Читать книгу "Генеральный дьявол"

Глава 03

Майя

Вернулась домой без трусов.

В глаза сестре смотреть стыдно. Она в Кайсарова влюблена, у них будет ребенок, а тут я влезла.

Об инциденте в кабинете генерального Ниночке решила ничего не говорить. Думаю, после того, как все выясниться с отцовством, этот эпизод останется в прошлом. Кайсаров сам предпочтет забыть, что сестру своей будущей жены принуждал к сексу и рвал на ней белье.

Да, от своего плана женить генерального на Нине я, несмотря ни на что, не отказалась. Мужчины они такие: пока на вольных хлебах, изображают из себя мачо и самцов, а потом, как женятся и женщина окружит их лаской, появятся дети, становятся совсем другими.

Кайсаров тоже изменится.

Должен.

– А может, зря мы все это затеяли? – Нина ставит ужин на стол, сама присаживается рядом.

У нее жуткий токсикоз последние недели, почти от всего тошнит и вкусы странные в еде, поэтому ужины у нас очень специфические. Куриная грудка на пару без соли и специй, но с солеными огурцами и маринованными помидорами. Каша овсяная на молоке, цикорий.

– Ты уверена, что эти продукты можно сочетать? – я с сомнением заглядываю в тарелку.

– Да, я уже проверила, поела без тебя. Там на десерт еще желе фруктовое.

– Отлично.

Из предложенного набора я решаю остановиться на грудке, добавила к ней кусочек хлеба и полудохлый свежий огурец, затерявшийся в холодильнике.

– Нина, а он тебе действительно нравится? Вы же только один раз с ним… ну...

– Очень. Все время о нем думаю. Считаешь, глупо? Он ведь просто воспользовался мною, обманул. Мужчины часто так делают с такими дурами, как я, да? – Нина стирает слезу, скатившуюся по щеке. – Как я могла так попасть, Майя? А?

Знаю я как.

На себе испытала.

Если такой, как Кайсаров, обратит на тебя внимание, прижмет, поцелует, то шансов у женщины никаких. Меня спасло только то, что я о Нине думала и понимала, как неправильно по отношению к ней поступаю.

В голове до сих пор вспыхивают воспоминания о его наглых прикосновениях к голой коже. Жесткий поцелуй, от которого до сих пор жжет губы. Слова развратные, тяжесть тела, взгляд, полный похоти.

– Пойду спать, завтра на работу рано, – целую сестру в макушку и иду в душ. Мне очень хочется немного побыть одной, подумать.

Сегодня меня не уволили, хотя я думала, будет именно так. Кравцов через час после инцидента принес мою сумочку на рабочее место и поставил на стол, взгляд был непроницаемым. Хотелось спросить, что со мной будет, но в нашем серпентарии лучше вообще помалкивать. Бухгалтерия – это место, в котором любой слух распространяется как пожар, приукрашивается. Один намек на недоразумение в кабинете генерального, и я была бы объявлена офисной шалавой. Со мной бы даже разговаривать перестали.

У нас же приличный отдел. Тут женщины до пенсии сами доработали, со старшим Кайсаровым начинали, любое повышение заслужили. А тут я...

Спалось мне ужасно.

Хотелось сказать, что мучили кошмары. Но было совсем наоборот.

Мне снились очень приятные жаркие сны, в которых я таяла в руках Кайсарова. Не думая ни о чем, отдавалась его сильным рукам, тонула в своих стонах.

На следующий день на работе меня ждал сюрприз. Придя на рабочее место, я обнаружила под листом бумаги А4 плоскую черную коробку из матовой бумаги. По центру выдавлен логотип неизвестного мне бренда.

– Это я спрятала, – Вика перегибается через стол, – пока наши ведьмы не увидели. Что там?

Я медленно приоткрываю коробочку и ахаю. На черной шелковой подложке, распятые тремя булавками, лежат красные кружевные стринги.

