Читать книгу "Неидеальные женщины. Комплект из двух книг"

Глава 20

– Ну, разумеется, братья Гё в ярости, – Кристиан, ухмыльнувшись, налил Гансу выпить. – Половина их поставщиков внезапно отказалась от сотрудничества. Овощи пришли гнилыми. Ткани – рваными. Бедный Корбл, чтобы удержаться на плаву, продал склады на западе и лавки на юге. От Торгового предприятия Гё остались одни лохмотья. А тут еще сестра выходит замуж за жиголо, что им очень не хотелось бы афишировать, но вот беда – сегодня на этой свадьбе от газетчиков прохода не будет. Я сам об этом позаботился.

– Но ведь, – беспокойно спросил Хауслер, – они не начнут палить в жениха прямо в церкви? Аккерман совершенно беззащитен, бестолочь.

– Если Эльза Лоттар не хочет, чтобы этому браку кто-то помешал, значит, этому браку никто не помешает, – пожал плечами Кристиан. – Я съем свою шляпу, если она не выстроила вокруг церкви кордон из каких-нибудь внучат клана Ли и прочей нечисти.

Ганс совершенно неприлично заржал и тоже пристроился на деревянный ящик, служивший им и столом, и стульями.

– Наконец-то, Эрре, вы разобрались в этой девчонке, – сказал он и выпил.

Кристиан последовал его примеру. В груди растеклось ленивое тепло.

Прислонившись спиной к холодной стене, он спрашивал себя, почему проводит субботний день на недостроенной фабрике в компании дикого изобретателя и уличного бандита. Внятного ответа, как назло, не находилось.

– Что связывает Эльзу и клан Ли? – спросил Кристиан, когда Хауслер вернулся к своей самоходной машине.

– Контрабанда, – равнодушно ответил Ганс.

Кристиан, который чего-то подобного и ожидал, только вздохнул.

– Что именно они ввозят? Оружие?

– Крепкое спиртное, – Ганс помахал бутылкой и налил им еще.

– Я так мало плачу Лоттар? – задумался Кристиан.

– Дело не в деньгах, Эрре, – с неожиданным глубокомыслием проговорил Ганс. – Эльза не хочет забывать о том, откуда вышла. Я ошиваюсь в борделе, а она возится с контрабандистами. Улицы, порт, рынки – это то, что въелось нам под кожу, понимаете?

– Рано или поздно вам придется выбирать, – сухо заметил Кристиан. – Вы не можете одновременно находиться на самом дне и на вершине.

– До вершины еще нужно добраться, – резонно возразил Ганс. – К тому же там у вас куда опаснее, чем на дне. Эльзу поджигали вовсе не за контрабанду, а за то, что она слишком много о себе вообразила. Детишки старикана Гё все локти себе искусали из-за того, какое влияние оказывала сиротка на их папашу. И попомните мои слова, больше, чем братья, Эльзу ненавидит именно Анна.

– Но ведь Лоттар до нелепости печется о ее интересах, – неодобрительно заметил Кристиан.

– И этого ей Анна никогда не простит. Выскочек никто не любит, а выскочек, которые оказывают тебе услугу, – не любят вдвое.

– Да вы философ, – восхитился Кристиан. Ганс нравился ему своей расторопностью, но прежде он никогда не замечал за этим мальчишкой глубокого ума. – Надеюсь, вся эта история не выплывет на поверхность. Вы достаточно платите полиции?

– Все довольны, – заверил его Ганс.

– Приступайте в понедельник к обязанностям начальника охраны компании, – велел Кристиан, подумав. – Я как раз объявлю о том, что увольнение Лоттар не состоится. Думаю, нет больше смысла провоцировать нашего тайного вредителя.

– Невнятные угрозы и нападение с детским ножом – это очень странная тактика, Эрре. У меня складывается ощущение, что вы были правы. Вас не собираются убивать, а просто пытаются подпортить вам жизнь. У нашего тайного недоброжелателя хаотичный склад ума.

– Ножичком-то он запасся заранее, – напомнил Кристиан.

