Текст книги "Федерация. Артефакт"
![](/books_files/covers/thumbs_240/federaciya-artefakt-270404.jpg)
Автор книги: Андрей Красников
Жанр: Космическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Важным было другое – до прибытия на Орион-четыре осталось всего две недели.
Глава 3
Наше появление на границе системы Ориона прошло незамеченным – корабль очень долго гасил набранную скорость, затем корректировал маршрут, включал и выключал двигатели, однако засечь эти действия жители колониального мирка так и не смогли. Мы успешно сблизились с плоскостью эклиптики, взяли курс на четвертую от звезды планету, пролетели мимо щеголявшего желтовато-коричневыми полосами газового гиганта, после чего оказались в непосредственной близости от цели – теперь до нее оставалось не больше суток пути даже с учетом активного торможения.
Именно в этот момент майор Петров решил, что пришло время для финальных инструкций.
– Сегодня я займу роль главного докладчика, – сообщил он нам во время очередного собрания. – С разрешения шефа, конечно же.
– Да, без проблем, – охотно кивнул рассматривавший пустую чашку консультант. – Поступай, как хочешь.
– Спасибо. Итак, совсем скоро мы встретимся с представителями Ориона-четыре. Господин Кристенсен и так в курсе глобальной ситуации, а для всех остальных напомню, что межзвездные торговые контакты предполагают некоторый риск, связанный с чересчур большими временными интервалами. Мы вели переговоры с орионцами полтора года назад, тогда все прошло очень даже хорошо, но сейчас могут возникнуть трудности, связанные с изменением политического вектора либо внутренних перестановок. Следовательно, наша первоначальная задача состоит в том, чтобы сгладить любые шероховатости, а также подтвердить выполнение действующего контракта на принятых ранее условиях.
– Не беспокойся, Алексей, у меня есть такой опыт.
– Очень хорошо. Второе, что необходимо сделать – это обеспечить нам полноценный доступ на планету. Инженерной группе придется следить за развертыванием комплекса, мы будем заняты дипломатией, поэтому любое сокращение количества участников миссии является критичным. Допуск обязаны получить как минимум пять инженеров, а также один сопровождающий вас и госпожу Кройц технический специалист. В любом ином случае мы разворачиваемся и улетаем, а Федерация снижает уровень дипломатических отношений с системой Ориона до нейтрального.
– То есть, закрывает их посольство? У меня есть полномочия это обещать?
– Да, все согласовано.
– Скорее всего, до такого не дойдет, – решил вмешаться в беседу капитан Алавес. – Но исключать худший вариант мы не можем.
– Хорошо, я вас понял.
– Последним важным моментом является отсутствие контроля за действиями комплекса. Разведка месторождений на этой планете давно осуществлена, район добычи полезных ископаемых очерчен, управляющие модули запрограммированы, так что внешние советы нам не потребуются.
Консультант задумчиво потер лоб, а затем уточнил:
– А у вас есть карта разведанных мест? Я ее пока что не встречал.
– Да, конечно.
– Так… одну секунду…
Для меня осталось загадкой, что именно изучал Кристенсен, но увиденное его совершенно точно не впечатлило – на лице специалиста почти сразу же возникла скептическая гримаса, а брови начали медленно подниматься, демонстрируя крайнюю степень удивления.
– Ничего не могу понять. Вы действительно хотите заняться разработкой этих урановых залежей?
– Наверное, – пожал плечами майор. – Тут решение принимали другие люди.
– Очень странно. В той же климатической зоне есть как минимум три более перспективных месторождения. К одному из них даже проложены дороги. Что мешало выбрать их?
– Не знаю, говорю же.
– Есть вероятность, что мы сознательно решили уменьшить эффективность комплекса? Чтобы экономический эффект для планеты был снижен?
– Понятия не имею, – безмятежно улыбнулся офицер. – Но думаю, что эту версию вряд ли стоит озвучивать перед нашими новыми друзьями.
