Читать книгу "Сказки для потомков – 3"

ОХ УЖ ЭТОТ ТЕЛЕВИЗОР!

После развода с мужем, которого звали Лёней, Лара четыре года жила одна. Всё было хорошо, но вот…

На пятый год она вдруг начала замечать странные изменения в своём организме.

– Ой, что это со мной? – испугалась Лара, заглянув в зеркало, которое висело в прихожей. – Какая я толстая! А ведь я почти ничего не ем. Только одну картошку в мундире, макароны по флотски, вареники с вишней и сметаной, а на ночь творог, кефир или томатный сок.

Пошла она тогда в поликлинику к доктору. Тот доктор послал её к другому доктору.

– Ну и чего вы беспокоитесь? – удивился другой доктор. – У всех беременных так живот растёт.

– Как «беременных»? – не поняла Лара.

– Очень просто, – усмехнулся гинеколог. – Ребёночки в животиках у мам кушают, развиваются, увеличиваются в размерах, вот и растут животики.

Представив себе как ребёночки кушают в животиках, Лара чуть в обморок не упала, но всё же спросила:

– Вы хотите сказать, я беременна?

– Ага, – кивнул врач. – У вас будет двойня.

Родив двойню, Лара очень сильно удивилась: ни один из новорожденных не был похож на её прошлого мужа Лёню, зато все, как один, были похожи на того шимпанзе, которого она недавно видела по телевизору.

– Телевизор-то тут при чём? – испугалась Лара. – Уж не от телевизора же я забеременела?!

Прошло три месяца. Лара носилась с детьми, как курица с яйцами. Целыми днями в каждой руке по ребёнку. Кормила, поила, пеленала, укладывала спать, снова кормила, поила, пеленала. Иногда наоборот, укладывала спать, пеленала, поила… Телевизор продолжал таранить мозг. И тут… ей, совершенно случайно, опять удалось посмотреть в зеркало. Правда, на этот раз не в то, которое висело в прихожей, а в то, которое висело в комнате, вернее в шифоньере на дверной створке.

– Ой, что это со мной? – испугалась Лара сильнее прежнего. – Опять я какая-то не такая! Опять толстая! А ведь вроде ничего не ем. Только рыбу, грибы, фрикадельки, картошку по флотски, макароны в мундире, пельмени с вишней и творог на ночь со сметаной.

Привязала она тогда детей к кроваткам, чтобы не разбежались кто куда пока её нет, и пошла опять на приём к доктору.

– Поздравляю! – говорит гинеколог. – У вас будет двойня!

– Как?! – удивляется Лара. – Опять?

– А чему вы удивляетесь? – не понимает врач. – Дело это нехитрое. Раз, два, как говорится, и готово!

– Но ведь так не бывает! – уверенно заявляет Лара. – Я развелась пять лет назад!

– Ну, не только от мужей беременеют, – сообщает великую новость врач.

– Но кроме как с телевизором я ни с кем за последние годы не общалась!

– А, ну тогда понятно! – усмехается доктор. – От нашего телевидения, тем более от рекламы, кто угодно родит! Оно же через мозг… проникает. А у блондинок мозг, сами понимаете, где. И не только у блондинок. И, вообще, после того, что телевизор делает со многими людьми, он обязан на них жениться!

– Нет, вы не так поняли, – качает ушами Лара, – рекламу я не смотрю, я отворачиваюсь, когда её суют, а уши затыкаю бананами. Я, вообще, только про животных и смотрю.

– По какому каналу? – интересуется гинеколог.

– Да по всем, по которым показывают.

– Хм, действительно, странно, – чешет доктор бороду. – В таком случае, как говорится, ДНК-тест вам в помощь. Будете делать?

– Буду, – соглашается пациентка.

Через некоторое время ДНК-тест показал, что телевизор отцом детей не является. Но, увы, того негодяя, который является, он не показал.

– Что ж, – говорит доктор, – коли так ничего и не выяснилось, давайте я поживу пока у вас, до выяснения, так сказать. К тому же, если подумать, мой медицинский долг обязывает заботиться о пациентках. Проверим, как говорится, на практике, от чего вы беременеете, а от чего нет.

Согласилась Лара. Куда ей было деваться.

