Читать книгу "Богоборцы. Книга 6"

– Ну, давай знакомиться, – шагнув вперёд, я протянул ей руку. – Виктор Орехов, позывной Тор. Глава владетельного дома Ореховых. Миллионер, плейбой, филантроп, мизантроп, ну и вот это вот всё. А ты, как я понимаю, Наталья. Благодарю, что приглядела за моими ребятами.

– Мне от тебя никакой благодарности не надо! – Мою руку отбили в сторону, а Блинова уставилась на меня горящим ненавистью взглядом. – И можешь убираться в ту дыру, из который выполз, подстилка богов! Теперь это моя команда, и я скорее сдохну, чем впущу такого, как ты!!!

Глава 3

– Это не тебе решать, – голос Обресковой по бесчувственности был максимально похож на прежний. – Не забывайся, девочка.

– И не тебе. – Из дверей в подсобные помещения показался парень лет тридцати. – Ты отстранена, так что попрошу покинуть служебную территорию. Или я вызову полицию.

– Это мой адвокат, и он имеет право находиться там же, где и я, – я не собирался позволять выгнать Юлию. – А с кем имею честь?

– Я тренер команды, Сергей Васильевич Изотов, – мужчина смерил меня взглядом, – и я тут решаю, кто может находиться на территории команды бюро, а кто нет. Понятно? А теперь вышли и закрыли дверь с той стороны.

– Ты же даже не одарённый, – мне с одно взгляда стало это понятно, как и то, что Изотов меня боится, хоть и старается не подавать виду. – И чему ты можешь научить боевую группу? Где Олег Евгеньевич? Вы что тут, все с ума посходили, что ли?!

– Ты на меня голос не повышай, со… – новый тренер с трудом сдержался. – У меня большой опыт работы, и до этого справлялся без этой вашей хрени!

– А если на выезде девчонки угробятся из-за твоей некомпетентности, как ты перед их Домами отвечать будешь? – я пристально уставился в глаза Изотову. – Это тебе не спортсмены и не МЧС. Мы богоборцы, которые воюют с такими монстрами, которым ты на один зуб. Так чему ты можешь нас научить, если даже не видишь духов?

– Витя, сейчас не время и не место это выяснять, хотя я тоже такого не ожидала, – тормознула меня Обрескова. – Где Марина?

– Для тебя Марина Владимировна, – появившаяся в зале женщина примерно такого же возраста, как и новый тренер, уставилась хмурым взглядом на Обрескову. – Что ты здесь забыла?! Я же сказала, чтобы ноги твоей здесь больше не было!

– Слушайте, граждане, а вы не много на себя берёте? – я почувствовал, как внутри закипает злоба. – Вы припёрлись хрен знает откуда и устанавливаете свои правила в моей команде. Думаете, если вас какой-то мудак из бюро прислал, так вы сразу главными стали? Это моя команд, мои люди и моя база. Если думаете, что это не так, то какого хрена пользуетесь моими машинами? Не девочки, к ним претензий нет, они имеют право брать их в любое время дня и ночи, а вы двое как администрация. А то, я смотрю, вы принципиальные, где вам надо, а где-то совсем наоборот. Как там у классика, здесь вижу, здесь не вижу, здесь рыбу заворачивали, так?

– Мы компенсируем амортизацию… – женщина поморщилась, было видно, что ей неприятно, но всё же отступать не собиралась, но я тоже.

– Да плевать мне на вашу компенсацию! – я зажёг свет в глазах. – Я хочу знать, по какому праву поменяли капитана команды и Наставника?! Кто принимал решение?! Нас кинули в Греции с поддержкой, а теперь ещё и дома та же хрень?! Я не знаю, кто это придумал, но если он решил, что я это проглочу, то сильно ошибся. Мы дрались и вернулись из царства мёртвых не для того, чтобы о нас вытирали ноги. И если думаете, что у меня на вас управы не найдётся, то вас ждёт сюрприз. Завтра эта история будет во всех мировых СМИ, и я прям хочу посмотреть, как вы тогда забегаете.

