Текст книги "Алхимик"
![](/books_files/covers/thumbs_240/alhimik-86951.jpg)
Автор книги: Алексей Абвов
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Повелевающий мудростью несколько опешил от таких дерзких слов, видимо ожидая совершенно безусловного подчинения, резко дернув своей длинной бородой, но потом расплылся в широкой улыбке.
– Истинный с тобой, две дюжины дюжин – и ни медяком меньше! – уверенным тоном придавил меня. – Тоже мне нашел, где и с кем торговаться, и так от тебя пока одни расходы и никакого прибытка.
– Согласен, – заверил его, прекратив наш короткий торг, хотя ощущение, что очень сильно продешевил и стоит торговаться дальше, так никуда и не исчезло.
– Хорошо, повторяй за мной слова огненной клятвы. – Питс посмотрел мне глубоко в глаза, как будто заглянул прямо в душу. – «Обещаю выполнить волю на благо и вернуть свой долг жизни Питисиниюсу Асиюсу или его наследникам в размере две дюжины дюжин золотых сиунов в течение своей жизни и жизни моих наследников, буде те у меня появятся, на чем призываю огонь силы свидетелем».
Повторил слово в слово сказанные им слова, а в самом конце Повелевающий резко хлопнул в ладоши, и по моему телу быстро пробежал снизу вверх самый настоящий огонь, хотя вокруг при этом только чуть-чуть похолодало. После произнесенных слов и странных спецэффектов я явственно почувствовал, что не смогу не сдержать только что данного слова. Действительно придется отдавать непонятные сиуны. И еще – сделать что-либо во вред этому «колдуну» точно не получится, пока окончательно не расплачусь с ним. Странные такие ощущения: вроде бы меня ничто не связывает, помимо обычных веревок, но тем не менее чувство реальной привязанности и ощущение взятого долга никуда не исчезает. Чертовщина какая-то, одним словом.
Тем временем чрезвычайно довольный произведенным эффектом колдун кивнул мне и продолжил разговор с утешительными нотками в голосе:
– Понимаю, две дюжины дюжин золотых – очень большой долг, практически непомерный для обыкновенного человека, ему их и за десять жизней не заработать, но я верю, для тебя он не станет вечным и не ляжет на твоих потомков. Ты же явный Повелитель сил, хоть глупый и нечистый, а потому сможешь расплатиться. Думаю, лет за десять вполне справишься, может, и раньше. Заодно и мне поможешь покинуть сие негостеприимное место.
«Ну ты и попал, друг Витя… – про себя думал я, – надо же, как тебя легко развели, причем самым банальным способом». Чувствовал же сразу, как тебя обманывают, и все равно повелся. «Такой суммы даже и за десять жизней простого человека не заработать», – сколько же это должно быть? И вроде как сама сумма относительно невелика, какие-то двести восемьдесят восемь золотых монет, те самые две дюжины дюжин. Вот и думай теперь о реальной покупательной стоимости местных денег. Однако теперь придется повиноваться, раз слово дал и странным огнем подтвердил. И еще требуется срочно разобраться со всей этой чертовщиной и спецэффектами. Что-то такое иногда сам чувствую, но чувства не дают и капли понимания.
– Меня, может быть, наконец развяжут, раз дал клятву? – решил как можно скорее вернуться к активной жизненной позиции. – А то никакого долга так и не смогу отдать, если буду тут валяться до скончания времен.
– Да, – кивнул мне довольный бородач, – сейчас придут мои слуги и приведут тебя в порядок. Конструкт подчиненной воли, помогающий тебе общаться, я тебе дарю, не снимай его, пока сам не освоишь языка в совершенстве. Не беспокойся, он совершенно безвреден, и его никто не увидит, пока он находится на твоей голове. И сорвать его силой можно только вместе с самой головой.
– Эм… хм… – начал было я что-то говорить, выражая свои серьезные сомнения, которые у меня вдруг возникли, но Повелевающий резко махнул рукой, прерывая мои попытки возразить.
