Текст книги "Элиза. Фаворитка Его Величества"

Глава 4

Бесконечные занятия, танцы, этикет – все это начиналось ближе к полудню и заканчивалось уже перед ужином. Элиза к этому времени уже падала без сил. Но несмотря на всю эту загруженность, девушка нет-нет, да возвращалась мыслями к прошлому вечеру. Его ладони, греющие ее ступни, его губы, ласкающие ее плечи и… грудь. Она снова и снова вспыхивала румянцем, вспоминая, как король освобождал ее соски от грубой ткани сорочки, как целовал их.

– Вы не заболели, милочка? – спрашивала ее статс-дама, проводящая занятия по этикету, во время которых Элиза отвлеклась на свои воспоминания. – У вас горят щеки, лихорадочный взгляд и вы явно рассеяны. Я отправлю к вам доктора, пусть убедится в том, что с вами все в порядке.

– Нет-нет, все хорошо, – отнекивалась Элиза, стараясь выкинуть из головы будоражащие воспоминания.

Тем не менее, ей не поверили, поэтому девушку отправили в ее комнату, куда вскоре пришел доктор. Он осмотрел Элизу и сказал, что с ней все в порядке. Однако, на ужин девушка не пошла в столовую, сказавшись не очень здоровой и ей принесли ужин прямо в комнату.

А вскоре после ужина пришла служанка и велела идти за ней. На этот раз ее привели в комнату вроде купальни. Служанка его назвала СПА-салоном. Девушку раздели и уложили в наполненную теплой ароматной водой ванну. Пока Элиза отмокала в воде с душистыми цветочными маслами, две девушки ей в четыре руки делали маникюр, потом педикюр.

Когда Элиза вышла из ванны, ее замотали в полотенце и уложили на специальную кушетку. На ее ноги нанесли какую-то странно пахнущую мазь, велели какое-то время так полежать, а потом с помощью специального деревянного скребка удалили всю эту мазь с ног. Мазь удалялась вместе с волосками. Девушки назвали эту процедуру эпиляцией.

Потом тоже самое сделали у нее подмышками. После чего одна из девушек с той же мазью в руках хотела что-то сделать между ног у Элизы, от чего так сразу как-то испуганно сжалась. Но вторая девушка покачала головой:

– Пока не надо.

Девушка с мазью согласно кивнула и отнесла мазь.

Затем Элизу натирали какими-то душистыми маслами, делали маску на лице, наносили что-то на волосы.

Расслабленная девушка даже слегка задремала, когда ее вдруг выдернули из сна. Ей сказали, что пора. Что именно пора – ей не было понятно. Но ее проводили в комнату, в которой на стуле уже лежала стопка с нижним бельем – новым и очень красивым, а также лежало абсолютно новое платье. Элизу начали одевать.

Белье Элизу очень удивило. После ее грубоватых простых панталонов до колена эти коротенькие шелковые панталончики казались чем-то просто сказочным. Приятные на ощупь, они были отделаны кружевом и изящной вышивкой на белоснежном шелке.

Сорочка была тоже шелковой, с кружевными вставками и на тонюсеньких бретельках. Она едва прикрывала середину бедра.

В комплект также входил корсет. Когда его натянули на Элизу, та была весьма удивлена, увидев в зеркало столь изящную фигурку с тонкой талией, на фоне которой бедра становились еще аппетитней, а грудь… О, грудь выглядела просто шикарно. Приподнятая корсетом на контрасте с утянутой талией, грудь выглядела еще более пышной и высокой.

Очень изящно смотрелись на девушке также чулочки. Ажурные, приятные на ощупь, они приятно холодили кожу и такое прикосновение качественного материала к нежной коже с внутренней стороны бедер было даже слегка возбуждающим.

Что касается прически, то ее служанки делать не стали. Они распустили волосы Элизы, которые светлыми волнами опустились на плечи.

– Разве ж можно прятать такую красоту! – ахнула одна из служанок, водя по волосам щеткой.

Девушка любовалась своим отражением с удивлением и восхищением. Словно эта принцесса была ей совсем не знакома.

Платье, которое надели на девушку, разительно отличалось от того, что она носила до этого. Струящееся мягкими волнами, оно подчеркивало все выпуклости Элизы. Глубокое декольте открывало на всеобщее обозрение большую часть мягких полушарий ее пышной груди. Девушке постоянно хотелось подтянуть корсаж повыше, спрятав грудь, которая ей казалась совсем открытой, чуть ли не голой. Однако, если бы она сравнивала свое декольте и декольте, которое было у большинства дебютанток на приеме, то могла бы понять, что ее наряд – сама скромность. Но по сравнению с тем монашеским одеянием, что Элиза носила до этого, платье было более чем открытое.

