Текст книги "Развод с тираном"

– Что за инцидент в парке? – сходу интересуется дед.

Олег снова выдыхает. И отвечать не спешит. Кривится.

– Внук? – не терпит промедления абонент.

– Просто подрался. Ничего серьёзного.

– С каких пор ты дерёшься в парке, да ещё по ночам, как какой-нибудь подросток-сопляк? Нормально отвечай, когда я спрашиваю.

Рука мужа, удерживающая телефон, сжимается крепче. До проступающих вен на внешней стороне. Едва успеваю погасить в себе порыв вмешаться и успокоить его, например, прижаться и поцеловать.

Когда уже исчезнут из меня эти привычки?..

– Мы с Региной прогуливались перед сном. Напоролись на четверых пьянчуг. Они начали нести какую-то дичь, вот я и не сдержался, – неохотно, но выдаёт вслух Олег.

На том конце связи воцаряется тишина. Но длится она недолго. Очевидно, на этот раз Дубровского-старшего устраивает полученный ответ, потому что он переключается на иное:

– Помнишь, что завтра День рождения у губернатора? Жену с собой возьми.

– Регине не здоровится. Не думаю, что это хорошая идея.

Нездоровится мне, ага, как же…

– Если это её “не здоровится” позволяет гулять в парке по ночам и находить неприятности на твою задницу, то и поздравить главу нашего края тоже не обломится, – сухо отзывается дед. – Всё. Доброй ночи. Привет жене.

Ответной реакции Олега не ждёт. Отключается, судя по тому, что Олег отнимает телефон и смотрит на потухший экран с неприкрытой ненавистью. Такой сильной, что даже мне не по себе становится.

– А он у тебя, как всегда, прямо милашка, – тяну с кривой усмешкой и тут же добавляю, не сдержавшись: – Да ладно тебе, так и быть, обещаю прям завтра не сбегать. На этот раз продумаю всё куда лучше, прежде чем свалить от тебя. А для этого нужно немножечко больше времени, чем один день.

Чем и заслуживаю взгляд, полный всё той же скрытой ярости пополам с ненавистью. Впрочем, он быстро тухнет. Судя по выражению лица моего неверного муженька, ему явно есть, что мне сообщить. И немало. Но он в последнюю секунду сдерживается. Отворачивается. Заводит двигатель. Сосредотачивается на вождении. Я не мешаю ему. О чём остро сожалею, когда он не просто довозит меня до клиники, но и остаётся там вместе со мной. А на мою попытку избавиться от его общества, самолично раздевает меня и укладывает в постель. Видимо, чтоб наверняка обошлось без побегов. Впрочем, я и не собираюсь сбегать. Как и сказала, на этот раз я куда лучше продумаю свои действия. Даже если ради этого мне придётся вернуться к образу примерной жены. Ничего, переживу. Что угодно, чтобы добиться нужной цели.

Глава 6

За окном автомобиля проплывает смазанный ливнем вечерний пейзаж города. Природа будто решает проявить солидарность, весь день идёт дождь. Но я не расстраиваюсь. Мне нравится такая погода. Веду пальцем по стеклу вместе с очередной каплей, стекающей вниз, и невольно улыбаюсь.

Да, несмотря на ситуацию, я стараюсь не изводить себя лишний раз и искать во всём плюсы. Например, из-за моей новой жалобы на головокружения, врач решает оставить меня ещё немного в больнице, и теперь мне не нужно возвращаться в чужой дом. Так себе выход из ситуации, но это лучше, чем ничего. Родителям, правда, пришлось признаться в беременности и том, что я лежу на сохранении. Они навещали меня днём, привезли несколько вещей из числа оставшихся в моей девичьей спальне. Тоже плюс.

С мамой я съездила в ателье, и за дополнительную плату его хозяйка согласилась отложить все свои заказы, чтобы сшить мне платье для посещения ресторана в честь дня рождения губернатора. Закончила буквально час назад. Теперь я красуюсь в шёлковом наряде молочного оттенка.

Длиной до самого пола, на тонких бретелях и открытой спиной до самой поясницы, украшенной перевязью из нескольких жгутов – оно подчёркивает все достоинства моей пока ещё стройной фигуры. Тонкая ткань не терпит нижнего белья, и я предвкушаю, как кое-кто в скором времени будет из-за этого беситься. А чтобы не скрывать всю эту красоту, собираю волосы в ракушку, украсив её гребнем с бриллиантами. Его мне дарит папа. Он же теперь везёт нас с мамой в ресторан.