Вскоре выяснилось, что и шимпанзе ни при чём, ни разу он не вылез из телевизора за время проживания врача с Ларой. Сам же гинеколог, как оказалось, очень любит бананы (которые, кстати, и шимпанзе тоже любит). Гинеколог ест бананы на завтрак, на обед и на ужин. Когда бананы в квартире Лары закончились и ей стало нечем затыкать уши, она вдруг услышала, как из телевизора вылетел какой-то аист с вилком капусты в клюве. Покружив под потолком, аист хотел было всучить Ларе этот вилок, но гинеколог вовремя открыл окно и выгнал пернатого «акушера».

– Вот оттуда, из капусты, и появились ваши детки! – заявил доктор со знанием дела.

В это мгновение из телевизора раздался весёлый хохот. Смеялся шимпанзе.

– Ну и смешные же вы! – хохотал шимпанзе. – Инопланетян надо во всём винить, а не аиста! Это они всё вам внушили! Глюки у вас!

Но детей их происхождение не особо волнует. Живут себе (на радость телевизору) счастливыми, здоровыми. И с интеллектом полный порядок: на треть – шимпанзе, на треть – бананы, на треть – инопланетяне.

25.10.2020

СВИНСТВО

Мир всё больше и больше превращается в полигон для жульничества. Если раньше обманщики хотя бы через одного краснели и стыдились, то теперь они врут в наглую, принимая свою ложь за естественную норму поведения. И при этом тебе любезно улыбаются и ты, если не дурак, должен улыбаться в ответ. Такая, получается, игра в жизнь, от которой всех тошнит, но некуда деваться.

Даже несмотря на то, что я обычный кот Барсик, меня постоянно обманывают сороки и даже местный поросёнок Борька. Вот, совсем недавно, приходит ко мне этот Борька и говорит:

– Знаешь, Барсик, я тут такую новую стратегию по заработку денег обнаружил, просто – обалдеть не встать! И главное, ни копейки в этот бизнес вкладывать не надо. Я лично уже целую тысячу на этом заработал. Хочешь и тебя научу зарабатывать?

– А кто ж не хочет! – говорю я Борьке, не скрывая чувства зависти. – Учи!

– Понимаешь, хоть ты мне и сосед и даже друг, – хрюкает Борька, – но бесплатно я уроки не даю. Потому что настоящий бизнесмен просто не имеет права разбазаривать свои крутые знания. Даже с друзей приходится брать какие-нибудь деньги.

– Да не стесняйся, – усмехаюсь я ему в ответ, – мы же друзья, говори – сколько?

– Так-то я за три урока беру пятьсот, – считает по пальцам на копытцах Борька, – но для тебя, по-дружески, готов сделать огромную скидку! Всего сто рублей за один урок!

– Хорошо, я согласен, – киваю я хвостом.

– Только деньги вперёд, – хрюкает поросёнок. – В настоящем бизнесе всегда деньги вперёд берут!

– А чё это «вперёд»? – спрашиваю я. – По-дружески, мог бы и взад взять!

– Мог бы, – соглашается Борька, кивая пятачком, – если бы был плохим бизнесменом. Но, поверь, брать уроки у плохого бизнесмена себе дороже!

– Что ж, логично, – вздыхаю я, протягивая сто рублей поросёнку.

Выхватил он у меня купюру, покрутил в копытцах, поднёс к пятаку, понюхал, спрятал за пояс.

– Ну вот, – хрюкает самодовольно. – Будем считать, что первый урок я тебе преподал!

– Как? – сделал я вид, что удивляюсь. – Это весь твой урок?

– Хрю-хрю! – смеётся Борька.

– И в чём же он заключался?

– В том, что клиента нужно завлечь, закинуть ему приманку, – прохрюкала наглая свинья, – навешать лапши на уши, лишь бы любым способом выудить из него денежку!

– Но ведь с таким подходом, – мяукнул я, – можно и по пятаку схлопотать!

– Конечно, можно, – вильнул хвостиком Борька. – Но ведь мы же по-дружески, понимаешь, по-дружески! А друзья друг на друга не должны обижаться!

– Тоже верно, – мурлычу я, улыбаясь. – Значит, и ты на меня не обидишься!

– А мне-то за что на тебя обижаться? – не понял Борька.

