Текст книги "Колдовской мир"
![](/books_files/covers/thumbs_240/koldovskoy-mir-9745.jpg)
Автор книги: Андрэ Нортон
Жанр: Героическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 13 (всего у книги 59 страниц) [доступный отрывок для чтения: 17 страниц]
Однако серебристый корабль, всплыв, равномерно покачивался на волнах, и больше не происходило ничего, словно судно было так же мертво, как и распростертые вокруг люди. Гвардеец справа тронул Саймона за руку и зашептал что-то.
Впрочем, вряд ли Саймона нужно было предупреждать – он не отводил от воды глаз и, конечно, тоже заметил, когда она снова забурлила. Поднявшиеся волны прибили к причалу первый корабль – похоже на то, что он не слушается руля.
И все-таки, не в силах поверить, что на борту корабля никого нет, гвардейцы продолжали выжидать. Лишь когда на поверхность поднялся третий корабль, а два других беспомощно закачались на поднятых им волнах, Саймон наконец встал, решив, что субмарины либо пусты, либо выведены из строя, но одно было бесспорно: они неуправляемы.
Не открывались и люки кораблей, а это позволяло думать, что на них нет ни экипажа, ни пассажиров. Правда, судя по обстановке на причале, все говорило о недавней поспешной погрузке – то ли при подготовке к нападению, то ли при отступлении с Горма. Но если кольдеры готовились к нападению, зачем убивать рабов?
Попробовать проникнуть внутрь этих серебристых торпед без всякой подготовки было бы опрометчиво, но и без присмотра оставлять их не стоит. Гвардейцы направились к лифту.
– Останетесь здесь? – обратился Саймон к своим спутникам, скорее спрашивая, чем приказывая. Мужественные гвардейцы вряд ли ослушались бы его, но он не хотел оставлять их здесь насильно.
– Эти корабли… Конечно, нужно узнать их тайну… – начал один воин. – Но не думаю, что они уйдут из этой гавани, командир.
Саймон принял эти слова как вежливый отказ. Все трое вошли в лифт, оставив за спиной подземную гавань и груды трупов. Прежде чем закрыть кабину лифта, Саймон поискал глазами панель управления – он хотел попасть на те этажи, где мог бы встретиться с отрядом Кориса, а не возвращаться в комнату с картой.
Однако стены лифта оказались совершенно голыми, делать было нечего – он закрыл дверь кабины, ожидая подъема. Когда стены лифта начали вибрировать, Саймон мысленно представил себе коридор, где находилась лаборатория, напряженно думая о том, что хорошо бы попасть именно туда.
Лифт остановился, дверь отъехала в сторону, и трое находящихся в кабине гвардейцев увидели перед собой изумленные лица вооруженных воинов. Лишь секундное замешательство спасло оба отряда от непоправимой ошибки, а затем кто-то окликнул Саймона по имени, и он увидел Брайанта.
Тут же к лифту протиснулся Корис.
– Откуда вы взялись? – воскликнул он. – Из стены выпрыгнули, что ли?
Саймон сразу узнал этот коридор, где сейчас собрались воины Эсткарпа: именно об этом месте он думал. Так неужели лифт доставил их сюда, повинуясь его желанию? Желанию!
– Вы нашли лабораторию?
– Мы много чего нашли, но мало что поняли. Но мы не встретили ни единого кольдера! А вы?
– Только одного, да и тот теперь уже мертв. Хотя кто знает, может, и все остальные тоже… – Саймон подумал о кораблях в подземной гавани. – В общем, я почти уверен, что здесь мы можем не опасаться встречи с ними.
Последующие несколько часов подтвердили, что слова Саймона оказались пророческими. Если не считать кольдера в металлическом шлеме, никого больше из прежних хозяев Горма обнаружить не удалось. И только по всей крепости гвардейцы находили мертвых рабов-воинов, которые лежали на полу где по два-три человека, а где и целыми отрядами. Создавалось такое впечатление, что все они одновременно рухнули в то самое мгновение, когда сила, заставлявшая рабов двигаться, неожиданно оставила их, бросила, превратив в ничто.