Новенькие уютные туфельки на небольшом каблуке довершали наряд. Ему явно не хватало украшений, но Его Величество счел некорректным сразу выделять девушку, задаривая ее драгоценностями. Поэтому Элиза ограничилась скромным кулоном, доставшимся ей от матери.

Одетую таким образом, а по меркам Элизы, так раздетую, девушку проводили к королю.

Король ждал ее в гостиной своих покоев, удобно устроившись в кресле и закинув нога на ногу. Черные брюки из ткани, напоминающей кожу, но гораздо более тонкую, плотно облегали сильные подтянутые бедра. Белая шелковая рубашка на груди была распахнута, обнажая мускулистую грудь и подчеркивая широкие плечи. Весь облик Антуана говорил о том, что это сильный и уверенный в себе человек, с детства привычный повелевать и подчинять. Элиза же, всю жизнь подчинявшаяся своим опекунам, эту ауру власти чувствовала особенно остро и она ее… возбуждала? Девушка поймала себя на мысли о том, что готова для этого мужчины сделать все, чего бы он ни потребовал. И ей хотелось выполнять все его приказания, даже самые неприличные. Впрочем, понятия о неприличности в ее наивной головке пока ограничивались ощущениями горячих рук на своем теле и страстными поцелуями.

Король поднял голову и взглянул на Элизу. Его зрачки слегка расширились. когда он увидел ее в новом образе.

– Совсем другое дело, – восхищенно выдохнул он.

Мягким гибким движением король вскочил с кресла и оказался рядом с девушкой. Он жадно разглядывал ее, оглаживая взглядом ее распущенные по плечам локоны, слегка испуганные, но любопытные глаза, пухлые губки. Взгляд опустился ниже и еще больше потемнел, задержавшись на зоне декольте. Король буквально впился взглядом в мягкие полушария. Секунду он сомневался и вдруг обхватил ладонями ее едва спрятанные в платье грудки и выдохнул прямо в губы:

– Боже, какая красота! Это просто преступление – скрывать такое под тем убожеством, что вы называли платьями!

Ощущение горячих ладоней на груди для Элизы было непривычно, но безумно приятно. Где-то в глубине сознания забрезжила мысль о том, что такое непозволительно, но она быстро пресекла ее, заявив сама себе о том, что это – король, и ему позволительно все. Абсолютно все! И от этой мысли внизу живота растекалась горячая волна возбуждения.

Антуан наклонился еще ниже и буквально впился в губы Элизы, сминая их и, в то же время, продолжая сжимать и оглаживать ладонями ее грудь. Его язык проник между ее губ и вторгся в ее пухлый ротик. Девушка сама не поняла, почему она вдруг застонала. Она положила руки на плечи короля и начала оглаживать их, чувствуя, как напрягаются его мускулы.

Антуан опустил ниже корсаж платья, освобождая уже напряженные соски и, приподняв одну грудь, впился в сосок губами. Он вдруг начал посасывать сосок, от чего Элиза почувствовала, что у нее подкашиваются ноги. Почувствовав это, Антуан подхватил девушку на руки и уложил ее на диван, практически не отрываясь от груди. Вскоре он со чмоканьем освободил вытянувшийся от его ласк сосок и переключился на второй. Девушка снова застонала и инстинктивно раздвинула колени. Король заметил это.

– Это платье прекрасно и подчеркивает твою шикарную фигурку, но мне кажется, моя милая, что оно тебе малость мешает. Давай-ка, я помогу тебе от него избавиться.

С этими словами король помог девушке приподняться и весьма шустро ослабил шнуровку у нее на спине. Платье тут же сползло вниз. Антуан стащил его вниз, оставив шелковую лужицу лежать на полу, избавив Элизу заодно от туфель. Она осталась в корсете, коротких панталончиках и ажурных чулках.

– Прекрасное белье делает прекрасную женщину еще восхитительней!

Король, продолжая ласкать грудь девушки губами, начал гладить ножки в чулочках, отчего ей захотелось… Да она сама не понимала, чего хочет. Томление, которое охватывало Элизу, было ей непривычно и по силе и накалу существенно превышало даже то, что она испытывала в своих самых неприличных снах.

Каким-то неуловимым и быстрым движением Антуан освободил ее от корсета, открыв ее плоский, но мягкий животик и начал покрывать его поцелуями. Руки гладили ее бока, плечи, спину. Девушка выгибалась под его ласками и не прекращала стонать.

Когда его руки начали стягивать с нее панталончики, Элиза испуганно дернулась и инстинктивно сжала ноги.

