Текст книги "Жизнь на менопаузе. Как выжить среди приливов и бурь."
![](/books_files/covers/thumbs_240/zhizn-na-menopauze-kak-vyzhit-sredi-prilivov-i-bur-217283.jpg)
Автор книги: Дарси Штайнке
Жанр: Здоровье, Дом и Семья
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
Глава 2
Освободите Лолиту!
Я узнала о том, что самки косаток тоже проходят через период менопаузы, пока отходила от очередной бессонной ночи. Оторвалась от работы над книгой о женщине, которая перестала узнавать саму себя, и решила почитать научный раздел в «Нью-Йорк таймс». В статье, основанной на исследовании Даррена Крофта и Эммы Фостер[20]20
Darren P. Croft, Emma A. Foster. Ecological Knowledge, Leadership, and the Evolution of Menopause in Killer Whales. Current Biology, 2015.
[Закрыть], рассказывалось о том, что самки южных резидентных косаток[21]21
Косаток разделяют на резидентных и транзитных по социальному устройству стай и предпочтениям в пище. Резидентные косатки живут на одном месте, питаются рыбой и не охотятся на теплокровных. Именно они собираются в большие семьи. Южные резидентные косатки обитают в Тихом океане, от берегов Калифорнии на юге до моря Селиш на севере. – Примеч. пер.
[Закрыть], как и женщины, проходят через климакс и еще долго живут без способности к репродукции. Взрослые женские особи не только проживают тридцать – пятьдесят лет после менопаузы, но и становятся вожаками стаи – сложно организованной сплоченной семейной группы, особенно в периоды, когда сокращается количество тунца, их основного источника питания. Престарелые пострепродуктивные самки обладают таким объемом знаний об окружающем мире, что даже молодые самцы предпочитают следовать за ними.
После «Таймс» я сразу открыла YouTube и стала смотреть видео об этих животных. Косатка, или Orcinus orca, – самый крупный представитель семейства дельфинов. Они достигают больше двадцати пяти футов в длину и весят до семи тонн[22]22
В метрической системе 7,6 метра и 7,3 тонны соответственно. – Примеч. пер.
[Закрыть]. Высота спинного плавника – до шести футов[23]23
1,8 метра – Примеч. пер.
[Закрыть]. Мозг косаток в четыре раза больше человеческого, в нем также есть веретенообразные нейроны, которые ученые связывают со способностью к эмпатии. Самки воспитывают только одного детеныша за раз. Они ухаживают за ним несколько лет, учат общаться, добывать пищу и соблюдать обычаи стаи.
На видео из океанариума «Водный мир» в Орландо косатка Корки, самка пятидесяти двух лет в пострепродуктивном периоде, лежит на спине и машет толпе плавниками. Сорокаоднолетняя Катина выскальзывает из воды прямо на бетонный помост. Пятидесятилетняя Лолита нарезает круги в маленьком бассейне в океанариуме Майами. В дикой природе косатки живут до глубокой старости, но в океанариумах большинство из них умирает в первые пять лет. Лолита – вторая по возрасту косатка, живущая в неволе, и единственная выжившая[24]24
Sandra Pollard, Puget Sound Whales for Sale: The Fight to End Orca Hunting. The History Press, 2014.
[Закрыть] из тех, кого выловили в Пьюджет-Саунд[25]25
Система заливов Тихого океана у штата Вашингтон, относится к морю Селиш. – Примеч. пер.
[Закрыть] в 1970-х. В те времена южных резидентных китов гнали в сети лодками, самолетами и взрывчаткой. Лолита на пороге пятидесяти пяти лет продолжает жить в неволе и выступать в водном шоу – это исключительный случай. На видео она плавает в своем бассейне – самом маленьком аквариуме для косаток в Северной Америке: всего четыре длины ее туловища в ширину и меньше одной длины – в глубину. Лолита исступленно плавает от стены к стене, словно мятущаяся душа, запертая в бетонном теле.
* * *
Мое любимое видео – с дикими китами под водой. Я внимательно рассматриваю, как они обращаются друг к другу щелчками, поскрипываниями, гудением, ослиным ревом и звуками, похожими на голос человека, вдохнувшего гелий. Они ныряют так глубоко, что почти полностью пропадают с экрана, как будто спускаются за пределы компьютера, ниже столешницы, и там, в темноте, колеблются лишь белые пятна в черной воде.
