Текст книги "Традиции демонов"
![](/books_files/covers/thumbs_240/tradicii-demonov-66562.jpg)
Автор книги: Чингиз Абдуллаев
Жанр: Шпионские детективы, Детективы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Глава 6
Прибыв в гостиницу, Фархад Сеидов собрал всю свою делегацию, чтобы обменяться мнениями от увиденного. Каждый должен был сообщить о своих впечатлениях, каждый должен был участвовать в обсуждении заявки, каждый должен был высказать свое мнение. Он увидел, как недовольно смотрела на него Алена, ведь ему удалось настоять на своем и оставить ее в городе. Манана уже подготовила часть документов на арабском языке.
Они заседали и спорили до четырех часов утра, пока наконец Фархад не объявил, что пора заканчивать. Нужно было дать людям возможность немного отдохнуть. Он разрешил всем немного поспать, но объявил, что в девять часов утра все встречаются за завтраком. Утром в Басру должны были прилететь вице-премьер иракского правительства и мистер Сайрус Бантинг. Когда все разошлись по своим комнатам, он снова обнаружил оставшуюся Алену. И впервые за несколько дней подумал, что сегодня не в состоянии ни встречаться, ни даже разговаривать с ней, настолько он устал. Очевидно, она почувствовала его состояние.
– Как прошла ваша поездка? – спросила она. – Никаких сложностей не было?
– Нет, все нормально.
– Михаил Емельянович рассказал мне, что там кто-то тебя узнал… Это правда?
– Да. Их главный геолог, вернее, он считается заместителем руководителя компании. Исрафил аль-Азраки. Он намного старше меня. И можешь себе представить, что даже спустя столько лет он умудрился меня узнать. Никогда бы в жизни не поверил.
– Он узнал тебя при всех? – уточнила Алена.
– В кабинете главы компании никого не было. Только аль-Азраки, сам руководитель компании Масуди и полетевший с нами посланец губернатора. Больше никого.
– Вполне достаточно, чтобы об этом узнал сам губернатор… – она покачала головой. – У меня такое ощущение, что тебе нравится эта непредсказуемая ситуация. Боюсь, что ты так ничего и не понял. Это не игра в шпионы, это настоящая жизнь.
– И эти слова мне говорит женщина, которая сама является шпионом, – улыбнулся Фархад. – По-моему, немного смешно. Это вы позволили израильтянам надеть мне кольцо на палец, решив выяснить, зачем им нужен такой специалист, как я. По-настоящему я давно должен был на вас обидеться. Почему, зная о том, что израильское посольство и их военная разведка проявляют ко мне такой интерес, даже работая рядом со мной, ты не защитила меня? Почему меня не защитили родная милиция, наша разведка и наша контрразведка? Я ведь российский гражданин. Нет, вам важно было узнать, что нужно этим гостям от меня. Вам важно было точно установить, что именно они будут делать. И даже сейчас, когда все уже известно, вы не разрешаете мне снять это чертово кольцо. И знаешь почему? Потому что вам тоже нужно найти этого аль-Рашиди. Поэтому меня отпустили в Ирак, поэтому ты и Гладков ходите за мной по пятам, поэтому мне не разрешают снять кольцо. Вам нужен аль-Рашиди не меньше, чем израильтянам. Вот и весь ответ. А ты говоришь, что это не игра в шпионы. Это самая настоящая игра, которую ведут со мной две разведки. Российская и израильская. И поэтому я решил, что вполне достаточно. Не хочу больше быть агентом «одноразового использования». Хочу иметь альтернативу вашей игре, свою собственную игру…
– Это очень опасно, – предостерегла его Алена, – ты даже не можешь себе представить, насколько опасно. Аль-Рашиди – очень известный террорист, и для его уничтожения ни американцы, ни израильтяне ни перед чем не остановятся.
– А вы? Перед чем остановитесь или не остановитесь вы? – спросил Фархад. – Или вас будут останавливать некие моральные принципы?
– Ты никому не веришь.
– Верно. После того как меня так гадко подставили, я никому не верю. Никому.
– И мне? – спросила она.
