Читать книгу "Философия любви"

Философия любви

Глава 1. Снежана

– Снежа, миленькая, пожалуйста! – в десятый раз принимается канючить Мирослава, выдыхая облака пара на морозном воздухе. Прицепилась как банный лист и не отлипает. На парах еще начала меня окучивать, и по пути в общагу тоже не сдается. – Ну, что тебе стоит сходить со мной в ресторан? Просто поприсутствуешь, и все? Можешь даже не разговаривать!

– Мне нужно закончить доклад, Мира, некогда по свиданиям ходить! – недовольно хмурю брови и повыше поднимаю воротник шубы. Холодно, капец. – Мелентьев обещал зачет поставить.

– Да сдалась тебя эта практика современной аргументации! Забей и все. Девчонки со второго курса говорили, что препод и так автоматы всем лепит, – беспечно машет рукой моя соседка по комнате.

– А если нет? Мне сессию завалить никак нельзя. В Богданович я не вернусь. Хоть режьте!

– Конечно. Если не сдашь, брат тебя прикроет. Не занудствуй!

Мы переходим дорогу, широко шагая через трамвайные пути. На остановке скопился народ, серым пятном выделяясь на фоне белого снега. Мое внимание привлекают две женщины в цветастых платках и длинных юбках, у одной на груди повязан шарф, в котором спит младенец.

– Может, пешком добежим? – предлагаю я. – Смотри, сколько людей? Задавят ведь!

– Не, Снежка. Я на физре устала. Тринадцатый через пять минут будет, я в приложении посмотрела. Подождем! – противится Рогова.

Я, на самом деле, тоже не так бодра. Рано встала, голова гудит после лекций. Мечтаю о теплой ванне с пеной, но в общаге есть только душ. И тот – один на всю секцию.

– Красавица, дай десять рублей, на молоко ребеночку! – неожиданно хватает меня за рукав цыганка с малышом. Ее наряд – буйство цвета и фактур, словно запечатленная в ткани кочевая свобода. Юбка длинная, до самых щиколоток, многослойные воланы шелестят при каждом движении.

– Нет налички! – мотаю головой, пытаясь отойти подальше.

– По глазам вижу, что есть, – улыбается мне женщина, сверкая золотыми зубами. Из-под цветастого платка выбиваются черные, как смоль, волосы. – Добрая ты, красавица. Ты мне помоги, а я тебе погадаю. Всю правду скажу!

Я с детства боюсь цыган, как огня, и быстро делаю в кармане фигу, как мама учила.

– Одна ты в семье росла, – продолжает болтать гадалка. – Мать тебя растила. Сильная она и независимая. Еще кошка есть, серая Дымка. А отец бросил вас, ты маленькая еще была. На север уехал, на вахту, там и сгинул.

После ее слов я замираю и удивленно приоткрываю рот, поворачивая голову к Мирке.

– Че ты ее слушаешь, уши развесила? – шипит подруга, округлив глаза. – Пошли пешком. Ну его, этот трамвай.

– Погоди, дорогая! – осекает ее женщина. – Не мешай нам!

– Дальше, – шепчу я, глядя на нее. Правду ведь говорит, мне мама тоже самое рассказывала. Я и пенсию по потере кормильца получаю.

– Дай ладонь, посмотрю, – впериваясь в мое лицо своими черными глазами, просит цыганка. Удивительные они у нее. Настолько темная радужка, что даже зрачка не видно. – Ты не бойся, меня Зара зовут. Я тебе плохого не сделаю. Душа у тебя светлая, чистая.

Я завороженно снимаю варежку и протягиваю ей ладонь. Она берет ее своими теплыми пальцами и всматривается в линии.

– Снега! – зовет меня Мирослава. – Это разводняк. Идем!

А я, словно в прострации нахожусь. Даже не слышу шума большого города. Будто мы вдвоем остались. Только я и Зара.

– Любовь большую вижу. Отца он тебе заменит, только не сразу. Побороться за счастье надо будет.

– Любовь? – шепчу я. – Скоро?

– Скоро, Снежана, скоро. На пороге уже, судьба твоя.

– А кто он? – удивленно спрашиваю. Я не влюблена ни в кого. И даже на примете нет молодого человека.

