Текст книги "Любовь и всё, что её не касается"
![](/books_files/covers/thumbs_240/lyubov-ivse-chto-ee-nekasaetsya-218605.jpg)
Автор книги: Арина Моралес
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
4
Утром я проснулась от телефонного звонка. Спросонья я подумала, звонит Ксеня, но номер не определился.
– Доброе утро, Марьяна. – Услышала я незнакомый мужской голос.
– Доброе утро… – Сонно ответила я.
– Через два часа я жду тебя в актовом зале на репетицию, не опаздывай.
Я не успела ответить, как он сбросил звонок.
Лениво поднявшись с кровати, я пошла в ванну. Мама ещё не вышла из комнаты, а значит, не было ещё девяти часов. По субботам она всегда просыпается в девять и готовит сырники.
Сонная и голодная я залезла в джинсы и в растянутый зелёный свитер.
Тихо щёлкнув дверным замком, чтобы не разбудить маму, я вышла на морозный воздух. На улице никого не было, только сосед дядя Вася очищал машину от снега.
Я решила пройтись пешком через частный сектор, пытаясь унять волнения. Я не знаю, кто будет участвовать в спектакле, но…
– Снова решила гулять на морозе?
Я обернулась. Передо мной стоял Игорь в спортивном костюме. Он вынул из левого уха наушник, и с лукавым прищуром смотрел на меня.
– Марьяна, – снова протянул он, – почему же тебе не сидится дома? Любишь ощущения заледеневших конечностей?
– Я иду в школу, – сухо ответила я.
– До репетиции ещё час, – глядя в телефон сказал он, – подождёшь меня? Я должен переодеться и пойдём вместе.
– Я хотела пройтись одна…
– Не могу оставить тебя в это морозное утро. Если ты вдруг решишь замёрзнуть, то Вова мне этого не простит. – Ухмыляясь, сказал он.
В следующее мгновение я почувствовала, как он сильно сжал мою ладонь и потянул за собой. Сопротивляться у меня не было желания.
Мы зашли к Игорю в дом, он сказал, чтобы я подождала его в коридоре, а сам поднялся на второй этаж. Через пять минут он спустился в джинсах и клетчатой рубашке.
– Ты завтракала? – Вдруг спросил он.
– Да. – Соврала я.
– Отлично, тогда я готов. Можем идти.
До школы мы шли молча, только лишь на школьном крыльце Игорь остановился и пристально посмотрел на меня.
– Тебе нравится Вова? – Спросил он.
– Не думаю, что тебя это касается.
Игорь сделал шаг назад, что-то в его взгляде изменилось.
– Ты же не надеешься, что понравилась ему? Вова с детства таскает в дом облезлых котят. – Рассмеявшись, сказал он.
– Наверное, поэтому он так давно дружит с тобой? – Поинтересовалась я.
На самом деле я хотела ему ответить, что ни на что не надеюсь. Хотела сказать, что меня не интересует Вова, но Игорь со злостью пнул мусорный бак и, хлопнув дверью, зашёл в школу.
Подождав несколько минут, я тоже зашла. Игорь сидел у раздевалки. Не глядя на него, я прошла мимо.
– Марьяна… – Тихо позвал он.
– Хочешь сказать очередную гадость? – Грубо спросила я.
– Я не хочу говорить тебе гадости, – так же тихо сказал он, – но когда я думаю о том, что у тебя может быть что-то с Вовой, то не могу контролировать свои эмоции. Какие-то чёртовы американские горки в моей голове, понимаешь?
– Я не могу понять, для чего ты начал этот разговор? – Смущённым шёпотом спросила я.
В этот момент в школу зашли его друзья. Вова удивлённо посмотрел на нас. Гоша встал со скамейки и вплотную подошёл ко мне.
– Какой разговор, Маря? Тебе послышалось.
– Гоша, дорогой, хватит разговаривать с этой лохушкой! – Звонкий голос Кати эхом пронёсся по пустому школьному коридору. – Пойдём на репетицию.
– У тебя всё в порядке? – Заботливо спросил Вова, убирая прядь моих волос с лица.
– Нет, но я справлюсь… Как обычно. – С грустной улыбкой ответила я.
– О, вы уже пришли? – Отряхнувшись от снега, спросил мужчина с усами, который проводил прослушивание.
Вова приобнял меня за плечи и я почувствовала какую-то необъяснимую защиту.