– Да уж, – пробурчал консультант, внимательно рассматривая пустоту. – Ладно, я вас понял. Еще какие-нибудь мелочи есть?
– Остальные детали не играют особой роли. Хотя позаботиться о контрактах дежурных инженеров все-таки стоит.
– Если будут приняты общие условия, то с частностями проблем не возникнет.
– Тогда на этом можно закончить.
– Хорошо. Скоро они нас заметят?
– Думаю, часов через десять.
Майор почти угадал – спустя одиннадцать с половиной часов жители системы наконец-то решили установить с нами связь. Так как именно в этот момент стартовала настоящая дипломатическая работа, капитан корабля пригласил к себе на мостик Петрова и Кристенсена, а для остальных участников миссии организовал прямую трансляцию переговоров. Те начались с определенной задержкой – несмотря на следовавшие один за другим вызовы, экипаж педантично дождался появления всех действующих лиц и лишь затем поддержал контакт.
– Неопознанное судно, доложите о своей территориальной принадлежности, – тут же послышался чей-то нервный голос с легким испаноязычным акцентом. – Неопознанное судно, доложите о своей…
– Вас приветствует транспорт Земной Федерации, бортовой номер пять-одиннадцать-шестьсот сорок шесть, – откликнулся наш капитан. – Идем в систему согласно торговому контракту на поставку горнодобывающей техники. Готовы принять корректирующую траекторию для выхода на орбиту Ориона-четыре.
После его сообщения в эфире воцарилась тишина. Затем ее нарушил абсолютно не соответствующий каким-либо протоколам вопрос:
– Федерация? Действительно?
– Так точно. Вас приветствует транспорт Земной Федерации, бортовой номер…
– Да-да, я слышал.
Тишина вернулась – руководивший кораблем офицер явно не желал говорить больше самого необходимого минимума, а его собеседник пытался собраться с мыслями и найти верную линию поведения. Спустя минуту это вылилось в осторожное, но вполне уверенное заявление:
– Вас понял. Оставайтесь на траектории, мы проведем досмотр.
– Земная Федерация расценивает каждое из своих судов в качестве территории, на которую не распространяются нормы права, действующие в других государствах, – скучным голосом ответил капитан. – Любая попытка зайти на борт нашего транспорта будет приравнена к объявлению войны.
– Какой еще войны? – растерялся его собеседник. – Это обычный досмотр.
– Земная Федерация расценивает каждое из своих судов…
– Хватит повторять эту хрень, – внезапно рассердился неизвестный таможенник. – Здесь наша система, а не ваша чертова Федерация. Или досмотр, или улетайте к чертовой матери.
– Так точно. Запись нашего разговора будет передана в посольство. Ожидайте счет за разрыв контракта, транспортные расходы и репутационный ущерб.
– Какой еще счет?
– Стойте, капитан, – решил вмешаться Кристенсен. – Дайте я с ним поговорю.
– Без проблем, говорите.
– А ты еще кто? – настороженно спросил орионец. – И о каком счете идет речь?
– Меня зовут Ларс Кристенсен, я представляю интересы Земной Федерации, а также корпорации «Ицамна». Разрешите объяснить вам ситуацию?
– Объясняйте.
– Между нашими государствами заключен контракт на поставку оборудования. Это оборудование позволит вашей планете расширить спектр добываемых ресурсов, оживить торговлю с соседями, а также поднять экономику на более высокий уровень. Следите за моей мыслью?
– Слежу.
– В данный момент вы мешаете осуществлению этого контракта. Знаете, что скажет ваш президент, когда узнает, что он был сорван благодаря вашим действиям? Напомните, в этой системе еще практикуется смертная казнь?
– У меня есть обязанности, которые…
– Ваша обязанность – связаться с вышестоящим начальством и доложить ему о нашем прибытии. С текущей ситуацией должен разбираться президент, а не таможенник. Вы способны это уяснить?