– Пока не знаю. Имя у него короткое. Это точно. Смотри, если не упустишь его, то счастье будет. А упустишь – беда.

– Ой, – пищу я, – а еще есть что-нибудь?

– Плохо видно, – сокрушенно качает головой Зара. – Позолотить бы ручку.

– А. Конечно, – с готовностью ныряю в сумку и выуживаю оттуда кошелек. Достаю пятьсот рублей и с готовностью отдаю женщине, которые она тут же прячет в карман куртки.

– Снежана! – ахает Мира, делая попытку меня увести. – Деньги отдайте!

– А у тебя душа черная! – злобно проговаривает ей цыганочка. – И язык злой. Все, Снежаночка, сбила меня твоя подружка. Не вижу больше ничего. А ее лучше сторонись, нехорошая она.

– Ты, зато, хорошая! – рявкает на нее Рогова. – Деньги гони!

– Я свою работу сделала, – шипит Зара, отдаляясь от нас. – Счастья тебе, Снежана!

Не успеваю и глазом моргнуть, как она растворяется в толпе, и ее товарки с малышом тоже как ни бывало.

– Снега! Приди в себя! – трясет меня подруга, приводя в чувство.

– Да нормально все! – морщусь я, ощущая сильнейшую головную боль, а затем резкое облегчение.

– Ты зачем ей деньги дала? Еще и пятихатку! – сердится на меня одногруппница.

– А, так она ведь мне любовь нагадала, не жалко, – загадочно улыбаюсь я. – Имя у него короткое, говорит.

– Вот! Майкл будет со своим другом Левой. Может, он твоя судьба? Лев – три буквы. Все подходит! – с горящими глазами кричит Мира. Тянет меня за собой, и мы, в итоге, почти бегом бежим домой, не дожидаясь трамвая. Нам всего две остановки. – Тем более, ты ему нравишься!

Глава 2. Снежана

Миша Шершнев, он же Майкл, учится с нами в одной группе. Заряженный сынок богатых родителей, а Лев – его лучший друг с параллельного потока. Оба местные. Так вот, Мирка о мажорике мечтала с того дня, как увидела Шершнева в первый учебный день, всеми правдами и неправдами пытаясь привлечь его внимание. Даже в обморок падала рядом с ним, лишь бы он ее на руки подхватил. Но своего добилась, и он пригласил ее на ужин в дорогущий ресторан «Касторка». Зачем он тащит с собой друга, ума не приложу, а о том, что нравлюсь Льву – впервые слышу. Я, на самом деле, даже смутно помню, как он выглядит. Гора мышц и ежик на голове. Что-то такое.

Мирослава от счастья светится так, что ее сияние видно из космоса. И, как итог, уже второй час терроризирует мое личное пространство, пытаясь уговорить.

Наконец, мы оказываемся в общажной комнате. Здесь тепло и тихо, и я надеюсь, что немного отдохну. Быстро переодеваюсь в домашний костюм и заваливаюсь на кровать. Но отдохнуть Мира мне не дает, скорее, наоборот, подключает тяжелую артиллерию в виде наших соседок – Алины и Маши.

– Мне даже надеть нечего в такое заведение! – отрицательно качаю головой, прикидывая по памяти наряды из своего гардероба. – Не в шортах ведь идти. Это самое приличное.

– Я договорюсь с Эльзой из 408 комнаты. Она тебе даст свое серебристое платье эскортницы. В пайетках! Ну, пожалуйста! Просто посидишь рядом, поулыбаешься, поешь вкусной еды, – не унимается Мира.

– Да, – смеюсь я, откидывая за плечи свои длинные волосы. – Мне как раз денег хватит на картофельное пюре. Я посмотрела меню, и просто в шоке.

Ужин – первое, второе и компот, явно встанет в приличную сумму. Моей маме неделю нужно работать, чтобы его оплатить. Она трудится на металлургическом заводе, который из-за санкций переживает не лучшие времена.

– Снег, ты серьезно? – подключается Алина, усаживаясь рядом на мою кровать. Она из Челябинска, и к провинциалкам себя не относит, держась немного высокомерно по отношению к нам. – Миша явно за все заплатит. Иначе, в чем прикол вас приглашать? Мы ведь не в Европе.