– Скажи мне, если он обидел тебя.
Я лишь отрицательно помотала головой, но по его взгляду было видно, что он сомневается.
– Он меня не обидел. – Для пущей убедительности сказала я. – Просто нужно принять тот факт, что его поведение не соответствует моим ожиданиям.
Я пошла вслед за мужчиной и чувствовала, что Вова идёт за мной.
– Доброе утро, юные таланты! – Весёлый голос мужчины поприветствовал собравшихся. – А вы что тут делаете?
Катя ближе прислонилась к Гоше, как бы давая понять, что вот он её право находиться здесь.
– Я приглашаю в зал только тех, кто прошёл кастинг!
Игорь и три человека из его компании зашли в зал, Вова пропустил меня вперёд.
– Займите места в первом ряду, чтобы я всех видел! – Мужчина разговаривал командным голосом, но не выглядел очень строгим. – Давайте уже познакомимся, да? Запишите мой номер, меня зовут Павел Иванович. Я директор драматического театра и на базе вашей школы решил открыть театральный кружок. Вы прошли кастинг для новогоднего спектакля, но уже сейчас вы можете записаться на театральные занятия.
Павел Иванович осмотрелся и поднялся на сцену.
– Теперь я озвучу роли в нашем спектакле. Главные герои: Кощей – ученик одиннадцатого класса, Вова, да? Кикимора – ученица девятого класса, Марьяна, да? И, конечно же, Баба Яга, куда же без неё, да? Ученица десятого класса, Женя. – Зачитывая по списку, он искал взглядом актёров и довольно кивал головой. – Дед Морозом буду я, а Снегурочкой – ученица девятого класса, Аня. Остальные в массовке – табор цыган и случайные залётные в лесу. Главные герои поднимитесь на сцену.
Женя, невысокая блондинка, первая взбежала на сцену, следом за ней поднялась я.
– Вы больше всего хотите встретить Новый год, но так как ваша репутация подгажена, вас не зовут. Вы сидите в доме у Кощея и думаете, как вам попасть на праздник, да?
– А какие у них будут костюмы? – Вдруг спросил Игорь.
– О, не волнуйтесь! Костюмы я возьму в нашем театре. – Павел Иванович улыбнулся. – Вова, помоги мне поставить парту в середину сцены.
После того, как парта была поставлена в нужное место, мужчина спрыгнул со сцены и сел в первом ряду.
– Это ваше место действия, садитесь за стол и читайте текст!
– Вот и Новый год наступает! – Со вздохом сказала Женя.
– Стоп! Скажи это грустно!
– Вот и Новый год наступает! – Грустно вздохнув, сказала Женя.
– Хорошо! После этого говорит Марьяна!
– Все веселятся, подарки готовят, дома украшают, а мы… Нас просто забыли. – Недовольным голосом сказала я и хлопнула ладонью по столу.
– Отлично! – Довольно воскликнул Павел Иванович.
– Я хочу праздник! – Требовательно я обратилась к Вове, а тот не смог сдержать смех.
– Марьяна, если он вдруг рассмеётся на сцене, ты должна как-то это обыграть, понимаешь? Сценарий это одно, но вот эти реальные ужимки, смешки… Зритель будет валяться от смеха.
– Я всё ещё хочу праздник! – Обратилась я к Вове.
– Нужно идти в лес, к жителям, показать, что мы изменились! – Задумчиво ответил Вова.
– Я пойду! – С готовностью воскликнула Женя. – Я красивее, а значит, меня лучше примут!
– Стоп! После этих слов девочки бросаются к сундуку и далее действия происходят там.
– Это платье мне Кощей на юбилей подарил, даже не смотри на него! – Размахивая халатом, сказала Женя.
– Подарил-то он тебе, а я в нём на Снегурочку похожа! – Сложив руки на груди, ответила я.
– Какая Снегурочка? Ты давно в зеркало-то смотрела?
– А чего? – Взяв зеркальце, спросила я. – Я в отличие от тебя, Ягуся, молодая и красивая!
– Ты молодая? Не смеши меня! – Рассмеялась Женя.
– Мне всего сто сорок лет, а тебе двести шестьдесят три, между прочим!
– Девчонки, не ссорьтесь! – Поднявшись со стула, сказал Вова.
– Стоп! – Павел Иванович запрыгнул на сцену. – Ты должен подняться, как Кощей, а не как одиннадцатиклассник. Тут спину прихватило, тут колено хрустнуло. Давай! Скрипи!