– А за то, что я за твой урок ненастоящей купюрой расплатился, а простой бумажкой, – усмехаюсь я.

– Как это «простой бумажкой»? – заморгал на меня глазёнками Борька.

– А ты, дурачок, от жадности и рассматривать не стал, – мяукнул я. – А ведь там русским языком написано «данная банкнота не является платежным средством».

Поросёнок быстро поднёс купюру к глазам, посмотрел сквозь неё на солнце, потом обиженно взглянул на меня.

– Хрю?! – воскликнул Борька, что могло означать очень многое.

Скрученный в спираль свинячий хвостик раскрутился от досады и повис чуть ли не до земли. Копытца его при этом нервно отбивали чечётку.

– Знаешь, что! – произнёс он, наконец перестав приплясывать. – А ведь ты мошенник! И я могу подать на тебя в суд!

– За что это? – поинтересовался я.

– За то, – ответил Борька, – что ты подсунул мне за мою услугу фальшивую монету!

– Ну, во-первых, – заявил я Борьке, – это не фальшивая монета, а её образец. А во-вторых, кто тебе, свинье, поверит?

– Ах, ты ещё и обзываешься! – завизжал Борька. – Теперь я точно на тебя жалобу напишу!

– Писать сначала научись, кабан домашний! – зашипел я на Борьку так, что он от испуга рванулся на свой участок прямо сквозь забор. – И, вообще, запомни, – крикнул я ему вдогонку, – негоже со свинским рылом в бизнесмены лезть!

Вот такая, значит, история с географией. И смех и грех.

25.10.2020

ПАРАЛЛЕЛИ ВЕЧНОСТИ

– Если ты этого не сделаешь, ты погубишь всех своих близких, – шептал чей-то загробный голос. – Ведь ты же больная! Давай, сделай решительный шаг!

Из всех «своих близких» у женщины оставался только её сын, все остальные казались ей чужими, далёкими. Где они там, эти все остальные? Вот она здесь, плетётся себе тихонько по шпалам, а сзади её быстро догоняет поезд…

– Молодец! – хвалит голос, будто прямо из глубины души. – Решилась, наконец-то! Давай, повтори подвиг Анны Карениной! Задуй свечу своей несчастной жизни!

Поезд гудит. Голос ещё громче:

– Ты смелая! Ты можешь!

Выпросив аудиенцию у Господа Бога, бывший земной писатель, а ныне архангел Лев Николаевич Толстой прямо с порога прижал руку к сердцу и пал на колени.

– О, Всемогущий! – взмолился Лев Николаевич. – Прошу, ради всего святого, отпусти на один денёчек на землю грешную!

– Сколько лет ты здесь уже живёшь, – произнёс Бог, – а всё никак от земных забот не отречёшься. Беспокойный ты. Пора бы уж и смириться.

– Да как же можно, Благодетель? Когда там такая несправедливость делается! – восклицает в сердцах Толстой. – А я же ещё, получается, при этом и виноват!

– Ты? – переспросил Господь. – Не понимаю. Как же ты можешь быть виноват, когда ты здесь, а не там?

– Да это всё этот… подстрекатель… киношник бывший, – пояснил Лев Николаевич. – То есть не сам он, а его плохая сторона. Разобиделся, упырь этакий, на барышню одну, которая ему во внимании отказала, вот и пытается её заставить под поезд кинуться! Не вышло у него там, при жизни его грешной, её соблазнить, так здесь хочет попробовать. Упырь, одним словом, он и есть упырь!

– Ну, а ты тут при чём? – спрашивает Бог. – Твоя-то вина с какого боку?

– Ну, как же, – молвит Лев Толстой, приподнимаясь, – ведь она актриса, в кино снималась – да ещё как снималась! – роль Анны Карениной на зубок знает. Кстати, и звать-то её Катей!..

– А это при чём?

– Так ведь Каренина моя от «Карен» происходит, а это уменьшительно-ласкательное от «Екатерина»! В общем, получается, что Катя, что Каренина – всё одно – чистая, непорочная…

– Ага, – кивает Бог. – Теперь, кажется, понимаю. Ты хочешь сказать, что написав свой роман, под одноимённым названием, ты напророчил? Заложил, так сказать, мысль о самоубийстве в голову бедной актрисы?