– Ждите, – сухо произнес орионец. – Разберемся.
Связь оборвалась. Догадавшись, что ничего интересного прямо сейчас не произойдет, Финн откинулся на спинку кресла, а потом демонстративно зевнул:
– С этими колонистами вечно одна морока. Одичали совсем за двести лет.
– Да тут кто угодно бы одичал, – хмыкнул в ответ Скотт. – Замкнутое общество, недостаточность популяции, научная деградация, все дела.
– Надо же, сколько умных терминов вы знаете.
– Иначе никак, госпожа Кройц.
– В принципе, разговор получился хорошим, – заметил потягивавший фруктовый чай капитан Алавес. – Конфликта не случилось, доклад уйдет куда надо, а дальше уже будет легче.
– Все верно, Хосе, – подтвердил зашедший в помещение Кристенсен. – Я изучал психологию таких переговоров, здесь оказался вполне стандартный вариант. Как только объясняешь им возможные последствия, они сразу же начинают думать.
– Лишь бы у них там от испуга мозги не растворились.
– Надеюсь, обойдется.
Следующие несколько часов корабль продолжал двигаться по своей траектории, постепенно сбрасывая скорость и готовясь к финальному маневрированию. Все это время нас никто не беспокоил, однако работа по встрече нежданных гостей продолжалась – когда транспорт оказался в нескольких миллионах километров от планеты, последовал еще один вызов. На этот раз канал связи был достаточно устойчивым для того чтобы передавать по нему визуальную картинку и мы наконец-то увидели собеседника – одетого в красивую темно-синюю форму седовласого мужчину с глубоко посаженными усталыми глазами. Впрочем, его голос ничем не напоминал голос первого оратора, да и характерный акцент почти не ощущался – сейчас на контакт явно вышел кто-то другой.
– Приветствую транспорт Федерации, – без какого бы то ни было пафоса произнес орионец. – Для вас введен специальный таможенный режим. Отправляю траекторию для выхода к станции прибытия.
Биок любезно подсказал мне, что с нами связался заместитель командующего местной орбитальной группировки – некто Рамон Ленарес. Справка характеризовала его в качестве очень спокойного и делового человека, тщательно выполняющего свой долг и не старающегося проявлять ненужную инициативу. По большому счету, такой куратор являлся чуть ли не идеальным.
– Благодарю вас, контр-адмирал, – вежливо откликнулся капитан. – Траектория получена. Приступаем к выполнению и ждем дальнейших указаний.
– Я передам их, когда подойдете ближе. До встречи.
– До встречи.
Заключительный этап оказался самой неприятной частью перелета – в целях экономии времени корабль до последнего момента сохранял запас скорости, вследствие чего был вынужден тормозить с удвоенной интенсивностью. Это привело к резким перепадам гравитации, валящимся с полок вещам, разлитому кофе и другим неприятностям, но в конце концов болтанка закончилась, а в иллюминаторах показались контуры здоровенной орбитальной крепости, висевшей над экватором затянутой облаками и увенчанной массивными ледяными шапками планеты.
Открывшееся моему взгляду сооружение являлось весьма интересным пережитком колониальной эпохи – именно на ее закате отдельные свободолюбивые государства начали всерьез заботиться о собственной безопасности и тратить колоссальные силы для создания глобальных линий обороны. Где-то эта задача реализовывалась с помощью низкоорбитальных платформ, где-то строились более серьезные укрепления, однако в результате большинство разработок оказались эффективными лишь на бумаге – задержать высадку классического десанта они действительно могли, но любые другие задачи гарантированно проваливали. Собственно говоря, именно после изучения нескольких локальных конфликтов Федерация обновила стратегию космической безопасности, приняв в качестве базовой доктрины необходимость защищать звездные системы, а не отдельные планеты.
– Такое редко увидишь, – заметил оказавшийся рядом со мной Скотт. – Кстати, есть одна интересная теория, которая гласит, что именно такие вот базы стали причиной упадка отделившихся колоний.
