Читать книгу "Секрет от бывшего"

4

– Присаживайся, Алиса, – указала арт-директор на второе кресло напротив своего стола. – Познакомлю вас нормально.

Послушно села, стараясь на смотреть на Никиту. И так чувствую, что его ситуация забавляет. А мне совсем не смешно. А наоборот – чем дальше, тем хуже. И так распереживалась, что чуть не ляпнула, что знакомы давно. Вовремя язык прикусила – уж на работу мое прошлое точно тащить не надо.

– Знакомьтесь. Это Алиса Ковалева. Наш лучший молодой сотрудник, сразу после стажировки получила крупный и важный проект. И замечательно с ним справляется. А это приглашенный специалист, Никита Воронцов. Известный московский оценщик и искусствовед. Приехал делиться опытом и научиться чему-нибудь у нас.

Пока мадам Тома говорила, я внимательно смотрела на Ника и вежливо улыбалась. Вот значит как – «известный оценщик и искусствовед». Я и не сомневалась никогда, что он сделает отличную карьеру. У него чутье на интересные экспонаты. Приведи его на склад с кучей хлама, он и там найдет то, на что людям будет интересно смотреть.

Никита тоже разглядывал меня, не стесняясь. На губах застыла чуть насмешливая улыбка с оттенком легкого превосходства.

– Очень приятно, – пискнула я и тут же откашлялась.

– И мне, – а вот Ник сама невозмутимость.

Все же не узнал. Даже когда имя-фамилию услышал.

– Вот и познакомились. Отлично. Надеюсь, вы поладите и сработаетесь.

Стоп… Что? В каком смысле сработаемся? Недоуменно посмотрела на арт-директора.

– Да, Алиса, – кивнула она утвердительно. – К командировочным мы всегда прикрепляем своих сотрудников. На этот раз это будешь ты.

– Почему я? – практически прохрипела, голос совсем перестал слушаться.

– Я понимаю, ты сейчас перегружена. Но русский же пока не забыла. И пользуйся моментом – такой мужчина и опытный специалист.

Мадам Тома подмигнула мне, а я залилась краской до самых ушей. Да, начальница порой просто одержима идеей выдать меня замуж. Но вот так напрямую, при кандидате… Хотя какой он кандидат?! И вообще он не свободен. Так… Если бы у него кто-то был, арт-директор никогда бы не повела себя столь бестактно. Значит, Ник свободен, и ей об этом точно известно.

Воронцов тоже оказался не в восторге от этих прозрачных намеков. Он негромко кашлянул, привлекая к себе внимание.

– Спасибо, мадам Тома. Я очень благодарен за русскоговорящего помощника. Со своей стороны обещаю научить, рассказать, показать.

Меня в помощники?! Ему?! Захотелось зажмуриться и проснуться, наконец… Нет, ну что за день! Сюр какой-то!!!

– Мадам Тома, – попыталась я запротестовать.

– Все потом, Алиса. Идите работать. У меня сейчас важная встреча. Не стесняйся, спрашивай – уверена, месье Воронцов с удовольствием поможет тебе в подготовке выставки.

– Приступим прямо сейчас, – Ник поднялся и попрощался с арт-директором.

Мне осталось только уныло плестись за ним прочь из кабинета. А я так хотела поговорить наедине с начальницей. Возможно, рассказать ей все. Покаяться, повиниться, объяснить. Пока все не зашло еще дальше, не стало еще хуже.

– Где твой кабинет? – спросил Воронцов, повернув к лифту.

– А вам зачем? – поинтересовалась без тени учтивости.

– Мне рабочее место обещали рядом, – спокойно ответил. – И дай свой внутренний.

Двери лифта открылись, мы вошли, я отыскала в кармане пиджака визитку и протянула ее Никите.

– Здесь вся информация.

Ник внимательно изучил мою карточку и кивнул во внешний карман портфеля. Как абсолютно ненужную бумажку.

– Доступ к базе мне дадут только к вечеру. Пока подготовь мне все по выставке в бумажном варианте.