Позади едет машина с охраной Олега, которые присматривают за мной с самого утра во избежание рецидивов моего желания снова попытаться сбежать. Сам муж, как уходит утром на работу, так ещё не возвращается. Но вроде как собирается встретить меня у ресторана. Но это тоже плюс. Будь он рядом, ни за что не позволил бы мне одеться подобным образом. Зато в остальном я само послушание, как он и хотел.

Продолжаю вести пальцем по стеклу вслед очередной капле. Ловлю в зеркале заднего вида взгляд папы и нежно улыбаюсь ему.

– Всё хорошо? – уточняет он.

Киваю ему. И снова улыбаюсь, но уже обернувшейся ко мне маме.

– Всё замечательно, – заверяю обоих. – Я по вам соскучилась, – признаюсь.

– Не выходила бы замуж так рано, не пришлось бы скучать, – ворчит папа.

– Тебя послушать, она вообще никогда замуж не вышла бы, – хмыкает весело мама.

Я смеюсь. Подаюсь вперёд и обнимаю папу прямо вместе с креслом, целуя в бритую щёку.

– Ты всё равно самый лучший мужчина на свете, – заверяю его.

Папа тут же тает от моих слов, чем только больше веселит. И меня, и маму. Глядя на них, меня и саму невольно отпускает напряжение последних суток.

Хорошо, что они у меня есть…

– Как на работе дела? – интересуюсь, чтобы отвлечь их от моей персоны.

– Нормально, – пожимает папа плечами. – Завтра подписываем договор с новым заказчиком. Это должен быть очень выгодный подряд.

– Благодаря мужу твоей дочери, который вас свёл, и на которого ты постоянно ворчишь, кстати, – замечает мама как бы между прочим.

– И вовсе я не ворчу, – обижается папа.

Я опять смеюсь, слушая их. Такие они милые. Столько лет вместе, а до сих пор, порой, как подростки в начале отношений. И уж точно им никогда не пришло бы в голову устроить пожар. Но и в моей ситуации они не оказывались.

– Эй, дочь, ты чего приуныла? – замечает папа моё подавленное состояние.

Ловлю на себе его взгляд в зеркале и заставляю себя улыбнуться.

– Не приуныла, просто задумалась. О том, какие вы хорошие, – оправдываюсь.

– Так и не помирились, что ли, до конца с твоим дуболомом?

– Лёша! – укоряет его мама за бестактность.

Папа игнорирует, продолжая поглядывать на меня в ожидании ответа.

– Помирились.

– А из-за чего ссорились-то? – вмешивается мама, обернувшись ко мне.

Пожимаю плечами.

– Я приревновала. Сильно. Очень сильно.

Почти правда, если так подумать.

Родители на мои слова изумлённо выдыхают.

– Ты их там в положении что ли застукала, чтоб так сильно ревновать?

– Нет. Просто стояли рядом. Она к нему клеилась, а он не прогонял. Я и психанула.

– В каком смысле клеилась? – хмурится папа.

– Словесно. Но всё равно взбесило.

– М-да, – тянет папа неопределённо.

А вот мама смеётся.

– Зато в следующий раз мужик сто раз подумает, надо ли ему принимать чужой флирт, не останется ли с голым задом после него, – заявляет весело, подмигнув мне.

– Женщины, – одним словом комментирует нашу солидарность папа. – Имя вам безумство, – добавляет с пафосным укором в голосе.

Мы с мамой опять смеёмся.

В таком хорошем настроении и доезжаем до ресторана, где проходит сегодняшнее торжество.

На улице по-прежнему идёт ливень, но это не мешает заметить среди частых косых капель дождя фигуру Олега. Он стоит под навесом, курит. Оранжевый огонёк то ярко вспыхивает, то гаснет при каждой новой затяжке. На нём чёрный костюм, но вместо белой рубашки – водолазка, что является наглым нарушением установленного на этот вечер дресс-кода. Хотя Олегу Дубровскому на это всегда было всё равно, да и лучше так, чем объясняться со всеми и каждым из-за внушительной повязки на шее.