– Тссс… не бойся, моя милая! – зашептал король. – Я не сделаю тебе больно. Я буду предельно ласков и нежен с тобой. Ты и сама очень нежная и хрупкая.

Он стянул с нее панталончики, открывая треугольник, покрытый короткими волосками. Король рвано выдохнул и попросил:

– Раздвинь ножки, Элиза!

Девушке ничего не оставалось, как подчиниться. Но руки ее так и тянулись к тому, чтобы прикрыть столь интимное место. Но король отвел ее руки в стороны и начал разглядывать ее там, внизу. Вдруг он наклонился и поцеловал ее там, между ног. Элиза ахнула: она даже сама к себе в том месте не смела прикасаться, если, конечно, не учитывать необходимость во время гигиенических процедур.

Вдруг в дверь постучали.

– Кто посмел? – громко прорычал король.

– Простите, Ваше Величество, – раздался робкий голос из-за двери, – прибыли послы из соседнего государства, ждут вашего приема.

– Черт! – выругался Антуан. – Я скоро приду, пусть ждут!

С сожалением он помог девушке одеться.

– Прости, дорогая, придется продолжить в следующий раз. Сейчас меня ждут срочные дела.

Кое-как, с помощью короля, одевшись, Элиза отправилась в свою комнату.

Король же отправился на встречу с послами, одновременно и сожалея, и радуясь тому, что его прервали. Он не хотел спешить, эту невинную девочку нужно было покорять постепенно. Конечно, он мог бы приказать и она в первую же встречу отдалась бы ему, но такой вариант был ему неинтересен. Ему хотелось, чтобы Элиза сама падала в его объятья, желала его и наслаждалась их близостью. Но, лаская девушку, он так увлекся, что сам уже не мог остановиться. Так что прибывшие вдруг послы оказались очень даже вовремя.

Что касается Элизы, то сон долго не шел к ней. Она снова и снова вспоминала ласки короля, от чего соски грудей приятно ныли и там, внизу, то местечко, которое он вдруг поцеловал, было напряжено и желало снова его ласк. Пришлось вставать, принимать прохладный душ. Только после этого девушке удалось немного успокоиться и, наконец, уснуть.

Глава 5

На следующий день в честь прибытия делегации от соседей во дворце был объявлен бал. Гостей было немного, всего человек сто, но королева-мать решила что такой формат мероприятия идеален для того, чтобы начинать выводить в свет дебютанток. Аристократки с хорошим генофондом в стране были на вес золота, поэтому королева считала своим долгом выдать девиц замуж за наиболее подходящих по ее мнению мужчин.

В честь предстоящего бала все занятия у девушек были отменены, а в комнату Элизы служанка принесла очередной набор обновок. Помимо совершенно умопомрачительного нижнего белья, ей принесли шикарное по меркам Элизы платье. Как и прошлое, оно совершенно не скрывало достоинств ее фигуры, напротив, подчеркивая их. Обнаженные плечи, глубокое декольте и совершенно невероятный глубокий синий цвет преображали Элизу до такой степени, что другие дебютантки ее сперва просто не узнали. Высокая прическа открывала изящную длинную шею девушки, а искусный макияж, сделанный талантливой камеристкой, делал ее глаза еще более выразительными, а губы – еще более яркими и пухлыми.

Бал начинался с танца короля с его королевой и это слегка кольнуло девушку ревностью, напоминая той, что у ее Антуана помимо нее есть еще другие женщины, причем она не на первом месте. Потом король приглашал других девушек, совершенно не обращая внимания на Элизу. И ее это, наверное, очень расстроило бы, если бы не одно обстоятельство.

Почти с самого начала бала на Элизу начали обращать внимание другие мужчины. К ней сразу же подошел высокий симпатичный блондин лет двадцати пяти и представился герцогом Этьеном де Брийи.

– Я не видел вас на предыдущих мероприятиях во дворце, – сказал он, – хотя присутствую почти на всех. Я бы не пропустил такую красавицу. У вас такие шикарные… глаза.

При этом он не сводил глаз с декольте Элизы. Иногда каким-то особым усилием воли он заставлял себя поднять глаза выше, но его хватало не надолго. Он сразу же пригласил девушку на танец, в котором весьма умело вел, прижимая ее к себе, но сохраняя дистанцию на пределе приличий: еще немного ближе и это выглядело бы уже совсем неприлично.

Непривычная к такому вниманию Элиза очень смущалась и почти ничего не говорила, потому что слова давались ей с трудом.

Потом стали подходить и знакомиться другие мужчины. Графы и маркизы, высокие и низкие, толстые и худые, красивые и не очень. Девушка едва успевала передохнуть между танцами, постоянно окруженная компанией жаждущих ее внимания мужчин. Они глазели на ее волосы, лицо, грудь. Наверное, не будь платье с длинной пышной юбкой, они глазели бы и ниже.

