Читать книгу "Генеральный дьявол"

Глава 7

Открываю глаза и первые минуты пытаюсь сообразить где я. Темно, неудобно, слишком мягко.

Точно, я уснула у Нины, да ещё прямо в одежде. Голова от слишком короткого, недостаточного для отдыха сна, ощущается чугунной.

Оглядываюсь – Нины нет, свет выключен. Видимо, увидела, что я отключилась и решила дать мне отдохнуть.

Звонок оборвался, но затем зажужжал по новой, раздражая и привлекая к себе внимание.

– Да, – я устало выдохнула в трубку.

– Майя Кирилловна, это Адам Кравцов вас беспокоит. Вы дома?

– Да, а что такое? Сколько сейчас времени?

Выглядываю в окно, там темнеет, но ещё не ночь.

– Восемь.

– Я завтра буду на работе, у меня сегодня семейные обстоятельства, – начинаю оправдываться, – если есть какие-то вопросы, мы можем мы перенести их на утро?

Хотя какие вообще могут быть вопросы у начальника службы безопасности к бухгалтеру?

– Вам нужно спуститься.

– Куда?

– Я внизу у подъезда, жду вас в машине.

– Зачем? – все еще заторможенно поднимаюсь на ноги. Сон немного выветривается из головы, но соображаю я все ещё средне. Самое ужасное для моего организма – это проснутся в середине сна.

– Это ненадолго, Майя. Я могу подняться, если хотите.

– Нет, не нужно, – обнаруживаю сестру, посапывающую в гостиной на моём диване. Нине и так хватило впечатлений на сегодня, пусть отдыхает. Никаких посторонних мужчин нам в квартире не нужно.

Надеваю в прихожей туфли и тихонько выскальзываю в подъезд, еду на скрипящем лифте вниз.

Колёсики в голове начинаю потихоньку крутиться, мне становится тревожно. Что Кравцов хочет? Может, Кайсаров его прислал? Если так, то что хочет он?

Я уже знаю, что Нина беременна не от него, но ситуации это не меняет. Между нами ничего не может быть, я не готова быть рядом с таким как он ни в каком виде. Тем более как любовница – однодневка.

Выйдя из подъезда, ежусь, к вечеру на улице прилично похолодало. Тонированный внедорожник уже у подъезда. Как только я спускаюсь по ступенькам, задняя пассажирская дверь открывается. Вижу там Кравцова и забираюсь внутрь.

– Слушаю.

– Нам нужно будет прокатиться, Майя.

– Куда? – с опаской оборачиваюсь на захлопнувшуюся за мной дверь.

– В офис, – голос Адама звучит мягко, словно успокаивающе.

– Зачем?

– Есть несколько вопросов, которые не могут подождать до завтра.

– Вопросы... – Стягиваю с волос резинку, немного тру пальцами кожу головы. Так становится немного легче. До офиса точно буду в норме. – Какие вопросы? Квартальный отчёт ещё не сверстан, на столе черновой вариант.

– Думаю нам стоит приехать на место и там поговорить более предметно.

Мне не нравятся его расплывчатые ответы и то, что мы едем в офис почти ночью тоже.

– Тимур Робертович там?

– Да.

– А Гадлевский?

– Его нет.

– Это правда? Ну то, в чем его обвиняют? Его посадят?

– Я не уполномочен обсуждать этот вопрос.

– Ясно, – отворачиваюсь к окну и смотрю как мы пролетаем вдоль освещенных улиц. Люди прогуливаются парочками, улыбаются. Вот это жизнь, а не моя вся в проблемах и работе. Когда я вообще была беззаботна за последнее время? Права Нина, когда я жить, наконец, начну?

Может быть оно и к лучшему – уволюсь из «СтройДома», потрачу неделю на себя – буду гулять, ходить в кино, может быть познакомлюсь с каким-нибудь парнем. Простым с обычной работой, хватит с меня мужчин с деньгами. От них одни проблемы.

Немного денег у меня на случай форс-мажора отложено, а работа найдется.