Я долго слушала южных резидентных китов у островов Сан-Хуан через гидрофон парка Лайм Килн Пойнт[26]26
Национальный парк на архипелаге Сан-Хуан в Тихом Океане, штат Вашингтон, США. Парк для наблюдения за косатками в естественных условиях. – Примеч. пер.
[Закрыть] – микрофон, установленный под водой, транслирует в прямом эфире или в записи песни косаток, проплывающих через проливы Аро. Большую часть времени слышались лишь шум лодочных моторов и плеск воды. Звуки моря Селиш, родных для китов вод, окружали меня, пока я работала за письменным столом у себя в Бруклине. Если мне становилось грустно, я удваивала эффект: слушала и одновременно смотрела на южных резидентных китов на YouTube или листала их снимки на сайте Центра исследования китов, расположенного на островах Сан-Хуан в штате Вашингтон. Здесь южных резидентных косаток изучают с 1978 года.
Я начала видеть китов во сне. Сначала – детеныша на пляже, совсем маленькую самочку с оранжевыми пятнами на шкуре, которые с возрастом должны побелеть. Когда я приближаюсь, она поднимает черный хвост с волной на конце. Первое время киты, проплывающие у меня в голове во время сна, остаются собой, но появляются в самых неожиданных местах. Высокий спинной плавник вдруг выступает над рекой Делавэр у борта моей надувной лодки. Стая китов всплывает на поверхность озера на севере штата, в котором я плаваю, и выпрыгивает из воды. В одном сне я вздрагиваю, обнаружив крошечного кита в тарелке супа. В другом – косатки величиной с целый автобус, текучие, как масло, соскальзывают с крыши моего бруклинского дома.
Однажды ночью киты теряют физические очертания и парят над деревянными полом, словно сияющие сферы. Они воплощают собой чувство, которое я испытываю, когда летаю во сне. Сюжет может меняться: мне снова и снова снится, как я возвращаюсь в колледж и живу в общежитии, но киты проникают и сюда – сгустками энергии проплывают над лужайкой студгородка. Иногда они вдруг теряют силу и падают на землю массой вонючей ворвани. Недавно мне снилось, как два кита лежат на моей кровати буквой «L». Я остро ощущаю реальность их тел, и их близость невыносима, почти непристойна.
Киты следуют за мной, почти как люди, незримо присутствующие в моей жизни: партнер, чьи нежные прикосновения ощущаешь на теле, словно наваждение, а в последнее время – мама, чья кажущаяся близость одновременно наполняет отчаянием и придает сил. Присутствие китов вызывает похожие ощущения – физическое давление или резкий толчок в уголке глаза, – но отличается от постоянных мыслей о человеке. Киты всегда рядом, но отдельно от меня, я не могу их понять.
* * *
Когда Лолиту привезли в океанариум Майами в 1970 году, там уже жил другой кит старше нее. Крупный самец Хьюго с опустившимся спинным плавником – южный резидентный кит, которого поймали на несколько лет раньше. Спинной плавник опускается у всех самцов, которых содержат в неволе. Это знак того, что их здоровье подорвано из-за питания замороженной рыбой и слишком теплой воды в бассейне. Хьюго страдал поведенческим расстройством, он снова и снова ранил себя, врезаясь в стену бетонного бассейна. Зоозащитники считают, что так он пытался покончить с собой. Новую самку назвали Лолитой в честь несчастной героини Набокова, потому что ее «муж» Хьюго, как и Гумберт Гумберт, был намного старше партнерши. Они спаривались – как-то раз прямо во время шоу, но Лолита так никогда и не забеременела.
