Читать книгу "Девочка Рустама"

Глава 14

Черный внедорожник появляется молниеносно. Словно брат Рустама был где-то рядом.

Даже истерика не успевает настигнуть, как он выводит меня из машины.

– Рустам… там Рустам, – шепчу с надрывом.

– Им уже занимаются медики, – звучит над ухом знакомый голос.

Я оборачиваюсь, распахивая глаза. И правда: рядом с внедорожником Давида уже стояла бригада скорой. В считанные минуты под контролем Басманова медики транспортировали тело Рустама.

Он так и не пришел в себя.

Давид отошел переговорить с медиками и вскоре вернулся.

– Я поеду с ним. Ладно? – спрашиваю у него.

Я остервенело впиваюсь пальцами в рубашку Давида. Он опускает взгляд, словно уже забыл обо мне. Только мужская рука покоится на моем плече в призрачном утешении.

– Тихо. Успокойся, Полина. Ты никуда не поедешь, – чеканит он.

– Давид, что с ним будет?!

Давид был спокоен. Я замечаю это только сейчас. Значит, поводов для волнения действительно нет. Кроме того, что под пальто на мне нет одежды.

– Прогнозы хорошие. Наши врачи из него огурчика сделают.

Я осторожно выдыхаю. Скорая с мигалками успешно выезжает на проспект.

– У твоего страха глаза велики, Полина. По телефону подумал, что все. Что скончался мой брат, – усмехается грубо.

Шмыгаю носом и вытираю слезы страха. Отвожу взгляд. Наверное, я действительно все преувеличила. Даже машина живая, лишь вмятина огромная. Правда, рядом с мотором…

Черт!

Буду надеяться, что коричневая иномарка останется жить, иначе боюсь представить, какие последствия ждут меня. Но сейчас главное, чтобы Басманов пришел в себя. И если Давид спокоен, то с Рустамом действительно все будет хорошо.

– Дождемся эвакуатора, – сообщает Давид после короткого звонка.

Давид достает упаковку сигарет из кармана и пристально меня рассматривает.

И вот его взгляд опускается на пальто. В нем было жарко, но другой одежды у меня не было.

– Ты что, голая? – в голосе Давида плещется удивление.

Я опускаю взгляд. И отшатываюсь, едва мужские руки дергают пальто на себя. Правда, тут же его запахивают.

Давид удостоверился.

– Твою мать! Вы точно больные нахрен на всю голову.

Заторможенно смотрю на пепел в конце сигареты. Давид делает последнюю затяжку и сминает окурок в кулаке.

– Наконец-то он нашел себе такую же безбашенную пару. Надеюсь, до гроба моего брата не доведешь?

– Надеюсь, и ты встретишь свою сумасшедшую…

– Я уже нашел. Ждёт меня в Волгограде, – улыбается безумно.

Мне становится нехорошо. Авария действительно произошла из-за меня. Рустам мог погибнуть из-за моего упрямства. Сдался же мне этот ремень безопасности, который я все пыталась высунуть из замка…

А ведь если бы Рустам позволил мне отстегнуться – я бы головой от удара в лобовое стекло улетела.

И бог знает, что в таком случае со мной бы стало.

Господи! Хочется умереть от стыда. Давид ведь все понимает. Я его брата едва не погубила.

– Как получилось так, что столб оказался с его стороны? – интересуется Давид.

Я дрожу как осиновый лист. Но стою и рассказываю Давиду часть правды. Что мы поссорились. Что я пыталась отстегнуться и просила остановить машину…

Машину повело еще на оживленном проспекте. Рустам свернул в дворы и не справился с управлением.

– Только столб должен был вмять капот. Но в последний момент Рустам вывернул руль вправо, – задумчиво кусаю губы.

Давид смотрит на меня, как на диковинную игрушку. В изумлении. В удивлении.

А я переминаюсь с ноги на ноги, еще не отойдя от аварии. Что делать с машиной? Как добраться до дома в одном пальто?

– Он тебя спас? Своей жизнью рискнул? Надо же… – присвистнул Давид.

А мне хочется сквозь землю провалиться. Еще и люди начали выходить из домов: на машину разбитую поглядывают и нас с Давидом рассматривают.

Давид тут же кивает в сторону внедорожника:

– Повылазили стервятники. Садись в тачку, чего стоишь?

– Вы… отвезете меня домой?

– Почему вы? Ты с моим братом трахаешься. Перейдем на ты?

Давид груб. Галантности в нем ноль. И еще Рустам не курит. И не матерится так часто, да и слова у него приятнее.

Все дорогу от автомобиля Рустама до «тачки» Давида я сравниваю их обоих. И не нахожу точек соприкосновения. Совсем.