На стрингах записка, написанная от руки: «Эти я тоже порву».

– Там… тут… эм-м-м, – блею невразумительно.

По телу проносится удушливая горячая волна, в висках стучит. Кайсаров окончательно спятил?

– Офигеть! – Вика перемещается мне за спину и заглядывает в коробку. – Это от кого?

– От того, кому я это верну обратно. Прямо сейчас, – оглядываюсь по сторонам.

– Если не понравились, можешь отдать мне. Я за такие душу продать готова, – глаза Вики сияют.

Ей бы такие трусы действительно подошли намного больше. Вика очень яркая брюнетка. Красная помада и черные размашистые стрелки для нее как униформа.

– Мне нужно их вернуть, – я вздыхаю.

– Это кто-то крутой? – не унимается подруга. – Скажи имя, скажи.

– Не могу, – шикаю на нее, замечая чужие заинтересованные взгляды.

– Черт, меня сейчас порвет на тысячу маленьких Вик, – она садится за свой стол. Прикусывает колпачок ручки и смотрит на меня с укором.

Я мотаю головой и, прихватив папку с отчетом, куда спрятала коробку, направляюсь на выход. Я верну эти треклятые трусы, еще раз разъясню Кайсарову, что он меня неправильно понял, и на всякий случай попрошу меня не увольнять. О способе, как достать его ДНК, подумаю позже.

Перед приемной мнусь. Секретарша видела меня вчера растрепанную и подумала бог весть что. Наверняка, что у меня с ее боссом был секс.

Хотя я так быстро бежала, что можно было подумать, что просто спешила по делам. Может быть, она и не заметила ничего странного в моем виде. Никто же в компании не обсуждает меня, значит, Валентина никому ничего не рассказала.

– Подскажите, пожалуйста, Тимур Робертович у себя? – стараюсь сделать свой вид профессиональным и не выдать, как волнуюсь. Я действительно могла прийти по работе, у меня отчет в руках.

– А вы по какому делу?

– Главбух послала, Анна Петровна, вот отчет, – сжимаю в руках папку, в которой запрятана коробка.

– Проходи, – кивает секретарша в сторону кабинета.

Нажимаю на дверную ручку и просачиваюсь в кабинет. Стоит встретиться взглядом с Кайсаровым, как щеки начинают гореть. Он усмехается, разглядывая меня в брючном костюме. Поправляю на себе пиджак и кладу черную коробку на край длинного стола для переговоров.

– Не понравились? – спрашивает хрипло.

Генеральный откатывается в своем кресле и встает. Медленно идет в мою сторону. Взгляд спокойный, расслабленный, поэтому я не срываюсь и не бегу на выход.

Не станет же он повторять вчерашнюю выходку…

– Уверен, с размером я угадал, – Кайсаров опирается бедрами о стол и золотой ручкой, которая была зажата у него в пальцах, скидывает крышку с коробки. Вынимает булавки из кружева и цепляет указательным пальцем стринги. Зачем он?.. Мне и так стыдно!

– Тимур Робертович, вы вчера меня неправильно поняли, – отвожу взгляд от маячащего перед глазами красного кружева. Я сама наверняка одного цвета с ними стала, так кожа начинает гореть на щеках и шее.

– Неправильно? – густая темная бровь дергается наверх.

– Неправильно! – отвечаю упрямо.

Выхватываю у него треклятые трусы и швыряю их обратно в коробку, поправляю на себе скромный пиджак. Держу спину прямо, встречаясь с его скептическим взглядом. Молчим оба, и постепенно напряжение становится невыносимым.

Он уволит, точно уволит. Прямо сейчас. Наверняка еще и по статье!

– М-м-м-м… тогда мне стоит извиниться?

Что?!

– И вы меня не уволите? – быстро моргаю, такого я точно не ожидала.

—Нет, Майя, – он протяжно вздыхает, – и еще мне кажется, я должен загладить свою вину.

– Нет-нет, все в порядке.

