Текст книги "Наследник для медведя"
![](/books_files/covers/thumbs_240/naslednik-dlya-medvedya-269454.jpg)
Автор книги: Анна Владимирова
Жанр: Триллеры, Боевики
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
5
Джастис промолчал, но вдруг посмотрел ребенку в глаза и тихо сказал:
– Давай, пора… Не бойся.
Денвер медленно перевел взгляд на свои ручки, сжимающие белый халат на плечах мужчин, и ногти вдруг стремительно удлинились и переросли в коричневые загнутые когти.
– Ты будешь держать? – таращилась я на Денвера, стремительно обрастающего шерстью, пока Джастис осторожно снимал с него боди. Хоть одежда эластичная, но все равно не хотелось доставлять Денверу лишний стресс давящим воротом или рукавами.
– Буду – улыбался он.
Мы оба смотрели во все глаза, как «наш» малыш меняется. Я старалась не смотреть на лицо – все же к такому сложно привыкнуть, но уже было понятно, кто у нас во второй ипостаси.
– Боже, медвежонок, – выдохнула я. – Он – медведь!
Как же странно, что такой обычно пугающий момент в случае с любимым Денвером выглядел новым рождением.
– Здорово, да? – говорил Джастис больше для малыша. Взгляд у того претерпел последние изменения, и вот он уже внимательно смотрел на нас лохматым маленьким медведем. – Подержишь?
– Не-не, – испуганно округлила я глаза, а Джастис усмехнулся и опустил медвежонка на пол:
– Бери…
Денвер неуклюже качнулся на лапах и сел на попу, удивленно оглядываясь. Полузвери не теряли осознанного мышления при обороте, но некоторые особенности все же имелись – зверь не умел звонить по мобильному или работать за компьютером, потому что животному это не нужно. Но в то же время они отлично различали близких людей, не трогали тех, кого не считали врагами. Рэму не стоило меня ненавидеть – мы изучали полузверей с их добровольного согласия. С каждым подписан договор, а полузвери в штате, такие как Джастис, делали процесс более гладким.
Вопрос оставался лишь в цели. Я изучала феномен полузверей как новый элемент нашего мира, но кто мог гарантировать, что эти знания не будут использованы во вред?
Кроме того, некоторые проблемы с полузверьми были общими – некоторые из них «зверели» в буквальном смысле, забывая, как обращаться в человека. И этих случаев становилось все больше, что и вызывало напряжение в обществе, а иногда и панику.
– Ему нужен отец, – присел Джастис на пол, осторожно помогая малышу. – Усыновить его просто абы кому нельзя – отец должен быть таким же по виду…
Я тяжело вздохнула, усаживаясь рядом:
– Будем искать, – предложила осторожно. – У нас же целая база в доступе, может, кто-то делал заявку на такого малыша, или можно будет уговорить кого-то взять его.
Он только покачал головой:
– Возьми его, не бойся, ему нужна поддержка сейчас, а не когда-нибудь, когда ему повезет с родителем.
Я осторожно коснулась медвежонка между ушей, привлекая его внимание:
– Пойдешь ко мне?
Тот придвинулся к моим коленям и принялся настороженно их обнюхивать.
– Не бойся, – подсказывал Джастис, вызывая почему-то раздражение. А Денвер вдруг оживился, потянувшись ко мне, и залез на колени, не отрывая носа, внюхиваясь в каждый сантиметр юбки. Джастис помрачнел.
– Что такое? – обняла осторожно малыша, чтобы он не скатился, погруженный всецело в свое увлекательное занятие.
– Слышит чужой запах от тебя, – нехотя объяснил Джастис. – Давай его сюда, а то может испугаться…
Но у Денвера было другое мнение. Он вдруг извернулся и куснул Джастиса за руку.
– Ничего себе, – выдохнула я, сглатывая. В этот момент стало боязно и одновременно стыдно, что испугалась.
– А что б тебя, – тряс рукой Джас, хмурясь, но явно пытаясь обуздать раздражение.
