Читать книгу "Секрет от бывшего"

2

Не успела сориентироваться в ситуации, как мой телефон тихонько зазвонил. Поспешно достала его – ага, начальство вспомнило о моем существовании. Улыбнулась своим мыслям. На самом деле наш арт-директор не забывала обо мне ни на один день с тех пор, как я пришла в галерею на стажировку. Мадам ТомА буквально взяла надо мной шефство и вырастила как специалиста под своим крылышком. За что я ей безмерно благодарна.

– Месье Моретт, извините, мне ответить надо.

Заодно и спрошу, что делать с этим непонятным оценщиком. Может, все же стоит забаррикадироваться в квартире до приезда полиции…

– Конечно, милочка, ответьте. Мы же еще не начали.

Так и есть – я даже до сих пор не в курсе, что же он так усиленно ищет.

Поспешно вышла в коридор и нажала на кнопку.

– Да? – проговорила в трубку тихо.

– Алиса, как дела? Ты на месте?

– Конечно, мадам Тома. Я пришла вовремя. Но мы еще не приступили к оформлению документов. Возникли непредвиденные сложности.

Отошла к самой входной двери, чтобы хозяин квартиры не услышал о моих опасениях.

– Я поэтому и звоню. Прости, что не предупредила заранее. Ты так сильно понравилась месье Моретту, что он согласился продать пару картин из своей коллекции галерее.

– Что? Правда?! – от восторга я просто не могла поверить в услышанное.

– Да, – ответила арт-директор, явно улыбаясь в трубку. – Ты большая молодец. Вчера поздно вечером мы разговаривали с месье Мореттом, и он ожидаемо потребовал оценщика. Специалист как раз едет к вам. Скоро будет. Если вдруг наш чудесный продавец поинтересуется твоим мнением насчет подходящих полотен, ты знаешь, что делать.

– Да, – выдохнула с облегчением. – А я как раз распереживалась вся. Думаю – какой оценщик, откуда? То ли вам звонить, то ли сразу в полицию.

Не сдержавшись, рассмеялась.

– Прости, Алиса. С утра была на встрече с министром, не успела позвонить.

– Все нормально. Я даже рада, что буду не в одиночестве подписывать документы с месье Мореттом. Кстати, а кто приедет? Ален? Филипп?

– Ты зря боишься, Алиса. Если бы ты была не готова заниматься организацией выставки со всеми вытекающими, я бы тебя не отправила одну. А оценщик новый, но, уверена, вы быстро подружитесь. Он из Москвы. Приехал в длительную командировку. Вчера только прилетел. После встречи приезжайте вместе в галерею, будем знакомиться.

Вот как… Из Москвы. Интересно. Надеюсь, поладим с соотечественником. Я после того, как переехала сюда учиться в колледж, ни разу в Москве не была. И не собираюсь. Родители приезжают регулярно – возятся с внучкой, помогают мне с бытом и прочими делами. А я домой не хочу. Вроде и времени прошло прилично, не все еще болит иногда. Боюсь разревусь прямо в аэропорту, как только прилечу. Наверное, то предательство никогда не забудется окончательно. Не отпустит совсем. Поэтому и бередить раны ни к чему…

В кабинет коллекционера вернулась спокойной и радостной. Новичок в коллективе – это всегда волнительно. А я пришла предпоследней. За мной устроилась Рози, и больше никого многие месяцы. Сейчас начнут обсуждать новенького, тем более это мужчина. Находиться в офисе точно станет веселей.

Месье Моретт все также возится с картинами. Видимо, выбирает, какие стоит показать оценщику. Интересно, спросит моего мнения или ему просто определенная сумма денег нужна?

Обдумать причины, по которым коллекционер решился расстаться с некоторыми своими сокровищами, не успела. В дверь позвонили.

– Я открою, – подскочила с дивана.

Хочу первая на него посмотреть. Да и негоже старика туда-сюда гонять.

