Читать книгу "Богоборцы. Книга 6"

– Ми-тян… – задумчиво протянула Леда. – Значит, правду говорят, что команда – это твой личный гарем. А места ещё есть? Я бы не отказалась войти даже на должность наложницы.

– Боюсь, у твоих тараканов с моими принципиальная несовместимость. – Мне не было сложно сказать человеку нет, тем более Одинцовой с её заскоками. Мне такого добра и даром было не надо. – Тем более тебе же мужик, по сути, и не нужен. Разве не так?

– По большому счёту да, – легко согласилась Леда. – С кем потрахаться, я всегда найду, да и от кого родить тоже. Но я обязана была попробовать. Мало ли, вдруг прокатило бы.

– Не прокатило, – я улыбнулся и поднял бокал с виски. – Чин-чин.

– Чин-чин, – девушка стукнулась со мной своим. – Рада, что ты выбрался, Витя. Без тебя было бы гораздо скучнее.

– Я тоже рад, – улыбнулся я в ответ. – И совет, пройдись по залу, познакомься с людьми. Глядишь, и подцепишь кого. Девка ты видная, а тараканы – они внутри. Будешь держать рот закрытым… ну или занятым, никто и не узнает, что они есть.

– Так и сделаю, – Леда отсалютовала мне шампанским и пошла в зал.

– Не ожидал, что ты её отошьёшь, с твоими достижениями ты бы легко мог поглотить весь бизнес Одинцова, – стоило мне остаться одному, как за спиной прозвучал ещё один голос, который я не ожидал сегодня услышать. – Есть минута поговорить наедине? А, ну и с возвращением.

– Благодарю, – я развернулся, твёрдо взглянув в глаза Гончарову. – Можно и пообщаться, если есть о чём. Пошли в мой кабинет, там нам мешать не будут.

Глава 5

– Проходи, присаживайся, – я махнул рукой в сторону кресла. – Выпьешь?

– Пожалуй, – Гончаров, расслабленно плюхнулся на указанное место, не выказывая ни тени напряжения. – Виски.

– Шотландский скотч подойдёт? – я перебирал бутылки в баре, пока не наткнулся на нужную. – Двенадцать лет выдержки! Лёд надо?

– Давай, – Ричард держался так, будто мы с ним были старыми друзьями, – шотландский скотч – то что нужно.

Я взял два бокала, кинул в них льда, щедро плеснул из бутылки, наполняя до половины, и вернулся к столу, поставив один перед посетителем. А сам уселся в директорское кресло, с умным видом отхлебнув напиток и постаравшись не поморщиться. Нет, я всё же решительно не понимаю, что в этом пойле находят другие. Самогон и самогон, даже не слишком очищенный. Но приходится держать морду, соответствовать высокому званию главы владетельного Дома и лакать подобную гадость так, будто она вкуснее амброзии.

– Итак, чем обязан? – Можно было, конечно, подождать, пока Гончаров разродится, но у меня там полный клуб гостей, и, даже учитывая, что тусовка вошла в стадию, когда хозяин уже не сильно-то и нужен, надолго покидать их будет невежливо.

– Для начала я снова хотел бы извиниться. За ту ситуацию с колдуном и вообще, – Ричард с независимым видом тоже хлебнул скотча и довольно хмыкнул. – Отличный купаж. Надо будет прикупить ящик-другой. Так вот, вы случайно попали в эту схему, но отменить операцию уже было нельзя.

– Поэтому ты решил меня закопать, – хмыкнул я, припомнив случай на телевидении. – Тоже случайно.

– Не я, – поморщился Гончаров. – Поверь, у меня к тебе нет ни капли ненависти. Скорее наоборот, ты мне симпатичен. Как человек, как одарённый богоборец, а не то, что ты мог подумать. Я далёк от всей этой новомодной мерзости. И стараюсь оценивать людей по их достижениям, а они у тебя весьма впечатляющие.

– И ты решил, что я достоин, – я кивнул и хлебнул скотча, скрывая усмешку. – Кстати, чего именно? Я ведь верно понимаю, что у вас есть какая-то тайная организация, в которую входит верхушка бюро и ещё куча народу, наделённого властью. И до недавнего времени я был вам как кость в горле. Так что поменялось?

