Читать книгу "Новый папа (не) нужен"

5

Получив мое согласие, хоть и с оговоркой, Тимур Артурович потерял всяческий интерес к дальнейшему общению. Отправил в отдел кадров. Там же передо мной расшаркиваться не стали – просто положили на стол новую стопку документов и велели подписать. Занималась этим долго – внимательно вчитывалась. Потому что хотела получше понять, что меня ждет. А когда дошла до информации о зарплате, чуть ручку не выронила. На треть больше, чем оклад, на который я вышла. И к этому уже премии. С одной стороны, вроде бы радоваться нужно – такая сумма позволит не только выжить, пока идут суды с Сашей, но и ни в чем себе особо не отказывать. С другой стороны, какое-то внутреннее чувство подтачивает. Будто бы не туда свернула, не спокойно на сердце. Но и отказаться не выйдет – детей надо кормить, несмотря на любвеобильность их отца. А если выяснится, что интуиция не обманула, тогда уже уволюсь.

В итоге подписала все и вернулась в приемную директора. Теперь это мое рабочее место, нужно начинать обживаться. Забрала вещи из отдела и принялась заполнять ящики и полки. Телефон зазвонил минут через двадцать, и я не сразу поняла, что ответить нужно мне. Поспешила к столу, споткнулась о ножку стула и чуть не упала. Схватив трубку, поднесла к уху, одновременно рассматривая ногу. Не пострадали ли колготки? Дорогие, между прочим.

– Яна, кофе мне. И побыстрей, – рыкнул босс и отключился.

Я так и замерла в позе сбитой ласточки. Что? Кофе? А какой? Кто-нибудь знает, какой кофе пьет директор? А «побыстрей» что значит? Сколько у меня минут?

Не придумала ничего лучше, как позвонить главбуху. Нет, не потому что подумала, что кофе боссу носила она. Просто они могли бывать на каких-то встречах вместе, а информация о вкусовых предпочтениях не такая уж секретная.

Мария Семеновна не сразу поняла, что я от нее хочу.

– Кофе? Какой кофе пьет директор? Так. Обычно он ходит в кофейню на углу. «Кофе Тудей». Знаешь? Черный, с молоком, но без сахара. Обязательно совсем без сахара. И возьми пару пончиков, он их любит. А если за обедом отправит, то это в кафе через дорогу. Бизнес-ланч навынос.

– Спасибо огромное, Мария Семеновна! Я побежала.

И я действительно побежала. Странно, что в офисе до сих пор нет кофемашины. Разговоры об этом шли, еще когда я замуж собиралась. И так и не купили. А все потому, что у большинства сотрудников есть свои любимые кофейни неподалеку. Раньше это был целый ритуал – отделы по очереди выбегали за кофе, покупали друг другу, пробовали, рекомендовали, искали новые места. А теперь вот я тороплюсь за кофе директору… Из специалистов в секретари. Не такого я от первого рабочего дня ожидала.

Себе кофе тоже купила. И сладкую булочку. Пончики я совсем не люблю, считаю слишком жирными и вредными. Взбодриться же просто необходимо, а то что-то я приунывать начала. Вроде бы и поручение несложное, еще и за такую зарплату. А как-то не по себе все равно. Хотелось бы и от руководства подальше держаться, и по специальности работать. Развиваться в профессии, особенно после большого перерыва, очень важно. А я, получается, согласилась окончательно закопать все свои навыки.

Перед тем как войти к Тимуру Артуровичу, постучала. И сразу же толкнула дверь. Удивилась, что директор не один. Напротив его стола сидела очень привлекательная девушка. Она осмотрела меня пристально и сразу же отвернулась. Я негромко извинилась, что вот так ворвалась и поставила перед руководителем стаканчик с кофе. Рядом положила пакет с выпечкой. А гостья директора тем временем взяла из подставки мой стаканчик.

– Спасибо, – почему-то поблагодарила при этом Тимура Артуровича. – Как раз не успела кофе попить по дороге.

Я лишь выругалась про себя – так торопилась, что не остановилась в приемной, чтобы оставить свой стаканчик на столе. И вот теперь осталась без кофе. Резко развернулась на каблуках и поспешила уйти – не буду же требовать отдать обратно. Схожу на кухню, сделаю себе чай. И так перекушу.

Но и этим моим планам не суждено было сбыться – следующие три часа я, не отходя от стола, разбирала документы и отвечала на звонки. Иногда звонила сама по просьбе директора. Но в основном сортировала бумаги. Сколько же Тимур Артурович без секретаря работал? И что совсем некому было этим заниматься? Просто складывали все в кучу в надежде на что? Что само как-то? Представила договора и прочие документы, самостоятельно разлетающиеся по кабинету и укладывающиеся на нужные полки. Еще и неподписанных бумаг ворох – бардак какой-то. Или просто кто-то слишком много работает из дома?