– Говорю же, не беспокойся – это древний проверенный конструкт, их всего несколько штук осталось, хоть они и запрещены сейчас в королевствах, и всех его функций сейчас никто не знает, даже я, но каких-либо вредных проявлений от его ношения ни у меня, ни у кого-либо еще пока не наблюдалось. А без него ты не сможешь устроиться среди нас.
– Запрещены в королевствах… – Моя мысль зацепилась за часть фразы Питса. – А здесь, стало быть, можно?
– Здесь у нас как бы тюрьма, сынок, здесь все можно, – быстро сник бородач, сначала по-отечески глянув в мою сторону, а потом вовсе отвернувшись в угол. – Если ты все же здесь выживешь, то сам будешь определять – что тебе можно, а чего нет. И еще непонятно, где больше свободы – с этой или с той стороны Черного перевала.
Озадачив напоследок своей непонятной фразой, он вдруг резко поднялся и вышел из комнаты, оставив меня одного.
Одиночество продлилось совсем недолго: в дверь юркнул уже виденный мной подросток со шрамом на лице, который быстро избавил меня от пут и ремней и стал стирать с моего тела покрывающую его липкую массу мокрой тряпкой, пропитанной каким-то резко пахнущим составом. Я смотрел на очищенную кожу и удивлялся все больше и больше. По всей поверхности тела распространялась странная картинка в виде великого множества тонких разноцветных линий, переплетающихся замысловатыми узорами, рисующими удивительные узоры. Сразу после очистки кожи они вспыхивали призрачным светом, как бы приподнимаясь над поверхностью тела, но через пару минут угасали, не оставляя после себя никакого следа. Подросток зачарованно следил за игрой светящихся линий, не в силах оторвать взгляда, и лишь после угасания узора на одной части тела начинал освобождать от слизи следующую.
– Что это такое? – спросил я его, совершенно не стесняясь показать свое невежество.
– Линии Эбусити, – не отрывая взгляда от мерцающей картины, ответил он. – Еще никогда не видел столь сложного и яркого рисунка после первой чистки, – продолжил он после небольшой паузы. – Да и после четвертой, последней, тоже. Ты, видно, действительно Великий Повелитель, раз столько Эбу проявилось в тебе. И еще не одного цвета, как у всех остальных, а целой радугой. Про такое раньше даже слышать не приходилось.
– А что все это значит? – переспросил я, ничего не поняв из его ответа.
– Спроси лучше потом у нашего Повелевающего мудростью, – задумчиво ответил он мне, продолжая свою работу, – он тебе растолкует, если будет в духе. Вообще-то он очень не любит что-либо объяснять, помимо своих уроков, но тебе, наверное, расскажет, а я только запутаю.
В этот момент рисунок на моем животе вспыхнул особенно ярко и красочно, даже у меня из головы вылетели все лишние мысли, а юноша так и застыл с открытым ртом.
– Да, не зря Повелевающий отдал искателям целых два золотых за какой-то полутруп, – продолжил он после угасания красочной картины. – Он что-то увидел в тебе, хотя ты был практически мертв. И зря он говорит, что его заинтересовал исключительно твой мешок, ничего там ценного нет, я-то все видел – одни непонятные мертвые железки без единой капли вкраплений подчиненной силы. Хлам для мастеров по металлу на переделку ценой в пару серебряков. А вот ты сам – настоящая находка. И ведь не пожалел для тебя аж пяти «эликсиров жизни» – считай, еще один золотой выбросил. Только ты ему не говори, пожалуйста, о чем я тебе сейчас рассказал, – посмотрел он на меня с немного виноватым видом, – иначе мне крепко достанется.
– Хорошо, не скажу, – уверил я его. – Только расскажи, что произошло, как я к вам сюда попал, где вообще сейчас нахожусь, а то ничего не понимаю. Как будто по голове стукнули и всю память начисто отшибли.