Давид садится в машину лишь после того, как разбитую машину Рустама оперативно погружают в кузов эвакуатора.

– Боже, во сколько обойдется ремонт?

– Тебе и не снилось. Это последняя модель…

Давид умел утешать.

– Еще и ограниченная серия.

– Мне в жизни не расплатиться, – шепчу обреченно.

– Брось.

Давид лишь усмехается, оставляя свои мысли при себе. Мы возвращаемся на проспект, делаем круг и сворачиваем в мой двор.

Сбивчиво благодарю Давида и прошу дать знать, когда Рустам придет в себя.

– Полина…

Я оборачиваюсь, не успев выйти из машины.

– Куда он тебя вез, раз ты сопротивлялась?

Я отвожу взгляд. В клинику вез. Но этого Давиду знать не нужно.

– Так… по делам, – отвечаю хрипло.

– К моему брату привыкнуть нужно. Такой девушки, как ты у него еще никогда не было. Все в рот глядели, а ты сбежать пытаешься.

– Кажется, это и есть моя ошибка, – парирую хлестко.

Давид не обращает внимания на тон. Его последние слова лишают почвы из-под ног:

– Приручи, и будешь счастлива. Я заеду за тобой завтра.

***

Если не приручить, то счастья мне не видать. С другими Рустам не позволит мне быть счастливой. Вот, что имел в виду Давид.

Вернувшись домой, я застала брата за бутылкой. Холод пробрал меня до костей. Максим никогда не пил.

Я застыла в коридоре. Он сидел на кухне таким же удивленным.

– Ты рано… – язык его заплетался.

Это не квартира Басманова, где нужно было блуждать. У нас до комнат было рукой подать, поэтому Максим без труда увидел мужское пальто на мне.

– Ты должен быть на работе… – парирую в ответ.

И запахиваю пальто посильнее. Душ отменяется, мне бы только переодеться.

– Почему ты не на парах? Что за одежда на тебе?

Максим хмурится, а я сбегаю в спальню и судорожно одеваюсь. Брат все понял без слов. Наша жизнь поменялась. И его, и моя.

И виной тому – Басманов.

Стягиваю его пальто с обнаженного тела, бегло надеваю штаны и футболку.

– Хочешь, мы переедем? На югах будем жить, Полин.

Брат появляется в дверном проеме. Без бутылки в руках он выглядел намного лучше.

– Закончишь второй курс и восстановишься в другом городе. В Волгоград поедем, хочешь?

Я улыбаюсь грустно и подхожу к нему. Обнимаю Максима крепко.

– Склады в Польше не удалось восстановить. Сегодня я заявил об этом публично, и акции обвалились, – признался Максим.

Подожженные склады с техникой были местью Басманова. Вот, почему брат сегодня не на работе, а с бутылкой в обнимку.

– С Кариной покончено.

– Что? Почему? – вырывается само собой.

Я вспоминаю о письме, что хранится в сумке. Но после признания брата я лишний раз уверяюсь в его ненадобности.

– Она источник наших проблем, а я поступил недостойно: поставил ее любовь выше твоей жизни. Из-за меня ты возвращается домой не из института, а от Басманова. Голая в его пальто… думаешь, я не видел? Прости меня, Полин.

Он пережил. Он ее забыл… почти. Он сможет. Так действительно будет лучше. Я принимаю решение не передавать письмо Карины.

– Переедем, согласна? В какой город хочешь? – улыбается брат.

– Макс? – шепчу тихо.

– Да, родная?

Черт, эта его родная…

Басманова напоминает.

– Боюсь, что уезжать уже слишком поздно.

– Что случилось? Во что ты влипла? – прищуривается Максим.

– Ты должен кое-что сделать. Люди Басманова следят за мной, а мне нужен… тест на беременность.

Глава 15

– Полин… ты шутишь? – брат не на шутку встревожен.

Я медленно качаю головой. Сцена в гараже врезалась в мою память сильно. И если несколько моментов предобморочного состояния можно было списать на стресс и Басманова, то нарушение цикла лишало всякой надежды на иной исход.

У меня всегда было хорошее здоровье.

Жаль, что с везением так и не срослось. Вероятно, все случилось уже после первого раза… и даже экстренная таблетка после приземления с воздушного шара не помогла.

– Не Карина виновата, – внезапно понимает Максим.

Максим погрузился в пучины самобичевания. Эта новость ошарашила его.

– Бесполезно обвинять других. Никто больше не виновен в том, что я не сдержал обещание всегда защищать тебя и сделать тебя счастливой.

Всегда собранный и уверенный, Максим мазнул по мне растерянным взглядом. Словно меня здесь и не было.