Я смотрела видеоархив со сценками, которые Лолита и Хьюго исполняли долгие годы. В начале 1970-х Хьюго выходил на бой с боксером-тяжеловесом по прозвищу Черный лом. Тот появлялся на сцене в белом халате, красных шелковых трусах и боксерских перчатках. Хьюго, дразнясь, крутился перед ним с высунутым языком. Тяжеловес садился в небольшую шлюпку – Хьюго опрокидывал ее и тащил противника к бортику бассейна, где и оставлял его в нокауте. Когда судья начинал обратный отсчет, всплывала Лолита, которая пряталась все время боя, и плескала на Черного лома водой. Два кита совершали победный круг вокруг бассейна, потом вместе выпрыгивали из воды и касались носами шаров, подвешенных на двадцать футов[27]27
6 метров. – Примеч. пер.
[Закрыть] над водой.
В 1980 году Хьюго удалось убить себя. Он умер после того как с размаху врезался в бетонную стену бассейна. Ветеринар Джесс Р. Уайт написал в результатах вскрытия, что Хьюго умер от аневризмы мозжечковой артерии.
После смерти Хьюго Лолита продолжила выступать одна. В одном из видео 1980-х годов тренер ездит на ней во всевозможных позах. Он стоит у нее на спине, держась за плавник, как на доске для серфинга. Лежит на белом животе в объятиях животного. Стоит на носу косатки, а та подбрасывает его вверх, выкидывая из воды. Сидит у нее на голове и снова вылетает из воды. В одном из трюков тренер стоит на спине Лолиты, и, пока она плывет, молотя по воде хвостом, как гигантская игрушка, на нее один за другим запрыгивают дельфины, ложатся рядом с тренером и плывут на косатке, как на барже.
* * *
Лолита полностью завладела моими мыслями. Я читала о ней в блогах и вступала в группы на «Фейсбуке», посвященные ее освобождению. Я искала ранние видеозаписи с ней на сайтах библиотек Майами. Эта косатка была родственным мне существом в менопаузе, меня к ней влекло вопреки всякой логике. «Я отчаянно хотел быть ближе к животным, – писал Чарльз Фостер в книге 2016 года «Быть зверем» (Being a Beast), – отчасти потому, что, как мне казалось, они знают что-то, чего я не знаю, и что мне по какой-то необъяснимой причине нужно узнать»[28]28
Charles Foster. Being a Beast. Picador, 2016.
[Закрыть].
Поэтому, не строя четких планов, я полетела из Нью-Йорка в Майами. Я хотела быть рядом с этой косаткой в постменопаузе и вместе с борцами за права животных выступать за ее освобождение.
* * *
Океанариум Майами мог бы показаться китчем: бетонные конструкции в стилистике одержимых космосом 1960-х годов, потрескавшаяся краска пастельных оттенков. Но он выглядит слишком зловеще, так что скорее напоминает о южной готике. Аквалангисты соскребают слизь с внутренней стороны стекол гигантского аквариума, черный флаг с черепом и костями развевается над детской площадкой, оформленной в пиратской тематике, морская черепаха, у которой из панциря растет что-то похожее на водоросли, угрюмо плавает в водоеме размером с ванну.
В бассейне, где проходит шоу косаток, царит атмосфера бродячего цирка. Из динамиков ревет Black or White Майкла Джексона, три тренера в мокрых гидрокостюмах выходят на бетонный помост. Молодые женщины улыбаются и машут зрителям. Вживую бассейн Лолиты выглядит еще меньше – не больше бассейна на заднем дворе. Сложно поверить, что создание размером с грузовик, которое привыкло проплывать сотни миль в день, должно ютиться в этой безжизненной бетонной яме. Сегодня – первое шоу. Из статей, которые я прочитала о китах в океанариумах, я знаю, что Лолита голодна. Они не дают ей есть, чтобы она выполняла трюки. Дрессировщица с длинной косой резко взмахивает рукой, Лолита подплывает к переднему краю бассейна и выскальзывает из воды на помост. От ее огромного блестящего тела разлетаются брызги, толпа взрывается аплодисментами.
На большом экране позади бассейна показывают видео со стаей L[29]29
Сообщество южных резидентных косаток насчитывает три стаи, или семьи. Они обозначаются буквами J, K и L. L – самая крупная из них. – Примеч. пер.
