Текст книги "Вслед за бурей. Тайны древних"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vsled-za-burey-tayny-drevnih-252752.jpg)
Автор книги: Андрей Рымин
Жанр: Героическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Глава четвертая – Между черным и белым
Дурацкое седло терло ноги. Спина затекала. Задница по ощущениям превратилась в один сплошной синяк. И это они еще только четвертый день как в пути. Впереди сотни и сотни миль, которые предстоит проехать на спине этой тупой животины. Валай уже давно понял, что ненавидит лошадей и тех, кто придумал использовать этих безрогих лосей для передвижения. Причем его чувства, судя по кислым лицам и нежеланию лишний раз словом перекинуться, разделяли и остальные охотники. Что Морлан, что Нардаг, что Сатор, что старшины других родов старательно делали вид, будто навязанный способ перемещения им не в тягость, но Волк-то не был слепцом.
Одна только Мина более менее приспособилась к верховой езде. Не то чтобы совсем уж уверенно держалась в седле, но хотя бы не выглядела навьюченным на лошадь мешком, как отозвался вчера о способностях лесников Теннарий Кант.
И ведь не поспоришь – рядом с этим бессмертным они все равно что малые дети. Магистр словно родился в седле. С лошадью будто единое целое. Поводья почти не использует, ногами управляет или мыслью, как чернюки. Хотя, может, у него просто конь не такой, как им выдали. Или же колдовство. С этого станется – украл же он силу у сарийского колдуна. Вон, как тараканов давеча раскидал. Они тогда в Синаре одно чудище остановить не смогли, а этот троих громадин о скалы расколошматил в два счета.
Вон впереди еще одна страхолюдина с щупальцами ковыляет – скоро нагоним, и Теннарию снова придется к колдовству обращаться. Теперь серый вихрь, которым в них камни кидали, новому хозяину служит. И это радовало Валая больше всего остального. Железные наконечники стрел и копий, мечи, арбалеты, способные продырявить любую шкуру, подвластный восточникам жидкий огонь, тысячи и тысячи воинов – все это здорово. С такой мощью на бой с ордой выходить можно и нужно, но волшба… Против божественной силы у чернюков нет ни единого шанса. Потому и бегут нелюди без оглядки, потому и бросают мертвых и раненых, потому и не ждут медлительных тараканов, не способных поддерживать нужную скорость.
Небось, надеялись, что бронированные чудовища задержат преследователей. Куда там – Теннарий плющит их походя. Вот сейчас чуть подъедут, и выпустит вихрь на волю. Валай улыбнулся, предвкушая зрелище. Охотники, которых Дамаран определил в передовой отряд, в отличие от большей части растянувшегося на многие мили войска, имели возможность смотреть на подобные чудеса своими глазами.
– Все, вперед поскакал, – привстала в стременах Мина. – Сейчас таракан полетает.
И действительно, черный конь магистра отделился от строя. Чудовище впереди уже развернулось к ним щупальцами – наивно готовится давить мелкоту. Колдовской вихрь обломанным перевернутым рогом рванул к небесам. Миг – и серое марево окутало зарбагову тварь. Теперь вверх. Оторвавшись от земли, чудище забавно задергало короткими лапками, затрепыхалось и принялось лупить воздух извивающимися отростками. Все тщетно – существо больше не принадлежало себе.
Держа пойманного таракана над собой, словно огромное уродливое знамя, Теннарий поскакал к краю каньона. Просто о землю такой «орешек» не расшибешь – нужно что-то потверже. Подъехав к скале, магистр махнул вперед вихрем с зажатым на его конце чудищем.
Хотя махнул – громко сказано. Рука бессмертного двигалась медленно в отличие от гигантского зверя на другом конце мерцающего луча. Объемная туша неслась по воздуху быстрее любой лошади, но тот же самый воздух не давал ей ускориться еще сильнее. Не тонюсенькая тростинка все-таки и не плетка, что при ударе вообще пропадают из виду. Тут чем крупнее предмет, тем сложнее его разогнать. По крайней мере, так ему объяснила смекалистая подруга. У Мины голова хорошо варит. Для бабы так вообще ого-го.
