Текст книги "Три мгновения грешного лета"
![](/books_files/covers/thumbs_240/tri-mgnoveniya-greshnogo-leta-77444.jpg)
Автор книги: Алиса Берг
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
– Бабки хорошие гребли. Ну я и плюнул на учебу.
– Почему же тогда у тебя сейчас денег нет?
– А мы месяц назад рассорились. Наш руководитель нас всех кинул. Деньги были на его именном счету, вот он с ними и дал деру. Мы все оказались на мели.
– Что же ты будешь делать?
Артем пожал плечами.
– Есть кое-какие подработки, жиденькие правда, но, как видишь, с голоду не умер еще. А вообще пока не знаю. Жду, когда жизнь что-нибудь подбросит.
– А она подбрасывает?
– Подбрасывает, – уверенно произнес Артем. – Такого еще ни разу не было, чтобы ничего бы не подбросила. Видишь, уже тебя послала. Первый знак судьбы.
– Вряд ли я могу тебе чем-нибудь существенно помочь. Разве что один раз накормить, коль уж у тебя нет денег?
– Между прочим, это тоже немало, – усмехнулся он. – Когда желудок пуст, жизнь кажется такой отвратительной.
– Ну, теперь он у тебя наполнился, можем расходиться. Ты получил то, что хотел.
Артем недоверчиво взглянул на нее.
– Так ты полагаешь, что это все, чего я хотел? Не ожидал от тебя такого.
– А что ты ожидал? Что я брошусь в твои объятия, как в теплое море?
– А почему бы и нет? Ты же этого хочешь!
– Откуда ты знаешь про мои желания?
– Так по глазам же видно. Я всегда по ним определяю состояние женщины. Вон они как у тебя горят. Ты, наверное, там вся мокрая.
Кажется, это уже слишком, и ей пора возмутиться.
– Ну, хватит, – встала она. – Поговорили, думаю, что на один вечер более чем достаточно. Вам, молодой человек, неплохо бы научиться себя вести в обществе.
Однако на молодого человека этот выпад не произвел никакого впечатления.
– Да брось ты делать вид, будто бы тебя это задело. Ну, чего такого я сказал? Ты там мокрая, а у меня стоит. Хочешь покажу?
– Нет! – испуганно воскликнула Светлана.
– Не хочешь, так не буду. Только садись. Ты мне жутко нравишься. Такой классной телки, как ты, у меня давно не было.
Неожиданно для себя Светлана не только снова села, но даже решила не реагировать на весьма сомнительный с ее точки зрения термин «телка». В конце концов, важно не само слово, а тот смысл, который в него вкладывается. А в устах Артема это звучит как высший комплимент. Что поделаешь, коли у современной молодежи такой лексикон.
Она взглянула на Артема, и ей вдруг нестерпимо захотелось расстегнуть его рубашку и погладить грудь, поцеловать соски. Почему-то в мужчине ее всегда больше всего привлекала именно эта часть тела. Он прав, она, в самом деле, мокрая. А чему тут удивляться, если у нее целый год не было никого?
– А чем ты занимаешься? – задал Артем неожиданный вопрос. Почему-то ей казалось, что такая мелочь не должна его интересовать.
– Я переводчица, перевожу книги.
– Здорово, значит, ты знаешь языки. А у меня с этим всегда была напряженка. Впрочем, я не комплексую, – подумав, добавил он. – А чего ты дала вдруг объявление? – неожиданно перевел Артем разговор на другую тему. – Неужели с таким портретом тебе трудно найти мужика?
– Год назад у меня погиб муж. Я носила по нему траур. А теперь, когда он кончился, я оглянулась вокруг себя и обнаружила, что никого поблизости нет.
– Даже чтобы потрахаться? – недоверчиво посмотрел на нее Артем.
– В том числе и для этого. Кстати, а кроме этого, тебе что-то от женщины еще надо? Или ни с какой другой стороны они тебя больше не интересуют?