– Зачем? – его командный тон начал ощутимо раздражать.

– Посмотрю, что ты успела. Подскажу, как сделать лучше.

– Уверены, что найдете недочеты? – саркастически приподняла бровь.

– Найду, как улучшить твой первый самостоятельный проект, – ответил холодно. – Или не заинтересована?

Отвернулась – возразить нечего… Заинтересована и еще как. И так была близка к провалу, еще раз довести до такого не хочется. Вдруг действительно что-то упустила. Он потом уедет, а успех или неуспех этой выставки останется в моей карьере навсегда.

– Все сделаю, месье Воронцов, – включила я секретаршу.

Фактически ведь так и есть. Я его помощник, и должна выполнять распоряжения. Помогать в его проектах. А он предлагает помочь мне с моим. Наверное, это наилучший вариант из возможных.

На этаже Ник последовал за мной. Хотя куда именно он направляется, я так и не поняла. Свободных кабинетов рядом просто нет. А оказалось, что он и не собирался их искать. Зато мое кресло ему пришлось по душе.

– Кофе принеси, – улыбнулся и щелкнул по клавиатуре моего ноута. – Пожалуйста.

Вот теперь, кажется, мы дошли до моей точки кипения… Я просто смотрела на него в упор, открывала и закрывала рот, не в силах вымолвить хоть слово. У этого мужчины вообще есть чувство меры?! Но о чем это я? Воронцов вполне явственно буквально наслаждался моим замешательством и раздражением.

– Я не стажер, – наконец, собралась с мыслями и процедила сквозь зубы. – Кофеварка на общей кухне. Также в здании есть кафетерий. И освободите МОЁ место, иначе как я распечатаю нужное.

Изо всех сил я старалась не перейти на откровенное хамство и не повысить голос. Выходило плохо – эмоции просто разрывали изнутри. Я же не стажер больше! У меня своя выставка! Не буду я никому за кофе бегать!!! И кабинет у меня свой! Был… Пока мистер мое поганое прошлое его не занял.

– Мне нужно поработать немного, иначе как я займусь твоей работой? – возразил спокойно. – А кофе ладно, сам найду.

И уткнулся в экран, абсолютно потеряв ко мне всяческий интерес. И с одной стороны хочется, чтобы он исчез, растворился немедленно! А с другой… Он же в командировке, работать надо, а негде пока…

Решила уйти сама. Взяла кое-что и спустилась в кафетерий. Поем пока хоть. А то вечно забегаюсь и без обеда остаюсь.

Но аппетита совсем не было. Взяла зеленый чай и пирог. И даже это не съела. Достала телефон и позвонила няне. Потом в сад. Сегодня я вряд ли освобожусь вовремя. А при Никите не произнесу ничего о дочери. Узнал-не узнал, не важно. Ситуация может всячески развиваться, и если что-то не так пойдет… Ну зачем он приехал??? Почему???

Перекусив и поручив няне забрать Нику из сада, я вышла из галереи. Мне нужно срочно с кем-то поговорить обо всем. Иначе я расплачусь из-за какого-нибудь пустяка, который станет последней каплей.

– Мам? – проговорила я в трубку, когда она ответила.

– Да. Алиса? Что-то случилось? У тебя такой голос… Что-то с Никой?

– Нет, нет, – плакать захотелось еще больше. – С ней все хорошо, в садике сегодня.

– Тогда что?

Ох, как тяжело говорить некоторые вещи… Но зачем-то же я позвонила.

– Мам, ты веришь в совпадения?

– Что? Алис, я не понимаю. Совпадения? Бывают, конечно… Но очень редко.

– Я тоже так считала, но сегодня…

– Да что?! Меня сейчас инфаркт хватит! Говори же!

– Мам, к нам в галерею в командировку Никита приехал.

В трубке повисла тишина на некоторое время. Думаю, теперь и мама станет больше верить в совпадения.

– Воронцов? – спросила после длительной паузы.