Обнаружили гвардейцы и тех пленников, что остались в соседней с лабораторией комнате; среди них Саймон нашел людей, вместе с которыми он не так давно мучился в мрачном трюме. Все они тяжело отходили от наркотического сна, а очнувшись, не помнили, что было после того, как в трюм корабля пошел газ. Но все благодарили своих богов, что попали на Горм слишком поздно и не разделили печальной участи всех рабов Кольдера.
Корис и Саймон привели в подземную гавань сулькарских мореходов и вместе с ними на шлюпке обследовали пещеру, пытаясь найти выход. Но всюду им преграждала путь скальная стена, и это означало одно: выход из гавани находится под водой, но по какой-то причине он оказался закрытым для этих серебристых кораблей.
– Если тот, в шлеме, управлял здесь всем, – рассуждал Корис вслух, – значит с его смертью закрылся и выход. Да вообще, наверное, после того как он был побежден в Игре Силы, его приказы стали противоречивы, и кольдеры просто-напросто запутались.
– Может, и так, – согласился Саймон, вспомнив все то, что промелькнуло перед его глазами в последние мгновения жизни кольдера в шлеме с проводами. Если остальные кольдеры и впрямь замурованы в своих кораблях, то Эсткарп вполне может праздновать победу.
К одному из кораблей кольдеров привязали канат, подтащили его к причалу и попробовали открыть крышку люка, но это не удалось. Оставив сулькарцев ломать голову над этой загадкой, Корис и Саймон вошли в лифт.
– Вот еще одна тайна кольдеров, – сказал Корис, когда закрылась дверь. – Наверное, тот, в шлеме, лифтом не управлял, ведь иначе мы не смогли бы им воспользоваться.
– Ты сам можешь запросто управлять им, – сказал Саймон и прислонился к стене кабины – на него вновь навалилась усталость. До полной победы, кажется, еще далеко, хотя все, о чем он думает, – только смутные предположения… И поверят ли ему колдуньи? – Представь коридор, где встретил меня, представь и удерживай в сознании.
– Так?.. – Корис снял шлем, прислонился плечом к стене и, сосредоточившись, закрыл глаза.
Дверь открылась. Перед ними был тот самый коридор, где находилась лаборатория. Капитан засмеялся, как счастливый ребенок, которому подарили новую игрушку:
– Эге! Да мне, Корису Безобразному, подвластно колдовство! Знать, у кольдеров Силой обладают не только женщины.
Саймон вновь закрыл дверь и мысленно представил себе комнату с картой на стене, находящуюся выше. Лишь когда они оказались на нужном этаже, Саймон ответил на восклицание Кориса:
– Возможно, именно этого наследства кольдеров нам и следует опасаться более всего. У них своя Сила, и ты сам видел, какого свойства, капитан. После кольдеров Горм остается сокровищницей их знаний.
Корис бросил свой шлем на стол, стоящий под картой, и, опираясь на топор Вольта, пристально посмотрел на Саймона:
– И ты хочешь, чтобы эта сокровищница не была разграблена? – Корис мгновенно уловил смысл сказанного.
– Не знаю… – Саймон тяжело опустился в кресло и, подперев голову руками, отрешенно смотрел перед собой. – Я не ученый и не разбираюсь ни в их технике, ни в их колдовстве. Сулькарцев будут искушать корабли кольдеров, колдуний – что-нибудь другое…
– Искушать? – Кто-то повторил это слово, и Корис с Саймоном обернулись.
Увидев садившуюся рядом колдунью, Саймон встал и заметил неподалеку Брайанта.
Колдунья была в шлеме и в кольчуге, но он подумал, что, даже если бы она, перевоплотившись, изменила свою внешность, он все равно узнал бы ее.
– Искушать… – снова повторила колдунья. – Верно замечено, Саймон, ты прав – нас многое будет искушать, и потому-то я здесь. Лезвие этого меча обоюдоостро, по неосторожности можно и пораниться. Быть может, стоит закрыть глаза на эти знания и уничтожить здесь все, оградив тем самым себя от опасности, но нельзя быть уверенными, что при этом мы не оставим открытой дверь для нового нападения кольдеров. Трудно защищаться, когда не знаешь, каким оружием пользуется противник.
