Читать книгу "Чай для призрака"

– О-о-о… – с удивлением протянул мастер Тьёш.

– Проверим для начала старые сети. А там видно будет.

В тумане показалась нахохлившаяся фигура помощника.

– Ну что? – на ходу спросил Рьен.

– В пяти местах артефакты сдохли, – хмуро поведал Мьёл, ёжась. Он ненавидел сырость, хотя был коренным семиреченцем. – Туда ехать надо. Остальное в кабинете покажу.

– Группы уже отправил?

– Конечно, нет, – искоса глянул колдун. – Кто знает, что вам эта ваша из чайной наплетёт. А вдруг опять про духов. У нас не так много людей, чтобы с ненормальными всякими воевать.

– Всё правильно. Это опять про духов. И про ненормальных. Которых нам с тобой не увидеть, не понять и, боюсь, не поймать.

– Вы что ж, и колдунью с собой возьмёте? – вздрогнул Мьёл.

– Помяни моё слово, это она нас с собой возьмёт, – фыркнул Рьен.

– Ну и зря, – сморщился помощник.

Суровое серое здание Сыскного ведомства – четырёхэтажное, утопающее в мокром красном золоте деревьев, выстроенное полукругом – пряталось в тумане до последнего. Правое крыло – убийства, левое – кражи, центральное – всё остальное, так называемый отдел общих правонарушений: от незаконного пребывания в городе до пропавших собачек.

– Осмелюсь заметить, простите, нет. Не зря, – осторожно вставил мастер Тьёш, едва поспевая за быстрыми сыскниками. – Сам-то я одно время в Приграничье жил и работал. Много южных колдунов повидал. Они с виду тихие, и кажется, что только с духами общаются. Но нет. Когда ярмарки случались, колдуны такое с песком творили…

Мьёл пренебрежительно хмыкнул, но смолчал о том, что лишь для ярмарок южане и годятся. Наставник крепко вколотил, что собратьев по ремеслу надо уважать. Даже если не знаешь, за что именно и точно ли они собратья, а не шарлатаны.

Рьен первым добрался до небольшой дверки в торце, которая вела к лестнице и прямиком в его кабинет на третьем этаже. Который, к одобрению главы отдела убийств и удивлению мастера Тьёша, был занят. Невысокий рыжий парень сидел, сгорбившись, за начальственным столом и с упоением строчил очередной отчёт.

– Как дела, Сьят? – Рьен, прищурившись, быстро оценил количество папок слева и справа от парня – обработанных было на порядок больше. – Заканчиваешь?

– Сегодня доделаю, – проворчал рыжий, недовольный тем, что его отвлекли.

Мастер Тьёш с изумлением посмотрел на гору папок и неловко заметил:

– А я, простите, сам…

– А я смену ращу, – ухмыльнулся Рьен. – Парень ненавидит кровь и трупы, но хочет работать только у нас, а я ненавижу отчёты и прочие бумаги, зато люблю полевую работу. Тьёш, присаживайся. Сьят, отвлекись, послушай и черновик набросай. Мьёл, показывай.

Рыжий немедленно отодвинул недописанное и вытащил из ящика начальственного стола пачку бумаг, новое перо и склянку с колдовством. Деловито проткнул тонкую стенку склянки пером, и оттуда на чистую бумагу выплеснулось чернильно-чёрное облако. Сьят бросил склянку в мусорное ведро и вопросительно посмотрел на начальника. Даже строго – давайте, мол, время дорого, дел по горло. И, пока Мьёл расставлял на широком подоконнике свои склянки, Рьен быстро ввёл обоих своих помощников в курс дела.

– Никому не показывать и не рассказывать, – добавил он сурово, обращаясь к Сьяту. – Когда закончишь, папку сдашь в секретный отдел архива с пометкой «Получать только с личного письменного разрешения главы отдела». И свою фантазию тоже попридержи. В народ это дело уйти не должно. Ни в каком виде.

Рыжий помощник понятливо кивнул. Помимо высокохудожественных отчётов он увлекался и рассказами, сюжеты для которых не мудрствуя лукаво брал прямо из закрытых дел, переделывая лишь имена. А после отправлял в «Вести Семиречья», где печатался под псевдонимом. Рьену как-то попался на глаза один из рассказов, но ругать своих он не любил. Поэтому, взяв газету, подошёл к Сьяту и тихо спросил:

– А если это сейчас читает та семья, которая до сих пор не оправилась от трагедии? Не можешь придумать сюжет сам, бери старые дела – пяти-десятилетней давности. Но не свежие. И добавляй больше деталей от себя. Понял?

Рыжий ужасно смутился и мгновенно внял. И с тех пор следовал начальственному совету во всём.

Мьёл стукнул по подоконнику, привлекая внимание.

– Двести Пятый остров, – провозгласил он и разбил склянку.

Над столом сгустилось чёрное облако, из которого постепенно выступили детали – заброшенный дом с заколоченными окнами, неухоженные колючие кусты вокруг, низкие ветви деревьев над остатками крыши, клочья обычного тумана повсюду. Никаких следов деятельности «видящие» артефакты не отмечали.

– Дальше, – кивнул Рьен.

Колдун помахал рукой, и картинка развеялась, как дым на ветру.

– Восемьдесят Шестой, – Мьёл разбил следующую склянку.

Изъязвлённый временем, но всё ещё величественный трёхэтажный особняк, окружённый древними елями, угрюмо глянул на людей чёрными провалами окон.

– Пусто, – быстро изучил «мышеловку» Рьен. – Дальше.

А когда двадцать три «ловушки» закончились, он признал неизбежное:

– В лодку. По очереди к тем пяти островам, где сдохли артефакты. Заодно и обновим.

– А если и там пусто? – Мьёл уже быстро подметал пол, убирая осколки склянок.

– Копнём в другом месте, – Рьен пожал плечами. – Долго, что ли, разведать, кто в знаковые дни на сутки арендовал лодку?

– А если у него своя? – колдун вернул веник в угол, отряхнул руки и застегнул куртку.

– На границе Семиречья отмечаться так и так надо. Тем более своим, чтобы пошлину не платить. Много ли, думаешь, найдётся тех, кто по первым-последним лунным дням в Мелкодонье наведывался? Дорога-то из Семиречья туда одна. И там-то отмечаться не нужно. И очень, кстати говоря, зря наши соседи никак не установят пропускную систему. Хотя бы вот для таких дел.

– А если он всё же не здесь? И вообще после каждого убийства в разных городах прятался и из разных мест всегда в Мелкодонье приезжал? – не унимался Мьёл. – Мало, что ли, бесхозных островов вне городских границ? Поставил землебитку, навёз туда жратвы и сиди луну. А как время, так приехал, днём закупился, ночью убил – и ищи ветра в поле.