– Не учи малыша плохому, – осторожно усмехнулась я и прыснула, глядя, как смешно Денвер высунул язык.
– А тебе идет, – отсел Джастис на пару шагов и подпер голову рукой, любуясь.
– Будто тебя волнует такой вид, – осторожно гладила медвежонка.
– Всех нас волнует, ты же знаешь. Я бы с ума сошел, если бы пропал мой котенок…
Анализы Денвера показывали, что его матерью была человеческая женщина. Скорее всего, отец и не знал о существовании своего ребенка, иначе вряд ли бы позволил его обречь на смерть. Хотя никто точно не знает… Зарегистрированные и исследуемые оборотни однозначно выигрывают в номинации «Лучшие родители». Пожалуй, ни один человек так не заботится о своих детях, как эти. Не дай бог обидеть ребенка полузверя – проблем не оберешься. Поэтому учиться в человеческих школах такие дети не могли. В целом, люди за стеной выдыхают свободнее, когда очередная новая семья из оборотня и человека отправляется жить за пределы города под опеку полузверей.
Малыш разлегся на моих коленях и принялся покусывать руку, довольно порыкивая.
– Как думаешь, когда вернется в человеческий облик? – тихо спросила я.
– Не думай об этом так. Для них эта ипостась такая же нормальная. Он не может «вернуться», он в себе.
– Мне непривычно, у меня не было такого малыша никогда, – трепала я легонько мелкого за ушком.
– Привыкай. Представь, что ты его мама. Мама млеет от любого ребенка, даже если тот – «неведома зверюшка».
– Хреновая бы из меня мать вышла, – усмехнулась я. Открытие не порадовало. – Бедный ребенок…
– Нормальная бы вышла, – возразил он серьезно. – Хочешь для него что-то сделать?
Я вскинула взгляд на коллегу:
– Я не могу, ты же знаешь.
– Давай поженимся, – вдруг серьезно предложил он. – И заберем опеку над Денвером.
– Ты совсем идиот, Джастис? – опешила я.
– Фиктивно, Вика. Одним ударом решим все твои проблемы – ты же спрашивала, как я могу помочь тебе.
– Боюсь, поздно.
Нахмурилась , поражаясь, как спокойно малыш играется у меня на руках. Я видела это много раз, но никогда еще не чувствовала себя такой причастной к этому миру. Держать ребенка-оборотня на руках и наблюдать со стороны – не одно и то же. Но мне нравилось, хоть и было страшно не оправдать его такое безусловное доверие. Малыш меня совсем не боялся, а мы с Джастисом сидели и решали его будущее…
– Ты всегда боишься, – жестко парировал он.
– Боюсь увидеть твой труп в канаве? Да, всегда, – поморщилась я от входящего.
– Кто он? – вперил в меня злой взгляд он.
– У меня совещание через пятнадцать минут, – проигнорировала вопрос.
Денвер, правда, не планировал от меня отрываться. А когда я все же его сняла с себя и передала Джастису, медвежонок стремительно обернулся ребенком и заплакал. И я потратила четырнадцать с половиной минут, чтобы успокоить его. В оставшиеся тридцать секунд я успела только долететь до своего кабинета.
– Вот презентация, – вручала мне на ходу планшет Таша, показывая закладки. – Вот основные цифры по отделу…
Я бегло просмотрела все материалы и осталась довольна – все знакомо и сто раз проверено.
– Единственное, шеф пригласил финансовый отдел на встречу, – кисло заметила секретарь, и я закатила глаза.
6
Мы с финансистами не любили друг друга, как и десятки поколений до нас. Любому представителю науки и исследований приходится выцарапывать бюджет всеми правдами и неправдами, но директор финдепартамента предпочитал исключительно второе – это Джастис всегда говорил мне прямо в глаза, что и как он хочет, а Саторро Дан оттачивал на мне искусство неприличных намеков.
