Читать книгу "Не триумфатор (Альфа-13)"

Даже более того, – я их буду всячески провоцировать к организации «пропаж».

Глава 10 Все хотят десницу

Глава 10

Все хотят десницу

– Десница, мне бы поговорить с тобой надо. Проблема тут у меня. И вообще важное дело.

Оторвавшись от бумаги, я кивнул:

– Проходи, Кошшок. Присаживайся и говори.

Тот уселся на стул как-то осторожно, на самый краешек, и спину неестественно прямой при этом держал. Казалось, полковой рэг смущается, что совершенно ему несвойственно.

Но нет, наверное, просто показалось. Он из тех людей, которые могут голышом через весь город пройти и не покраснеть.

А вот то, что он не просто трезвый, а от него даже слабого запаха алкоголя нет – явная странность.

Что-то со здоровяком не то.

– Тут, десница, дело такое... Контракт мой истёк два месяца назад. Всё это время я продолжаю служить, но жалование не получаю.

– Это и есть твоя проблема? – удивился я. – Странно, конечно, что ты, выходит, без контракта служишь столько времени, но ничего страшного в этом не вижу. Мог давно к Аммо Раллесу обратиться, он бы тебе продлил контракт сам, задним числом, чтобы жалование начислили на весь срок. Я для этого не нужен.

– Да понимаешь, десница, тут ведь не в продлении дело. Я эти месяцы посматривал тут на всё и думал много. В общем, не торопился с продлением. Мне, честно говоря, эта Мудавия до того опостылела, что если сгорит вся, до последней кучки навозной, ничуть не огорчусь. Но я же назначения сам не выбираю, за меня выбирают. До того, как тебя к нам прислали, подумывал дотянуть потихоньку до конца контракта и податься куда-нибудь в империю. Давно пора приткнуться к чужой земле. Так-то, своё, конечно, ближе, но домой, в горы родные, возврата мне нет. Кровник я там, сильный род хочет моей смерти. Мой клан они не трогают из-за меня, потому что я давно от него отрёкся. Формально сам по себе стал, хотя сердцем до сих пор со своими. Враги это понимают, но не придерёшься, потому что по всем правилам отрекался. Но если вернусь, не только сам подставлюсь, а и своих могу подставить. Они не те люди, не смогут в стороне стоять и говорить, что я им чужой. Да и если скажут такое, не послушают их. В горах, если ты из клана уходишь, чтобы не вешать на него свои беды, у тебя две дороги: или умирать, или уходить куда-то очень далеко и никогда не возвращаться. Возвращение это почти всегда война до последнего человека, без разговоров. Так что нет мне возврата. Ну а в империи военный с моим опытом не пропадёт. Тем же купцам вечно нужны командиры охраны. Не по мне такая работа, скучная и глупая, но это честные деньги. Вот только потихоньку дотянуть до конца контракта не получилось. Свалился на нас ты, и понеслось всякое. Столько всего разного начало происходить, что даже выпить нормально некогда стало. И я, на тебя посмотрев, начал о другом подумывать. Об интересном. Десница, ты меня в деле видел. Да, я сложный человек и недостатков у меня много, но ведь солдат я честный и людей в кулаке держать умею. Тебе не помешают мой опыт, мои руки и мой топор. Я не такой уж простак, я вижу, как ты тихо и верно создаёшь свою личную армию, и скажу, что этой твоей армии очень не хватает нормальной пехоты. Наёмники Львёнка это не твои люди, они служат тебе за плату. Думаю, в шудры они не пойдут, как ни уговаривай, это против обычаев вольных городов. А ты именно своих людей одного к другому стараешься собрать. В корпусе хватает добрых бойцов с истёкшими или почти истёкшими контрактами, ты таких легко выкупишь, если надо. Я тут прикинул, могу назвать шестьдесят восемь человек, которых стоит забрать. Для начала обозной охраной поставить, а дальше, если решишь заняться пехотой, из них можно назначить хороших сержантов и офицеров. Перспективные кадры, как ты говоришь. И хорошо бы к ним ещё пару десятков ребят забрать, но у них ещё не скоро контракты истекут. Выкупить, так-то, можно, но дороговато получится. Тут уже тебе решать, стоят они таких трат, или пускай остаются. Вот такие вот дела, десница.