– А что, этого мало? А вообще, как-то не думал. Но мне кажется, что нет. Для всего остального есть друзья, музыка. Когда мне чего-то хочется, кроме женщины, я сажусь и играю. И этого вполне достаточно. Но может, ты и права. Если бы я встретил такую, с кем бы можно было бы проводить время и без траханья, это было бы жутко интересно. Но пока такая что-то не попадалась. – Артем внимательно посмотрел на нее. – Может, ты будешь первой. Нет, не получится, ты слишком сексапильна. Если бы ты не кочевряжилась, я бы с тобой сразу же лег в постель. Даже сам не понимаю, чего лясы развожу.
Заиграла музыка, Светлана повернулась в сторону, откуда раздались звуки, и увидела, что на эстраде появилась певица и небольшой ансамбль.
– Здесь с часу ночи начинается ночная программа, – пояснил Артем.
– А сейчас уже час ночи?
– А ты думала, сколько? – ухмыльнулся он. – Девять часов? Время детской сказки?
– Мне пора домой, завтра рано вставать.
– Забей, – отмахнулся Артем. – Чего-нибудь наврешь. Пошли лучше потанцуем.
Несколько секунд она колебалась и вдруг неожиданно для себя произнесла:
– Пойдем, потанцуем…
Они вышли на небольшую площадку перед музыкантами. Артем крепко прижал ее к себе, она обняла его за плечи.
Они медленно и плавно раскачивались в такт мелодии, и Светлане было необыкновенно хорошо. Ею владели странные переживания, как будто она сейчас плыла по теплому морю, а аквамариновые волны ласково обтекали тело. Точно так, как это было во время их последней поездки с мужем в Турцию. Она тогда надолго запомнила эти непередаваемые ощущения. И ей было немного удивительно, что они пришли к ней снова совсем в другой ситуации.
Она вдруг почувствовал, как губы партнера сначала слегка коснулись ее виска, затем переместились на щеку, и в завершение нашли ее губы. Она не стала, да и не могла противиться, поцелуй всколыхнул внутри нее целый огненный вихрь. Нет, так нельзя, вдруг пробилась в ее, занятое совсем другим сознание, мысль. Она остановилась.
– Ты чего? – удивился Артем.
– Поздно, мне завтра на работу. У меня новый, строгий начальник. Он не любит, когда опаздывают.
– Плюнь, словим такой кайф.
– Слови его сегодня без меня. Мне, в самом деле, надо идти.
Они вернулись за столик, Светлана подозвала официанта и попросила принести счет.
Они вышли на улицу. Был самый разгар ночи, прохожих почти не осталось, а редкие машины проносились мимо, обдавая их вспышками своих фар.
Светлана подошла к своим стареньким «Жигулям».
– Мне было хорошо с тобой, – она поцеловала его в щеку. – Но на сегодня это все.
– А завтра мы встретимся? – немного обескуражено спросил Артем, не ожидая такого развития событий.
– Еще не знаю, – честно призналась Светлана. – Я должна все обдумать.
– Чего тут думать? И так все ясно, – недовольно пробормотал Артем.
– Это тебя ясно, а мне – нет. Я поехала.
Дабы не передумать, она быстро села в машину, помахала ему рукой и тронулась с места.
Отъехав немного, Светлана обернулась назад и увидела стоящую неподвижно высокую фигуру Артема. Внезапно она засмеялась. Но причины своего смеха она не знала. Просто ей вдруг стало весело.
Глава 6
Светлана действительно немного опоздала на работу. Хотя если даже она и опоздала, ничего страшного не случилось, в издательстве на такие вещи смотрели довольно снисходительно. Более того, иногда разрешали даже брать работу на дом, чем многие пользовались. Но она была по природе слишком исполнительной и обязательной, чтобы злоупотреблять такими счастливыми возможностями. Едва она вошла в комнату, как ее встретила хитрая улыбка Тамары.
– А вами уже интересовались, – сказала она, пристально вглядываясь в лицо своей начальницы.
Светлана поняла, что интересовался Стефанов.
– Зашел прямо сюда, посмотрел на ваше место, словно оно мемориальное.
Светлана пожала плевами, всем своим видом показывая, что все это то не имеет особого значения. Впрочем, она знала, что Тамару такими примитивными уловками не проведешь.