А тем временем параллельно успел подумать – этот Питисиниюс Асиюс на мне очень хороший гешефт делает. Вложил три золотых, а хочет получить почти три сотни. Вот ведь жук-то шестилапчатый. Когда отдам ему эти жалкие монеты – тогда и поговорю с ним по душам. Ишь ты, сколько процентов чистой прибыли на одном бедном мне хочет поднять, даже если жизнь спас. Скромнее надо быть, батя, скромнее…
– О том, что произошло, я ничего не знаю. – Юноша, закончив обтирать мои ноги, перевернул меня на спину, начиная свой длинный рассказ. – В ближайших предгорьях прошла мощная волна блуждающей силы, и отряд искателей нашел тебя посредине «черного пятна» где-то среди топкого болота. Такие пятна иногда здесь появляются, но вот чтобы найти в них кого-либо живого – такого пока не припомню. Да, всякие странные и совершенно бесполезные предметы там изредка находят, как правило, ничего ценного – мертвое железо, сорные металлы, плавленые камни, горючее стекло. Изредка попадаются обгоревшие трупы. Обычно искатели стараются обходить эти пятна, так как там люди плохо себя чувствуют и почти нечего брать, да и одежду марать жалко, чтобы по гари впустую лазать. Только время зря терять. Но тот отряд возвращался в город с пустыми мешками после опасной вылазки, спугнули их где-то – вот и заглянули наудачу. А там видят тебя посреди догорающих головешек, причем совершенно невредимого внешне, но едва живого. Спросишь – кому тут вдруг потребовался полутруп, чтобы его тащили на своем горбу аж два дня от тех мест до нашего города? Вот нашему Повелевающему мудростью как раз и нужен. Он регулярно покупает полумертвых искателей для своих экспериментов, если с них еще не лезут волосы от проклятия алхимиков. Некоторых, с относительно хорошей репутацией, даже иногда лечит, требуя с них потом приличный долг за спасение, но большая их часть служит делу его тайных знаний. Что он там с ними делает – лучше не смотреть. Впрочем, тем по большей части уже все равно терять нечего, если их коснулось проклятие или накрыло волной дикой силы. От медленного яда некоторых змей тоже спасения нет, и после укуса диких собак иногда случается огненная горячка. Хозяин немного поможет деньгами друзьям пострадавших искателей, и сами пострадавшие меньше мучаются и будут погребены по правильному обряду, как нормальные люди. А не как большинство глупых одиночек – останутся на корм лесным зверям. Понятно объясняю? – взял парень небольшую паузу в своем рассказе.
– Понятно, – кивнул я, хотя его рассказ только еще больше запутывал меня.
– Теперь расскажу, где ты сейчас находишься. О том, что мы в Смертных Землях, ты вроде как уже должен был и сам понять. Про них ведь все знают по ту сторону Черного перевала. Да, отсюда почти никто обратно не возвращается, граница надежно закрыта тремя вратами. Но там, в королевствах, мало кто знает, что тут тоже кто-то умудряется жить. И вполне неплохо жить. Здесь даже три городка есть – Лесс, Титс и Юмаю. Вот мы как раз в Юмаю и живем, он самый дальний от перевала и самый большой. Главные здесь, естественно, авторитеты – бывшие по ту сторону перевала самые настоящие бандиты и разбойники. Ты же в курсе, кого сюда, в Смертные Земли, отправляют? Ну да, сложно этого не знать. Так вот, разбойничья старши́на и стоит над всеми нами, у них и свои Повелевающие сил есть, и даже, говорят, настоящие Повелители, а потому против них лучше даже не чирикать – вмиг в землю закопают или что-то еще похуже сотворят, с них станется. Под авторитетами ходят бандиты поменьше и всякая городская шваль, которую отправили из королевств сюда. Ну и еще все те, кто сильно не понравился Слугам Истинного или был обвинен в касании запретной алхимии. Не знаю, как там у вас в королевстве, у нас можно было отправиться сюда просто за косой взгляд не в ту сторону, не говоря уже про не то слово не в те уши. Говорят, в столице Верховного Слуги Истинного нравы менее жесткие, но и там лучше не чирикать. Наш-то Повелевающий тоже кому-то сильно на ногу наступил, вот десять лет уже тут и сидит. А ведь раньше кафедрой в столичной Академии Сил заведовал, как некоторые говорят. Только лучше с ним на тему его прошлого не говорить, не любит он этого. Очень не любит.