Внимательно глядя на Кошшока, я вздохнул:

– Денег у меня достаточно, чтобы весь корпус десять раз выкупить. Да только кто же позволит это делать во время войны? Человек семьдесят-восемьдесят ещё куда ни шло, так что твоих людей, наверное, вытащить получится. Да в принципе и больше можно, если правильно всё сделать. Только знаешь, что мне вербовщики и Аммо Раллес рассказывают? Что уже человек под сто из корпуса просились именно ко мне. И сюда, в миссию, ко мне лично несколько сержантов и офицеров приходили. И не факт, что это именно те, о которых ты пытаешься слово замолвить. Также арбалетчики, которые не входят в мою личную тысячу, всех достают. Им я вынужден отказать. Лучших из лучших уже выбрал, остальные слишком проблемные, перспектив не вижу. Да и нет у меня для них ни оружия нового, ни амуниции, ни доспехов. Это мудавийцы после битвы Трёх королей уверовали, что арбалетчик с убогим самострелом способен каждым выстрелом по альфе отстреливать, а реальность, увы, говорит обратное. Одной атакой, когда, по сути, кроме альф никто к нам не прорвался, южане выкосили несколько тысяч наших. В считанные минуты. Ты видел, что там творилось, когда строй рассыпался за секунды, и кровавым туманом позицию затянуло. За одного альфу мы платили сотнями и сотнями «тряпок». Таких арбалетчиков надо тысяч тридцать, чтобы засыпать всё поле боя тяжёлыми болтами. И войско, где делают ставку на столь специфические стрелковые отряды, не может считаться полноценной армией. Да, оно может неплохо сыграть, но лишь в особых, тщательно подготовленных условиях. И если противник не совсем тупой, сработает лишь раз. Просто выставят против толпы «тряпок» баллисты или прокачанных лучников. Пусть их будет немного, но достаточно минут пять меткого обстрела, чтобы такие горе-стрелки побежали. Стойкость у них почти нулевая, сам понимаешь. На той ярмарке им деваться некуда было, слишком резво на них альфы налетели, вот и пришлось многим сражаться, вместо того, чтобы бежать. Так что мудавийцы могут играться с такими отрядами сколько угодно, это их право и их проблемы. Тхат теперь не скоро оправится, и пройдут годы, прежде чем короли решатся на реванш. Так что пусть этот балласт тешит эго Пробра и его камарильи, а мне такая армия ни к чему. И да, о нормальной пехоте я действительно задумываюсь, но не знаю, когда до неё руки дойдут. Тебя я взять готов с радостью, как и учесть твои рекомендации. Но ты видел мою личную армию, и должен понимать, что от тебя и остальных потребуется.

– Десница, ты про клятву шудры? Да я прям сейчас готов.

– Да, про клятву. И про полное подчинение. Некоторые вещи, к которым ты привык, в моей армии не приветствуются. Как ты заметил, я воюю немного не так, как это принято. И дело не только в том, что здесь, в Мудавии, мои возможности невелики и приходится выкручиваться. Можешь считать это особой тактикой Кроу или чем угодно, просто сразу заруби себе на носу: тебе придётся учить много нового и забывать немало старого.

– Да я уже сам понял, десница. Насмотрелся на твои выкрутасы.

– Раз понял, жду от тебя список кандидатов, за которых ты готов поручиться. Сроки контрактов и краткая характеристика по каждому должны прилагаться.

– Словами можно или всё писать?

– На бумаге, Кошшок, на бумаге...

– Ох и долго возиться придётся, – опечалился рэг. – Не мастак я бумагу марать, до ночи не управлюсь.

– Иди к секретарю Аммо Раллеса, пусть тебе поможет быстро всё сделать. Скажи, это мой приказ.