– Виктор Орехов, верно? – Марина Владимировна обожгла меня ненавидящим взглядом, но взяла себя в руки и выглядела почти спокойной. – Ты был признан пропавшим без вести…

– Чушь! – перебила её Юлия. – Этот статус присваивается только через три месяца. До этого момента только место пребывания гражданина может быть не установлено. Фактически, и юридически бюро отказалось от команды после Игр. И тем непонятнее смена руководства группы. И отвертеться от объяснений на этот раз не получится.

– Что ж, я готова рассказать, как куратор группы трахался со школьником, – Марина презрительно скривилась. – Думаю, средствам массовой информации будет очень интересно это узнать.

– Не со школьником, а с совершеннолетним дееспособным гражданином, полностью отвечающим за свои слова и поступки, так сказать, в здравом уме и твёрдой памяти, при полном его согласии, – ничуть не смутилась Обрескова. – Что не запрещено ни одной статьёй Уголовного или же Административного кодекса. Давай, вперёд. Если думаешь, что это хоть как-то скроет ваши косяки, то вынуждена тебя разочаровать. Скорее уж мне будут завидовать.

– Сука, – буквально зашипела Марина Владимировна. – Брат умер из-за тебя. Если бы не ты, тварь…

– Советую сейчас очень тщательно выбирать слова, – я шагнул вперёд, задвигая за спину побледневшую Юлию, где её тут же взяла в оборот Таня. – Потому что если я услышу что-то, что мне не понравится, у вас могут появиться большие проблемы.

– Что, убьёшь меня? – презрительно прищурилась новый куратор, но я видел в глубине глаз страх. – Ну давай. Ты и так под подозрением как ренегат. Давай, сделай мне подарок. Пожизненное тебе обеспечено! Жаль только, я не увижу лица этой суки, когда тебя кинут в Снежную сову.

– Витя, не надо! – предостерегающе крикнула Юля, но это было лишнее, я и не собирался нападать.

– Убивать? – я ухмыльнулся, нависая над Мариной Владимировной. – Зачем? Я вообще против убийств, это слишком кардинальная мера, тем более что есть гораздо более эффективные средства. Например, подать в суд за оскорбление личности. А затем, имея на руках решение, добиться полного отстранения от работы. Думаю, Гриша с этим без проблем справится. Что, не ожидали? Думали, я тупой бугай, только и способный всё крушить и ломать? Нет, я умею думать и пользоваться разными инструментами. К тому же будет куда приятнее раздавить вас на вашем же поле.

– Да кто будет слушать ренегата! – внезапно влезла в разговор Наталья. – Чего мы вообще с ними цацкаемся?! Надо вызывать спецбригаду, пусть пакуют…

– Признаков ренегатства у Виктора Орехова и Мико Новиковой не выявлено, – скривившись, будто зажевала целиком сразу два лимона, обломала её куратор. – Срок карантина установлен в полгода.

– Вы мне этого не говорили, – с обидой взглянула на неё Блинова.

– Я сама только узнала. – Было видно, что Марине физически неприятно признавать моё право вернуться в команду. – Письмо с подтверждением пришло буквально пару минут назад.

– И что теперь? – Наталья изо всех сил сжала тренировочный меч, а на скулах показались желваки. – Он здесь будет заправлять всем?!

– Боевая группа находится в подчинении бюро, и именно оно… – покачала головой куратор, но её перебила Обрескова.

– Позвольте, – Юлия с насмешкой глядела на преемницу. – Команда принадлежит колледжу. Бюро только предоставляет заявки для работы и осуществляет контроль. Наставник же и тренер целиком и полностью подчиняются министерству образования, как сотрудники колледжа, и без его ведома не имеют права проводить какие-либо мероприятия. В том числе и по изменению состава группы. И уж тем более бюро не может своей волей поменять наставника, как и капитана команды.