Чтобы покончить с щекотливой темой, Светлана с места в карьер принялась за работу и тоже самое заставила сделать и Тамару. Но думала она совсем о другом. Внимание Стефанова к ней становится уж слишком настойчивым и открытым, тем самым, ставя ее в неловкое положение среди коллег. Как ей реагировать на такое поведение? Если бы он ей нравился как мужчина, было бы еще ничего, ради такого можно стерпеть многие неудобства. Но она не испытывает к нему подобных чувств, он совершенно не волнует ее. Ей не хочется заводить с ним ни интрижку, ни чего-то серьезного. Но как ей в таком случае отвечать на его ухаживания? Если бы он был обычным сотрудником, она нашла бы способ тактично его отшить, но с начальником так поступать слишком рискованно. В ее жизни уже были примеры, когда она отказывала в благосклонности своим руководящим ухажерам, и те не оставались в долгу, устраивали ей такую жизнь, что приходилось менять работу. Но в том-то вся и загвоздка, что она ее устраивает, и по этой причине ей совсем не хочется ее потерять. Но тогда нужно найти такую линию поведения, которая позволила бы ей и сохранить это место, и держать на расстоянии Стефанова.
Приглашение зайти в директорский кабинет последовало примерно через час. Светлана вздохнула про себя, у этого Стефанова слишком мало терпения, он хочет получить то, что желает, слишком быстро и не прикладывая никаких усилий. И ради этого вполне ненароком может скомпрометировать ее в глазах всего коллектива.
Стефанов почти не скрывал удовольствия от того, что лицезреет ее. Он бросился ей навстречу и пожал руку. При этом, как ей показалось, задержал ее ладонь в своей ладони больше, чем требовалось по этикету.
Несколько мгновений он пристально рассматривал ее.
– Мне кажется, вы сегодня не очень хорошо выглядите. У вас усталый вид. Случайно не заболели? – В его голосе звучала непритворная заботливость.
– Нет, просто поздно легла спать. А я не очень люблю рано вставать.
– Но вам не обязательно приходить минута в минуту. Вы можете работать и по гибкому графику. Располагайте временем так, как это вам удобно. Я не возражаю.
– Большое спасибо, но мне будет неудобно перед другими сотрудниками, я привыкла работать, как и все. На мой взгляд, это будет неправильно.
Светлана заметила, как он покраснел.
– Наверное, вы в чем-то правы. Я ценю вашу позицию. Вы только что показали, что у вас очень развито чувство справедливости. Это сейчас редко встретишь в людях. Но помните, мы с вами хотели где-нибудь посидеть, подумать, как нам строить работу. У меня сегодня свободный вечер. Вы не против?
Светлана вспомнила об Артеме, едва она проснулась, как сказала себе, что вечером они снова встретятся. Нет, она не может пожертвовать этим свиданием. Она его слишком долго ждала.
– Сожалею, но сегодня не могу, у меня вечер уже забронирован. – Она посмотрела на Стефанова и увидела, если после первого отказа его лицо напоминало помидор в стадии созревания, но теперь – в стадии полной спелости. Ей вдруг стало жалко его, она тоже попадала в такие ситуации, когда тебе нравится человек, а ты ему – нет. Никто в этом не виноват, просто такой расклад. – Андрей Борисович, а давайте я сама вас приглашу, когда у меня появится не занятый вечер? Обещаю, что ждать вам придется не долго.
Она увидела, как по его лицу словно бы пробежал лучик надежды. И ей стало немного легче, она нашла правильный ход, правда его последующие результаты могут оказаться весьма неожиданными. Но на данный момент это максимум того, что она может для него сделать. Вот только не пожалеет ли она о своем опрометчивом поступке? Она не раз убеждалась в том, что как не бывает порой жестокой правда, последствия ее более мягкие и благоприятные, чем от самой сладкой лжи. Но что уже сделано, то сделано, и изменить ничего уже нельзя. Ей придется совсем скоро пригласить его в ресторан.
Но едва Светлана вышла из кабинета начальника, как тут же забыла и о нем, и о своем опрометчивом обещании. Ее мысли перенеслись совсем в другое место, к другому человеку. Она думала об Артеме. Вернее, о том, что, весьма вероятно, сегодня вечером они снова встретятся.