– Кольдеров пока нечего опасаться, – осторожно начал Саймон. – Их тут и было-то немного, а если кто ушел, так и тех, пожалуй, можно преследовать до того места, откуда они явились. Но и там теперь закрыто!
– Закрыто? – спросил Корис.
– В последней схватке с предводителем кольдеров мне удалось узнать их тайну.
– Что они пришельцы из другого мира?
Саймон резко повернул голову. Колдунья вновь прочла его мысли или она знала что-то раньше, но молчала?
– Ты знала, госпожа?
– Я не читаю твоих мыслей, Саймон, но мы и сами узнали об этом совсем недавно. Да, они пришли сюда так же, как и ты, – но, думаю, с совсем другой целью.
– Они беглецы… бежали от какой-то катастрофы, которую вызвали сами, оставив за спиной пылающую пустыню. Не думаю, чтобы они осмелились оставить дверь открытой, и все-таки мы должны знать точно, ибо сейчас это самое главное.
– Ты считаешь, что, если мы воспримем их знания, нас может затронуть и их зло? Вряд ли. Долгие века Эсткарп жил в безопасности, охраняемый своей собственной Силой.
– Госпожа! Что бы вы ни решили, я не думаю, что Эсткарп останется прежним. Либо он изменится, либо погрязнет в застое, а это ведь равносильно смерти.
Они говорили так, словно находились в комнате только вдвоем, и ни Корис, ни Брайант не имели никакого отношения к обсуждаемому вопросу. Колдунья разговаривала с ним как равная с равным, раньше у Саймона такого с женщинами Эсткарпа не бывало.
– Ты прав, Саймон. Наверное, древнее единство моего народа нарушится; появятся те, кто захочет жить в обновленном мире. Но останутся и другие, которые откажутся от этих изменений. Однако все это в будущем. А что сейчас делать с Гормом, как ты думаешь?
Саймон устало улыбнулся:
– Я человек действия и отправлюсь на поиски Ворот, через которые пришли кольдеры, – выяснить, не собираются ли там свежие силы. Приказывай, госпожа, – я готов! Что же касается Горма, то я бы закрыл остров, пока не выяснится, что делать дальше. Ведь наверняка кое-кто не прочь овладеть тем, что здесь осталось после кольдеров.
– Верно. И Карстен, и Ализон дорого бы дали, чтобы похозяйничать в Сиппаре! – быстро согласилась колдунья, извлекая из-под кольчуги колдовской камень. – Слушай приказ, капитан! – обратилась она к Корису. – Пусть будет так, как предлагает Саймон. Эта сокровищница чуждых знаний должна быть закрыта. И пусть Горм будет очищен. Здесь останется гарнизон до тех пор, пока мы не решим, что́ со всем этим делать. – Колдунья улыбнулась Корису. – А командовать им будешь ты, Хранитель Горма.
7
Новое начало
Краска медленно заливала лицо Кориса. Он покраснел до ушей. В уголках его рта появились горькие складки, сразу состарившие его красивое юношеское лицо.
– Разве ты забыла, госпожа, – он со стуком бросил на стол топор Вольта, – что много лет назад Кориса Безобразного прогнали с этих берегов?!
– А что стало с Гормом потом? И с теми, кто прогнал тебя? – спокойно спросила колдунья. – Ты не забыл, капитан?
Рука Кориса сжала рукоять топора так, что побелели костяшки пальцев.
– Поищи другого Хранителя Горма, госпожа. Клянусь, я не вернусь сюда! Для меня это место проклято. Надеюсь, что у Эсткарпа нет претензий к капитану гвардейцев? Да и война, похоже, еще не кончена.
– Ты знаешь, он прав, госпожа, – вмешался Саймон. – Может, кольдеров и немного и большинство их замуровано в кораблях, что стоят в гавани, но необходимо добраться до их Ворот и убедиться, что они не собирают силы и не предпримут нового нападения. К тому же есть ведь еще замок Иль. И не осталось ли их гарнизона в Сулькаре? Мы не знаем и того, насколько далеко они зашли в Карстене и Ализоне? Может статься, это лишь начало большой войны.