– Многое, – не стал отрицать мои выводы Гончаров. – А самое главное – ты сам. Скажи, вот ты, не задумываясь, отправился за своей девушкой в царство Аида. А хотел бы ты защитить всех людей? Чтобы больше не было похищенных вещейками-сороками детей, утопленных водяным девушек, которому понадобилась новая жена, мужчин, чью кровь высосала вампирша-чурела? Чтобы люди больше не умирали из-за хищных духов или по желанию богов?

– Так я, собственно, именно этим и занимаюсь, – я с усмешкой отсалютовал стаканом собеседнику. – Защищаю человечество. К чему такие вопросы-то?

– А у тебя не возникало ощущения, что все наши усилия напрасны? – Ричард со стуком поставил стакан на стол и напряжённо уставился мне в глаза. – Что всё, что мы делаем, – это боремся с тенью? Уничтожаем одного духа – в другом месте появляется два новых. Убиваем демона – приходя боги. Изгоняем их – снова лезут демоны. Мы, как моряк на идущем ко дну дырявом, как решето, корабле. Пока затыкаешь одну дырку, вода сочится через другую. А тем временем корабль погружается всё глубже, и скоро его захлестнёт с головой. Ты никогда не ощущал этого чувства беспомощности перед неизбежным?

– Нет, – я пожал плечами. – Я делаю, что могу. И не только я, все богоборцы. И там, где не справится один человек, десять и заделают дыры, и откачают воду, и приведут корабль в порт.

– Если бы это было возможно, – грустно и немного нервно рассмеялся Гончаров. – Пока нам удаётся только заткнуть самые крупные дыры ценой человеческих жизней.

– Это наш долг и наша работа, – я развёл руками. – Если уж на то пошло, нам за это платят, и, я бы сказал, неприлично большие деньги. Правда, если разобраться, ущерб от деятельности духов был бы куда выше, так что цена оправдана, на мой взгляд.

– Значит, ты занимаешься этим ради денег? – прищурился Ричард. – Я это к тому, что, если бы кто-то предложил тебе решить вопрос кардинально, уничтожить всех духов на Земле и закрыть им сюда доступ, ты бы отказался из-за денег?

– Хм… – я почесал затылок. – Не то чтобы я верил в такую возможность, но если говорить гипотетически, то нет. Не отказался бы. Бабки не проблема. Другой вопрос, что при таких раскладах одарённые потеряют свои способности, а это уже чревато. Но, опять же, если предположить, что такое реально, размен деньги плюс дар за безопасность человечества лично для меня приемлемый. Жаль только, что это нереально провернуть.

– Реально! – Гончаров экспрессивно вскочил на ноги. – Это возможно! Исследования этого вопроса ведутся уже не одно столетие, но только недавно мы нащупали путь! Более того, у нас есть готовый результат, места, куда духи не могут попасть! И для этого не нужно каждый свободный клочок стен и пола покрывать защитными знаками, нет! Достаточно одного ритуала с поддерживающей печатью и всё, ни одна тварь не посмеет даже приблизиться к этому месту! Понимаешь?! У нас есть шанс!!!

– А мы – это кто? – я отхлебнул скотча, держа покерфейс, хотя признаюсь, его энтузиазм сумел меня немного зацепить. – Какое-нибудь тайное общество? Масоны? Самое то для вольных каменщиков, строить стену, защищающую наш мир.

– К сожалению, масоны слишком увлеклись играми в политику и забыли о своей первоначально миссии, – ничуть не обиделся Ричард, усаживаясь обратно и успокаиваясь. – Заигрались во всемогущество, но главное, они слишком любят свои дары, чтобы с ними расстаться. Даже ради высшей цели. Поэтому ещё в двенадцатом веке нашей эры от них откололась группа, которая не забыла своей изначальной задачи защитить людей и сделать Землю безопасной. Они назвали себя «Озарёнными», в противоположность погрязшим во тьме прародителям.

– Иллюминаты, – я буквально просмаковал это слово, покатал его на языке. – Стоило догадаться.