Издавая скрипящие звуки и с тяжёлым вздохом, Вова поднялся со стула.
– Вот! – Довольно воскликнул режиссёр.
– Кощеюшка! – Ласковым голосом обратилась к Вове Женя. – Чего это она мне на возраст указывает? Я старше, мне нужно уступать!
– Да, тебе уже давно на пенсию пора, последние зубы вон потеряла! – Дразня её, отвечала я.
– Ты мне завидуешь, потому что у меня наряды лучше!
– А у меня зато, душа краше!
– Довольно! – Хлопнул Вова рукой по столу. – Вместе в лес пойдём. Я решил!
– Кощей, а у меня вот одна мысля появилась, хочешь, поделюсь? – Игриво сказала я.
– Ну, давай, Кикимора, говори, что ты придумала?
– А может, мы подождём, когда дед Мороз прилетит к нам в лес, да тут его и бабахнем! Подарки заберём, Мороза в подпол спрячем, а Снегурочку Лешему отдадим?
– Никого мы воровать не будем! – Строго сказал Вова. – Мы же на пути исправления!
– А я говорила, что нужно отправить её обратно в болото! – Довольно сказала Женя.
– Стоп! – Павел Иванович хлопнул в ладоши. – Остановимся здесь. Это было круто! Женя, поработай дома с интонацией перед зеркалом! На сегодня вы свободны. Спасибо.
Взяв пальто, я первая вышла из актового зала и быстро спустилась по лестнице.
– Марьяна! – Позвал меня один из друзей Игоря. – Не думал, что ты умеешь говорить больше трёх слов в предложении и не заикаться!
– Да, – протянул Игорь, – удивила ты нас, Маря.
– Я тебе не Маря! – Резко развернувшись, сказала я.
Парни рассмеялись и прошли мимо меня.
Уже сидя дома, наблюдая, как медленно начинается снег, я всё думала: «Неужели они настолько низко пали? Неужели им больше нечем заняться, как обсуждать меня? Как можно упрекать кого-то за его действия, которые никак не повлияют на вас?»
Крупные хлопья снега медленно опускались на землю. На улице был настолько сильный снегопад, что я не видела дома напротив. Я вспомнила сегодняшнее утро и со злостью обтёрла руку о лосины.
Я вижу, как он смотрит на меня при своих друзьях. Я вижу, как он смотрит, когда их нет. Неужели он не понимает, как отличается сам от себя? Неужели он не понимает, что его лицемерие видно за сотню километров? Кажется, нет. В нём скопилось столько обмана, что мне страшно разговаривать с ним. Я боюсь смотреть ему в глаза, потому что не знаю, что я там увижу. Дружеский это будет взгляд или негативный?
Его внимание ко мне зависит от той обстановки, в которой он находится. Всё зависит от того, выгодно ему это или нет.
5
Мы с мамой обедали в торговом центре, в который она привезла меня к самому открытию. Съев порцию салата, я почувствовала тошноту. Только сейчас я поняла, что давно не вызывала рвоту после еды, тошнота наступала сама после того, как еда поступала в мой желудок.
Быстро забежав в туалет, я опустилась на грязный пол. Мама стояла за мной с испуганным взглядом.
– Как ты себя чувствуешь?
– Я в порядке, не волнуйся.
Мама внимательно смотрела на меня, а потом обняла.
– Я хочу, чтобы тебя осмотрел врач. Вдруг это отравление!
– Нет, мама, я здорова. Просто в салате был странный привкус.
Следующие десять минут мама писала жалобу о некачественных продуктах.
Всю дорогу до дома она наблюдала за моим состоянием в зеркало заднего вида, а я пыталась вспомнить момент, когда я последний раз вызывала рвоту. Кажется, прошло две недели, но после еды я всегда чувствовала тошноту. Значит, мой организм выработал эту привычку?
Мама обеспокоенная моим состоянием, помогла выйти из машины и дойти до дома. Я больше всего не хотела, чтобы она узнала о том, каким способом я решила худеть…
Закрыв дверь в свою комнату, я достала напольные весы.
– Чёрт, как я могла скинуть за неделю пять килограмм? – Удивилась я. – Если я похудею ещё на семь килограмм, то буду весить, как Катя!
Возбуждённая от этой мысли я открыла интернет, чтобы прочитать какие ещё есть быстрые способы похудения.
