Читать книгу "Вор в законе"

Я заварила чай, поставила на стол тарелку с печеньем. Инна схватила печеньку и начала нервно ее жевать.

– Ин, я не могу отказаться от работы. Ресторан меня хорошо кормит. А с моим образованием ничего лучше не найти.

– И что будешь делать? – Инна перестала жевать, застыла в ожидании моего ответа.

– Выйду. Через пару дней.

Я могла бы, конечно, забиться в угол и дрожать, но смысл? Кто мне поможет, если не выйду на работу? Родной отец выгнал меня из дома, он ни копейки не даст. А кусочничать у Инны я долго не смогу. Она тоже одна. И ей тоже некому помочь.

– Ты уверена?

– Да. Пей чай.

– А как ты вообще, Ай? После всего? Ты как будто изменилась. Закрылась, что ли…

Я опустила взгляд в свою чашку.

– Я приняла то, что случилось. Немного поплакала и прошло. Не я первая, не я последняя.

– А может все-таки заяву на них накатаешь? Побои уже не снять, но можно…

– Нельзя. Я не буду обращаться в полицию. Давай закроем эту тему.

– Может ты и права. Он не похож на обычного зека. У такого по-любому имеются связи и деньги. А за деньги сейчас можно многое, – Инна вздохнула. – Но за что-то же он сидел? Как думаешь?

Я пожала плечами.

– Точно не за то, что обидел какую-то девчонку. На таких, как мы с тобой, Инна, всем плевать.

Подруга задумчиво покивала, откусила печеньку.

*****

Камал проснулся в своей квартире, долго лежал, глядя в потолок. Рядом спала телка, которую он приволок вчера из сауны. Непонятно на что рассчитывал. С ней оказалось неинтересно. Пресно. Минутное удовольствие снова сменилось скукой.

– Вставай. Деньги на тумбочке возьми, – произнес негромко, как только она зашевелилась.

Тонкая рука с ярко-красным маникюром поползла у него по груди.

– Уже прогоняешь? – пропела сладкоголосая девица.

– Ценю покой и качественный отдых. Давай, вставай, – убрал ее руку, сел на кровати. Захотелось помыться, отмыть себя от запаха секса и этой девки.

Ночью, когда удалось уснуть на пару часов, ему приснилась рыжая. Привиделось, что она снова у него. А проснувшись, понял, что двинулся умом, раз уже девки разные снятся.

Пока был в душе, девица забрала свои деньги и свалила. Понятливая. Это радует.

Сходил на кухню, сварил себе крепкий кофе и сел за стол. Ну и чем сегодня заняться? Может быть, пришло время собрать сходку? Показаться всем, пусть знают, что он уже откинулся. Хотя такие слухи быстро разлетаются. Все уже и так в курсе.

Надо налаживать бизнес. Зарабатывать деньги. Это он всегда умел, это его успокаивало. Заодно от скуки избавится.

А начнет он с кабака, в котором уже стал постоянным посетителем. Надо же с чего-то начинать.

ГЛАВА 7

На работе я чувствовала себя странно. Будто все смотрели на меня и понимали, что со мной случилось. Чушь, конечно. Никто не знает и не узнает. Никогда. Это останется моей постыдной тайной. Моей и его…

– Ты уже поправилась? – спросила вдруг Вика, а я дернулась, как от пощечины.

– Что… Что ты имеешь в виду?

– Ну ты же простыла, – пояснила Вика, а я облегченно улыбнулась.

– А, да. Все прошло. Все отлично.

– Ты после выходных какая-то дерганная стала. Что-то случилось?

– Нет, ничего. С чего ты взяла? – я спрятала взгляд, чтобы она не увидела по глазам.

Когда же я все забуду? И забуду ли? Такое вообще проходит?

Проходит. И у меня пройдет. И все будет хорошо. Я сильная, я потерплю. Совсем скоро мне станет лучше. Намного лучше. И я продолжу жить дальше.

День тянулся медленно, размеренно. Все шло неплохо. В ресторане было людно, чаевые понемногу капали в карман. Я даже отвлеклась и забыла, что еще недавно чувствовала себя неважно.

Все было хорошо. Пока не пришел он.

С каким-то мужиком, на которого я, честно говоря, не обратила внимания. Потому что все мое внимание было приковано к нему. Я оторопела, остановилась посреди зала с подносом на руке.

Они прошли к столику у барной стойки, вальяжно развалились на диванчиках. Вика понесла им меню.