На обед Тимур Артурович, к счастью, ушел своими ногами. Правда, не один. Все с той же девушкой, которая не пойми чем все это время занималась в его кабинете. Вышли вдвоем, директор предупредил, что будет отсутствовать весь перерыв. Девица опять мазнула по мне неприязненным взглядом. Но когда за ними закрылась дверь приемной, я выдохнула. Это же значит, что и у меня обед. Можно, наконец, передохнуть и расслабиться. И маме позвонить – как там девочки?

Именно это и сделала в первую очередь. И зря. Разговаривая с мамой, чуть не расплакалась. Так хотелось поделиться, как несправедливо со мной обошлись. Сдержалась с большим трудом, поэтому и закончила разговор очень быстро. У них все хорошо, у меня, допустим, тоже.

Пообедала нормально только благодаря Марии Семеновне. Она позвала к себе в кабинет и угостила домашней едой. Так умилительно – именно это и было одним из теплых воспоминаний о работе. Наш главбух, сколько ее помню, всегда приносила домашние вкусности.

Когда перешли к чаю, она посмотрела на меня сочувственно и покачала головой.

– Яночка, будь осторожна с этим Гараевым. Слухи нехорошие ходят о нем. А ты молодая, красивая. И замужняя.

– А что именно болтают? – спросила я без особого интереса.

Сплетням верить не считаю нужным, но, возможно, информация окажется полезной.

– Говорят, что не просто так его из головного офиса к нам отправили. Сослали практически. Набедокурил он там что-то с дочкой собственника.

Поморщилась от услышанного. С одной стороны, не мое дело, с другой, обиженный мужчина не лучший кандидат в начальники. Плюсом теперь еще начну в умственных способностях Тимура Артуровича сомневаться – не за таланты, значит, кресло занимает, а по знакомству. И стоило ли ломать карьеру из-за девушки? Надеялся стать любимым зятем, а получил от ворот поворот? Впрочем, не мне злопыхать – я тоже больше не могу счастливой личной жизнью похвастаться.

– Спасибо за предупреждение, – пожала плечами. – Но я вряд ли надолго здесь задержусь. Зарплата, конечно, очень привлекательная, но в чудеса как-то не верится.

– И правильно. Предыдущий секретарь, хотя и была подготовлена в соответствии с функционалом, сбежала, сверкая пятками. Как бы объяснить… Гараев не очень терпимый человек. Непростой характер.

– Он предупредил. Но я все равно не готова к нервным перегрузкам. У меня двое детей, им веселая мама нужна.

– Правильно. Решила другое место искать?

– Ну если здесь мой опыт больше не нужен, что еще остается, – не смогла сдержать эмоций, и Мария Семеновна тут же считала это.

Хотя и так было понятно, что я не пребываю в восторге от случившегося, слабину показывать не хотелось.

– Прекрасно тебя понимаю, Яна. Уверена, Глеб Сергеевич нашел бы тебе более подходящее место, чем за кофе бегать.

Благодарно улыбнулась ей и посмотрела на часы. Пора дальше разбирать документы. Пока не наведу порядок в бумагах, не успокоюсь. А потом на очереди записная книжка моей предшественницы – там же ничего не разберешь! Нужно переписать начисто и разобраться, кто есть кто. Даже если эта работа и временная, относиться к ней как попало, я не могу.

Тимур Артурович задержался с обеда часа на полтора. Пришел довольный, не обратил на меня ни малейшего внимания. А еще почти через час вышел из кабинета полностью одетый.

– Яна, завтра работаем у меня. Жду вас к десяти, захватите завтрак.

И ушел. А я так переволновалась от его первых же слов, что даже спросить ничего не успела. В смысле работаем у него?! А это где вообще? И что он на завтрак предпочитает?

Минут двадцать я формулировала вопросы так, чтобы не выдать, в какой панике нахожусь. Потом все же позвонила Марии Семеновне. А кому еще? Понятия не имею, кто владеет информацией об адресе директора. Главбух выслушала и замолчала на какое-то время.

– Яночка, а у тебя никак не получится на завтра уйти на больничный? – ошарашила вопросом.

– Не знаю, мама сказала, что пока все нормально. А что? – поинтересовалась настороженно.

– Предшественница-то твоя уволилась именно после рабочего дня у Гараева дома.