– Ага. Миша заплатит в ресторане, а Мира потом лично будет отрабатывать. Знаю я такие истории. Спасибо, не надо! – противлюсь я.

– А я и не против, – мечтательно вздыхает подруга. – Ты видела его без майки? Ооо, я тот турнир по баскетболу никак не могу выкинуть из головы. Мышцы, рельеф, пресс, вены выпуклые, господи! Это просто шикарно!

В итоге, трем профурсеткам, все-таки, удается меня уболтать, а Маша даже вызывается закончить доклад в мое отсутствие. Аргументов у меня не остается и я, под радостный визг подруги, иду краситься и укладывать волосы.

Спустя два часа мы с Мирославой спускаемся по ступенькам нашей убитой общаги, цокая каблуками, как пони. В чужом платье и искусственной шубе я чувствую себя максимально некомфортно, но деваться некуда. Мирка же еле сдерживает счастливую улыбку в предвкушении встречи со своим крашем. Она нацепила на себя короткую бархатную юбку и топ бандо, сверху накинув жакет. Для зимы выбор такого наряда довольно спорный, но зато в нем виден рельефный животик, которым его обладательница очень гордится.

Наивная какая, просто жуть! Она, как и я, приехала в Екатеринбург из маленького городка Свердловской области и больше всего на свете не желает возвращаться обратно. А ухватиться за богатого парня – неплохой билет в безоблачное будущее. А то, что он каждую неделю меняет подружек как перчатки, нисколько ее не смущает. Мирка считает, что она особенная.

– Красотки, общежитие закрывается в одиннадцать! – кричит нам в спину вахтерша тетя Галя.

– Мы помним! – хором отвечаем ей и выходим на улицу, с силой толкнув тяжелую железную дверь. Нам в лицо летят снежинки, подхваченные потоком холодного воздуха, которые норовят залезть за воротник.

В следующем году всех студентов планируют переселить в другое общежитие, это снести, и на его месте построить новое здание. Такую информацию мне троюродный брат Елисей поведал. С недавних пор он стал мэром Екатеринбурга, но мне распространяться о том, что я его родственница, строжайше запрещено. Он у нас правильный до мозга костей, но очень добрый. В УрФУ, на факультет философии я попала лишь благодаря его совету. Иначе, моих баллов по ЕГЭ хватало только на платное обучение. А таких денег у моей мамы нет. Короче, Елисей спас меня от ПТУ в родном Богдановиче, чему я очень рада.

– Вот его тачка! – пищит Мирослава, кивая на припаркованный неподалеку черный седан Ауди.

– А Лев с ним? – тихо интересуюсь, осторожно ступая по накатанному снегу. Не хватало еще растянуться и сломать каблук. Это мои единственные сапоги, вообще-то.

– Конечно! Он мне в телеге написал, что заедет за ним, а потом за нами.

– Какая честь! – бурчу я, поправляя постоянно спадывающую с плеча сумочку. Она, кстати, тоже не моя. Алина одолжила.

– О, девчонки, привет! – выскакивает как черт из табакерки Майкл, а следом за ним с пассажирского сидения выбирается Лев. Тут же тянется в карман дутого пуховика за сигаретами и закуривает, прищуривая глаза. Осматривает меня с головы до ног, а затем кивает в знак приветствия. Миленько! И манеры топчик. Неужели, это моя любовь?

– Привет, ребята! – игриво отвечает Мирка, оглядываясь на меня. – Это – Снежана, моя подруга.

– Очень приятно, – буркаю я.

– Будем знакомы! – хрипло отвечает Лев, затягивается сигаретным дымом, а потом выбрасывает окурок в ближайший сугроб, вызывая у меня недоумение. Давно не видела людей, которые выбрасывают мусор на улице.

Парни мне не нравятся, хоть внешне и довольно привлекательны. Майкл, на мой взгляд, слишком широко улыбается, а взгляд такой сальный, хоть яичницу жарь.

– Прошу садиться, – подмигивает Майкл. – Прокатимся с ветерком.

Глава 3. Снежана

В машине играет какой-то панк-рок и довольно накурено, отчего я начинаю кашлять.

– Лева, – беззлобно кричит приятелю Майкл. – Ты заебал курить, девушке плохо. Как паровоз, ей богу. Пока к вам ехали, девчонки, успел подымить дважды.