Ганс нахмурился.

– Я поспрашивал наших, приютских, никто и не вспомнил о ноже. Да и нет там у Эльзы врагов, она всегда избегала ссор и драк, даже в детстве.

– Какая нелепость, – в очередной раз повторил Кристиан.

Время тянулось медленно.

Они лениво пили, иногда перекидываясь ничего не значащими фразами, и Кристиан сохранял абсолютное спокойствие. А потом на фабрику вернулась довольная Эльза под руку с Аккерманом, споткнулась о вентиль, выругалась и сразу принялась распекать Кристиана:

– Ради бога, господин Эрре, почему вы до сих пор здесь! Разве вам не полагается наносить визиты вместе с женой… Да что с вами такое? На вас же лица нет! – вдруг перебила она саму себя.

Кристиан открыл было рот, чтобы возразить, но не смог произнести ни слова. Облегчение от того, что эта парочка вернулась целой и невредимой, было такой силы, что ноги стали ватными.

– Что вы себе вообразили? – безжалостно продолжала Эльза. – Подумали, что братья Гё ворвутся на свадьбу с криками и кулаками? Помилуйте, они же не разбойники с большой дороги. К тому же, – добавила она, прищурившись, – какой-то идиот позвал газетчиков.

– Пойдемте-ка, – явно придушив в себе хохот, сказал Ганс, хватая Аккермана за шкирку, – покажем вас Хауслеру. Цел-целехонек, дырок от пуль нет, синяков тоже.

Кристиан проводил их взглядом, а потом неохотно повернулся к Эльзе и вздрогнул от неожиданности. Оперевшись на стену за его плечом, она буравила его сердитым взглядом.

– Что? – буркнул Кристиан. – Да, газетчики – это моих рук дело. Чем больше скандалов вокруг семьи Гё, тем лучше.

– Разумеется, вы правы, – мрачно согласилась Эльза. – Это было разумно. Сама бы я не решилась причинить Анне столько хлопот. Но вот у кого завтра начнутся настоящие неприятности – так это у старины Корбла.

– Братья Гё должны понять, что он делал все возможное, лишь бы спасти Предприятие в их отсутствие.

– Возможно, они бы могли понять, – мягко произнесла Эльза, и Кристиан завороженно уставился на ее губы, – если бы я не сказала газетчикам, что ни за что бы не решилась открыть свою фабрику без поддержки своего доброго друга Корбла, который много лет был правой рукой Абельхарда Гё.

От неожиданности Кристиан фыркнул и отпрянул, стукнувшись затылком о стену. Эльза покачала головой и положила руку ему на затылок.

– К чему такая безжалостность? – слегка охрипнув от ослепительной вспышки боли, спросил Кристиан.

– К тому, что после этого братья Гё выставят его в два счета, а Корбл остался единственным разумным человеком в этой конторе. Если ваше сердце преисполнилось сочувствием, мой дорогой господин Эрре, можете предложить ему должность у себя.

От ее бархатистого голоса и тепла ладони в волосах Кристиан преисполнился отнюдь не сочувствием – волнением.

– Ступайте, – шепнула Эльза и отстранилась. – Вам следует продемонстрировать крепость семейных уз всему городу, а вы торчите здесь без всякого дела.

Весть об убийстве Корбла настигла Кристиана только в понедельник, с утренними газетами. Потрясенный, он трижды прочитал короткую заметку в колонке происшествий: ограбление на темной улице, пропали кошелек и золотые часы.

Потом он попросил Катарину не беспокоить его, чтобы ни случилось, и отменить утреннее совещание, заперся в своем кабинете изнутри и тайным ходом прошел к Эльзе.

Поначалу ему показалось, что ее нет на месте, а потом раздался приглушенный всхлип от стола.

Эльза сидела на полу, зареванная, бледная, возле нее на полу скорбным вестником валялась скомканная газета.

– Я не хотела, – прошептала она, подняв на Кристиана опухшие глаза, – видит бог, я не хотела. Мне лишь нужно было, чтобы его уволили. Я… убила Корбла?