Король видел, какой фурор произвела Элиза и ему это не очень нравилось. Нет, он не был ревнив и вполне щедро делился своими игрушками. Но во-первых, он предпочитал сам выбирать, с кем ему делиться, а во-вторых, он сам еще не наигрался. А для его игры было очень важно, чтобы он сам обучил Элизу всему. Девушка идеально подходила для его целей. Милая и послушная, она была еще и очень чувственной. Из нее должна была получиться именно такая любовница, которые ему нравились.

Проявить внимание к Элизе он не решался. Если его только заподозрят в повышенном внимании к ней, на девушку тут же ополчатся соперницы. Она также окажется под пристальным вниманием королевы, которая в состоянии сделать жизнь девушки невыносимой. Конечно, его жена прекрасно понимала, что их брак договорной и делить постель с ней Антуан был готов только для рождения наследников. Она знала, что у него были, есть и будут любовницы. Впрочем, он ей также не запрещал заводить любовников с одним условием: дети у нее могли быть только от короля. Но он не обольщался, ведь знал коварную натуру женщин – королева могла устроить массу проблем его фаворитке просто из вредности.

Ближе к концу вечера, когда королева, сославшись на усталость, удалилась в свои покои, Антуан все-таки пригласил на танец Элизу. Танцевальный зал уже был погружен в полумрак, мягкий свет светильников на стенах зала создавал ощущение интимности и романтики. Во время танца король закружил их куда-то в угол и Элиза сама не поняла как они оказались в закрытой нише. Антуан крепко прижал ее к себе, поцеловал обнаженное плечо у основания шеи, скользнул губами по груди и шепнул ей в ухо:

– Через полчаса жди служанку, она отведет тебя ко мне.

Девушка не успела никак отреагировать, как он вытащил ее из ниши и продолжил танец.

Сразу после танца Элиза сообщила крутящимся вокруг нее поклонникам, что она очень устала, да и поздно уже и отправилась в свою комнату. Переодеваться она не стала, опасаясь, что просто не успеет этого сделать самостоятельно.

Как и обещал король, через полчаса пришла ее служанка и проводила ее. Только привели ее на этот раз не в гостиную короля, а в купальню.

Небольшой бассейн был до краев наполнен водой, на поверхности которой плавали лепестки роз. В углу находился низкий столик, вокруг которого стояли три мягких кожаных кресла, в одном из которых сидел король. На нем были лишь легкие светлые брюки простого покроя. В руке он держал бокал с красным вином.

Чуть поодаль располагалось довольно просторное ложе, затянутое непромокаемой тканью, похожей на кожу. Рядом стояло также что-то похожее на очень высокое кресло или стул с широкими подлокотниками и небольшим столиком рядом с ним.

Элиза несмело вошла в помещение, Антуан встал и подошел к ней.

– Моя красавица! Как же я рад тому, что мы опять наедине!

Он обхватил ее одной рукой за затылок, привлек к себе, наклонился к ней и смял ее губы в собственническом поцелуе. Элиза уже настолько осмелела, что ответила на поцелуй. Ее руки гладили его обнаженную грудь, гладкую и лишенную волос. Потом она обвила руками его шею и прижалась к нему со всей страстью, которую могла себе позволить. Большего она пока просто не умела. Король тихо рыкнул и начал лихорадочно стаскивать с нее платье.

Девушка больше не стеснялась того, что находилась перед Антуаном в одном нижнем белье. Напротив. ее возбуждало то, как он разглядывает ее обнаженную грудь. Король увлек ее на ложе, уложив на спину и начал жадно зацеловывать все открытые участки кожи, начиная с глаз, губ, опускаясь дорожкой поцелуев по шее, груди. Останавливался на сосках, посасывая, лаская уже напрягшиеся вершинки.

Он стянул с нее корсет и продолжил свои поцелуи, лаская живот девушки. Затем он стянул с нее панталоны, еще более открытые и изящные, чем вчера, взял ее за руку и подвел к странному высокому креслу. Усадив девушку в это кресло, он откинул спинку с помощью какого-то механизма и девушка оказалась лежащей в нем. Антуан поднял ее ноги и положил их на подставки. которые Элиза сперва приняла за подлокотники. Девушка дернулась в попытке сжать колени, спрятать вдруг открывшуюся на обозрение короля промежность, но у подставок оказались ремни, которыми Антуан сразу же зафиксировал ее ноги. Он также взял ее руки, которыми она попыталась прикрыться, задрал куда-то наверх и также пристегнул ремнями, которые там оказались. Девушка лежала распятая в этом странном кресле с раздвинутыми ногами.