Скоротечный полет таракана, как и ожидалось, закончился ударом о скалы. Глухой, но весьма громкий звук, в котором смешались чавканье, хруст и хрип, подтвердил, что все кончено. Колдовской вихрь пропал, и изломанная туша шлепнулась вниз. Щупальца еще подергаются какое-то время, но подняться громадине больше не суждено. Теннарий уже скакал обратно. Не на что там смотреть.
* * *
Следы сарийских недобитков вели на запад вдоль гор, но магистры – в этот раз Кант даже дождался Дамарана – решили идти по дороге ордынцев. Гонки они тут устраивают. Играют в игру – кто первый к проходу в Бездну успеет. Отчего-то считают, что и враги стремятся попасть туда же. Правда, на кой оно им Валай в толк взять не мог. Не зарбаговых тварей же изгонять рвутся? Скорее от гнева имперцев и их союзников удирают. Но это уже не его дело – простому охотнику негоже всякой ерундой голову забивать. Тем более что в Долине нашлась, наконец, работа для него и для родичей.
Каждое утро передовой отряд с Теннарием во главе вырывался вперед. Там охотники спешивались и расходились в стороны – прочесывать лес на предмет возможной засады или следов чернюков, решивших зачем-то свернуть со своей дороги. Весь день разбившиеся на двойки родичи двигались вдоль тропы, а вечером возвращались обратно и с рассветом снова лезли в седло. Пока ничего подозрительного отыскать не случалось. Орда тупо удирала на юг, не пытаясь хитрить – ни самих зарбаговых тварей, ни их свежих следов в лесу не было. Причем, судя по поведению птиц и обилию различного зверя, эту заречную часть Долины нелюди уже давно не тревожили. Гнали свои полчища сразу в северный мир, не покидая тропы.
Валая даже начали посещать мысли, что зря Племя ушло из родных лесов. Откочевали бы подальше к востоку – глядишь, орда бы и мимо прошла. Безродные, похоже, именно так и поступили. По крайней мере, единственный поселок, на который наткнулись они с Миной, был брошен. Не разорен, а именно что оставлен жителями. Повезло местным – не коснулась их война с тварями.
* * *
Свое мнение Валай поменял через несколько дней, когда очередным утром передовой отряд выбрался на огромную поляну, что жалась к Великой. Они и так уже давненько приметили старые следы многих ног, затоптанные поверху лапами чудищ. По драконьей тропе в свое время проходили охотники. Очень много охотников. Все-таки отсидеться у Безродных не вышло. Пришлось им выйти на бой, и этот бой стал для них последним. Обглоданные человеческие костяки ровным слоем покрывали поляну. Тысячи и тысячи трупов. Племени еще повезло. Лучше драться с людьми при железе, чем с чудовищами при зубах и когтях. Лучше, но едва ли приятнее. Валай в предвкушении сжал древко пики. Руки чесались проткнуть какую-нибудь чернокожую мразь.
Но нелюдей пока трогать было не велено. Несколько раз на прямых отрезках тропы орда являла свой хвост вырвавшимся вперед всадникам, но Кант строго-настрого запретил приближаться к чудовищам. А ведь как приятно было бы пустить стрелу в какую-нибудь шипастую спину. Всего делов-то – обойти лесом и из засады ударить. Ничего сложного. Снять несколько чернюков – и дергать обратно. Скорее всего, и погони не будет. Некогда им – вон как драпают.
Только драка с нелюдями пока те не покинут Долину в планы орденцев не входила. Когда орда в силу начавшейся переправы замедлилась возле реки, Теннарий тоже своих придержал. Стояли в паре миль от врага арьергардом и ждали, пока последние из чудовищ не переплывут на тот берег. Охотников Кант как раз отправлял чуть вперед – проследить.