– Марьяна! – Мама, хлопнув дверью, забежала ко мне в комнату. – Что это за таблетки?
– Какие-то таблетки, не знаю, мам.
– Я нашла их в твоей сумке, Марьяна! Зачем тебе это лекарство? Ты хоть знаешь для чего оно?
– Ты рылась в моей сумке?
– Я искала ручку, а нашла мочегонный препарат! – Срывающимся голосом кричала мама. – Зачем ты пьёшь эти таблетки?
– Какое право ты имела лазать в моей сумке, мама? – Закричала я. – Ты должна была спросить меня! Ты не имеешь права!
– Одевайся! – Мама смахнула поступившие слёзы и вышла из комнаты.
– Я с тобой никуда не поеду! – Кричала я уже в закрытую дверь.
– Или ты одеваешься, Марьяна, или я потащу тебя к машине за волосы в том, в чём ты сейчас. – Убийственно спокойным голосом ответила она. – Делай свой свободный выбор.
Проверить серьёзность её слов я не хотела, поэтому быстро переоделась и вышла из комнаты. Мама уже обувалась и не сказала мне ни слова.
Мы молча шли до машины, а потом в полной тишине ехали около часа.
– Зачем мы сюда приехали? – Нарушила я молчание, увидев больницу.
Мама молча вышла из машины и открыла мне дверь.
Быстрым шагом она прошла по больничному двору, таща меня с силой за руку.
У регистратуры нас ждал её знакомый врач.
– Что случилось? По телефону у тебя был такой странный голос.
Мама отошла с ним в сторону, пока я сдавала верхнюю одежду в гардероб.
Я поймала на себе серьёзный взгляд врача, мама стояла ко мне спиной. Выслушав её, он подошёл ко мне и внимательно осмотрел сверху вниз.
– Пошли со мной, Маря.
Я посмотрела на маму, но она так и не повернулась ко мне. Врач пригласил меня в кабинет и усадил на маленький диванчик.
– Можно я посмотрю на твои зубы?
– Вы стоматолог?
– Нет, но я хочу посмотреть твои зубы.
Открыв рот, я ждала, что он скажет. Что он вообще хотел увидеть на моих зубах?
– Можно очень нескромный вопрос? – Он сел за стол и открыл записную книжку. – Тебя устраивает твоя фигура? Как у тебя обстоят дела с одноклассниками?
– Это вас мои зубы натолкнули на эти вопросы?
– Ты зря дерзишь, Маря. – Спокойно ответил он. – Кариес и эмаль в ужасном состоянии, а ещё я заметил царапины у тебя на пальцах. Я почти уверен, что это всё следствие частой рвоты… Ты молчишь, а значит я прав. Медицинский препарат, который ты принимала, часто советуют в интернете для похудения. По тёмным кругам под глазами и недостаточностью эластичности кожи, я так же могу сказать, что у тебя деридратация – это обезвоживание организма. Я назначу тебе сдать некоторые анализы, но я понимаю к чему привело твоё желание похудеть – пищевое расстройство. Сколько ты весишь, Марьяна?
– Сорок девять килограммов, – тихо сказала я, – но я нормально себя чувствую.
– Всё, что я описал поддаётся лечению или приводит к летальному исходу.
– Я нормально себя чувствую!
– Ты постоянно ощущаешь чувство жажды? Твоя кожа на руках потрескалась, а на щеках в последнее время много шелушений? А ещё ты не можешь поесть, чтобы потом не было рвоты? Это болезнь. Это не нормально, Маря.
Я молчала. Он смотрел на меня, и мне хотелось убежать.
– Люди умирают от недостатка жидкости в организме. Частая рвота сама по себе влечёт за собой обезвоживание, но ты ещё принимала лекарства, выводящую жидкость из организма. Ты понимаешь меня, Маря?
Я молча кивнула. Почему-то я не думала о том, что могут быть проблемы. Я же просто хотела похудеть.
– Ты обещаешь слушать мои советы и выполнять то, что скажу? Иначе я буду настаивать на госпитализации.
– Я не хочу в больницу!
– Значит, ты будешь меня слушать, а мама проконтролирует.
Полчаса я рассказывала о том, как вызывала рвоту, сколько килограммов потеряла. Вспомнила о том, что недавно испытала странное предобморочное чувство и жажда… Постоянная жажда, да… Я всегда хочу пить, но после этого всегда наступает тошнота.