– Хорошо. – Колдунья поглаживала камень. – Раз у тебя, Саймон, есть конкретный план – будь Хранителем ты.
Саймон не успел ничего ответить, как вмешался Корис:
– Я согласен. Владей Гормом! Вот тебе и мое благословение! И не думай, что я когда-нибудь заявлю на Горм свои права.
Но Саймон отрицательно покачал головой:
– Я солдат, и, кроме того, я из другого мира. Каждому свое. А мне – погоня за кольдерами.
Саймон провел рукой по глазам, зная, что если закроет их, то увидит узкий проход и ожесточенно пробивающихся через него людей.
– Ты собираешься в замок Иль? В Сулькар и дальше? – впервые заговорил Брайант.
– А тебе куда хочется? – спросил его Корис.
– В Карстен!
Если раньше Саймон считал Брайанта чересчур спокойным и безликим, то теперь он усомнился в своей оценке.
– А что там сейчас такого важного, в Карстене? – почти добродушно спросил Корис, но Саймон уловил в его голосе нечто такое, чего никак не мог определить словами. Похоже на то, что идет какая-то игра, но он не знал ни ее цели, ни правил.
– Ивиан!
Это имя прозвучало как боевой клич, и Брайант поднял глаза на Кориса, ожидая, как тот примет его вызов. Саймон переводил взгляд с одного воина на другого. Точно так же, как чуть раньше он разговаривал с колдуньей, теперь говорили эти двое, не обращая внимания на присутствующих.
Вновь Корис покраснел до ушей, затем побледнел, как человек, который вынужден вести борьбу и не в силах уклониться от нее. Когда капитан гвардейцев стремительно подошел к Брайанту, топор Вольта впервые остался лежать забытым на столе.
Со смешанным выражением вызова и надежды Брайант смотрел на Кориса, а тот положил руки ему на плечи и с такой силой сжал их, что у Брайанта наверняка остались синяки.
– Ты и в самом деле хочешь этого? – с трудом выдавил из себя капитан.
Ответ Брайанта был уклончивым.
– Я хочу свободы, – тихо сказал он.
Корис убрал руки с плеч юноши и рассмеялся с такой горечью, что Саймон невольно содрогнулся.
– Не беспокойся, она – твоя!
Корис так и отошел бы, если бы Брайант не схватил его за руку.
– Свобода мне нужна лишь для того, чтобы сделать свой выбор, и… он уже сделан. Неужели ты сомневаешься? Или тебя смущает то, что у меня нет той силы, которой обладает Альдис?
Альдис? Наконец-то Саймон все понял.
Корис держал Брайанта за подбородок и смотрел ему в лицо – на него капитан мог смотреть сверху вниз, а не снизу вверх, как на других.
– Ты отвечаешь ударом на удар, – заметил он. – Неплохо. Да, у Ивиана есть Альдис, и пусть они милуются друг с другом сколько угодно, хотя, на мой взгляд, его выбор не очень удачен. Но если на одном топоре был заключен брак, почему бы не заключить его на другом?
– Брак, заключенный лишь бормотанием Сирика! – вспылил Брайант, но он уже больше не вырывался из рук капитана.
– Нет нужды говорить мне это, наследница Верлена! – улыбнулся Корис.
– Лоиса, наследница Верлена, мертва! – сказал Брайант. – У меня нет наследства, капитан.
Корис слегка наморщил лоб:
– И об этом не стоит говорить. Разве я похож на того, кто ищет богатую жену?
Пальцы девушки выскользнули из руки Кориса и легли ему на губы, призывая к молчанию. В ее глазах горело возмущение.
– Корис, капитан гвардейцев Эсткарпа, ты не должен так говорить о себе! И тем более такой женщине, как я, – без наследства и далеко не красавице.
Саймон подошел к колдунье, понимая, что этим двоим теперь не до них, тронул женщину за плечо и улыбнулся.
– Оставим их сражаться друг с другом, – прошептал он.
Колдунья тихо рассмеялась:
– Я думаю, что этот разговор о том, кто чего стоит, скоро закончится полным молчанием.
– Насколько я понял, она и есть пропавшая наследница Верлена?
– Верно. И лишь с ее помощью мне удалось оттуда бежать – с Фальком шутки плохи.