А у меня ноги подкосились, еле устояла. Меня начало потряхивать от нервного перевозбуждения и, кажется, снова накрыла паническая атака. Незаметная. Немая. Но что творилось у меня внутри…

Я вдруг вспомнила все. Все до мельчайших подробностей. До каждого прикосновения, до каждого его движения. И те деньги, брошенные мне за девственность. И его слова, чтобы вызвала себе такси… Все. Я вспомнила все и вернулась назад, в тот день.

– Эй, подруга! Ты что застыла посреди зала? – ко мне подошла Вика. – Там за твой столик пришли важные люди. Я им меню отнесла. Иди, обслуживай.

– Я… Не могу, – произнесла тихо.

– Что? Почему?

– Не могу! – бросившись к барной стойке, я швырнула на нее поднос и скрылась на кухне.

Он посмотрел мне в спину. Я это ощутила кожей, на которой тут же встали дыбом даже самые тонкие волоски. Забившись в раздевалку, я закрыла дверь-купе и села на диван. Не выйду. Не пойду туда, ни за что!

Порывшись в своей сумке, нашла легкое успокоительное, которое на днях купила в аптеке. Проглотила сразу несколько штук, выдохнула. Вряд ли поможет. Мне бы к психиатру… Это же не нормально. Так реагировать на него.

Да, он обидел меня. Но к чему вся эта истерика? Мою невинность уже не вернуть. И в конце концов не произошло ничего страшного. Такое случается с такими, как я. Не беда. Пройдет время и все забудется.

Нервно усмехнулась. То же самое я себе говорила несколько дней назад. И тогда, казалось, помогло. А сейчас вот опять приступ паники.

Дверь вдруг отъехала в сторону, в раздевалку вошла Вика.

– С тобой все нормально? Там эти тебя зовут. Байсаев и его друг. Хотят, чтобы именно ты заказ приняла.

Я закрыла глаза, медленно выдохнула. Я не ошиблась. Он смотрел на меня. Смотрел и узнал.

– Так ты идешь, нет? – Вика протянула мне мой планшет.

*****

Рыжую он заметил, когда она швырнула поднос на стойку и исчезла за дверью, ведущую в кухню.

– Это она, – кивнул Бархе.

Тот заоглядывался, но ее не увидел.

– Кто?

– Рыжая, кто.

– Ааа… Твой подарочек? – похабно заухмылялся Барха. – Сейчас позовем.

– Мы не за этим сюда пришли. Сначала дело. Потом все остальное, – бросил ему Камал, хотя взгляд вновь скользнул по двери, за которой исчезла девчонка.

– Готовы сделать заказ? – подплыла к ним другая официантка, широко улыбаясь.

– Мы ждем вашего шефа. Где он?

– Ааа… Владимир Яковлевич? Он еще не пришел.

– Тогда позови рыжую, пусть она примет у нас заказ. Она и больше никто, – бросил ей Барха.

– Ладно… – обиженно проговорила девица и ушла.

Камал ждал ее. Не владельца кабака, с которым собирался заключить сделку, а ее. Обычную официантку. Это слегка обескураживало.

– Добрый день. Простите за опоздание, пробки, – заговорил вдруг кто-то рядом, Камал поднял взгляд на лысоватого низкорослого мужика.

– Познакомься, Кам, это Владимир Яковлевич Долянский, – представил его Барха. – Хозяин заведения. А это Камал Ахматович.

– О, я в курсе. Весь город только и говорит о вашем… эээ… возвращении, – аккуратно закончил Долянский и присел ближе к Бархе, будто опасаясь Камала. – Вы хотели о чем-то поговорить? – спросил заискивающе.

– Хотел, – подтвердил Камал. – Твой ресторан хочу купить. Вместе с его работниками.

Реакцию Долянского заметить не успел, потому что к столу подошла она. Рыжая.

ГЛАВА 8

– Здравствуйте. Что будете заказывать? – проговорила она деревянным голосом.

Камал скользнул взглядом по ее ладной фигурке, упакованной в обтягивающую черную футболку и такой же длинный фартук. На пышной груди бейджик.

Айя. Ее зовут Айя.

Красивое имя. Нежное. Ей подходит.

– Подожди. Иди погуляй, – шикнул на нее Долянский и Камал усилием воли заставил себя перевести взгляд на него.

Девчонка будто только того и ждала. Смылась по-тихому, даже не посмотрев на него. Неужели не помнит? Не может быть такого. Он ее целку забрал.

