Читать книгу "Измена. Свадьба волка"

Глава 21. (Ровер) Подарки

Сходил в ванну умыться.

Проклятье, эти игры меня с ума сведут. Маленькая сладкая девочка, какая же она чувственная, отзывчивая и искренняя. А главное – только моя. Никуда не денется, подчинится, сделает всё, что я скажу. Женщина, которую я заполучил силой, но пока не завоевал. Мне интересно с ней играть, но держаться всё сложнее. Особенно когда она, нагая и открытая, жмётся к груди, царапает спину и стонет-скулит. О, луна, это пытка! Я не представляю, каким чудом я не взял её сейчас.

Нет. Решил, что удержусь. Приучу к себе. Испытав удовольствие один раз, она станет жаждать его снова, распаляться быстрее. Просто возьму её – испугается, но если сперва покажу, как хорошо может быть, консумация пройдёт приятнее для нас обоих.

Главная проблема в том, что делать со ставшими слишком узкими штанами. Нужно с этим разобраться.

Возвращаюсь в комнату. Эйлис всё ещё прячется под одеялом и смотрит на меня испуганно, будто боится наказания. Это немного отрезвляет.

– Что? – наклоняю голову к плечу.

– Зачем ты… так со мной?

– Как так? Делаю тебе приятно? – усмехаюсь я, а мысли снова текут в направлении желания. – Потому что хочу, чтобы тебе нравилось. Я не насильник.

– А если мне не понравилось?! – рычит она.

– Тогда ты не кричала бы так страстно, – растягиваю губы в ухмылке. – Не цеплялась бы в плечи, не двигала тазом навстречу. Не ври, Эйлис. Никогда не ври мне.

Краснеет и подтягивает одеяло выше. Проклятье, может, всё же сорвать его с неё? Мне уже физически необходимо взять кого-нибудь. Ещё немного, и на служанок заглядываться стану.

Нет. Держись.

Эта девчонка изводит меня, но я не могу так грубо поступить с истинной.

– Меня не будет на обеде, – предупреждаю её. – Работа, нужно подготовиться к завтрашнему вечеру. Но тебе же лучше. Пообщаешься с матерью, братом. Вам будет даже проще.

– И что мне сказать? – хмыкает Эйлис. – Про твою Милу.

– Что хочешь. Правду.

– Маме это не понравится.

– И? – поднимаю бровь.

Эйлис мрачнеет и отворачивается. Да уж. Похоже, теперь всегда так будет. Стоит упомянуть одну женщину при другой, обе злятся.

– Я обозначил тебе свою позицию. Если что-то изменится, сообщу.

Выхожу из комнаты и иду к кабинету. Завтра моя очередь кормить падальщиков. В течение всего года сильнейшие дома двуликих обычно посещают более мелкие и слабые семьи. Бывает, что приезжает и кто-то из крупных игроков, как, например, в моём завтрашнем случае, но чаще всего на это просто нет времени. У меня вот нет, а грёбаные лорды востока, видимо, сидят без дел.

Мы с ними давно не можем поделить один спорный участок гор. Изначально он принадлежал моей семье. Потом прадед принял лишнего и проиграл горы в карты. Все эти годы восточникам не было до них никакого дела, сомневаюсь, что они вообще бывали в тех местах, а после я решил выкупить их назад. Ударили по рукам, рассчитались, и когда сделка была завершена формально, к ним утекла информация о том, зачем всё это. И двуликие расстроились. Поняли, что продешевили. С тех пор роют под меня.

– Ваша светлость, – в кабинете ещё дожидается полный мужчина с суетливым взглядом.

– Прошу прощения, возникли… дела, – я сажусь за стол.

– О, ничего страшного, – заискивающе улыбается он, снова кланяясь. – Я прождал совсем немного. Чай был чудесным, ваши слуги просто мастерицы.

Ещё бы.

– Показывай. Как тебе сырьё?

– Восхитительно! Камни безупречные и чистые. Одно удовольствие работать!

Он раскрывает и кладёт передо мной бархатные подносы с украшениями. В глазах сразу начинает рябить от мерцания действительно очень ярких и чистых самоцветов.

– Хорошая работа, – не отказываю себе в удовольствии поднять колье и посмотреть, как камни ловят блики свечей. – Насколько разработаны шахты?