По ту сторону Великой был дом. Не землянка его семьи и не поселок Волков, но родные края. И не просто какой-то кусок леса Племени, а особенно дорогое сердцу каждого родича место. Подобравшись к реке, Валай вздрогнул. Напротив него поднимался над молодой порослью скошенного давеча тростника Большой холм. Казалось, целую вечность назад он бесправным мальчишкой бегал вокруг него вместе с другими участниками состязаний. Как давно это было. Словно целая жизнь прошла с той поры, а не жалких полгода. Каким же глупым, беспечным и невероятно счастливым он тогда был. Но ничего – все еще вернется, еще станет, как прежде. Нужно только извести на корню зарбагово племя. Благо этот процесс шел сейчас и без людского вмешательства.
Наблюдавший из зарослей за плывущими через Великую чернюками Валай довольно потирал руки. Каждый десятый урод, если даже не больше, не осилил препятствие. Наступившая зима и так хорошо прореживала ряды теплолюбивых ящеров – трупы нелюдей и их ручного зверья солдаты чуть ли ни сотнями в день убирали с тропы – но ледяная вода собрала по-настоящему богатый урожай. Не удивительно, что с приходом холодов орда повернула назад. Не тянут поганцы такую погоду. Ни теплой одежды у них, ни костром обогреться не могут. Похоже, там за горами жара круглый год.
Когда они еще только шли по разлому, глазастая Мина заметила среди дохлых уродов, что им попадались, нескольких без видимых ран. Тогда-то при обсуждении этой странности среди охотников и родилась мысль про холод, обративший в бегство орду. Морлан даже поделился догадкой с Теннарием. Оказалось, что северяне уже давно пришли к тем же выводам. Потому-то и спешка – нужно к весне все успеть. С теплом твари могут снова нагрянуть. Если будет кому. Мрут-то словно мухи по осени. Вот выйдут из Долины, и можно бить в спину. Валай с нетерпением ждал того дня. Все охотники ждали.
* * *
Но сначала пришлось поплавать самим. Слава Яраду на наскоро срубленных плотах, а не в седлах. С инструментами северян, с пилами и железными топорами дело, занявшее бы у родичей не одну неделю, осилили за два дня. Всадников и припасы перевозили на берег Племени без остановок даже по темноте. Влекомые за распущенную узду лошади плыли так – им холод перетерпеть проще. Управились аккурат к подходу остальной армии. Весь луг перед поселком Змей заняли лагерем. Вот бы им летом в помощь такую силищу! Глядишь и бежать бы с родной земли не пришлось.
Пока шла переправа охотники по приказу Теннария обследовали окрестности. Поселок Змей пострадал от нашествия основательно: каждая вторая землянка разрушена, огороды затоптаны, плетни завалены, общинное поле превратилось в замятый поросший сорняком луг. На последнем и отыскались столь важные для бессмертных магистров следы.
Всего парой дней до прихода сюда орды через поле проехали конные. Много конных. Сарийцы – больше-то некому. Получается, гонку, что они начали на входе в Долину, можно считать проигранной. У недобитой армии запада как-то вышло обогнать и восточников, и чудовищ, хотя люди поддельной богини и двигались по большой дуге – пустошью, потом вдоль реки. Лишние две-три сотни миль – большой крюк. Хотя, что значит как-то? Скачи отряд Теннария без помех, они бы уже давным-давно выбрались бы к переправе. Но нет – ползущая впереди орда не пускала. Вот и дали врагу себя обойти.
Валай в очередной раз подивился желанию этих безумцев проскользнуть в Бездну. Других-то причин спешить к южной стене у них нет. Пожрут их там чудища, вот и вся недолга. Наоборот, польза для общего дела. Сколько-то чернюков и зверья сарийцы с собой на тот свет заберут в любом случае. Подмога же, как ни крути.
Но у магистров, не посвящающих Волка и остальных родичей в свои планы, на сей счет имелось иное мнение. Даже, казалось бы, напрочь лишенный эмоций Кант не смог скрыть свое недовольство, услышав принесенную охотниками новость. Весть тут же отправилась дальше, на берег Безродных, и Второй предводитель восточников – как понял Валай, все же главный в их паре – немедленно приплыл первым же плотом. Кант с Дамараном о чем-то переговорили, уединившись в землянке Маргара, и без долгих сборов конница тронулась в путь, не дожидаясь пехоту, только преступавшую к переправе.