Он молчал. Долго молчал. Отвернулся. Услышал, как она вышла из его номера, закрыв за собой дверь. И только тогда он немного расслабился, входя в ванную комнату, чтобы умыться.
Алена вышла в коридор, где ее терпеливо ждал Гладков.
– У меня подтверждение прежнего сообщения, – тихо произнес Гладков, – в нашей группе есть осведомитель израильтян. Но, очевидно, он не из военной разведки, а из МОССАДа. Возможно, его завербовали достаточно давно.
– Они не говорят, кто это? Женщина или мужчина?
– Они этого не знают.
– Четыре человека, – напомнила Алена, – двое из них работали за рубежом. Головацкий – в Румынии, Гацерелия – в Египте. Их могли завербовать там. Хотя не исключено, что агентом может явиться кто-то другой.
– Резников или Кажгалиев? – вспомнил остальных Гладков. – Не похоже. Первый вообще молчун, не любит много говорить, ничем не интересуется, кроме своей работы. А второй слишком молод для такой ответственной работы. Я думаю, что это Головацкий. Он достаточно подвижен, умен, умеет располагать к себе людей. Гацерелия слишком удобная мишень, чтобы ее всерьез рассматривать. Ведь все против нее. Работа в Египте, дипломатическая карьера, знание арабского языка. Но именно поэтому я думаю, что это Головацкий.
– А если мы ошибаемся и возможного агента нужно искать не среди этих четверых? – предположила Алена.
Они увидели, как по коридору идет незнакомый мужчина в армейской форме, и замолчали. Мужчина прошел мимо, вежливо поздоровавшись. Это был канадский офицер. И спустился вниз по лестнице.
– Что вы говорите? – нахмурился Гладков. – Сейчас пятый час утра, и я, очевидно, плохо соображаю. Кроме этих четверых, в группе больше никого нет.
– В нашей группе, прилетевший сюда, семь человек, – напомнила Алена, глядя на своего собеседника.
– Какие семь? – изумился Гладков, даже отступая на один шаг. – Что вы хотите этим сказать? Если не они четверо, то тогда остаются сам Фархад Сеидов и мы двое. Кого именно вы подозреваете?
– Сеидов – вряд ли. Было бы слишком наивным предполагать, что его одновременно завербовали и ШАБАК, и МОССАД. Так не бывает. Значит, остаемся мы двое. Вполне можно предположить, что один из нас работает еще и на чужого дядю. Разве это так невозможно? Или во время вашей дипломатической работы никогда не было ничего подобного? Вы ведь и сейчас работаете одновременно на две организации – МИД и нашу службу.
– Вы понимаете, о чем вы говорите? У меня стаж работы в разведке столько лет. Вы еще в школу ходили. И вы меня подозреваете?
– Я не сказала, что подозреваю вас. Я сказала, что возможны всякие варианты.
– Нас осталось двое. Тогда это вы! – чуть повысил голос Гладков.
– Не кричите, – строго одернула его Алена, – меня учили, что самые невероятные предположения могут в конечном итоге оказаться самыми правильными. Не нужно так нервничать. Усилим наблюдение за нашей четверкой. Как вы оцениваете вашу поездку?
– Нормально. Резников и Головацкий действительно классные специалисты, в этом нет никаких сомнений. Но здесь мы напрасно теряем время. Инженеры говорили мне, что там уже две недели пасутся специалисты компании «Эксон мобил». У нас нет никаких шансов.
– Это не нам решать, – строго сказала Алена, – пусть каждый занимается своим делом. Наша задача – попытаться выяснить, кто именно является «кротом» в нашей группе. И, по возможности, защитить членов группы от провокаций со стороны как наших друзей, так и наших врагов.
– Как их защитить, если уже все знают, что Сеидов спас отца аль-Рашиди? – в сердцах спросил Гладков. – Сейчас вообще опасно даже находиться на одном этаже с нашим руководителем группы. Какой-нибудь танк, стоящий внизу, может случайно развернуться и в нас выстрелить. Я бы не советовал вам так часто бывать в его номере.
– Что вы хотите сказать? – сквозь зубы спросила Алена.