Получив направление на анализы и рецепт на лекарства, я вышла в коридор. Мамы здесь не было. Забрав вещи в гардеробе, я пошла на парковку.
Мама курила около машины. Я не видела её с сигаретой около четырёх лет. Ровно столько, сколько прошло с похорон папы. Затушив сигарету, она пошла мне навстречу и крепко обняла. Я чувствовала, что она плачет. Стыд… Вот что я ощущала в этот момент.
– Мама, прости меня…
– Нет, Маря, это ты прости меня. Как ты могла подумать о том, что тебе нужно менять в себе что-то таким путём? Наверно, я редко это говорю, потому что для меня это очевидно – ты великолепна. Ты прекрасна, дочка.
Мы стояли, обнимаясь, минут пять, а может быть час, начался снег и поднялся ветер. Мама чмокнула меня в нос и открыла дверь в машину.
Я протянула ей рецепт от врача, она прочитала и убрала его в карман.
– Сначала в аптеку, а потом домой. Хочешь чего-то?
Я ничего не хотела, но чувство стыда перед мамой было очень сильным.
– Давай купим мороженое и посмотрим фильм? – Перебирая между пальцами край пальто, спросила я.
Мама кивнула, и мы выехали с парковки.
По дороге домой я думала о том, почему она не злится на меня, а потом перед глазами то, как она курит около машины. Я моргнула. И вот она сидит на балконе, плачет и курит. Мы только что узнали, что папа умер.
– Мама, не кури больше, хорошо?
– Хорошо…
– Мама? – Она кивнула и я продолжила. – А ты скучаешь по папе?
– Временами очень сильно, но я научилась с этим жить. – Пожала она плечами.
– Я думала всегда, что этот врач в тебя влюблён.
– На самом деле так и есть, – усмехнулась она, – Пётр всегда был другом нашей семьи, всегда им и останется.
– Он тебе не нравится, да? Мне он понравился, если что…
Мама рассмеялась и с нежностью посмотрела на меня.
– Мне нравится думать, что я сильная женщина, Маря. – Сказала она. – А сильные не ищут замену человеку, которого они очень сильно любили. Сильные, смотрят в упор в ту пустоту, которая появилась после ухода того, кого они любили. Слабые же в эту пустоту пытаются запихнуть кого угодно. Делают это они с целью создания иллюзий, что в жизни нет пустых мест…
С грустной улыбкой мама смотрела на дорогу, а я обдумывала её слова.
– Маря, – мама остановила машину на обочине и внимательно посмотрела на меня, – в жизни есть моменты, которые нужно просто пережить. Больно, грустно, плохо, сложно, обидно, но ты должна просто пережить, пройти этот отрезок жизни красивой походкой, даже если он усыпан осколками битого стекла.
6
На протяжении двух недель я после уроков радостно бежала в актовый зал на репетицию. Странно, но быть на сцене мне нравилось так сильно, что я даже не обращала внимание на обидные пародии Игоря и его друзей.
Когда я была на сцене в образе, мне было абсолютно плевать на них.
Но на переменах я больше не слышала своего имени, все его друзья звали меня Кикиморой.
– Зависть и желание привлечь твоё внимание, – однажды за обедом сказала мне Женя, – почему ты реагируешь? Они же именно этого и хотят.
– Я хочу быть невидимкой для них.
– Это будет довольно трудно с твоей внешностью, – заметив мой вопросительный взгляд, она продолжила, – ты красивая, Марьяна. Кудрявые волосы выглядят, конечно, как взрыв на макаронной фабрике, но это делает тебя такой милой что ли… В тебе есть что-то, что отличается от других, посмотри, все одинаковые. Практически одна и та же причёска, стиль одежды, все бояться выделяться. Никто не хочет быть объектом внимания. Потому что если ты выглядишь не как все, то с тобой что-то не так. В прошлом году я сделала пирсинг в носу и подстриглась очень коротко, и знаешь что? У меня куда-то делись друзья. Меня стали дразнить, а они просто оставили меня. Сейчас вроде все привыкли к пирсингу, и волосы отросли, моя подруга снова решила дружить со мной. Но я больше не хочу эту картонную дружбу.
– Ты думаешь, меня они достают из-за волос?
– Тебя они достают из-за Каховского! – Рассмеялась Женя.