– Так я же, наоборот, Благодетель, – прокричал тут, чуть не плача, Толстой, – только и хотел, чтобы людям благо было! За то и радел, чтоб они вразумились! Писал, предостерегая, предупреждая о последствиях роковых ошибок!.. А оно, вон как повернулось!..

– Правильно мудрые люди говорят, – припомнил Господь, – благими намерениями выложена дорога в ад.

– Вымощена, – поправил Толстой. – Дорога в ад… Вымощена.

– Да какая разница?! – отмахнулся Бог. – Выложена, вымощена… Суть-то одна: не всегда добрые замыслы добром оборачиваются.

– Так если бы не этот киношный упырь, – вступился за добрые замыслы Лев Николаевич, – бедная актриса и не задумалась бы о поезде! Он же ей, скорпион лютый, все уши прожужжал!

– А ты откуда разведал? – поинтересовался Бог. – Обычно мне первому всё сообщают.

– Так сам же мне этот киношник и поведал, когда в нём доброе начало просыпалось, – отвечает Толстой. – Не знаю, говорит, что мне с собой делать. Второе моё я, то, которое злое, никак не успокоится, говорит, а к Господу нашему обратиться боюсь. И так, мол, между адом и раем болтаюсь. И переживаю, говорит, как бы моё второе я не натворило худого.

– Ага, – кивнул Господь. – Теперь-то всё понятно. Что ж, отправляйся к живым, предостереги актрису, вразуми, пусть не слушает этого упыря. Только не в собственном образе отправляйся, не в образе босого графа с длинной бородою да в русской рубахе – не надо пугать живых – а в образе обычного человека, какого-нибудь там, например, работника-железнодорожника.

Обрадовался Лев Николаевич, перевоплотился в обыкновенного работягу, выбрался через специальный люк на землю грешную, и побежал на железную дорогу, искать бедную актрису.

Поезд летел как угорелый.

«Мало ли, что там виднеется на путях! – оправдывал скорость поезда машинист. – Это всё-таки поезд, а не трамвай!»

– Наш паровоз вперёд летит! – бешено пропели колёса, прыгая по рельсам.

В последнюю секунду, женщина будто опомнилась. Она обернулась, увидела несущуюся на неё громадину. Её ноги самопроизвольно дёрнулись в сторону спасительной тропинки. Надо было сделать всего-то пару шагов. Инстинкт самосохранения говорил: «Надо жить!» Голос в глубине души кричал обратное.

– Замечательно! Вот и пришло избавление от всех бед! – уверял голос. – Не сворачивай с пути назначенного тебе самой судьбой! Хватит быть обузой для окружающих! Иди навстречу!..

– Стой! – услышала тут женщина чей-то оклик. Она обернулась. Запыхавшийся мужичок в рабочей одежонке вынырнул, будто бы из ниоткуда. Лицо его напомнило чьё-то знакомое лицо, но женщине было не до воспоминаний. – Стой!.. Вернее, не стой, а уходи с рельс! Беги! – кричал мужичок, размахивая руками, и глаза его были полны отчаяния. – Ты не Анна Каренина! Тебе надо жить! Ты не Анна!.. Жить!..

Но поезд был уже совсем близко. Гудок заглушил голос мужичка. Ещё секунда и… всё было кончено!

– Господь, – обратился архангел Лев Николаевич к Господу, в очередной раз выпросив у Него аудиенции, – пора что-то делать с этим Сатаной. Я, конечно, понимаю, что кто-то должен искушать людей, подговаривать их к злодеяниям, чтобы выявлять их сущности. Но вот ведь в чём дело. Пока Сатана выявляет таких вот упырей, как тот злосчастный киношник, эти самые упыри губят ни в чём не повинные души! Да, они, эти души, слабые, не в силах противостоять злу, что на них навалилось, но ведь невиновные!

– Зато здесь они сразу попадают в ранг святых, – сказал Господь. – И не забывай, что та жизнь всё-таки временна, а эта – вечна.

В одно мгновение переметнувшись из одного света в другой, актриса застряла между раем и адом. Господу требовалось время, чтобы рассудить, где ей дóлжно находиться. Конечно, с одной стороны, она совершила самоубийство, но с другой – она пошла на этот шаг не сама – её подтолкнули. Считать ли это в данном случае самоубийством? Кто знает… Да и многие другие обстоятельства были повинны в случившемся. Если разобраться, косвенно был виноват и тот, кто создал первый паровоз, и те, что проложили рельсы, и даже Толстой со своей «Карениной».

