Читать книгу "Первая мировая война. 1914–1918 гг. Выдающийся труд, посвященный одному из самых кровавых конфликтов в истории"

Главнокомандующий Юго-Западным фронтом, во исполнение общей задачи «нанести поражение австро-венгерским армиям, имея в виду воспрепятствовать отходу значительных сил противника на юг за р. Днестр и на запад к Кракову», решил перейти в общее наступление 18–21 августа, поставив армиям следующие частные задачи: 8-я армия первой начинала наступление с 18 августа на фронт Ходоров – Галич, стремясь не допустить отхода противника за р. Днестр[28]28
  При развертывании 8-я армия была сосредоточена уступом назад и, начав наступление только на сутки раньше 3-й, она не успела бы выдвинуться настолько, чтобы отрезать пути отхода за р. Днестр.


[Закрыть]. Днестровский отряд, сообразуя свои действия с 8-й армией, одновременно переходил в наступление между рр. Днестром и Прутом. 3-я армия с 19 августа начинала наступление на Львов, на фронт Куликов – Миколаев, содействуя выполнению задачи 8-й армии.

Запаздывающие в своем развертывании 4-я и 5-я армии (подвозились частью из Московского и Казанского военных округов) с 21 августа начинали выдвижение только своих авангардов на линию Вилколаз – Избица – Грубешов – Владимир-Волынский, подтягивая соответственно с авангардами и главные силы корпусов. 23 августа обе армии переходили в общее наступление: 4-я армия – в общем направлении на Перемышль, имея при этом в виду не допустить отхода противника на запад к Кракову, и 5-я армия – на фронт Мосциска – Львов, содействуя выполнению задачи 4-й армии. Кроме того, 4-й армии была поставлена задача для действия на левом берегу р. Вислы, где приказывалось вести наблюдение за войсками противника и обеспечивать как свой правый фланг, так и фланг всего фронта.

Ставя эту решительную задачу, штаб фронта не обеспечил общего превосходства в силах; кроме того, на важнейшем участке фронта между рр. Вислой и Бугом 4-я и 5-я армии в составе 16¹/₂ пех. и 6¹/₂ кав. дивизий фактически выполняли вспомогательную роль. Главный удар наносился 22 пех. и 8 кав. дивизиями 3-й и 8-й армий с востока, из Волыни и Подолии. В то же время план не использовал выгодное операционное направление по левому берегу р. Вислы для преграждения отхода противника к Кракову.

Переходя к рассмотрению Австро-Венгерского плана, необходимо учесть, что запаздывание сосредоточения 2-й армии, перевозимой в Галицию с Сербского фронта, заставляло австрийцев опасаться, что инициатива действий может перейти на сторону русских, силы которых с каждым днем увеличивались в большей степени, чем их собственные. Поэтому австрийцы, вынужденные к тому же союзническими обязательствами начать операцию вторжением в Польшу, решили направить главную массу своих сил, собранных в Галиции, – 21¹/₂ из 33 дивизий – для разгрома 4-й и 5-й русских армий, не окончивших еще своего сосредоточения между рр. Вислой и Бугом. При этом Конрад рассчитывал, как это было обещано ему еще в мирное время, на совместное наступление германских войск из Восточной Пруссии в общем направлении на Седлец.

Первоначальный план Австро-Венгерского командования ставил армиям следующие частные задачи: 1-я армия (Данкля) к 21 августа должна была занять исходное положение на рубеже от устья р. Сана до р. Танев, севернее Тарнограда, имея сильный левый фланг, откуда намечалось с 23 августа наступление армии на Люблин. Войска армейской группы Куммера должны были обеспечивать на левом берегу р. Вислы удержание последнего и подтянуться к левому флангу 1-й армии при ее дальнейшем наступлении. 4-я армия (Ауффенберга) сосредоточивалась к 23 августа в исходное положение в районе Терешполь – Потылич, откуда намечалось ее наступление совместно с 1-й армией на север в общем направлении на Холм – Грубешов, как только будет закончено сосредоточение 3-й армии у Львова. 3-я армия получила задачу удерживать район Львова и отразить возможное вторжение неприятеля с фронта Сокаль – Броды. В ее состав 23 августа переходил III корпус, сосредоточиваемый к юго-востоку от Львова. Армейская группа Кевеса должна была задерживать наступление противника на Тернопольском направлении, прикрывая переправы через р. Днестр и сосредоточение VII и IV корпусов 2-й армии. Южнее р. Днестра до р. Прута район прикрывался 43-й ландштурмистской дивизией и 35-й ландштурмистской бригадой.