– Простите, Камал Ахматович, я вас немного не понял… Вы сказали, хотите купить мой ресторан? Но он не продается, – снова заговорил Долянский.

Барха цыкнул, упал на спинку дивана.

– Ты скажи цену. Мы заплатим.

– Иначе, я заберу твою забегаловку по-другому, – добавил Камал, потеряв терпение. Раньше с ним такого не случалось. Всегда умел договариваться полюбовно.

– Как это… По-другому? Отжать, что ли, хотите? Ребят, сейчас не девяностые, – нервно усмехнулся Долянский.

Камал подался вперед, сложив руки на столе в замок.

– Ребята на школьном дворе мяч гоняют. А кто я – ты знаешь. Раз уж весь город на ушах стоит. Мне нужен этот кабак. Это дело принципа. Либо продай, либо потеряешь его. Не переживай так. Я заплачу хорошо. Откроешь два таких. Но в другом месте. Это место нравится мне. А будешь пыжиться, я тебя накажу.

Долянский побледнел, потерянно опустил взгляд. Почти сдался. Попытается еще, конечно, права качать. Но дело уже решено.

– Я могу подумать? Дайте мне хотя бы неделю.

– Три дня. Этого достаточно, чтобы подумать и принять правильное решение.

– Я подумаю. А вы пока… Угощайтесь нашими блюдами, – промямлил Долянский и поднялся с дивана.

Барха проследил за ним взглядом.

– Чую задницей, от него будут проблемы.

Камал усмехнулся.

– Ну пусть попробует мне их создать. Эй, красавица! – крикнул Айе и та, дернувшись, обернулась на него. – Иди заказ прими!

Она взяла планшет, неспеша направилась к ним. Барха обернулся, окинул ее заинтересованным взглядом.

– Глаза убери, – бросил ему Камал.

– Да ладно тебе, Кам, ты че? Я же просто оценить.

– Оценивать будешь своих баб.

– А эта уже твоя, я так понял? – ухмыльнулся друг.

Камал промолчал. Понятно, что его. Он у нее первым был. Ни у кого никогда первым не был. Оказывается, это то еще чувство… Незабываемое. Приятно все-таки знать, что до тебя там никого не было.

– Слушаю вас, – рыжая улыбнулась натянуто, будто ее заставили. Ну понятно, работа такая. А настроения может и не быть. Или это у нее на него такая реакция? С чего бы? Он ее не обидел, а что сама деньги не взяла, так это ее проблема.

Барха заказал мяса и зелени. Камал молча рассматривал ее. А она прятала от него глаза. Свои большие, зеленые глазищи.

– Что будете пить?

– А что ты предложишь? – усмехнулся Камал.

Она сглотнула, но на него все равно не посмотрела. Это начинало раздражать. А он не привык раздражаться.

– Коньяк, виски…

– Не алкоголь, – оборвал ее.

– Сок, морс…

– Отлично, давай морс, – щелкнул пальцами Барха.

– Это все? – упрямо смотрит на Барху, а Камала это уже не просто раздражает. Злит.

– На меня посмотри! – потребовал строго, и она, будто собравшись с духом, подняла глаза на него. В них что-то полыхнуло. Злость или обида… Что-то такое. С чего бы? – Ты что, меня не помнишь? – спросил ее прямо.

– Помню я вас. Очень хорошо помню. Никогда не забуду, – процедила сквозь зубы и, развернувшись на пятках, ушла.

– Ооо… Не перезвонил на следующий день? – снова оскалился друг.

– Заткнись, Барха. Не беси, – выплюнул зло. – Я вообще не понял, что с ней такое.

– Не умеешь ты за дамами ухаживать. Наверное, вышвырнул ее сразу из койки, вот она и обиделась.

Камал задумался.

А он ведь действительно вышвырнул ее. Ну, практически. Ну не привык он нежничать с ними. Не его это. Хотя рыжую надо было задержать. Еще на пару ночей. Может сейчас так не тянуло бы? Странно вообще все. Далась ему эта малолетка.

Через пятнадцать минут их стол был накрыт, а рыжая удалялась восвояси.

– Стой! – остановил ее Камал. – Номер мне свой оставь.

Она застыла на какое-то время. Пришлось пощелкать пальцами, привлекая ее внимание.

– Зачем вам мой номер? – спросила как-то злобно.