– Да.

– И что?

– Ничего пока. Ведет себя как сволочь, занял мой кабинет, требует кофе и ужин в ресторане. Помог мне, правда, с выставкой, – я говорила и говорила, выплескивая всю накопившуюся на бывшего обиду.

– Подожди-подожди, Алис… Что он там требует? Вы вообще-то вместе учились, ты же не секретарша.

– Да, мам. Вот только он не узнал меня…

– Как?! – ахнула мама.

– Вот так. Ни в лицо, ни по имени-фамилии. Так что я для него помощница в командировке и все.

– А может, это и к лучшему? – после небольшой паузы задумчиво проговорила мама. – Ты же не собираешься ему говорить?

– Конечно, нет. Пока он не уедет, усиленно буду делать вид, что я одинока и ничем не занята, кроме работы.

– Няню предупредила?

– Пока нет. Сегодня она Нику заберет, вечером поговорим.

– Алис, может, мне приехать? Я могу.

– Не надо, мам. Если он тебя увидит, так еще хуже будет. Ты ни капельки не изменилась за это время. Точно узнает.

– Ох, доченька, спасибо за комплимент. Наверное, в этом дело. Ты стрижку изменила, перекрасила волосы. И стиль в одежде совсем другой.

– Никита тоже изменился, возмужал. Но я с первого взгляда узнала его…

С грустью вспомнила его холодный бесстрастный взгляд.

– Ну, мы девочки, все иначе воспринимаем. Более остро, глубоко. Давай, все же приеду? Неспокойно мне что-то.

– Нет, мам. Пока не надо точно. Если что-то пойдет не так, я позвоню.

На этом и попрощались. Я вернулась в галерею, но вместо собственного кабинета направилась в переговорную. Если там свободно, смогу спокойно поработать. За утро, пока я ездила к месье Моретту, на стол накидали целую пачку документов по выставке. И если я не просмотрю все это и не дам распоряжения, организация так и будет стоять на месте.

Поработать удалось часа полтора. Потом дверь открылась и в комнату заглянула мадам Тома. К уху она прижимала свой шикарный смартфон, а глазами явно искала место для уединения. Виновато улыбнулась ей – не хотела никому мешать, когда занимала переговорку. Арт-директор тут же попрощалась и нажала отбой. Вошла и плотно прикрыла за собой дверь.

– Алиса? А ты что здесь делаешь? Какая-то встреча? – поинтересовалась она.

– Нет. Мой кабинет занял месье Воронцов. А у меня так много дел накопилось по выставке…

– Вообще-то это я предложила ему сегодня поработать у тебя. Думала, вы поговорите, узнаете друг друга поближе. Ты введешь его в курс дела… Ну и тому подобное. Я вовсе не планировала оставить тебя без кабинета.

– Понимаю. Все нормально. У него какие-то свои дела. У меня свои.

– Я немедленно распоряжусь, чтобы месье Воронцова проводили на его рабочее место. Через часик можешь смело возвращаться к себе.

– Спасибо, – широко улыбнулась я начальнице. – И еще кое-что!

Слова выскочили как-то сами по себе. Как ответ на все мои терзания.

– Мне нужно вам кое-что сказать! – затараторила я, соскочив со стула. – Я чуть не провалила выставку! Чуть все не испортила! Если бы не Воронцов, я бы не справилась!

Ну вот я и сказала это. На душе сразу легче стало.

Мадам Тома, собиравшаяся уйти, остановилась и странно посмотрела на меня. Потом вернулась к столу и села напротив. Я тоже опустилась на стул.

– Ничего не поняла. Можно подробней?

Что делать? Пришлось рассказывать. Правда, моя печальная история уместилась всего в несколько предложений. Когда я замолчала, начальница задумчиво крутила в руках телефон и смотрела куда-то мимо. Будто и не слушала вовсе, а думала о чем-то своем.

– Мадам Тома? – позвала ее тихонько.