– Ничего. Просто хочу вас предупредить. Боюсь, что наш руководитель группы человек эмоциональный и крайне возбудимый. Может сорваться и повести себя не так, как нам хочется.
– Хватит. Что вам посоветовало ваше руководство?
– Ничего. Я не получил пока никаких дополнительных инструкций. По-моему, они просто выжидают. Если наш уважаемый господин Сеидов сумеет выйти на аль-Рашиди, то за его голову наши потребуют лицензии на все южные участки. Хотя боюсь, что мы этого уже не увидим. Американцы гарантированно уничтожат не только аль-Рашиди и вошедшего с ним в контакт нашего вице-президента, но и всю нашу группу. Невеселая перспектива.
– Не говорите глупостей, – посоветовала Алена, – идите лучше спать. Надеюсь, что завтра утром у вас будет более позитивное настроение.
– В этой стране у меня никогда больше не будет позитивного настроения, – в сердцах произнес Гладков, – и учтите, что свой совет я дал вам от чистого сердца. Не нужно так долго задерживаться в номере господина Сеидова. Это может вызвать ненужные кривотолки.
– Идите к черту, – разозлилась Алена, поворачивая к своему номеру.
Они даже не могли предположить, что именно происходило сегодня ночью вокруг их делегации. Глава компании Зухайр Масуди вернулся домой в тревожном ожидании. Он понимал, что состоявшийся разговор сделал его раз и навсегда заложником молодого посланца губернатора. Муслим Вюсал будет долго помнить этот разговор, если уже завтра утром не захочет информировать самого господина Нувайри о состоявшемся разговоре.
Трусливые люди часто сами попадают в ловушку собственных страстей. Не замечая, что, пытаясь избежать опасности, они сами провоцируют эти опасности и становятся их заложниками. Трусливый человек, как правило, теряет рассудок, а значит, и способность здраво рассуждать. Потерявший рассудок человек может сделать все, что угодно, даже во вред самому себе. Масуди так и сделал. Он боялся всех. И гнева губернатора, который мог узнать о состоявшемся разговоре. И мести аль-Рашиди, которому могли не понравиться высказывания Зухайра Масуди о его деятельности. Поэтому, вернувшись домой, Масуди решил позвонить двоюродному брату своей супруги. Муслим Вюсал только недавно был переведен в канцелярию губернатора и даже не догадывался, кто именно протежировал назначение Масуди на должность руководителя компании.
Двоюродный брат супруги Масуди был вице-губернатором Абидом ибн Тагриберди, который и помог назначить на этот пост родственника своей сестры. Масуди позвонил ему в одиннадцатом часу вечера, извинившись за столь поздний звонок.
– Что случилось? – спросил ибн Тагриберди. – Ты принял сегодня гостей?
– Да. И поэтому решил позвонить вам, – доложил Масуди.
– Что-то произошло? – понял вице-губернатор.
– Да, – ответил Масуди, – мой заместитель аль-Азраки узнал руководителя российской делегации. Он, оказывается, работал в нашей стране двадцать два года назад.
– У нас работали многие специалисты из России, или, как они тогда назывались, Советского Союза, – сказал со смехом ибн Тагриберди, – а их руководитель мусульманин и знает арабский язык. К тому же он из семьи «сеидов». Может, твой аль-Азраки просто ошибся?
– Нет. Они узнали друг друга. Аль-Азраки работает здесь уже много лет, и он узнал приехавшего.
– Ну и прекрасно. Значит, русские решили прислать к нам старого знакомого, посчитав, что он сможет убедить нас отдать им разработку южных участков. Не переживай. Все нормально. За выбор компании отвечаем не мы с тобой, а сам господин вице-премьер. Завтра вместе с губернатором и мистером Бантингом они будут выбирать достойного. Наше дело не вмешиваться и терпеливо ждать. Ты все равно останешься на своем месте при любом выборе. Кого бы ни выбрали – американцев, англичан или русских. Всем нужны местные опытные кадры и нефтяники, которые будут работать на южных участках. Поэтому не волнуйся. Мы все равно должны вести эти разработки совместно…
– Меня волнует не это, – решился перебить своего высокопоставленного родственника Масуди, – меня волнует другое. Аль-Азраки узнал, кем был этот человек. Двадцать два года назад именно он спас отца Юсуфа аль-Рашиди, вытащив его из горящей машины. Более того, он отдал ему свою кровь. Вы меня понимаете? Он отдал свою кровь Фаруху аль-Рашиди, став его кровным братом.