– Приехали, – Адам выбирается из машины и подает мне руку. Водитель остаётся у внедорожника, провожая нас нечитаемым взглядом. Он странный, больше на охранника похож.

В бизнес-центре пусто, в холле горит лишь дежурное освещение. У лифта мне становится совсем неспокойно, но я держусь. Все равно Кравцов ничего не скажет.

Похоже меня ждёт разговор с самым главным.

Ладно, мы решим любую проблему и я увольняюсь окончательно. Первое заявление я не отнесла только потому, что Алла Петровна просила остаться, пока она в больнице будет.

На нашем этаже так же пусто, темно и тихо, как и в остальном здании. В бухгалтерии наоборот – горит яркое освещение, за компьютерами сидят айтишники, Кайсаров напряженно разговаривает по телефону у окна.

При виде меня разговоры обрываются и воздух словно тяжелеет.

– Все выйдите, Адам и Сергей останетесь.

Сергей начальник айти-отдела. Именно он со своей командой проводит проверки всех компьютеров и разыскивает того самого крота, который слил инсайдерскую информацию.

Почему они именно у нас в такое позднее время?

– Проходи Майя, – Кайсаров напряжен, как и все остальные. Мужчины спешно покидают кабинет, успевая при этом бросить на меня любопытные взгляды.

– Что происходит?

Кайсаров отодвигает мой рабочий стул и жестом приглашает присесть. Поскольку ответа не получаю, просто подчиняюсь.

Сажусь за стол, складываю руки перед собой. На мониторе вместо привычного отчёта открыты неизвестные мне таблицы.

– Что это? – пытаюсь понять, что значат колонки дат, время и короткие сухие описания – вошел в систему... отправил сообщение... данные удалены... Они все разные и у меня так и не получается собрать их в систему.

– Это все, Майя. Мы восстановили все, – Кайсаров становиться за моим креслом. Его ладони впиваются в мягкую экокожу до противного скрипа.

– Я не понимаю, – качаю головой.

– Хватит ломать комедию, Майя! Мы тебя вычислили.

– Вычислили? – до меня все ещё не доходит.

– Чем ты занималась, – раздается пробирающим шёпотом Кайсарова мне на ухо, – думала сойдёт с рук?

Ледяной трескучий страх медленно распространяется по телу. Я знаю, что после слива важной инсайдерской информации ищут крота, что проверяют все отделы и наш тоже.

– Вы думаете это я? – резко оборачиваюсь на Кайсарова. Я все ещё надеюсь, что это не так. Но его взгляд говорит об обратном, – это неправда. Я бы не стала.

– Хватит, Майя, – мужские ладони со спинки кресла перемещаются на мои плечи. Они тяжёлые, словно бетонные плиты. Кайсаров сжимает пальцы, больно впиваясь в мою кожу через плотную ткань пиджака, – ты допрыгалась!

Бред.

Неужели он опустился так низко и решил таким образом расквитаться за отказ?

– И какие у вас доказательства? – с трудом спихиваю мужские руки с плеч.

Сергей подкатывает второе офисное кресло к моему столу и садится рядом. Он как всегда тих и безэмоционален. Протирает тряпочкой свои квадратные очки с толстыми линзами. Пальцем указывает на экран.

– Перед вами отчёт для полиции.

От упоминания правоохранительных органов мой страх перерастает в дикий ужас.

– Здесь все операции, которые вы совершали с вашей учётной записи.

– Что ж я такая тупая получается, что под своим именем все делала? – язвлю, перебивая Сергея.

– Вы были уверены, что за вами почистят. Но ваши спецы не учли, что мы сменили систему кибербезопасности и обновили часть протоколов. Я сделал это лично и никто даже в моем отделе был не в курсе. Вот, – Сергей проводит пальцем по строчкам вниз, – это отчёт по последним сделкам, по остаткам на складах, по предварительным договорам на поставку и так далее. Все они скопированы вами из базы с помощью вашей учётной записи и Анны Петровны. Её пароль вы использовали, чтобы добраться до информации, которая была вне вашего доступа.

– Неправда, я этого не делала.

– Все операции совпадают по времени с записями видеокамер. Они установлены в кабинете, думаю вы в курсе.