– Да, рентабельность здесь явно нулевая.
Приближавшаяся к нам крепость выглядела очень внушительно – на растопырившейся во все стороны платформе виднелись многочисленные батареи лазерных излучателей, длинные трубы ракетных систем, угловатые выступы рельсотронов и прочие атрибуты допотопной военной мысли. Вот только поддерживать все это богатство в работоспособном состоянии для находившейся в упадке экономики планеты было откровенно непосильной задачей – я не смог заметить ни одной действующей установки. А если верить справке, то грозная некогда база уже довольно давно превратилось в самый обычный космопорт, время от времени принимавший и отправлявший восвояси редких гостей.
– Им бы этот хлам под грузовой терминал переоборудовать, – хмыкнул лейтенант. – Может, когда комплекс развернем, займутся.
– Чувствую, им для этого весь парк техники обновить надо будет.
– А еще интеллектуальные системы закупить.
На стене вспыхнул дисплей, отобразивший спокойное лицо орионского контр-адмирала. Тот несколько секунд молчал, а затем формально улыбнулся и произнес:
– Добро пожаловать в Светлую систему. У вас есть транспорт для визита на станцию или мне послать за вами челнок?
– Транспорт есть, – раздался голос нашего капитана. – К вам отправится дипломатическая группа во главе с господином Ларсом Кристенсеном. Ждем траекторию.
– Хорошо. Для контактов с правительством понадобятся личные данные вашего экипажа. Мы хотим знать, с кем имеем дело.
– Разумеется. Пакет документов уже подготовлен.
– В таком случае не вижу никаких проблем. Ждем вас на борту.
Официальный визит начался достаточно скучно – мы выслушали самые последние инструкции от майора Петрова, перебрались в челнок, а затем направились к висевшей в паре километров от нас базе. Легкое суденышко преодолело этот путь за несколько минут, после чего скользнуло в гостеприимно распахнутые створки маленького ангара и остановилось.
– Внешнее давление не соответствует критериям безопасности, – тут же сообщил автопилот. – Рекомендуется использование скафандра. Внимание, давление повышается. Безопасный уровень будет достигнут через десять секунд.
– Хорошо хоть, воздуха для нас не пожалели, – усмехнулся Финн. – Обнадеживает.
– Внешняя среда безопасна для жизни.
– Ну что, идем.
Орионцы приложили максимум усилий для того чтобы устроить нам достойную встречу, но все равно не успели – когда мы начали выбираться из челнока, то увидели, как лихорадочно суетящиеся пехотинцы пытаются организовать возле него почетный караул. А сжимавший в руках свернутую ковровую дорожку человек лично у меня вызвал прилив жалости – у бедолаги не оставалось ни единого шанса расстелить ее перед нами и тем самым исполнить приказ своего командира. Слишком уж быстро произошла высадка.
В отличие от меня, шедший впереди Кристенсен явно ощущал себя как рыба в воде – спустившись с трапа, консультант широко улыбнулся одному из солдат, махнул рукой появившемуся в дверях ангара офицеру, а затем уверенной походкой направился вперед. Чувствовалось, что он ассоциирует себя с этаким благородным миссионером, только что доставившим свет цивилизации в поселок необразованных дикарей. Как ни странно, у него действительно имелись для этого некие основания.
– Приветствую посольство Федерации на борту станции, – неожиданно громко рявкнул офицер. – Долг и воля!
Выстроившиеся в две шеренги бойцы синхронно щелкнули каблуками, а затем крепко вцепились в свои винтовки и замерли, уподобившись каменным изваяниям. Наверное, это считалось здесь особым шиком.
– Благодарю вас за столь теплую встречу, – вежливо произнес Кристенсен, миновав торжественный коридор. – Капитан..?
– Капитан Робер, сэр!