– А ты как думаешь? Позвоню. Исправим мои недочеты.

– Ваши недочеты? – приподняла брови она. – Так вы называете изнасилование?

– Чтооо? – протянул, ринувшись вперед. – Ты что мелешь, дурная? Кто тебя насиловал?

– Ты! – прошипела она и, схватив пустой графин из-под морса, ушла, оставляя их с Бархой с открытыми ртами.

– Ты че, ее того?.. – спросил в неверии Барха.

– Ты-то чего несешь?! Она сама была не против! Лежала подо мной, как так и надо!

Барха не нашелся с ответом, уткнулся в свою тарелку, а Камал застыл озверевшим взглядом на ее спине.

ГЛАВА 9

Я ворвалась в раздевалку, выдохнула. Я все-таки посмотрела ему в глаза. И высказалась. Пусть не все, что думала, но сказала.

А он так отреагировал, будто, и правда, и в мыслях не было меня насиловать. Лжец. Подлый, сволочной бандит!

Дверь позади отъехала в сторону, я подумала, что это Вика.

– Вик, обслужи сама. Я сейчас.

– Ты меня насильником назвала! А теперь объяснилась! Быстро! – услышав его голос, я дернулась, резко развернулась к нему лицом.

Я наедине с ним в раздевалке, где моих воплей никто не услышит… Попятилась к стене.

А он, наоборот, подошел ближе. Впритык. Так, что я ощутила запах его парфюма. В носу защипало. То ли от парфюма, то ли от подступающих слез. Но я всплакну потом. Не сейчас. Не доставлю ему такого удовольствия.

– Я сказала правду. Разве нет? Ты изнасиловал меня, пока я была в шоке, избитая и измученная твоим дружком. Ты лишил меня невинности и даже не спросил на это позволения. Просто взял, будто я принадлежу тебе. А потом швырнул мне деньги, как будто это поможет мне отмыться от тебя! – последнюю фразу я выплюнула со злостью.

Его лицо закаменело, превратилось в нечитаемую маску. Хотя кое-что я разглядеть все же смогла. Ярость.

– Я тебя сейчас по стенке размажу, соплячка! Когда не хотят – говорят «нет»! Ты даже не пикнула, пока я тебя оформлял! Ни звука не произнесла!

– Я была напугана! Ты что, тупой? Ты, и правда, не понимаешь, что я была в шоке от всего произошедшего со мной?! Меня не каждый день избивают и тащат в бандитское логово! – я, кажется, забыла об осторожности, потому что уже орала на него. Еще и оскорбила…

– Ты кого тупым назвала, соплюха?! – ринулся он на меня и схватил за шиворот.

Я испуганно вскрикнула, уперлась в твердую, как камень, грудь.

– Отпусти!

– Извиняйся!

– Нет! Это ты должен извиняться, а не я! – пискнула совсем не по-боевому.

Он хмыкнул, неожиданно усмехнулся.

– А ты берегов вообще не видишь, да?

– Куда мне до бандита!

Его ухмылка стала шире.

– Раз я насильник, – он отпустил меня. Отодвинул от стены и подошел к шкафчику с моим именем. Открыл его, достал мою сумочку, покопался в ней и вытащил телефон. Я молча наблюдала за происходящим. Он поднес телефон к моему ошарашенному лицу, разблокировал экран и набрал какой-то номер. Позвонил на него. И у него в кармане заиграла мелодия звонка. – Ты ощутишь, что это такое на самом деле.

Он позвонил себе с моего телефона! Теперь у него есть мой номер. Вот же… Он начал что-то записывать в мой же телефон, а потом швырнул его в сумку, а сумку мне в руки.

– Что вы себе позволяете?

– О, мы уже на «вы»? Поздновато спохватилась. Увидимся, Айя, – бросил он и вышел прочь из раздевалки, не удосужившись закрыть за собой дверь.

Я обняла сумку, опустилась на лавочку. Сглотнула.

Так сидела около пяти минут. Приходила в себя и думала, что можно было и потише себя вести. Ему ничего не стоило, и правда, размазать меня по стенке. И докажи потом, что это он насильник, а не я нарвалась.

– Айка, ты как тут? – в раздевалку заглянула Вика. – Они это… Ушли уже. Он тебя не обидел?

Я молча помотала головой.

– Я ему говорила, что сюда нельзя, но он влетел, как оглашенный.

– Ясно, – кивнула я.