В общем, отправив 2-ю армию на Сербский фронт, австрийцы не сумели к началу операции ни создать подавляющего превосходства сил в 1-й и 4-й армиях на направлении главного удара между рр. Вислой и Бугом, ни иметь достаточных сил в заслоне, обеспечивающем главную операцию на север.

В соответствии с изложенными планами и группировкой обоих противников, с 18–19 августа началось сближение, которое постепенно с 23 августа развернулось в грандиозное 33-дневное встречное столкновение между рр. Вислой и Днестром 8 армий на фронте в 320 км. Это сражение в истории мировой войны носит название Галицийской битвы и является сложной стратегической операцией.

Эту общую операцию можно расплетать на две частные: 1) вторжение двух австрийских армий в Польшу, охватывающее встречные сражения у Красника между 1-й австрийской и 4-й русской армиями, и Томашевское сражение между 4-й австрийской и 5-й русской армиями; 2) вторжение 3-й и 8-й русских армий в Галицию, которое привело сначала к встречному сражению на Золотой Липе (с 26 по 28 августа), а потом – к сражению на р. Гнилой Липе (с 29 по 31 августа).

С 1 сентября австрийцы производят перегруппировку своих сил, выделяя 4-ю армию на юг, что приводит к Городокскому сражению (с 5 по 12 сентября) к западу от Львова и второму наступлению 9-й, 4-й и 5-й русских армий, успех которых заставляет австрийцев 12 сентября начать отход за р. Сан.

Вступление Англии в войну дало такое превосходство морских сил в пользу Антанты, что оно заранее предрешало характер морских операций.

Трудно было при таких условиях предположить, что германский флот будет охотно искать сражения в открытом море, хотя Тирпиц и предлагал направить его для противодействия высадке англичан на материк; вернее же следовало ожидать, что он ограничится обороной своих берегов, использованием подходящего случая для нападения на вражеские берега, крейсерской войной и исканием иного способа борьбы с многочисленным неприятельским флотом, который в конце концов и был найден в подводной войне.

Еще 2 августа французский флот получил приказ направиться в Па-де-Кале, чтобы противиться предполагаемому проходу германского флота, но при неравенстве сил эта операция могла свестись исключительно к «спасению чести французского флага».

Только объявление войны Англией: резко изменило здесь 4 августа обстановку, и общее направление морских операций в Атлантическом океане, Ламанше и в Северном море было возложено на англичан.

2-я французская легкая эскадра, усиленная дивизионом английских крейсеров, обеспечивала с востока вход в Ламанш, который защищался французскими и английскими миноносцами. Благодаря этому перевозка английской экспедиционной армии на материк с 8 по 18 августа (150 тыс. бойцов) прошла совершенно спокойно и без всяких попыток помешать ей со стороны германского флота. Англичане, убедившись из этого факта в достаточной обороне Ламанша, распустили даже свои 2-ю и 3-ю эскадры, усилив входившими в них броненосцами старой конструкции 1-ю эскадру, которая с тех пор стала называться Большим флотом и оставалась сосредоточенной в британских водах с главной базой в Скапа-Флоу.

В Средиземном море руководство морскими операциями находилось в руках французов.

Здесь роль союзного флота за этот период кампании свелась к перевозке XIX французского корпуса из Алжира в метрополию, к неудачной погоне за германскими крейсерами «Гебен» и «Бреслау», которые после бомбардировки алжирских берегов скрылись в Дарданеллы и пошли на усиление турецкого флота, и, наконец, к бомбардированию с 16 августа укрепленных пунктов Далматийского побережья и Катарро, ни к чему не приведшему, так как австрийский флот заперся в Пола.