Закончив говорить и отирать мою спину, юноша попробовал меня приподнять, но я облегчил его труды и поднялся сам. Хоть несколько суток был крепко связан и вообще до этого непонятно отчего чуть ли не издох, самочувствие было исключительно хорошим. Нет, марафона сейчас точно не пробегу, да и на турник лучше не вешаться, все же чувствуется явная слабость в мышцах, но тело убедительно говорило множеством ощущений о наличии необходимого минимума здоровья и сильной нужде в пище. И чем больше будет пищи – тем лучше. Слона бы съел, если они тут водятся. А еще неплохо бы ополоснуться – про джакузи с пузырьками и ароматной пеной на ближайшем сеновале лучше и не задумываться. Здесь такого, похоже, еще не изобрели.
– Где-то можно просто чистой водой облиться? – спросил юношу, который мне так еще и не представился.
– Вот, накинь на себя, – протянул он мне большое матерчатое покрывало, – и иди за мной.
Завернувшись в приятно облегающую тело ткань и выйдя из комнаты, где провел последние дни, я вдруг почувствовал резкий прилив сил, пришло ощущение какого-то веселого всемогущества и чего-то еще совершенно неправильного, резко ударившего мне в голову, отчего чуть не упал, едва ухватившись рукой за стену. Перед глазами замельтешили цветные всполохи, я практически перестал видеть окружающее. Вокруг резко похолодало, хотя до этого меня окутывал очень теплый воздух.
– Остановись, ну остановись же, – кто-то кричал мне прямо в ухо, при этом сильно дергая за руку.
Как остановиться, я, естественно, не понимал. Однако что-то внутри вдруг повернулось другим боком, и навалившиеся раньше странные ощущения неправильности отхлынули так же быстро, как и нахлынули на меня. Так и продолжая стоять, держась рукой за стену, отстраненно наблюдал, как юноша дергает мою другую руку и что-то кричит. В глазах постепенно утихало буйство тонких линий и ярких красок, но окружающий холод так никуда и не исчезал. Опустив голову, я заметил легкую изморозь, выпавшую вокруг меня.
– Никогда, никогда не делай так больше, – наконец-то расслышал крик юноши с перекошенным от ужаса лицом, – ты нас сейчас чуть в камень не выморозил. Чего хоть сделать-то хотел? – Он посмотрел на меня чуть более осмысленным взглядом, немного успокаиваясь и явно удивляясь, наблюдая мой совершенно растерянный вид.
– Не знаю, – меланхолично пожал я плечами, пытаясь как-то разобраться в пережитых галлюцинациях и в их чувствительных последствиях. – Нашло что-то такое, что-то совершенно неправильное было во мне, а теперь стало хорошо.
И только сказав это, ощутил заметное улучшение собственного тонуса, как будто вернул себе обратно утраченное за последние дни. Не то просто здоровье, а какое-то немного необычное чувство собственного достоинства. Даже желание отдавать долг жизни этому хитрому жуку Повелевающему куда-то пропало, как будто ничего такого и не было вовсе.
Стоило о нем только подумать – он сразу же и нарисовался перед моим взором, как-то нехорошо оглядывая меня с ног до головы. Даже некоторая опаска проскальзывала на его морщинистом лице.
– Зайди ко мне немедленно, – показал он рукой на открытую дверь в другую комнату, откуда лился золотистый солнечный свет. – Только не делай ничего, – с нотками плохо скрываемого страха в голосе добавил он.
– Да и так ничего не делаю, – отмахнулся я от него, – просто сам еще не знаю, что со мной происходит.
Едва за нами закрылась дверь, Повелевающий мудростью несколько раз взмахнул руками, опять заметно снизив температуру окружающего воздуха. Затем он сел в большое кожаное кресло, указав мне на другое. Пожав плечами, я сел в него, плотнее укутываясь в покрывало, так как было совсем не жарко – скорее, наоборот.