– Я со стола убрала. Они там чаевые тебе оставили. Много…

– Пусть подавится своими чаевыми! – прошипела я.

– А что у вас случилось? Ты ему нахамила, что ли? На тебя не похоже… Ты аккуратней давай, все-таки знакомый Владимира Яковлевича. Нажалуются еще.

– Я просто сорвалась. Бывает, – встала я, отложила сумку. – Они точно ушли?

– Да, я в окно видела, сели в тачку и уехали.

– Хорошо. Пошли работать, – я шагнула к Вике, но остановилась и повернулась к лавочке, на которой оставила сумку. Полезла за телефоном, открыла последние набранные.

Контакт, на который он звонил, был записан как «Камал». Вот как этого гада зовут. Хотя мне плевать. Гад он и есть гад. Ползучий.

– Ты идешь? – напомнила о себе Вика, а я бросила смартфон обратно.

– Иду.

Оставшееся время до закрытия ресторана я поглядывала на входную дверь. Казалось, он не договорил и вот-вот вернется, чтобы скрутить мне шею. Но его, конечно же, не было. Это все паранойя, с недавних пор поселившаяся в сердце.

С чаевыми было туго. Я не улыбалась, как обычно, не успевала вовремя убирать грязную посуду, задерживалась с заказами… В общем, сегодня из меня работница не очень. Люди это видели и соответственно негативно реагировали. Один мужчина даже попросил книгу жалоб, когда я забыла принести ему счет и он прождал полчаса.

Я извинилась и запись в книге жалоб не появилась, но настроение было испорчено и у меня, и у посетителя.

А вечером я вызвала себе такси. Нечего разгуливать одной по ночам. Мало ли кто меня там, в темноте, поджидает.

До дома добралась без происшествий, заперлась на все замки и с чистой совестью пошла в душ, чтобы поскорее лечь спать и забыть обо всем случившемся днем.

ГЛАВА 10

Настойчивая трель телефона заставила распахнуть глаза и поморщиться. Не выспалась. Полночи думала о нем… О гаде ползучем. О том, как бы было мне легко и просто, не встреть я его в тот вечер.

Дотянувшись до тумбочки, взяла телефон и, не глядя на экран, ответила.

– Да, Ин? Чего звонишь так рано?

– Соскучилась, – прозвучало хриплое мужское. Меня передернуло. Резко сев на кровати, уставилась на экран смартфона.

Камал. Забыла закинуть его номер в черный список.

– Что тебе нужно?

– С сегодняшнего дня ты приходишь на работу на час раньше. И уходишь на час позже. Такой теперь у вас график, дамы.

– Чего? – непоняла я.

– Я твой новый начальник. Камал Ахматович. Звоню лично, чтобы ты не опоздала на работу. Я приду завтракать и хочу, чтобы обслуживала меня ты. Поняла, рыжая? Через час на работе! А то уволю! – и сбросил звонок.

Я, наверное, покраснела, как помидор. От злости. От негодования. От чувства безысходности. Что-то подсказывало, что он не забавляется и не врет. Такой, как он, запросто мог купить ресторан. Не зря же они с Долянским сидели вчера за одним столом, что-то обсуждали. Вот тебе и поработала в элитном ресторане.

Пока пила кофе на кухне, перебрала в голове тысячу вариантов новой работы, но в итоге поняла, что такую работу мне не найти в целом городе. Уволиться легко, а вот найти что-то подходящее сложновато. Если вообще возможно.

Да и не собираюсь я бежать, как крыса с корабля. Что толку? Потерять работу, чтобы что? Не видеть его наглой бандитской морды? Это не выигрыш. Это глупость.

Рано или поздно меня отпустит и я забуду все, что он со мной делал тогда… Забуду, выкину из головы и буду счастливой. А он… Ну пусть отомстит мне за то, что сам козел, что уж.

Со злобной усмешкой переименовала его контакт в «Гад Ползучий» и зашвырнула в черный список. Там ему самое место.

Допив кофе, неспеша помыла чашку, вытерла ее полотенцем. Лениво глянула на часы. Оставалось полчаса. По новому графику, придуманному самодуром.

Опаздывать все-таки не решилась. Я пока не уверена, что хочу увольнения. А он может. Запросто. Я уже поняла, что это за подлый человек. Он меня теперь заездит за то, что насильником назвала. Гордость, видать, задела при друге.

Вздохнув, открыла дверь ресторана, вошла внутрь и сразу же направилась в раздевалку. Он со своим дружком сидел за тем же столом, даже позы те же. Развалились, как хозяева мира.