В то время как главные морские силы Антанты в европейских водах фактически бездействовали, в дальних морях с особой энергией велась крейсерская война. С самого начала военных действий германцы с большой активностью вели крейсерскую войну, разрушавшую торговлю держав Антанты, а следовательно, и расстраивавшую подвоз необходимого им сырья, затруднявшую связь их с Россией и колониями, и, наконец, мешавшую завоеванию германских колоний. Германское крейсерство сосредоточивалось, главным образом, в следующих районах (схема 2): «Эмден» и «Кёнигсберг» оперировали в Индийском океане, «Карлсруэ» – в Антильском море, «Дрезден» – в южной части Атлантического океана и, наконец, сильная эскадра Шпее – в Тихом океане. К этому периоду войны относится только начало борьбы с германскими крейсерами, которая продолжалась в течение всего 1914 г.

Западный театр мы оставили после неудачных попыток французских армий перейти в наступление первоначально в Эльзас-Лотарингии, а потом по всему фронту от Вердена до Монса. Характерной чертой всех боев этого периода служит осторожность французов, с которой они не доводили неудачное сражение до поражения, своевременно отступая и тем сохраняя за собой относительную свободу действий.

Поэтому по окончании Пограничного сражения и выхода из него французских армий генерал Жоффр остановился на решении продолжать преднамеренное отступление с целью выиграть пространство для маневра и, задерживая рядом частных боев наступление противника, получить время для необходимых перегруппировок и по окончании железнодорожного маневра перейти в решительное наступление.

В директиве от 25 августа новая задача в общих чертах формулирована следующим образом. Для предполагаемого маневра необходимо на левом фланге собрать сильную группу, способную перейти в наступление, которую составят соединенные 4-я и 5-я французские армии, английская армия и новые части, перевозимые с востока. Цель отступления – дать время собраться этой группе.

Во исполнение этого ко 2 сентября в окрестностях Амьена вновь собирается сформированная 6-я армия (Монури) с задачей наступать на правый фланг противника в направлении на Аррас. Левый фланг ее прикрывается кав. корпусом Сорде и территориальными дивизиями на Нижней Сомме.

Английская армия соберется за р. Ооммой (между Брэ и Гам), готовая атаковать в северо-восточном направлении. 5-я армия в районе С.-Кантен – Лаон, готовая атаковать в направлении на Воэн.

4-я – севернее Реймса по р. Эн для наступления на север. 3-я – займет фронт от Вердена на запад до С.-Менеульд. 1-я и 2-я армии должны сдерживать находящегося перед ними противника.

В таком положении Жоффр предполагал, опираясь правым флангом на Верден, перейти во фронтальное наступление, соединенное с охватом правого фланга Германского фронта.

Этот маневр Жоффра, как можно судить, был основан на следующих данных: 1) развертывание правого фланга германских корпусов, кроме кавалерии, не распространялось западнее меридиана Валансьена; 2) сильно укрепленный район Вердена мог составить ось маневра, и 3) восточный крепостной барьер, прикрытый двумя армиями, являлся обеспечением правого фланга. Выдвинутое положение левофланговых армий давало в самом развертывании известные выгоды для обходного маневра левого фланга.

Германское командование переоценило свои успехи в первых столкновениях, переоценило также и степень расстройства французских армий. Под этим знаком и прошли распоряжения германской главной квартиры в период, предшествовавший Марнскому сражению.

Директива 27 августа определяла, что северная и центральная группы французских армий находятся в полном отступлении на юго-запад к Парижу, и указывала на немедленное наступление германских армий к столице Франции, чтобы не давать отдыха неприятелю, мешать ему задерживаться на новых линиях и стараться возможно больше разрушить средства его дальнейшего сопротивления.

Поэтому 1-й армии было приказано наступать западнее р. Уазы к Нижней Сене, поддерживая связь со 2-й армией; этой последней – идти на Париж через Ля-Фер – Лаон; 3-й армии – на Шато-Тьери, 4-й – через Реймс к Эпернэ, а 5-й – на линию Шалон – Витри-ле-Франсуа. Эта последняя должна была прикрыть операцию со стороны Вердена, пока он не будет обложен 6-й армией, которая вместе с 7-й активными действиями должна приковывать к себе возможно большее количество французских войск.