* * *
Дальнейший путь по драконьей тропе проходил без каких-либо значимых происшествий. Позади остались многие мили родных лесов, разрушенный поселок Орлов и развалины дома Яра. Чуть больше недели – и вот перед ними разлом в Кругосветных горах, что Валаю когда-то уже доводилось стеречь. Теперь дальше знакомым маршрутом по изгибам каньона, до самого выхода в Бездну.
Заминка на переправе позволила орде слегка оторваться, так что хвост армии чернюков впереди не показывался вплоть до самого поворота, где начиналось то самое узкое место с уже не отвесными склонами по бокам. Когда передовой отряд, в котором ехали и привыкшие таки за время дороги к седлу охотники, миновал нужный изгиб, последние нелюди уже покидали ущелье. Каких-то пять миль по прямой – и откроется вид на загорье. Только сверху он лучше.
В тот раз они с Миной измыслили хитрость – подняться по склону наверх. Вот и сейчас Валай счел не лишним подсказать тот же фокус Теннарию. Благо тот сам все время приставал к ним с подругой с вопросами. Как-никак они двое – единственные люди, кому доводилось здесь шастать.
Поднимались все вместе. То есть сам Валай, Кант, не пожелавшая оставаться внизу Мина и еще несколько бессмертных, что всегда сопровождали Теннария, куда бы тот ни отправился. Наверху-то и летом было прохладно, а теперь снег и лед сплошной. Даже в выданной северянами теплой одеже зуб на зуб не попадает. Зато этим двужильным все нипочем – топают себе впереди, торят путь. Успевай только направление подсказывать.
К моменту, когда они наконец добрались до места, откуда можно было заглянуть за поворот, Валай весь продрог. Хорошо, хоть скалистый кряж по правую руку от ветра прикрыл, иначе бы совсем невмоготу стоять было бы. Правда, стоило Волку бросить взгляд на юг, куда убегала зажатая грядами холмов узкая долина, как про холод он и думать забыл.
– Теперь не догнать, даже если сквозь драконоводов прорвемся, – вздохнул один из бессмертных.
– Не догнать, – согласился Теннарий. – Да и кавалерией прорываться по этой узкой канаве – бред полный. Они же на десяток миль растянулись. Ползут и ползут.
Кант не преувеличивал. Тысячи чудовищ внизу занимали своими телами приличный кусок долины – этакая многомильная гусеница: голова уже черт-те где, а хвост все еще из-за угла не весь высунулся. Но если орда, хоть и вытянутая в длиннющую линию, отлично просматривалась на всем своем протяжении, то другое живое пятно, тоже ползущее к югу, разглядеть в деталях расстояние уже не позволяло. Но то и не требовалось – и так понятно, что сарийские недобитки идут к своей смерти. Дня два-три пути до них на глаз будет. Далеко уже забрались в Бездну.
– Не сейчас, так потом настигнем, – взял слово еще один Проклятый, чьего имени Волк не знал. – Не вечно же этому желобу длиться. Где-то дальше заканчивается. Как только драконоводы уберутся с дороги, ускоримся и сядем Саре на хвост.
– Это да, – кивнул Кант. – Все упирается в медлительность этой подыхающей падали. Думаю, настала пора их слегка подстегнуть. Пусть малость прибавят ходу.
С этими словами он достал из-за пазухи короткую серую палку с утолщением на одном из концов, что, как Валаю уже было известно, прятала в себе колдовской вихрь, и направил руку с зажатым в кулаке оружием богов на полузасыпанный снегом обломок скалы. Серый луч молнией прыгнул вперед, и огромную каменюгу, размером с пару коней, обволокло мерцающее прозрачное облачко.
Теннарий пошевелил кистью. Валун на том конце колдовского щупальца отозвался похожим движением: качнулся из стороны в сторону, как бы выкапываясь из снега. Миг – и здоровенный камень поплыл вверх. Пока медленно, только еще выходя на позицию. Магистр перевел взгляд на занятую ордынцами долину внизу. Так вот что он хочет! Валай моментально согрелся, предвкушая приятное глазу и сердцу зрелище.