– Это вы ударили его камнем по затылку? – только и спросил Кристиан, не зная, чем тут можно утешить.

– Все равно что ударила, – снова всхлипнула Эльза. Ее голос дрожал. – Ах, Кристиан, кто меня только дернул за язык! Никогда бы не подумала, что эти трусы могут зайти так далеко, они казались такими недотепами!

Кристиан молча смотрел на нее, испытывая беспричинную злость от того, сколь жалкой она сейчас выглядела.

– Я была еще ребенком, когда мы познакомились с Корблом. Он всегда меня недолюбливал, но и ничего плохого не делал, – отрешенно проговорила Эльза. – И вот чем это все закончилось. Как ужасно я просчиталась. Какая страшная ошибка! Почему я не сумела правильно угадать последствия? Вы должны немедленно рассчитать меня, Кристиан.

– Хорошо. Я рассчитаю вас, – сухо ответил Кристиан, – и что вы будете после этого делать? Погрузитесь в пучины контрабанды?

– Что? – Эльза посмотрела на него так, будто впервые увидела.

– Прекратите это самобичевание! – прикрикнул Кристиан, потеряв всякое терпение. – Может, Корбла действительно убили грабители. В жизни иногда случаются самые невообразимые совпадения! Вы же еще ничего не знаете, а уже готовы крушить свою жизнь.

– Совпадение? – переспросила она с щемящей надеждой. – Действительно может так быть?

Кристиан отвернулся, чтобы не видеть ее. В груди неприятно ныло.

Он услышал шорох – Эльза поднялась на ноги, прошлась по кабинету, кусая губы.

– Я отправлю Ганса разузнать подробности, – процедил Кристиан. – Но сейчас я хочу, чтобы вы зарубили себе на носу: вы не отвечаете за чужую глупость. Если братья Гё решили поверить врагу, а не человеку, который много лет верой и правдой служил их отцу, то идиоты тут только они, а не вы. Уж люди-то, которые так давно вас знают, должны понимать, что вы соврете глазом не моргнув.

– Вы обо мне так думаете? – быстро спросила Эльза. – Я ведь обещала не лгать вам! Я ведь даже показала вам спину, чтобы ответить на все ваши вопросы!

Кристиан кивнул. Он помнил, как бесстрашно тогда обнажилась Эльза, и это было очень пронзительно и сильно.

– Мы же не обо мне говорим, – произнес он, смягчившись.

В дверь постучались, и спустя мгновение на пороге показалась одна из служащих, дежуривших возле входа.

– Колман Гё желает встретиться с госпожой Лоттар, – сообщила она.

– Проводите его сюда, – тут же распорядился Кристиан. Служащая увидела высокое начальство, вытаращила глаза и быстро исчезла.

– Напомните мне, – попросил Кристиан, – Колман – это тот, кого поколотил Ганс?

– Да, – коротко подтвердила Эльза. Она быстро посмотрела в зеркало, пригладила волосы, помахала ладонями возле лица, как будто это могло скрыть следы недавних слез. – Возможно, вам лучше вернуться к себе? Для чего вам присутствовать на этой неприятной встрече?

– Раз уж это моя компания, – заявил Кристиан и уселся в кресло Эльзы, – я могу находиться, где пожелаю. А сейчас я желаю быть именно здесь.

Эльза пожала плечами и вдруг улыбнулась.

– Вы бы еще ноги на стол закинули – прям-таки дедушка Ли на деловых переговорах.

– Избавьте меня от разговоров о ваших криминальных друзьях, – величественно отмахнулся Кристиан.

Дверь открылась, и служащая впустила в кабинет Колмана Гё. Кристиан поразился той перемене, которая произошла с этим молодым человеком за то время, что они не виделись. На похоронах его отца он казался изнеженным и холеным, а сейчас – худым, загорелым и изможденным.

– Довольна? – грубо спросил Колман у Эльзы. – Теперь ты довольна? Ты разрушила все, что создавал отец долгие годы.

