Читать книгу "Хаджиевы: Марьям. Дочь Варвара"

– Те, которые ты сейчас сочиняешь, – спокойно ответил Виталик, кивнув на телефон. – Я тебя знаю.

Вот же настырный. Всегда таким был. Я отвернулась к столу. Там лежали карандаши, выкройки, альбом, несколько обрезков ткани. Все знакомое, мое, нормальное. По коридору со смехом прошли мама и папа. Дом жил своим обычным вечером, а я пряталась в комнате и боялась, что они заглянут. Брат не поверит ни в заказчика, ни в случайный звонок. Придется рассказать ему, с кем я разговаривала все эти дни. Виталик наклонился вперед. Насмешка в глазах испарилась.

– Ладно, не хочешь рассказывать все, пока не рассказывай, – произнес он, сцепив пальцы в замок. – Ответь хотя бы… Тот, кто звонил тебе в машине, тебя обидел чем-то?

– Нет, – вылетело у меня слишком быстро, и я поджала губы, пожалев, что поторопилась с ответом. Брат приподнял бровь. Ничего не сказал, только продолжил смотреть. От его молчания стало неуютно.

– Я сказала нет, – повторила я, уже тише, и потянулась к телефону, будто он мог помочь.

– А лицо у тебя другое говорит, – заметил Виталик, откинувшись в кресле. – Ты от одного его звонка сжалась вся. Я еще подумал, что случилось что-то серьезное.

– Ничего серьезного не случилось, – выдохнула я, сердито убирая волосы за ухо. – Мы поссорились. Все.

– Мы – это кто? – Я замолчала.

– Вот теперь рассказывай, – предложил брат, и в голосе не было ни издевки, ни давления. Именно это и сломало сопротивление сильнее всего.

Я начала с ресторана. Рассказала про потерянный столик, про свой скандал, про мужчину у барной стойки, который влез с замечанием. Про шрам. Про то, как он поймал меня за запястье, спросил имя, а я вырвала руку и ушла. Виталик слушал молча, только иногда морщился. Когда дошла до университета, он выпрямил спину.

– Подожди, – перебил, потирая ладонью колено. – Ты имени ему не сказала, а на следующий день он уже знал, где ты учишься?

– Да, – призналась я, взяв подушку и положив себе на колени. – Приехал к корпусу.

– И ты осталась с ним разговаривать? – Я вспыхнула.

– Я сначала разозлилась! Бали был рядом. Рустам знал папу, сказал спросить про шрам… В общем, все было не так, как звучит сейчас, – я сбилась, пытаясь пересказать разговор у университета. Брат слушал все настороженнее.

– Я пока вообще ничего не понял. Рассказывай дальше. – Пришлось рассказать про папин поступок, про старую вражду и про то, как после этого я сама нашла номер приемной. На этом месте Виталик закрыл глаза и медленно выдохнул, но перебивать не стал. Я дошла до разговоров, до цветов, до того, как начала ждать Рустамовых звонков. Напоследок прочитала вслух сегодняшнее сообщение с извинением. Фамилию до сих пор не произносила. Брат первым заметил.

– Как его зовут? – спросил он, потянувшись к бутылке с водой на моем столе. Я сглотнула.

– Рустам Эльдаров. – Виталик налил мне воду и поставил стакан рядом.

– Не знаю такого, – Виталик подвинул стакан ко мне. Я взяла его, хотя пить не хотелось. Фамилия Рустама ему ничего не сказала.

– Потому что тебя здесь не было, – пояснила я, обхватив стакан обеими руками. – Они с папой опять что-то делят. Бизнес типа. Я сама половины не понимаю. Папа ничего толком не объясняет.

– Так значит, папа его порезал? На бизнес как-то мало похоже, – Виталик перестал следить за стаканом в моих руках. Теперь он смотрел мне в лицо, ожидая, что я объясню.

– Да. Но это было давно, – я обхватила стакан крепче. Хотелось рассказать больше, а я сама знала только то, что папа и Рустам согласились мне открыть.

– С самим Эльдаровым я не знаком, – проговорил брат, упираясь локтями в колени. – И их мужские разборки мне пока неинтересны. Я про тебя хочу понять. За что он извиняется? – Я посмотрела на телефон.