Выполнение директив обоих Главнокомандующих должно было привести к ряду столкновений на тех рубежах, которые французы решили не отдавать без боя для выигрыша времени к подготовке своего маневра.

Мы оставили французские Лотарингские (1-ю и 2-ю) армии, уменьшенные в количестве корпусов выделением 3 из них (VII, IX и XVIII) в центр и на левый фланг, в то время, когда они отошли 23 августа: 2-я армия – на линию рр. Мозель и Мортань от Понт-а-Муссона до леса Шарм, а 1-я армия – частью в перпендикулярном ко 2-й направлении от Шармского леса до Бадонвилер и далее фронтом на восток, на С.-Дие. Таким расположением своих армий под углом друг к другу с вершиной у Шарма французы хотели образовать для противника, атакующего этот важный участок, мешок и обеспечить взаимное содействие обеих своих армий. Исключительно важное значение участка Нанси – Эпиналь, куда именно и должен был направиться удар германцев, давало основание к такому приспособленному к одному случаю расположению двух французских армий.

6-я и частью 7-я германские армии, действительно, двинулись 24 августа в этот мешок, но после 2 дней ожесточенного боя были отбиты перешедшими в контратаку французами и должны были отказаться от своей попытки, которую с особой силой возобновили во время Марнского сражения.

Столкновение в Лотарингии должно было временно успокоить генерала Жоффра относительно его правого фланга и позволило ему еще более усилить за его счет свою ударную группу (XV корпусом). Германцы же получили в нем первое предостережение относительно возможности устроить французам «сверх-Канны».

Отошедшие 25 августа в восточные Аргонны и за р. Маас, между Музоном и Мезьером, 3-я и 4-я французские армии были 27 и 28 августа вновь атакованы 3-й и 4-й германскими армиями в центре и в обход левого фланга на Синьи-л’Абей. Имея успех в центре, французы ввиду обхода их левого фланга, которому они не были в силах противодействовать и который угрожал прервать связь 4-й армии с 5-й, были принуждены в ночь на 28-е начать отход 4-й армией на Эн, задержав наступление германцев в этом направлении на 2 суток.

Но все-таки в результате происшедших здесь боев между 4-й и 5-й армиями образовался открытый промежуток, для заполнения которого 29 августа была сформирована из левофланговых частей 4-й армии и вновь подвозимых дивизий армейская группа генерала Фоша, которая 30 августа развернулась севернее Ретеля, имея для дальнейшего отхода направление на Реймские высоты. К этому же времени 3-я и 4-я армии отошли на линию Верден (исключительно) – Варен – Гранпре – Аттиньи.

После Пограничного сражения 5-я и английская армии отошли 25 августа на фронт Рокруа – Авень (5-я армия) и Лайдреси – Камбрэ (английская армия), войдя направо в связь с 4-й армией и имея налево от англичан кав. корпус Сорде и территориальные дивизии д’Амада, эшелонированные от Камбрэ до С.-Омера.

Германские армии продолжали преследование. Клук, переведя конный корпус Марвица на юг, направил свои передовые корпуса веером от Турне на Амьен и от Валансьена на Перон. Бюлов, отделивший VII резервный корпус для осады Мобежа, прошел 25-го Филиппвиль, направив для уменьшения образовавшегося между Клуком и им промежутка X корпус к западу.

26 августа германцы атаковали задержавшийся у Ле-Като английский корпус, который вследствие обхода левого фланга с трудом вышел из создавшегося для него критического положения и мог продолжать дальнейшее отступление за р. Эн.

Днем 27 августа, когда 5-я французская армия продолжала отступление за р. Уазу с целью занять район между Обантоном и Гизом, генерал Ланрезак получил приказание Жоффра атаковать германцев в направлении на Сен-Кантон с целью задержать их наступление до сосредоточения армии Монури у Амьена и облегчить отступление англичан. Это приказание застало французов неподготовленными для быстрого занятия исходного положения, так как нужно было повернуть армию круто на запад.

