкаф, в котором минимальный набор одежды – я взглянула на него мельком. И на первый взгляд ничего, что могло бы мне пригодиться. Ни ценностей, ни чего−то, хотя бы отдаленно напоминавшего оружие. Еды тоже не было. А она пришлась бы кстати, свои запасы я съела, еще пока поднималась по ступеням к храму, и уже с удовольствием что−нибудь бы сжевала.
Впрочем, я и не ожидала чего−то другого. Странно, если бы где−то здесь за дверью скрывался портал, ведущий на землю. Я даже не имела представления, существуют ли они на самом деле. Так, слышала разные слухи, что якобы есть в пространстве дыры, которые позволяют представителям Каменных кланов перемещаться между своими летающими Цитаделями и даже при желании спускаться на землю.
Сами представители кланов отрицали и говорили, что на поверхности земли не бывают, но… откуда же появляются такие, как я, полукровки?
Бежать удалось неожиданно проще, чем я себе представляла. В рюкзаке у меня лежала веревка с крюком−кошкой, доставшаяся в память о человеке, который мог бы стать моим другом, если бы судьба не развела наши дороги. Кошка не раз выручала меня в неприятных ситуациях.
Я снова высунулась в окно, подставив лицо ветру, и осмотрелась получше. То место, где я находилась, действительно, располагалось на самом краю обрыва – крайняя точка Рубиновой Цитадели. Дальше только небо. Но если присмотреться, то уходившая вниз неровная горная порода была изрезана узкими тропками, которые сложно различить на почти отвесной скале. Все же они находились где−то далеко под красным кирпичом стен Цитадели. Поэтому, первый раз бросив взгляд в окно, я их и не заметила. Они сливались в серо−графитовую массу горной породы.
Я не раз слышала рассказы о том, что Цитадели создали именно так. Самые могущественные маги Каменных кланов, призвав себе на помощь силу ветра, вырвали города−крепости из тела земли и заставили взмыть в облака. С тех пор Каменные Цитадели курсируют между облаками, а на земле, в тех местах, где они некогда стояли, образовались уродливые, похожие на гнойные раны кратеры, на дне которых плещется магма. Я даже не представляла, какой силой нужно обладать, чтобы сделать это. С тех пор в каждой Цитадели должны жить специально обученные маги−воздушники, с помощью их силы Цитадель продолжала парить над поверхностью земли. Но дар появлялся все реже, и больше всего главы Каменных кланов боялись, что однажды он совсем исчезнет, и их города снова упадут на землю. Наверное, это станет началом конца.
На земле представителей кланов почти боготворили, а боги, упавшие на землю, быстро потеряли бы свой статус. Именно опасаясь утратить свое божественное положение, кланы ревностно следили за тем, чтобы на земле не было полукровок. Они, обладавшие небольшой долей магии, могли рано или поздно составить им конкуренцию.
И именно поэтому мне нужно бежать, как можно быстрее. Внизу, возможно, получится затеряться в толпе.
Сложнее всего оказалось решиться, зацепить кошку за подоконник и вылезти в окно. Я проделывала такое несколько раз, но даже когда сбегала из пансионата, куда меня определили после смерти мамы, панически боялась. А там был всего лишь третий этаж. Тут же сначала отвесная кирпичная стена, а потом горная порода, по которой нужно добраться до первой, чернеющей внизу тропинки. Очень хотелось верить, что зрение меня не подвело, и внизу виднеется именно она, а не причудливо изогнутая трещина в камне.
Руки задрожали и покрылись испариной. Хорошо, что перед тем, как я начала спуск, догадалась надеть кожаные перчатки с обрезанными пальцами. Они не давали влажным ладоням скользить по веревке, которая сейчас казалась очень уж тонкой. Я осторожно перебирала ногами и спускалась вниз. Я знала, как это, но каждый раз решалась с трудом.
Когда почувствовала под ногами твердую поверхность, выдохнула с облегчением.
В лицо хлестали порывы ветра. А тропка оказалась такой узкой, что перехватывало дух от страха. Ни поручней, ни ограждений тут не имелось. Я очутилась словно на вершине скалы. Только скала была перевернута вверх ногами. Над головой стены города, а внизу пропасть в небо. Я знала, где−то там далеко есть земля, но отсюда я ее не видела. Лишь облака, которые походили на белоснежную мыльную пену. Хотелось упасть в них, но я знала, они не удержат. Это всего лишь иллюзия безопасности.
Я выбралась из заточения, но вот что делать со свободой, не имела ни малейшего представления. Куда двигаться? Как попасть туда, под облака? Этого я не знала. Поэтому легкой трусцой побежала по тропинке, петлявшей между камнями. Влево, там, где было только небо, я старалась не смотреть. Страшно подумать, что произойдет, если я нечаянно оступлюсь. Поэтому, как только появился темный и узкий проход внутрь скалы, не задумываясь, нырнула туда. Здесь было спокойнее. Я не очень любила замкнутые пространства и извилистые коридоры катакомб, но, как показала практика, открытые пространства без ограждений мне нравились еще меньше.