– Я настаиваю, – Кайсаров задумчиво проводит большим пальцем по отросшей на подбородке щетине. – Приглашаю тебя в ресторан сегодня вечером, Майя.

– Ресторан? – переспрашиваю неуверенно.

– Ты, я и полный зал людей, плюс обслуживающий персонал, чтобы тебе не было страшно.

– Мне не страшно.

– Вижу… Отказ не принимается, Майя. Мы просто посидим, выпьем по бокалу вина. Мило побеседуем, и ты увидишь, что твой руководитель не такая несдержанная горилла, как могло показаться вчера.

– Тимур Робертович, в самом деле, мне достаточно, что мы просто прояснили ситуацию. Я о ней никому не расскажу, если вы переживаете. И ресторан совсем не обязателен…

– Майя, ты же не хочешь меня обидеть?

– Эм-м… Нет.

– Вот и отлично, – он бросает взгляд на часы. – У меня встреча, так что до вечера.

– Хо-хорошо…

На негнущихся ногах выхожу из кабинета и отправляюсь к лифту. Как я о походе в ресторан Нине расскажу? Это ее точно не обрадует. И она может подумать не то. Будто я сама хотела. А я не хотела... Он сам...

– Лифт вызывать будем? – раздается вкрадчиво на ухо, и я подскакиваю.

– Задумалась, – жму на кнопку. Двери открываются сразу, и я забиваюсь в угол кабины. Гадлевский входит следом, внимательно осматривает меня с ног до головы.

Тимофей Денисович наш финдиректор и двоюродный брат Кайсарова. По слухам, ужасный педант и тиран. Мне с ним общаться лично не приходилось, на все совещания от отдела ходит наш главбух Анна Петровна. Возвращается она с них белой и нервной, часа два после просит ее не беспокоить. Пьет крепкий кофе и заедает коробкой зефира в шоколаде. Она у нас женщина с железными нервами, поэтому меня Гадлевский пугает вдвойне.

С братом они немного похожи. Но если от Кайсарова горячие мурашки по телу, то от Гадлевского – ледяные и колючие. Кому он может такой понравиться, не знаю.

– Выходить будем? Или тоже задумалась? – он кивает на открывшиеся двери лифта. Голос такой же холодный, как и его взгляд.

– Выхожу, – мышью проскакиваю мимо финдиректора. Вот на кого бы я не решилась вылить кофе, так это на него. Мне кажется, Гадлевский бы меня уволил в ту же секунду и даже слушать не стал.

В отдел прихожу как раз вовремя – кадровик пришел с новой стопкой договоров о неразглашении.

– Зачем? Мы же подписывали не так давно, – морщусь, разглядывая стопку бумаг мелким шрифтом.

– Пункт десять и двенадцать – ужесточение ответственности. Приложение три – новый список документов, которые подпадают под неразглашение.

– Да уж, – быстро просматриваю. В новом перечне даже самые безобидные бумажки.

– Копают под них, вот и страхуются, – Арсений Никифорович вытирает пот со лба носовым платком. – Подписывай – или на выход. Нам кроты не нужны, – трясет пальцем.

– Ну какие из нас кроты? – Вика прикусывает губу, чем вызывает у кадровика приступ тахикардии. Тот опять вытаскивает свой платок и стирает пот с лица.

– Инсайдерская информация, Викуля, на вес золота для конкурентов. А ты думаешь, кто ее сливает, если не свои?

– Мы не сольем, – ставлю размашистый росчерк и отдаю документы обратно. За последний год наша «СтройДом» стала действительно самой крупной компанией в городе, и это многим может не нравиться.

– Теперь точно. Там такая ответственность, что я бы точно не рисковал на вашем месте, – Никифорович перед уходом строго грозит нам пальцем.

– Да что тут сливать? – Вика закатывает глаза.

– Лучше помолчи, Виктория, если не понимаешь. И займись делом, – Анна Павловна раздраженно снимает очки. – Остальных тоже касается.