– Уважаемый капитан Робер, еще раз благодарю за такую приятную встречу. Мы не рассчитывали на официальный протокол, поэтому находимся в легком смущении. Расскажете, что нужно делать дальше?
– Так точно, сэр! Мне приказано обеспечить вашу безопасность и сопроводить на встречу с контр-адмиралом Ленаресом. Для вас подготовлен торжественный ужин, после которого вы сможете обсудить все имеющиеся вопросы. Разговор с президентом назначен на восемь часов вечера по времени Аликанте.
– То есть, через два часа. Хорошо, ведите нас, капитан.
– Так точно, сэр!
В сопровождении четырех солдат мы миновали человека с ковром и оказались в длинном тесном коридоре, снабженном многочисленными страховочными перемычками. Затем впереди возник еще один ангар, после которого началась административная часть станции, а еще через пять минут мы вошли в ярко освещенное помещение с накрытым столом. Собравшиеся там люди выглядели настолько же внушительно, насколько скромной показалась мне обстановка самой комнаты – если каждый из встречавших нас офицеров посчитал своим долгом надеть самую новую форму и прицепить к ней все возможные знаки различия, то общий антураж казался лишь тенью былого величия. Потертые кресла, неработающие дисплеи, мутные иллюминаторы – все это яснее ясного говорило о том, что лучшие дни станции давно канули в Лету.
– Прошу вас, господин Рейли, – чопорно произнес один из встречавших нас официантов. – Сюда.
– Да, конечно…
Пока я устраивался на предназначенном для меня месте, контр-адмирал успел перекинуться несколькими словами с Кристенсеном и отдал какие-то распоряжения подбежавшему адъютанту. Потом настало время для короткой приветственной речи, давшей старт официальному ужину.
– Рекомендую острую рыбу, – немного смущаясь, предложил сидевший по правую руку от меня офицер, когда высокое начальство закончило говорить и расположилось во главе стола. – У нас, конечно, не Федерация, но кое-что готовить мы все-таки можем.
– Спасибо. Здесь все такое незнакомое.
– Вот это блюдо. А вы с какой планеты?
– Я с Веги-четыре. Но последние годы жил на Барнарде.
– Для нас эти названия звучат полузабытой сказкой. Будете вино? Отличный сорт, производится на южном тропике.
– Разве что совсем чуть-чуть. Как бы шеф не нагрузил работой.
– Он у вас строгий?
– Лучше сказать, требовательный.
Навязчивое внимание моего нового знакомого мне откровенно не нравилось, однако предъявить ему было нечего, так что я продолжал беседу, стараясь контролировать каждое слетавшее с языка слово. Думаю, остальные члены группы в данный момент занимались тем же самым.
– Вы действительно инженер?
– Скорее, технический специалист, – ответил я, пробуя оказавшийся на тарелке деликатес. – А ведь на самом деле очень вкусно. Земную рыбу выращиваете или это эндемик?
– Простите, что такое эндемик?
– Вид, который встречается только на вашей планете.
– Теперь понятно. Не знаю даже, если откровенно. Она была у нас всегда.
– А в какой области специализируетесь? – вернул разговор в только что покинутое русло второй сосед. – Меня в детстве готовили к работе пространственного конструктора, но как-то не сложилось.
– Меня до серьезных задач еще не допускают. Приходится документы проверять и репликаторы чинить.
– Знакомо… будете баклажаны? Собственный рецепт нашей планеты.
– Обязательно попробую.
Баклажаны мне понравились, предложенное вино оказалось выше всяких похвал, общая атмосфера стала более неформальной, однако все портил учиненный соседями допрос. Аккуратный, вежливый, но не прекращавшийся ни на минуту и очень сильно действовавший на нервы. С одной стороны, я был к нему готов и знал, что нужно делать в подобной ситуации. С другой – опасался допустить какую-нибудь глупую оговорку просто из-за нехватки соответствующего опыта.
В итоге проблему пришлось решать самым банальным из доступных способов – я занялся поглощением всевозможных блюд, сознательно лишив себя возможности вести полноценную беседу.