28 августа во время передвижения 5-й французской армии за р. Уазу произошел бой у Гиза; два левофланговые корпуса 2-й армии были задержаны в своем наступлении из опасения разрыва с 3-й армией, наступавшей на юг. К утру 29 августа 5-я французская армия развернулась на левом берегу р. Уазы фронтом на запад, опираясь правым флангом в участок реки восточнее Гиза и собираясь атаковать главными силами Сен-Кантен. В течение 29 и 30 августа произошло сражение у Сен-Кантен – Гиза. В результате боя 29 августа наступление левого фланга 2-й германской армии было задержано, но у Сен-Кантена французы были отброшены к р. Уазе, и вечером 29 августа Жоффр приказал 5-й армии начать отступление за р. Сер к Лаону. Около полудня 30-го сражение окончилось. Неожиданный переход французов в наступление против 2-й армии заставил 1-ю армию германцев свернуть с юго-западного направления на южное на помощь 2-й армии.

28 августа головная дивизия армии Монури, едва высадившись, была атакована германцами у Неля и отброшена. 29 августа той же участи подвергся VII корпус его армии, который столкнулся у Пруаяра с головным корпусом армии Клука. Монури, несмотря на превосходство сил, уклонился от решительного сражения под предлогом обнажения в связи с дальнейшим отходом англичан его правого фланга и 30 августа отступил к Парижу. Эти нерешительные первоначальные действия Монури не остались без влияния на дальнейшее поведение Клука, который придал незначительный удельный вес его группе.

30 августа произошло знаменательное отклонение 1-й армии Клука на юг: накануне 29 августа, как уже говорилось, соседняя 2-я армия Бюлова подверглась у Сен-Кантена сильному контрудару 5-й французской армии.

Клук, узнав 30 августа, что французы перед ним не задерживаются на р. Авр, решил для облегчения положения соседней армии Бюлова изменить направление своей армии с юго-западного на южное. Вместо движения через Амьен, 1-я германская армия повернула на фронт Морейль – Руа и только один IV резервный корпус был выдвинут в качестве бокового авангарда в район Амьена. В 7 час. вечера 30 августа Клук получил от Бюлова просьбу оказать ему содействие в использовании достигнутого успеха движением через Шони на линию Ля-Фер – Лаон. Эта просьба Бюлова укрепила уверенность Клука в правильности принятого им решения, и он донес Мольтке о том, что на следующий день – 31 августа – его армия с целью использовать успехи 2-й армии, наступает к р. Уазе на линию Компьен – Нуайон. Утром 31 августа Клук получил одобрение главного командования.

Вместо широкого обхода левого фланга французских армий у Клука возникло настойчивое желание теснить противника в связи с армией Бюлова к юго-востоку. Клук, пренебрегая направлением в обход Парижа с запада, бросился в открытый вследствие отступления англичан промежуток между Парижем и 5-й французской армией, устремясь в погоню за отходившими англичанами. При таком повороте на юго-восток Клук оставил французскую армию Монури как бы висеть на наружном фланге своей армии.

Форсируя до крайности войска, он взял направление на Нантейль – Мо – Ля-Ферте. 2 сентября Клук уже южнее Компьена обогнал армию Бюлова, с движением которой он должен был строго сообразовать свой марш.

Директива Мольтке, данная 2 сентября 1-й и 2-й армиям, фактически имела целью только запротоколировать самоуправство Клука.

Указание Мольтке в директиве 27 августа о движении 1-й армии на р. Сену ниже Парижа было, таким образом, отменено. 2 сентября Мольтке закрепил эту перемену маневра правофланговых армий, указав 1-й и 2-й армиям задачу оттеснения французов к юго-востоку от Парижа, причем 1-й армии назначено было следовать уступом за 2-й, обеспечивая правый фланг всех германских сил.

Почти в одно мгновение германцами допущено было радикальное изменение исходного плана операций и пренебрежение Парижем. Помимо исключительного морального значения захвата столицы Франции, германцам важно было овладеть этим крупным узлом железнодорожных сообщений, при посредстве которого французы производили быструю переброску сил для удара во фланг германцам. Отклонение армии Клука 30 августа на юг явилось началом дальнейшего изменения германского плана и замены общего руководства разрозненными действиями отдельных армий. Миллионная масса стала расползаться по частям, и в этом, как увидим дальше, таилась основная причина германской неудачи.