– Да, иллюминаты, – кивнул Гончаров. – Древний орден, созданный, ещё когда боги ходили по Земле. Именно они, истинные борцы, подняли восстание Чемпионов против угнетателей человечества. Возглавили битву и вышвырнули богов и монстров в извечный Хаос. И именно иллюминаты тщательно сохранили и продолжили исследования, даже когда масоны отвернулись от борьбы, занявшись интригами среди власть имущих, и окончательно превратили общество в балаган.

– Я что-то запутался, – наморщив лоб, я изобразил усиленную работу мысли. – Так это были масоны или иллюминаты? Ты же сам говоришь, те появились только в двенадцатом веке.

– Иллюминаты всегда были особой группой среди масонов, – почти незаметно поморщился Ричард. – Теми, кто хранит знания и ведёт остальных за собой. К сожалению, остальным оказалось не слишком интересна далёкая и кажущаяся эфемерной цель полностью избавить Землю от божественного присутствия, когда рядом, только руку протяни, лежит настоящая власть. И не по указке божка, который вроде как силами поделился, но лишь для того, чтобы ты охранял его стадо от желающих поживиться, а настоящая, безграничная и абсолютная.

– Ну давай прямо говорить, что абсолютной власти не бывает, – я пожал плечами. – Короля играет свита, да и в Европе традиционно правитель был первым среди равных, но я понимаю, о чём ты. Стоять над властителями, править из тени. Разве не в этом смысл всех тайных обществ?

– Именно, – Гончаров кивнул, снова взявшись за стакан. – Но иллюминатов это не интересует. Они… мы всегда жаждали лишь одного – полностью изгнать богов и демонов с Земли. И сегодня наша цель близка, как никогда ранее.

– А ты давно вступил в общество? – мне действительно было интересно, как происходит вербовка новых членов. – Наверняка же любой желающий не может заявиться и сказать, мол, возьмите меня. Есть какой-то отбор там, проверки. Конкретика меня не интересует, просто любопытно, как всё происходит. В масоны вон можно официально записаться, а как у иллюминатов с этим?

– Нет, к нам попасть не так уж и просто, – улыбнулся Ричард. – И с улицы никто не приходит. За каждым кандидатом сначала долго наблюдают, изучают его со всех сторон и лишь потом делают предложение. Причём это ещё не конец, чтобы стать полноправным членом ордена, нужно пройти немало испытаний и доказать свою верность делу. И только после этого претендент становится настоящим иллюминатом, защитником планеты. Для нас неважен пол, возраст, чин или одарённость. Главное, желание бороться за человечество.

– Ты поэтому согласился? – я припомнил наш прошлый разговор. – Надеешься, что иллюминаты помогут тебе сделать так, чтобы пророчество не сбылось? Остановить Аватара?

– Да! – а вот сейчас во взгляде Ричарда блеснула сталь и фанатичная вера. – Это единственный шанс! Моя семья, мой Дом погибли от рук этих потусторонних ублюдков! И неизвестно, сколько людей погибнет ещё! Знаешь, почему в Греции Посейдон не уничтожил вас всех одним махом?

– Эм… – я был немного обескуражен столь резким переходом и поэтому замешкался с ответом, тем более что вываливать всё, что мне сказали Аид с Гермесом, не хотел. – Был занят, поддерживая разрыв в ткани мира?

– Да, – кивнул Гончаров. – По сути, там были не сами боги, а лишь их жалкое подобие. Тень их настоящей силы. Поэтому они не вступали в бой, ограничившись небольшой демонстрацией. Но Аватар… Аватар – это совсем иное дело. Это физическое воплощение бога, квинтэссенция его мощи. А теперь представь, сколько человек мог бы уничтожить тот же Посейдон, яви он не свою тень, а Аватара? Греция в тот день перестала бы существовать. Теперь понимаешь, почему я сразу согласился? Если есть хоть малейший шанс опередить исполнения пророчества – я сделаю всё, чтобы это сделать!

– Ну хорошо, допустим, ты меня убедил. – Я покрутил стакан в руке и поставил, так и не пригубив. – Есть некая организация, которая поставила своей целью защитить Землю. Я даже понимаю, почему она тайная, далеко не каждый согласится расстаться с силой и возможностями даров. Большинство владетельных Домов устраивает сложившийся статус-кво: духи пытаются прорваться, мы их уничтожаем. Допустим, что даже есть возможность выполнить задачу максимум, закрыть доступ на Землю богам и духам. Но при чём тут я? Хотя постой, дай угадаю… Мико и Матвей, так?