Вылетев из лифта на пятидесятом этаже, я выдохнула и размеренно зашагала в зал совещаний, вспоминая, какие мышцы лица участвуют в изображении умеренной виноватости. Перед глазами все еще стоял засыпающий на груди Денвер, а в ушах – его разочарованный всхлип, когда передавала его Джастису. Чувствовала себя виноватой перед малышом, будто я и матерью не обещала стать, и дразнила его обрывками нежности, которой ему не хватает.
– Мисс Кэвилл, – открыла передо мной двери помощница директора в его приемной, и по ушам ударил хорошо знакомый жесткий бас главного финансиста:
– …поэтому в течение нескольких недель мы будем вынуждены потребовать с каждого отдела отчетности, – вещал что-то Дан, стоя рядом со своим местом.
– Прошу прощения, – пришибленно извинилась я и направилась к столу, за которым традиционно собрались представители всех отделов департамента.
– Вот вы, мисс Кэвилл… – вдруг обратился он ко мне.
Беглого взгляда было достаточно – что-то нашего главного дракона, охраняющего сокровищницу департамента, сегодня разозлило. Он, как и Рэм, из той породы мужчин, от которых в здравом уме всегда будешь держаться подальше. Конечно, до Арджиева не дотягивал, но само появление рейтинга опасных мужчин, образовавшегося у меня всего за одно утро, пугало. Раньше был просто Саторро. И я его не боялась. С чего он взял, что ему не хватает в личной коллекции интрижек меня – понятия не имела. Мое место, как назло, было всего в двух креслах от его, и когда он сузил глаза на моем лице, а потом спустился взглядом на шею, я едва не споткнулась. Выражение его лица стало совсем недовольным.
– …Надеюсь, в новом сезоне качество ваших отчетов впечатлит меня сильнее, потому что некоторые отделы в вашем ведомстве откровенно вызывают вопросы.
– Какие же, мистер Дан? – захлопала невинно глазами, усаживаясь в кресло.
– Все те же, мисс Кэвилл. – Двое сотрудников, разделявшие нас друг от друга, втянули головы в плечи. – Я буду формировать список для руководства о сокращении, и нужно будет собрать более веские причины…
– Мистер Дан, – прозвучал тихим громом голос главы департамента. Павел Келлер – бывший военный и мой покровитель, всегда меня покрывал, защищал и давал зеленый свет даже на самые безумные проекты. Одним из последних он одобрил Денвера в нашем отделе. – Думаю, вы сможете обсудить детали ваших новых требований с мисс Кэвилл позже, давайте продолжим…
Я виновато ему улыбнулась и выложила планшет на стол.
Дан еще долго что-то жестко вещал про финансовые нюансы, напоминая всем о том, что нужно прежде всего думать об обоснованности любого проекта. В общем, его ненавидели все, кроме некоторой части женской половины, которой здравый ум отказывал. Для научного департамента процент был неожиданно высоким.
Меня подняли с докладом традиционно в самом конце, и я привычно расписала промежуточные результаты и цифры, так любимые главным финансистом. Проблема была в том, что мой отдел априори покрывался в расходах другими и не мог приносить какие-то быстрые прибыли. И, в общем, исследования этого и не подразумевали. А вот такие инициативы, как брошенные дети, были под вопросом. Саторро постоянно придирался ко мне на этот счет, но Келлер всегда давал ему понять, что здесь он ничего не поимеет.
– Мисс Кэвилл, найдите час в своем расписании сегодня для аудиенции, – предсказуемо обратился ко мне «дракон», склонившись над ухом так, что я вздрогнула.
Нервы после ночи и утра оставляли желать лучшего. Почему-то я как никогда почувствовала себя выжатой до капли. И этот стервятник будто почувствовал слабость.
– Конечно, мистер Дан, – не глядя, передернула плечами.
Хотела извиниться перед Келлером и поблагодарить, но его ждал второй раунд совещания, и я решила не мозолить глаза, а тихонько выскользнуть из приемной.