– Да, Алиса, пожалуйста. Если вам несложно. Там очень простой замок.

Замок действительно оказался даже не простым, а примитивным. Ну как можно хранить столько шедевров за столь хлипкими запорами?

Однако, с замком все же пришлось немного повозиться. Поэтому дверь я открыла с немного виноватым лицом.

– Прошу прощение за ожидание, – проговорила и подняла глаза на гостя.

И тут же обмерла… Нет, этого быть не может! У меня, видимо, уже галлюцинации начались. Слишком много сегодня думала о прошлом, и вот результат…

Я даже головой тряхнула, чтобы отогнать видение. Но это не помогло – Никита Воронцов так и стоял передо мной во плоти и в полный рост.

– Ничего страшного, – улыбнулся он так, что у меня дыхание перехватило. – Я как раз отдышался, крутые же здесь лестницы…

Шок номер два – он не узнал меня. Абсолютно. Или все же это его двойник? Ну бывает же такое? Или его брат-близнец, с которым разлучили в младенчестве…

– Что там, Алис? Почему так долго? – раздалось нетерпеливое из кабинета, и старик зашаркал в нашу сторону.

– Здравствуйте, месье Моретт, – прокричал призрак моего прошлого, глядя мимо. – Это Никита Воронцов. Оценщик. Мы договаривались о встрече.

– Да, проходите уже. Алиса, проводите, пожалуйста, месье Воронцова в кабинет.

Коллекционер явно терял терпение, пока мы мялись на пороге.

– Проходите, – сдержанно кивнула не-брату-близнецу моего бывшего парня и отступила вглубь коридора.

В отличие от меня, Ник на замер у дверей, раздумывая следует ли разуться. Он уверенно прошел в кабинет и после краткого приветствия завел разговор об оценке.

Я поплелась следом, изо всех сил стараясь держать себя в руках. Возможны ли такие случайные совпадения в жизни? Неужели я так сильно изменилась за эти шесть лет? Или просто так мало значила для него, что совсем стерлась из памяти?

Остановилась на пороге и оценила скорость, с которой Воронцов взял в оборот месье Моретта. Буквально за полторы минуты он уже перешел к обсуждению количества полотен на продажу. А еще ему удалось вырвать из цепких сухоньких рук старика какую-то картину и быстро озвучить примерную цену. По тому, как широко улыбнулся на это коллекционер, стало понятно, что Ник попал в яблочко. И речь, конечно, не о реальной стоимости. Он просто понял, чем прельстить строгого пожилого дяденьку. Значит, дело все же в деньгах…

Воронцов зачем-то полез в свою сумку, которую довольно вольно бросил прямо на стол хозяина, и увидел меня.

– Мне кофе, пожалуйста, – мимолетная вежливая улыбка, и Ник вновь втолковывает что-то месье Моретту.

А я ловлю ртом воздух от возмущения. Странная ситуация – я даже не могу его поправить или поставить на место. Как это будет выглядеть? Сотрудники галереи препираются между собой. Мда… И в целом, понятия не имею, что делать. Кажется, я им не нужна особо.

Вдох-выдох, немного успокоилась и решила ничего пока не делать. Просто молча прошла мимо увлеченных мужчин и села на диван. Все равно документы на экспонирование картин буду подписывать я. Так же как и утверждать окончательный список полотен. И много еще чего, что я планировала на эту встречу. А вместо этого сижу и разглядываю своего бывшего парня. Ник, Никита, Воронцов… Моя первая любовь. Отец моей дочери. Никой, кстати, я ее не просто так назвала. Единственный ностальгический жест, который позволила себе за все время.