– Верно, но не совсем, – не стал запираться Ричард. – Одна из сильнейших печатниц в мире и кузнец с волшебным молотом – это очень ценный актив, но не меньше нам нужен ты сам. Переоценить возможности убийцы богов, спустившегося в царство мёртвых и вернувшегося оттуда вместе с похищенной богом девушкой, практически невозможно. Нам сейчас как никогда нужны такие люди.

– То есть меня готовы взять без проверок и длительного наблюдения? – я рассмеялся. – Какая честь!

– За тобой уже год следят, – не принял моего веселья Гончаров. – А на Играх ты прошёл последний тест, чтобы стать претендентом. Естественно, к секретам организации никто тебе доступа не даст. Сразу, как минимум. Но учитывая, какие задачи будут на тебя возложены, становление полноправным членом ордена не займёт много времени. К тому же у нас его и так немного. Если всё провалится, уже будет неважно, какого ты уровня посвящения. Либо нас не станет, либо мы будем вынуждены бороться за каждый клочок земли.

– Не думаю, что всё настолько мрачно, – я покачал головой. – И мне нужно время подумать. Последние месяцы выдались слишком… суматошными. Можно сказать, даже присесть было некогда. А теперь ещё и учёба начинается. Я же не могу бросить колледж, сославшись на службу у мифических иллюминатов. А кроме того, надо решить вопрос с командой. Как ты, уверен, знаешь, меня отстранили, как и Олега Евгеньевича с Обресковой. А меня такое положение дел категорически не устраивает.

– Я понимаю, о чём ты, – ничуть не смутился Ричард. – Да, это было решение ордена. Мы не знали, сможешь ли ты вернуться, а команду нельзя было оставлять без присмотра. К сожалению, вернуть всё как было уже не получится, но уверен, мы сумеем найти компромисс. Например, ты возвращаешься на место капитана, а Наталья становится твоим замом.

– Ни секунды не сомневался, что она твоя креатура, – я отсалютовал Гончарову стаканом. – Но этого мало. Мне нужен Олег Евгеньевич. Убирай на хрен этого смазливого качка в тот фитнес-клуб, из которого он вылез. То, что девчонки ещё не убились под его руководством, – это скорее удача и результат прошлых тренировок, чем его достижение.

– Не буду спорить, это была вынужденная мера, – поднял руки, признавая свою неправоту, Гончаров. – К сожалению, как я уже говорил, большинство одарённых отрицательно относится к нашей миссии.

– Так и я ещё не согласился, – хохотнул я. – Хотя мне проще, ещё года нет, как я стал богоборцем, да и заработал уже столько, что можно на пенсию уходить. Уеду во Францию, буду выращивать виноград, делать вино. Знаешь, что мне Лотаринги виноградники подарили?

– Слышал, – уклончиво подтвердил Ричард, подтверждая тот факт, что за мной пристально следят, сами Лотаринги факт подарка особо не озвучивали, ожидая возможности личной встречи. – Шикарный подарок, но спасение прямого наследника того стоит. Однако я не верю, что ты усидишь на месте. Французская деревенская пастораль, пастушки, виноградные лозы – это всё не для тебя. Ты человек действия.

– Да, не без этого, – вынужден был согласиться я. – Но это мелочи. Найду, чем заняться. Мне вон ещё усадьбу строить надо, дел куча.

– Я понимаю, что ты сейчас пытаешься торговаться, но Обрескову вернуть нет никакой возможности, – ничуть не удивился моим слова Гончаров. – Тут не поможет ни моя протекция, ни что-то ещё. Решение о назначении Марины вашим куратором было принято на самом верху. И я имею в виду не бюро. Там в основном исполнители и то…

– Среди неодарённых, я понял, – я беззаботно пожал плечами. – Но попытаться стоило.

– Согласен, – кивнул Ричард. – Со своей стороны могу пообещать, что Реман не будет слишком сильно лезть в ваши дела. Ты командир, ты решаешь, что и как делать в рамках поставленных задач. Но я всё же попрошу, давай без самодеятельности. Нам сейчас нужно быть крайне осторожными. По сути, мы играем на два фронта, и против богов с Ренегатами, которым наши действия словно кол в горле, и против владетельных Домов, пытающихся сохранить статус-кво.