Резкий взмах – и промчавшийся у них над головами обломок скалы полетел к далекому дну долины. Плавной выверенной дугой, кувыркаясь и постепенно уменьшаясь в размерах. Валай замер, непроизвольно считая удары сердца. Один, два, три… На седьмом успевший превратиться чуть ли не в точку камень наконец-то достиг земли. Вернее живого настила, что ее покрывал сплошным слоем.
С высоты было толком не разобрать, куда именно пришелся удар и скольких тварей зашибло, но то, что ордынцам досталось, и весьма основательно, можно было понять по мгновенно разошедшейся в стороны от места падения судорожной волне. Словно круг на воде появился и тут же пропал. Но это было только начало. Следом уже летел второй камень, а Теннарий выдергивал из снега еще один. Благо под гребнем скалистого кряжа этих природных снарядов валялось с избытком. Швыряй – не хочу.
Огромные валуны сыпались тварям на головы смертоносным дождем. Или даже скорее градом. В свое время сарийский колдун показал, как использовать вихрь, а магистр лишь подтвердил всем известную истину: сверху вниз летит лучше, чем наоборот. Чернюкам-то и спрятаться некуда. Как на ладони между пусть уже не отвесных, но по-прежнему крутых склонов. Мечутся в западне, гибнут сотнями, а спасти может лишь расстояние. Жаль, что поздно забрались на горы – большая часть орды уже вышла из-под обстрела. Этих теперь не достать. Зато те, что остались…
Давка внизу неожиданно стала стихать. Присмотревшись, Валай понял, что происходит. Похоже, вожди чернюков догадались откуда исходит опасность, проследили полет каменюг и поспешно принялись отводить хвост зубастой реки обратно за поворот. То есть бросились людям навстречу.
– Этак они сейчас в наших упрутся.
В голосе бессмертного из охраны магистра слышалось беспокойство. Да и Теннария проняло.
– Бегом вниз! – рявкнул он одному из Проклятых. – В ближний бой не соваться. Арбалетчикам издали бить, и всем пятиться, пока не отстанут. Я сверху прикрою.
Воин рванул выполнять поручение, да и все они поспешили назад по своим следам. Всего две пары сотен шагов – и вот уже перед глазами та часть каньона, где к повороту как раз подходит колонна всадников. У них на пути появляются первые твари. Их много: одних только гигантов больше десятка, мелкоты не счесть вовсе. А из-за угла все выкатываются и выкатываются новые волны. Между армиями юга и севера где-то полмили, но расстояние сокращается быстро. Успеет ли посланец Теннария?
Валай перевел взгляд на склон. Успеет. Огромными скачкам несется – грация тигра. Пока они эти двести шагов подходили, он до трети пути умудрился покрыть. Нет, не люди, совсем не люди эти бессмертные. Обычный человек не способен даже близко так двигаться. Здорово все же, что собратья Яра на их стороне. Не хотелось бы ему сойтись с таким шустряком в драке. Походя к Яраду отправит и не заметит даже, что кто-то там под ногами мешался.
А Теннарий тем временем подхватил вихрем первый камень. Мелкий, всего-то с конскую голову, но других на этой стороне хребта не было – скальный кряж, под которым валялись снаряды побольше, начинался только за поворотом. Размахнулся, швырнул. Невеликий булыжник умчался к земле, мгновенно пропав из виду. Попал он там в кого или нет – неизвестно. Оставалось только надеяться, что да. Кант выковырял из снега и бросил вниз еще несколько точно таких же камушков, после чего, видно, пришел к выводу, что занятие сие бестолково и бросился назад к тому склону, что выходил на Бездну.
Валай хотел было последовать за магистром, но Мина удержала:
– Да стой ты. Сейчас вернется.
И она не ошиблась. Теннарий уже возвращался, таща за собой по воздуху здоровенный обломок скалы. Вот это другое дело. Каменюга, вращаясь, полетела к земле, где шмякнулась прямо на одного из гигантов. Там внизу чудища уже хорошенько продвинулись. Оттесненные назад люди, удерживая безопасную дистанцию, пятились все дальше и дальше. Непонятно – то ли посланец магистра, которого Валай давно потерял из виду, так быстро успел передать приказ, то ли кавалерийские командиры сами приняли решение: не вступать в ближний бой. В любом случае желание Теннария исполнялось – солдаты организованно отступали, постепенно смещаясь к началу узкой части разлома.