– Поуважительнее, Гё, – осадил его Кристиан.

– Вас, Эрре, все это вообще не касается, – отрезал Колман и вдруг шагнул к Эльзе, нависая над ней. Она была высокой, но он – выше.

Эльза бестрепетно встретила его взгляд и усмехнулась.

– Ваше Предприятие еще можно спасти, – уверенно ответила она, и Кристиан остался на месте, решив, что Эльза неплохо справляется и самостоятельно, сейчас он может больше помешать ей, чем помочь.

Однако он не уставал удивляться ее самообладанию.

– Спасти? – повторил Гё угрожающе. – После того, сколько усилий вы приложили, чтобы развалить Предприятие?

– Это я приложил столько усилий, – любезно подсказал Кристиан.

– Да вам-то что за дело! – закричал Гё.

– Такое дело, что вы подожгли мой пансионат. Я никому не позволяю устраивать беспорядки на моей территории.

– Ушам не верю, – Гё переместился к столу, оперся на него руками, бросая испепеляющие взгляды на Кристиана. – Вы разорили мою семью из-за подобного пустяка?

– В нашем бизнесе пустяков не бывает, – безмятежно улыбнулся ему Кристиан. – Стоит один раз дать слабину – и тебя живьем сожрут. Вы сами втянули меня в свою войну с Лоттар, так что не смейте прибегать сюда с жалобами.

Эльза за спиной Гё вскинула бровь и одобрительно кивнула.

И даже такая мелочь пролилась бальзамом на сердце Кристиана. Воодушевленный, он снисходительно перенес поток ругательств от Колмана Гё. Когда этот мерзавец иссяк, в беседу снова вступила Эльза.

– Что произошло с Корблом? – спросила она так спокойно, что Кристиан едва ей не зааплодировал.

Гё проворно обернулся и вдруг подцепил подбородок Эльзы пальцем, вглядываясь в ее лицо. Кристиан вскочил на ноги, но Эльза махнула ему рукой, призывая не вмешиваться.

– Поклянись, что это не ты, – с неожиданной человечностью взмолился Гё.

– Клянусь, – проговорила Эльза.

И Кристиан ясно понял: у них позади длинная история болезненных, полных ненависти отношений, что делало их довольно близкими друг другу.

Гё бросил на Эльзу еще один взгляд и отступил.

– Ты хоть представляешь себе, каково это – оказаться далеко от дома без денег и документов? – отрывисто бросил он.

Эльза задрала подбородок повыше.

– В нескольких часах ходьбы от того места, где вас оставили, находилась ферма стародавнего партнера вашего отца, он уже тридцать лет поставляет в ваши магазины шерсть. Если бы вы больше вникали в дела Предприятия, то знали бы об этом.

– А кто виноват, что отец нас и близко не подпускал к Предприятию? – заорал Гё так неожиданно, что Кристиан дернулся. Эльза же не дрогнула.

– Господину Гё просто не повезло с детьми, – холодно заявила она.

«Мерзавка», – с нежностью подумал Кристиан.

На лице Гё заходили желваки, но он не пошевелился. Эльза меж тем обратилась к Кристиану:

– Господин Эрре, вы позволите мне озвучить ваше предложение? – вежливо спросила она.

– Валяйте, – согласился он, понятия не имея, о чем идет речь.

– Атака на ваше Предприятие будет остановлена, – произнесла Эльза вкрадчиво, – если его возглавит Конрад Браун.

– Кто? – опешил Гё, и его глаза налились кровью. – Черт тебя побери, Эльза Лоттар! Ты издеваешься?!

И Кристиан был с ним полностью согласен.

Отдать семейную компанию мальчишке-жиголо?

Эльза Лоттар рехнулась.

– Конрад Браун назначит вам содержание, которое сочтет уместным, – добавила она невозмутимо.

Кристиан, едва удерживая то ли проклятия, то ли смех, едва сумел неопределенно угукнуть.