– Вот за такое от души благодарю, десница. Пускай сам всё и пишет со слов моих, у него руки прям заточены для такого дела.

Поднявшись, Кошшок направился к двери, но открыть её не успел. Она сама распахнулась, причём с грохотом, и я не удивился, увидев, как в кабинет врывается Дорс.

Он почти всегда так открывает.

– О! Чак, привет! Хорошо, что ты на месте. Дело у меня к тебе. Срочное очень.

– Ты насчёт того, что мне, наверное, скоро придётся с перчаткой расстаться и вас распустить? – спросил я. – Дошли слухи и решил уточнить?

– Да плевать мне на твою перчатку, – ответил здоровяк. – Пока семья не прикажет, я всё равно с тобой, сам знаешь. И как по мне, чем дольше так будет, тем лучше. С тобой, Чак, знаешь ли, никогда не соскучишься, да и люблю на октов смотреть, а у тебя их уже целый табун. У меня в другом вопрос...

Здоровяк как-то помялся и неуверенно спросил:

– Ты ведь не будешь против, если я Местресс захвачу? Ну... мне же слуги полагаются, охрана и всё такое, но заметь, я этим не злоупотребляю. Понимаю, что лишние смерды нас могут обременить. Но одним человеком больше, одним меньше, разницы почти нет. Ну это я так думаю. Ты же не будешь возражать, да?

Я обхватил голову руками:

– Слушай, Дорс, на меня сейчас дел навалилось в пять раз больше, чем перед битвой с чёрной квартой. Мне что, ещё и о бабах твоих думать теперь? Да хоть всё заведение Чёрной герцогини с собой тащи, только будь добр, меня в это мероприятие не втягивай. Полный карт-бланш тебе, только отстань побыстрее.

– Всё, Чак, я тебя понял, – радостно ответил Дорс. – Никакого беспокойства с моей стороны. И да, всё заведение брать не вижу смысла, одной Местресс достаточно. Хотя... – здоровяк подмигнул. – Это ведь я про Брунгильду забыл. Ты же её в Мудавии не оставишь?

Я вздохнул:

– Если ты прямо сейчас не исчезнешь, я тебя именно к Брунгильде и отправлю. И уж поверь, Местресс до неё в некоторых вопросах очень и очень далеко.

Дорс, бросившись к двери, бросил на ходу:

– Да знаю я, слышал от проверенного источника. Глас, конечно, тот ещё урод, но на вранье его не ловили, так что я ему верю.

* * *

Прибрежный хребет сложно отнести к полноценным горам. Здесь нет вершин, что зимой и летом в снегах утопают; нет пропастей бездонных и скал, что вздымаются на многие сотни метров над головой. По моим прикидкам, рекордные пики даже до двух километров не дотягивают. И это при том, что моя армия продвигалась по одному из сложнейших маршрутов, где высоты местами достигали максимальных значений. Дальше к югу и северу местность плавно понижалась, и об этом я знаю не только по результатам изучения карт. За последние месяцы немало пообщался с купцами, охранниками караванов, наемниками и прочими людьми, которым доводилось выходить тамошними дорогами к морю.

Ближайшая политика империи читалась, как открытая книга, поэтому к возможному походу я готовился заранее и тщательно, информацию собирал везде, где можно. И сейчас там, где мои воины рыдали и стонали, чуть ли не на руках перетаскивая телеги по неудобным участкам троп, я лишь мрачнел.

Потому что знал, что это далеко не самый тяжёлый участок пути. Нам осталось несколько часов до лесистой котловины, где повозкам придётся хуже всего. Боюсь, мы там можем застрять дня на три-четыре.

А то и больше.

Да уж, изначально я полагал, что всё не настолько плохо и рассчитывал на более высокую скорость продвижения. Но, если подумать, это даже к лучшему. Появится дополнительный и весьма убедительный аргумент задержаться именно там, где надо. Пока солдаты будут день за днём пробивать дорогу через горный лес, я успею провернуть задуманную отлучку. Ведь именно по краю той котловины на юг протягивается тропа, по которой можно выбраться к тайному убежищу паченрави.