«Где это я? – подумала женщина. – Как странно! Какое тут всё… незнакомое».

– Ну, вот мы и снова встретились, – услышала актриса чей-то гадкий, но хорошо знакомый голос. – Надеюсь, теперь-то ты будешь более сговорчивой!

Обернувшись, женщина увидела перед собой противную физиономию того самого киношника, который когда-то хотел её соблазнить, и которого она отвергла.

– Так это вы всё подстроили?! – тут же поняла актриса. – Мерзавец!.. Какой же вы мерзавец!

– Я долго ждал этого часа, – злорадно оскалился упырь. – Теперь-то ты никуда от меня не денешься!

Подскочив к актрисе, бывший киношник нагло схватил её за талию и попытался привлечь к себе и поцеловать. Но не тут-то было! Вместо того, чтобы начать кричать и вырываться, что ещё больше подзадорило бы негодяя, актриса вцепилась обеими руками в его голову, сорвала её с плеч, и отбросила далеко в сторону. Падая в пропасть, голова удивлённо моргала глазами и кричала:

– Прости!.. Прости!.. Я не хотел ничего плохого! Я просто полюбил тебя с первого кадра!..

Туловище упыря, лишённое своего главенствующего звена, беспомощно рухнуло и поползло к пропасти.

– Туда ему и дорога, – помахал улетающему в преисподнюю Лев Николаевич. – Шесть наград от Сатаны получил он за свои злодеяния, шесть смертей поборол, шесть жизней прожил. Но порой его светлая сторона вступала в борьбу с тёмной, вот и маялся он на перепутье. Твой переход в этот свет избавил его от раздвоения. Теперь он нашёл своё место… Пойдём, милая, со мной, – протянул он руку актрисе, – больше этот упырь не будет тебя преследовать. Ты уж извини, что на ты, но я тебе, как-никак, в прапрадеды гожусь.

– Я вас помню, – сказала женщина, вглядевшись глубоким взглядом в светлый лик длиннобородого старца. – Вы великий писатель.

– Да, это я, – согласился Толстой, – а ты великая актриса. Но всё это в прошлом. А сейчас нам с тобой беспокоиться не о чем.

– Как это не о чем? – забеспокоилась актриса. – А как же мой сын?

– Не переживай за него, – успокоил Лев Николаевич. – У него всё будет хорошо. Пойдём, я представлю тебя Господу Богу.

– Господу Богу? – переспросила актриса.

– Да, – кивнул архангел. – Господь решил, что ты достойна самого высшего ранга – главной роли, как говорят у артистов.

– Что же это за роль? – полюбопытствовала актриса.

– Прослышал Он, что поёшь ты, так, что и тёмные души светом наполняются, – ответил писатель. – Вот и хочет попросить тебя, чтобы ты прямо из рая пела во все тёмные души, что остались там, на земле. Пусть слушают твой голос и светлеют.

27.10.2020

ДЯТЕЛ НА АВТОПИЛОТЕ

Когда муж пришёл после работы в одних трусах, жена очень удивилась.

– Ну и где твои брюки? – спросила жена у мужа.

– Какие «твои брюки»? – не сообразил муж.

– Ты из меня дурочку-то не делай! – пригрозила жена половником. – Не мои брюки, а твои брюки! Где, спрашиваю, ты их посеял?

– Ну, если ты считаешь, что я посеял брюки, то ничего страшного! – заметил муж. – Что посеешь, то и пожнёшь!

– Вот лопух! – выругалась жена. – На ноги свои посмотри!

– А что с ними не так? – удивился муж, разглядывая свои голые коленки. – Нормальные ножки!

– А брюки где? – снова спросила жена.

– Мои брюки? – переспросил муж.

– Ну не соседские же! – выкрикнула жена.

– А что ты кричишь? – рухнув на табурет, муж попытался стукнуть кулаком по столу, чтобы показать бабе кто в доме мужик, но нечаянно промазал и попал себе по коленке. – Ай!.. Ещё и дерёшься?!