Последняя реплика предназначается для нас, на что Мира отвечает, что все в порядке и нам совсем не пахнет. Я же, засунув нос в шубу, молчу. Втягиваю запах духов от Нины Ричи, и пытаюсь абстрагироваться.

– Отвали, Мих, я на нервяках, – рычит на него Лев, достает пачку, но, повертев ее в руках, засовывает обратно в карман.

– Левик посрался с родаками, – ржет Шершнев, с пробуксовкой трогаясь с места. Разгоняется в тесном дворе, а затем резко бьет по тормозам перед поворотом на улицу Малышева. «Обожаю» такую манеру езды, рвота обеспечена мгновенно. – Папочка отсадил его от кормушки.

– Это ненадолго, – бурчит Лев, залипает в телефоне и чатится в телеге с какой-то Дашенькой. Я сижу за его спиной и мне все отлично видно. К моей персоне он внимания не проявляет, похоже, чего-то напутала цыганка. Думаю, придется потерпеть пару часов не самую приятную компанию и свалить домой. Наверное, я взрослею, потому что через пять минут общения с людьми, мне все про них становится понятно.

Скашиваю глаза на Мирку, ожидая, что она хотя бы немного сникла от поведения парней, но нет. Она по-прежнему сияет, с жадностью наблюдая за тем, как Майкл ведет машину. Как долбоеб, извиняюсь за выражение. Газует, подрезает, вклинивается в плотный поток на пути к ресторану. Запоздало понимаю, что внешний вид парней не особо подходит для посещения «Касторки», они оба облачены в джинсы и толстовки с капюшоном. Так себе дресс-код.

По Малышева мы с переменным успехом двигаемся вниз по улице, я скучающе считаю фонари, а Мира чирикает с Мишей. Их болтовню я пропускаю мимо ушей, варясь в своих мыслях. Прикидываю, сколько у меня денег на карте и какую сумму я могу сегодня вечером потратить, и прихожу к неутешительному выводу, что от силы рублей пятьсот. Похоже, придется пить кофе. Все-таки, зря я заплатила цыганке. Наивная Снега!

– А мы, разве, не здесь должны были повернуть? – звонко интересуется Мирослава, тыча пальцем в сторону поворота на улицу Хохрякова.

– А я не сказал? – хохочет Майкл, разворачиваясь к нам. – В «Касторке» столиков не было свободных для брони. Мы с Левиком решили в другое место прокатиться. Надеюсь, вы не против?

– В какое место? – напряженно спрашиваю, сжимая в руке телефон, запоздало понимая, что там зарядки от силы процентов пятнадцать. Совсем забыла зарядить аккумулятор перед выходом из дома.

– Расслабься, Снежана, – неожиданно подключается Лев, выныривая из просмотра видосов в тик-токе. С Дашенькой переписка закончилась три перекрестка назад. – Тебе понравится. Уверен, ты в таком месте не была ни разу.

– Свежий воздух, аромат хвои, снега по колено, – мечтательно произносит Миша, делая музыку потише. – Красота!

– Мы слегка не готовы к поездке на природу, – нервно хихикает Мирослава, наконец, въезжая, что расклад получается так себе.

– Ничего страшного, девочки. В доме тепло и сухо. И ваши красивые наряды будут как нельзя кстати.

– В каком доме? – дергаюсь я, затравленно смотря в окно. Мы проезжаем сверкающий огнями торговый центр «Мега», оставляем его позади и выбираемся на трассу. Майкл прибавляет скорости и мчится в снежную ночь, разрезая фарами темноту.

– В загородном. Зависнем на всю ночь, завтра обратно вас привезем в целости и сохранности.

– Мы так не договаривались, – смотрю на Мирославу, испепеляя взглядом. – Нам завтра в универ нужно к первой паре!

По расписанию стоит «История зарубежной философии», лекции которой читает нудный профессор Пелевин. У него мерзкий голосок и очень маленькие ручки, от вида которых меня каждый раз передергивает. Пропускать его лекции нельзя ни в коем случае, иначе, хрен потом сдашь экзамен. Девчонки со старших курсов рассказывали, что он очень злопамятный.

– Так мы все успеем, малышки! – уверяет нас Майкл, закидывая в рот жвачку. Чавкает, разжевывая, а затем надувает пузырь. – И отдохнем, и на учебу вернемся. Ты ведь прилежная студентка, Снежок?