Когда я вернулась в кабинет, меня привычно ждал ланчбокс и десять минут покоя, в которые я потребовала большую чашку кофе с молоком.
Последние минуты совещания меня терзала идея попросить помощи у Келлера. С его связями и трезвой оценкой ситуации он бы мог дать совет или, что еще лучше, информацию, которую я могла бы использовать против Рэма. Арджиев работает с Департаментом обороны – это я выяснила еще раньше, но у любой блестящей репутации должны быть темные пятна. Да хотя бы заступился бы за меня кто-то более важный, Рэм бы уже подумал, куда тянет лапы.
Но если все не так просто? Да, Келлер мне всегда благоволил настолько, что нас с ним не обошли слухи о связи, на которые мы условились никак не реагировать. Не давало покоя, что Рэм знает о моих связях. Но при этом не моргнув глазом приказывает бросить работу и уехать к нему. Почему он так уверен в том, что ему это можно?
Я так издергалась от необходимости принять какое-то решение, что разболелась голова. А тут еще и Таша подоспела:
– Мисс Кэвилл, простите, но звонил мистер Дан и просил вас как можно скорее подойти к нему.
– Без угроз? – вяло осклабилась я.
– Пока без, – пожала плечами моя секретарь. – Хотите зефирку?
– Давай…
***
7
***
Джастис слал мне умилительные фото Денвера, пока я направлялась в кабинет Саторро.
«Не рви мне сердце», – приказала коллеге.
«А от него еще что-то осталось?»
«Вот ты сволочь!»
«Я предлагаю склеить и начать все заново!»
«Шантажируешь меня ребенком? Неужели все варианты исчерпал?»
«Я не очаровывать тебя собрался, а устроить будущее Денвера».
Да ну как же! Слюни враз пересохли? Не поверю!
– Слушай, ты, – набрала Джастиса, не дойдя до кабинета каких-то пять шагов, и развернулась к выходу из приемной. – Ты думаешь, служба опеки совсем идиоты? Ты – оборотень, я – человек…
– Мы – коллеги! Нам отдадут Денвера! Я выяснял. И даже то, что я другого вида, не станет помехой. Иногда выгодно работать в правительственном отделе.
– А потом что? Таких, как мы, высылают!
– Никто тебя не вышлет, мы под крылом департамента! У меня допуски первого класса!
Только тут я вдруг поняла, что в шаге от меня замерли хорошо знакомые ботинки. Успела изучить их сегодня, когда Саторро подходил ко мне после совещания.
– Я перезвоню, – и отбила звонок и подняла глаза, встречаясь с хищным взглядом Саторро. – Мистер Дан?
– Пойдемте, – кивнул он сурово в сторону приемной, преграждая мне пути к отступлению.
Отклониться от шлейфа его сногсшибательного парфюма не вышло. Пришлось задержать дыхание, чтобы не связывать потрясающий дорогой запах свежего табака с этим мужчиной. Невольно вспомнился Рэм. От его запаха пришлось отмываться долго, и то казалось, я все еще чувствую призрачные ноты горького померанца на коже. Тоже тревожный сигнал – к запахам я становилась чувствительна, когда уставала сильнее допустимого.
– И откуда эти отметины? – огорошил меня вопросом Дан, направляясь к своему столу.
– Простите, мы тут что собрались обсуждать? – замерла я поближе к двери, складывая руки на груди.
– Ты думаешь, я тебя не прижму, – оперся он задом о стол, копируя мою позу.
– Я вообще о вас не думаю.
– А стоило бы. Это Келлер тебя так пометил?..
Я только презрительно моргнула.
– …Ты не с теми водишь отношения, Вика. Келлера скоро уберут из директорского состава, поэтому стоит подумать, кто будет прикрывать твою симпатичную задницу…
– Раньше вы были более тонки в намеках…
– Обстоятельства стали толще, – парировал он. – Я слишком однозначно обрисовал тебя в своих интересах.
– Боитесь проиграть на публику? – я потеряла интерес и принялась разглядывать маникюр.