– Согласно внутренней инструкции один семь двенадцать тридцать восемь дробь девять от третьего мая две тысячи второго года, лица, подозревавшиеся в ренегатстве или состоящие на карантине, не могут состоять в боевых группах, – с перекосившимся от ненависти лицом отчеканила Марина Владимировна и повернулась ко мне. – Так что можешь идти в суд. Выставишь себя на посмешище. Я бы на твоём месте не слушала эту су…

– Согласно поправке от две тысячи пятого года это ограничение снято для лиц, отбывающих карантин, в случае если они признаны благонадёжными, – расплылась в улыбке Обрескова. – И что удивительно, и Мико, и Виктор оба признаны именно таковыми.

– Так, хватит! – я прервал дебаты. – Пока мы тут все окончательно не посрались, предлагаю взять паузу. Бюро, как всегда, навалило огромную кучу, а разбирать придётся нам самим, поэтому давайте сбавим тон. Юлия не собирается возвращаться в команду, так что ваше назначение, Марина Владимировна, никто оспаривать не будет. Вот и предлагаю вам подумать пока над моими требованиями. Они просты – мы с Ми-тян возвращаемся в команду, я опять буду капитаном, а Олег Евгеньевич возвращается на пост Наставника. То бишь мы хотим, чтобы всё было как прежде. Наталью, естественно, никто не гонит, хорошим бойцам мы всегда рады.

– Без твоих подачек обойдусь! – натурально зашипела в ответ та, сверкая глазами, но я её проигнорировал.

– А пока предлагаю всем отметить наше возвращение. Сегодня у нас в клубе туса, Стас уже готовит поляну. – Я оглянулся на девчонок. – Так что собираемся, одеваемся, наводим красоту и вперёд!

– Я запрещаю… – попытался было влезть новый тренер, но его перебила сама Марина.

– Пусть идут, – куратор хмурилась и кусала губы от волнения, явно не замечая этого. – Как ты им это запретишь?

– Но режим, – снова заикнулся тот и нарвался на отповедь.

– Какой режим, идиот, они не спортсмены! – сорвалась куратор, подтверждая мою догадку относительно полной некомпетентности нового наставника. – Идиот! Зачем я с тобой только связалась. Наташа, пошли. Или ты тоже поедешь?

– Вот ещё, – Блинова обожгла меня взглядом и направилась за Мариной. – Идёмте.

– Ната, погоди! – к ней подскочила Катерина, вцепившись в руку. – Не психуй, а. Витя хороший и никакой не ренегат. Ты же сама видела, как он монстров убивал. Поехали, будет весело.

– Камон, Таш, завязывай! – поддержала её Дара. – Погнали тусить! Ну ты чего?

– Отвали! – Блинова даже не взглянула в её сторону. – Иди тусите с этим… уродом! Отстань от меня! – она сбросила руки Милорадович. – Если он тебе дороже нашей дружбы, тогда всё кончено!

– Не говори так. – Катя побледнела. – Ната, ты не знаешь, через что нам довелось пройти.

– А ты знаешь, через что прошла я?! – Блинова резко развернулась, уставившись на подругу глазами, полными ярости и ненависти. – Ты знаешь, что со мной делали эти твари?! И после этого ты бросаешь меня ради одного из них?!! Какая же ты…

– Это был твой личный выбор, от которого мы пытались тебя удержать, – подала голос Таня. – Я лично разговаривала с тобой, просила, умоляла не делать этого. Что ты тогда мне сказала? Помнишь? А теперь ты ещё и оскорбляешь нас за свою глупость? Виктор не подарок, не самый умный человек на свете, характер местами мерзкий, но он никогда не предавал ни нас, ни человечество. Я бы даже сказала, он эталонный богоборец. Не оголтелый фанат убийства духов, а именно защитник. Тот, кто не побоится встать против любой опасности.

– Ну ты прям меня захвалила, я сейчас покраснею, – я изобразил смущение, на что Тарасова закатила глаза, мол, часть с недостатками я пропустил мимо ушей, и повернулся к Блиновой. – Но дело в другом. Мне плевать, что ты меня ненавидишь и не хочешь иметь со мной никаких дел. Дело твоё, какие там тараканы бегают у тебя в мозгу. Но ты оскорбляешь подруг, которые ждали тебя и переживали. Я это лучше всех знаю, меня они даже в команду брать не хотели из-за тебя. Мечтали, чтобы вы вместе прошли аттестацию, сражались с монстрами и защищали людей. А ты теперь ставишь ультиматумы, хотя права на это не имеешь. И если хочешь, чтобы тебя поняли и приняли, может, стоит начать с себя?