– Мария Семеновна, не пугайте, пожалуйста. Мне и так не по себе. Не знаю, что там с предыдущим секретарем случилось, но мать двоих детей Тимура Артуровича вряд ли заинтересует, если вы на это намекаете. К нему знаете, какие красотки ходят?

Не к месту встретилась сегодняшняя посетительница.

– Знаю. И не просто ходят. А из столицы приезжают. И дочь собственника наведывается, и не она одна…

– Давайте не будем углубляться в подробности личной жизни директора. Если что-то пойдет не так, уволюсь завтра, и все. Так куда ехать?

– В офис, Яна. Конечно. Отсюда тебя машина заберет.

– А что насчет завтрака?

– Вот чего не знаю, того не знаю.

В очередной раз поблагодарила главбуха. Дурдом какой-то… Ехать страшно, что с завтраком делать – непонятно. Ладно, куплю в том кафе, на которое Мария Семеновна раньше указала. И лучше бы начать искать другое место прямо сегодня. Потому что если завтра что-то пойдет не по плану, конечно же, сразу напишу заявление. Босса я, разумеется, не боюсь. Наверняка, подразумевается все по согласию. Но я вроде ничем не дала понять, что согласно на что-то сверх должностных инструкций. Наоборот, уточнила, в чем подвох с зарплатой.

Из офиса ушла раньше. Как раз чтобы успеть до конца рабочего дня в кафе. Поспрашиваю там, может кто-то знает, что Гараев предпочитает на завтрак, обед и ужин. Заодно зашла и в кофейню, чтобы, не торопясь, задать те же вопросы. Впрочем, узнать ничего особо не удалось. Гараева в заведениях прекрасно знали, но сообщить что-то конкретное не смогли. Заходит каждую неделю не по разу, заказывает разное, об аллергии не упоминал. В общем-то, этого и достаточно – главное, не отравить босса. А так, съест, что принесу. Либо пусть в следующий раз точнее формулирует.

6

По дороге домой, решила, что пока не стану ничего рассказывать. Пока не приняла решение, нечего маму тревожить. Потому что мое увольнение повлечет серьезные финансовые сложности для всех нас. Я сама к такому пока не готова. Значит, буду работать пока терпимо. И на сегодняшний день ничего страшного не случилось – основной стресс из-за нового функционала. И это нормально, не знаю, что делать, куда бежать. Привыкну, въеду в дела должности. Может, еще и уходить не захочется. Хотя для дальнейшего развития в профессии это тупик, конечно.

Весь вечер провела с девочками. Дала маме возможность передохнуть. Она взяла отпуск сразу за полтора года, но это лишь временная мера. Пока я привыкну к работе. Потом работать будем все, а дочери снова пойдут в садик. Сейчас же внимательно рассматриваю их рисунки и поделки, стараясь не отвлекаться мысленно.

Уложив детей, поняла, что мебель нужно перевозить срочно. Пока они спят на диване, мне места здесь просто нет. Хотя я бы с удовольствием осталась здесь – так сильно устала за день. В полудреме добралась до дома. Никакой записки в дверях с требованием освободить жилплощадь. На телефоне тоже нет сообщений и звонков от почти бывших родственников. Ну и хорошо. На выходные задача – решить, что нужно вывезти отсюда и заказать машину и грузчиков.

Приняла душ и легла спать. На диване в зале. В нашу с Сашей спальню даже заходить не хочется. Только вещи свои соберу, остальным пусть сам с мамой занимается. Так и уснула, всплакнув. Было грустно и от предательства мужа, и от того, что ночую раздельно с девочками, и от подкинутых родителям проблем, и от неизвестности завтрашнего дня.

Уже на границе между снов и явью вспомнила, как любовалась сегодня на руки Тимура Артуровича. И предупреждения главбуха. И отчего-то резко проснулась. Ворочалась потом минут двадцать, но сон как рукой сняло. Выругалась тихонько и пошла на кухню заваривать успокаивающий чай. Выпила пару чашек, но помогло не очень. Посидела, подперев голову рукой, и поняла внезапно. Я же раньше никогда так рано не ложилась. Просто устала сегодня, а обычно после того, как дочки уснут, у меня вторая смена начиналась. Помыть посуду после ужина, погладить Саше рубашку, пришить оторванные за день пуговицы, карманы. Составить план на завтра, неделю, месяц. Обсудить важные вопросы с мужем, уделить ему время. В конце концов, сексом заняться. Отдать тот самый супружеский долг. А оказалось, что последнее было не таким уж важным. Саша давно нашел другую, с кем слаще.