– Ерунда это все, Алиса. Не переживай. Если бы месье Воронцов не появился там, возможно, все прошло бы отлично. И в том, что он помог тебе, тоже ничего страшного. Я просила его поднатаскать тебя. В общем, выкинь из головы.

– Вы не сердитесь, что я сразу не сообщила? – опустила глаза.

– Нет, вовсе нет.

Почему-то у меня сейчас было такое чувство, что я докучаю начальнице всякой ерундой. А она вынуждена терпеливо выслушивать. Зря я, наверное… Мадам Тома дала мне все, что посчитала нужным. Дальше нужно как-то самой справляться.

– Спасибо, что выслушали, – улыбнулась. – Я сильно переживала, что чуть все не испортила.

5

Через час я сгребла все бумажки обратно в папку и поплелась к себе. Надеюсь, Воронцова там уже нет. Но как не задерживалась по пути всеми возможными способами, в кабинете его застала. Да, он собирал вещи, и все же…

– Мне выделили рабочее место неподалеку. Напечатай, пожалуйста, все, что я просил. Возьму с собой…

– Хорошо, – пискнула я и направилась к столу.

Никита тем временем попытался из-за моего стола выйти. Как-то нелепо и неуклюже мы почти столкнулись с ним в узком месте и одновременно отпрянули в стороны.

– Извини, – буркнул он.

– Это я виновата, – пробормотала себе под нос. – поторопилась.

Когда Ник окончательно освободил мое место, я отправила все необходимое на принтер и сразу же ушла за ними. Постою около мфу, подожду. Все лучше, чем эта неловкая тишина…

Вернулась вручила увесистую стопку Воронцову.

– Я через три двери направо. За пятнадцать минут до конца рабочего дня зайди. Обсудим выставку, а потом ужинать. Надеюсь, я не вмешался в твои планы на вечер.

– Нет, – с готовностью мотнула головой. – Не было никаких планов. Я вообще почти никогда не ухожу в шесть.

– Хорошо, – задумчиво пробормотал он и вышел.

Я выдохнула. Ну, наконец-то! Открыла окно, чтобы проветрить. Запах туалетной воды Ника буквально делает из меня невротика. Мало того, что воспоминания лезут в голову, так еще это ощущение его присутствия рядом.

Дальше рабочий день пошел своим чередом. Работы было много – огромное количество правок и корректировок. И везде нужно было держать руку на пульсе. В четыре приехали декораторы, которые будут оформлять зал для экспозиции. Предварительно мы все согласовали, но нужно еще раз на месте посмотреть. До выставки всего неделя. Как сейчас утвердим, там все и установят. Останется только картины привезти и разместить.

И так я увлеклась работой с дизайнерами, что опомнилась только полседьмого. Да и то только потому, что мой собственный живот заурчал. Черт! Скажут потом, что морила командировочного голодом. Быстренько завершила все, проводила подрядчиков и бегом наверх.

Ник встретил тяжелым взглядом.

– Извините, – проговорила, виновато опустив глаза. – Работала над оформлением зала.

– Ага, – мрачно кивнул. – Поехали есть, остальное завтра.

Понятно, тоже проголодался…

– Сейчас, я только сумку возьму.

Я метнулась к себе. Разумеется, сбором вещей и выключением техники не обошлось. А носик припудрить? А губы подкрасить? На ужине с бывшим я просто обязана быть неотразимой! Даже если он совсем меня не помнит. Особенно если не помнит…

Когда сели в машину, я назвала ресторан, который хотела показать Воронцову. Тут совсем рядом, но оставлять авто у галереи он не пожелал. Я же давно привыкла, что по центру пешком быстрее и удобней. Так и вышло – встали в небольшую пробку.

– Это ненадолго, – попыталась успокоить Никиту. – Основной поток уже проехал.

– Угу, – продолжил нервно барабанить по рулю. – А правда, что такую красивую девушку никто вечером не ждет?

Ник вдруг задал неожиданный вопрос прямо в лоб. Я растерялась и чуть не брякнула, что конечно же меня ждет дочь… Но вовремя прикусила язык.