А он повзрослел, возмужал… И был красавчиком. А теперь юношеская смазливость ушла. Молодой привлекательный мужчина. Интересно, женат? Хотя мне-то что… Постараюсь держаться от него подальше и выдохну, когда уедет. Знать о дочери ему не нужно – возможные проблемы мне ни к чему. И хорошо, что меня не вспомнил. Нет тем, чтобы обсудить вечером за коктейлем, с улыбкой вспомнить прошлое. Хотя если бы не наша личная история – мы же учились в одном университете. Думала, и закончу его же. А не вышло. Ох, ну почему все так?

Как-то незаметно в своих воспоминаниях я так потерялась, что пропустила момент, когда мое присутствие заметили.

– Алис, – явно не в первый раз позвал месье Моретт.

– Да, месье Моретт? – встрепенулась и тряхнула головой, прогоняя непрошенные мысли. – Простите, задумалась.

– Алис, помогите мне принять решение. Никак не могу определиться, – коллекционер эмоционально взмахнул руками. – Вот эта картина. Мы планировали выставить ее, но месье Воронцов предлагает такую привлекательную цену.

Хм… Внимательно посмотрела на полотно, потом на довольного Ника и на смущенного старика. Похоже, деньги ему нужны сильнее, чем он готов себе в этом признаться. А у Воронцова явный карт-бланш от арт-директора. Хотя на его месте я бы все равно не стала так разбрасываться заоблачными суммами. Он уже пять картин отобрал на покупку. Обычно мадам Тома разрешает покупку не более трех предметов за раз. Но дело его – понятия не имею, о чем они договаривались. С другой стороны, обнадежить старика, а потом сообщить, что денег он выручит меньше, потому что руководство галереи не согласилось с оценщиком… Так себе ситуация.

– Я думаю, стоит отложить этот вопрос до окончания выставки. Вы сможете обдумать все хорошенько, а месье Воронцов посоветуется с руководством. Если картина придется по вкусу любителям искусства, можно будет и поторговаться.

Подмигнула месье Моретту, и он буквально пришел в восторг.

– Ох, Алиса, вы настоящее сокровище! Так и поступим, – последнее уже насупившемуся Нику.

А будет знать, как дипломированного галериста с экономкой путать. Мило улыбнулась месье Моретту и полезла в свою сумочку за документами.

– Давайте подпишем все по выставке. И посмотрим экспонаты.

Да-да, и не надо так на меня смотреть, Ник Воронцов. Я вообще-то сюда тоже работать пришла.

Коллекционер сел в свое кресло, я подошла и встала рядом. Принялась раскладывать бумаги на столе. А Ник вместо меня устроился на диване. Буквально кожей чувствую, как он сверлит взглядом. Смотри-смотри, дырку не протрешь…

Подписывали долго. Месье Моретт требовал пересказывать содержание каждой страницы, а потом внимательно перечитывал сам, нацепив на нос пенсне. Мне оставалось только терпеливо читать, отвечать на многочисленные вопросы и сдержанно улыбаться. С юридической точки зрения я могу объяснить каждое слово в документах по организации выставки, поэтому ничего страшного. Наоборот хорошо, что он интересуется, потом не скажет, что не понимал, что подписывает. Или скажет, но мне будет, что возразить.

Наконец, мы закончили с договором и прочими основными бумагами и перешли к перечню экспонатов. Тут меня поджидал пренеприятный сюрприз – в первые же полминуты месье Моретт вычеркнул половину самых интересных полотен. У меня волосы на голове зашевелились от ужаса – без этих картин и смысла проводить выставку нет. А некоторые из них даже на макетах афиш упоминаются.

Видимо, я побледнела так сильно, что это заметил Воронцов. Встал, подошел к столу и заглянул в бумагу, которую я напряженно рассматривала, будто надеялась увидеть там что-то новое.

– Все в порядке? – поинтересовался напряженно.