Едва повернула за угол, как нос к носу столкнулась с худенькой девушкой. Она вытаращила на меня глаза, обычные человеческие, пискнула и бросилась бежать мимо, к выходу. Я задумчиво посмотрела ей вслед и двинулась дальше, отметив для себя, что нужно быть осторожнее. В подземельях есть люди и, судя по всему, не стоит попадаться им на глаз.
«Селина…» – раздалось у меня в голове тихое, и я вздрогнула, узнав голос ассасина. Завертела головой, но не увидела никого в темном коридоре.
«Зря ты ушла, Селина… я уже иду за тобой…»
Эти слова звучали приговором, и я кинулась бежать, сама не понимая, куда, и не разбирая дороги. На кого−то наткнулась, отпихнула от себя и помчалась дальше. Ощущение страха нарастало. На стенах, освещенных факелами, мне чудились тени. За мной шли, и я чувствовала, что ассасин на этот раз не один.
Шепот в ушах, шаги за спиной – меня загоняли, словно мышь. Уже во второй раз, а я послушно бежала, потому что остановиться было еще страшнее. Плутала в коридорах и шарахалась от темных ниш. Чувство безысходности сбивало с толку. Хотелось опустить руки, но воля к жизни и страх побуждали, несмотря ни на что, двигаться вперед. Когда впереди неизвестность, и сзади она же, иногда бежать куда глаза глядят – единственный выход. Мы живем, пока двигаемся.
Темная фигура вынырнула из−за угла. Я пригнулась, пропуская над головой удар, перекатилась по каменному полу и, вскочив, снова кинулась бежать, даже не осознавая, что двигаюсь в обратную сторону. Коридор петлял, и мне приходилось постоянно уворачиваться то от попадавшихся людей, то от неожиданно появлявшихся каменных выступов и росших сталагмитов. Ориентироваться тут оказалось очень сложно. Даже если вдруг мне посчастливится оторваться от погони, я совершенно не была уверена в том, что смогу вернуться обратно к выходу на поверхность. Хотя, с другой стороны… это же не лабиринт. Коридоры должны куда−то вести.
Вопрос: «Куда?» и «Нужно ли мне туда стремиться?»
Топот ног раздавался отовсюду. То ли резонировало эхо внутри каменных стен, то ли меня, действительно, окружали и загоняли. В отличие от меня, преследователи в подземных переходах ориентировались.
– Лови ее! – слышалось в спину, и я припустила быстрее, пытаясь оторваться от погони.
– Чужачка!
– Полукровка!
– За ее голову дадут награду!
И только после этих возгласов я поняла, что ловят меня не ассасины, а кто−то другой. Тот, кто не знает, что меня оставили в живых. И вот в этот момент мне стало очень страшно. Я заметалась и пропустила удар, который свалил меня на землю. Люди: несколько мужчин и та девушка, которую я встретила у входа, наступали на меня, заставляя жаться к стене. В руках у некоторых были палки, у кого−то кастеты.
– Ее надо убить? – раздался неуверенный голос. Кажется, девичий, а может быть, подростка.
– Может, так сдадим?
– Нет. Ее надо убить!
Мне навстречу вышел высокий мужчина с бородой, в кожаном жилете и таких же штанах. В руках он сжимал деревянную биту.
– Вот ты и убивай! – недовольно бросили ему, и я понадеялась, что он спасует. Но надеждам не дано было сбыться.
– Как скажешь… – отозвался он и сделал шаг мне навстречу. Я зажмурилась и сжала кулаки, чувствуя, как вокруг меня закручивается ветер. Сейчас я это делала почти осознанно.
– Эта тварь умеет колдовать! – услышала я злобное и поняла, что не могу сделать ничего. Ни усилить напор ветра, ни заставить его прекратиться. Люди, прижавшие меня к стене, сопротивлялись не очень сильным порывам и наступали шаг за шагом. Если бы ветер был сильнее, он раскидал бы их в стороны, а так только мешал передвигаться и чуть отодвигал момент неизбежной гибели.
– Все отошли от нее… – раздался знакомый голос, и люди испуганно шарахнулись, открывая моему взору ассасина. – Она моя.
Два коротких слова, которые полностью изменили все. Раздалась сдавленная ругань, но нападавших как ветром сдуло.
– Ну что, будешь еще бегать, Селина? – хмыкнул он, а я не смогла ничего ответить.
Только поймала холодный и равнодушный взгляд, заставивший поежиться.
Как мужчина появился в темном запутанном коридоре, так и осталось для меня загадкой. Но, видимо, в том и была его сила. Он чуял таких, как я, и умел искать.
«Убивать тоже умел», – заключил внутренний голос, и я помрачнела.
Меня спасли от смерти сейчас, но стоило ли этому радоваться? Пока я не знала.