[Закрыть], семьей Лолиты, свободно плывущей в море Селиш. Лолита отдыхает, облокотившись подбородком на бетонный край, пока голос на видео рассказывает об угрозе вымирания южных резидентных китов. Кажется, будто Лолита тоже сморит на экран. Возможно, она просто ждет конца фильма, чтобы получить кусок рыбы, а может быть, вспоминает семью. Я знаю, что содержавшийся в неволе кит Хайак, с помощью которого морской исследователь Джон Форд в 1980-х изучал эхолокацию, часто ударялся головой о стекло аквариума. Так он давал исследователям знак, что хочет увидеть книгу, составленную из изображений своих диких родственников.
Лолита продолжает издавать звуки, свойственные для стаи L. Один из ученых предположил, что она не осознает, что находится в трех тысячах миль от родных вод. Может быть, Лолита думает, что море Селиш плещется за огромным экраном океанариума.
«“Где мой дом и как туда добраться?” – вопросы, которые действительно интересуют [животных], – пишет Дж. М. Кутзее в книге «Жизнь животных» (The Lives of Animals). – Он одинаково занимает и крысу, и кошку, и любое другое существо, заточенное в аду лаборатории или цирка».
После окончания фильма Лолита машет грудными плавниками и бьет хвостом. Каждый раз, когда толпа взрывается аплодисментами, она подплывает к дрессировщице за рыбой. Та одновременно кормит косатку и лениво потягивает через трубочку фруктовый коктейль. Наконец она делает резкое движение рукой вниз и сразу вверх. Лолита скрывается под водой. Ее не видно несколько минут, а затем она стрелой взмывает над бассейном – ее тело разрывает голубизну неба. Этот прыжок – эта брешь – подобен библейскому чуду, которое видят глаза, но не может постичь разум. Толпа замирает, когда она входит в воду, поднимая каскад кружевных брызг.
В словаре английского языка слово breach («брешь») имеет несколько значений:
1) повреждение, разрыв или открытая рана на теле;
2) трещина (например, в стене) от удара;
3) прыжок кита из воды.
* * *
Застрять в тесноте и ждать удара извне. Глупо сравнивать мое заточение с заточением Лолиты? Это бесчувственно по отношению к настоящим пленникам и заключенным? Да. И все же, пусть я и не в аквариуме, клетке или камере, но я чувствую, как после наступления менопаузы мир сжимается, свободы становится все меньше. Как писала поэтесса Лори Шек в сборнике «Плен» (Captivity), «Просто мне больше не кажется, что я могу быть где-то еще / По тому, как бережно я ограничена самой собой, заперта / В этом медленном превращении из себя в небытие».
Я пыталась разобраться, почему я так остро сочувствую заточению Лолиты. Почему ее положение так сильно отзывается во мне. Я узнаю чувство, когда человека неволят, не буквально, как Лолиту, но метафорически. Зависимое положение всегда объединяет женщин, но после потери фертильности эта связь становятся крепче. Я под запретом, я под колпаком, которым культура скрывает и ограничивает престарелых женщин. Лолита должна оправдывать ожидания тех, кто приходит в океанариум: быть существом, которое не хочет на свободу, заключенной, которая должна благодарить своих тюремщиков, самкой, которая делает трюки за еду.
* * *
Толпа аплодирует, и Лолита плывет обратно к дрессировщице, а я задаюсь вопросом: испытывает ли она жалость по отношению к нам, зрителям. С нами явно что-то не так. В каком-то смысле мы слепы. Я смотрю, как Лолита кладет голову на бетонный край, и думаю, испытывает ли она ярость, как все заключенные в первое время, или странную благодарность, как некоторые женщины после долгих лет в заточении.
Английское слово сaptivity («заточение», «заключение») произошло от латинского captivitas, которое означает человека, находящегося в плену у врага во время войны. Пленникам часто завязывают глаза, но сам пленитель страдает слепотой нравственной. Я хотела бы быть ближе с другим существом в менопаузе, но поняла, что заточение Лолиты, хотя и приблизило ее ко мне физически, не дает понять ее истинную сущность, да просто увидеть ее по-настоящему.