Осознав, что еще часа полтора у меня есть, отправилась готовить детскую кровать. Сняла постельное и закинула в машинку, упаковала в пакеты подушки, матрасы и одеяла. Это нужно отвезти в первую очередь. Я выбирала все ортопедическое, а мой старенький диван явно не может обеспечить такой же комфорт. Стоило в выходные сделать это, а не раскисать перед телеком. Но уже ничего не исправишь.

Пока занималась делами, в голову постоянно лезли мысли о Гараеве. Девушки к нему из столицы ездят. Причем и та, из-за которой он здесь оказался. Если верить Марии Семеновне. Может быть, сегодняшняя посетительница и есть его бывшая невеста. Так-то я и без подсказок поняла, что она неспроста прожигала взглядом. Хотя где я и где она. Мне столько не заработать, чтобы выглядеть настолько потрясающе. Поэтому и не беспокоюсь, что босс станет приставать. Зачем? Когда вокруг такие шикарные девушки.

Уснула не без труда, успела все переделать. А утром открыла глаза, потому что телефон разрывался. Не будильник, нет, а именно телефон. Спросонья схватила смартфон – мама. Испугалась, что что-то с девочками, поспешно нажала на экран.

– Что? – голос сипел и не слушался.

По ощущениям еще очень рано. И я абсолютно не выспалась, что ожидаемо.

– Яна, я сейчас Вике трубку дам. Она сама расскажет.

Так, спокойно – если Вика расскажет, значит, ничего ужасного не случилось.

– Да, конечно, – чувствую, как колотился сердце в груди.

– Мам, – слышу в трубке голосок дочери с капризными нотками. – Я в садик хочу.

– Доброе утро, милая, – не забываю про воспитательный момент. – Мы же вчера обсуждали это. И позавчера. Решили, что вы пока с бабушкой побудете.

– Нет, мне скучно. Я в садик хочу, к друзьям. Ну, пожалуйста, мамочка. Там у нас танцы и пение, и рисование.

Когда Вика начинает канючить, спорить с ней в принципе бесполезно. Могу запретить, но не стану этого делать. В садике привычная среда, и это прекрасно.

– А Иришка? – улыбнулась, радуясь, что увижу их совсем скоро.

– Тоже хочет.

– Тогда собирайтесь, я скоро приеду.

Отключилась и посмотрела на часы. Вовремя разбудили, как раз все успею.

На деле все оказалось не так быстро и просто. Доехав до родителей, успела попрощаться с папой, который уже уходил на работу. А вот дальше все застопорилось. В моей бывшей комнате на полу была разбросана детская одежда. Младшая плача, пыталась спорить с бабушкой. Та не уступала, настаивая на наряде по погоде. Я вмешалась было, но поняла, что если настаивать, получу истерику. В итоге договорились на летнее платье и самый теплый свитер поверх, гамаши, вязаные носки. В автобусе потерпит, зато весь день потом красивая будет.

В офис влетела почти без двадцати десять. Задыхаясь и переживая, что получу выговор. В приемной на диване сидел незнакомый мужик с хмурым видом.

– Яна Васильевна? – пробасил, увидев меня, и отложил газету.

– Да, – кивнула.

– Надо ехать. Опаздываем уже. Тимур Артурович будет недоволен.

– Да, хорошо, – прекратила разматывать шарф.

Точно, мне же к боссу домой надо. А завтрак? Я совсем забыла. Но времени, очевидно, уже нет. Придется что-то придумать, но сначала лучше поехать с этим невеселым мужчиной. Не хочу, чтобы из-за моей нерасторопности кто-то еще пострадал.

Схватила со стола записную книжку и ручку и бегом за водителем вниз.

Всю поездку я нервно проерзала на сидении. Просто не представляю, как буду объяснять отсутствие завтрака. Похоже, и увольняться не придется – кому такая помощница нужна? Которая голодом шефа морит.

Прокручивала в голове, что можно сделать. Даже попросила остановить у знакомого ресторанчика. На что получила грубоватый ответ, что, мол, и так опаздываем. С другой стороны, это и к лучшему. Вдруг Тимур Артурович всем сердцем предан именно кафе рядом с офисом.

Когда выехали из города, светлые мысли сами выветрились из головы – теперь и остановиться не знаю где можно. Шикарный пригород – не моя история точно. Значит, придется импровизировать по ходу дела. Как же страшно… Кажется, грохнусь в обморок, как только Гараев недовольно бровью поведет. А почему я так думаю? Не из робкого же десятка. Понятия не имею. Вероятно, потому что плохо его знаю, и выдумываю наихудшие варианты.