Давно она не ждала с таким нетерпением конца рабочего дня. Но когда уже собиралась уходить, вдруг позвонила Маша и попросила ее приехать. Только не домой, а в конюшню, где она держала свою лошадь.
Едва ли не впервые в жизни Светлана почувствовала досаду, вызванную звонком дочери. Этот вечер она хотела посвятить только самой себе…
Ей пришлось сделать большой крюк, чтобы попасть на окраину Москвы. Это был недавно сооруженный роскошный конно-спортивный комплекс. Когда Маша мимоходом бросила ей, сколько стоит занятие на ипподроме и место в конюшне, у Светланы едва не полезли глаза на лоб. Тогда она не выдержала и сказала, что Клод не сможет ее так долго содержать при таких запросах. И однажды просто уйдет от нее.
Маша пожала плечами и холодно посмотрела на нее. Затем прижалась головой к голове лошади.
– Если он не в состоянии обеспечивать мне это, то может уходить, я держать не стану. Но Ласкового не оставлю. Так и знай, мама. Он мне дороже всех.
И даже меня? – хотела спросить Светлана, но вовремя прикусила язык. Ответ был и так очевиден.
Так как без пропуска на ипподром не пускали, Маша встретила ее у входа и провела вовнутрь.
– Подожди десять минут, у меня сейчас закончатся занятия с тренером.
Светлана скромно примостилась на скамейке и стала наблюдать, как гарцует дочь на своем скакуне. Зрелище действительно было очень красивое. Она смотрела и не верила своим глазам: перед ней был совсем другой человек – нежный и одновременно гордый, смелый и одновременно ласковый, собранный и одновременно раскованный.
Лошадь и всадница уверенно брали одно за другим препятствия, и всякий раз, когда, повинуясь приказанию своей повелительницы, лошадь взмывала в воздух, у Светланы замирало сердце. И в тоже время ее охватывала гордость за дочь, такую отважную и красивую. Но почему тогда, когда она слезает с седла и снова оказывается в привычном мире людей, она становится совсем другим человеком – ко всему равнодушным, эгоистичным, не желающим ни о чем задумываться, кроме как о своих мелких проблемах и желаниях? Удивительная и непостижимая метаморфоза: ее дочь к животным относится как к людям, а к людям, как к животным.
Тренировка завершилась, Маша отдала лошадь служителю, а сама подошла к матери. На Светлану дохнул сильный запах пота.
– Хочешь, пойдем в душ? Здесь отличная душевая, есть джакузи и парилка, – предложила дочь.
– Но у меня ничего с собой нет.
– А ничего и не надо, тут все дадут, – успокоила ее дочь.
– Ну, хорошо, – сдалась Светлана, – только недолго.
В душевой их действительно ждал полный банный комплект, включая красивый белый махровый халат. Маша почти мгновенно освободилась от одежды, и нырнула в кабинку. Вслед за ней туда вошла и Светлана.
Маша с наслаждением стояла под душем. Светлана немного украдкой рассматривала ее фигуру. Она давно не видела дочь обнаженной.
Да, телом бог ее не обидел, дал все в нужных пропорциях. Светлана вдруг поймала себя на том, что смотрит на тело дочери взглядом мужчины. Без всякого сомнения, оно порождает в них вожделение. Может, этим и объясняется то, что Клод не бросает ее? Интересно, как это у них все происходит в постели?
Светлане стало неловко от своих мыслей. Чтобы остудиться, она встала под прохладный душ.
Это была самая настоящая банно-водная феерия. Из душа они переместились в парилку, а, выбравшись оттуда, нырнули в небольшой, но довольно глубокий бассейн с холодной водой. Светлана почувствовала себя так, будто бы сбросила с десяток годков.
В предбаннике их ждало холодное пиво. Светлана не слишком жаловала этот напиток, но сейчас налила его в кружку и с удовольствием стала пить маленькими глоточками. Маша же цедила его из бутылки. Совсем, как мужчина. Маша снова вернулась в свой грубый мир.