Саймон, чутко улавливающий все оттенки ее голоса, помрачнел.
– Думаю, Фальк и его грабители скоро получат хороший урок, – заметил он.
Зная сдержанность колдуньи, Саймон никак не ожидал услышать подобное признание. И уж если обладательница Дара признается в таком, значит было и в самом деле очень опасно. У него возникло внезапное желание взять один из сулькарских кораблей, погрузить на него отряд воинов-горцев и отправиться в поход на юг.
– Да, Фальк получит хороший урок, – повторила колдунья, сохраняя свое обычное хладнокровие. – Но, как ты сказал, мы еще не окончили войну и до победы еще далеко. Безусловно, Верлен и Карстен нельзя оставлять без присмотра. Саймон, меня зовут Джелита.
Это было так неожиданно, что Саймон даже не сразу понял, что произошло. Зная древний обычай, которому колдуньи столь неукоснительно следовали, он глубоко вздохнул, с удивлением принимая такую безоговорочную капитуляцию. Ведь имя – самое сокровенное достояние колдуньи, имени они не открывают никому!
Подобно Корису, оставившему топор на столе, Джелита положила на стол свой колдовской камень, подошла к Саймону, и он понял, что это означает: она сознательно обезоружила себя, сознательно отбросила всякую защиту и теперь отдает ему в руки то главное, что составляло ее жизнь. Саймон мог только догадываться, чего это ей стоит, и у него перехватило дыхание.
Он сделал шаг навстречу Джелите и обнял ее; его губы искали ее жаждущих губ, и в этот миг Саймон понял, что наконец-то и он сам изменился, наконец-то стал частью этого мира, его жизнь навсегда переплелась с ее жизнью. И так будет до конца его дней. И ничего другого не надо.
Книга II
Паутина Колдовского мира
1
Вызов
Ночью была гроза. Порывы штормового ветра обрушивались на стены старого замка, швыряли потоки ливня в оконца башни. Но за стенами Южного форта неистовство бури переходило в глухой шум, и этот шум успокаивал Саймона Трегарта.
Буря не волновала его. Таким, как он, не привыкать противостоять стихиям. Но в этот ранний предрассветный час, прислушиваясь, как часовой, к далеким звукам, он испытывал смутную и непонятную тревогу. Сероватый свет рассеял тени, гроза прошла, а тревога осталась.
Саймон протянул руку вдоль постели. Движение было неосознанным, как и чувство, которое им овладело: он просто нуждался в поддержке, хотя и не понимал еще, что случилось.
Пальцы ощутили тепло тела и нежность кожи. Он повернул голову. Лампа не горела, но тусклого рассеянного света хватало, чтобы разглядеть лежащую рядом. Широко открытые глаза невозмутимо встретили его взгляд, но в глубине их таилось то же беспокойство, что испытывал Саймон.
Джелита, колдунья Эсткарпа, ставшая его женой, резко приподнялась. Шелковистые черные волосы, выскользнув из-под щеки Саймона, рассыпались по ее плечам. Прикрыв руками маленькие крепкие груди, она оглядывала зал, благо полог в эту душную ночь был откинут.
То, чем жил Саймон Трегарт сейчас, воспринималось им в разное время по-разному. Когда он мыслями уходил в прошлое, настоящее казалось ему навязчивым сном. Но стоило ему забыть о былом, и мир снова обретал реальность. Кто же он такой? Разжалованный армейский офицер, преступник, избежавший мести своих сообщников по темным делам? Он воспользовался услугами Йорга Петрония, чтобы остаться в живых, и прошел через Ворота из каменных плит, чудом сохранившиеся с доисторических времен. Ходили слухи, что всякий, кто решится войти в них, таинственным образом исчезает из этого мира и попадает в иной, более близкий его душе. И это был один Саймон Трегарт.
Другой Трегарт лежал сейчас в постели – здесь, в Южном форте Эсткарпа. Саймон Трегарт – Хранитель Границы, присягнувший служить Владычицам и взявший себе в жены одну из колдуний этой древней страны. И это «сейчас» было одним из тех моментов, когда настоящее полностью заслоняло прошлое и он, как бы пройдя невидимую грань, слился с миром, в котором оказался так внезапно.