Водитель довез до ворот не дома, нет, особняка. По крайней мере, так на мой обывательский взгляд выглядело это внушительное строение с колоннами. Подошла к калитке и позвонила в домофон. Открыли без лишних вопросов. Осторожно заглянула во двор – шикарно. Дорожки, скамейки, укрытые на зиму деревья. Теперь понимаю, почему в офисе считают, что Гараева сюда сослали. Не с его финансовыми возможностями довольствоваться второй столицей.

Прошла к крыльцу с безмятежным видом. Будто бы каждое утро гуляю среди элитной недвижимости. Входная дверь оказалась не заперта. И в холле никого не было. Разделась и оставила верхнюю одежду на банкетке. Под нее поставила обувь. Немного нелепо себя ощущаю – в колготках по мрамору или что это на полу ходить непривычно.

– Доброе утро, – Гараев появился на лестнице.

Чуть не подавилась, увидев его. Просто кадр из романтического фильма старого Голливуда – красавчик в шелковом халате, окруженный роскошью. Только платиновой блондинки, повисшей у него на локте, не хватает.

– Доброе, – пробормотала и попыталась прекратить пялиться.

Тем более самое важное я уже увидела – рубашка и брюки на директоре тоже имеются.

– В шкафу внизу есть комнатные туфли. Надевай и пойдем на кухню. Ты привезла завтрак?

– Нет, не получилось, – мямлю виновато, разыскивая эти самые комнатные туфли.

– Ничего страшного. Ты же умеешь готовить?

– Конечно, – надеваю обувь, которую тапочками язык не повернется назвать.

Действительно, туфли.

– Тогда сделай что-нибудь быстрое. И поговорим пока.

Гараев спустился, убрав телефон в карман халата, и повернул направо. Пошла за ним, выдохнув. Конечно, я умею готовить. И говорят, очень неплохо. И как же здорово, что Тимур Артурович не возражает против домашней кухни.

В комнате больше похожей на столовую, директор указал в сторону плиты и холодильника. Сам же сел за стол и продолжил заниматься телефоном. Вымыла руки и принялась готовить. Так, яйца, молоко, ветчина – отлично, будет омлет. Огурцы, помидоры и сметана на салат. И хлеб обжарю.

– Яна, ты завтракала? – вдруг спросил.

– Нет, кажется, нет, – напряглась, но вспомнить так и не смогла.

– Кажется? – удивился он. – Тогда делай на двоих.

– Хорошо. Омлет, салат и тосты. Согласны?

– Да, отлично.

И на какое-то время он опять потерял ко мне всякий интерес. Я же спокойно занялась приготовлением несложных блюд. Я это каждый день делаю – о чем переживать?

На стол Тимур Артурович накрыл сам. Отложил телефон, достал из навесного шкафчика посуду и расставил. И получилось у него это отлично – а какие приборы и тарелки! Загляденье. Мне осталось только аккуратно выложить омлет и заправить салат.

Вспомнила, что позавтракать действительно не удалось. Я даже и не подумала об этом – настолько суматошное утро выдалось. И теперь предвкушала небольшую паузу за едой. И даже то, что напротив будет сидеть почти незнакомый мужчина, не сильно смущало. Поняла, что очень проголодалась.

После Гараев поручил грязную посуду мне, а сам сварил кофе. Поглядывала на него периодически – невероятный мужчина. Если с ним так приятно завтракать будучи сотрудницей, то как же ощущают себя его девушки на свиданиях? Возможно, поэтому и ездят сюда…

Попить спокойно кофе однако не удалось. Неожиданно разговор с нейтральных тем съехал на мою личную жизнь. Сначала вопросы были безобидные, и я спокойно отвечала. Сколько у меня детей, как зовут, какого возраста – никакая не тайна. А вот когда Гараев поинтересовался, что заставило меня выйти на работу, я напряглась. Скажу правду, рискую потерять место – проблемные работники никому не нужны. Совру, это вскоре всплывет.

– Просто захотелось поменять что-то, – начала уклончиво. – Я так долго сидела в декрете. Со втором ребенком уже проще многое. Решила, что смогу развиваться и профессионально.

Усмехнулся. Не надо быть спецом по психологии, чтобы понять – не поверил ни единому слову.

– А муж что? – и многозначительный взгляд на мою правую руку.

А кольцо я, разумеется, сняла.

– Все сложно, – буркнула раздраженно.

Гараев кивнул с улыбкой. Очевидно, моя попытка скрыть правду с треском провалилась. Ну и пусть – выкладывать начистоту все свои личные проблемы я не обязана.