– Я вчера виделась с Валеркой, – вдруг сообщила дочь.
Светлана, сама не зная, почему, похолодела.
– И что?
– Ничего. Замуж зовет. Между прочим, тачка у него классная. Не то, что у нас. Денег много заработал. – Все это Маша говорила совершенно бесстрастным тоном.
– Ты что-нибудь решила?
– А что я должна была решить? – ответила Маша.
– Как что? – удивилась Светлана. – Тебе же сделали предложение!
– Ты об этом? – как-то даже разочарованно проговорила Маша. – Да нет, я не думала. Просто так тебе сказала. Вы же с тетей Зиной подруги.
– Я думала, ты пригласила меня, чтобы обсудить эту новость.
– Если бы я хотела, то сама бы все решила, – спокойно, как о чем-то само собой разумеющимся проговорила дочь. – Тут другое.
– Что еще? – насторожилась Светлана.
Маша бросила в корзину одну бутылку пива и потянулась за следующей.
– Помнишь, я тебе говорила, что мы должны с Клодом идти на вечеринку?
– Конечно, помню.
– Там случилась одна неприятность. Жан-Пьер сильно надрался. И стал приставать ко мне.
– А Клод?
– Его рядом не было, это было в курительной комнате.
– И что произошло в курительной комнате?
– Ты знаешь, я же занимаюсь карате: когда он полез – я его ударила ногой в одно место.
– Ты его покалечила? – испуганно вскричала Светлана.
– Да нет, ерунда. Так, слегка проучила. Но он был пьян и плохо держался на ногах. И ударился головой. В общем, получил небольшое сотрясение своих мерзких мозгов. Пришлось вызывать даже «скорую».
– И что дальше?
– Да, ничего. Ночь в больнице провел, затем домой отвезли. В общем, сейчас он лежит у себя. Думаю, дня два еще поваляется.
Несколько секунд Светлана молчала, приходя в себя. Только этого еще и не доставало.
– Что теперь будет? – спросила она.
– Не знаю. Но Клод боится, что у него могут быть большие неприятности. Жан-Пьер злопамятен. Когда он вернется на работу, то может выгнать его. Кто все это тогда будет оплачивать?
Вот что ее беспокоит… Сами неприятности мужа ее волнуют меньше всего. Это больше похоже не на брак, а на какую-то финансовую сделку.
– Я понимаю ваши неприятности, но как я могу вам помочь? Я даже почти не знакома с этим вашим Жан-Пьером.
– А он помнит о тебе, и даже однажды Клода спрашивал, как ты поживаешь.
– Для меня это, конечно, крайне лестно. И все же я не понимаю, каким образом я могу повлиять на развитие ситуации?
– Я не знаю, но почему бы тебе с ним не поговорить?
– О чем, Маша?!
– Но ты разве не найдешь о чем поговорить? Ты же умная.
– Спасибо за комплимент. И все же, мне по-прежнему непонятно, каким образом я смогу вмешаться в ситуацию?
– Он тебя послушает.
– Почему ты так думаешь?
– Не знаю, мне так кажется. Он иногда западает на женщин средних лет.
И этот туда же, подумала Светлана. Это что, новое повальное поветрие среди не старых мужчин?
– Может, ты мне предложишь с ним еще и переспать?
Маша молчала, и Светлана с ужасом поняла, что ее дочь не имеет ничего против такого варианта, если он поможет урегулировать конфликт.
– А что ты вообще собираешься делать? – вдруг спросила дочь.
– Что ты имеешь в виду?
– Траур твой кончился, надо же налаживать личную жизнь как-то.
– Ах, ты об этом, – Светлана сделала вид, что только сейчас поняла смысл вопроса. – Еще по-настоящему не думала. Пока конкретных планов у меня нет.
– В твоем возрасте надо спешить, время на раскачку нет.
– Да, ты, наверное, права. Мне, кстати, пора уже домой. Пойдем одеваться.
Они оделись и вышли на улицу.
– Я попрощаюсь с Ласковым, а ты езжай домой, – сказала Маша.
– Тогда до свидания.
– А как быть с Жан-Пьером?