– Ты хоть понимаешь, что творишь? – Бородач сразу взял с места в карьер, озадачив меня вопросом, на который я и сам с большим удовольствием узнал бы ответ.
– А что, если не секрет? – хитрым вопросом на вопрос парировал его напор с самым невинным выражением на лице.
– Ты с поразительной легкостью сам стер свою огненную клятву, а это ведь всегда считалось совершенно невозможным, и что-то еще провернул вдобавок, чего и вовсе никак не могу понять. И теперь еще спрашиваешь меня о том, что же ты делаешь. Ну, наглец, какой наглец… – Повелевающий мудростью явно стал заводиться, и его лицо приобрело заметный красноватый оттенок.
– Не знаю, оно как-то само собой получилось, – меланхолично пожав плечами, ответил я ему, не меняя невинного выражения лица. – И еще холодает резко почему-то. Сначала было тепло, а потом вдруг раз – и изморозь выпала. Откуда и с чего – в толк даже не возьму.
Я говорил вполне искренне, совершенно не фильтруя своей речи, вываливая наружу поток скачущих мыслей. Не знаю, как работает странный артефакт на моей голове, но у меня возникло четкое ощущение – все сказанное мной воспроизведено и понято исключительно верно.
Слушая же меня, колдун выглядел весьма озадаченным, на его лице читалось сильное бурление мысли в черепной коробке, результаты которого едва не начинали течь через все лишние дырки. Через пару минут размышлений он все еще удивленным взглядом осмотрел меня и опять спросил:
– Ты и вправду ничего не знаешь про Повеление силами, хотя с поразительной легкостью занимаешься именно этим?
– Нет, – покачал я головой в разные стороны, выражая настоящее удивление.
Ибо кое-что из сказанных слов до меня начинало постепенно доходить. Пусть даже не совсем так, как оно должно быть, но уже то, что как-то доходило, рождало сильную эмоциональную реакцию, так как выходило за все рамки моего привычного мировосприятия.
– И откуда же ты такой взялся на мою голову! – Мой собеседник задумчиво перевел взгляд с моего лица на большой круглый стол, где стоял графин из резного цветного стекла и несколько таких же изящных стаканчиков. – Буюло пить будешь? Настоящий буюло, прямо из самой столицы, – неожиданно спросил он, сбивая меня с мысли, которая уже начала связывать между собой разрозненные наблюдения всех странностей последнего времени.
Махнул рукой – мол, давай наливай, – хотя само слово «буюло» для меня ничего не значило. Но если аж из самой столицы, то тогда ладно.
Повелевающий неохотно встал со своего места, открыл графин и разлил в два стакана жидкость темно-красного цвета. Немного, граммов по сто пятьдесят, не больше. Один стакан он протянул мне, а со вторым плюхнулся в свое кресло, поджав под кресло ноги. Отхлебнув совсем маленький глоток приятно пахнущего напитка, я вдруг обнаружил, что он мне знаком. Это же обычный глинтвейн, который мы часто варили во время выездов на природу или после зимних походов на лыжах. Только здешний глинтвейн был чуточку крепче, чем наш, примерно градусов двадцать, да и холодный при этом. Мы-то привыкли пить его теплым и даже горячим.
– Хорошее буюло? – спросил меня бородач, тоже отхлебнув пару небольших глотков.
– Угу, – тихо буркнул я в ответ, – только мы у себя пьем его теплым, да и называется он у нас иначе.
– Ладно, – Питс вдруг резко посерьезнел, – если ты и вправду не знаешь о Повелении силами, то совершенно не понимаю, как ты мог дожить до своего возраста с такими могучими задатками. Первое время даже подумал – ты где-то там у себя на вулкане окончательно доигрался огненными силами. Или Смотрящие в Небесах швырнули тебя сюда в наказание за какие-то особые проступки. Только они с Великими Повелителями справиться могут. Но теперь и эта версия растаяла без следа. Кто ты и откуда? Может, с дальнего холодного материка первых истинных королей Мистиса? Скажи, если можешь.