– Большинству из его друзей плевать кто такая Марьяна Синичкина, но им не плевать на поощрения племянника директора школы! Если вдруг завтра Гоша решит, что ты ему больше не нравишься и выберет другую жертву, например, твою подругу Ксюшу, то вся его компания переключится на неё. А ещё как минимум трое его друзей окажут тебе знаки внимания в нормальной форме!
– Ты думаешь, я нравлюсь ему? – Поперхнулась я компотом.
– Боже, ты не можешь быть такой глупой! Это же очевидно так же, как и то, что я блондинка!
Ксеня и Тоша сели к нам за стол. Женя возмущалась им по поводу нашего разговора.
– Этот придурок запер меня в туалете, это тоже знак симпатии? – Уточнил Тоша, жуя пирожок с мясом. – Просто если да, то я должен сказать ему, чтобы не питал напрасных надежд. Мы не сможем быть вместе!
Мы все рассмеялись так громко, что на нас стали оборачиваться.
– Раньше я часто наблюдала за вами, – призналась Женя, – вы такие живые, настоящие, искренние. Вы не боитесь эмоций. Если Тоша злой, то это заметно. Если Ксеня недовольна, то она не будет это скрывать. Если вам смешно, то вы смеётесь громко. Вы не думаете о том, что о вас подумают. Вы живёте!
– Я всё ещё хочу быть невидимкой. – Смеясь, сказала я.
– Нет, ты хочешь, чтобы Игорь показывал внимание другим образом. Если ты станешь для него невидимой, то станешь страдать ещё больше!
– Скажи мне, – вдруг перебил её Тоша, – это лечится? Мы сможем спасти нашу подругу?
Женя и Ксеня снова рассмеялись, а я сделала обиженный вид.
Закончив с обедом, мы с Женей попрощались и пошли каждый в свой класс.
Я долго прокручивала её слова в голове, но, странное дело, я не ощутила волнующего трепета от того, что нравлюсь Гоше. Меня это не интересовало так, как раньше. Все мои мысли были направлены на репетиции и бесконечные посещения врачей, которые, наконец, заметили положительную динамику. Я и сама это поняла, что моё здоровье стало лучше, я могу контролировать своё состояние после еды. Не всегда получается, но прогресс есть. Я две недели пила таблетки, и состояние кожи стало лучше. Но за эти две недели я поняла то, что мне хотела донести мама – Гоша просто отрезок моей жизни, который я должна пройти. Ко мне пришло осознание того, что он просто фальшивый, лживый, закомплексованный мальчик, с красивыми глазами. В нём нет ничего хорошего, кроме моей придуманной любви к нему.
– Ты изменилась. – Ксеня взяла меня под руку и широко улыбнулась.
– Разве?
– Мы только что прошли Катю, которая изобразила приступ эпилепсии или что-то в этом роде, а ты этого даже не заметила. – Довольно сказала она. – Ты стала увереннее с тех пор, как начала ходить на репетиции, несмотря на то, что этот идиот и там тебя достаёт.
Перед классом истории было очень оживлённо, одноклассники сбились по группам и что-то обсуждали.
– А куда Тоша снова делся? – Осмотревшись, спросила я.
– Может его снова заперли в туалете? – Предположила Ксеня.
– Два раза за день?
Подруга усмехнулась и достала телефон из сумки. Не успела набрать номер, как к нам подбежал Тоша.
– Мы в дерьме!
– Вроде не пахнет! – Принюхавшись, сказала я.
– Нет, вы не понимаете! Мы совершенно забыли о проекте!
– Доброе утро, класс! – Поприветствовала нас учитель истории. – Проходите.
Как мы могли забыть об этом задании? Я заметила, что Ксеня сильно побледнела…
Урок начался с просмотров проектов, многие выглядели впечатляюще, в каждом были такие факты, которые удивляли. Учитель отмечала малейшие неточности, задавала вопросы о типе корабля, скорости, автономности и даже экипаже. Судя по всему, получить высокую оценку за этот проект не удастся никому.
– Антон, Игорь, Ксения и Марьяна! Выходите к доске. – Вызвала нас учитель.
Первым к доске вышел Игорь и достал флешку.
Я хотела уже сказать учителю, что мы не готовы и попросить ещё два дня для этого задания.
– Ребята, давайте быстрее, – поторопил нас Игорь, – у нас проект-пушка, сейчас выстрелим.