– У тебя, я так понял, имеются виды на подопытного ребенка?
Я тяжело сглотнула. Зря поддалась эмоциям и позвонила Джастису прямо у этого под носом!
– Вы не так поняли…
– Ой, брось. Узнать, что ты проводишь дни и ночи в его палате, не так сложно. Правда думаешь усыновить? – Он оттолкнулся от стола и медленно направился ко мне. – Или это не Келлер, а какой-то оборотень? Выбираешь папочку? – Саторро вскинул руку, и я отшатнулась от него, как ошпаренная, едва ли не влетая в стеллаж у входа. – Совсем одичала, Вика…
– Что вам нужно? – напрочь забыла о самообладании. Слишком много желающих за последние двадцать четыре часа его потрепать!
– Чтобы пришла ко мне, – сложил он руки в карманы брюк. – Пойдем, поужинаем. Выпьем. Расслабимся.
– Я не хочу приходить к тебе, – процедила я.
– А я не принимаю твоего отказа, – сдвинул брови он. – Ты достала уже бегать от меня и воротить нос. Хочешь замуж за оборотня, правда? – он зло усмехнулся. – Не дам я вам никого усыновить, слышала? Пока будешь оформлять бумаги, ребенка уже оформят, обещаю…
Я с трудом проглотила ругательства – бесполезно. Лучше не тратить энергию.
– Пойду к Келлеру, обсудим твое предложение, – вздернула я бровь.
Что, черт возьми, происходит?! Саторро никогда не переступал границы, а сегодня наговорил себе минимум на привод в судейский аппарат. Только что его заставляло чувствовать себя таким самоуверенным и безнаказанным?
– Пойди. Ему не хватает пары гвоздей в крышку своего гроба.
– Что?
– Ваша интрижка с Келлером дошла до Совета.
Я замерла с прямой спиной.
– Нет у нас никакой интрижки, – сдвинула брови, – просто таким, как вы, видимо, не понять, что можно кого-то просто уважать…
– Ну да, мне не понять, – он даже не стал спорить.
– Мерзко, мистер Дан. Я не приползу к вам ни при каком раскладе…
– За Келлера будут голосовать послезавтра, – не слушал он. – Его отношения с молоденькой заведующей отделом никому не понравились…
– У нас уже отменили презумпцию невиновности?
– Проблема в том, что это не вина. Это просто досадный фактор, который вызывает дрожь в пальцах и соскальзывание, как результат, с той самой кнопки, на которой написано «Да». Мой голос считается одним из определяющих. – Он сделал еще один шаг в мою сторону. – Уважение, говоришь? Может, стоит отплатить старику тем же, чем он жертвует ради тебя?
– Не противно загонять женщину к себе в постель шантажом, а? – голос жалко дрожал.
– Тебя – нет, – медленно расплывался он в усмешке. – Тебя надо связывать договорами, шантажом, угрозами, чтобы не дернулась.
Его взгляд слишком ярко налился нездоровым безумием и одержимостью.
– Вам лечиться надо, – прошептала.
– Ты же у нас доктор, если я не ошибаюсь. Так пришли мне время приема. Даю тебе два дня.
Из его кабинета я вышла на ватных ногах, дошла до ближайшего туалета, заперлась в кабинке и сползла до пола, пряча лицо в ладонях.
Что такого сделал этой ночью Рэм, что все пошло в моей жизни к чертям? Почему именно сегодня я сгибаюсь под этими вполне привычными обстоятельствами? Как так совпало, что мой покровитель оказался под ударом? Теперь не могло быть и речи, чтобы обращаться к Келлеру за помощью.
К черту. Хотелось заняться хоть чем-то, что еще под контролем. Я выпрямилась, заглянула в зеркало… Мда, отметина на шее обосновалась с удобствами и переливалась всеми красками, на которые была способна. Чертов Рэм!
Вылетев в коридор, я поднялась к себе, схватила сумку с мобильным и набрала водителя. У меня был только один врач, к которому можно заявиться в таком виде.