Клук не выполнил требования германского главного командования о том, чтобы 1-я армия следовала уступом за 2-й, так как к моменту получения этой директивы некоторые войска Клука оказались не сзади, а уступом впереди 2-й армии, вследствие его стремления вести преследование разбитого врага до крайнего напряжения сил своих войск. К вечеру 3 сентября главные силы этой армии стояли на р. Марне, имея часть IX корпуса уже за рекой. 4 сентября Клук донес, что требование директивы следовать уступом за 2-й армией невыполнимо, так как оттеснение противника к юго-востоку от Парижа возможно лишь с движением вперед, и что задача по обеспечению правого фланга армий ослабляет наступательную силу 1-й армии, которая для этого нуждается в подкреплениях[29]29
  Еще 25 августа Мольтке назначил 2 армейских корпуса для отправки в Восточную Пруссию: из состава 2-й армии – гвардейский резервный, из состава 3-й армии – XI корпус и из состава 6-й армии – 8 кав. дивизию. В просьбе Клука о подкреплении можно видеть прямой упрек сделанному ослаблению сил Западного германского фронта.


[Закрыть]. Ответа не последовало. Правофланговые германские армии продолжали безостановочно двигаться на юг и к вечеру 4 сентября почти всеми своими силами находились южнее Марны, на фронте от Ребэ до Шалона:

1-я армия – 3 корпусами (IV, III и IX армейские) – у Ребэ, С.-Бертелеми, Монмирай, и 2 корпусами (II и II кав.) – на переправах у Трильпора и Ля-Ферте, имея севернее реки заслоном к стороне Парижа IV резервный корпус.

2-я армия – 4 корпусами (I кав., VII, X резервные и X) – у Фонтенель, Парньи и Монмора; гвардейский корпус был эшелонирован между Дамери и Вертю.

3-я армия также дошла до Марны: 2 корпуса (XII и XIX) – в районе Вро – Шалон и XII резервный – уступом позади у Реймса.

Прочие германские армии к этому моменту занимали следующее положение:

Обе левофланговые армии правого крыла, 4-й и 5-я, занимали участок, от Верхней Марны через Аргонны до северо-восточных окрестностей Вердена, причем главные силы 4-й армии (VIII, VIII резервный и XVIII корпуса) группировались к юго-востоку от Шалона, имея XVIII резервный корпус за своим левым флангом к северу от Вальми.

5-я армия 4 корпусами занимала линию С.-Менеульд – Клермон – Маланкур – Форж, а 2 корпусами – на правом (восточном) берегу р. Мааса к северо-востоку от Вердена.

6-я армия директивой от 27 августа получила задачу прорвать фронт между Тулем и Эпиналем, а 31 августа ей было приказано, кроме того, овладеть Нанси.

7-я армия 4 сентября начала переброску в Бельгию[30]30
  Переброска войск 7-й армии делалась в связи со сведениями о готовившемся десанте англичан в Бельгию в районе Остенде. Командующий 7-й армией генерал Хеерингер также направился в Бельгию. Остававшиеся в Лотарингии части 7-й армии были подчинены командующему 6-й армией.


[Закрыть].

Французское главное командование, невзирая на неудачное начало армии Монури, не могло отказаться от замысла использовать слабейшее место германского маневра, но кризис на фронте усиливался в эти дни заботами о судьбе Парижа. Париж считался крепостью современного образца для крупного гарнизона. Крепость обладала 4 укрепленными линиями, из которых внешний пояс, в окружности до 200 км, состоял из 22 фортов и 31 редута и батареи, расположенных преимущественно на правом берегу р. Сены. По состоянию верков и по вооружению крепость не была способна сопротивляться действию новейшей артиллерии и вообще не была подготовлена к обороне. Крепостной гарнизон к 5 сентября состоял из 5¹/₂ территориальных дивизий и 1 морской бригады малой боеспособности.