– Я ещё не согласился, – откинувшись на спинку кресла, я расслабленно прикрыл глаза. – Сказать по правде, у меня вообще нет никакого желания ввязываться в эту авантюру с непредсказуемым финалом. Тем более под твоим руководством. За тобой серьёзные косяки, и ты это знаешь, так почему я должен подписываться на это?

– Потому что тебе не безразлично, что будет с нашим миром, – уставился мне в глаза убийственно серьёзный Гончаров. – Как и мне. И ради победы я готов идти по головам, не ради денег или власти, а ради жизни на Земле. Ты видел, на что способны эти ублюдки, знаешь, что ждёт людей, если они вернутся. Мы снова станем бессловесным скотом, который гонят на убой. И я знаю, ты примешь правильное решение, сумев отбросить личную неприязнь и то, что было раньше. Ради своей семьи, своих девушек, своих друзей и знакомых. Чтобы они и дальше жили непринуждённой жизнью, не опасаясь, что какой-нибудь потусторонний ублюдок походя превратит их в фарш, даже не заметив этого. Просто согласиться сразу тебе не позволяет гордость. Я это понимаю, сам был такой же. И если хочешь, могу публично извиниться за свои действия и поступки. Другой вопрос: надо ли тебе это?

– Не знаю, – я пожал плечами. – Раньше сказал бы, что да, а сейчас… сейчас та же подстава с бокором кажется такой мелочью.

– Вот и я про это, – Ричард улыбнулся и поднялся из кресла. – Благодарю, что выслушал. Ты знаешь, как со мной связаться. И… с возвращением. Я искренне рад, что вы остались живы и не стали ренегатами. Это была бы невосполнимая потеря.

– Ну, кто бы сомневался, – я хохотнул, ничуть не обиженный потребительским отношением Гончарова. – Ладно, пора возвращаться к гостям. Свяжусь с тобой в течение недели и дам свой ответ.

– Буду ждать, – кивнул Гончаров и вышел, оставив меня одного.

Я некоторое время сидел, глядя в одну точку и размышляя, зачем мне вообще всё это нужно. Может, и правда забить на всех, уйти из команды и жить тихо и спокойно с девчонками, завести детей… на этом месте меня словно током ударило. Нет, пожалуй, детей ещё рановато, даже с учётом времени, что я провёл в другом мире. Я молод, богат, красив, чего мне ярмо на шею вешать раньше времени. Да и вообще, чего я тут сижу, когда все веселятся?

Залпом допив скотч, я привычно поморщился и вышел в зал. Гулянка была в самом разгаре. Народ пил, ел, танцевал под забойные треки, короче, отрывался как мог, и моё отсутствие его ни капли не смутило. Разве что Юлия, стоявшая недалеко от служебного входа, при моём появлении вопросительно подняла бровь. Я медленно моргнул, показывая, что всё в порядке, и Обрескова, чуть улыбнувшись, отсалютовала мне бокалом шампанского, тут же переключив внимание на собеседницу, если я не ошибаюсь, представительницу одного из европейских Домов. Я тоже встряхнулся и пошёл искать девчонок. Половина дела была сделана, теперь можно и отдохнуть.

Глава 6

– Блин, лучше бы я вчера сдох! – Голова раскалывалась с похмелья, так что продрать глаза оказалось очень непросто. – Вот на фига я мешал коньяк с пивом?

– Плохо, да? – нежный девичий голос был полон сочувствия, а в губы ткнулось что-то прохладное и влажное. – Вот попей, станет лучше.

– Угхм, ум, ум, ум, – я впился в горлышко, глотая живительную влагу, и лишь напившись, сумел окончательно разлепить веки и понять, кто стоит передо мной. – Алёнка! Спасительница! Иди ко мне!

Утянуть тихо пискнувшую девчонку себе на колени было проще простого, тем более что она не сопротивлялась. И следующую пару минут я наслаждался малиновым вкусом нежных губ и переплетением языков. Я соскучился, так что ничуть не стеснялся заново изучать аппетитное тело, да и подруга от меня не отставала, что радовало. А то после возвращения за всеми перипетиями я о ней совсем забыл.