Светлана вздохнула. Вряд ли ей удастся уклониться от участия в этом конфликте. Она знает, какой может быть упорной дочь, когда хочет чего-то добиться.
– Хорошо, я согласна с ним переговорить. Но не более того.
Она увидела, как облегченно вздохнула Маша. Дочь повернулась и быстро зашагала к конюшне.
Первую часть пути до дома Светлана размышляла о неблагодарности детей по отношению к своим родителям. Сколько она вложила сил и средств в Машу, в детстве она серьезно болела астмой, и приходилось все внимание уделять ей: ездить с ней по курортам, без конца ходить на процедуры. Не исключено, что это стало одной из причин ее разлада с первым мужем. Из-за отсутствия времени она уделяла ему слишком мало внимания. И, в конце концов, ему надоела такая жизнь – одновременно с женой и без жены. Сейчас она не жалеет, что рассталась с ним, но когда у них начался разлад, все выглядело по-другому. Она, конечно, понимает, что ждать от дочери, что однажды она сполна оценит ее самопожертвование наивно, но все равно обида, как гвоздь, сидит глубоко в душе и оттуда ее вытащить будет очень трудно.
Однако чем ближе она подъезжала к дому, тем все дальше дочь и ее дела уходили из мыслей. А ее место занимал вчерашний знакомый. И едва она вошла в квартиру, как тут же включила компьютер.
Предчувствия ее не обманули, она сразу же увидела сообщение от Артема. Оно было совсем кратким, зато в конце стояли многозначительное троеточие: «Жду тебя на прежнем месте в тот же час».
Хотя Светлана не хотела приезжать раньше срока, но все же не выдержала и оказалась у входа кафе немного раньше. Артем ее уже ждал. Она подошла к нему. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга.
– Я вижу, сегодня ты готова, – спокойно, как само собой разумеющееся, сказал он.
Она секунду помедлила, затем кивнула головой.
– Тогда не будем заходить в эту забегаловку, – произнес Артем.
– Не будем, – согласилась Светлана.
Они направились к машине. Они ехали по тихому ночному городу в полном молчании. Артем, насколько позволял его большой рост, развалился в кресле рядом с ней. Иногда он посматривал на нее, однако большую часть времени был занят тем, что насвистывал самые разные мелодии. Репертуар у него был весьма обширный, благородная классическая музыка сменялась самой настоящей попсой, затем следовал элегантный джаз. Светлана, сама наделенная неплохим музыкальным слухом, не могла не отметить, что ее спутник был действительно не только очень музыкален, но и еще самым настоящим виртуозом художественного свиста. Даже не надо включать приемник, с ней едет живая радиостанция.
– Приехали, – объявила Светлана, заглушая мотор. – Вот это мой дом.
Артем бросил взгляд на стандартную пятиэтажку.
– Я думал, что ты живешь в доме получше.
– Извини, что разочаровала тебя, – немного насмешливо проговорила она.
– Что делать, в жизни всегда много разочарований, надо к ним привыкать, – философски заметил молодой человек.
Светлана не стал объяснять ему, что в свое время у нее была возможность переехать в гораздо более престижный дом и в гораздо более комфортабельное жилище. Но врач, лечивший Машу, почти категорически не разрешил ей этого делать, так как перемена места могла отрицательно сказаться на здоровье девочки. Так она и застряла в этом убогом строении, в небольшой тесной квартирке.
– Так ты идешь или остаешься тут? – спросила Светлана.
Артем встрепенулся.
– О чем ты спрашиваешь? Конечно, иду. Просто меня поразила одна вещь.
– Какая?
– Понимаешь, – задумчиво произнес он, – все должно соответствовать друг другу. А ты и этот дом друг другу не соответствуете. Вы принадлежите разным мирам. Ты – высокому, а он – низменному.
Светлана поймала себя на том, что никогда не думала на эту тему, хотя подсознательно всегда ощущала это несоответствие. Но сейчас ее больше заинтересовал не сам этот факт, а точность интуиции Артема. Он, и в самом деле, тонко чувствует окружающий мир. И это замечательно, она терпеть не может грубых, нечутких мужчин. Сколько ей встречалось таких, которые внешне выглядели вполне интеллигентными людьми, а чуть капнешь в глубину, то сразу же натыкаешься на совсем иные слои: темные и плотные, в которых можно обнаружить лишь самые примитивные и вульгарные желания и мысли. И как хорошо, что ее потенциальный любовник совсем не таков!