– Выражайтесь не столь примитивно, молодой человек. – Попросила учитель.
Игорь подождал, когда мы встанем рядом с ним и запустил презентацию на компьютере.
– Наша группа подготовила проект о подводной лодке Surcouf. Сделали её французы, и проект носил название «подводная лодка для обстрела». Имя своё получила в честь знаменитого капера Робера Сюркуфа. И между прочим, Сюркуф была крупнейшей подводной лодкой в мире до постройки японских лодок I-400.
– Ксеня, какова длина подводной лодки? – Не глядя на нас спросила учитель.
Игорь дал ей текст и пальцем указал на ответ.
– Длина Сюркуфа сто десять метров, дальность плавания двенадцать тысяч миль.
– Антон, что хотели объединить в этой подводной лодке?
Игорь снова указал ответ.
– Сюркуф является вершиной попыток, представленных после окончания Первой мировой войны, соединить в рамках одного корабля скрытность подводной лодки и огневую мощь надводного корабля.
– Марьяна, какую особенность имела это подводная лодка?
– Интересной особенностью подлодки Сюркуф являлась способность вести артиллерийский огонь в полупогружённом положении.
Учитель посмотрела на нас, а затем на чёрно-белые фотографии на презентации.
– Игорь, что сейчас с Сюркуфом?
– Погибла при невыясненных обстоятельствах, предположительно в феврале 1942 года.
– Ответьте мне, ребята, кто за что отвечал при подготовке этого проекта?
– Ксеня и Марьяна искали информацию, – неожиданно для меня ответил Гоша, – мы с Тохой делали презентацию и искали фотографии.
– Я ставлю вам пять, каждому. Я вижу, что много времени потрачено.
Прозвеневший звонок закончил урок и одноклассники выбежали из класса. Мы трое в полном молчании собрали вещи и тоже вышли из класса. Игоря в коридоре не встретили, но с его друзьями столкнулись.
– Эй, Кикимора! – Крикнул один из них. – У меня к тебе вопрос.
– Заткнись, придурок! – Заступился Тоша.
– А тебя никто не спрашивал.
Двое парней подошли к Тоше и прижали его к стене. Третий взял Ксеню за локоть, чтобы та ничего не смогла сделать.
– Так вот мой вопрос, – он подошёл ко мне вплотную, я ощутила его дыхание на своей щеке, – мне интересно, как ты будешь выглядеть с короткими волосами?
В следующее мгновение я услышала щелчок зажигалки и крик друзей. Почувствовала запах жжёных волос. Он зажал мне рот ладонью, но я всё равно пыталась кричать. И вдруг всё прекратилось…
Я почувствовала, как Ксеня помогает мне подняться с пола, увидела, как Тоша сидя сверху на одном из тех, кто его удерживал, бьёт кулаком в лицо. Обернувшись, я увидела, как от моего обидчика оттаскивают Вову, правый его кулак был в крови.
– Что здесь происходит? – Раздался голос директора. – Все вы, ко мне в кабинет, живо!
Я, Ксеня, Тоша, Вова и четверо парней пошли за директором.
– Ты как? – Тоша приобнял меня за плечи. – У них просто крыша поехала! Грёбанные придурки!
– За базаром следи! – Мой обидчик толкнул Тошу в грудь.
– Свой контролируй! – Резко сказал Вова.
Директор открыл кабинет и сказал по одному заходить. Первым зашёл Вова.
– Всё из-за тебя, лохушка! Все проблемы только из-за тебя! – Один из парней плюнул в мою сторону.
Ксеня крепко держала Тошу под руку, было видно, что он ещё не готов успокоиться.
Вова был в кабинете пятнадцать минут, а когда вышел, сказал заходить всем своим друзьям в полном составе, Ксене и Тоше после них.
– Маря, пошли со мной.
Я шла за Вовой, который всем видом давал понять, что лучше с ним не спорить. Я физически ощутила его ярость. Правый кулак всё ещё кровоточил, следом за нами тянулась дорожка из капель крови.
– Вова, куда мы идём? – Тихо спросила я, боясь его злости, но он не ответил.
Забежав в раздевалку, он взял моё пальто и помог мне одеть его, мы вышли на улицу, и пошли за школу. На старом школьном дворе он сел на спиленное дерево и достал пачку сигарет.
– Твою мать, Маря, я не хочу, чтобы они делали тебе ничего плохого! Я не знаю, что не так с ними!