Владимира Яковлевича с ними не было. Хоть бы объяснился, раз уж продал ресторан. Если это, конечно, так.

Снова почувствовала его взгляд на себе, пока шла к двери. Не обернулась. Мне все еще сложно смотреть ему в глаза.

В раздевалке встретила сонную Инну.

– О, привет. Тебя тоже вызвали? – спросила она удивленно.

– Ага. Сам Камал Ахматович.

– Кто? Новый владелец, что ли? – не поняла Инна.

– Ну а кто же? – вздохнула я.

– А мне Долянский звонил. Сказал, что ресторан теперь не под его опекой и изменился график.

Я надула губы. Мог бы и мне позвонить. А не этот…

Переодевшись, вышли с Инной в зал.

Байсаев, раскинув руки на спинке диванчика, кивнул мне, подзывая.

– Вот же утро начинается, – проворчала я и пошла к их столику.

– Доброе утро, что будете заказывать? – проговорила дежурную фразу, на что его дружок прыснул. Очень смешно. Еще один гад. Гнездо они тут решили устроить, что ли?

– Мне яичницу из трех яиц, овощной салат и кофе. Черный, крепкий, без сахара. Желательно в еду не плевать, – заказал Ползучий, а я подняла взгляд на его друга.

– А вы?

– А у меня пусть заказ примет она, – ткнул пальцем в Инну, зевающую у барной стойки.

Я еле сдержалась, чтобы не закатить глаза. Обалдевшие, бессовестные, наглые, противные… Бандиты одним словом.

– На, – ткнула Инне планшет. Та наградила меня непонимающим взглядом. – Второй хочет, чтобы заказ у него приняла ты, – пояснила я.

– С чего это? Тебе не мог заказать? – тут же проснулась подруга и с опаской зыркнула в сторону бандитов.

– Видимо, нет, – развела я руками.

– Да уж… Чувствую, весело нам будет работать у этих… – взяв планшет, Инна направилась к их столику, а я пошла делать кофе Ползучему. Про плевать – это он, конечно, в точку попал. Мне хотелось. Не позволяло воспитание.

Заказы у них были почти один в один. И к чему этот выпендреж? Мы с Инной так и не поняли. Хотя она начала догадываться.

– Слушай, он опять мой телефон просил. Задолбал уже. И пялится так, словно сожрать хочет.

Я взглянула на дружка Байсаева. Тот действительно смотрел на Инну, повернувшись к барной стойке. Нагло так же.

– Будь осторожна, – прошептала ей я.

– Да пусть только попробует притронуться. У меня в сумочке баллончик лежит, всю рожу заперцую.

Я скептически посмотрела на подругу. Вряд ли такого быка можно свалить перцовым баллончиком. Только хуже себе сделает.

Подали бандитам завтрак вместе. Те даже «спасибо» не буркнули. Да нам оно и не нужно было. Еле дождались, пока бандиты поедят и свалят. Вот только перед уходом, надев свое пальто, Байсаев вернулся. Подошел ко мне и, уперевшись рукой в барную стойку, приблизил свое лицо к моему.

– Из черного списка меня вытащи. Я проверю.

ГЛАВА 11

Я пришла на работу и, не увидев там восседающих бандитов, улыбнулась. Кажется, утро хорошо начинается.

Неспеша переоделась, присела за столик, протирая перечницу. В ресторане было пусто. Не привыкли наши посетители приходить так рано. Что вообще за блажь в голову бандюкам пришла? Приходить раньше, уходить позже. Чтобы что? Потешить их самолюбие? Надо бы, кстати, узнать, как теперь будут оплачиваться лишние часы. И да, у меня хватит смелости и наглости.

Вика заявилась через час, а я наградила ее удивленным взглядом.

– А ты чего опаздываешь? – спросила ее.

Вика взглянула на часы на своем запястье.

– Да нет же, вовремя пришла. Вот, смотри, – протянула мне руку. – А ты давно здесь? Перепутала время, что ли? Говорила же тебе, принимай снотворные. И выспишься и тупить не будешь.

– Вик, так новый график же! – пришло время удивляться мне. – Приходим на час раньше, уходим на час позже. Тебе что, не звонили?

– Кто? – ошалело спросила Вика. Кого-кого, а ее перерабатывать не заставишь. Она не такая тюфячка, как мы с Инной.