Но вообще-то изначально у меня были иные планы на то, как именно обосновать затяжную остановку.

И, увы, планы эти никак не получается осуществить.

Потому что, по моим расчётам, мы здесь должны кое-кого начать встречать, но пока что нет никаких намёков на присутствие тех, кто так мне нужны.

И это вдвойне плохо. Они ведь мне не только для создания алиби требуются, а и для усиления арбалетчиков.

Глядя, как солдаты, ругаясь, толкают телегу, застрявшую в русле ручья, я решил, что помогать им ледяной магией смысла нет и с интересом покосился на приближающегося разведчика.

– Господин, замечен небольшой лагерь неподалёку отсюда. Я рискнул опустить птицу, вблизи рассмотрел хорошо. Людей не видно, но по виду он не заброшен.

Я указал на приметную трёхглавую вершину:

– Случайно не под той горой?

– Да, господин, именно там.

– Так я и думал. Полагаю, это лагерь сборщиков орехов. Они там живут только в сезон, когда те спеют, остальное время в нём не души. Как и во всей округе.

Да, направление бесперспективное, но всё же и за ним мои разведчики приглядывают. То, что здешние горы считаются безлюдными, ничего не значит. Надо всегда и везде быть готовыми ко всему, поэтому наши «наблюдательные птицы» работают усиленно по всей округе.

За прошедшие месяцы я озаботился, помимо прочего и расширением штата разведчиков. Выбрал два десятка перспективных ребят, подкачал им Меру ПОРЯДКА и загрузил всех специфическими поручениями, при выполнении которых есть шанс открыть профильные навыки.

Восемнадцать бойцов их получили. Это даже больше, чем я ожидал за такой срок, но в таком деле запас карман не тянет. К тому же со столь приличным количеством птиц несложно устраивать массовые охоты на вражескую воздушную разведку. То есть мы сможем доминировать в небесах за счёт количественного преимущества.

Но и про качественное я не забыл. Подсуетился.

Для наблюдения удобнее всего использовать некоторых хищников: у них и зрение подходящее, и в воздухе они способны подолгу находиться. У разведчиков южан самыми популярными птицами являются разные виды кобчиков, мелкие ястребы, луни и пустельги, по весу обычно уступающие крупным воронам. Реже используются канюки, осоеды, коршуны и крупные ястребы, они уже с воронами сопоставимы по массе или немного их превосходят. Для ночных действий ограничиваются небольшими совами. Более крупные пернатые используются нечасто. С ними больше хлопот, а дополнительной выгоды от размеров нет.

У меня же, помимо всякой неприметной мелочёвки, половина разведчиков могла похвастать орлами и скопами, остальные довольствовались крупными соколами. На случай ночной разведки имелось одиннадцать здоровенных филинов. Также наличествовали запасные птицы всяких видов. Хозяйство получилось немаленьким, просторные клетки с хищными пернатыми и живым кормом для них перевозились на девяти надёжных повозках. Сомневаюсь, что во всей армии принца наберётся столько небесных хищников.

Полагаю, у южан точно наберётся, они разведку уважают. Но, учитывая превосходство в качестве наших птиц, можно рассчитывать, что мы быстро снизим поголовье вражеских «летающих глаз». Поймать новую птаху – невелика проблема, но их полноценная подготовка даже у опытного разведчика занимает несколько недель. Плюс их можно значительно усиливать за счёт кормёжки. Вместо банальных грызунов давать других птиц, в том числе относительно сильных, что приводит к ускоренному росту параметров.

Один раз я с куда меньшими «воздушными силами» оставил Тхат почти без «крыльев». И сейчас не вижу преград к тому, чтобы провернуть то же самое с разведкой армии четырёх кланов.

Странно, что до меня никто до такого не додумывался. Правда, для этого желательно уметь вычислять в небесах именно «управляемых» птиц. У меня такой боец был, и, зная, каким образом он получил столь оригинальный навык, я сумел открыть его ещё у нескольких разведчиков. Ради этого пришлось загрузить их Баланс Мерой ПОРЯДКА в ущерб иным показателям, но оно того стоило.