Когда Колман Гё, чертыхаясь на чем свет стоит, вылетел из кабинета, хлопнув дверью, Кристиан спросил изможденно:

– Что это было, Эльза?

– За Конрадом Брауном стоит его жена, Анна, – ответила она, – и она была единственной, кого Абельхард Гё любил на самом деле. А Абельхард Гё – единственный человек, кого любила я. Что же именно вас удивляет, Кристиан?

– Ваша наглость! – рявкнул Кристиан. – Как вы посмели предлагать такую глупость от моего лица?

– Ну вы же сами мне это позволили, – сухо напомнила Эльза.

Выведенный из себя Кристиан махнул на нее рукой и пошел в свой кабинет, чтобы провести, наконец, совещание.

Глава 21

Слишком утомленный пренеприятнейшей встречей с Колманом Гё, Кристиан не нашел в себе сил объявить своим сотрудникам, что увольнение Эльзы Лоттар отменяется. Ему вовсе не хотелось выносить еще и негодование Катарины и Стефана Коха.

Однако после совещания он открыл счета, которые прислал ему Джакоб Вебер, и настроение окончательно испортилось. Вебер разорял Торговое предприятие Гё с воистину творческим размахом, и это привело Кристиана к самому краю финансовой пропасти.

Кристиан послал записку Веберу со временем встречи и несколько часов просидел над бухгалтерскими книгами.

Ситуация вырисовывалась удручающей. Он бы мог вынести строительство фабрики, равно как и строительство больницы для бедных, а также войну с Гё – но по отдельности, а не все сразу.

То, что эта война привела лишь к тому, что изрядно потрепанное, но все еще живое Предприятие возглавила Анна Гё с ее новоявленным мужем, вызывало приступ желчи. Кристиан чувствовал себя облапошенным дураком – он сам позволил Эльзе заключить эту дьявольскую сделку и теперь не понимал, что это на него нашло.

За свои деньги он хотел бы разрушить Предприятие до основания, а не давать ему шанс снова встать на ноги. И хоть было кристально ясно, что никогда уже Предприятию не занять такого внушительного места на рынке, как прежде, и что оно останется небольшой семейной фирмой, все равно это выводило Кристиана из себя.

Столько денег коту под хвост!

Вебер тоже такого поворота дел не оценил.

– Да вы издеваетесь, Эрре! – рявкнул он, когда они под вечер встретились в доме веселья Лолы Пратт. – Что значит – оставить Предприятие в покое? Его осталось дожать чуть-чуть! Вы всерьез собираетесь спустить этакую прорву денег на ветер?

Кристиан долго не отвечал, размышляя. Вебер ему не мешал, лишь только хмурил брови и недовольно кривил губы.

– Вы можете устроить мне встречу с главой клана Ли? – наконец спросил Кристиан.

– Пожалуй, могу, – чуть удивленно ответил Вебер. – На кой черт вам этот старый пройдоха?

– Пока не знаю, – честно ответил Кристиан, – но думаю, что пришло время нам познакомиться.

За приличную плату Вебер умел быть очень прытким – и спустя жалких два часа Кристиан уже входил в нарядную лавку пряностей, приютившуюся прямо под боком величественного «Грандиса» на площади Покоя. Несколько лет назад Кристиан потратил немало сил, пытаясь отодвинуть эту лавчонку подальше от своего любимого детища, но она была будто приклеена.

Господин Ли оказался крохотным и невероятно древним старичком, которого едва было видно за прилавком. Задорный пучок белоснежных волос на его затылке так и подпрыгивал, пока господин Ли самолично заваривал им ароматный чай.

– Кристиан Эрре, – приговаривал он, с удовольствием щурясь, – я ждал вас раньше. Вы очень неторопливый мальчик.

Кристиан попытался вспомнить, когда и кто его в последний раз называл мальчиком. Не смог – и просто примостился на мягких подушках уютного кресла.

– Зачем вы ждали меня? – спросил он, стараясь не расчихаться от навязчивого пряного аромата, который будто бы оседал на коже.

Никогда он не чувствовал подобного запаха от Эльзы – очевидно, она с Ли встречалась не здесь.