Что мне ему сказать-то? Мол, ты всего лишь галлюцинация моего собственного воображения, плод фантазии больного мозга, попавшего под удар от взрыва? Или просто какой-то кошмарный сон? А ведь тут все выглядит так по-настоящему, себя щипаешь – больно. И рад бы прямо сейчас проснуться, но как? Неужели это действительно другой мир? Вот оно какое, Зазеркалье, «здравствуй, Алиса, – это Пудинг, здравствуй, Пудинг, – это Алиса». Сидит тут перед тобой такой бородатый «пудинг», вопросы странные задает. А с другой стороны, если это и сон, можно просто спокойно наслаждаться им, ведя себя естественно. Пусть будет что будет, и была не была…
Вздохнув полной грудью, собрав всю свою волю, расправив плечи и придав лицу максимальную серьезность, как бы подчеркивая торжественность момента, я решительно заявил:
– Я из другого мира, дядя!
Глава 3
«Здравствуйте, я – иномирянин!»
Если я думал как-то особо удивить своим заявлением Повелевающего мудростью Питисиниюса Асиюса, то весь мой грандиозный запал пропал зря. Мое выступление не произвело на него особого впечатления, хотя некоторую повышенную задумчивость явно вызвало.
– Что ж, – заметил он после продолжительной паузы, в течение которой его стакан опустел и вновь был наполнен красной жидкостью, – именно этого я больше всего и боялся. Боялся, что когда-либо увижу своими собственными глазами настоящего Посланника. Мне снились кошмары, да и вообще плохо спалось, я терял силы и концентрацию ума. Коллеги тогда смеялись над моими страхами – лучше бы никому о них и не рассказывал. Оставалось лишь смириться, проведя трудный ритуал очищения внутренней силы через долгую боль. И когда уже смиряешься со своим страхом, он действительно перестает пугать. Да и вообще уже не вызывает волнений духа, но оставляет желание понять. На этом пути меня поджидали новые неприятности, ибо все, касающееся Посланников, лежит под строжайшим запретом. В навечно запрещенном свитке Истинного Знания есть такие слова: «Да придут к нам Посланники со своим миром на плечах, и будут великие потрясения на землях и в небесах от взгляда их холодных глаз, через них будет смотреть на нас сам Истинный. И произойдет суд всех живущих на земле по суровой Воле Его». Всеми Проклятый Алхимик тоже пришел откуда-то со своим миром на плечах. И наше нахождение тут сейчас – отчасти именно его заслуга. Столько всего плохого произошло из-за его появления, столько крови пролилось, столько жизней ушло в бездну. И продолжают уходить сейчас по Воле Его. Теперь еще явился ты, а я, вместо того чтобы бросить тебя сразу в огонь, вы́ходил на свою голову. И не только на свою, ты же теперь не остановишься. Да и останавливать тебя совсем не хочу – скорее, наоборот. Может, именно ты сумеешь отомстить за всех, кто… – Так и не договорив до конца последней фразы, он остановился с поникшим взором, припадая к своему стакану и опустошая его одним большим глотком.
– Не знаю, – задумчиво ответил ему, – пока вообще ничего не понятно. Ваш мир для меня чужд. Чувствую себя рыбой, выброшенной из родной водной среды на берег. Могу высоко прыгать, сильно ударяя хвостом о камни, но куда двигаться и как дальше жить – не знаю. Даже с нормальным дыханием, похоже, большие проблемы. Обо всем написанном в ваших запретных свитках я не хочу ничего знать! И тем более кому-то там мстить – даже не собираюсь.
– Против Воли Истинного ты все равно не сможешь пойти, раз уж оказался среди нас, – совершенно спокойно заявил мне колдун, теребя рукой свою длинную бороду. – Если Ему так было надо – значит, ты просто исполнишь свое предназначение. Что оно принесет миру – покажет самое ближайшее время. И я буду не я, если сейчас не помогу тебе осознать и принять свой высший долг. Возможно, из-за этого тут десять лет и сижу, ожидая милости Лордов, которой нет и никогда не было. Но и ты попробуй вернуть мне свой долг жизни, хоть уже и избавился от своей клятвы. Так будет справедливо и правильно в глазах Истинного. Эта самая малость поможет обрести тебе свою дорогу к великой цели, выступив своеобразной проверкой сил.