– Алёнка, – с трудом оторвавшись от губ, я уткнулся ей в шею. – Как я по тебе скучал.

– Ага, я вижу. – Судя по интонации, это относилось не к определённой части моего тела, воспрянувшей ото сна. – Весь на скуку изошёл.

– Чего? – я поначалу не понял, о чём она, но оглянулся, и до меня дошло. – М-да. Неудобно получилось.

– Дайте поспать, а, – буркнула обнажённая Тарасова, выдёргивая из-под меня одеяло, в которое и завернулась вместе с так и не проснувшейся Дарой. – Идите в другую комнату, там Юля спит, вот к ней и приставайте.

– Пойдём в гостиную, не будем им мешать, – я поднялся, не отпуская с рук Алёну, благо та весила всего ничего. – Да и Юлю не стоит беспокоить. Хотя, если ты хочешь…

– Нет, нет! – запищала девчонка и стремительно покраснела. – Не надо.

– Вот и я про это. – Добравшись до нужной комнаты, к счастью, свободной, я плюхнулся на диван и снова прижал к себе подругу. – Алёнка. Знала бы ты, как я соскучился. Прости меня, а? Последнее время ощущение, что я попал в какой-то водоворот, и меня несёт потоком незнамо куда. Тут на поверхность бы вынырнуть суметь, чтобы воздуху глотнуть, а на что-то большее уже сил не хватает. Прости меня.

– Я и не сержусь, дурачок, – Алёна взъерошила мне волосы. – А что до девчонок… я знала, что так и будет. Ты одарённый, а теперь ещё и глава владетельного Дома. Они тоже одарённые, богатые, да и красивые к тому же. Такой бабник, как ты, никогда мимо не пройдёт.

– Ты забыла один момент, – я щёлкнул девчонку по носу. – Ты тоже у меня очень красивая, пусть даже и не имеешь дара. А что до богатства, так мне плевать. Я сам небедный парень. Так что, если хочешь чем-то заняться, только скажи. Хочешь, организуем тебе сеть салонов красоты? Или там картинную галерею, например. Будешь выставки проводить, ходить с умным видом, мол, а вот тут не насрано, а художник изобразит трансцендентную пустоту сущности бытия.

– Да ну тебя! – рассмеялась девчонка и тут же зажала себе рот руками, чтобы не разбудить остальных. – Как тебе только такое в голову приходит?

– Запросто, – я улыбнулся и прижал её к груди. – Я серьёзно. Подумай. Я бы тебе и клуб отдал, но там желающих достаточно, та же Дара, например, не вылезает. А ты наверняка не захочешь локтями толкаться.

– Я… подумаю. – Как и положено женщине, соглашаться сразу Алёна не спешила, но точно так же, как и настоящая женщина, легко меняла своё мнение. – А что, если это будет бутик… – На меня уставились глаза с затаённым ожиданием. – Маленький такой.

– Хорошая идея, – я одобрительно кивнул. – Можно связаться с Лотарингами во Франции или Бенедетти в Италии, чтобы свели с надёжными поставщиками напрямую. Думаю, они не откажут в такой мелкой просьбе. Особенно Белкины родственнички. За ними и так косяк, плюс заказы к Матвею есть, так что договоримся.

– Витя… – Алёна крепко обняла меня, жарко дыша в ухо. – Ви-и-ить… я соскучилась.

– А я-то как скучал, – Мои руки уже бродили по девичьему телу, расстёгивая и снимая всё ненужное. – Ты не представляешь. Я тебе сейчас покажу.

В следующий раз меня разбудили уже в полдень. Мы с Алёной лежали на диване, укрытые тонким покрывалом, хотя это скорее я лежал именно на диване, а девушка прямо на мне, потому что места особо не хватало, но никаких неудобств мне это не доставляло. Как и полное отсутствие на нас одежды. Впрочем, остальные тоже не собирались играть в монашек в мужской бане. Ну, как минимум растолкавшая нас Таня даже бровью не повела, когда я скинул покрывало.

– Вставайте, время уже к двум часам дня подходит. – Тарасова щеголяла в моей майке и откуда-то взятых домашних шортах. – Алён, ты не обидишься, мы там в твоих вещах порылись?