Пока бессмертный бегал за новыми снарядами, армия внизу отошла еще дальше. Теперь под ними, что по эту сторону хребта, что по ту остались одни чернюки. Так они же сейчас… Не успел Валай додумать неожиданно пришедшую мысль, как Мина дернула его за плечо.
– Смотри, лезут!
Охотник проследил взгляд подруги. И точно! Сразу несколько дюжин нелюдей поднималось по склону в их сторону.
– Господин! К нам гости! – звонко крикнула Мина несущему очередной обломок скалы Теннарию.
– С той стороны тоже ползут, – мотнул тот головой себе за спину. – Ничего. У нас хорошая позиция. Пусть попробуют взять.
И гигантский валун, подпрыгивая на кочках, покатился по склону. В этот раз Кант целился уже в отправившихся за их головами чернюков. Но бросок получился так себе – одного раздавило, двое отпрыгнуло в стороны, третий успел заскочить в какую-то неприметную выемку и уже ползет дальше. Тут одним швырянием камней не отделаешься – слишком уж растянулись мишени по склону и больно их много. Валай, давно уже позабывший о холоде, неожиданно ощутил себя голым. Зарбагово семя! Ну почему он не прихватил с собой лук?
Они с Миной специально оставили перед подъемом все казалось бы лишнее: колчаны, луки, пики. Эх! Хотел же еще копье с собой взять, вместо посоха опираться. Сейчас бы ох как пригодилось.
Пока он мысленно ругал себя за беспечность, Теннарий снова побежал к выходящему на Бездну краю. В этот раз прихватив с собой половину из четверки оставшихся с ними бессмертных. У этих, кстати, с оружием было все хорошо – сразу по два меча сидели в наспинных ножнах крест-накрест. У Валая даже родилась было идея: попросить орденцев поделиться, но он ее сразу отмел. В руках охранников Канта сталь лучше послужит общему делу. И ведь уже совсем скоро клинки доставать – чернюки большую часть пути одолели.
– На, держи. – Распознавший мольбу в глазах охотника воин протянул ему извлеченный из-под плаща кинжал.
– От души, – кивнул Волк, принимая оружие. Увесистый, таким и рубануть можно. Лезвие в две ладони длиной, обоюдоострое. Рукоять рифленая – в руку сел, как влитой. На сердце мигом разлилась теплотой уверенность – отобьются. С такими-то бойцами и не отбиться? Да бессмертные сейчас нелюдей в козий корм покрошат!
– И тебе пригодится, – вручил Мине второй Проклятый точно такой же кинжал. – Только вперед не лезьте, держитесь у нас за спинами. По возможности прикрывайте с боков.
По тону бессмертного было понятно, что на помощь охотников воин особо не рассчитывает, но Валай за это обиды на него не держал. Они с Миной рядом с этими северянами словно малые дети. Осталось проверить, чего будут стоит против Проклятых чернюки. Те тоже силушкой не обижены, да и быстрые для своих размеров.
Вон до ближнего уже всего ничего – может, камнем в него швырнуть? Нет, не стоит. Ну чего же так долго? Все никак не поднимутся. Пересчитать их, что ли, пока? Валай принялся судорожно считать ползущих к ним нелюдей, но на пятом десятке бросил. Слишком много. О чем же Кант думал? Загнали сами себя в ловушку. Тут и бежать-то некуда – справа кряж, слева склон постепенно превращается в отвесную кручу. Значит, драться! Драться и ни о чем не думать. Ну, давайте уже быстрее, зарбагово племя!
Первый чернюк закинул ногу на относительную ровнь заснеженного гребня, где ждали люди. Ближний к нему бессмертный отреагировал парой стремительных шагов и одним выверенным взмахом меча. Труп с раскроенным черепом покатился по склону, а следующий змеелюд уже высовывался чуть правее. Зря они так рядышком. Воину даже перебегать не пришлось – достал в выпаде и тут же бросился к новому противнику. Его напарник не отставал – чернюки лезли кучно. Блестящие росчерки стали заполнили пространство у края откоса. Свист молниеносных ударов заглушал звуки частых падений. Зашипела паром льющаяся на снег кровь.