– Конечно я в курсе!

Именно поэтому никогда бы не решилась. Да я вообще не из тех, кто возьмёт чужое.

– Меня подставили!

– Это ты будешь следователю рассказывать, Майя.

– Нельзя посадить человека за то, чего он не делал!

– Молодец, актриса из тебя отличная, но это не пройдёт ни здесь ни там.

– Сколько он тебе заплатил?

– Мне никто ничего не платил.

– На тебе есть жучки?

– Что? Нет, вы спятили! Если хотите, можете все проверить и убедиться. Я чиста!

– Проверим, – обещает Кайсаров, он отходит на пару шагов, поворачивается к Кравцову, – обыщите дом, телефон, проверьте все контакты. Пока по-тихому.

В душе теплится надежда, что если это не розыгрыш, а реальная подстава, то никаких свидетельств моей вины или связи с Дементьевым они не найдут. А потом и ситуация на работе прояснится. Если у Кайсарова такие спецы работают, как он думает, то до правды они должны докопаться.

– Её тоже нужно, – Адам бросает на меня косой взгляд, – если жучков нет, не значит, что не осталось следов. Она была в этой одежде с утра?

– Да, – отвечает Сергей.

Они вообще так говорят, как будто меня здесь нет. А я есть, нельзя так со мной.

– Раздевайся, Майя, – Кайсаров даже не оборачивается. Я не двигаюсь и он добавляет, – здесь или едешь в полицию. Если хочешь побыть на свободе ещё немного, лучше не упрямься.

Я не хочу в полицию. Не глядя на мужчин поднимаюсь с кресла и снимаю пиджак, кладу его на стол. Пальцы дрожат, как и все моё тело.

Пусть забирают, пусть проверяют. Мне нужно немного времени, я подумаю, я найму адвоката, все выяснится. А в тюрьме я точно не смогу ничего сделать, меня запрут по щелчку пальцев Кайсарова и ключ выбросят.

– Сергей, выйди, – доносится до меня. Дверь хлопает.

Снимаю блузку, за ней юбку, туфли. Остаюсь в белье и чулках. Мне холодно и я не могу поднять глаз на мужчин.

– Все, – Кайсаров подходит вплотную, а Кравцов выходит, оставляя нас одних.

– Думаете я в трусах что-то спрятала?

– Снимай или тебя увозят в ментовку, там разденут и спрашивать не будут.

– Это месть, да? – вскидываю на него ненавидящий взгляд, – за отказ?

– У меня заканчивается терпение.

Щелкаю застежкой лифчика и бросаю его на стол, следом скатываю по ногам чулки, трусы оказываются сверху стопки.

Без одежды чувствую себя максимально уязвимой, закрываюсь руками.

Мои глаза устремлены в пол, но я точно знаю, что он смотрит. Его дыхание сбивается и становится более поверхностный, подтверждая мою теорию.

– Можно мне что-то взамен?

– Ты договаривалась с Дементьевым лично? – Кайсаров двигается ближе, я отступаю. Бедра больно врезается в стол за мной.

Он цепляет пальцами мой подбородок и заставляет смотреть себе в глаза.

– Сколько он заплатил?

– Мне никто не платил, вы во всем ошибаетесь.

– Думаешь, если защищать своего хозяина будешь, он поможет? Он тебя кинет дурочка, откажется. И ты сгниешь в тюрьме.

Мимо воли по щекам начинают катиться слезы. Я не могу, я не верю в то, что происходит сейчас. Это страшный сон, я проснусь завтра и все будет хорошо. Будет!

– Пожалуйста, я ничего не делала, я ничего не знаю.

– Ты врешь!

– Нет, – качаю головой, вырывая свой подбородок из захвата, – пожалуйста, можно мне одеться? Я не могу так. – Паника совершенно захватывает меня.

Кайсаров, шумно вздыхает и стягивает с себя пиджак, накидывает мне на плечи.

– Что со мной будет?

– Идем.