– Новые хозяева у нас, ты не знала? Долянский ничего не говорил?

– Нет… А кто новые хозяева?

– Басаев твой любимый. И его дружок. Ну или кто они там друг другу, – вздохнула я, вспомнив мерзавцев.

– Ничего себе новости! Ты не шутишь сейчас?

– Да нет. Я на полном серьезе. Они купили наш ресторан.

Вика бросила куртку на стул.

– А почему меня никто о новом графике не предупредил? И вообще, за чей счет праздник? Они оплачивать переработку будут?

Я пожала плечами.

– Понятия не имею. Но козлы они те еще.

И только вспомнила я козлов, как они пожаловали в дверь. Вика схватила куртку и умчалась в раздевалку, а я, дождавшись, пока они присядут за стол, встала и направилась к ним.

Ползучий наблюдал за мной, будто оценивал мою походку. А у меня, как назло, подкашивались ноги. Ну не могу я на него спокойно реагировать.

– Доброе утро, – поздоровалась, глядя на друга Ползучего. – Можно спросить, почему вы не вывесили на общее обозрение новый график для всех работников и как будет оплачиваться переработка?

– И тебе доброе утро, – просипел Ползучий. – Глаза на меня, – приказным тоном.

Я с трудом перевела взгляд на него, уставилась на его бороду.

– Так вы ответите на вопрос?

– Что, снова на «вы»? – усмехнулся он. – Отвечу, – продолжил. – Новый график не для всех. Тех, кого надо было, предупредили. На работу раньше приходят повара, как и было до. И две официантки. Ты и твоя подружка. Не эта, – кивнул на Вику, выходящую из раздевалки. – Другая.

– Инна, – подсказал ему гад номер два.

– Ага. Она. Зарплата у вас будет выше уже в этом месяце, так что не парься по поводу переработки.

Я остолбенела. Даже бармен не приходит на час раньше. Хотя при Долянском было именно так. Ни для кого ничего не изменилось, кроме нас с Инной.

– А почему мы? – пошла я напролом, все-таки подняв взгляд выше. Глаза в глаза.

– Потому что я так захотел, – спокойно проинформировал меня Ползучий. – Кстати! Чуть не забыл. Сумку свою неси сюда.

– Это еще зачем? – вздыбилась я.

– Буду проверять, не сперла ли чего на кухне, пока шла в раздевалку.

– Чтооо? – возмутилась я и уже открыла рот, чтобы нахамить ему, как он опустил ладонь на стол.

– Неси сумку, сказал! Бегом! А то сам пойду проверять! При всех!

Пыша злобой и ненавистью, я развернулась и направилась в раздевалку. Схватила свою сумку, пошла обратно в зал. Досматривать он будет, конечно же, только меня. Хорошо, что Инны сегодня нет, так бы и ей досталось. За что они нам мстят? Хотя, я знаю, за что. Я, например, Ползучего во всеуслышанье насильником называла. А Инна свой телефон не дает.

Швырнув сумку ему в руки, зло бросила:

– Проверяй!

– Опять на «ты»? Ты прям очень изменчивая, – без стыда и совести полез в мою сумку, но шариться там не стал. Взял только телефон.

– На, разблокируй, – поднес смартфон к моему лицу, тот щелкнул.

И тут до меня дошло…

– Раз ты не вынесла меня из черного списка, я сделаю это сам. Но только один раз. В следующий просто уволю. Ясно? Что за… – он уставился на свой контакт. – Гад Ползучий? Это ты меня так записала? Меня? – и взгляд яростный в меня бросил.

Его дружок прыснул и взорвался хохотом, запрокинув голову.

– Перепиши. Я жду, – протянул мне телефон Ползучий, и я со вздохом взяла его.

Быстро настучала «Байсаев», ткнула ему в лицо.

– Довольны?

– Сгодится. Можешь идти, – швырнул мне обратно сумку. – И кофе принеси. Пошустрее.

ГЛАВА 12

Вечер близился к завершению, гостей заметно поубавилось. Вика, узнав, что ее график не изменился, довольная ушла домой еще полчаса назад. А я не могла. Так и стояла у барной стойки, улыбаясь уходящим посетителям. Все спешили домой. Все, кроме него.

Ползучий, на которого я упорно не обращала внимания, закончил с ужином и подплыл, как айсберг, к барной стойке.

– Налей мне коньяка, – потребовал у меня.

– Бармен вам нальет, – ответила не очень вежливо я.