Снежок. Терпеть не могу, когда меня так называют. Стойкое отвращение сформировалось еще в школе, когда на прогулке мне залепили комком снега в глаз. Синяк сходил недели две, меняя цвет от фиолетового до желтого.

– Прилежная, – цежу сквозь зубы, судорожно соображая, что же можно предпринять. Явно чувствую опасность, не зря я не хотела ехать с этими парнями.

– А ты, Мирослава? – интересуется Лев с переднего сидения.

– А я не очень, – ржет как дурочка подруга. – Не такая повернутая на учебе, как Снежана. Она так боится отчисления, что ни одной лекции еще не пропустила.

– Тем интереснее! – резюмирует Майкл, так резко сворачивая с трассы на проселочную дорогу, что я не успеваю посмотреть, что было написано на указателе. Разблокирую телефон, чтобы глянуть местонахождение по геолокации, и жестко обламываюсь. Связи на телефоне нет. От осознания того, что я не знаю, где нахожусь, у меня начинается паника.

– Куда мы едем? – кричу я. Возможно, чересчур эмоционально, но сдерживаться не желаю. В конце концов, я из Екатеринбурга выезжать не собиралась.

– Мы почти на месте, – оповещает меня Лев, оборачиваясь. – Волков с медведями здесь нет. Кабаны бегают и зайцы, но ты им будешь не интересна, слишком костлявая и мелкая.

Придурок! Я не костлявая, а стройная. И не мелкая, а миниатюрная. Это разные вещи!

– Все пучком будет. – подхватывает Майкл, притормаживая у высокого деревянного забора, украшенного желтыми огоньками. – Вам понравится. Гарантирую. Кайфанем по полной программе.

Шершнев несколько раз коротко сигналит, после чего ворота открываются, и мы мягко вкатываемся на территорию загородного дома. Явно слышится громкая музыка и смех. Вытянув шею, я замечаю несколько мужчин, стоящих у мангала. Насчитываю шесть человек, отчего у меня волосы дыбом встают, несмотря на плотный слой лака максимальной фиксации. Похоже, подделку купила, все-таки.

Мужики синхронно поворачивают головы в нашу сторону и радостно приветствуют, словно давно ждали.

– Выходите, девочки! – с улыбочкой произносит Майкл и глушит мотор. – Приехали!

Глава 4. Снежана

– Я не буду никуда выходить! – заявляю я, крепко прижимая к себе Алинкину сумку. – Отвезите меня обратно.

Меня мелко потряхивает от ужаса, но я стараюсь держать лицо. Мира же напротив, выглядит вполне себе спокойно и даже расслабленно. Бросает на меня удивленный взгляд и берется за ручку открывания двери.

– Снега, ты чего такая напряженная? – ржет Майкл. – Ты чего там надумала себе? Подумаешь, сменили место дислокации. Это несмертельно. Отвезти обратно я тебя не могу, сорян, другие планы. Если хочешь, можешь вызвать такси. Но здесь связи нет. Да, на крайняк, можешь сама за руль сесть. Завтра с утра тачку пригони. Страховка у меня неограниченная.

– Мальчики, можете нас оставить на минутку? – обольстительно улыбаясь, просит Мирослава. Те, пожав плечами, выбираются на улицу, впустив в салон ледяной воздух и оставляют нас наедине. – Ты чего так себя ведешь, больная?

– Это ты больная! – шиплю на нее в ответ, стреляя глазами на мужиков, находящихся на улице. – Не понимаешь, зачем нас сюда привезли?

– Господи, что такого? Потусим с парнями, поплаваем в басике, погреемся в сауне. Красота! Миша рассказывал мне про этот дом. Точнее, это комплекс его отца. Там и шашлык пожарить можно, и на снегоходах покататься.

– Ага, – киваю я. – Только об этом надо заранее предупреждать. Мы одеты, как минимум, не для поездки в лес. И вообще, выглядим как две проститутки.

– Не надо было такое платье надевать! – фыркает подруга, прокатываясь взглядом по моим пайеткам.

– Охренеть ты! – рявкаю в ответ. – Ты же меня забалтывала и уговорила взять его у Эльзы!