Кайсаров не отвечает. Он толкает меня к двери и идёт следом. В коридоре стоящие за дверью мужчины разом оборачивается. Мне дико, что они смотрят на меня такую. Опускаю голову вниз, плотнее кутаясь в пиджак, плечи ссутуливаются. Если бы я могла, я бы просто исчезла, сбежала, спряталась в темный угол.

Безвольно позволяю Кайсарову провести себя вдоль шеренги мужчин и посадить в ожидающую внизу машину. Все это время я была босиком не чувствовала холода. Только страх и безысходность внутри. В машине не могла поднять головы из-за пережитого унижения и даже не поняла, куда меня привезли.

– Выходи, – Кайсаров подхватил меня под локоть и потащил заплетающуюся за собой. Наверное мне нужно было кричать или отбиваться, но я просто не могла, онемела. Он растоптал меня полностью.

По пушистому белому ковру, в котором утонули мои ступни, я догадалась, что мы попали в квартиру. Дверь захлопнулась.

Я стояла не шелохнувшись спиной к нему. Тишину нарушало лишь мое сорванное дыхание и звук приближающихся мужских шагов. Когда волосы опалило теплым дыханием, а шершавые пальцы коснулись шеи, я шумно вдохнула и сердце замерло.

Глава 8

– Не надо, – делаю пару торопливых шагов вперед. Оборачиваюсь.

Кайсаров втягивает воздух через плотно сжатые зубы, смотрит недобро на свой пиджак, который прячет от него мое голое тело.

Ладони сжимаются в кулаки, на щеках от напряжения начинают играть желваки. Он похож на безжалостного зверя, который загнал свою добычу в угол.

И эта добыча я.

– Майя, – голос Кайсарова низкий и глухой, – мне казалось, ты поняла. Если хочешь побыть еще некоторое время на свободе, не нужно упрямиться.

Ублюдок!

– Сколько у меня будет времени?

Не верю, что произношу это. Но это же моя жизнь, я не хочу провести ее за решеткой! Мне нужна хотя бы какая-то отсрочка, чтобы попытаться выяснить кто меня подставил, найти адвоката.

На губах Кайсарова появляется легкая ухмылка, он приближается вплотную. Протягивает ладонь, ласково очерчивает пальцами скулу. У него в глазах ужасная жажда, которой я не могу понять.

Неужели мужчина может быть настолько одержим желанием обладать женским телом. Это всего лишь тело – руки, ноги, туловище. Если без чувств, без любви, то пустая оболочка, кукла.

– Все будет зависеть от тебя, Майя. – Кайсаров склоняется ниже, проводит носом по моей шее, втягивая аромат кожи. Немного отклоняется и ждет.

Облизываю пересохшие губы, которые зудят он его пожирающего взгляда. Ужасно, но в данный момент его одержимость своеобразный плюс. Равнодушный Кайсаров отправил бы меня за решетку и забыл.

Похоже, мне придется узнать как далеко я готова зайти ради призрачной возможности узнать правду и стать свободной.

А если Кайсаров сам все устроил? Это я тоже узнаю.

Поднимаю руку и касаюсь подушечками пальцев его лица, скольжу по отросшей жесткой щетине на щеках, дотрагиваюсь до полноватых мягких губ. Мужчина раскрывает рот и прикусывает кончики пальцев зубами. До меня доносится его удовлетворенный рык.

А у меня внутри заглушающий все бешеный стук сердца и паника. Я еще никогда и ни с кем...

– Мне нужно в душ, – пячусь от Кайсарова и пытаюсь рассмотреть обстановку вокруг. Гостиная огромная, тут спокойно могла бы поместиться наша с Ниной съемная квартирка. Вокруг все вылизанное, модное, но какое-то бездушное. Впрочем, как и сам хозяин всего этого.

– Спальня там, – он указывает кивком в сторону приоткрытой двери. Сам вынимает из кармана брюк телефон и подносит к уху, – что еще, блядь?

В спальне меня встречает огромная кровать, застеленная черным шелковым бельем. Еще есть кресло, комод и несколько дверей. Одна ведет в гардеробную, где в идеальном порядке развешаны деловые костюмы и расставлены туфли, другая в ванную комнату.