После шоу Лолита покачивается на волнах у края бассейна под бьющее из динамиков техно, прикрыв глаза от разъедающего хлора. Ужасно видеть ее такой безжизненной, но это все же лучше, чем предыдущая сцена, когда ее заставляли «ловить» воздушные поцелуи, посланные зрителями. Кен Бэлкомб, основатель Центра исследования китов, считает, что у Лолиты стокгольмский синдром. Она привязалась к людям, которые лишили ее свободы. В этом она не отличается от женщин, которые испытывали сочувствие к своим похитителям. Чтобы выживать в невыносимых обстоятельствах, Лолита вынуждена строить продолжительные отношения с теми, кто держит ее в плену. Некоторые зоозащитники полагают, что причина ее покорности химическая: ей одновременно дают транквилизаторы и антидепрессанты. Страдания этого существа, которое вырвали из дикой природы и заперли в одиночестве в тесной водяной тюремной камере, очевидны, их можно ощутить физически. Но люди проталкиваются вперед, вытягивают над головами руки с телефонами и улыбаются.
* * *
На следующий день я и двадцать других протестующих стоим перед океанариумом на дамбе Рикенбакер Козуэй и пытаемся убедить водителей развернуться. С нашего места виден вход в Океанариум в конце парковки и задняя бетонная стена павильона косаток. Невыносимо печет солнце. Я уже чувствую, как горят плечи и стягивает кожу на лице. Протестующий с мегафоном кричит на английском и испанском: «Узнайте больше!» Другие раздают листовки, в которых рассказывается об условиях содержания Лолиты и планах выпустить ее обратно в родные воды штата Вашингтон. Парень-веган держит написанный от руки плакат: «Отвалите от животных». Две девушки одеты в костюмы косаток: черные капюшоны с розовой подкладкой, просторные рукава в форме грудных плавников. Маленький мальчик Хуан пришел на митинг с семьей. Он нарисовал Лолиту и написал сверху: «Extraño a mi mama!»[30]30
Я скучаю по маме! (исп.). – Примеч. пер.
[Закрыть]
Не все протестующие сходятся во мнении. Некоторые требуют, чтобы Лолиту отправили на пенсию в морской вольер на родине, в штате Вашингтон. Другие просят, чтобы ей давали отдыхать, чтобы не заставляли каждый день выступать в одном шоу за другим. Одна женщина хочет, чтобы океанариум построил навес, который спасал бы косатку от палящего солнца Флориды, от которого ее кожа сохнет и трескается. Несколько протестующих не верят в то, что Лолиту освободят, но надеются, что, рассказывая людям о ее страданиях, они смогут настроить общественность против содержания китов в неволе. Протестует не только молодежь. Пожилой мужчина из России по имени Олег держит изображение Франциска Ассизского с надписью: «И у нее есть душа». «Стоит начать сочувствовать животным, как оказываешься в мире, где есть воздух, вода, бабочки. И жизнь больше не сводится к простому зарабатыванию денег», – говорит он мне.
* * *
Я хочу, чтобы история Лолиты закончилась освобождением. Я хочу, чтобы ее отпустили обратно в родные воды штата Вашингтон. Она прошла долгий путь, перенесла суровые испытания и страшные унижения. Теперь она должна вернуться домой и воссоединиться с семьей. Иначе у ее истории не будет завершения. Но даже если ее выпустят, никто не знает, сможет ли она оправиться от жизни в плену. После восемнадцати лет, проведенных в заточении в сарае на заднем дворе, Джейси Дюгард продолжает чувствовать себя оставленной. «Сейчас мне приходится бороться с чувством одиночества, даже когда я не одна, – пишет она в книге “Украденная жизнь”. – <…> Часы превращались в дни, дни – в недели, недели – в месяцы и годы»[31]31
Дюгард Д. Украденная жизнь. Преступление, которое шокировало весь мир. М.: Эксмо, 2014.
[Закрыть].
Активисты надеются хотя бы заставить океанариум построить для Лолиты бассейн тех размеров, которые прописаны в законе. Не так давно Министерство сельского хозяйства США наконец подтвердило[32]32
Jonathan Kendall. Lolita’s Miami Seaquarium Tank Doesn’t Meet Federal Standards. Miami Times, March 21, 2016.