Острое предчувствие опасности пронзило Трегарта, прервав цепь размышлений о том, кто он такой и что здесь делает. Так же как Джелита, он резко поднялся и сел, коснувшись ее плечом. Его пальцы сжимали рукоять самострела, и выглядел он нелепо – ведь не было сигнала к бою, но только зов о помощи, непонятно, как им воспринятый.
– Саймон… – Голос Джелиты звучал ниже, чем обычно, и дрожал.
– Да, я тоже чувствую. – Саймон соскользнул с широкого ложа на ступеньки помоста и потянулся к креслу, на котором лежала одежда.
Где-то у стен Южного форта или в его окрестностях случилось что-то неладное. Он стал перебирать в уме возможные варианты. Морской набег карстенцев? Саймон был уверен, что через горы отрядам герцога не пробиться: горы патрулировались сокольниками и подчиненными ему отрядами защитников границы. А может быть, внезапный удар со стороны Ализона? Угрюмое молчание северного соседа давно внушало подозрения…
Саймон натягивал сапоги и застегивал пояс, когда на ум пришло еще одно предположение, от которого у него перехватило дыхание, – кольдеры! Ведь они не были окончательно уничтожены, и теперь сила, столь же чуждая этому миру, как он сам, пробудилась и опять грозит Эсткарпу.
Уже несколько месяцев – с тех пор, как этот коварный враг нанес удар и был отбит, с тех пор, как оплот кольдеров, остров Горм, был взят штурмом, а попытка кольдеров подчинить себе соседний Карстен провалилась, – о них ничего не было слышно. Даже удержанный ими замок Иль молчал, и отряды Эсткарпа не могли ни с моря, ни с суши преодолеть невидимый барьер, защищающий его стены и башни. Саймон и не думал, что победа на Горме – это конец угрозам со стороны Кольдера: опасность сохранялась до полного изгнания чужеземцев за море. Но пока забот хватало и без того: Ализон на севере был подобен псу, готовому сорваться с цепи, а Карстен на юге – подобен дремлющему вулкану.
Саймон вслушивался в тишину, ожидая ударов набата: защитников границы, составлявших гарнизон форта, нельзя было застать врасплох. Но сигнал тревоги так и не прозвучал.
– Саймон! – Оклик был таким громким и повелительным, что он резко обернулся, держа оружие наготове.
В сумеречном свете лицо Джелиты казалось мертвенно-бледным, а глаза – бесцветными, и трудно было понять, что это – страх или нечто другое? Джелита набросила на себя темно-красное платье из тонкой ткани и придерживала его одной рукой, не успев вдеть в рукава. Платье волочилось по полу, пока она, как лунатик, медленно обходила ложе, приближаясь к Саймону. Но нет, Джелита не находилась в состоянии транса, и не страх владел ею.
– Саймон, я все та же!..
Эти слова поразили его еще больше, нежели оклик: они отозвались в нем глубокой болью, и он подумал, что эта боль не уйдет со временем, но будет расти. Так вот оно что! Значит, для нее это настолько важно? Так важно, что с тех пор, как они стали мужем и женой, она чувствовала себя ущербной и мучилась этим? И тут же другая часть его сознания, менее подвластная эмоциям, заговорила в защиту Джелиты. Колдовство было неразрывно связано с ее жизнью; как и все колдуньи, она гордилась своим Даром и испытывала восторг, владея им, однако женщина по своей воле простилась со всем этим, когда пришла к Саймону, а ведь для нее было несомненным то, что, выходя замуж, она навсегда утратит свой Дар. И как же он не понял всего этого раньше?!
Саймон протянул ей руку, хотя ему не терпелось обнять жену и крепко прижать ее к себе. Их пальцы сомкнулись, и он почувствовал, как радость, которой лучилась каждая частичка ее существа, вспыхнула в нем.
– И как ты… – начал было он, но Джелита перебила:
– Знаешь, это все еще со мной, я ничего не потеряла. О Саймон, я стала женщиной и все же не утратила своего Дара!
Ее рука разжалась, и платье, которое она придерживала на плечах, упало, а пальцы машинально потянулись к груди, отыскивая колдовской камень, с которым она рассталась при бракосочетании.