Я с ней согласна. У нас все цифры, отчеты, данные поставщиков. За такое любой конкурент заплатит, и немало.

«Старая грымза достала», – Вика присылает сообщение.

Затем с работы она перескакивает на моего «таинственного» поклонника.

«Он из верхушки?»

«Я видела, как ты поднималась на лифте».

«Он женат?»

«Извращенец?»

«Майя, не томи!»

«Если тебе не нужен, я хочу».

Смотрю на нее поверх монитора, качаю головой. Нельзя быть такой ветреной.

Нина звонит ближе к концу дня, вводя меня в ступор:

– Майя, знаешь. Я решила, что если Тим сам меня не искал, то я ему и не нужна.

Понятно, гормоны шалят…

– Ниночка…

– Я сама ребенка подниму, выучу, – сестра шмыгает носом. – Работу уже нашла в больнице, где мы практику проходим.

– И кем? – я закатываю глаза.

– Санитаркой.

– Так и знала… это несерьезно.

– Возьму академ, подзаработаю. А там пособие по уходу за ребенком будет.

– Нина, не пори горячку.

– Он меня не искал! Для него это был случайный секс, а я, дурочка, сама во всем виновата. Зачем я Тиму такому идеальному и успешному сдалась вообще?

Успешный – согласна.

Идеальный – это Нина, конечно, перегнула. Кайсаров какой угодно, только не идеальный.

– Так что не надо ничего доставать, никакого ДНК не надо. Я справлюсь сама.

В трубке раздаются короткие гудки.

Я с Ниной не согласна. Тем более у меня есть еще один шанс, чтобы заполучить какую-нибудь вещь Кайсарова. Салфетка, ручка, что угодно.

Я иду в ресторан только за этим. Никаких чувств к Кайсарову у меня нет. Это все аффект, я просто никогда не встречала таких, как он, вот коленки при нем и подгибаются. Это пройдет, как только я увижу тест ДНК. Я Нине верю, но я хочу увидеть стопроцентные результаты.

В клубе было темно, алкоголь, прошел почти месяц. Я не сомневаюсь, я хорошая сестра.

Но…

Черт!

Я хочу увидеть результат.

За минуту до конца рабочего дня приходит смс с незнакомого номера. Тимур Робертович ждет меня на подземной парковке нашего бизнес-центра.

Спускаюсь на лифте на минус второй этаж, и водитель генерального распахивает передо мной дверь тонированного внедорожника. В темном салоне я вижу контуры мощного мужского тела. По телу расползается жар – я снова окажусь с ним рядом.

Глава 04

В машине пахнет дорогой кожей и парфюмом Кайсарова. Сам он разговаривает по телефону, мне рассеянно кивает.

– Копай дальше, Адам. Я тебе за что деньги такие плачу? Нет, этот результат меня не устраивает. Все, завтра доложишь, – генеральный завершает звонок и оборачивается ко мне. – Немного прокатимся.

– Хорошо, – робко встречаюсь с ним взглядом, – мы же ненадолго?

– Поздно не задержу. Торопишься? – в его руках снова вибрирует мобильный. Кайсаров долго смотрит на экран, затем смахивает вызов. – Пожалуй, на сегодня хватит, нужно отдохнуть, – переводит смартфон в режим без звука и прячет в кармане пиджака.

– Завтра на работу рано вставать.

Мужчина широко улыбается:

– Перед тобой самый главный босс всех боссов на твоей работе. Он может разрешить тебе выйти попозже или даже взять отгул. Он проштрафился, так что пользуйся.

На последних словах в его голосе появляется легкая хрипотца, а взгляд цепляется за мои губы.

Все же ехать с ним в ресторан было плохой идеей.