Лучшие птицы, лучшая прокачка для птиц, лучшие навыки для птицеводов и прочее-прочее. Насколько мне известно, до меня к этому вопросу никто не подходил с такой продуманностью. Так что шансы устроить разведке Ассиопы большие проблемы считаю высочайшими.

Вот только здесь нет никакой Ассиопы и её войск. Хищные птицы парили в небесах, высматривая не вражеских солдат.

И даже не людей.

В горах у меня другой противник.

Особый.

Глава 11 Каменная стража гор

Глава 11

Каменная стража гор

Долгожданные сведения поступили спустя неполный час от другого разведчика. Он заметил на безлесном склоне что-то необычное. Боец сам не понял, что именно увидел, но так как натаскал я их на совесть, требуя примечать любые странности, тут же доложил, не постеснявшись расписаться в своём незнании.

Я направился к замеченному «объекту», прихватив несколько офицеров и сержантов из стрелковой тысячи. Своих лошадей у них не было, по заведённой мною традиции в этом виде войск они полагались только для гонцов. Но на нехватку добротных коней мы не жаловались, в обозе немалый табун отборных скакунов гнали для замены и для таких случаев.

Птица, кружа над головами, указывала путь, выбирая самый удобный маршрут. Так что, несмотря на бездорожье, мы продвигались быстро. Не прошло и получаса, как, преодолев полосу леса, выбрались к опушке. Дальше до самой вершины простиралось открытое пространство, там лишь местами за камни цеплялись группы деревьев, да кусты поодиночке и кучками росли кое-где среди россыпей валунов.

Одна такая россыпь выглядела столь неестественно, что разведчик даже с высоты и приличного расстояния сразу её приметил. Камни все на подбор одинаковые, почти круглые, в каждом тонны четыре и цвет у всех почти чёрный со слабо выраженным красноватым оттенком. Так, наверное, мог бы выглядеть качественный гранит, если его поразит тёмная плесень.

Учитывая то, что все прочие камни, не относящиеся к этой куче, в той или иной мере поросли лишайниками и мхом, эти удивительно одинаковые голые глыбы смотрелись неуместно. Их будто насыпали сюда, притащив откуда-то издали. Причём случилось это явно недавно, растения ещё не успели начать экспансию.

Остановившись, я поднял руку, приказывая всем замереть.

Затем, не оборачиваясь, указал на россыпь странных валунов и сделал необычное заявление:

– Видите эти камни? Здесь те ваши бойцы, у которых ещё нет навыка арбалетов, должны получить стартовые знаки. Да и остальные пусть вместе с ними стрельбой занимаются, дополнительные трофеи для прокачки никому не помешают.

Офицеры недоумённо переглянулись, после чего один спросил:

– Простите, господин, но мы ничего не поняли. Как здесь можно получить знаки навыков? Мы не видим противников, а стрелять по мишеням можно месяцами без толку. Все наши солдаты так и стреляли, но некоторым повезло, а некоторым нет.

– А ещё они овец убивали и коров, – добавил другой офицер. – И всё равно не у всех получилось навык открыть.

Я улыбнулся:

– То, что вы видите, это не просто куча камней вместо мишени. Это противник. Причём противник особый. Он сильнее огромного стада самых лучших и самых злобных коров. Может кто-то слышал о стражах Приморского хребта?

– Каменные великаны? – неуверенно спросил один из сержантов.