– Только начали, – мужчина разве что не подпрыгивает от восторга. – Место замечательное! И как вы разглядели эту жилу?

– Повезло, – сдержанно улыбаюсь я, изучая работу ювелиров. – Продолжайте согласно графику. Обо всех накладках сообщать напрямую.

– Будет исполнено, – кивает тот. – Желаете опробовать что-то? Слышал, вы покинули строй холостяков.

Киваю.

Стоило бы позвать сюда Эйлис и позволить ей выбрать то, что больше понравится, но боюсь смутить жену огромным выбором.

– Я могу оставить всё, если хотите.

– Нет нужды. Уверен, это не последние варианты украшений. Буду баловать понемногу.

Тем более что цвет темнее её глаз. Хочу подобрать под них что-то особенное, но из первого «штыка лопаты» ничего подходящего не вижу, хотя уверен, ей всё равно будет приятно. Женщины.

Останавливаю выбор на кулоне с крупным сине-фиолетовом камнем, обрамлённом серебром и самоцветами меньшего размера. Потом подберу лучше, но и этот весьма прилично выглядит.

– Отличный выбор! – рассыпается в комплиментах помощник. – Уверен, он идеально подойдёт леди Альварин. Желаете дополнить чем-то?

Нахожу маленькие серьги схожего оттенка синего для Эйлис и задерживаю взгляд на красивом комплекте цвета ранних листьев. Колье, подвеска, крупные, но изящные серьги, кольцо. Можно сочетать в разных вариантах. Знаю я, кому это понравится, даже если этот кто-то сильно на меня обижен.

– Может, оставите для леди ещё его? – помощник показывает одно из ожерелий сине-зелёного оттенка, которое мне сразу не понравилось. Эйлис не пойдёт.

– Нет. Но я заберу этот, – указываю на зелёный.

– Необычный выбор, – он смотрит на первое украшение, пытаясь угадать ход моих мыслей.

– У тебя есть с собой коробки поменьше?

– Конечно, но… всего одна.

– Упакуй его, – киваю на большой комплект. – Синий я вручу сам.

Глава 22. Бал двуликих

– Сестрёнка, ты такая красивая!

Смущённо улыбаюсь. Лайран подготовил для меня платье меньше чем за сутки. Потрясающе нежное! Юбка из невесомой струящейся ткани, которая при ходьбе напоминает волны.

– Точно, – кивает мама, а потом протягивает мне красный шнурок. – Вот, на ногу повяжи. Лорд не устоит. Я бы ещё на него повязала. Работа-работа, а жена в девках ходит. Не дело это.

Я хихикаю, пытаясь представить, на какое именно место мама хочет завязать Роверу нитку, чтобы, так сказать, побудить к желанию. Так и не сказала ей, что мой муж работает над наследниками, но не с той женщиной. Стыдно.

– Мам, не надо, – я отступаю, но она фыркает, присаживается и ловит мою ногу. – Это глупо.

– Ничего не глупо! Примета такая.

– Мам, а почему нам нельзя на праздник? – спрашивает Кай. – Я тоже хочу веселиться.

– Потому что у тебя утром школа, – улыбаюсь я. – Умножение, да?

– Это не умножение, а уничтожение! – Кай вскидывает руки. – Я бы лучше на заднем дворе весь день занимался, чем вот это всё!

Мы с мамой смеёмся. Кто бы мог подумать, что малышу Каю будет интересно носиться по полосе препятствий, лазить по канатам и турникам, но, наверное, таковы все мальчишки. А ещё влияние новых друзей, которые оказались детьми других волков семьи Альварин.

Стремление подружиться резко повысило его увлечённость мальчишескими играми и занятиями, но мне нравилось то, как горели глаза брата, когда он делился этим с нами. Ему жизнь с двуликими определённо шла на пользу.

Как мама приспосабливается к новой обстановке, я пока не понимаю.

– Доброй ночи, – в комнату входит Ровер. – Эйлис, ты готова?

Я оборачиваюсь и смотрю на мужа. При всех своих недостатках, лорд Альварин всегда выглядит шикарно.

– Конечно, лорд, – мама тут же вскакивает и опускается в низком реверансе.

Она его одновременно и боится, и уважает. Поэтому иногда даже слишком сильно пытается услужить.