– Ты нальешь, я сказал! – повысил он голос, а я вздохнула.

Я больше не дрожала от его присутствия. Но злилась ужасно. Мне все чаще хотелось причинить ему боль. Не только физическую, но и моральную. Так, чтоб растоптать гада. Только чем такого зацепишь?

– Я жду! – напомнил он мне о своем присутствии, хотя это и не требовалось. Такого захочешь не забудешь.

Тихо фыркнув, я зашла за стойку, Коля понимающе подвинулся и подал мне дорогущий коньяк. Скипидару бы ему…

Я налила коньяк в пузатый бокал, поставила на стойку.

– А где улыбка? Другим ты улыбаешься, как я погляжу.

– А вы не глядите на меня, – огрызнулась я.

– Ты моя работница. Я слежу за тобой. Так где улыбка?

Я растянула губы в подобии звериного оскала.

– Буду называть тебя волчонком. Или «рыжая» тебе больше нравится? – начал издеваться Ползучий.

Я не выдержала и закатила глаза.

– Мне, Камал Ахматович, до лампочки, как вы меня называете. Это не изменит того, что вы наси…

Он выбросил руку раньше, чем я смогла договорить. Схватил меня за шиворот и притянул лицом к глянцевой поверхности стойки.

– Еще раз я это услышу и ты будешь наказана прямо здесь. У всех на глазах, – его голос звучал негромко, как шипение опасной ядовитой змеи. – Не думай, что если побывала в моей постели, то тебе все простится. Поняла меня, рыжая? – он продолжал меня удерживать, положив щекой на стойку и практически оторвав от пола. Я видела перед собой монстра. Его равнодушный, но злой взгляд, эти глаза черные… Я сглотнула.

Боковым зрением заметила, что на нас смотрит Коля. Он все слышал… И про постель тоже. Какой стыд. Что он обо мне подумает? Каждому ведь не объяснишь, как я оказалась в постели этого бандюгана. Да и стоит ли?

– Отпусти меня! – прошипела, нащупав рукой пустой бокал. Если не оставит меня в покое, разобью бокал о его голову.

– Я спросил, ты меня поняла?

– Поняла. Но ты сам знаешь, кто ты. Мне и говорить не надо, – процедила сквозь зубы.

– Ээээ… простите? Я могу оплатить счет? Девушка вам помочь? – послышалось вдруг из-за широченной спины Ползучего.

Он отпустил меня, отошел в сторону. За ним, оказывается, стоял посетитель, который уже собрался уходить, но так и не дождался меня за столом. Мужчина был на две головы ниже Байсаева и уже раза в два. Вряд ли он мог мне чем-то помочь. Но приятно, что уж.

– Она сама справляется на ура, – прокомментировал Ползучий.

– Все хорошо, девушка? – продолжил допытываться посетитель, а мне вдруг стало страшно за него.

– Да, все в порядке. Сейчас выбью ваш чек, – широко улыбнулась я, будто это не меня только что волочили лицом по барной стойке, словно тряпку.

Прошла к эркиперу, выбила чек и подала его гостю. Тот положил на стойку деньги за еду и сверху щедрые чаевые.

– Спасибо за великолепное обслуживание, – улыбнулся мне мужчина. – И будьте осторожны, – зыркнул искоса на Ползучего.

– Спасибо, – еще шире улыбнулась я.

Посетитель ушел, а Ползучий взял свой бокал и осушил его одним глотком.

– Смотри челюсть не вывихни, улыбаясь. Поскромнее себя веди с клиентами. Поняла?

Я сжала кулаки.

– Клиенты у девушек легкого поведения, с которыми ты привык общаться. А у нас посетители.

– Я отрежу тебе язык, рыжая. Не зли меня! – подался вперед, приближая свое лицо к моему. Я отпрянула.

– Когда-нибудь ты ответишь за все!

– Бар закрывается! – огласил вдруг Коля, прерывая наш зрительный контакт, за что я была ему благодарна. Нет сил смотреть в эти бандитские, равнодушные глаза.

– Ты должен был свалить раньше на час, – бросил бармену Ползучий. – Учти, доплачивать тебе за это никто не будет.

– Учел, – бросил Коля и принялся снимать фартук.

– Мне тоже пора, – засобиралась я, не глядя на Байсаева.

Закончив убирать со столов, я пошла переодеваться, а когда вышла в зал, Ползучий резко преградил мне путь.

– Я тебя отвезу домой.