– Мне твои нравоучения не нужны. – Если я надеялся, что до неё дойдёт, то зря, хорошо, что я этого не делал. – А эти дуры ещё поймут, кто ты такой, но, боюсь, уже будет поздно.

– Да они и так обо мне всё знают, – отмахнулся я. – Ну что, красавицы и не красавец, двигаем? Кто хотел, тот отказался, а остальные сегодня гуляют!

Девчонки хоть и поглядывали на двери в подсобные помещения, где скрылись Блинова с куратором, но всё же пошли со мной к выходу. Да и справедливости ради, смотрела туда только Катя. Насколько я помнил, Наталья была её лучшей подругой, и когда я пришёл в команду, именно Милорадович сопротивлялась дольше всех. Дара разок оглянулась, пожала плечами, мол, была бы честь предложена, и забила, а Таня с Мико так и вовсе внимания на выходку Блиновой не обратили. Японка так и вовсе обиделась за столь холодный приём и принципиально не разговаривала, а Тарасова всегда была слишком умной и чётко понимала, что происходит. Ведь вернуть в боевую группу ренегата не просто сложно, а практически невозможно.

Правда, уже через десять минут даже Катерина забыла про психованную подругу, вместе с остальными засыпая нас с Мико вопросами. Мы честно отбивались как могли, но лишь необходимость наряжаться и краситься для выхода в свет нас спасла. Иначе выпотрошили бы и выжали всё до последней капли информации. Мне тоже было интересно, что тут без нас происходило, но с самым главным меня уже Юлия познакомила, а остальное могло подождать. Тем более что впереди нас ждали большие изменения. Отдавать команду я не собирался.

Ждать пришлось долго, правда, я не слишком переживал, чай, не на улице под дождём куковать. Пошёл к себе, комнату у меня никто не забирал, я отметил это плюсом в копилку директора колледжа и минусом Марине. Надо бы её фамилию узнать, но у Юли спрашивать не хочется. Вот уж не ожидал, что куратором поставят сестру её погибшего жениха, хотя, с другой стороны, чему удивляться. Здесь конкретно играли против меня и били по всем, кто со мной близок. Сняли Олега Евгеньевича, вернули Наталью и поставили курировать группу человека, всеми фибрами души ненавидящего одну из моих девушек. А значит, будет сеять раздор и смуту. Впрочем, я этого ожидал.

– Вить, можно? – в дверь постучались, и в комнату заглянула Дара. – Ты один?

– Да, – кивнул я, – остальные разбежались. Заходи. Вау, ты прям шикарно выглядишь! Сто десять из десяти!

Я привык видеть лучницу в образе оторвы. Эдакой рокерши, гоняющей на байке, своим пацаном, с которым можно выпить, поговорить по душам и даже девок снять, а чего нет. Одевалась Дара соответствующе, в кожу, рваные джинсы и прочие атрибуты плохой девчонки. Сейчас я тоже ждал чего-то похожего. Но реальность с размаху дала мне по морде.

Девчонка нарядилась в короткое чёрное платьице, по которому то тут то там расположились прозрачные вставки, очень эротично обнажающие юное тело и при этом оставляющее простор для воображения. Плюс лёгкий макияж, почти полное отсутствие пирсинга, что делало лицо Дары каким-то другим, и – вуаля – передо мной стояла незнакомая красотка, за которую не жалко отдать полцарства. Я почувствовал, как в душе шевельнулось чувство собственного величия, мол, моё, никому не отдам.

– Я, – Дара потупила глазки и покраснела, ещё больше выбиваясь из прошлого образа. – Я извиниться хотела. За прошлый раз, ну, когда перед Играми на дуллахана охотились. Я была неправа, и из-за меня могли все пострадать. И машину твою испортила тоже. Прости меня, пожалуйста.