Глаза Джелиты потускнели, когда она не нашла того, что помогло бы сейчас распорядиться энергией, переполнившей ее. Затем, видимо по старой привычке находить выход из любой ситуации, она отошла от Саймона и замерла на месте, слегка наклонив голову, будто к чему-то прислушиваясь.
– Набата не слышно. – Саймон поднял платье и набросил ей на плечи.
– Я и не думаю, что это нападение, – ответила Джелита. – Но где-то неспокойно, надвигается зло.
– Если так, откуда оно исходит или от кого?
Женщина по-прежнему стояла в настороженной позе, но Саймон уже понял, что она прислушивается не к внешним звукам, а к тому, что говорит ей Сила. Его же собственное беспокойство уже переросло в жажду немедленного действия, только вот против кого или чего?
– Лоиса!.. – произнесла Джелита низким голосом и, стремительно повернувшись, направилась к сундуку, в котором хранилась ее одежда. Она принялась поспешно одеваться, но не в домашнее платье – Джелита достала кожаную куртку, которую носят под кольчугой.
Лоиса? Саймон не был уверен, что именно ей грозит беда, но не стал подвергать сомнению наитие жены. Судьба свела их, четверых, в борьбе за свободу Эсткарпа и за собственную свободу. Они боролись вместе против зла, которое Кольдер принес в этот некогда прекрасный мир: Саймон Трегарт – пришелец из другого мира; Джелита – колдунья Эсткарпа; Корис, когда-то изгнанный с Горма, – капитан гвардейцев, а затем сенешаль и маршал Эсткарпа; и Лоиса, наследница Верлена – замка на побережье, владельцы которого за многие годы скопили несметное богатство, грабя потерпевшие крушение корабли. Сбежав из замка после обручения с герцогом Ивианом, она вызволила из Верлена и Джелиту, оказавшуюся там пленницей. Вдвоем пробравшись в Карс, они начали тайную борьбу с герцогом и его приспешниками. Лоиса, одетая в кольчугу и вооруженная мечом, была среди воинов Эсткарпа, когда они штурмовали Горм. А потом в цитадели Сиппара она поклялась в верности Корису. Эта хрупкая на вид девушка оказалась на деле сильным и смелым воином.
Сейчас ей, очевидно, грозила беда, поскольку Джелита почувствовала, что Лоиса в опасности.
– Но Лоиса в цитадели Эса, – вымолвил Саймон, надевая кольчугу. – А это – сердце страны. Если враг осмелился…
– Нет, что-то не так, – отозвалась Джелита. – Море… В том, что я вижу, главное – море.
– Корис?
– Нет. Кажется, нет… О, если бы у меня был камень! – Она натянула сапоги. – А так – будто гадаешь, что там, в тумане? Куда плывет – видишь, но что несет в себе – неизвестно. И все-таки Лоиса в опасности, и это связано с морем.
– Кольдер? – не удержался Саймон от самого страшного предположения.
– Заслона кольдеров тоже нет. Чувствую только зов о помощи. Саймон, мы должны ехать куда-то на юго-запад. – Она слегка повернулась, сосредоточив взгляд на стене, будто что-то видела сквозь нее.
– Едем, – коротко бросил он.
В жилой части форта было еще тихо, но, торопливо выбегая из зала на лестницу, они услышали, как меняется караул.
– Собрать всадников! – прокричал Саймон вниз.
Его приказ был услышан – последовал слегка удивленный возглас, и они еще не успели спуститься во двор, как протрубили тревогу.
Гарнизон форта в любую минуту готов был отразить внезапную атаку: весной и летом сигнал тревоги звучал не раз, собирая его отряды на защиту границы. Ударные силы гарнизона, которыми командовал Саймон, состояли в основном из карстенских беженцев, принадлежавших к Древней расе. У них, покинувших родные места из-за резни, устроенной в Карстене по приказу герцога, были причины ненавидеть грабителей и убийц, которые властвовали ныне на их земле и быстрыми набегами прощупывали оборону Эсткарпа – последнего прибежища этой расы темноволосых и кареглазых людей, сохранивших мудрость предков и чистоту крови; расы, чьи женщины были наделены колдовским Даром, а мужчины, несколько угрюмые на вид, отличались силой и ловкостью – качествами, необходимыми в ратных делах.