С приближением германских армий военный министр Месси-ми 25 августа обратился к Жоффру с предложением немедленно образовать специальную армию для защиты столицы, а на следующий день, не выждав ответа, назначил генерала Галлиени военным губернатором Парижа и комендантом крепости с подчинением его непосредственно правительству помимо Главнокомандующего. Одновременно Мессими от лица правительства потребовал от Жоффра назначения для Парижской армии 3 полевых корпусов. Это вторжение правительства в круг ведения Главнокомандующего, особенно в момент подготовки генерального сражения, усиливало трудности и без того тяжелого положения Жоффра. Понадобилось вмешательство президента Республики Пуанкаре, в результате чего произошла смена кабинета, и военным министром оказался Мильеран[31]31
  Жоффру не улыбалось выделение особой армии для защиты Парижа, когда каждый лишний корпус на фронте мог перевесить чашу весов предстоящего сражения в пользу французов. Под влиянием Жоффра Мильеран 28 августа предложил правительству одновременно с решением переехать в Бордо и объявить Париж открытым городом, и тогда будто бы отпадала надобность его защиты. Но значение Парижа, как упоминалось выше, не связывалось только с местопребыванием центральной власти, и 30 августа предложение Мильерана было отвергнуто.


[Закрыть]; генерал Галлиени в роли парижского губернатора был подчинен Жоффру.

В этот момент Жоффр был озабочен благополучным отступлением своих армий, что им отмечалось в директиве от 1 сентября, в которой указывался и общий план дальнейших действий: «Несмотря на тактические успехи 3-й, 4-й и 5-й армий, достигнутые на р. Маасе и у Гиза (С.-Кантон), обход противником левого фланга 5-й армии, недостаточно поддержанной английскими войсками и 6-й армией, вынуждает произвести отход нашего фронта, имея осью наш правый фланг. Как только 5-я армия избегнет опасности охвата, своего левого фланга, совокупностью сил 3-й, 4-й и 5-й армий будет предпринято наступление».

При этом были намечены предельные рубежи отступления на левом (южном) берегу р. Сены.

В дополнительных указаниях 3 сентября Жоффр писал: «Общий план операции, которым подсказана директива № 4, сводится к следующему: а) вывести армии из-под нажима противника и дать нм возможность устроиться и усилиться в том районе, которого они достигнут к концу отступления; б) окончательно устроить наши силы на линии Пон-сюр-Юонь, Ножан-сюр-Сен, Арси-сюр-Об, Бриень-ле-Шато, Жуанвиль; на этой линии они будут пополнены; в) усилить левофланговую армию двумя корпусами, взятыми из 1-й и 2-й армий (из Нанси и Эпиналя); г) после этого перейти в наступление по всему фронту».

Во французской литературе продолжается спор о том, кому принадлежит первенство замысла о моменте перехода в наступление и отчасти о направлении главного удара. Особенности положения Галлиени, взаимная неприязнь между ним и Жоффром и разница в их личных свойствах создавали трения между ними, наложившие свой отпечаток на исходные распоряжения в Марнской битве. Галлиени, будучи с 1 сентября подчинен Жоффру, продолжал расходиться с ним относительно времени перехода в наступление, считая, что Главнокомандующий упускает выгодный момент.

Начиная с 31 августа, в штабах Галлиени и Жоффра получали данные о перемене направления армии Клука. Вечером в этот же день конница 6-й армии, находившаяся еще на р. Уазе, впервые обнаружила, что войска Клука идут из района Компьена не на Париж, а в юго-восточном направлении.

Того же 1 сентября Галлиени была передана 6-я армия Монури, предназначенная для обороны Парижа. Армия была усилена IV корпусом, переведенным из состава 3-й армии. 2 сентября французское правительство покидает Париж, который остается в полном подчинении у военного губернатора генерала Галлиени. Последний в тот же день организует воздушную разведку для обследования долины р. Уазы. и 3 сентября эта разведка выясняет, что немецкие колонны глубиной от 15 до 20 км направляются мимо Парижа на юг и юго-восток, подставляя свой правый фланг под удары со стороны Парижа.

Галлиени сгорал от нетерпения скорее использовать эффектную возможность стремительного удара во фланг германцам, но Жоффр в духе отданной им директивы, приведенной выше, не отступал от принятого решения, желая выждать благоприятный момент. Начиная с 1 сентября во французской главной квартире созревало решение перейти в наступление. 2 сентября Жоффр телефонировал Мильерану: «Я решил выждать несколько дней, раньше чем дать сражение… Мы увеличим этим в значительной степени наши шансы к победе».