– У меня нет домашних животных, если вы об этом, – сделала вид, что абсолютно не поняла намека.

– Вообще-то я имел в виду мужчину. Парень, муж, любовник? Я бы на их месте был против, что ты пропадаешь в галерее.

– Но вы не на их месте, – ответила холодно и смерила нахала тяжелым взглядом. – И моя личная жизнь вам не касается.

– Думал, после работы поболтаем о том о сём. Узнаем друг друга получше. Не скучаешь здесь без друзей? Родных? Языковой среды?

– По семье скучаю. Друзей на родине у меня не осталось, все здесь. А язык… С родителями болтаю.

О том, что учу Нику говорить по-русски трижды в неделю, я умолчала. Ну и сама соответственно практикуюсь в языке.

– А что так? Ты вроде общительная. Почему друзей не осталось дома?

– Поссорились. Сильно.

– Понятно…

– Может, о себе расскажете? – пожалела, что полезла с расспросами, еще не договорив. – Скучаете по девушке? Не ревнует она, пока вы в командировке?

– Скучаю, – ответил без особых эмоций. – Ревнует или нет, не знаю. Я не приветствую подобные проявления собственнических наклонностей.

– Понятно, – откинулась на спинку.

И зачем спросила. Разумеется, он скучает. И да, Никита и мне запрещал устраивать сцены ревности. Считал, что это лишнее в нормальных отношениях. А в итоге оказалось, что ревновать его просто бессмысленно – спит, с кем хочет, несмотря на наличие постоянной девушки. Хотя это еще как посмотреть – возможно, Нина считала себя постоянной, а меня так… Временной. И оказалась права, если она все еще с ним, конечно.

Когда, наконец, доехали до места, я уже была вся на нервах. Одно присутствие Воронцова рядом раздражает. А уж его вопросы, попытки покопаться в личном – вообще ни в какие ворота! Будь моя воля, даже в галерее держалась бы от него подальше.

К счастью, свободный столик для нас нашелся. Хотя мы и сильно запоздали, и могло не повезти. Представляю, что бы тогда мне пришлось выслушать. Сели, открыли меню – подумала, что худшее позади. Сейчас закажем, Никита поест и подобреет. Ну куда там… Видимо, его желудку не так просто угодить, как я запомнила. Это он не ест, такое не будет, тут картинка не нравится… Это мужчина или капризный ребенок. В конце концов, он что-то выбрал. И не забыл пофлиртовать с официанткой, пока делал заказ. Ага, очень он по своей девушке скучает…

Сам ужин прошел спокойно. Мы молча ели и даже не смотрели друг на друга. Не очень похоже на знакомство коллег, но как есть. Тем более Нику явно больше нравится наблюдать за другими девушками в ресторане. А я так – сопровождающий. Правда, когда расплатились и вышли, ситуация немного изменилась. Платила, кстати, я. В благодарность за спасенную выставку.

– Алиса, мой отель совсем недалеко, – показал рукой направление. – Вон там. Если тебя никто не ждет, может, продолжим в более приватной обстановке?

И улыбка заправского обольстителя. Дошло, о чем он, не сразу. А когда поняла, чуть не устроила некрасивую сцену. Но вовремя одумалась. Нам еще работать вместе. К сожалению.

– Что продолжим? – непонимающе похлопала ресницами.

Ну, пусть скажет. Чтобы я потом могла честно доложить руководству, что командировочный ко мне приставал и делал непристойные предложения. И поэтому я никак не могу продолжать с ним работать.

– Там неплохой бар в лобби. По паре коктейлей. Поговорим нормально. А то у нас что-то не клеится…

Надо же – заметил. Удивлена. Но нет, знаю я эти подкаты. По паре коктейлей, потом приглашение в номер. А я девушка приличная – у меня после Ника и не было никого. И до него не было. Ужасно, что мой единственный мужчина оказался таким придурком.