Вот ведь хитрец-то какой, а? Какого-то там «Истинного» к делу приплел – мол, вся воля его, да судьба всякая, от которой не уйти и не уехать, – а сам лишь о монетах думает. Знает ведь – «золотая рыбка» удачно соскочила с его крючка, – теперь вот сидит, прикидываясь невинной жертвой обстоятельств, и мозги мне полощет. И выглядит внешне так, как будто все действительно всерьез. Но и я что-то такое чувствую. Искренности в нем ни на грош, один голый расчет. Если сейчас не пойду за ним, то, независимо от дальнейшего расклада, плакали его денежки, которые он уже в меня вложил. И ведь он собирался как минимум вернуть их обратно, а то и получить столько, сколько тут за одну жизнь некоторые не зарабатывают. Помню ту странную силу, которая толкала меня на непременное выполнение бездумно взятых обязательств. Интересно, как он смеялся про себя, когда я так нелепо торговался с ним, типа не три дюжины, а всего-то полторы? В итоге договорился на целых две – да, несомненно, великое достижение. А теперь, когда уже я немного лучше представляю здешние условия и у него нет возможности меня обязать, начинаются странные речи о каких-то судьбах миров, великом долге и прочей высокопарной ерунде. Деньги – вот это его сейчас реально беспокоит, а все остальное – муть. Может, и есть в ней какая доля правды, но вот какая? Малая да мелкая. Впрочем, а что потеряю, если сейчас что-либо пообещаю ему? Все равно сейчас у меня нет никаких денег, и пока даже не догадываюсь, где их можно взять, чтобы сразу рук не пообрывали. А когда они будут – тогда уже и разберусь с этим хитрецом. Раз имеется большая потребность в достоверной информации о здешнем мире, мне тут могут ее вполне добровольно выдать, в некоторой надежде на возможную прибыль в будущем. Значит, в эту увлекательную игру «кто кого больше надует» можно запросто поиграть и вдвоем.
– Не спорю… – так же спокойно попытался вернуть ему призрачную надежду, – как говорят у нас, «будет время – будут деньги, будут деньги – будем думать». Пока здесь окончательно не освоюсь, вряд ли смогу вернуть долг. И только с твоей помощью, а за реальную помощь всегда отблагодарю – есть у меня такое личное правило.
От моих расплывчатых слов и призрачных обещаний Повелевающий мудростью заметно повеселел. Видимо, они попали именно туда, где им было самое место в его мелочной и алчной до золота душонке.
– Очень правильно, что ты меня так хорошо понимаешь, Витос, – бодро подхватился бородач, – нам стоит о многом еще сегодня поговорить, но позже. Сейчас тебе требуется закончить телесные процедуры, переодеться в свою странную одежду – да, я ее вычистил от гари и грязи своими силами, помни о моей заботе, – разобрать свои вещи, они находятся там же, где ты уже сегодня был, это теперь твоя комната. После у нас ожидается прием пищи, ты в ней так сильно нуждаешься – твой организм еще слишком слаб, чтобы бездумно хвататься за силы по своим мелочным желаниям. Иди прямо сейчас, до обеда у нас не так много осталось времени.
Медленно поднялся из кресла, допив одним глотком остатки глинтвейна. Для моей массы такое количество алкоголя, по идее, станет не очень заметным, хотя, если учесть полнейшую пустоту желудка и нахождение организма не в самом лучшем виде… Словно подтверждая мысли, меня сильно повело в сторону, и, едва устояв от возникшего головокружения, я сделал два неловких шага к двери. Постоял там с минуту, держась за косяк. Настроившись на измененное восприятие отравленного мозга, потянул ручку двери на себя, и та свободно раскрылась передо мной, куда опять чуть не свалился, едва сохранив равновесие. За дверью терпеливо дожидался юноша с отрешенным видом на изуродованном шрамом лице и с четками в руках. Заметив меня, он схватился за мою руку и потащил меня из дома на улицу, где сразу повеяло летней жарой и потянуло не очень приятными запахами гниющих отходов. В доме же был на удивление чистый воздух. Опять чуть было не запутался в своих ногах от ударившего в голову алкоголя, но устоял и сумел доковылять до места приема водных процедур.