– Осталось всего лишь поправить ленты, и всё будет замечательно. Простите, что заставляем ждать. Это моя вина, а не Эйлис.

Предупреждающе смотрю на неё. Незачем так перед ним выслуживаться. Она моя мать, его тёща… вроде как. Это он должен пытаться ей понравиться.

Впрочем, наша семья ненормальна во всех смыслах.

– Нет нужды. Я закончу, – он оценивающе скользит по мне взглядом.

Волчица внутри радостно стучит хвостом. Приятно, когда мужчина так на тебя смотрит. Со сдержанным, но восхищением.

– А когда меня будут брать на балы?! – возмущается Кай.

Ему страх перед двуликими пока не успели навязать, поэтому с Ровером он говорит, лишь изредка отводя взгляд, чтобы не подчёркивать вызов.

– Когда будешь свободно оборачиваться в волка, – улыбается Ровер, и я снова прикусываю губу.

Когда он говорит с Каем или другими детьми, то становится ещё красивее. Это раздражает.

– На таких балах разное бывает. Ты должен быть готов отстаивать интересы семьи.

– Может случиться что-то плохое? – Кай смотрит на меня.

Ровер это замечает.

– Не беспокойся. Эйлис под моей защитой, с ней ничего не случится.

– Идём, Каюша, идём, – мама подталкивает сына к двери. – Доброй ночи, лорд. Эйлис, – она снова кланяется и оставляет нас наедине.

– Безупречно. Супруга лорда Альварина должна блистать. Но позволь добавить небольшую деталь. Идеально подчеркнёт твои глаза.

Он заходит мне за спину и надевает на шею невероятной красоты подвеску. В центре красуется огромный синий камень, натёртый и отшлифованный так, что кажется, кто-то отколол кусочек ночного неба и закрепил среди серебристых листьев и завитков.

– Ух ты, – не сдерживаюсь я, осторожно касаясь нижней части украшения. – Но… когда? Откуда?

Ровер не отвечает, закрепляя на мочках моих ушей маленькие камни в тон подвеске. По коже бегут мурашки от горячего дыхания лорда, когда он якобы случайно задевает шею.

Нервно облизываю губы. Вспоминаются те хорошие моменты, что у нас были. Свидание в саду, каким галантным и заботливым он бывает... Вот и сейчас.

Может, у моего мужа есть противный брат-близнец, который делает гадости и спит с Милой? Пусть она его заберёт, а мне оставьте этого, хорошего.

– Безупречно, – тихо шепчет Ровер и целует меня в шею.

Ноги подкашиваются, и я едва не падаю. Теперь к вспышкам приятных воспоминаний добавляются и более горячие мгновения. Мне становится жарко.

Ровер притягивает меня и захватывает губы в плен. Я чувствую себя мягкой, будто глина, из которой он может слепить всё, что вздумается.

– Как бы мне хотелось послать их в пекло, – шепчет он, прерывая поцелуй, но оставаясь на расстоянии вдоха. – Запереть тебя в комнате и не выпускать до утра. А может, и дольше.

Звучит угрожающе. Это мамин шнурок работать начал? Ого. Я и не думала, что такое возможно.

Голова кружится. Волчица, будь у неё голос, уже кричала бы: «Да! Да! Да! Хочу, сделай!» Я стараюсь держать себя в руках, но обаянию моего мужа тяжело сопротивляться.

– Гости же уже пришли? – то ли спрашиваю, то ли напоминаю я.

– Увы. Идём, разделаемся с ними и приступим к чему-то поинтереснее.

Его голос стекает в рычащий бархат, и к моим щекам приливает кровь. В нижней части живота сладко тянет, и я ругаю себя за то, что реагирую так… бесстыдно. Сложно быть двуликой. Звериная половина души усиливает желания и влечение.

– А может, – я прикусываю губу и вскидываю на него взгляд, – немного задержимся? Чтобы ну… побыть вместе. Наедине.

Неужели я правда это предлагаю? Он посчитает меня развратницей.

Ровер улыбается и снова целует меня.

– Боюсь, «немногим», моя милая Эйлис, не отделаешься. Ты же не надеялась, что всё закончится быстро?