– Именно, – кивнул я. – Эта куча камней что-то вроде голема в неактивном состоянии. Они в таком виде проводят большую часть времени. Несколько месяцев так лежат, будто какой-то энергией заряжаются, после чего поднимаются и начинают бродить. Хватает их ненадолго и обычно по одним и тем же маршрутам ходят, но иногда случаются серьёзные отклонения. Так что никогда не узнаешь, где эта громадина появится в следующий раз. И да, они агрессивны: и людей атакуют при встрече, и зверей. Каменные великаны и отсутствие нормальных дорог делают этот край непривлекательным для освоения. Пахотных земель здесь нет, но, как видите, лесов достаточно. Качество древесины далеко не лучшее, но её можно продавать в Мудавии. Там она всегда в цене, и даже за самую худую заплатят неплохо. Было несколько случаев, когда люди пытались бизнес на лесе наладить, но всё прекращалось на стадии строительства полноценных дорог. Как только начинаются масштабные перемещения грунта, великаны в ближайшей округе дико возбуждаются. Бывает, сразу все просыпаются за неделю и шагают прямиком к источнику переполоха. Работы, естественно, приходится прекращать. Вот потому эти зелёные долины так и остались дикими.

– А почему этих великанов не убивают? – задал логичный вопрос один из офицеров.

– Пробовали не раз, – ответил я. – Обычным людям с ними совладать сложно, поэтому привлекали наёмников альф. Те с величайшими трудами дробили камни, из которых состоят големы, после чего те рассыпались. Но спустя несколько месяцев абсолютно такие же камни земля начинает выталкивать где-нибудь неподалёку. Процесс занимает несколько дней, после чего голем поднимается. И что хуже того, после случившегося насилия эти великаны приходят в такую ярость, что потом по полгода и больше в спячку не впадают. Забывают привычные маршруты и совершают, так сказать, дальние рейды мести. Громят лагеря сборщиков орехов и ценных трав, а иногда даже до подножия хребта добираются, где нападают на фермы и кочевья. Жителям предгорий такие обострения, естественно, не нравятся, так что они очень негативно воспринимают идеи устройства таких охот. Одно дело, когда великаны предсказуемо контролируют определённые районы, и другое, когда они начинают бродить где угодно, круша всё, что подвернётся.

– Господин, неужели великана нельзя убить окончательно?

Я пожал плечами:

– Это вопрос не ко мне. Знаю о проблеме лишь из книг и рассказов очевидцев, сам я, как и вы, сегодня увидел голема впервые. Есть предположение, что великанами управляют некие силы, скрытые в глубинах хребта. Эти камни, лишь инструменты, что они используют. То есть их можно хоть в песок крушить, «кукловоду» этим никак не навредишь. Причём поломка голема даже для отряда сильных альф весьма непростая задача. Ведь для этого надо разломать множество очень прочных камней, и великаны при этом сопротивляются. Големы Прибрежного хребта так сильны, что ударом лапы легко сносят самые толстые кирпичные стены. При этом, когда они рассыпаются, трофеями выпадают лишь символы ци. Причём не так уж много выходит. Получается, добыча никчемная, альфам такой заработок неинтересен. Платить сильным наёмникам раз за разом местные не могут, это ведь чистое разорение получается. Так что откуда ни посмотри, охота выглядит совершенно бессмысленной и на постоянной основе никто ею заниматься не будет.

– Господин, но мы всё-таки станем на него охотиться?

– На них, – поправил я. – По моим сведениям в округе обитают четыре таких каменных великана. Наш ПОРЯДОК с их ПОРЯДКОМ сравнивать нельзя, но если всё же попытаться, получится, что у них сотни две в ступенях просветления. И это минимум. То есть, применяя арбалет на такой охоте, даже с еле-еле прокачанной Мерой ПОРЯДКА можно открыть навык очень быстро. Несколько сотен выстрелов и готово.

– Но, господин, что арбалеты сделают этим камням? – спросил офицер с глуповатым лицом. – Или вы позволите использовать артефактные болты?