– Сигнальных огней не видно, командир…
Ингвальд, помощник Саймона еще с прежних времен, ждал его во дворе крепости. Но вместо Саймона ему ответила Джелита:
– Был другой сигнал, капитан.
Ингвальд посмотрел на нее удивленно, но все же спросил:
– Нападение где-то поблизости?
– Нет, – сказал Саймон. – Что-то случилось на юго-западе. Мы отправляемся туда с частью гарнизона, а ты останешься командовать здесь.
Офицер, казалось, хотел возразить, но, помешкав, отчеканил:
– Отряд Дарстена находится в полной боевой готовности и может немедленно отправиться в горы.
Из кухни выбежала служанка с блюдом, на котором лежали походные хлебцы с кусочками жареного мяса, только что вынутые из печи. За ней неуклюже трусил толстый парнишка-помощник с кубками, наполненными вином. Джелита и Саймон ели стоя и наблюдали за тем, как конники проверяют лошадей и готовят к походу оружие.
Неожиданно Джелита чуть слышно засмеялась:
– Передающая вести услышала меня, и я сообщила ей наши новости. Жаль, что у меня нет камня, он бы сейчас очень пригодился.
Саймон был изумлен, – выходит, Джелита даже без своего камня способна общаться с юной колдуньей, связывающей их со штабом Эсткарпа! Благодаря этому военный совет уже получил сообщение Джелиты об опасности.
Саймон восстанавливал в памяти картину местности, по которой им предстояло ехать. Предгорья и горы на юге, берег моря на западе. Можно встретить на пути одну-две деревеньки, ни фортов, ни замков там нет. Правда, встречаются посты, но силы их незначительны, и к тому же располагаются они в отдалении от границы, а значит, не могут служить постоянным местом пребывания колдуний, способных предупреждать о набегах врага. Поэтому остается единственный способ связи – сигнальные огни, зажигаемые на холмах. Ни один такой огонь сейчас не горел.
Что делала там Лоиса; почему она покинула Эс и поспешила в пустынный край?
– Ее заманили туда хитростью. – Джелита снова будто прочла его мысли. – Как именно заманили, сказать не могу, но зачем – кажется, догадываюсь.
– Происки Ивиана?
Это могло служить объяснением любому действию, направленному против наследницы Верлена. По законам Карстена Лоиса – жена Ивиана, хотя они даже не видели друг друга. И обручение с ней позволяло герцогу претендовать на владение Верленом. Стоит лишь привезти в Карстен Лоису, и тогда сделка, которую Фальк заключил с герцогом, будет завершена. В Карстене, по слухам, царит смута. Ивиан, бывший наемник, добившийся власти благодаря тому, что собрал под своим началом мощное войско, чувствует враждебность со стороны старой знати. И ему необходимо решительно развеять эту враждебность, иначе его власть окажется под угрозой.
А поскольку Лоиса находится в родственных отношениях с тремя могущественными кланами Карстена, герцог мог бы, используя ее как средство для достижения своих целей, добиться многого. Но конечно, не только Карстен беспокоит его.
Ивиан чувствует себя неуютно, сознавая, что резня, которую по его приказу устроили людям Древней расы, вряд ли останется безнаказанной. Скорее всего, он не поверит, что колдуньи Эсткарпа не будут чинить ему зла, и в подобной ситуации Лоиса – тем более та сила, которую герцогу необходимо заполучить в свои руки.
Они выехали из крепости скорой рысью: Саймон впереди, рядом, чуть поотстав от него, – Джелита; за ними – двадцать конников Дарстена. До моря было часа четыре верховой езды. Пока не пал Сулькар – город моряков-торговцев, тракт, по которому ехал отряд, был торговой артерией Эсткарпа, связывая собой полдюжины деревень и один небольшой городок с этим свободным портом. Но после гибели Сулькара дорогой пользовались редко, и она пришла бы в полное запустение, если бы не дозорные, время от времени расчищавшие ее от поваленных бурями деревьев.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?