– Блин, я-то думал, что-то серьёзное случилось, – я выдохнул, расслабляясь. – Да я про это уже давным-давно забыл. Ну психанула немного, бывает. Больше так не делай, и всё. Есть проблема – давай поговорим, обсудим. А ламбу починят.

– Её в сервис увезли, где тюнинг делали, я договорилась, восстановят в лучшем виде, – тут же затараторила девушка. – Я даже…

– Тсс, – я приложил ей палец к губам, перекрывая поток информации. – Пёс с ней, с ламбой. Главное, что все живы и здоровы. А машина пусть и дорогая, но просто железяка. Так что всё нормально.

– Правда? – Дара шагнула вперёд и прижалась ко мне грудью, заставив сглотнуть слюну. – Честно-честно?

– Настолько честно, что, если ты ещё крепче прижмёшься, мы никуда не поедем, – я обхватил её за талию, усилием воли удерживая себя в рамках приличия. – Дара, ты с огнём играешь.

– А я не играю. – На меня уставились красивые тёмные глаза. – Я совершенно серьёзно.

– Ну, тогда держись, – я подхватил девчонку под попу и понёс в другую комнату. – И не жалуйся потом, что я тебя не предупреждал.

Глава 4

– А я ему и говорю, мол, каким надо быть кретином, чтобы дать обет не всходить на ложе жены до победы, – я держал рюмку в руке, рассказывая очередную байку из царства мёртвых. – Так чего удивляться, что она Зевса от тебя не отличила.

– А Амфитрион чего? – глаза у Скуратова-старшего блестели не меньше, чем у молодёжи. – Неужели спустил такое?

– Да как сказать, – я на автомате помял рукой шею. – Я поначалу-то не понял, чего он так близко подходит, и, надо признаться, весьма скептически относился к борьбе как к боевому искусству. Это на татами борцы решают, а на улице всё по-другому. Оказалось, очень зря. Всё-таки спортивное направление сильно выхолостило этот стиль. А когда тебя втыкают головой в землю, это больно. Я, конечно, потом ему навалял, но приложил он меня здорово.

– Отсюда вывод, – наставительно поднял палец Владимир Алексеевич и, дождавшись, когда все обратят на него внимание, продолжил: – Если хотите пошутить над борцом – держитесь вне досягаемости его рук. Лучше всего на расстоянии выстрела.

– Лучше старенький ТТ, чем дзюдо и карате, – подхватил Матвей. – Жаль, на духов это не работает. Стольких проблем бы избежали.

– Ты у нас гениальный мастер, вот и займись, – подколол его Стас, причём шутки в этом был самый минимум, после Игр, пока я шлялся по царству мёртвых, умения Матвея оценили крайне высоко, и к нему уже стояла очередь с заказами на оружие и броню. – Сделаешь волшебный пулемёт, будем косить монстров.

– А лучше танк, – поддержала его Катя. – Прикинь, ты такой на танке выезжаешь и из пушки по мавке какой бабах!

– Ага, кровь, кишки и всё вот это вот, – заржал воздушник, и они с Милорадович хлопнулись ладонями. – Давай, Матвей, замути что-нибудь такое.

– Танк вряд ли получится, – почесал в затылке кузнец. – Я уже думал, прикидывал и так и эдак, не, не выйдет. Одного молотка мало, нужны материалы, ещё инструменты, даже огонь особый. Тогда да, можно сделать нечто типа корабля Скидбландира или Гунгнир с Мьёлльниром, но пока мой максимум – это скопировать Смешер, да и то без одушевления.

– Знаешь, я бы и от такого не отказался, – тут же сделал стойку Владимир Алексеевич. – Только желательно саблю, карабелу или килыч, чтобы именно резать, а не рубить. Это Тор у нас парень простой, ему бы размахнуться посильнее да по кумполу кого приложить, а нам, ветрякам, приходится тоньше работать.

– Есть идея насчёт чакрумов, – оживился Матвей. – Тоже чтобы складывались в кольцо, а если надо, принимали нормальные размеры, и их можно было метать в цель. По идее, даже несколько штук можно вместе сложить и доставать по мере необходимости.