Но в приемной клиники меня ждало разочарование в духе последнего дня:
– Мисс Кэвилл, доктор Мэллоу не сможет вас принять, – виновато жала плечами секретарь.
– Когда сможет? – вперила в нее взгляд.
– К сожалению, на ближайший месяц все расписано…
– Утром все было свободно.
– Сожалею…
Захотелось устроить скандал, ворваться в кабинет к этому трусу-врачу и… вот только административного штрафа мне сейчас не хватало! Но еще не вечер! Я обзвонила пять клиник в поиске гинеколога, и ни одна не предложила времени на прием.
– Ладно, – прошептала я в трубку и огляделась с пассажирского сиденья в поисках аптеки. Но стоило толкнуть двери, мне пришло сообщение о том, что я записана в совершенно другую клинику… – Рэм, сволочь!
К концу дня выдержки не осталось ни капли. Я надавила на вызов, не надеясь, что он ответит.
8
Но трусом Арджиев не был:
– Говори, – и снова приказ.
– Сам говори! Объясни мне, какого черта ты творишь?! Почему я не могу записаться ни к одному врачу?!
– Ты еще и в аптеку не можешь зайти – заблокирую карту.
– Что?! – вскричала я, остатками разума соображая, что надо вылезти из машины и не устраивать бессильную истерику при водителе. – А если у меня голова заболит?!
– Пиши мне все, что тебе нужно – в течение двадцати минут у тебя это будет.
– Ружье хочу, – прорычала. – С лазерным прицелом!
– У тебя есть на него лицензия?
– А ты еще не все обо мне знаешь?
– Восполню пробелы…
– Нет, серьезно, чего ты добиваешься?! – голос охрип, а голова разболелась не на шутку. Я прошагала в какой-то переулок и прислонилась к стене.
– Я уже все сказал утром, не заставляй меня повторять.
– Ты врешь. Боишься, нос вырастет, если повторишь?
– Ты медленно соображаешь для старшего специалиста отдела исследований, Вика.
– Пожалуй, ты прав, – запрокинула бессильно голову и прикрыла глаза. Голос Рэма казался концентрацией страха, к нему хотелось привыкнуть, впустить хоть немного в вены, как яд, чтобы начать привыкать им травиться.
– Ничего не придумала?
– Были идеи…
– Так что же ты еще сидишь?
– Откуда ты знаешь? – открыла я глаза.
– Я тебя вижу. – Когда он говорил про блокировку карты, я готова была предположить, что мне просто заблокируют любую оплату. Но то, что он за мной следит, стало сюрпризом. Не успев подумать, я вытянула руку с оттопыренным средним пальцем над головой. Рэм усмехнулся ярче: – Чуть выше и левее. Да, вот так ты выглядишь прекрасно. Сдаешься?
– Иди к черту, Рэм, понял?! Я – не вещь и не твоя шлюха!
– Шлюхи не кончают так, как это делала ночью ты, – понизил он голос.
– Ну у тебя-то опыта больше! – приложила тыльную сторону ладони к горящим щекам.
– Вот именно. Поэтому прекрати со мной воевать. Езжай на обследование.
– Во-первых, становись в очередь со своими указаниями, куда мне езжать и что делать. После тебя все вдруг решили, что меня нужно срочно вынудить раздвинуть перед ними ноги! Ты что, рекламу где-то дал? Во-вторых, мне нужна таблетка от головной боли и случайной беременности от тебя!
Никогда еще тишина в трубке не казалась мне такой пронзительной, даже шум улицы стих на ее фоне. Но я не стала дослушивать и отбила звонок.
– В продуктовый ближайший, потом на работу, – скомандовала, усаживаясь обратно в салон автомобиля.
Сегодня я буду ночевать с Денвером. Единственное в этом безумном мире, что обещало тепло и спокойствие – его дыхание, улыбка и безусловная любовь. Да, это было неправильно – использовать ребенка, чтобы успокоиться. Но я слишком запуталась сегодня в том, что хорошо, а что нет.