Машина мягко тормозит у пафосного заведения «Икра». Я тут ни разу не была. Знаю только, что цены заоблачные, блюда необычные и повар у них из Франции. Хорошо осведомлена, потому что недавно был скандал, который показали в новостях. Парня в потертых джинсах и рваных кедах не пустили, а он оказался сыном какого-то чиновника. Оскорбленный мажор долго разглагольствовал перед журналисткой о том, что вещи от «Баленсиаги» у нас распознавать не каждый умеет.

Оказывается, очень дорогой бренд. Куртка а-ля бомж стоит сорок три тысячи евро, обувь как с помойки – пятнадцать. Вообще я была на стороне ресторана: если человек выглядит как бомж, то в девяносто девяти процентах он бомжом и является. Это наши реалии, блин.

А вот сейчас я начинаю нервничать. На мне нет даже «Баленсиаги».

Обычный темно-синий костюм, белая рубашка, туфли и местами потертая сумочка. Все массмаркет или ноунейм. Из украшений ничего, потому что бижутерию я не ношу, а на что-то подороже финансов нет. Маникюр – обычный бесцветный лак.

Чувствую себя совершенно неуместной.

– Что-то не так? – Кайсаров выходит из машины и открывает для меня дверь. Он в своем костюме, сшитом на заказ, тут-то как раз к месту.

– Нет, все хорошо.

Мужчина галантно придерживает меня под локоть, пока мы заходим внутрь. Нас встречает дубовый темный паркет, хрустальные театральные люстры, огромные зеркала в состаренной позолоте. Такое чувство, словно я в музей пришла.

Девушка-администратор при входе выглядит на уровне заведения и одета намного дороже меня. При виде Кайсарова она улыбается шире, мне сдержанно и немного удивленно.

Не смотрюсь с ним рядом, да?

Обычно я не комплексую из-за своего уровня дохода. Мы с Ниной едим нормальную пищу, стараемся покупать качественные вещи, я оплачиваю съемное жилье, даже хватает отложить на квартиру. И наша теперешняя жизнь намного лучше той, что была в детстве рядом с теткой. Можно сказать, это успех.

Но прямо сейчас я чувствую себя нищенкой.

– Ваш столик готов, Тимур Робертович, – воркует она, – повар обещал подать блюда лично.

Отлично, еще и повар.

– Какие люди, – раздается из-за спины громко. – Тимур!

Тело Кайсарова словно каменеет рядом со мной. Взгляд становится нечитаемым. Я сразу понимаю, что что-то не так.

Убеждаюсь в этом окончательно, когда вижу пару, подошедшую к нам. Бывшая жена Тимура Робертовича Лада с новым мужем Романом Дементьевым. Они часто мелькают в журналах в разделе светской хроники. Вика любительница почитать в обед на работе, поэтому я знаю эту историю в подробностях.

Лучший друг отбил у Тимура Робертовича жену, отобрал большую часть общего бизнеса и едва не потопил Кайсарова. В журналах печатали очень много грязи и разной противоречивой информации об этих троих, так что чему конкретно верить, я не знаю.

Лада Дементьева теперь известный блогер, о своей личной жизни она написала книгу. Вика обещала прочитать и рассказать мне самые жареные подробности.

– А я только вчера открыл твое интервью, – цокает Дементьев, – потрясающе. Фото вообще топ.

– Пошел ты, – Кайсаров брезгливо кривит губы и отворачивается. Бывшую жену не удостаивая даже взглядом. – Проведите нас к столику.

– Конечно, – взволнованная перебранкой непростых людей девушка-администратор суетится и ведет нас в зал. – Ваш столик, приятного ужина.

Администратора сменяет вышколенный официант, он кладет перед нами меню и отходит в сторону. Я перелистываю страницы, ничего не понимая в вычурных названиях: «Кок-о-вен» «Бланкет», «Шукрут», «Наварен», «Кассуле», «Буайбес». Последнее, кажется, суп, но супа мне не хочется. Смотрю поверх меню на спокойного Кайсарова.

Как у него хватает выдержки при виде этой парочки?