– Обсудим! – Скуратов явно загорелся идеей, да и у Стаса глаза заблестели, и не только у него. – Есть у меня пара идей…

– Так, сегодня ни слова о работе! – Юля осушила свой бокал и со стуком поставила на стол. – Сегодня мы празднуем возвращения Вити и Мико, веселимся и радуемся жизни! Всё-таки не каждый день смертные выходят из царства Аида. Так что предлагаю тост! За Виктора – настоящего победителя и мужчину! Который, если сказал, – сделает! Сказал, из-под земли достану, – и ведь достал!

– И за Мико, девушку со стальными канатами вместо нервов, – подхватил Олег Евгеньевич, которого мы тоже вытащили. – Честно говоря, не представляю, как бы я сам повёл себя в такой ситуации, но ты, девочка, прошла это испытание с честью. Что бы там ни говорили эти уроды из бюро, я знаю, что ни один из вас не продал и не предал род людской. За вас, ребята.

– За вас!!! Витя, Мико!!! Пьём!!! – От криков можно было оглохнуть, оно и понятно, компания собралась немаленькая.

К нам присоединились ребята Скуратова. Против них я ничего не имел, мы довольно неплохо подружились во время сборов. Сам Стас был с невестой, его ребята тоже пришли с половинками, Юля, Скуратов-старший, Олег Евгеньевич, так что уже набралось прилично народу, но это было только начало. Не успели мы сесть, а точнее, только собрались, как пошли ходоки и не только из дружественных Домов типа тех же Милорадовичей, заявившихся почти в полном составе, или Доржиевых, каким-то образом успевших прилететь вовремя. Нет, почти каждый владетельный Дом Новосибирска явился выразить своё почтение. Это не я придумал, это прямой текст Дениса Тереньтева, который появился одним из первых.

И это была не просто фигура речи. Со слов Тереньтева, одарённые страны и не только очень высоко оценили мои свершения на Играх, а возвращение из царства Аида так и вовсе забросило мой авторитет на недосягаемую высоту. Всё-таки главы владетельных Домов ещё не забыли, какова их главная задача, погрязнув в зарабатывании бабла. Хотя и от денег не отказывались, и за это Тереньтев благодарил отдельно, ибо внимание, которое я привлёк, дало значительный толчок для развития бизнеса города.

В столицу Сибири потянулись ходоки со всех концов мира сразу после того, как команда, пусть и в усечённом составе, вернулась с Игр. Причём цели у них были самые разные, начиная с заказов Матвею, заканчивая сватовством к девочкам. И, естественно, местные одарённые приняли гостей в свою тусовку. Началось общение, появились общие интересы, кто-то захотел зайти на рынок города, кто-то, наоборот, был готов покупать местные товары.

Мало-помалу всё завертелось, заключались договоры, формировались союзы, причём не только деловые. Оценив стати и возможности сибирских парней и девиц, многие загорелись матримониальными планами, причём большинство желающих было из-за границы. А тут и из столиц подтянулись желающие поучаствовать в ярмарке холостяков и невест со своим товаром, так сказать. Короче, начался самый настоящий цирк на паровом ходу, а катализатором послужила наша команда и конкретно я. И да, скромностью пси-воины никогда не страдали.

Собственно, Тереньтев был первым, но далеко не последним. Мы никого не гнали, благо Стас, а точнее, Лев Натанович расстарался, и недостатка в закуске и выпивке не было. Так что встреча стремительно превращалась в великосветскую тусу со всеми прилагающимися плюсами и минусами. Так что, как бы Юлия ни разорялась, мол, о работе ни слова, но каждый из гостей если не прямым текстом сообщал о желании сотрудничать, то намекал на очень интересный проект, в котором я прямо обязан был поучаствовать.

Большинство я успешно пропускал мимо ушей. Ну неинтересны мне разные аферы и махинации, стартапы и прочая хрень, но попадались и весьма заманчивые предложения. Например, от того же Тереньтева, будь он неладен. Их Дом каким-то образом продавил право на землю в очень интересном месте, на берегу Бердского залива в Речкуновской зоне отдыха. Там возле посёлка Светлый находился небольшой полуостров с несколькими базами отдыха. Уж не знаю, какие махинации провернул Дом Тереньтевых, кому и сколько занесли, но участок им отдали целиком. И естественно, они хотели получить от этого максимальную прибыль.