Внимательно на него посмотрев, я покачал головой:

– Мне начинает казаться, что до такого чина ты ещё не дорос. Очень уж глупые вопросы задаёшь. Ломать голема вовсе не обязательно, он в этой схеме просто мишень удобная. Те тюки, которые тащат все стрелки, набиты самыми лёгкими учебными болтами. Вот ими они и будут стрелять. И да, я понимаю, какие вопросы вертятся у вас в головах, поэтому сразу объясню. Эти големы ужасающие, но для таких размеров очень медлительные. Они движутся со скоростью неспешно бегущего человека. Но это поначалу, ведь чем больше получают повреждений, тем быстрее начинают передвигаться. Учебные болты их даже не поцарапают, так что если не применять что-то более мощное, эти груды камней останутся такими же медлительными. Когда разведчики найдут всех, поделим стрелков на четыре отряда. Пусть гоняют своих големов по кругу, осыпая болтами. Те очень обидчивые, после первого же выстрела поднимутся, не сомневайтесь. И станут преследовать обидчиков день и ночь. Нашим солдатам двойная тренировка получится: продолжительный бег по пересечённой местности и стрельба по движущейся мишени. Причём параметры у мишени многократно выше. Когда все солдаты откроют навык стрельбы из арбалета, надо будет оставить группы из самых шустрых бойцов. Пусть они уводят великанов как можно дальше от лагеря, потом, вдалеке, садятся на быстрых коней и нагоняют войско. Если всё сделать правильно, големы нас не догонят, мы раньше с гор спустимся. Да и не уверен, что долго гнаться станут, ведь мы им ничем не навредим, не должны сильно разозлиться. В любом случае, что им ни делай, дальше подножий они не забираются, так что мы под них не подставимся. Задача ясна? Тогда возвращаемся. Разберёмся с лагерем, найдём всех големов, разделим стрелков на четыре отряда и разделим их на смены, чтобы день и ночь гоняли своих великанов по кругу.

* * *

Обойдя бойца, одетого в доспех Ната Менная, я одобрительно кивнул:

– Издали, если не присматриваться, ты даже без иллюзий за меня сойдёшь. А если с тобой при этом Кими окажется, то и вблизи, возможно, подмену не заметят. Все будут на неё таращиться.

Кими фыркнула:

– Преувеличиваешь. Я за слишком пристальные взгляды в мою сторону наказать могу, и все это знают.

– Да мне всё равно, что ты делаешь с такими зрителями. Хотят на тебя смотреть, пусть смотрят, а если побоятся смотреть, так пусть взгляды опускают. Главное, чтобы на этого молодого человека не таращились. Не доверяю я этим иллюзиям.

– Господин, не сомневайтесь, мои иллюзии держатся крепко, – заволновался маг.

Я указал на него пальцем:

– Вот и докажи мне это. Делом докажи. Всё должно пройти без сучка и задоринки. Это и в твоих интересах.

Маг был немолод, и, несмотря на редкость таких профессий, прозябал. Очень уж специфический у него навык. Выдан ПОРЯДКОМ за какое-то необычное достижение, и несмотря на то, что относится к Свету, годится лишь для того, чтобы толпу фокусами потешать. Клятву шудр «фокусник» дал с превеликим удовольствием и категорически возражал против расширения магических возможностей. Очень уж боялся, что накачав его стихийными параметрами, мы взамен потребуем воевать. А этот почти старик слишком трусоват.

Ну да и пусть. Даже такой неполноценный маг лишним не будет. Уже второй раз выручает.

– Все всё помнят? – спросил я. – Сейчас выезжаем толпой якобы на охоту. Разведчики к нужному моменту найдут какую-нибудь дичь, так что даже с добычей вернётесь. Я под иллюзией вот этого бойца, он под моей личиной. Отряд у нас большой и растянутый, по головам считать никто не станет, так что недостачу нескольких человек не заметят. Именно сейчас проедем через весь лагерь. Пусть как можно больше людей посмотрят на моего «двойника». Оценим реакцию народа. Ну а потом, уже без меня, стараетесь не подпускать «дублёра» к тем отрядам, где могут оказаться нежелательные лица.

Камай, зайдя в шатёр, сообщил:

– Разведчик кое-что заметил. Господин, я полагаю, вам следует это знать.

– Говори.

– В шести милях к юго-западу, в отдалении от тропы, по которой мы спустились с последнего перевала, расположился отряд. Поставили три палатки, костры не разжигают. Это явно не сборщики орехов, да и не сезон сейчас. Одиннадцать человек на хороших лошадях, с оружием, у некоторых лёгкие доспехи. Один с ручной птицей.