– Выбрала что-нибудь?

– Нет, – захлопываю меню. – Я ничего не поняла в этих названиях, – признаюсь честно, – так что доверяю вам.

– Девушке гребешки, мне как обычно. И бутылку вина, – Кайсаров делает заказ.

Украдкой скашиваю взгляд туда, где всего в трех столиках от нас расположились Дементьевы. Роман показушно целует руку Лады, что-то нашептывает ей через столик. Та смущенно улыбается в ответ. Идиллия.

На фото в журнале Лада всегда прекрасна, а в жизни еще лучше. Она немногим старше меня, очень ухожена. Ее фигура похожа на фигуры балерин: тонкие кисти, худенькие хрупкие плечи, длинная лебединая шея. Светлые волосы в растрепанной модной косе перекинуты через плечо. И платье воздушное, белое. Почти ангел.

– Мне кажется, здесь интереснее, чем там, – Кайсаров постукивает пальцами по тыльной стороне моей ладони, возвращая внимание к своей персоне.

– Извините.

– На ты, Майя.

К Кайсарову на ты?

Что-то я не уверена….

– Ну же, Майя. Просто Тимур.

– Тимур Робертович…

– Тимур и на ты.

Генеральный говорит безапелляционно, тоном, не терпящим отказа.

– Хорошо, – соглашаюсь, робея.

Этот мужчина для меня настоящая загадка. Он то ледяной и застывший, то горячий и страстный, властный и в то же время готовый извиниться, если не прав. Я все время теряюсь, не понимая, каким он будет дальше. С Кайсаровым будто по минному полю ходишь.

Официант приносит вино. Перед тем как разлить по бокалам, дает Тимуру Робертовичу попробовать. И тот делает все прямо как в фильмах: нюхает с закрытыми глазами, немного пробует на язык, хмурится.

Пока он раздумывает, достаточно хорошо ли вино, официант вытягивается по струнке. Кайсаров одобрительно кивает, и тот расслабляется.

Делаю небольшой глоток из своего бокала и морщусь. Я к вкусу алкоголя не привыкла, мне кисло, слишком терпко и отдает спиртом.

– Не понравилось?

– Нет, – запиваю водой из стакана рядом.

– Можешь выбрать любое.

Тимур Робертович, неужели непонятно, что я вообще не разбираюсь? Ни в блюдах, многие названия которых прочла в меню впервые. Ни уж тем более в здешних винах. Тут бутылка как моя зарплата стоит, не меньше.

Реальных цен я не знаю, потому что в меню не было указано ни одной*.

Это потому, что такие, как Тимур Робертович, а вернее Тимур, денег не считают?

– Можно мне сок? Яблочный.

Взгляд между тем все время цепляется за Дементьевых. Мне хочется понять, почему Лада предпочла Романа.

По сравнению с Кайсаровым тот определенно проигрывает. Он немного ниже, не такой мощный. Я бы даже назвала его внешность слегка женственной. Идеально подстриженная бородка, уложенные волосы, узкое лицо.

– И как? – Тимур усмехается.

– Что как?

– Раз уж разглядываешь ты Романа, интересно твое мнение.

– Он мне не нравится.

– Ну конечно…

– Серьезно, вы намного интереснее, – краснею и прикусываю губу. Я сейчас в своей симпатии призналась, да? Он же теперь может решить, что я заигрываю. А я не заигрываю. Это факт, вот и все.

– Ты так мило краснеешь.

– Спасибо.

– И еще, ты Майя очень красивая женщина, – его ладони накрывают мои, сплетая наши пальцы. Кайсаров ловит мой взгляд и не отпускает, смотрит пронзительно. Я таю, как наивная дурочка, позволяя себе эту небольшую слабость. Совесть острым шипом колет, но мне так хорошо.