3

– Не совсем, – грустно улыбнулась Нику и тут же отвела взгляд. – Месье Моретт решил продать побольше картин, а выставить, видимо, поменьше. Что ж, сегодня ваш день…

Так бездарно провалиться со своей первой выставкой. Страшный сон любого начинающего галериста. Но иного выхода, кроме как идти звонить арт-директору я не вижу. Лучше сообщить дурные новости как можно скорей. Ведь каждый лишний час подготовки к экспонированию обходится галерее в кругленькую сумму.

– Месье Моретт, – Никита широко улыбнулся и оттеснил меня от стола.

Не стала слушать, о чем они говорят. Взяла свой телефон и поплелась в коридор. У водной двери оперлась о комод и позволила себе пару секунд слабости. Ничего, от самодурства коллекционеров никто не застрахован. С любым могло случиться… Но случилось именно со мной. Как и все прочее. Измена парня, внебрачный ребенок, побег из страны. И сейчас такое фиаско в самом начале карьеры.

Услышав шаги из кабинета, быстро вытерла выступившие слезы. Не хватало еще Воронцову показывать свои чувства.

– Вот, – проговорил Ник, остановившись рядом. – Он все подписал. Я нашел в документах еще один экземпляр описи.

Повернулась к нему, взяла вожделенную бумагу у него из рук и тихо пробормотала:

– Спасибо.

– С тебя ужин. Собирайся и уезжай, пока он не передумал.

На этом Никита вернулся к коллекционеру и продолжил обсуждать с ним условия продажи полотен. Я посмотрела на широкий росчерк под таблицей с наименованиями, описанием и стоимостью картин, которые месье Моретт согласился выставить в галерее. Все в изначальном виде, без всяких исключений. И как ему это удалось?! Я обрабатывала старика два месяца и чуть не ушла ни с чем, а Никита… Это же их первая встреча, я правильно поняла?

Но советом бывшего не пренебрегла – быстренько и незаметно собрала свои вещи и тихонько покинула квартиру. Благо, замок попросту защелкивался. Правда, приехать вместе с Воронцовым в галерею не получится. Но лучше с картинами на выставку, чем с ним. Сам доберется, думаю.

Дойдя до конца квартала, вдруг подумала, что могла бы подождать Ника где-то недалеко. Таким образом и распоряжение арт-директора выполню, и дух немного переведу, и с мыслями соберусь. До сих пор немного потряхивает.

Вернулась к дому месье Моретта и присела на лавочку в ближайшем сквере. Посижу, отдохну, успокоюсь. А мадам Тома совсем не обязательно знать, что я не все время провела на встрече. Возможно, удастся намекнуть Воронцову на сохранение этой информации между нами. И так уже ужин должна – пусть будет два ужина. Хотя, положа руку на сердце, идти с ним куда-то мне совсем не хочется. Непринужденной беседы между коллегами все равно не выйдет. А если он не узнал меня, то не поймет такой отстраненности и холодности. И вообще у меня и времени особо нет по ресторанам ходить. Вызывная няня, конечно, имеется, но я стараюсь сама справляться по большей части. А уж менять время, которое могу провести с дочерью, на встречу с изменщиком и предателем… Надеюсь, про ужин он пошутил. Хотя за своевременную помощь я и благодарна.

На скамейке я просидела не так уж и долго. Всего минут двадцать. Когда Ник вышел, сразу его увидела. А он увидел меня, и направился в мою сторону.

– Поехали в галерею, – остановился рядом с лавочкой и посмотрел строго сверху вниз.

Еще и командует. Но спорить не стала. Улыбнулась, поднялась и пошла следом. А туалетная вода у него все та же…

Думала, подъедем на автобусе. Или такси возьмем. Но Ник привел на ближайшую парковку, где нас ожидал шикарный автомобиль. Эх, в Москве и я могла бы на похожем ездить. А здесь… Дорого мне беготня от прошлого обходится. Еще и родители постоянно помогают. На роскошь денег совсем не остается.

Воронцов нажал на кнопку на брелоке, авто отозвалось тихим звуков. Двери разблокировались.