– Мне казалось, что вы захотите вежливо попросить меня переехать отсюда, – захихикал старик и поставил на антикварный столик чашки чая с распустившимся цветком жасмина внутри. – Но вы в те времена предпочитали грубые методы убеждения. А я так не люблю грубость.

– Вот как, – хмыкнул Кристиан. О тех временах, когда молодой Ли только появился в городе и залил его улицы кровью, ему рассказывал еще отец. Но очевидно, на старости лет этот человек уже мог позволить себе вежливость.

– Я здесь по иному поводу, – мирно проговорил Кристиан. – Ходят слухи, что ваша семья стремится к респектабельности. А у меня по случаю оказался благотворительный фонд с огромной дырой в бюджете.

– Как интересно, – замурлыкал господин Ли, – и какого же размера эта дыра?

– Стоимостью в одну больницу. Но в активах еще несколько ночлежек и бесплатных столовых, – тоном ярмарочного зазывалы сказал Кристиан.

– Восхитительно. Просто восхитительно.

Кристиан молча понадеялся, что эти восхищения относились к возможностям ночлежек в области скупки краденого, а не чего похуже.

– Я построю эту больницу, – безмятежно объявил господин Ли, – если одна из моих внучек войдет в вашу семью.

– Как? – поразился Кристиан. – Мой сын еще слишком юн, а братьев у меня нет.

– У вас – нет. Но у вашей жены есть холостой кузен.

– Стефан Кох? – хохотнул Кристиан. – Ничто не заставит этого ловеласа остепениться.

– Гертруда умеет убеждать мужчин, – закатил узкие глазки господин Ли. – Не беспокойтесь, Эрре, ее отец – добропорядочный житель этого города по фамилии Штайн. Этот брак пойдет на пользу вашей семье. Никто не удивится, если новобрачная присоединится к благотворительному фонду вашей жены. А со временем госпожа Эрре полностью отойдет от дел.

– По рукам, – без малейших колебаний решил Кристиан.

Коха ему было нисколько не жаль, в конце концов, нельзя до конца дней своих жить в радости без всяких невзгод. Каждому рано или поздно придется тащиться под венец.

– Позвольте один вопрос, – весьма довольный тем, что так ловко спихнул с себя строительство злополучной больницы, попросил Кристиан, – вы знаете, что случилось с Корблом?

– Покойным помощником покойного Абельхарда Гё? – медленно протянул господин Ли и сразу стал очень-очень печальным. – К несчастью, знаю.

Кристиан поглубже зарылся в подушки, весь обратившись в слух.

– Эльза Лоттар подставила Корбла, заявив газетчикам, что он помог ей в строительстве фабрики, – заунывно, будто рассказывая грустную сказку, начал Ли. – Братья Гё наверняка не больно-то ей и поверили, но на всякий случай дали старому псу пинка под зад. Корбл был зол и обратился к некоему специалисту по особым поручениям – заплатил ему за убийство Эльзы Лоттар.

– Что? – перекувырнувшись всем сердцем, переспросил Кристиан изумленно.

– Корблу не повезло. Он нарвался на моего человека, а никто из моих людей не причинит вреда Эльзе Лоттар.

– Вред причинили Корблу, – не чувствуя губ, пробормотал Кристиан.

Эльза была права.

Корбла убили из-за ее выходки с газетчиками.

– У нас не было другого выхода, – ответил Ли и едва не заплакал, старый мерзавец.

– Мы можем не говорить об этом Эльзе Лоттар? – угрюмо спросил Кристиан.

– Конечно, – быстро закивал Ли, отчего пучок на его голове рванул в пляс. – Сохраним свой секрет на правах будущих родственников.

Кристиан вспомнил про чай с цветком жасмина и сделал большой глоток, растапливая вату во рту. На душе было паршиво.

– Этот ваш благотворительный фонд, – выдержав приличную паузу, снова заговорил Ли, – имеет отношение к Дженарро Манчини?

