Читать книгу "Измены. Экспонат"

Глава 9

С утра меня разбудил стук в дверь, и прежде чем я успела хоть что-то сказать, в комнату уже ворвалась ассистентка Павла. Её лицо выражало усталость, как будто она уже несколько раз делала этот ритуал. Она быстро бросила взгляд на меня и, не тратя лишних слов, сказала:

– Все должны собраться внизу через пятнадцать минут.

После этого она резко повернулась и вышла, бросив на ходу:

– Я дальше следующих будить.

На мгновение осталась сидеть на кровати, пытаясь понять, сколько времени у меня осталось, и уже через несколько секунд вскочила на ноги.

Не успела ни поесть, ни попить, ни даже искупаться. Времени просто не хватало, а необходимость быть вовремя оказалась важнее всего остального. Я быстро натянула первое, что попалось под руку: джинсы, простую футболку и кроссовки. Волосы небрежно собрала в пучок, даже не глядя в зеркало. Внутри всё сжималось от нервного ожидания – день явно не обещал быть лёгким.

Схватила свою сумку и, почти не думая, выбежала из комнаты. Спускаясь по лестнице, я мысленно прокручивала, что ещё может ожидать меня внизу.

Внизу уже стоял Павел. Он выглядел так, будто готовился к важному дню: лёгкое пальто, тёмные очки и цветастый шелковый шарф, накинутый на шею, придавали ему особую уверенность и шарм. Он явно чувствовал себя хозяином ситуации, и это сразу ощущалось в его поведении.

Павел дождался, пока все девушки собрались вокруг, и спокойно снял очки, оглядывая нас с лёгким прищуром.

– Поздравляю всех, кто остался, – начал он с ровным тоном, но с явным намёком на важность момента. – Вам повезло попасть к нам. Но, – он сделал паузу, заставляя нас задержать дыхание, – это ещё не всё. Осталось показать себя в деле.

Его слова заставили меня насторожиться. Он оглядел нас всех снова, и в его глазах было что-то вроде вызова.

– Сегодня вам предстоит репетировать будущий показ. Это будет настоящая проверка, – продолжил он. – Кто не справится – уйдёт. Но те, кто справятся, с ними мы подпишем контракты на долговременное сотрудничество.

Павел жестом попросил нас следовать за ним, и мы послушно двинулись вслед, нервно переглядываясь между собой. На улице нас ожидал сюрприз: ярко-розовый минивэн, который выглядел совершенно неуместно на фоне серого, прохладного утра. Он стоял, словно огромная жвачка среди обычного городского пейзажа.

Павел остановился у дверей минивэна и, оглянувшись на нас через плечо, с лёгкой усмешкой произнёс:

– Загружайтесь. Сегодня вы узнаете, как работает настоящая индустрия моды.

Павел сел в чёрный новенький мерседес. Машина тихо тронулась, оставив нас позади. Я перевела взгляд на ярко-розовый минивэн, который стоял напротив, выделяясь на фоне всего вокруг. Внутри всё тоже было розовым: сиденья, обивка – как будто я попала в игрушечный мир.

Когда я вошла, остальные девушки уже расселись по местам, кто-то нервно теребил волосы, кто-то беззвучно смотрел в окно. Я заняла свободное место и почувствовала, как напряжение нарастает.

Никто не разговаривал – все просто пялились в свои телефоны. Кто-то явно с кем-то переписывался, погружённый в экран, а кто-то просто листал страницы, избегая взглядов. Тишина в минивэне становилась всё более ощутимой, и мне вдруг захотелось позвонить баб Тоне. Мне хотелось найти тихий уголок, где можно было бы спокойно поговорить.

Решила, что сразу после репетиции показа, как только станет известно, будет ли у меня контракт или нет, я обязательно позвоню баб Тоне. Расскажу ей обо всём – будь то успех или неудача.

Когда машина остановилась перед Картинной галереей, я ожидала чего-то гораздо меньшего, какого-то скромного зала с парой картин на стенах. Но реальность оказалась совершенно иной. Перед нами возвышался величественный особняк, окружённый кованой оградой с витыми узорами. Его фасад украшали декоративные колонны и массивные окна с резными наличниками. Величие этого здания поражало, оно будто жило своей историей и скрывало в себе нечто большее, чем просто картины.

Когда мы вошли внутрь, моё дыхание на мгновение перехватило. Залы галереи были просторными, с высокими потолками, украшенными лепниной и массивными люстрами, сверкающими под светом множества ламп. Полы из мрамора отражали свет, добавляя помещению сияние. Но главное – это были не только картины. По всему залу, на постаментах, стояли скульптуры, словно приглашая нас в мир искусства и истории.

Одну из них я заметила сразу. Античный мужчина из белого мрамора – его фигура выглядела настолько живой, что казалось, он вот-вот сойдёт с пьедестала. Его лицо было выточено с изумительной точностью: высокие скулы, прямой нос, твёрдый подбородок. Каждая деталь была безупречна – линии мышц, лёгкие складки на одежде.

Он смотрел вдаль, будто задумавшись о чём-то вечном, а его поза, сильная и уверенная, передавала мужественность и спокойствие. Скульптура была такой изящной и в то же время мощной, что я невольно замерла, не в силах отвести глаз.

Я шагнула ближе и, почти не осознавая этого, протянула руку, желая прикоснуться к его щеке, чтобы почувствовать эту прохладную гладкость мрамора. Казалось, что всего одно прикосновение соединит меня с этим безмолвным совершенством.

Но тут раздался спокойный, но строгий голос:

– Искусство трогать нельзя. На него нужно смотреть.

Я вздрогнула и отдёрнула руку. Передо мной стоял взрослый мужчина, бородатый, с благородными чертами лица. Его глубокие карие глаза смотрели на меня с лёгкой насмешкой, будто он уже не раз сталкивался с такими, как я. Он был одет в идеально сшитый костюм из тёмно-синей шерсти, пиджак сидел на нём безукоризненно.

Белая рубашка с чуть расстёгнутым воротником и дорогие кожаные туфли дополняли его образ. Борода была аккуратно подстрижена, а лёгкий аромат дорогого парфюма окутывал его, подчёркивая безупречность во всём. Почувствовала, как моё лицо вспыхнуло от смущения. Мужчина, не сводя с меня глаз, чуть улыбнулся, но его слова остались твёрдыми и непоколебимыми, словно это была непреложная истина – искусство должно оставаться нетронутым, его нужно лишь созерцать.