– Вова, я…
– Подожди, Маря! – Перебил меня он. – Просто, какого чёрта им от тебя надо?! Чем ты так не угодила Гоше?
Я не знала, что ему сказать. Мне было больно и обидно от всего, что происходило, пальцами я перебирала подпалённую прядь волос. Вова курил третью сигарету и молчал…
– Я не знаю, почему Игорь издевается надо мной… Я не знаю, почему ваши друзья помогают ему в этом… Я не знаю, почему ты… С ними, если ты другой…
Вова подошёл ко мне и провёл рукой по волосам.
– Маря, прости за них. Я решу с ними. Никто тебя больше не обидит.
Сейчас я не замечала ни мороза, который жалил кожу, ни поднявшегося ветра, что бросал в лицо колючие снежинки – на душе стало очень тепло. Он заправил подпалённую прядь моих волос за ухо, чем заставил моё сердце биться в бешеном ритме.
В его взгляде мелькнула нехарактерная для него серьёзность, нежность, и, не удержавшись, я первая потянулась к его губам.
* * *
Актовый зал уже преобразовывался под новогодний спектакль. В центре зала стояла высокая и пушистая искусственная ель, украшенная красивыми жёлтыми, зелёными, серебристыми шарами. Павел Иванович уже принёс костюмы, и репетировать стало ещё интереснее.
Женя бегала вокруг ёлки в длинной юбке, поверх которой был повязан пуховый платок, Вова сидел на краю сцены в чёрных джинсах и длинной чёрной мантии. Женя потянула меня за собой к ёлке, громко смеясь.
– Скоро Новый год! – Воскликнула она.
Я посмотрела на Вову, который читал сценарий, мне очень хотелось с ним поговорить. После той ситуации мы не пересекались и так не поговорили. Впрочем, что ему сказать я не знала…
– Приветствую вас, мои таланты! – Павел Иванович зашёл в зал, неся в руках ярко-зелёное платье. – Марьяна, переодевайся и на сцену!
В маленькой комнате за сценой я переоделась в платье и собрала волосы в пучок на затылке.
– Ты выглядишь мило.
Обернувшись, я увидела Игоря, стоявшего в проходе.
– Как давно ты тут стоишь? Подглядывать как минимум не прилично.
– Я только зашёл, – усмехнулся он, – должен сказать пару слов.
– Потом скажи, сейчас репетиция. – Отмахнулась от него я.
– У тебя глаза схожи с погодой в Петербурге…
– Что? – Я повернулась к нему, он держал в руках листок бумаги. – Я не расслышала, что ты сказал.
Выдавив подобие улыбки, Игорь вышел из комнаты.
Павел Иванович командным голосом объяснял, как нужно играть сцену, чтобы было смешно. После того, как мы поняли то, что он хочет от нас увидеть, Павел Иванович сел в первом ряду.
– Девчонки, – начал Вова, – нам нужно в лес, всё разузнать. Только нужно замаскироваться, а то нас ищут.
– Ох, уж эти поклонники! – Воскликнула Женя. – То песни пишут, то по лесу ищут…
– Какие ещё песни? Ты чего говоришь-то? – Рассмеялась я.
– А вот такие! Лирические, между прочим! Это ты ничего не слышишь в своём болоте, кроме кваканья лягушек…
– Да замолчите вы! – Строго сказал Вова. – Полиция нас ищет и люди всякие, которым мы зло сделали.
– Кто старое помянет…
– Кикимора! – Вова посмотрел на меня строгим взглядом.
Мы репетировали три часа, смеялись, злились, ругались, мирились. Каждый хотел получить идеальный результат на завтрашнем спектакле.
Репетиция закончилась, когда на улице зажглись фонари. Павел Иванович, кажется, был доволен постановкой и отпустил нас домой. На улице ко мне подошла Женя.
– Давай встретимся после спектакля в кафе, я всех приглашаю!
Ответив что-то невразумительное, я пошла домой. В голове невольно возник образ Игоря перед репетицией, а потом его слова в то утро, когда мы встретились в частном секторе.
– Маря! – Вова догнал меня, на его лице была широкая улыбка. – Я не мог найти тебя после уроков, а после репетиции ты так быстро убежала.
– После уроков Тоша против того, чтобы я ходила по коридорам, после того случая. А Ксеня заболела, и мы не ходим вдвоём в столовую.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?