– Очень вкусно. У нас такое редко встретишь. Скажите, на планете есть рестораны?
– Конечно.
– Не знаете, сколько там стоят такие вещи?
– От сотни крон, я думаю. Но если вас будут принимать во дворце, то беспокоиться об этом не нужно.
– Точно. Забыл.
– У нас принято считать, что жители Федерации никогда не думают о деньгах.
– Ну, это не совсем так. Иначе никто не стал бы работать.
– А может кто-нибудь из ваших специалистов заключить с нашим институтом долгосрочный контракт?
– Да откуда же мне знать?
– Тоже верно. Вы уже пробовали это филе?
Новая пауза дала мне возможность запросить данные о собеседниках, но биок тут же сообщил, что никаких совпадений в базе данных не обнаружено – или со мной общались совершенно рядовые офицеры, или же весь гарнизон станции давно поменяли на засекреченных агентов службы безопасности. Второй вариант казался таким же реальным, как и первый.
– Не знаете, есть у вашего руководства планы по расширению сотрудничества?
– Скорее всего, есть. Но мне о таких вещах не рассказывают, сами понимаете.
– Еще вина?
– Нет, спасибо.
К счастью, томительный ужин в конце концов закончился. Я тепло поблагодарил своих компаньонов за беседу, пожелал им всяческих благ и процветания, а затем вернулся к остальным членам группы. Очень хотелось рассказать майору о том импровизированном допросе, который мне учинили, но для этого сейчас было абсолютно неподходящее время. Тем более, что общавшийся с Кристенсеном адмирал уже пригласил всех на анонсированный разговор с президентом.
– Идем, Ник, – похлопал меня по плечу капитан Алавес. – Ты там как, не объелся?
– С непривычки было тяжеловато.
– Это нормально. Кухня здесь специфическая, конечно.
– За мной, – громко произнес Кристенсен. – Господин президент ждет.
– Идем.
Комната связи оказалась самым технологичным помещением из всех, виденных мною на станции – одну из стен украшали вполне современные дисплеи, в центре располагался огромный проекционный стол, а чуть в стороне располагались занимавшиеся своими делами операторами. Если бы я не знал, где нахожусь, то вполне мог бы спутать эту комнату с рубкой какого-нибудь устаревшего корабля нашего собственного флота.
– До сеанса связи одна минута, – сообщил подскочивший к нам лейтенант. – Господин адмирал, будут новые указания?
– Просто делайте вашу работу.
Возникший на экране президент выглядел заметно старше, чем в досье – смуглое лицо избороздили глубокие морщины, волосы покрыла благородная седина, а из взгляда пропал былой задор. Тем не менее, господин Иолан Че держался вполне бодро и уверенно – во всяком случае, находившиеся рядом с ним люди показались мне чуточку более растерянными.
Биок подсветил мне начальника службы планетарной безопасности, министра экономики, ректора единственного в системе технологического института, а также еще нескольких очень важных лиц в иерархии Ориона-четыре, но тут начались переговоры и я смахнул перекрывавшие обзор таблички в сторону.
– Приветствую вас, господин президент, – чопорно склонил голову Кристенсен. – Приветствую вас, господа министры. Делаю это от лица корпорации «Ицамна» и всей Земной Федерации.
– Приветствуем Земную Федерацию, вашу корпорацию и лично вас от лица народа Светлой системы, – не менее церемонно ответил Че. – Рады видеть приверженность давним обязательствам и надеемся на плодотворное сотрудничество.
– Взаимно, господин президент.
– Мне доложили, что существуют определенные юридические формальности, которые следует уладить перед началом работы. Не могли бы вы их озвучить?
– Конечно, господин президент. Учитывая прошедшее с момента заключения контракта время, нам необходимо официальное подтверждение всех его пунктов. Это стандартное требование корпорации при взаимодействии с внешними системами.