– Не получится. Уже поздно, а я взяла кое-какую работу домой. Надо доделать, выставка совсем скоро.

Разочарование, которое отразилось на его лице, приятно потешило мою самооценку. Ничего, Никита, там в лобби и найдешь себе кого-нибудь посговорчивее. Или Нине позвони – уверена, она тебя и по телефону расслабит…

Что произошло дальше, я поняла не сразу. Вот только мы стояли в двух шагах друг от друга готовые разойтись в разные стороны. А вот Ник целует меня, обхватив за талию и прижав к себе. Задохнулась от возмущения и собралась сказать пару ласковых на его выходку. Но лишь позволила ему сделать поцелуй более глубоким и интимным.

Собрала все силы, на которые была способна, и резко оттолкнула Ника. Вытерла губы. Ненавижу… Думает, любая будет его? И на любых условиях? Нет уж!

Сил у меня оказалось не так много, чтобы подвинуть взрослого мужчину. В итоге стоим в шаге друг от друга и тяжело дышим. Смотрю на него, вся пылая праведным гневом. А он, похоже, не очень понимает, почему злюсь.

– Что? – пожал плечами. – Попытался использовать последний аргумент. Соглашайся, будет здорово…

Не дослушала. Подняла руку и от всей души залепила ему пощечину. Хлесткую и звонкую. Пожалуй, слишком за наглый подкат, но это накопилось. И за Нину, и за дочь без отца, и за вынужденное бегство – за все.

– Нет! – процедила сквозь зубы. – И если попытаешься еще раз, я все расскажу мадам Тома. И даже не расскажу, а напишу. Заявление по поводу домогательств.

– Не драматизируй, – ответил холодно. – Не ты ли краснела и бледнела в машине по пути в галерею? Так чего теперь ломаешься?

– Месье Воронцов, вы не правильно меня поняли. И давайте больше не будем об этом. Нет значит нет.

Развернулась и пошла в сторону дома.

– Давай отвезу? – полетело вдогонку.

– Иди к черту! – прошипела себе под нос и прибавила шаг.

Домой шла долго – маленькими улочками, через людные места. Побоялась, что Ник может следить. Все же мучает какое-то чувство… Беспокойство, тревога. Ну не мог он здесь случайно оказаться! И не узнать не мог! Не так уж много времени прошло. Я, конечно, изменилась после родов, но не до неузнаваемости же! А если специально приехал, то зачем? Ответ напрашивается сам собой – нас связывает только дочь. Мог ли узнать о ней? Теоретически да. Ох, что делать? Пора паниковать или еще подождать? Вдруг я навыдумывала на эмоциях, а все это действительно нелепое и странное совпадение?

Дома я сразу отпустила няню. Предупредила ее, что в ближайшее время буду постоянно задерживаться на работе. Кстати, мы это уже обговаривали. Так и планировалось, что перед выставкой мне будет нужна ее помощь.

Потом разулась, помыла руки и прошла в комнатку дочери. Квартирка у нас совсем маленькая. Большая комната совмещена с кухней, детская и санузел. И крохотный коридор между всем этим. Но нам вдвоем здесь вполне комфортно. И долгое время я считала, что мы в безопасности и безвестности.

Присела на край детской кроватки, погладила Нику по русым волосам. Как же она на него похожа… Просто безумно. Мои только губы, все остальное в папу. И характер упрямый тоже. Приложила пальцы к губам – до сих пор ощущаю его смелые прикосновения. Целовал так, будто имеет на это право. И голова моя почти сразу закружилась… Но нет, не могу поддаться. Предать себя, свои решения, свою жизнь. Иначе зачем было тогда уезжать, если теперь смогу сделать вид, что все в порядке?

Спать ушла поздно. Сначала поработала, сходила в душ. Но внутреннее напряжение никак не желало уходить. В голову лезли воспоминания. Можно ли было сделать по-другому? Исправить что-то? Наверное. Если бы я тогда не доверилась Дане и не провела с ним ночь.