Чернюки шли в бой молча. Горящие злобой глаза, распахнутые капюшоны, раззявленные пасти. Тех, что выползали прямо на них, воины магистра мгновенно срубали, но дальше по склону с обеих сторон от людей постепенно начали скапливаться взобравшиеся на гребень змеелюды. Вон один, еще двое немного за ним, рядом еще пара вылезла. Собираются с силами, ждут, когда их совсем много станет. С копьями в основном, но нет-нет и с мечами проскакивают: у одних людские трофейные, у других свои костяные. Две дюжины, три… Все! Рванули в атаку!
Валай выдвинулся чуть вперед Мины. Погибать – так хоть раньше любимой. Но сначала он выпустит кишки паре-тройке врагов.
Над головой просвистело, волосы дернуло налетевшим порывом ветра. Быстрая тень промелькнула, закрыв на мгновение небо и врезалась в набегающих нелюдей. Раздался звук удара камня о камень, разбавленный чавканьем, словно кто раздавил ногой спелую сливу. Скала размером с землянку проехалась по гребню гряды, сметая зазевавшихся змеелюдов, и снова рванула вверх.
Выдохнув, Валай резко обернулся. Укоротив колдовской вихрь до полусотни шагов, вернувшийся с того края Теннарий старался успеть и туда, и сюда. Влупил каменюгой по тем чернюкам, что слева, и тут же перемещает свою булаву на другую сторону. У него за спиной пара воинов с трудом сдерживают наступающую толпу врагов. Видно, по склону, что выходит на Бездну, их поднялось еще больше. Но что же им теперь делать? На что рассчитывать, если даже всесильный магистр с оружием Великих в руках не может остановить слуг Зарбага?
Одно хорошо – мороз на стороне людей в этой битве. По чернюкам видно, как тяжело им здесь, наверху. Двигаются не так проворно, как те, что пытались открыть по ночи ворота Синара. Вытягивает из них силы холод. Быстро вытягивает. И так ослабленные приходом зимы и долгой дорогой, а тут еще и подъем.
Первый чернюк, проскочивший мимо и летающей скалы, и, казалось бы, вездесущих мечей бессмертных появился перед Валаем. Копье с костяным наконечником смотрит в грудь, в желтых глазах горит пламя. От выпада приходится падать на снег – поднырнуть и сблизиться для удара кинжалом не вышло.
Но это у него. Мина сбоку от нелюдя, и ее клинок входит под черные ребра по самую рукоять. Миг – и копье поменяло хозяина. Теперь у подруги с оружием все хорошо. Надо бы добыть и себе.
Не успел он додумать мысль, как сразу два змеелюда бросились на него с разных сторон. Один с костяным мечом, то есть более сильный воин – Валай уже давно успел понять, что с копьями у них кто попроще. А этот вдобавок ко всему еще и в полосатой юбке – значит, вождь, или командир. Такого одолеть будет сложно.
Только не Проклятому! Спасибо бессмертному воину – вмешался. Подлетел орлом и в два быстрых удара разделал обоих нелюдей. Валай тут же бросился подбирать упавшее в снег копье.
Мимо визжащим мешком пронесло Мину. Один из вновь прибывших чернюков отбросил ее ударом ноги. Оружие девушки осталось торчать у демона в пузе. Жива? Вскочила уже.
Пока смотрел, что с любимой, проморгал появление очередного противника. Еле успел убрать горло с пути длинного обоюдоострого наконечника. Сам в обратку ткнул чернюка копьем в бедро и тут же непроизвольно пригнулся, ощутив встрепенувшимися волосами пролетающую сверху скалу.
Очередной удар колдовской булавы смел врагов на этом краю, и огромный камень снова куда-то унесся. Рано! На месте только что сброшенных вниз змеелюдов уже стояли новые. Такими темпами их задавят числом в самое ближайшее время. Не успевает Теннрий! Не успевает! Даже с колдовским вихрем им не отбиться. Валай бросил быстрый взгляд в сторону.