Накупив еды себе и вкусностей ему, я уже было разбежалась перед дверьми на выход, когда меня остановил мужчина в костюме киллера – очень черном и строгом, обратившись неожиданно вежливо:
– Мисс Кэвилл, для вас таблетки, которые заказывали. И еще один пакет.
Хотелось хоть на этого наорать в лицо, но я в который раз сдержалась.
– Спасибо.
Сгребла пакеты и вернулась в машину.
В одном лежали таблетки всех мастей от боли, мигрени, недомогания и дурноты – ну надо же, какая забота! Таблеток от «залета» я не нашла. А вот содержимое другого пакета меня вогнало в ступор. Внутри обнаружился второй, из тесненной бумаги. А из него на ладонь выпал квадратный футляр, и одновременно мобильный принял входящий.
– Надевай, – выдали мне очередную дозу яда.
– Зачем? – Я прижала трубку к уху и открыла коробку. На бархатной подушке в тусклом свете улиц и проплывающих мимо фонарей высокомерно поблескивало кольцо. Из белого металла с внушительным камнем непроглядно черного цвета… – Боже, что это за кирпич?
– Специальный, чтобы царапал тебя, за все цеплялся и не давал забыть ни тебе, ни кому-либо другому, перед кем ты теперь будешь раздвигать ноги.
Я устало усмехнулась:
– Рэм, я хочу, чтобы этот день закончился. – То ли от усталости, то ли от нервов, но его слова внезапно взбудоражили. Пришлось тряхнуть головой и звонко хлопнуть крышкой футляра. – Я не могу пока больше.
– Ты думаешь, это проблема выдрать тебя из твоей жизни прямо сейчас, чтобы не думать, кто там тебе угрожает, кроме меня? – не дал он расслабиться.
– По себе судишь? Как-то ведь мне удавалось держать этих людей на расстоянии все это время, пока не пришел ты и не взял силой, – разошлась я. – Не буду я носить твое кольцо и не собираюсь тебе принадлежать, Рэм! Хватит уже того, что ты распоряжаешься моим телом, решаешь, что и когда я буду принимать и у кого проходить обследования!
Когда отбила звонок, руки дрожали. Выкинуть кольцо в окно, повинуясь порыву, не решилась. Верну при первой возможности. Казалось, этот запрет на эмоции вытянул последние силы, и в офис я приплелась, спотыкаясь.
Таша уже собиралась домой, а увидев меня на пороге, замерла.
– Мисс Кэвилл…
– Я буду сегодня в исследовательском, – сбросила туфли и позорно застонала, опускаясь в кресло.
– Понятно, – заключила она философски. – Тогда я завтра пораньше, да?
– Как обычно, – зевнула я. Как же хотелось спать! – Не знаешь, мистер Келлер у себя?
– Думаю, как обычно, – обернулась она от дверей. – Может, мне остаться?
– Иди, – припечатала жестко. Тело требовало ванну и постель. Но я упрямо поднесла мобильный к глазам и сообщила Джастису, что сегодня буду ночевать с Денвером, а он может катиться домой. Тот не ответил, и когда я, шурша пакетом, пробралась в палату ребенка, поняла почему.
Денвер спал на животе у Джастиса, раскидавшегося на полу. То ли они играли, то ли практиковали новую позу. Но на мое появление мужчина всхрапнул и поднял голову:
– Вика, который час? – прохрипел.
– Девять, – тихо поставила я пакет на пол. – Я на тебя не покупала, поэтому иди домой.
Он вздохнул глубже, подмял Денвера и перекатился с ним на бок.
– Слушай, ну что ты творишь, а? Ну что ты его на пол положил?! – возмутилась громким шепотом я.
– Оборотни спят на земле, – зевая, сообщил друг. – Не надо воспитывать из него болезненного человека.
– О боже, – мотнула я головой и направилась в ванную, захватив с полки свой дежурный пакет.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?