Не то что я был против, да и место под родовую усадьбу мне определённо требовалось, но всё же стоило подумать. Я примерно понял, где это, хоть сам раньше в тех местах не бывал. Но кто ж не знал, что именно там были сосредоточены дома отдыха и разные курортные базы. А что, места обалденные, сосновые боры, рядом Бердский залив и Обское водохранилище с пляжами. Разве что от города далековато, но при наличии машины под задницей это вообще не проблема. Особенно после открытия третьего моста. Да и на учёбу добираться удобно, пять-десять минут – и на месте. Но Тереньтев предложил не просто купить участок, он предложил мне стать инвестором, вложиться в строительство элитного коттеджного посёлка, что могло принести огромные прибыли.

Деньги у меня имелись. Столько, что я даже мысленно сумму не произносил, чтобы не сглазить. Шучу, конечно, но реально количество нулей гонорара от организаторов стало для меня полной неожиданностью. И в целом я был готов их куда-нибудь вложить, потому что все знают – деньги должны делать деньги. Но не собирался бездумно кидаться в любую предложенную авантюру, что честно и озвучил Денису свет Владимировичу. Тот всё правильно понял и предложил переслать всю документацию Обресковой, а как она изучит и проверит, встретиться и обсудить уже более конкретно. Вот такой подход меня полностью устраивал, и расстались мы довольные друг другом.

В предложения остальных я даже не вникал, сразу говорил, чтобы слали документы моему адвокату. Да, я сволочь, но Юлия большая девочка, наймёт кого-нибудь почту разгребать, не мне её учить, а некоторые предложения звучали очень интересно. Например, о сотрудничестве с международными компаниями. Единственные, кому я сразу отказывал, так это рекламщикам. Торговать рожей лица – это не для меня. Девочки, если захотят, бога ради. Но мне не хотелось выставлять себя напоказ. Исключением из правила стала компания «Ламборгини». Я реально опешил, когда Белка привела их представителя.

Правда, потом оказалось, что Бенедетти владеют частью акций компании, и всё встало на свои места, но злиться на девчонку за такую мелочь было глупо. Тем более деньги они предлагали хорошие, а в качестве бонуса предлагали назвать моим именем первый внедорожник от «Ламборгини». От такого я просто не смог отказаться. Да и какой нормальный мужик смог бы, особенно если тебе обещают первые три машины бесплатно в полной комплектации? Вот и я про это.

Понятно, что в накладе компания не останется, да и прототип внедорожника, скорее всего, был готов уже давно, но мне-то какая разница. Я свою плюшку получу, а остальное не мои заботы. Я вообще не хотел сейчас ничем забивать себе голову, но приходилось соответствовать званию главы владетельного Дома. Можно сказать, что сегодня проходил первый почти официальный приём, пусть он и был организован спонтанно и больше напоминал вакханалию. Уж я-то знаю, как она выглядит, Дионис устраивал. Вот после этого я и зарёкся с ним бухать.

Справедливости ради, всё же обнажённых диких вакханок, совокупляющихся с любым желающим, и бесстыжих сатиров, гоняющихся за нимфами с хозяйством наперевес, у нас не было. Да и нимфы тут были только мои, так что сатиры сильно рисковали остаться без хозяйства, если бы появились. Но всё равно было весело. Долбила музыка, крутил диски какой-то модный диджей, которого Натаныч приволок буквально за шкирку. Девочки-официантки шныряли туда-сюда, разнося алкоголь и закуски, а я травил байки про поход.

Естественно, рассказывать про амброзию, купание в Стиксе или что-то такое же важное не стал, но из всего остального тайны не делал. Многих интересовал Минотавр, всё-таки личность он был легендарная, и его появление на Играх вызвало фурор. А уж наш дальнейший поход и подавно. Причём даже многие одарённые не знали всей истории его семьи, а там было с чего офигеть. Семейка у Астериона подобралась оторви и выбрось. Начиная с мамаши, воспылавшей страстью к быку, что само по себе отрыв башки, заканчивая сестрёнкой, которая с лёгкостью сдала родного брата заезжему ухарю. Правильно Тесей её кинул, глядишь, и его бы прирезала.