Ассасин поднял меня за локоть, и буквально в следующий миг мир перед глазами смазался, в лицо ударил порыв ветра. Выдохнула я уже совсем в другом месте. Даже сообразить не успела, что произошло. Просто вот я только что стояла среди недовольной толпы, а в следующий момент передо мной один ассасин и больше никого. Отдышалась и испуганно взглянула на мужчину. На красивом, породистом лице застыло раздраженное выражение. Кажется, моя выходка вывела его из себя. Пока я еще не знала, чем это чревато, но интуиция подсказывала – ничем хорошим. Я чувствовала себя рядом с ним неуютно – слишком высокий, сильный. Не вырвешься и не сбежишь. От него пахло едва заметным дорогим парфюмом – хвойные нотки, немного цитруса и сандал. Я не встречала подобного у нас. Этот запах очень ему подходил и совершенно не был привычен мне. Он словно лишний раз подчеркивал, кто ассасин, и кто я. Мне не нравилось, что я начала стыдиться и своей заношенной одежды, и своего происхождения, и жизни, хотя никогда не делала ничего предосудительного. Не преступала закон, не предавала родных, не делала гадости ближним. И, в отличие от него, не убивала. Так отчего же сейчас испытывала это неприятное чувство стыда?
– Думал, ты мудрее, Селина. Вот скажи, что ты собиралась делать, если вдруг все же сбежала бы? Ты отдаешь себе отчет, что это все… – он неопределенно махнул рукой, – летающий остров. Причем, относительно небольшой летающий остров. Тут негде спрятаться. Здесь не получится затеряться и отсюда не удастся уйти. Тут либо ты подчиняешься правилам, либо умираешь.
– Надеялась найти путь вниз, на землю, – сглотнув, призналась я.
Мне не нравилось, что происходило вокруг меня. Особенно, то место, где мы сейчас оказались. Было в нем что−то отталкивающе жуткое. Тоже подземелье, но здесь везде чувствовалось влияние Каменных. Отделка на стенах, металлическая дверь в конце короткого коридора, в котором мы стояли, а с другой стороны еще одна и рядом двое скучавших охранников. Они поглядывали на меня с подозрением.
– Ты не сможешь попасть вниз, – усмехнулся ассасин. – Из Цитаделей нет выхода. Только кто−то из Каменных может выпустить тебя, сопроводить на землю. Ты знаешь хоть кого−то, кто пойдет на это?
– Я вообще никого не знаю! – Злость, скопившаяся внутри, грозила вырваться наружу, но я с трудом ее сдерживала. Понимала, если накричу на ассасина – это только усугубит и без того непростую ситуацию.
– Вот именно. Ты не знаешь никого, но бежишь? – Он саркастически изогнул бровь. И его верхняя губа приподнялась в издевательской усмешке, обнажив клыки.
Тебе не кажется подобное поведение по−детски глупым?
Я сглотнула, не зная, что ответить. Не объяснять же постороннему человеку то, что когда я сбежала, у меня появилась хотя бы иллюзия свободы. Сейчас не было и ее. Только коридор, охрана и металлические двери.
– Я, правда, почему−то решил, что с тобой можно общаться, как с разумным существом. Хотя… странно, что мне подобное пришло в голову в отношении полукровки, которая выросла внизу, в трущобах…
– Не нужно меня оскорблять… – зашипела я, вся подбираясь. Его тон, презрительный и едкий задевал сильнее слов.
– Иначе что? – усмехнулся он. – К тому же в моих словах нет оскорбления. Только констатация факта.
– Можно подумать, в тебе течет чистая кровь? – яростно выдала я и уставилась на его черные, как смоль волосы. Но он неожиданно не оскорбился, а лишь усмехнулся.
– О−о−о, чистоте моей крови завидуют многие. Так что, удар прошел мимо.
– Что−то незаметно этой самой чистоты!
– Тебе незаметно. Ты дикая чужачка. Для тебя высшая раса – это только белые волосы и глаза в цвет камня, покровительствующего клану.
– А разве это не так?
– Говорю же, ты глупая и невежественная. Я пытался отнестись к тебе снисходительно, но ты доставила мне проблемы. Мне пришлось отложить встречу и искать тебя по подземельям, – заметил он. – Значит, нужно менять тактику. Не хочешь по−хорошему, как хочешь. Можно поступить иначе, – сказал он и повел меня в сторону металлической двери.
– Что за ней? – дрожащим голосом спросила я.
– Камеры.
– Что?
– Не волнуйся, я не так сильно зол. Поэтому тебе достанется одиночная. Посидишь, подумаешь о жизни. У меня нет желания проверять еще раз, дошел до тебя урок, или ты снова постараешься сбежать. Знаешь ли, у меня есть дела важнее, чем разыскивать тебя по острову.
– Как долго? – Я сглотнула. Нет. В камеру мне совсем не хотелось.
– Это решать не мне.
– А кому?
– Не твое дело.
– Что значит, не мое дело? – разозлилась я. – Как раз, очень даже мое!
– Селина, пойми, ты не в том положении, чтобы скандалить и качать права. Сиди, жди и молись, чтобы у того, кто вправе решать твою судьбу, было хорошее настроение.
– Что мне даст его хорошее настроение? Или ее… – поправилась я.
– Жизнь, относительную свободу и… возможно, новую судьбу.
– Мне не нужна новая судьба. Меня устраивала старая, – уперлась я, внутренне смирившись с тем, что ничего уже не будет, как раньше.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?