– Садись, – бросил мне Никита и пошел к водительской дверце.

Как интересно… Раньше Ник был сама воспитанность и галантность. Рассказал бы кто, что он больше не помогает дамам садиться в машину, не поверила бы. А сейчас стою как идиотка рядом с крутым авто и хлопаю глазами. Мало того, что не узнал, так еще и не счел меня достаточно привлекательной, чтобы быть чуточку повежливей.

– Ну? – открыл дверь изнутри и недовольно посмотрел на меня. – Или автобус предпочитаешь?

– Нет, – пискнула и поспешила сесть на пассажирское сидение.

Пристегнулась, и вдруг поняла, как мне некомфортно находиться с Воронцовым в салоне. Машина не по-европейски большая, но мне все равно тесно. И воздуха не хватает. Вцепилась в свою сумку, прижала ее к груди, будто кто-то отбирает.

– Может, водички? – заботливо поинтересовался Ник.

– Не надо, – мотнула головой, стараясь не смотреть на него.

– Тогда поехали…

Ник плавно тронулся с места. Чтобы выехать назад, он развернулся и положил руку на мое кресло. При этом мимолетно коснулся моего плеча. Я вздрогнула и отвернулась к окну.

– Не надо так волноваться, вы в полной безопасности, Алиса. У меня есть девушка.

Резко повернула голову и возмущенно посмотрела на него. Что он себе позволяет?!

– Но я же вижу, что нравлюсь тебе, – вызывающе усмехнулся. – Расслабься, я работать приехал. Интрижки не интересуют.

– Хватит, – с трудом выдавила из себя. – Я не давала повода…

– Повод и не нужен, и так все ясно.

Что ответить на столь самоуверенное и наглое заявление я не нашлась. Просто снова уставилась в окно. Натянув при этом юбку пониже. На всякий. На душе стало мерзко – вот какое мнение у него сложилось. Любительница коротких интрижек? Охотница на командировочных? А он весь такой несвободный и правильный? Угу. Интересно, он все еще с Ниной встречается?

– С мадам Тома я сам поговорю, – Воронцов нарушил молчание, когда мы уже подъезжали к галерее. – Не нужно ей знать о твоем провале.

– Спасибо, – пробормотала.

А что еще сказать? Он прав. Я облажалась, он выручил. Только благодарить и остается. Я ведь даже не попыталась – лишилась дара речи от неожиданности и так бы и ушла от месье Моретта ни с чем.

– Сочтемся. Покажи мне сегодня вечером хороший ресторанчик где-нибудь недалеко от галереи. Я пока снял номер в отеле, и нужно где-то есть в нерабочее время.

– А в отеле не кормят? – удивилась я.

– Скажем так, мой желудок не в восторге от их меню.

– Понятно.

Странно, конечно. Это же Париж. Здесь не продают жирные чебуреки или позавчерашние пирожки непонятно с чем. Но, видимо, всякое бывает… Знаю я пару мест совсем недалеко, где и еда отменная, и атмосфера потрясающая. Единственный минус – коллег там можно встретить в любое время суток и в любой день. Но если он живет рядом, то других вариантов нет. В галерее мало у кого нормированный рабочий день. Выставки проходят и в выходные, и в праздники. И идут допоздна, если не всю ночь. Часто приходится присутствовать или даже активно участвовать в процессе.

Войдя в галерею, мы разошлись в разные стороны. Воронцов явно сразу направился к руководству. А я в свой кабинет. Ему есть чем похвастаться, мне же хочется спрятаться ото всех хотя бы на полчаса. К тому же нужно срочно добавить информацию по выставке в базу. Чтобы остальные продолжили или начали выполнять свои задачи.