Под прохладным душем из дырявого днища большой бочки, стоявшей под потолком в ветхом сарае, меня немного отпустило. Как пришло быстрое опьянение, так же быстро оно и ушло. Только вместе с ним пропало и ощущение той странной силы, которая наполнила меня сразу после того, как вышел из комнаты, где меня держали взаперти. Я больше не чувствовал легкого дрожания теплого воздуха, готового в любой момент отдать свою зыбкую силу для реализации моих желаний. Только потеряв эти странные ощущения, наконец-то понял, что они у меня действительно были и это совсем не галлюцинация. Судя по всему, алкоголь подавляет какие-то особые способности организма, позволяющие влиять на реальность непосредственной силой мысли, забирая при этом тепло из окружающего воздуха для осуществления работы. Закон сохранения энергии и тут не обманешь, эх. Странный мир, и странный в этом мире я. Откуда все это? Неужели – магия, как у нас называют нечто подобное? Ладно, или сам разберусь по ходу дела, или кто-то объяснит. Тот же колдун, к примеру, хотя особой надежды на него нет.
А ведь все же сумел меня еще раз одурачить этот Повелевающий мудростью. Взял и лишил того, что его так сильно испугало. Сам тоже ведь пил, гораздо больше меня, но кто его знает, может, у него противоядие есть или привычка к алкоголю давно выработалась. Было совершенно незаметно, чтобы выпитое буюло как-то мешало ему колдовать. И на какой срок пропали мои новые возможности – до полного выветривания алкоголя или насовсем? Как пришло, так и ушло, даже и не знаю – радоваться по этому поводу или печалиться. Теперь ощущаю себя именно тем, кем всегда и был, без всякой этой зыбкой магической непонятности.
На обратном пути более внимательно рассмотрел дом Питисиниюса, чтобы примерно оценить общий технологический уровень здешней цивилизации. Хотя уже по всему виденному и слышанному можно сделать определенное заключение – до нас им еще очень далеко, даже если учитывать магию и все остальное. А конкретный дом может запросто претендовать на весьма достойное место и в нашем мире. Он лишь поначалу показался мне деревянным из-за внутренней отделки, но снаружи стало очевидно – это далеко не так. Стены сложены из чем-то хорошо обработанного камня, гладкого снаружи и пористого внутри, но при этом достаточно крепкого.
Крыша покрыта золотистой черепицей, а в широких окнах с закрывающимися массивными ставнями вполне приличное идеально ровное стекло. Не стеклопакеты, понятно, но и не те маленькие рамы, как в старинных утлых домиках наших деревень Нечерноземья. Внутреннюю площадь дома можно примерно оценить в сто – сто двадцать квадратных метров. Прихожая, коридор, кухня и несколько комнат – вполне уютный коттедж. Да, без электрического света и водопровода, все «удобства» исключительно во дворе, но тем не менее. Я бы, наверное, выстроил себе жилище этажа в два, но, может, тут просто так не принято. Можно однозначно сказать – наш Повелевающий совсем не бедствует, раз может позволить себе такие «барские хоромы». А вот окружающие хозяйственные постройки уже сильно напоминают наши старые деревни. Сортир-скворечник из какой-то травяной плетенки и с прогибающимся под весом посетителя полом, заметно помогающим расслаблению, кособокие сараи, небольшой запущенный огород, заросший сорными травами, и забор из тонких жердей вокруг всего этого хозяйства. Рядом виднеются похожие соседские строения, только крыши из черепицы другого цвета. Машин и асфальта не наблюдается, и, судя по долетающим до моего носа запахам свежего навоза, здесь используют исключительно тягловую скотину.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?