– О да. Мошенник обчистил этот город и дал деру.

– Знаете, этот мальчик с детства был озорником.

– С детства? – удивился Кристиан. – Разве он не иностранец, который прибыл к нам совсем недавно?

– Ну что вы, – Ли приторно улыбнулся. – Тот, кто ныне называет себя Дженарро Манчини, вырос в этом городе, а именно – в «Приюте любви и послушания».

– Еще один сиротка? – поморщился Кристиан.

– Вы могли знать его под именем Маттиас Вайс.

– Господи, что с вами? – Эльза, стуча каблуками, буквально вбежала в комнату, ее волосы прилипли к вискам, а над верхней губой блестел пот.

– Мне дурно, – простонал Кристиан и поправил мокрую тряпку на лбу.

– Что такое? Вас лихорадит?

В доме, который Кристиан занимал последние месяцы с Морицем, было темно, пыльно и тихо. Здесь никто не жил и не прибирался, но Кристиан больше не знал, куда еще идти. Он лишь смог отправить посыльного за Лоттар с требованием немедленно сюда явиться.

– Лихорадит, – признался Кристиан. – Или сердце. Или голова. Все сразу.

– Что случилось? – Эльза склонилась над ним, встревоженно прикладывая ладони к щекам и шее Кристиана. – Утром вы были вполне здоровы.

– Маттиас Вайс! Он не только убил мою мать, но и переспал с моей женой! Это… это слишком много.

– Вайс? – повторила Эльза. – Сирота, которого ваши родители взяли из приюта, а он обокрал вас? Откуда он взялся?

– Это мое проклятие, – проскрипел Кристиан. – Я не знаю, почему он разрушает мою жизнь. Что я ему сделал? Почему он преследует меня? Почему он снова появился в моей жизни и снова меня обокрал? Я похож на человека, который спустит такое дважды?

– Кристиан, – растерянно выдохнула Эльза и села на краешек его кровати.

– Это и вас касается! – закричал Кристиан, который ненавидел сейчас весь мир сразу. – Я вам позволю использовать меня всего один раз, Эльза! Всего один! Только посмейте еще раз выкинуть такую штуку!

– Понимаю, – побледнев, согласилась она и провела ладонью по лбу, пригладила волосы, пытаясь успокоиться. – Разумеется.

– Я его из-под земли достану, – пообещал Кристиан и сел, отбросив тряпку. От гнева руки дрожали. – А я ведь с ним виделся на каком-то приеме и даже не узнал его!

– Неудивительно. Столько лет прошло. Вы были детьми.

– Я думал, что узнаю это лицо из тысячи. Невозможно поверить. Я не могу в это поверить! – снова закричал Кристиан. – Боже, мое сердце сейчас взорвется. Моя голова сейчас лопнет. Я умираю, – и он снова повалился на подушки.

– Я заварю чаю, – решила Эльза.

– Не двигайтесь. Встанете с этой кровати – и я вас уволю!

– Да что вы говорите, – развеселилась Эльза. – У вас миллион поводов меня уволить. Я порчу вашу репутацию, что плохо перед открытием банка. Я втянула вас в свои распри с Гё, на что ушло слишком много денег. Я занимаюсь контрабандой. Я напоминаю вам о Маттиасе Вайсе. Но вы грозите уволить меня только потому, что я намеревалась встать с кровати?

– Именно, – Кристиан потянул ее за руку, укладывая рядом с собой. – Не сейчас, Эльза.

Она вдруг всхлипнула и обняла его за талию, положив голову на тяжело бухающее сердце.

– Какой длинный день, – отрешенно проговорила Эльза. – Я, вероятно, убила Корбла. А к вам вернулся старый враг. Слишком длинный. Чем от вас пахнет? Вы искупались в пряностях?

– Завтра расскажу, – выдохнул Кристиан, с удивлением понимая, что успокаивается. Его потянуло в сон, и он услышал, как Эльза зевает. – Вы правы. Просто очень длинный день.

И он благополучно заснул, убаюканный дыханием Эльзы у своей груди.