– И в жилах отца Юсуфа текла кровь самого Пророка, – ужаснулся ибн Тагриберди, – только этого нам не хватало. Он подтвердил слова аль-Азраки?
– Да, – ответил Масуди, – и при этом разговоре присутствовал ваш посланец – Муслим Вюсал. Я боюсь, что он завтра утром расскажет об этом разговоре самому господину губернатору.
– Конечно, расскажет, – нервно выдохнул вице-губернатор, – ты хотя бы понимаешь, что это означает? К нам прибыл кровный брат отца Юсуфа аль-Рашиди. И русские считают, что их заявка может победить? Я не удивлюсь, если завтра наш губернатор прикажет им отсюда уезжать. Но самого Фархада Сеидова он не отпустит. Если Юсуф аль-Рашиди узнает, что мы арестовали кровного брата его отца, спасшего его от смерти, то наверняка захочет его освободить. Даже ценой обмена на собственную жизнь. Иначе вечный позор ляжет на него и на всех его потомков, если из-за них что-нибудь случится с представителем рода «сеидов».
– Губернатор может арестовать главу российской делегации? – не поверил услышанному Масуди.
– Конечно, может. Он все может. Хорошо, что ты мне позвонил и обо всем рассказал. Завтра утром было бы уже поздно. Кто еще, кроме старого аль-Азраки и нашего посланца, был в твоем кабинете? Кто еще слышал этот разговор?
– Больше никто.
– Ты в этом уверен?
– Поэтому я вам и позвонил, чтобы с вами посоветоваться.
– Ты правильно сделал, – одобрил его вице-губернатор, – и мой тебе совет: забудь об этом разговоре. Его никогда не было. Ты ничего не слышал. Даже если тебя положат на огонь и языки пламени будут обжигать твое тело, то ты и тогда должен молчать. Это очень опасно для тебя. Если тебя не достанет гнев нашего губернатора, то тебя может достать месть аль-Рашиди. Ты меня понимаешь?
– Да. Я не знал, что мне делать.
– Молчать. Молчать и никому не рассказывать об этом. Завтра утром вызови аль-Азраки и скажи ему, что об этом нельзя никому рассказывать. Скажи, что тебе позвонили из Багдада.
– Я все сделаю, – понял Масуди, – можете не беспокоиться.
– И сам тоже никому об этом не рассказывай, – сказал на прощание вице-губернатор.
После состоявшегося разговора Абид ибн Тагриберди прошел в свою комнату, чтобы лечь на кушетку и немного подумать. Он так давно и долго мечтал стать губернатором. Казалось, что цель близка, что он теперь получит это вожделенное место, но неожиданно из Багдада прислали нового губернатора – Хальдуна Нувайри. Говорили, что американцы настояли именно на кандидатуре Нувайри. Он был их ставленником. Ходили упорные слухи, что именно Нувайри сдал семью аль-Рашиди американцам, которые убили всех родных и близких Юсуфа аль-Рашиди. Именно поэтому Нувайри заслужил этот пост. Правда, уже через месяц был убит его брат, и стало очевидно, что слухи имеют под собой основание.