– Да нет, берите, что хотите, – зевнула девушка и, спохватившись, прикрыла грудь. – Ой!

– Поздно для стеснения, мы уже всё слышали. Да и видели тоже, – улыбнулась ей Таня. – Пошли завтракать. Мы доставку заказали, пиццу, суши, ну и так по мелочи.

– Ага, сейчас, штаны только найду. – Вот мне точно чувство стыда было неведомо, пси-воины вообще в этом вопросе были на редкость толстокожи, считая, что кому стыдно, пусть сам отвернётся. – Алён, а ты чего, совсем сюда переехала? Я не против, просто интересно.

– Ну… – потупилась девушка. – Я с родителями немного поругалась. И решила пожить отдельно. В общаге неудобно, а ты мне ключи дал. Вернуть?

– Алён, ещё раз такое спросишь, я тебя через колено перегну и отшлёпаю, – я поморщился. – И не как ночью… утром. По-настоящему, чтобы неделю сесть не могла. Мой дом – твой дом. И остальных девочек. Да, я такая скотина, и по-хорошему, каждой из вас нужно своё жильё, где можно уединиться и отдохнуть, но извини, пока руки не дошли. Эта квартира пускай остаётся твоей, хорошо?

– Я тебя люблю, – Алёна на секунду прижалась, уткнувшись лицом в грудь, и тут же убежала, волоча за собой покрывало.

Я пожал плечами и тоже пошёл одеваться. Трёхкомнатная квартира с дизайнерским ремонтом и мебелью, купленная мной у Тереньтевых с неплохой скидкой, не выглядела особо обжитой, но было видно, что Алёна начала наводить в ней уют. У меня тут разве что пара смен одежды валялось, да и то, потому что случайно заехал и оставил. В основном я жил дома у родителей или в общаге, но о спонтанной покупке не жалел, тем более сейчас. Хотя ругаться с родителями – это не дело, и я собирался сегодня же наведаться с Алёной к ним в гости. Продемонстрирую серьёзность намерений, обозначу притязания, так сказать, да и вообще, пора уже познакомиться. После возвращения из царства Аида неуверенности и сомнений по отношению к девочкам у меня больше не осталось. Моё – значит, моё, и не фиг тут!

– А где Катерина с Мико? – вернувшись на кухню уже в трениках, хоть и по-прежнему по пояс голый, я с удивлением уставился на четверых девочек, разливающих горячий чай и кофе. – Что-то я не понял, что за разброд и шатание в коллективе?

– Садись уже, грозный гаремовладелец, – Юля толкнула ко мне стул. – Домой они уехали, в общагу. Я сама их в такси посадила, и Мико отзвонилась, как приехали. Всё равно здесь места особо не было, да и устали девчонки.

– Ну-ну, – я сел и тут же сграбастал кусок пиццы. – Дар, налей чаю, пожалуйста.

– Держи, – протянула мне кружку лучница, сидевшая ближе всех к чайнику и, соответственно, отвечавшая за напитки. – Сахар?

– Ага, четыре ложки, благодарю, – я принял исходящую паром кружку. – Вчера хоть нормально всё закончилось? А то финал смутно помню.

– Не фиг было пить всё подряд с каждым, кто предлагает! – не собиралась жалеть меня Таня. – Ты лучше скажи, о чём разговаривал с Гончаровым? Мне казалось, что ты с ним, я извиняюсь, на одном гектаре срать не сядешь.

– Фу, Тань! – чуть не выплюнула ролл Алёна. – Я же ем!

– Прости, прости, – тут же повинилась Тарасова, – я образно, для лучшего понимания.

– Да уж, образ получился что надо, но признаю, довольно точный, – Дара, которую разговор о дефекации ничуть не смутил, отхлебнула кофе и сурово уставилась на меня. – Так что у тебя за дела с этим очкастым слизняком?

– Может, он просто пришёл извиниться и попросить прощения за прошлые косяки? – я ничуть не смутился под тремя любопытными взглядами. – Может же человек осознать свои ошибки.