Зарбаг! Магистр и его пара воинов уже в десятке шагов. Их полностью окружили, и кольцо сжимается все быстрее и быстрее. Все восемь мечей мечутся из стороны в сторону, как стрижи перед бурей. Вернее, девять – в левой руке Канта тоже блестит клинок. Он как-то умудряется одновременно махать и сталью, и обломком скалы, что летает на конце еще сильнее укоротившегося луча.
Отпрыгнув от очередного тычка, Валай чуть не врезался спиной в успевшую подняться подругу. Все! Отступать больше некуда. Прощай, любимая! Подумал, а хотел крикнуть. Удар в грудь вышиб воздух и все слова, что застряли в горле. Отброшенный одним из Проклятых змеелюд, падая, саданул в ребра своим каменным лбом. Вот теперь уже достал Мину, сбил с ног – оба рухнули в снег. Голова долбанулась о твердое. Искры из глаз. Подруга под ним, Валай сверху – к врагам открытой спиной. Сейчас между лопаток войдет острое и холодное…
– Вцепитесь друг в друга!
Крик прилетел словно из другого мира. Приготовившийся достойно встретить смерть Волк слабо соображал, но руки сами собой стиснули извивающуюся под ним Мину. И вовремя. Перед глазами растеклась серая мерцающая пелена, и заснеженный гребень холма резко рванулся вниз, словно падая. Но падала не земля, а сердце охотника, что умчалось в сторону пяток. Их с Миной схватило вихрем!
– А-а-а-а! – взревел он.
– Держи меня! Держи! Держи! – не своим голосом завизжала любимая.
Валай, позабыв обо всем, вцепился в подругу изо всех сил. Та точно так же стиснула его всеми конечностями. Он почувствовал, как хрустнули ребра. Не важно – сейчас их Теннарий так и так расшибет о врагов. Глаза сами собой зажмурились. В ушах свист и крик Мины, в волосах ветер, в животе неприятное ощущение затянувшегося прыжка с высоты. Вот сейчас! Вот сейчас! Сейчас…
Но удара все не было. Считать бой яростно тарахтящего сердца нет смысла, но и так ясно, что болтаются они в воздухе слишком долго. Валай резко открыл глаза. Большую часть обзора занимает красное лицо Мины. Слева сквозь серую пелену виднеется серое же, затянутое зимними тучами небо. Справа пляшет каменистый с белыми снеговыми пятнами склон. Странно пляшет, неправильно.
Да он вверх ногами! Вон мелькнул перевернутый чернюк, машущий пикой. Вон большой камень, что торчит не в ту сторону. И все прыгает, прыгает, прыгает.
– Ты, жи-и-и-ва? – с трудом вытолкнул он ком из горла.
– Да, – почему-то шепотом отозвалась девушка. – Он нас тащит на вихре!
– Тебе видно, что там?
– По склону наискось чешут. От чернюков оторвались. Хотят к нашим успеть, пока их ордынцы обратно в каньон не вытеснили.
– И что, успеваем?
– Погоди. Отпусти чуть-чуть.
Мина ослабила хватку и немного отодвинулась от него.
– Кажись да. Бессмертные что твои лошади скачут. Как еще сапоги не истерли о камни и ноги не переломали?
– Кровь богов, – промычал Валай, чувствуя, что от болтанки его сейчас вывернет наизнанку.
– И не говори. Братья нашего Яра. С такими не пропадем!
– Угу, – только и смог выдохнуть он. Содержимое желудка резко полезло наружу. В глазах все стремительно завращалось. Лицо Мины поплыло, размазалось…
* * *
– Волчик, очнись! Очнись!
Валай кое-как разомкнул тяжеленные веки. Он лежал на спине. Рядом на коленях стояла Мина, только что плеснувшая ему в лицо жменьку воды из бурдюка, что держала в руке.
– Ну наконец-то! Я уже думала, в зимнюю спячку впал. Полдня в беспамятстве провалялся. Сначала там, в вихре, потом на спине коня. Страшно же. Боялась, блевотиной захлебнулся. Теннарий меня только-только к тебе пустил.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?