[Закрыть] то, что зоозащитники знали давно: объем бассейна Лолиты не соответствует требованиям, установленным в 1966 году Законом о защите животных. Он слишком маленький. Организация «Люди за этичное отношение к животным» (PETA) подали прошение о лишении океанариума лицензии на демонстрацию крупных млекопитающих. Директор океанариума Эндрю Хертц ответил то же, что говорит каждый раз, когда активисты настаивают на освобождении Лолиты. В своем заявлении он подчеркивает возраст косатки: «Лолита – пострепродуктивная самка в возрасте примерно пятидесяти лет…» Он переходит к перечислению всех опасностей, которые таит в себе океан, намекая, что морские воды – слишком дикое место для косатки, чьи лучшие годы остались далеко позади. Похоже, Хертц не в курсе, что вожаками стай косаток в океане становятся как раз пострепродуктивные матери семейств. Их нельзя назвать ни робкими, ни немощными, они настоящие лидеры своих сообществ. В море Селиш во главе стай стоят самки гораздо старше Лолиты. Косатка по имени Солнце Океана восьмидесяти пяти лет, которая считается матерью Лолиты, является одной из глав стаи L. Другая косатка, сточетырехлетняя мать семейства, известная как J2 или Бабуля, направляет стаи J, K и L.
* * *
Сложно объяснить другим людям, что именно со мной происходило. Я не могла подобрать слова, сколько ни пыталась, чтобы рассказать о том, как киты проникли в мою жизнь и подарили надежду. Это сбивало с толку. Я всегда относилась с недоверием к людям, слишком рьяно увлеченным животными, как, например, зоозащитница, которая как-то в метро ткнула мне в лицо трупом лисы, убитой электрическим током. Как объяснить, что тебя заворожило живое существо, крупный хищник? Я чувствовала себя как девочка племени маори из фильма «Оседлавший кита». В нем кадры их жизни китов в океане соединяются с историей девочки Паикеа, которая противостоит своему деду Коро на земле. Коро не верит, что женщина может быть лидером. С китами у девочки складываются чуткие и нежные отношения. В финале Паикеа должна проехать верхом на одном из них, чтобы доказать семье, обществу и себе самой, что в ней есть достаточно мужества, ярости и силы.
Это очень слабое сравнение. Я не родилась в племени индейцев. Я даже не девочка. Но все-таки мой пол – женский, и я переживаю переходный период. Я – женщина пятидесяти трех лет, живу в городе, но впервые в жизни я почувствовала связь с животными – с Лолитой, а еще с J2 (Бабулей), главой южных резидентных косаток. Я смотрю на видео, как J2 играет с дельфином, как они с семьей всплывают на поверхность и выпрыгивают из воды после охоты на лосося, как она плывет совсем рядом с молодыми членами стаи, как будто наставляет их.
* * *
«Бессюжетность – самая большая женская проблема», – пишет феминистка Ката Поллитт в предисловии к книге Кэролин Хейльбрун «Описать жизнь женщины» (Writing a Woman’s Life). Она чувствует, что повествование о женщине ограничивается эротическим нарративом и что в понимании традиционной культуры ее путь – это всегда проход к алтарю. Наша история завершается домом, детьми и любящим мужем. «Эта история, – пишет Поллитт, – не просто не вмещает жизнь целиком, она отдает развитие сюжета в руки других – мужчин, которые оценят, полюбят, предложат выйти замуж и вообще дадут женщине возможность реализоваться во взрослой жизни».
Менопауза и связанные с ней потеря фертильности и обычной роли в обществе помогают развитию повествования. Я чувствовала, что моя история закончилась, что со мной больше ничего не произойдет. Если, конечно, развод не вдохнет новые силы в старый сюжет о замужестве, пусть в нем и будет меньше сексуальности и ставки не так высоки. Но что, если рассказ о женщине после менопаузы, как и до полового созревания, сфокусируется не на отношениях, а на самой героине? Именно так было в историях, которые я любила в двенадцать лет: «Паутина Шарлотты», «Мисти из Чинкотига», «Лев, колдунья и платяной шкаф». Мне интересен не сюжет «девочка встречает мальчика», но «женщина встречает кита». Ведь, как пишет Поллитт, «искания – вот, что делает женщину героиней ее собственной жизни».
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?