Впрочем, после смерти они мало изменились, тем более что вовсю пользовались блатом. Непотизм в чистом виде, посадить судьями царства мёртвых двух своих племянников. Вот что значит у Аида нет оппозиции и сменяемости власти. У меня даже возникла мысль отправить туда наших псевдолибералов, пусть там с коррупцией борются, правда, как они это делать будут без стримов и донатов, даже не представляю. А так я бы посмотрел видос про домик для уточки в водах Стикса, а ещё лучше Флегетона.

Сука-сестрёнка тоже грамотно отскочила, получив бессмертие и мужа-бога в придачу. Кстати, я понял, почему её Тесей бросил, а Дионис стал запойным – более склочной бабы я никогда не видал. Там хочешь не хочешь, а в запой ударишься, особенно когда под рукой почти неисчерпаемые запасы бухлишка. Кстати! Я сделал себе мысленную пометку: когда вся эта возня закончится, рвануть во Францию на свои новые виноградники, подаренные Лотарингами, и провести обряд благословения Диониса. Элитный сорт – это замечательно, но божественный гораздо лучше. Я так думаю.

Рассказывал и про легендарных героев, Одиссея того же. Вот где жучило, может, зря я его в покер играть научил? Но пофиг, не жалко, пусть раздевает несчастных мёртвых греков, тем более им нечего терять, кроме своих хитонов. А некоторые и без них прекрасно обходятся. Главное, чтобы Аид его на Землю не отпустил, а то, зная характер царя Итаки, просто игрой в казино он не ограничится. Скорее уж замутит своё с блэк-джеком и вакханками. Правда, вероятность того, что Аид изменит своё мнение и таки начнёт отпускать души на волю, крайне мала, но всё же не равна нулю. Я же выбил Астериону право на свободный выход из царства мёртвых, так что мало ли что в дальнейшем случится.

– Виктор, прости, что опоздала, я лишь недавно узнала о твоём возвращении. – Вот кого я не ожидал увидеть, так это Одинцову, но Леда стояла с лёгкой улыбкой на устах. – Мы с Машей все трансляции с Игр смотрели. Это просто ужас, что там было. Но вы большие молодцы, что справились. Я, конечно, многого не понимаю, но считаю тебя настоящим героем.

– Благодарю, – я легко улыбнулся в ответ, ничуть не смущённый лестной похвалой. – А Мышка где? Или ты одна?

– Нет, я с родителями, отец хотел с тобой поговорить, – ехидно прищурилась Леда и, видя, что я не повёлся, огорчённо выдохнула. – Не по поводу брака, он понимает, что теперь мы тебе не ровня. У него там какие-то дела по бизнесу, но это так, на будущее. Пока хочет почву прощупать, насколько ты настроен на сотрудничество. А Маша – вон она, прячется, стесняется подойти.

– А чего так? – удивился я, глядя на украдкой поглядывающую в мою сторону девушку, старающуюся стать как можно незаметнее. – Вроде я поводов бояться меня не давал.

– У неё любовь случилась, – сдала сестру Одинцова. – Очень хороший мальчик с факультета филологии. Из хорошей семьи, папа-академик.

– Ну замечательно, а чего боится-то? – я с недоумением снова посмотрел на Мышку. – Меня или… себя?

– И того и другого, – развеселилась Леда. – Трахнул бы ты её напоследок? Порадовал девчонку перед свадьбой. А то, боюсь, там всё будет исключительно пуритански, в миссионерской позиции и в ночной рубахе с дырой для сношения.

– Боюсь, ты очень недооцениваешь сестру. – Мне всегда казалось, что в этом тихом омуте черти такие жирные и рогатые, что нырять в него смертельно опасно. – Не, я пас. Пусть сын академика отдувается. Надо будет ему рецепт для увеличения потенции подкинуть. Или Ми-тян попрошу печать нарисовать для этого дела.