– Пф… – Дара брызнула кофе, едва успев отвернуться. – Простите! Не смеши мои подковы! Чтобы этот уродец перед кем-то извинился?! Да скорее Луна на Землю упадёт! Мы вообще о ком говорим?! О Ричарде Гончарове! Человеке, чья спесь больше Останкинской телебашни! А самомнение круче Эвереста! И чтобы он исправился? Да никогда этого не будет! Правда, девчонки?!

– Я согласна с Дарой, – кивнула более спокойная Таня. – Это не такой человек. Но глядя на вас двоих с Юлией, понимаю, что дело не такое простое. Так?

– Всё-то ты знаешь и видишь, – я вздохнул. – Но я хотел поговорить, когда вся команда будет в сборе. Информация довольно серьёзная, чтобы исключать кого-то, плюс касается непосредственно Мико.

– Я так и знала, – сжала кулаки лучница. – Этот ублюдок так и не угомонился! Он сразу на нашу Ми-тян глаз положил, выкидыш шакала и сифилитичной ослицы!

– Дара! – стукнула по столу Алёна. – Я же ем!!!

– Да, Дар, это явно было покруче, чем у Тани, – Юля тоже поморщилась. – Давай без цветастых оборотов. Мы все поняли, что Гончарова ты не любишь, и согласны с твоей оценкой. Но дело слишком серьёзное, чтобы приплетать личные чувства.

– Согласна, – кивнула Тарасова, откладывая неизвестно где взятый смартфон, ибо спрятать его под тонкой майкой было решительно негде, а до этого я его не видел. – Я написала девочкам, скоро приедут, тогда и поговорим. А сейчас давайте завтракать.

С этим все согласились единогласно, даже не страдающая похмельем Алёна. Впрочем, остальные тоже не слишком мучились, даже я, вчера явно перебравший и не помнящий, чем всё закончилось, уже пришёл в себя. Один из бонусов одарённости вкупе с более крепким телосложением, вне зависимости от дара. Чемпионы сами по себе могут больше обычных людей, достаточно посмотреть на ту же Белку. Вот где мелкая мелочь, к тому же ещё и ведунья, а по факту физически она довольно сильна. Врежет – мало не покажется. Уже немало извращенцев пострадало от её крепкого кулачка и точного удара в пах. Кстати, о Белке…

– А Матвею позвонили? – я вопросительно посмотрел на Таню и, дождавшись утвердительного кивка, потянулся за новой порцией еды. – Тогда ждём всех и начинаем совещание. Или правильней сказать великий курултай? А, Дара?

– Хоть горшком назови, я против работы с этим ублюдком, – зыркнула на меня лучница. – Вот попомнишь мои слова, он нас обязательно кинет.

– Благодарю, что не думаете, будто я могу вас кинуть. – Я вцепился в кусок пиццы, а потом заметил, что на кухне воцарилась тишина, и в меня упёрлось четыре пары сердитых глаз. – Чего?

– Витя, ты иногда такой кретин, – Обрескова тяжело вздохнула и потёрла лицо руками. – Знали бы вы, как я от него устала.

– Да уж представляем, – за всех откликнулась Алёна. – Если даже я понимаю, что за бред он иногда несёт. Мико так, наверно, и вовсе ему бы по лбу дала.

– И правильно бы сделала! – сурово нахмурила брови Дара. – Это ведь клинический случай кретинизма!

– Ладно, ладно, чего набросились-то? – я поднял руки, обозначая своё поражение. – Я же, наоборот, рад…

– Я согласна с девочками, Витя, ты кретин, – вздохнула Таня. – И это вообще ни разу не смешно, а обидно. И дело даже не в том, что ты, бросив всё, рванул за Мико, тут хоть можно было бы какую-то базу подвести, мол, Ми-тян талантливая печатница, таких в мире единицы, а вот ледяных, огненных эсперов или даже лучниц – сотни и тысячи. И если ей ты дорожишь, то остальных можешь слить, но ведь это не так. Не будем говорить о любви или чём-то таком, достаточно принять во внимание твой эгоизм и чувство собственничества. Что своё ты не отдаёшь никогда.

– Тань, ты тоже из него чудовище не делай, – укорила её Юля. – Я понимаю, его по-другому не пронять, но можно же просто ударить.

– Действительно, что-то я увлеклась, – Тарасова взбодрилась и закрутила головой, ища что-нибудь поувесистей. – Чего бы взять. Алён, а где сковородки?