Абиду ибн Тагриберди пришлось проглотить эту обиду и продолжать служить вице-губернатором при приехавшем госте. Но он всегда помнил о вожделенном кресле губернатора. И сейчас он понимал, каким козырем он располагает. К ним приехал человек, спасший отца аль-Рашиди. К тому же он из рода потомков Пророка. А значит, губернатор не сможет так просто отдать приказ о его уничтожении. Нужно, чтобы Нувайри до последнего момента не знал о том, кто именно к нему приехал. Если все разыграть правильно, то можно будет подставить самого Нувайри и попытаться взять Юсуфа аль-Рашиди. За голову аль-Рашиди американцы предлагают двадцать пять миллионов долларов. И они никогда не забудут человека, который оказал им такую услугу. Если все разыграть правильно…
Он поднялся и быстро прошел к телефону. Достал свой мобильный и набрал хорошо знакомый ему номер. Это был телефон местного начальника полиции. Формально начальник полиции подчинялся самому губернатору, но он работал вместе с ибн Тагриберди уже несколько лет, и их связывала тесная дружба. Халид Джалил – сорокапятилетний начальник полиции – начал свою службу еще во времена Саддама и сделал карьеру еще при старом режиме. А уже затем был переназначен новым режимом сначала начальником полиции города Басры, а затем и руководителем полиции всей провинции. Халид Джалил был одним из тех руководителей полиции, которые умело договаривались и с террористами, и с бандитами, и с американцами, и вообще со всеми, у кого была реальная сила. Начальник полиции умело маневрировал между этими силами и всегда был в курсе всех происшедших дел.
– Здравствуй, Халид, – начал вице-губернатор, услышав голос начальника полиции, – где ты сейчас находишься?
– У себя в кабинете, – недовольно ответил Халид Джалил, – вы же знаете, что завтра в Басру прибывают наш вице-премьер и большая делегация. Их нужно будет охранять, и я готовлю людей для сопровождения.
– Ты очень хороший начальник полиции, – похвалил его ибн Тагриберди, – но сейчас ты нужен мне для важного разговора. Когда ты можешь приехать?
Управление полиции было совсем недалеко от дома вице-губернатора.
– Я приеду через полчаса, – ответил Халид Джалил.
– Только не опаздывай, – попросил ибн Тагриберди.
Начальник полиции прибыл на двух машинах ровно через полчаса. Они уединились в кабинете вице-губернатора.
– Мы давно знаем друг друга, – начал ибн Тагриберди, – и я хочу поделиться с тобой нашими новостями. Я вижу в тебе своего союзника, Халид Джалил, и ты должен сегодня сделать выбор.
– Я всегда был на вашей стороне и очень жалел, что вы не стали губернатором, – вежливо ответил начальник полиции.
– Если я стану губернатором, ты станешь вице-губернатором, – объявил ибн Тагриберди.
– Спасибо, – обрадовался начальник полиции. Он уже давно мечтал сделать политическую карьеру. В полиции нельзя было сделать столько денег и получить такое влияние, какое было у вице-губернатора. А ведь это всего лишь одна ступенька, отделяющая его от поста самого губернатора.
– У меня к тебе очень важное дело, – начал ибн Тагриберди, – дело в том, что в Басру прибыла русская делегация.
– Я знаю. Вы встречали их сегодня утром, – кивнул Халид Джалил.
– Но ты не знаешь главного. Руководитель делегации Фархад Сеидов – тот самый человек, который спас двадцать два года назад отца Юсуфа аль-Рашиди. Он отдал ему свою кровь. И еще он из рода «сеидов», потомков самого Пророка. Ты меня понимаешь? Если об этом узнает сам аль-Рашиди, он захочет обязательно с ним увидеться.
– Понимаю, – осторожно ответил начальник полиции. – А как быть с нашим губернатором? Господин губернатор знает о прибытии такого человека в Басру? Ведь они кровные враги с аль-Рашиди.
– Он не знает. И ничего не должен знать. Зачем беспокоить господина губернатора такими неприятными новостями? Но ты начальник полиции, у тебя есть свои люди и свои агенты. Ты должен довести до сведения аль-Рашиди, что в наш город прибыл кровный брат его отца. В тот момент, когда аль-Рашиди захочет увидеться с приехавшим гостем, твои люди должны быть рядом. Ты можешь представить себе, какая награда ждет тех, кто возьмет аль-Рашиди? Двадцать пять миллионов долларов. Американцы никогда не забудут людей, которые помогли им арестовать аль-Рашиди.
– Двадцать пять миллионов долларов, – оживился начальник полиции, – очень большие деньги. Но аль-Рашиди не так легко взять.
– Теперь будет легко. Нужно только сообщить Юсуфу о приехавшем кровном брате его отца.
– Это мы сделаем, – кивнул Халид Джалил.