– Могла бы отказаться! – пожимает плечами Рогова. – Ну, ты идешь, или здесь сидеть будешь? Учти, на улице минус пятнадцать, и скоро станет холодно.

– Я не иду. Я еду домой! – высоко задрав нос, отвечаю.

– Ну и дура! А как же парень с коротким именем? – фыркает на меня Мирка и выскальзывает на улицу. В окно слежу за тем, как она ковыляет на высоких каблуках до парней, просит у Левы сигарету и закуривает, что-то оживленно рассказывая. Похоже, говорит обо мне, потому что периодически кивает головой в мою сторону, а пацаны хохочут.

Мне противно и гадко от того, что вляпалась в подобную историю. За рулем я уехать не могу, потому что элементарно не умею водить. Не мое это. Я и на велосипеде езжу крайне плохо, а на арендованном самокате осенью упала в кусты и сломала палец на ноге. Смотрю на экран телефона, который превратился в кусок пластика и едва сдерживаюсь от слез. Посреди леса, вечером зимой, еще и хрен знает где. И батарея совсем не бодрая.

– Ты идешь? – рванув на себя дверь, заглядывает ко мне Лев, какого-то черта пялясь на мои ноги, упакованные в капроновые колготки. – В последний раз спрашиваем. Никто тебя не тронет, не ссы. Если сама не захочешь, конечно.

Ржет со своей шутки, протягивая мне ладонь, чтобы помочь выбраться, но я его игнорирую. Запахнув поплотнее шубу, спускаю сначала одну ногу, затем другую, и выхожу из тачки.

– Самостоятельная? – констатирует он. – Очень мило. Тогда и продукты помоги выгрузить из багажника.

Обернувшись, замечаю, что Майкла с Мирой и след простыл, а мы с Левой остались вдвоем. Мужиков, кстати, тоже нет. Видимо, покурили, и вернулись в дом. Может, и не так все страшно? И Льва я еще не разглядела? Цыганка ведь сказала, непросто будет.

Территория комплекса небольшая и аккуратная. С точечной подсветкой дорожек и высаженными по периметрами низкими соснами. Наверное, здесь даже красиво, но я настолько напряжена, что не могу оценить пейзаж в полной мере. Еще и ледяной ветер забрался под подол и холодит мою задницу, пробирая до костей.

– Ну? – окликает меня Лев. – Держи, Барби!

Вручает мне два тяжеленных пакета, на которых я узнаю логотип известной сети, а сам достает большой мешок с древесным углем и несколько коробок с пивом.

– Идем! – командует мне, закрывая багажник. – Пока стол накроете с Маей, мы с Майклом мясо пожарим.

– Ее Мирослава зовут! – поправляю его, двигаюсь следом, покачиваясь от тяжести, но не стону.

– Да мне какая разница. Сегодня Мирослава, завтра Златослава. Лишь бы не Ярослав и не Дима, терпеть не могу педиков! Шевели колготками, жопу застудишь.

Какая забота, надо же! Тяжело вздохнув, поднимаюсь по ступенькам и вхожу в гостеприимно распахнутую дверь. За ней оказывается просторный холл с банкеткой и шкафом для верхней одежды. Также, на стене напротив входа расположилось огромное зеркало, в котором я ловлю свое отражение. Выгляжу и вправду как эскортница – платье до пупа и ботфорты. Еще и губы красные. Фу, срамота. Нужно срочно найти ванную и стереть это непотребство.

– Снежка! – выглядывает на шум Мирослава, на ходу одергивая топ. Глаза ее лихорадочно блестят, а губы явно припухли от поцелуев. – Одумалась! Проходи скорее, здесь классно. А вода в бассейне разными цветами переливается. Кайф!

– Закачаешься! – бурчу я, разуваясь. С наслаждением ощущаю под ногами теплый пол и аккуратно ставлю сапоги на коврике.

– Ого, какая ты мелкая без своих копыт! – входит в дом Лев, смеряя меня взглядом. – Сколько у тебя рост, полторашка?

– Метр пятьдесят шесть, – злобно отвечаю я, нерешительно переминаясь. – Где ванная?

– Да, она у нас невысокая, – вступается за меня Мира, подхватывая один из пакетов, свободной рукой тянет меня за собой. – Зато очень умная и красивая. Идем, Снега, я тебе все покажу!