Так как лифт в доме не был предусмотрен, на четвертый этаж им пришлось подниматься пешком.
– Боюсь, квартира тебя тоже разочарует, – предупредила Светлана перед тем, как вставить ключ в замочную скважину. – Может быть, не будешь входить?
Внезапно Артем наклонился к ней и поцеловал в губы. Это был их первый поцелуй. И Светлана почувствовала, как прокатилась горячая волна по всему телу.
Артем с интересом осматривал квартиру, словно какое-то историческое место. Затем снова помотал головой.
– Ты не должна жить в этой конуре, – вынес он свой вердикт.
Светлана даже немного обиделась. Конечно, квартирка была небольшая и тесноватая, но обставлена вполне приятно, да и ремонт незадолго до смерти мужа они сделали хороший, вложив в него чуть ли не все сбережения.
– Я же тебя предупреждала, что не стоит входить. Да и сейчас уйти совсем не поздно.
– После такого поцелуя. Ты шутишь? Я еще вчера весь вспотел от желания. Давно ни одна женщина меня так не возбуждала.
«Тогда к чему эти дурацкие разговоры?» – мысленно послала она ему сигнал. Но к ее удивлению он его не услышал. Вместо этого Артем подошел к пианино, оставшемуся от той далекой поры, когда Светлана учила Машу музыке, сел к инструменту и открыл крышку.
Так как было поздно, Артем играл тихо, но Светлана достаточно разбиралась в музыке, чтобы оценить мастерство его исполнения. Она села рядом и стала слушать. Это было удивительно, но Артем играл все те мелодии, которые она особенно любила. Знать об ее пристрастиях он не мог, так как на эту тему они еще не разговаривали. Следовательно, это сходство шло откуда-то из космоса, там, где находились их души. Но тогда получается, что они расположены совсем близко друг к другу.
Ей стало немного не по себе. Не слишком ли опрометчиво она поступила, приведя его в свою квартиру? Да и вообще, она поступила крайне легкомысленно, пойдя на это знакомство. Он же ей в сыновья годится. А она собирается ложиться с ним в постель и заниматься любовью.
Забыв про свои тревожные мысли, она погрузилась в рождаемый пальцами ее ночного гостя поток звуков. Она даже не заметила, как желание оставило ее, окунув совсем в другую стихию.
Внезапно Артем оборвал на середине ее любимую мелодию Бетховена и резко повернулся к ней. Светлана почувствовала досаду, ей хотелось дослушать музыку до конца.
Артем взял ее за руку и вдруг резко притянул к себе. Его губы нашли ее губы. И сразу же волшебный мир музыкальных образов растаял, как сказочный терем, а опустивший было голову дракон желания, поднял ее высоко в небо. Она обхватила Артема руками за шею.
Язык Артема пробрался в ее рот и встретился с ее языком. Светлане неудержимо хотелось слиться с этим мужским телом, стать с ним единым целом, принадлежать ему полностью и безоговорочно.
Она оторвалась от его рта и, наконец, стала делать то, о чем мечтала едва ли не с того момента, как увидела Артема. Светлана быстро расстегнула рубашку и стала водить ладонью по его груди. Она не ошиблась, кожа была совершенно гладкая, без единого волоска. Зато она чувствовала бугры мышц, и почему-то именно они вызывали у нее самые большие приливы желания.
Она стала слегка покусывать его грудь, оставляя на ней дорожку влажных следов. Ее руки нежно касались его сосков, скользили вниз по упругому, как натянутый тент, животу.
Артем не мешал ей наслаждаться своим торсом, а в это время его руки в свою очередь гладили ее тело.
Она почувствовала, как его пальцы сжали ее груди. Ей даже стало немного больно, но и эта боль приносила наслаждение, обогащая мелодию ее ощущений новыми нотками. Артем встал и легко, как пушинку, поднял ее на руки. Впрочем, идти было совсем близко, кровать находилась всего в трех шагах.