– И еще одна небольшая проблема, – лицемерно вздохнул вице-губернатор, – наш губернатор господин Нувайри ненавидит всю семью аль-Рашиди. Он его кровный враг. Ты, наверно, слышал всякие слухи об их отношениях. Я, конечно, не верю в эти слухи, но говорят, что сам Нувайри подставил под удар американских ракет семью аль-Рашиди. Я думаю, что это клевета на нашего губернатора.
– Конечно, – согласился начальник полиции, точно знавший, что именно Нувайри был виноват в гибели семьи аль-Рашиди, – это клевета на нашего достопочтимого губернатора. Такие слухи распускают его враги.
– Правильно. Но сам Юсуф аль-Рашиди поверил в эти грязные слухи. Ты ведь знаешь, что именно его люди убили младшего брата нашего губернатора.
– Да, – помрачнел Халид Джалил, – мы не смогли его уберечь. Это наша большая ошибка и вина перед самим губернатором. Мы об этом всегда помним.
– И если теперь господин Нувайри узнает о том, что мы можем захватить аль-Рашиди живым, он просто не разрешит нам этого делать, – тяжело вздохнул ибн Тагриберди, – и я его отлично понимаю. Кровь младшего брата висит на нем неоплатным долгом. Может, мы не будем испытывать его терпение и сообщать ему о нашем плане, чтобы зря не волновать?
– Не нужно его беспокоить, – хитро прищурился начальник полиции, – мы не должны докладывать ему о каждой полицейской операции. А если у нас ничего не получится? Я думаю, что вы правы.
– Ту разумный человек, Халид Джалил, и должен получить за это свою награду. Я думаю, что половина полученных денег станет твоей. И это будет справедливо.
– Спасибо, господин вице-губернатор.
– Ты должен сделать все, чтобы аль-Рашиди уже завтра узнал о прибытии этого гостя. И учти, что их делегация будет здесь только два дня. В понедельник вечером они улетают обратно в Багдад. Значит, у нас будет два дня. И за эти два дня все твои лучшие офицеры должны быть рядом с русскими, чтобы увидеть, когда к ним приедет на встречу аль-Рашиди.
– А если не приедет? Он умный и осторожный.
– Придумай, чтобы приехал, – улыбнулся вице-губернатор, – ты должен придумать, чтобы он захотел приехать. Это в твоих силах, Халид.
– Я подумаю над вашими словами, – нахмурился начальник полиции, – но если этот гость из потомков Пророка, то мы не можем его и пальцем тронуть.
– Мы не знаем точно, откуда он прибыл и кто он такой, – развел руками ибн Тагриберди, – он из русских «кяфуров», и вполне возможно, что давно отрекся от заветов Пророка и от его семьи. Ты ведь знаешь, что раньше в нашей стране работали только коммунисты-безбожники из Советского Союза. Они отреклись от Аллаха и не признавали семью самого Пророка. Возможно, наш приехавший гость тоже из их числа. Иначе его не выпустили бы к нам в те годы, когда он здесь работал. Я думаю, что сам Аллах простит нам, если мы причиним ему небольшое неудобство. Зато мы сделаем угодное Аллаху дело и арестуем самого Юсуфа аль-Рашиди.
– Я вас понимаю, – вздохнул начальник полиции. Он готов был предавать кого угодно, но связываться с потомками рода Пророка ему не очень хотелось. На самом деле он ко всему относился с изрядной долей скептицизма.
– Остается последняя и очень маленькая проблема, – добавил вице-губернатор. – О приезде сюда этого гостя не знает никто, кроме одного человека. Который работает в нашей канцелярии и может начать болтать по этому поводу. Я бы очень не хотел, чтобы молодой человек сорвал такую операцию из-за своей несдержанности. Может, ты сумеешь решить и эту проблему?
– Как его зовут? – деловито осведомился Халид Джалил.
– Это молодой Муслим Вюсал, его недавно взяли в канцелярию господина губернатора, и он сегодня сопровождал наших русских гостей в поездке на южные нефтепромыслы.
– Муслим Вюсал, – криво усмехнулся начальник полиции, – это совсем не проблема, господин вице-губернатор. Мы решим ее сегодня ночью, еще до захода солнца.