– Timur, – сверху раздается картавое покашливание. Перед нами невысокий плотный мужчина с животиком в белоснежной форме и колпаке. Даже усики есть. – Quelle belle fleur tu as apporté avec toi. Je suis conquis.**

– Bonsoir, Paul. Ne touchez pas, la fleur m'appartient.*** – Кайсаров отвечает по-французски.

– Quel dommage. Mais au moins je vais y jeter un oeil. – Улыбчивый француз оборачивается ко мне. – Des pétoncles pour une belle princesse. C'est le meilleur aphrodisiaque.****

Из всего я поняла только «принцесса».

– Поль не говорит по-русски? – радуюсь, что у меня появилась возможность переключиться с опасной темы на что-то отвлеченное.

– За два года так и не хватило терпения выучить.

Мне звонит Нина, и я сбегаю от Кайсарова поговорить с ней и припудрить носик. В огромном зеркале дамской комнаты не узнаю своих расширенных счастливых глаз. К щекам прилип предательский румянец.

– Я буду через час или два. На работе задержалась, – отчитываюсь обеспокоенной сестре. Она пришла с учебы раньше и не застала меня дома. – Ты покушала? Не тошнит?

– Тошнит, – Нина устало вздыхает, – ладно, пойду приму ванну. Думала вместе поужинать, но теперь вообще не буду.

– Нина, ешь. Так и до обморока недалеко.

Понижаю голос, когда замечаю девушку, вошедшую в дамскую комнату следом за мной. Лада проходит к умывальнику и становится рядом. Насмешливо оценивает меня в зеркале.

– Мне нужно идти, Нина. Пока.

Вешаю трубку, так же рассматривая бывшую жену Кайсарова в ответ.

Не выдерживаю первой:

– Вы что-то хотели?

– Познакомиться, – она притворно вздыхает. – Тимур так долго был один после развода, страдал, бедный. Шлюхи, алкоголь, – пухлые губы изламываются в победной улыбке. Ей явно нравится, что она стала причиной страданий своего бывшего мужа. – Я надеялась, что в конце концов он найдет себе кого-нибудь и успокоится. Кого-нибудь, достойного его внимания. Но видимо, вкус у него совсем испортился.

Она брезгливо кривится, рассматривая мой дешевый костюм и волосы, собранные в хвост. Всем своим видом показывает, что я не ровня ей, а человек второго сорта.

– Не хочу тебя обидеть...

Хочет, еще как.

– Но с мужчинами уровня Тимура и Романа нужно лучше заботиться о своей внешности. Так выглядеть в приличном месте – моветон и оскорбление для своего мужчины. Попроси у Кайсаров денег хотя бы на салон красоты.

– Да пошла ты, – вырывается у меня неконтролируемо.

– Советую быть поосторожнее в выражениях, милочка. Я жена уважаемого в этом городе человека, а ты временная подстилка моего бывшего мужа, который до сих пор меня не забыл. Ты Тимуру по-настоящему даже неинтересна, раз он в тебя не вкладывается. Будешь дерзить – устрою тебе такие проблемы, что в жизни не расхлебаешь, – красивое лицо искажвает гримаса злости.

____

*Одна из европейских традиций. Мужчинам дают полноценное меню. А женщинам, которые пришли с ними, вручают меню, в котором не указаны цены на еду и напитки.

*Гребешок – известный афродизиак. Он не только повышает сексуальное влечение между партнерами, но и улучшает работу репродуктивной системы организма.

** Quelle belle fleur tu as apporté avec toi. Je suis conquis (фр.) – Какой прекрасный цветок ты привел с собой. Я покорен.

** Bonsoir, Paul. Ne touchez pas, la fleur m'appartient (фр) – Добрый вечер, Поль. Руки прочь, цветочек принадлежит мне.

*** Quel dommage. Mais au moins je vais y jeter un oeil. Des pétoncles pour une belle princesse. C'est le meilleur aphrodisiaque (фр.) – Какая жалость. Но я хотя бы посмотрю. Гребешки для прекрасной принцессы. Это самый лучший афродизиак.