По пути забрасываем продукты на кухню, после чего она сопровождает меня в санузел, где мы скрываемся за дверью и включаем воду, чтобы нас не подслушали.

– Я в бешенстве, Рогова! – заявляю я, отматывая кусок туалетной бумаги, которой яростно принимаюсь тереть губы. – Куда ты меня затащила?

– Я понимаю. Сама не ожидала такой подставы! Но, по сути, так даже лучше. Поближе познакомимся.

– Ты в себе, или нет? Нас будто на ночь сняли. Ты видела, сколько там пива? А эти мужики на территории? Ты уверена, что они сюда не явятся? – возмущенно гляжу на подругу, и диву даюсь такой узколобости.

– Не преувеличивай. Просто потусим, потанцуем, искупаемся. Пивка попьем с шашлыком, банька.

– В чем ты купаться собралась? У меня даже лифчика нет. И трусы – одно название!

Платье Эльзы облегающее и очень открытое, и ношение бюстгальтера не подразумевает.

– Майкл сказал, что есть простыни для бани. А в бассейн дверь закрывается на замок. Никто не войдет. Они ведь не насильники. Нормальные парни, только улетевшие слегка! А как Шершнев целуется, божечки! – мечтательно мурлыкает Рогова. – На втором этаже три комнаты. Ляжешь спать и все. Лева, оказывается, не о тебе говорил. Ему Алина понравилась, я немного перепутали. Так что – вообще не парься.

– Я прямо сейчас на второй этаж и пойду. Нет желания пить пиво и париться в бане, – принимаю решение. Лягу спать, и все.

– Точно решила?

– Точно! Иначе, замерзну в сугробе. Без понятия, как отсюда выбираться.

– Как знаешь, – пожимает плечами Мирка, щелкая защелкой. – Если что, я на кухне. Присоединяйся.

Не знаю, насколько это было правильным решением, но присоединяться я никуда не стала. Сделав необходимые дела в туалете, выскальзываю в коридор, прислушиваясь к звукам в доме. Играет музыка, Мира подпевает во все горло, а больше никого не слышно. Нахожу глазами широкую лестницу, по которой на цыпочках поднимаюсь наверх, толкаю дверь в первую попавшуюся комнату и вхожу внутрь.

Здесь не очень темно, благодаря свету от фонарей, попадающему через большое окно. Обстановка довольно спартанская – широкая кровать, в углу шкаф и небольшое кресло. Выглядываю в окошко и замечаю парней во дворе. Они пьют пиво из стеклянных бутылок и жарят мясо, при мысли о сочном шашлыке рот наполняется слюной.

Наверное, я действительно глупышка, ожидающая подвоха. Насильники вряд ли жарят шашлык и накрывают поляну. И вообще, на самом деле, на меня никто не посягает и даже пальцем не тронул. В конце концов, они учатся в нашем универе и ничего плохого я о них не слышала.

Поразмыслив еще какое-то время, я снимаю с себя шубу и спускаюсь к Мире на помощь. Она очень радуется моему возвращению и тут же дает поручение помыть и нарезать овощи, пока сама занимается мясной и сырной нарезками.

В целом вечер проходит неплохо. Пиво я не пью, отдавая предпочтение соку, а вот Мира активно налегает на спиртное. Мы болтаем на отвлеченные темы и даже смеемся, но постепенно шутки становятся все откровеннее и неоднозначнее. Рогова переползает на колени к Майклу, и они довольно откровенно лобызаются у нас на глазах, приводя меня в замешательство. Я замечаю, как ладонь Шершнева накрывает Миркину грудь и поднимаюсь на ноги.

– Тарелки уберу! – коротко бросаю Льву, который тоже все это видит и, как мне кажется, начинает все дольше и дольше зависать взглядом на моем декольте. Мне это не нравится категорически. Похоже, пора убираться в свою комнату от греха подальше. Он прилично выпил, и я не знаю, способен ли рационально мыслить.

– Я помогу тебе! – вызывается он, двигаясь следом.

– Не надо, я сама!

Но он и слышать ничего не хочет, настигает меня в кухне и, воспользовавшись моментом, когда мои руки заняты, обхватывает своими ручищами и пригвождает к стене.