– У меня нет больше к тебе никаких вопросов, – обрадовался ибн Тагриберди, – и я надеюсь на твое благоразумие и усердие. И помни, что дорога наверх может быть очень короткой и приятной.
– Я все понял, уважаемый господин вице-губернатор, – вежливо ответил Халид Джалил. – Значит, я могу быть уверен, что получу половину денег и должность вице-губернатора?
– Когда я стану губернатором, – улыбнулся ибн Тагриберди, – и ты понимаешь, что это произойдет сразу, как только мы доложим об аресте Юсуфа аль-Рашиди.
– Это очень опасная операция, – сказал начальник полиции. – А если мы не сможем взять его живым?
– За его голову одинаково дают деньги, – напомнил вице-губернатор, – и за живого, и за мертвого. Если ему больше нравится в аду, то пусть он туда и отправляется. Не нужно его останавливать.
– Тогда будет гораздо легче, – заверил его Халид Джалил.
Утром следующего дня Муслиму Вюсалу кто-то позвонил. Его жена недовольно заворчала, когда муж подошел к телефону. В последние месяцы, после своего перевода в канцелярию губернатора, он начал задерживаться, часто приходил домой после десяти часов вечера. А теперь еще и ранние звонки. Она была недовольна. Телефон звенел так громко, что просыпались все живущие в квартире, в том числе и ее родители.
Муслим поднялся с кровати и прикрикнул на проснувшуюся жену, чтобы она не ворчала. Если он переехал в дом ее родителей, это не значит, что она может проявлять свое недовольство. У ее отца большой дом, и двое сыновей работают в большой лавке, принадлежавшей его тестю. У них уже есть свои квартиры в большом многоэтажном доме, который построили в новом квартале. А он вынужден жить со своей женой в этой лачуге у ее родителей.
Но он знает, что рано или поздно все равно отсюда выберется. Подняв трубку, он услышал голос звонившего – и весь сон сразу вылетел из головы. Муслим Вюсал быстро положил трубку и побежал одеваться. Он еще раз прикрикнул на жену, чтобы она не ворчала, и выбежал из дома. «Когда умрет мой тесть, я отправляю его жену к сыновьям и сам стану хозяином этого дома», – была последняя мысль Муслима, когда он вышел на улицу.
Автоматная очередь прошила его тело, едва он показался на улице. Муслим Вюсал умер, так и не поняв, что именно произошло. В квартале многие даже не проснулись. Одиночная автоматная очередь уже не могла никого разбудить. К ней просто привыкли. Тело погибшего отвезли в городской морг. А его семья только через два дня узнала о смерти Муслима Вюсала. Убийцу так и не смогли найти. В полицию поступили сведения об убийстве их осведомителя только через несколько дней.
Но в Басре убивали каждый день и каждую ночь. Смерть мелкого чиновника, даже состоящего на службе в канцелярии губернатора, никого не могла особо взволновать, кроме его собственной жены, оставшейся без мужа. Этим же утром к отелю, где находилась российская делегация, подъехало сразу четыре бронетранспортера с сотрудниками полиции. Не понимавший, что именно происходит, офицер британских вооруженных сил, руководивший охраной отеля, попытался узнать, для чего прибыло дополнительное подкрепление. Но полицейские пояснили, что получили специальный приказ на охрану приехавших гостей.
Офицер решил, что будет лучше, если он доложит обо всем случившемся коменданту здания, который должен был появиться в своем кабинете к девяти часам утра. Он так и сделал, доложив обо всем коменданту, который спустился в кабинет ровно в девять утра, так как сам проживал в этом отеле. Но коменданту уже позвонил начальник полиции, объяснивший усиление охраны прибытием большой делегации из Ирака. Комендант согласился принять эти четыре бронетранспортера с условием, что сами полицейские не будут входить в отель.
Через два часа в Басру прибыла правительственная делегация во главе с вице-премьером, которую встречал сам губернатор. В толпе встречавших был и вице-губернатор ибн Тагриберди, и начальник полиции Халид Джалил. Они обменялись с вице-губернатором быстрыми взглядами и кивнули друг другу.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?