Весь интерьер прохладный, серо-черный. Почти нет деталей.

Взгляду совершенно не за что зацепиться.

Ванная комната поражает. Пол выстелен черной плиткой, на пьедестале огромная ванная или это джакузи. Тут я тоже не сильно разбираюсь, у нас с Ниной все детство была сидячая в квартире тетки, после переезда на съемную, мы добрались до большой чугунной. В ней можно было вытянуть ноги, понежиться с пенкой. В ванной Кайсарова можно легко поместиться впятером.

У стены парящая столешница из черного гранита, огромные зеркала. Несколько минут рассматриваю себя в них. Уставшая, потерянная, бледная.

Заставляю себя оторвать пальцы от пиджака и сбрасываю его на пол, остаюсь обнаженной. Вскользь смотрю на свое тело, которое генеральный рассматривал еще в офисе. По телу снова волна дрожи, я ему то унижение в жизни не забуду. И последующие тоже.

Хотя, что ему до моих чувств… Я для него лишь очередная галочка в постели.

Захожу в стеклянную душевую кабину в углу. Включаю горячую воду на полную силу, чтобы немного расслабиться. Подставляю лицо под струи, слушаю шум падающих потоков.

Я, Кайсаров, эта квартира.

Не верю, что это происходит прямо сейчас.

И кажется смешным, что в какой-то момент он мне действительно понравился, что мне хотелось его внимания и я млела от властных взглядов и жестов.

Вытираюсь белоснежным полотенцем. На плечи накидываю мужской халат, потому что выйти голой, хоть я и знаю, что раздеться придется практически сразу же, не могу.

Несколько раз глубоко вдыхаю и выдыхаю перед тем, как открыть дверь в спальню. Ищу глазами Кайсарова, но комната пуста.

И я не понимаю, что мне делать, так и стою у застеленной кровати.

Жду.

Кайсаров застывает в проходе. Он без галстука, рубашка расстегнула, на ногах нет обуви. Опирается плечом о косяк, прячет руки в карманы.

– Я знаю, что наша встреча в лифте была неслучайной, Майя. Ты ждала меня пятнадцать минут.

Он прав, ждала. Но настоящей причины я ему ни за что не расскажу. Ребенок Нины заслуживает шанса на нормальную жизнь, а не рядом с такими эмоциональными инвалидами, как Кайсаров и Гадлевский. Они малыша и Нину не получат.

– Я могла ждать кого угодно.

– Нет, Майя, – он отталкивается плечом и медленно идет ко мне, – ты знала, что говорить и что делать, чтобы меня зацепить. Ты была идеальной, так что поздравляю, у тебя вышло.

Я лишь беспомощно хлопаю ресницами, не понимая что ему ответить. О чем Кайсаров вообще толкует? Не он ли лично на всю страну заявил, что предпочитает исключительно женщин легкого поведения? А я просто была собой!

Кайсаров подходит почти вплотную. Мужские пальцы нетерпеливо расстегиваю пару пуговиц на рубашке, потом он просто снимает ее через голову. Мой взгляд замирает на груди, где я не так давно оставила следы своих ногтей. Они успели зажить и совсем исчезнуть.

– Ты так краснеешь… Играй до последнего, Майя, пиздец заводишь, – перехватывает мои ладони и кладет себе на живот.

Я его пошлю, в морду плюну и расцарапаю наглую ухмылку, как только все выяснится.

Сейчас же у меня просто не осталось сил, чтобы возражать. А еще я ужасно волнуюсь, понимая что дальше будет. Под пальцами жжет горячая твердая кожа, Кайсаров нависает сверху и давит своими габаритами. Он большой, с широкими плечами, темными волосами на груди. К тому же спортивный. От него веет опасностью и силой. Глупым дурочкам есть отчего пищать.

– Помоги, – нагло сдвигает мои ладони ниже и накрывает ими ремень. Пальцы дрожат, когда расстегиваю. Стягиваю брюки вниз и неловко покачнувшись, поднимаюсь. Кайсаров ловит, тянет за пояс халата и обнажает меня.