Артем бросил Светлану на постель и навалился на нее. Как кожу у змеи, он сдирал с нее одежду, один слой за другим. Делал он это так мастерски, что свидетельствовала о большом навыке в деле раздевания женщин и буквально через несколько мгновений она уже лежала полностью обнаженной.
Он вдруг замер, не отводя от ее тела восхищенного взора.
– Какая ты красивая. Умел бы хорошо рисовать, обязательно сделал бы твой набросок.
Он положил руку на одну ее грудь, нежно сжал ее, затем на другую и сделал то же самое. Светлана вдруг приподнялась на коленях.
– Я тоже хочу тебя раздеть, – сказала она.
Рубашка была уже расстегнута, и Светлане хватило всего одного движения, чтобы освободить от нее Артема. Затем она занялась брюками. Отделила друг от друга две части ремня, спустила вниз молнию ширинки и стала снимать штаны. Артем, вытянув вперед ноги, оказывал ей пассивную, но действенную помощь.
Наконец она справилась и с этой нелегкой задачей. Оставался последний редут – плотно обтягивающие тело трусы, из которых рвался на волю твердый как сталь член. Взять это оборонительное сооружение уже не представляло почти никакого труда, она почти сорвала его с Артема. Его прямой, как мачта, член уперся ей в живот. Она жадно схватила его и сжала с большой силой. Целый год она не держала в руке этот орган. Как же она по нему соскучилась!
Светлана вдруг прижалась к члену щекой и улыбнулась. Ею овладело странное ощущение не то одержанной победы, не то сброшенного с плеч тяжелого груза. Скопившаяся за целый год нерастраченная энергия сейчас лилась легко и свободно, не было никаких препятствий для выхода этого бурного потока.
– Я так соскучилась по нему, – прошептала Светлана, целуя член в ярко красную, налитую кровью головку.
Она посмотрела в лицо Артема и успела заметить, как промелькнуло на нем странное выражение. Но ей сейчас было не до того, она откинулась назад и потянула за собой Артема.
Молодой человек понял ее без слов, он лег на нее, но при этом, не придавливая своей тяжелой массой. Его могучий член ткнулся пару раз в ее лоно, словно бы знакомясь с новой для себя местностью, а затем легко вошел в него, как к себе домой.
Светлана чувствовала его рывки внутри нее, его удары по стенкам влагалища, и каждый из них, словно волшебный посох из скалы, высекал ручеек наслаждений, который растекался по всему телу, образуя огромное, вздыбленное волнами сладострастия, море.
Удары и рывки не прекращались, они заполнили ее всю, от кончиков ногтей на ногах до последнего волоска на голове. Ощущения были столь полными, всеохватывающими и всепоглощающими, что она на какое-то время целиком потеряла себя. Светланы Скрябиной больше не существовало на свете, и не исключено, что вообще никогда не существовало и раньше, зато вместо нее разлилось безбрежное море наслаждения.
Внезапно что-то странное и небывалое случилось с ней. Она очень ярко и отчетливо почувствовала, что больше не пребывает на земле, а стремительно несется в пространстве. Что-то необычайно яркое вспыхнуло впереди, и она увидела, что находится на какой-то звезде. Ей стало страшно, но и это был удивительный страх, он не пугал, а скорей приводил в изумление необычностью окружающего мира, в котором она совершенно неожиданно для себя оказалась.
Она закричала и стала царапать ногтями шею Артема. Впрочем, то, что с ней происходило в тот момент, она поняла позже, когда прилетевший из космических глубин поток неведомого наслаждения, оросив ее, вновь умчался в свою неведомую даль.
Светлана медленно приходила в себя, не без удивления озираясь вокруг. Понадобилось несколько секунд, чтобы привычная реальность восстановила свои права. Только тогда она заметила кровавую длинную тонкую полосу на шее любовника. Неужели это сделала она? Ничего подобного она не припомнит. Эти мгновения небывалого экстаза полностью выпали из ее памяти. Что впрочем, не удивительно, ведь в тот момент ее не было на земле.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?