Закинула сумку в шкаф, включила ноутбук, открыла окно. Обожаю вид из офиса, но сейчас даже это не радует. Взяла нужные бумаги и отправилась к сканеру. Многофункциональное устройство у нас находится в небольшом закутке прямо в коридоре. Кабинет мадам Тома совсем рядом. Пока работала с документами, услышала обрывки разговора оттуда. Как я и думала – арт-директор в восторге от Ника. Не удивительно, я на ее месте тоже прыгала бы от восторга…

Закончив копировать, вернулась к себе, заперлась. Опустилась в кресло без сил, прикрыла глаза на мгновенье. Некогда раскисать, работать надо. Уж информацию я могу загрузить оперативно – в этом не может помешать чей-нибудь дурной характер. Голова раскалывалась, хотелось есть, но на чистом упрямстве я не встала из-за стола, пока не загрузила все и не заполнила нужные формы. А едва завершила оформлять электронные документы на проведение выставки, как телефон на столе зазвонил. С опаской покосилась на него. Номер внутренний, значит, нужно ответить.

– Да?

– Алиса, милая, – услышала в трубке голос арт-директора. – Ты куда пропала? Зайди, пожалуйста. Расскажи, как все прошло.

Мадам Тома явно в прекрасном настроении. И портить его ей совсем не хочется. А еще я понятия не имею, что ей сказал Никита. Вдруг наши рассказы войдут в противоречие? Получится совсем по-идиотски. Из серии – он пытался мне помочь, но я все провалила…

– Я документы в базу заносила, – попыталась, чтобы голос звучал спокойно. – Сейчас приду.

Настроение стало еще хуже. Не думала, что начальница вспомнит обо мне. Обычно когда выходит новый сотрудник, ей не до остальных. Мадам Тома предпочитает лично вводить новичков в курс дела и знакомить с обязанностями. А потом приглядывать за успехами и неудачами, подсказывать и поддерживать… Ох, замечательная она. Может, зря я согласилась скрыть от нее случившееся. Пожурила бы немного, но и ценный совет, я уверена, дала бы. А ведь всем известно, не столько плохо совершать ошибки, как не работать над ними после. Но уже как получилось… Хотя Воронцов, наверное, подумал, что я ужасный сотрудник и испугалась серьезного наказания.

Собрала все нужные бумаги. Прежде чем выйти из кабинета, выдохнула и напомнила себе, что иду к обожаемой руководительнице, а не в пасть льва. Но ноги все равно не хотели нести. Признаться в таком фиаско тяжело, хотя бы потому, что я подорвала доверие мадам Тома. И наверняка разочаровала ее. Она столько времени и сил в меня вложила, а я не смогла справиться с первой же нестандартной ситуацией.

Какое-то время я постояла перед дверью в кабинет арт-директора. Приемная была пуста – секретарь Мари на перерыве. Потом тихонько постучала.

– Заходи, – крикнула мадам Тома, и я толкнула дверь.

Внутри меня поджидала еще одна неприятность. Воронцов собственной персоной. Вольготно развалился в кресле перед столом арт-директора. На журнальном столике кофе, печенье, конфеты. Всем известно, что у себя мадам Тома угощает только избранных. Я до этого момента входила в их число. Что дальше будет – не знаю…

– Алиса, проходи скорей! Садись! Чай будешь?

– Я? Нет, – мотнула головой, раздумывая, куда бы сесть, чтобы подальше от Ника. – Не обедала еще.

– Вот, – вспомнила о папке в руках и подошла к столу начальницы.

– Ох, брось, – тепло улыбнулась она мне. – Я в базе уже все видела. Ты – молодец!

Ага, большая молодец… Спиной чувствую насмешливый взгляд Никиты. А я ведь теперь завишу от него. От его настроения, благосклонности, честности. Как так вышло? Как можно было так долго ползти по карьерной лестнице и оступиться, встретив бывшего?! Вручить в руки этого предателя тайну, которая меня же и уничтожит? Да, просчет был не такой уж серьезный, но я согласилась обмануть мадам Тома. А это уже совсем другое. Куда более серьезный проступок.