– Всё с тобой ясно! – взревела жена. – Ты пьян!

– Я?! – удивился муж. – А где я мог напиться?

– Это тебя, гадёныш, надо спросить, где ты напился!

– Спроси, раз надо! – согласился муж.

– Ну, и где ты напился? – спросила жена.

– Я?! – опять удивился муж. – Я не пил! Ни капли!

– А что же от тебя так чистоганом несёт?

– А это я запросто объясню! – ответствовал муж. – Я шёл по улице домой. А тут, смотрю, дождь идёт! Я – от него, он – за мной… Я – от него, он – за мной!..

– Ну, и что?..

– А на вкус, прямо кислотный дождь какой-то!

– Значит, это дождь тебя напоил до такого состояния, что ты и штаны потерял?

– Не-е, – замотал бестолковой головой муж. – Я в небо посмотрел, а там самолёт – вжжжжж-жжжжжж-жжжжжж! – летит и крыльями машет!

– Может, птица? – с ехидцей поддела жена.

– Нет, самолёт! – заверил муж, снова замотав головой. – А из него, смотрю, так и течёт что-то!.. Прозрачное, как слеза!

– Ага, – смекает жена, – топливный бак, видать, птицы проклевали?

– Не-е, – отрицает муж, – не бак. Скорее всего стюардесса несла поднос пассажирам, а тут самолёт в зону тробалетности… табрулетности… трубалентности… тьфу ты!.. В общем, в яму – бац! – и она всё и опрокинула!..

– И прямо тебя, бедного, и облила? – домыслила жена.

– Ну, да, – кивнул муж.

– А потом небось извинилась перед тобой, и попросила тебя твои штаны снять, чтобы постирать в кабине пилота, и на крыле самолётном высушить, пока самолёт летит? Так было?

– Ну, так, – признался муж. – Вот, видишь, ты сама всё знаешь.

– Да это-то понятно, – вздыхает жена. – Да и пёс бы с ними с этими штанами. Обидно только, что и зарплата, видать, вместе с ними теперь улетела. Ты же её в карман от штанов клал?

– Ну, да, – опять кивает муж. – Но не в задний, из него вывалиться может. В передний клал, как и положено!.. Я твоих советов слушаюсь! Я молодец!

– Конечно, молодец! – похвалила жена.

– Я сознательный! – уточнил муж.

– Ещё какой! – подтвердила жена. – Прямо как санитар леса!

– Какой «санитар леса»?

– Дятел! Какой же ещё! – замахнулась на «санитара леса» жена половником. – Только вот что я тебе скажу. Давай-ка поднимайся, дружочек, и лети-ка ты следом за тем самолётом! Пока я тебе клюв не открутила да ласты не повыдёргивала! Прямо в лес и лети, червячков там поклюёшь вместо ужина!

– Эх, зря ты мне не веришь! – всхлипнул муж обиженно.

В это мгновение над крышей вдруг что-то прожужжало – вжжжжж-жжжжжж-жжжжжж!

– А это ещё что?!.. – изумилась жена, открыв окно и посмотрев в синее небо.

В синем небе, прямо над окном, висел тот самый самолёт! На его крыле стоял командир экипажа. В одной руке он держал утюг, в другой – брюки. Лицо заплаканной стюардессы выглядывало из иллюминатора и корчило рожицы.

– Как командир экипажа воздушного судна, – торжественно объявил командир, – я вынужден попросить у вас прощения за ущерб причинённый вашему мужу. Вот, пожалуйста, получите, – протянул он брюки к окошку. – Отутюжил собственноручно, стрелочка к стрелочке. Провинившаяся стюардесса поставлена в угол и к своим обязанностям допускаться больше никогда не будет.

– Ага! Счаз! – прокричала из своего угла стюардесса. – Сами сначала рулить научитесь, чтобы судно не трясло, а потом уже стюардесс обвиняйте! И вообще, лично я считаю, что стюардесса в самолёте главная!

Кинул командир экипажа брюки, поймала их жена «дятла», смотрит, а в переднем кармане вся зарплата – копейка к копеечке – на месте!

Так что, учитесь доверять своим мужикам дорогие жёны. Не всегда они обманывают, когда без штанов домой приходят. Не всегда!

28.10.2020