Его слова пугают, но одновременно с этим растекаются по венам сладкой патокой. Закусываю губу и часто моргаю.

Проклятье, я на грани. Ещё слово, и всё случится прямо здесь.

Сердце стучит так быстро. Лёгкие наполнены ароматом смолы и мяты – его запахом. Мне уже плевать на всё, гостей, проблемы, наши сложные отношения… лишь бы он снова поцеловал, прикоснулся, сделал как…

Проклятье! Он меня с ума сведёт!

– Тише, Эйлис, – Ровер мягко прихватывает мою нижнюю губу. – Побудь немного в этом чувстве и пойми, чего хочешь ты.

Кажется, мы оба понимаем, чего я хочу, но боюсь признаться. Даже самой себе.

– Идём, – он берёт мою руку и вкладывает в сгиб своего локтя.

Мы выходим в коридор и идём к лестнице. Носа касается множество новых запахов, я не учуяла их, так как провела в комнате полдня, готовясь к празднику. Пожалуй, это самое утомительное в жизни леди – долгие часы одеваний, причёсок и макияжа.

Спускаемся в зал. Не успеваю я охватить взглядом всех присутствующих и понять хоть примерно, сколько тут людей, как слышу громогласное:

– Его светлость герцог Альварин с очаровательной супругой!

Зал вздрагивает нестройным приветствием и множеством поднятых бокалов. Мне неловко, и я жмусь к Роверу, пугаясь лишнего внимания. Ему-то легко, смело шагает в море двуликих с прямой спиной. Привык быть в центре внимания. На меня смотрят с жадным интересом, и я радуюсь, что хорошо выгляжу. Ровер сказал «безупречно», значит цепляться ко мне не станут, так?

К Роверу подходит слуга с подносом, на котором стоит пара бокалов. Он снимает оба, подаёт мне один и поднимает свой:

– Добрый вечер, дорогие друзья и враги. Как и всегда, я не рад вас видеть, – я вздрагиваю, а по залу проносится волна смешков. – Но раз уж вы всё равно явились, располагайтесь. Отдыхайте, ешьте, пейте за здоровье и счастье моей жены. Можете не лукавить, я знаю, что мне большинство из вас желает только смерти.

Новая волна смешков, поздравления, тосты в мою честь. Лорд приобнимает меня так осторожно и трепетно, что я, совсем смутившись, роняю взгляд в свой бокал. Не знаю, что это, но в напитке плавает полупрозрачный голубой цветок.

Странные эти двуликие. Я совсем не так представляла себе светские балы. Ровер даже не пытается быть вежливым, все остальные принимают его прямоту как должное. Радует, что мне и правда улыбаются тепло. Во всяком случае те, кого я вижу поблизости.

Зал разделён на две половины. На одной организована площадка для танцев, куда немедленно выныривают молодые двуликие и, едва дождавшись начала игры музыкантов, пускаются в пляс, в другую смещаются гости постарше – там много столов, за которыми некоторые уже начали игру в карты. У дальней стены выходы на террасу, стол с закусками и напитками.

– Расслабься, – шепчет на ухо Ровер и мягко гладит меня по щеке. – Пока я рядом, тебя не загрызут.

– Здесь очень много двуликих… Страшно.

– И ты одна из них. Нас, – хмыкает он, отпивая из бокала с цветком. – Привыкай.

– Я постараюсь, – улыбаюсь я и тоже пробую. Необычный сладковато-кислый вкус. Пахнет ягодами и цветами.

– Хочешь потанцевать?

Прежде чем я успеваю испугаться и признаться, что не умею так же лихо, как кружащие по паркету пары, к нам подходит Хантер:

– Ровер, ты срочно нужен.

– Что опять случилось?

– Мила. Она сегодня не в себе. Никого из нас не слушает. Иди разбирайся с ней, если не хочешь потерять основные сделки, потому что язык у неё сегодня без костей.

Я вздрагиваю и смотрю на мужа.

Нет, не ходи. Прошу...

– И что? В доме Альварин нет другого двуликого, способного увести женщину в комнату?

– Если бы она подпустила к себе кого-то, – хмыкает Хантер. – Истерит и требует тебя.

– Проклятье, – Ровер залпом выпивает свой напиток вместе с цветком и ставит бокал на поднос проходящего мимо слуги. – Сейчас приду.