– Разумное требование, – согласился Че. – Как только окажетесь на планете, мы все оформим.
– Благодарю вас. Кроме того, моей команде потребуется административное содействие в части получения дипломатического статуса, а также допуска на выбранное для разработки месторождение. Мы также надеемся, что ваша сторона возьмет на себя возведение транспортной инфраструктуры, иначе отгрузка готовой продукции будет серьезно затруднена.
– С дорогами решим, – кивнул президент. – Насчет месторождения не беспокойтесь, мы заинтересованы в результате даже больше вашего. А что касается дипломатического статуса и рабочих виз, то я делегирую эту задачу министру планетарной безопасности. Подготовьте для него список ваших сотрудников.
– Все уже готово.
– Хорошо. Есть еще неотложные вопросы, требующие моего участия?
– Нет, господин президент.
– Хорошо. В таком случае жду вас на планете. Добро пожаловать.
– Благодарю, господин президент.
Экран погас, Кристенсен вместе с майором отошли к адмиралу Ленаресу, а я подумал о том, что все идет даже слишком гладко. Нас встречали как дорогих гостей, отдельные неудобства выглядели сущими мелочами на фоне подтверждения условий контракта и обещания содействовать в разработке месторождения, а единственным тревожным моментом являлось привлечение к делу начальника местной службы безопасности. С другой стороны, пускать на планету кого попало вряд ли было разумно и такая мера безопасности казалась вполне адекватной.
– Ну что, документы я отправил, – сообщил вернувшийся Кристенсен. – Сказали подождать.
– Значит, можно выпить кофе, – усмехнулся сопровождавший его Петров. – Отойдем?
– Чуть позднее.
У меня перед глазами вспыхнул запрос на подключение к созданному майором виртуальному пространству, я одобрил его и увидел бегущие на периферии зрения строчки текстового чата.
В самом его низу тут же начали загораться красным цветом новые сообщения.
«Все в сборе. Быстрый доклад. Джек?»
«Системный допрос. Интересовались Кристенсеном и его отношениям с Люси.»
«Колин?»
«Системный допрос. Интересовались характеристиками и возможностями комплекса. Скорее всего, проверка.»
«Ник?»
«Бессистемный допрос. Интересовало, кем я работаю, сколько получаю и можно ли одного из нас переманить к себе на работу.»
«Люси?»
«Расхваливали планету. Не знаю, это был какой-то допрос или нет.»
«Хосе?»
«Спрашивали, как сильно устарела их орбитальная станция.»
«Ларс?»
«Абсолютно нейтральные разговоры.»
«У меня то же самое. Значит, включили возрастной ценз. Ник, Джек, Колин, будьте готовы к провокациям. Всем остальным принять информацию и вести себя соответствующим образом. Выход.»
Чат исчез, вернув мне ощущение нормальной реальности. Я непринужденно оглянулся по сторонам, но короткий разговор занял от силы пятнадцать-двадцать секунд и никто из находившихся поблизости орионцев ничего не заметил. Скорее всего, большинство из них даже не подозревали о возможности подобной коммуникации.
– Хотя знаешь, Хосе, ты был прав. Господин контр-адмирал, если мы отойдем выпить кофе, это не станет нарушением этикета?
Начальник станции, до этого момента успешно делавший вид, что абсолютно не интересуется происходящим, тут же развернулся к нам и широко улыбнулся:
– Ни в коем случае. Все для вашего удобства.
– Благодарю.
Импровизированный кофе-брейк растянулся почти на час. За это время мы успели еще несколько раз поговорить друг с другом, ответить на парочку безобидных вопросов, вежливо отказаться от возвращения за стол и даже совершить краткий экскурс в историю планеты благодаря стараниям выпившего чуть больше нормы пожилого орионца с нашивками капитана. Впрочем, ничего особенно интересного он не рассказал.