– Это имперцы, – уверенно сказал я. – Или из какого-то вражеского клана, или наёмники клановые.

– Убьём? – тут же предложила Кими.

Я покачал головой:

– Говорю же, не знаю, от кого они. А вдруг я ошибаюсь? Нельзя исключать, что их император приставил, чтобы приглядывали за мной. Пока что установить их принадлежность не получилось.

– Господин, получается, вы знали о них? – спросил Камай.

Я кивнул:

– Да. Не говорил, потому что интересно было выяснить, как скоро вы тоже их заметите обычными методами.

– Получается, у тебя какие-то необычные методы есть? – уточнила Кими.

– Можно сказать, что да. Сородичи Гнусиса заметили их ещё неделю назад, и не спрашивай меня, что у этих пройдох за методы. То, что за нами плетутся имперцы, по говору вычислили, да и мы потом справки навели. Действительно такая группа со стороны пустошей недавно приходила. Детали не выяснили, но непохоже, что они нас до моря провожать собрались. Вот-вот развернутся.

– Они шпионят за армией, значит, мы имеем право их схватить и допросить, – не сдавалась Кими. – Если выяснится, что они действуют по воле императора, извинимся.

– А если они от Ашши или ещё кого-нибудь вроде них? – спросил я.

– Убьём.

– Как у тебя всё просто, Кими... как просто...

– Завидуешь, Гедар? Так я же всё время тебя учу: не усложняй, действуй как можно быстрее и проще.

– Если они от Ашши, это прекрасный подарок, – заявил я. – Получится, мы на глазах их шпионов провернём то, что задумали. Птица у них всего одна, и это мелкий незаметный кобчик. Такая порода далеко не залетает, так что будет поблизости от лагеря кружить. Дождёмся, когда они его пошлют на разведку, и выедем охотиться у него на глазах. Бесконечно он нас преследовать не сможет, и когда уберётся, я со своей группой отправлюсь на юг, к паченрави. Наш возврат проведём так же, на глазах у птицы. Если это действительно клановые шпионы, они потом нашу версию событий подтвердят.

– Опять ты усложняешь, Гедар. Надо просто их убить и всё.

* * *

Паченрави не очень-то афишировали своё существование, но в то же время не скажу, что тщательно скрывались. Их скрытность можно считать своего рода ритуалом, а не желанием оградиться от прочих жителей Рока. Все сильные мира сего в той или иной мере о них осведомлены и зачастую ведут с хранителями старых дорог какие-либо дела. Ежегодный аукцион редкостей всем интересен, также многие желают пользоваться артефактами пути. И хотя скрытный народ не очень-то посторонних к своим тропам допускает, какое-то количество путешественников через них проходит. Кто-то платит большие деньги, кто-то (вроде меня) пользуется какими-то взаимовыгодными договорённостями.

Выгоды от меня пока что паченрави не видели, зато видели кое-какие проблемы. Однако люди они, вроде бы, не злопамятные, и к тому же относятся ко мне хорошо. Я и старика противного наказал, им на радость, и заставил себя уважать дважды: когда разделался в одиночку с налётом нежити и когда победил легендарную тварь, что обладала чудовищной ментальной силой. Она даже до безопасных подземных дорог, что вели в город от степи, временами доставала, наводя на путников панику и сбивая им параметры.

Так что когда я через Решавата договаривался о переброске смертоносцев, а затем своей группы, возражения не последовали.

По карте до убежища было недалеко, но горные тропы со скоростью не дружат, и потому на дорогу у нас ушло полдня. Затем состоялась встреча со связниками, которым мы оставили коней, дальше последовало хождение по пещере, что вывела в подземный комплекс. Никакой нежити под Прибрежным хребтом не было, зато хватало ловушек, устроенных паченрави. Мы долго среди них пробирались, прежде чем вышли к железной двери, что располагалась в тупике, защищённом множеством бойниц. За ней нас ждала охрана.