– Я побуду с Эйлис, – улыбается Хантер.

– Вот уж нет, – рычит Ровер. – Ты к ней не приближаешься, если жить хочешь.

Хантер поднимает ладони и отступает, а я сильнее вцепляюсь в локоть мужа.

– Не уходи… прошу, – сглатываю. – Пусть кто-то другой с ней разберётся. Ровер…

Глава 23. Новые знакомства

– Всё будет хорошо, – он гладит меня по волосам, и от этого прикосновения в глазах начинает щипать. – Я просто уведу её и сразу вернусь к тебе. Попробуй закуски.

– Ровер, мне… страшно, – признаюсь я. – Можно я с тобой пойду?

Он неожиданно порывисто меня целует. Прямо так, при всех! Это ошеломляет настолько, что забываю, о чём вообще мы говорили.

– Будь здесь. Никуда не ходи одна, – золотистый свет его глаз действует успокаивающе. – Я выведу её, чтобы не испортила отдых, и мы потанцуем. Вдвоём. Ты поняла меня?

Он кажется немного безумным. Окинув меня многозначным взглядом с головы до ног, проводит по щеке и отступает. Я смущаюсь от того, как он смотрит. Уже поняла, что для него я привлекательна, но он сдерживается, постоянно приходится угадывать, скорее чувствовать. Сейчас лорд очень открытый, будто пьяный, но… как? Он же выпил всего один бокал, да и тот был, как мне показалось, без алкоголя. Не должно быть.

Обрушив руку на плечо Хантера, он уводит брата прочь, лишая и меня, и его возможности говорить. Не очень-то хотелось, если честно.

Без мужа чувствую себя плохо и неуютно. Я будто сразу стала меньше и незаметнее, но это даже хорошо.

Что за напиток нам подали? Ровер бы не допустил отравления в собственном доме, правильно? Может, у меня паранойя?

Пока никто не обратил на меня внимания, отхожу к столу с закусками. Бокал с голубым цветком кажется мне всё подозрительнее, но как я не принюхиваюсь, не могу понять, что с ним не так.

– А куда подевался Ровер?

Я поворачиваю голову и встречаюсь взглядом с крупным светловолосым мужчиной. Светло-серые глаза немного пугают. Если бы не тёмный край радужки, показалось бы, что он слепой. Одет элегантно в чёрный костюм с серебристой вышивкой.

– Лорд Альварин отошёл решить один… неожиданный вопрос, – осторожно улыбаюсь я.

– И оставил очаровательную жену на растерзание зверей?

Мне не по себе от его взгляда. Какой-то он… очень уж пронзительный. Я будто голышом перед ним стою или даже хуже. Словно видит меня насквозь.

Становится тревожнее. Я ещё помню предупреждение Ровера про врагов. Проклятье, и что делать? Позвать кого-то из слуг и попросить о помощи?

– Вам не нравятся закуски? – пытаюсь отшутиться я. – Если хотите, могу просить их заменить, для этого совсем необязательно растерзывать хозяйку.

Уголок его губ дёргается, обозначая улыбку, но всё же недостаточно, чтобы перестать считать мужчину угрожающим. Я бы не назвала его красивым, но думаю, это из-за истинности с Ровером. Волчица и вовсе побаивается его и украдкой скалит зубы. Значит, передо мной сильный зверь. Не знаю, сильнее ли моего мужа, но однозначно опаснее, потому как я точно знаю, что Ровер ничего мне не сделает, а этот может.

– Закуски прекрасны, – отвечает он, но взгляд не смягчается.

– Я Эйлис, кстати, – становится совсем тревожно и я, вместо того чтобы бежать прочь, пытаюсь вести светские беседы. – Хотя вы, наверное, и так это знаете. А как вас…

– Лирой, какого демона ты здесь забыл?!

К нам подходят двое двуликих. Ниже, чем мой новый знакомый и Ровер. Комплекцией напоминают Хантера. В голове возникает предположение, что, возможно, Лирой, как я понимаю, это имя блондина. Альфа другого дома, а подошедшие – нет.

– Искал Ровера, но нашёл пока лишь его жену.

– Натягивает свою Милочку, – хохочет второй.

Я вздрагиваю. В каком смысле «натягивает»?