А затем начался второй сеанс связи, в ходе которого нам пришлось пообщаться с господином Клаусом Дюбуа, исполнявшим обязанности министра планетарной безопасности в Светлой системе. К сожалению, эта беседа оказалась самой неприятной из всех, случившихся за день.
– Еще раз приветствую, – скупо кивнул возникший на экране Дюбуа. – Господин Кристенсен?
– Это я.
– Мы рассмотрели ваш запрос и вынуждены ввести некоторые ограничения. Инженерная группа будет сокращена в два раза, а дипломатический статус будет предоставлен только вам и госпоже Кройц. Согласно моим данным, это никак не повредит установке комплекса.
– Можно узнать, с чем связано такое решение?
– С вопросами внутренней безопасности. За последние два столетия между нашими государствами почти не было реальных контактов и я не могу пропустить на планету чересчур большой контингент граждан Федерации.
– Я вас понял, – спокойно кивнул Кристенсен. – Но вы ставите неприемлемые условия. Мне нужны мои советники, а комплексу требуется грамотное обслуживание. Даже если у кого-то есть иное мнение на этот счет.
Министр взял длительную паузу, после чего веско произнес:
– Решение не обсуждается.
– В этом мире обсуждается абсолютно все, – консультант, расслабленно махнул рукой, подтянул к себе ближайшее кресло и сел, заложив ногу за ногу. – Разумеется, если собеседники готовы услышать друг друга.
– Мне не нравится ваш тон.
– Единственный человек, мнение которого меня сейчас волнует, это президент Че. Если вы считаете, что неспособны вести переговоры из-за личной антипатии, я обращусь к нему.
На мой взгляд, Кристенсен только что сделал глобальную ошибку – рядом находилось чересчур много посторонних людей, которые одним своим присутствием закрывали для министра дорогу к любому компромиссу. Но консультанта подобные мелочи явно не беспокоили.
– Так мне запросить новый разговор с господином президентом?
– Это ни к чему не приведет, – сквозь зубы проговорил Дюбуа. – Вопрос безопасности является краеугольным.
– Речь идет о присутствии на планете шестнадцати человек. А шестнадцать человек не могут создать реальную угрозу вашей безопасности. Ни при каких обстоятельствах.
– Могут, – недобро усмехнулся министр. – Именно поэтому мы и ведем с вами этот разговор.
– Давайте разложим проблему на составляющие. Вы имеете представление о том, как работает горнодобывающий комплекс и сколько отдельных систем требуются для его функционирования?
– Нет.
– Этих систем ровно двести шестьдесят. Каждую из них требуется правильно настроить, согласовать с остальными, а затем несколько раз проверить. Мои инженеры являются высококлассными специалистами, но даже они не смогут сделать эту работу, если им целенаправленно мешать. Поэтому ваше заявление о сокращении инженерной группы является чистым саботажем. Я прошу господина контр-адмирала зафиксировать мои слова.
– Запись ведется, – кивнул внимательно следивший за разговором офицер. – При необходимости она будет выдана господину президенту.
– Хорошо, – в голосе министра послышались нотки странного веселья. – Вы меня убедили. Рабочие визы откроют всем без исключения членам инженерной группы, но зона их действия будет ограничена площадью разрабатываемого месторождения. Точка.
– Это приемлемо, – в свою очередь согласился Кристенсен. – Однако в будущем инженеры должны получить все необходимые разрешения для нормальной жизни. Это принципиальная позиция. Я не брошу своих людей на положении запертой в сарае скотины.
– Мы рассмотрим этот вопрос в тот момент, когда он станет актуальным. Если вы зарекомендуете себя в качестве добросовестных подрядчиков, проблем не возникнет.
– Тогда перейдем ко второму пункту. Вы только что заявили официальному представителю Земной Федерации, что он должен явиться на вашу планету без нормального сопровождения, словно какой-то заблудившийся турист. Но этого позора никогда не случится. Если ни один технический специалист из моей команды не получит дипломатического статуса, я просто разорву контракт и вернусь домой.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?