– Какой гад, скажи? – двуликие подходят, и я невольно кошусь на Лироя, хоть и понимаю, у него нет причин мне помогать. – Такая девочка, а он под чужие юбки лезет.

– Что привело вас к этому выводу? – спрашивает Лирой.

– Слух.

Я опускаю взгляд. Неужели правда? Он позволяет себе такое? Ладно в другие дни, когда в замке только мы, но сейчас… Слишком много гостей!

– Это недопустимо, – рычит Лирой и идёт… куда-то.

– У-у-у, какой, – хохочет один из оставшихся.

– Да, ненавидит он нарушение правил.

– Скучный. Я вот очень даже за то, чтобы не ограничивать себя одной. А, малышка?

Это, похоже, мне.

– Не уверена, – пожимаю плечами. – Я тоже думаю, что это неправильно.

– Ой, да брось, – они подходят ещё ближе, и я чувствую, что волчица начинает рычать. – Раз он тебя не ценит, тебе тоже незачем ценить его.

– Хотя зря он, – второй наклоняется и тянет носом воздух у моего плеча. Я хмурюсь и отступаю. – Я б такое сладенькое яблочко из спальни не выпускал. Милка-то уже потасканная жизнью, даже дышать рядом с ней противно.

– Вы чувствуете её запах? – осторожно улыбаюсь я, пытаясь сменить тему.

– Конечно.

– А чего это ты не пьёшь, хозяйка? – второй ловит мою руку, в которой всё ещё зажат бокал с голубым цветком, и подносит к моим губам. – Аль отравили напитки?

– Н-н-нет, что вы, – нервно улыбаюсь я.

Я и сама не знаю, травили или нет… Если и да, то не мы. Ровер же тоже выпил.

– Тогда пей.

На мой затылок кладут руку, мешая отстраниться. Первый двуликий приобнимает за талию, не позволяя вырваться. Я испуганно выдыхаю, и тут же в горло ныряет большой глоток напитка.

– Не спеши, милая, тебе сегодня хватит, – воркует первый.

Что происходит?! Я озираюсь по сторонам, не понимая, что мне делать. Гости только начали веселье. Одни танцуют, другие играют в карты. Ещё никто не успел проголодаться, так что к столам никто не подходит. Некому помочь мне.

Ровер… где он? Он же обещал, что мы потанцуем.

Лирой… ушёл куда-то. Сомневаюсь, что он стал бы спасать меня от… не знаю наверняка чего, но с ним однозначно было спокойнее, чем с этими двумя!

Я и сама не понимаю, как бокал становится пустым.

– Вот и всё. Как себя чувствуешь?

Сложно ответить. Всё кружится, я слышу звуки так, будто мне уши заложило. Что за… Неужели этот напиток и впрямь отравлен?

– Что вы… подмешали?

– То, что поможет тебе расслабиться, малышка.

Ничего не понимаю. Все ощущения, зрение, слух, обоняние будто вынули из меня, хорошенько взболтали и впихнули обратно, и всё перепуталось. Зрение ощущаю слухом, обоняние вижу… Чертовщина какая-то.

– Ого, да ты, малышка, неважно выглядишь. Пойдём-ка воздухом подышим.

– Твою мать, брат, я не могу. Чуешь её?

– О, да. Этот идиот не срывал пробочку.

– Правда, что ли? Проклятье, да!

Кружащийся мир на миг замирает. Я понимаю, что мы на террасе. Здесь темно, пахнет… не понимаю чем.

Меня прижимают к колонне, поддерживающей деревянный увитый виноградом навес. Кто-то из двуликих, их лица смазаны, так что я не понимаю который, утыкается носом в шею и шумно втягивает воздух.

– Сладкая девочка… – он высовывает язык и проводит им, оставляя липкую полосу, которая тут же вгрызается в шею холодом. – Давай сделаем это здесь.

– Слишком близко. Помешают, – сомневается второй.

– Кто? Луноголовый и Альварин заняты. Пока хватятся, она уже лишится самого ценного.

– И тогда герцог останется бездетным, – ладонь второго ловит мои запястья и прижимает над моей головой.

Не могу двинуться!

Я плохо понимаю, о чём именно они говорят, но мне страшно.

Ровер... Где ты? Ты же... обещал, что меня не тронут…