Текст книги "Земля не для людей"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zemlya-ne-dlya-lyudey-149533.jpg)
Автор книги: Дарья Трофименко
Жанр: Историческая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Земля не для людей
Дарья Трофименко
© Дарья Трофименко, 2017
ISBN 978-5-4485-9796-1
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Предисловие
Наше время можно смело назвать самым жестоким, потому что люди перестали сопереживать другим. Многие, смотря ужасные выпуски новостей, не соболезнуют жертвам, думая о том, что их это не касается. Конечно, можно сказать, что все в мире не имеет для тебя никакого значения, пока оно напрямую не коснется именно тебя. Некоторые живут всю свою жизнь с такой позицией, некоторые меняют ее, становясь жертвами разбоев и несчастных случаев. Что я могу сказать о чужих бедах? Мне всегда было жаль пострадавших, всегда желала им здоровья и счастья в будущем, но они травмированы морально, будущее уже никогда не станет таким, каким могло. И вот сейчас, наблюдая разрушительную картину, я думаю о том, что сопереживать нужно, даже необходимо. Однако, правда состоит в том, что если несчастье случится с большим количеством людей, тебе никто не поможет, каждый будет спасать свою собственную жизнь. Может, я ошибаюсь и есть еще хорошие люди, способные безвозмездно помочь, но я могу сказать уверенно одно: я очень редко ошибаюсь.
– Глава 1-
Моя семья живет в Сан-Франциско, в городе с красивыми мостами, высокими зданиями, привычными туманами и землетрясениями. Честное слово, абсолютно все жители города привыкли к частым толчкам и уже давно не обращают на них внимания. Отец говорит, что наши небоскребы выдержат толчки и не рухнут на головы граждан. Он часто вспоминает про землетрясение 1906 года, унесшее жизни трех тысяч человек. После сильных толчков начались пожары и те, кто не погиб под обломками зданий, просто сгорали заживо или в бессознательном состоянии. На сегодняшний день землетрясения случаются чуть ли не каждый день, но они совсем незначительные, их не почувствуешь даже на самом верху небоскреба. Конечно, никто уже не боится толчков мощностью три или четыре балла, их даже не объявляют по телевизору или радио.
Сегодня 4 июня 2016 года, день, когда в городе не обещали ничего интересного, поэтому я со спокойной совестью могла валяться дома у бассейна.
– Айвис, – услышала я мужской голос.
– Пап, я за домом.
Через пару секунд на горизонте появился мой отец, Дэлл Ривер, это мужчина слегка за сорок пять, с густыми черными волосами и всегда улыбчивым лицом. Никогда не видела, чтобы папа хмурился или злился, это был самый оптимистичный человек в моей жизни. К слову скажу, я вовсе не была похожа на отца, ни внутренне, ни внешне. Если он был смуглым, то ко мне загар никак не хотел липнуть. Мне достались глаза изумрудно-голубого оттенка, уж никак не серые. На маму я тоже не была похожа, ее синие глаза и темно-русые волосы не поделились со мной ни на минуту. Зато я унаследовала много генов от бабушки, которая даже в свои года выглядела изумительно.
Я провела рукой по своим светло-каштановым волосам и потянулась губами к трубочке в стакане. Тем временем папа уже подошел ко мне и сел рядом.
– Чем сегодня будешь заниматься? – спросил он.
– Попробую найти Тео, а потом немного загара, искупнусь и пойду на работу.
Тео был моим дворовым котом, судьба случайно свела нас в один из самых грустных дней моей жизни. Я была не в себе, настроение с каждой секундой падало и казалось, что в мире не осталось никого, кто смог бы быть рядом со мной. Тео всегда был рядом. Он не отходил от меня ни на шаг. Я часто советовалась с котом, хоть это я могло показаться глупой затеей. Иногда мне казалось, что кот понимает меня, словно он знает человеческую речь и эмоции, когда мне было плохо – он всегда приходил ко мне и мурлыкал, успокаивая. Его глаза были неестественно большими для животного, может поэтому он и казался мне более человечным, чем какое-либо другое животное.
Я давно уже не видела своего питомца, обычно он исчезал не больше, чем на десять часов, но его не было уже больше суток. Кот ушел и я даже не знала, где его искать.
Папа одобрительно кивнул.
– А ты чем займешься? – спросила я.
– Нужно кое-что пересчитать, потом отвезу договора в офис и поеду на шашлыки.
– Шашлыки? – я возмущенно фыркнула.
– Хочешь со мной?
– Конечно нет, ты ведь будешь есть вкусное, сочное мясо в томатном маринаде со свежими помидорами. Совсем не хочу.
Отец рассмеялся.
– Я говорил тебе, что могу взять с собой.
– Нет, ты будешь со своими друзьями, дочь там будет лишняя.
Папа нагнулся ко мне и поцеловал в макушку.
– Ты никогда для меня не лишняя.
Я улыбнулась.
– Лучше привези мне одну шпажку, буду благодарна.
– Есть мисс, – сказал папа и, забрав мой стакан, убежал в дом.
– Это был последний стакан сока, – пробубнила я.
Летнее солнце вовсю припекало, но я даже не чувствовала жара. Мне казалось, что моя кожа по определению не умеет загорать и всегда будет белая как лист бумаги. Отложив очки и шляпу в сторону, я с разбега запрыгнула в бассейн. Холодная вода тут же наградила меня мурашками по всему телу, только тогда я поняла, насколько кожа была горячей. Странно, что вода не забурлила и от меня не пошел пар. Раскинув руки, я легла на спину и сделала пару гребков. Каждое лето я была благодарна папе за то, что он прислушался к моей идее сделать бассейн у дома. Мне надоела общественная толкучка, да и вода там грязная, а еще отвратительная хлорка. Откуда же мне знать, чем еще шоркают бассейн и откуда берут воду. В общем, т.к. я была помешана на чистоте, то предпочитала все свое. Мне даже не было трудно сливать воду с бассейна каждые две недели и все чистить. Зато какое эстетическое удовольствие я получала, когда плавала в чистом, прохладном бассейне.
Я подплыла к краю и, дотянувшись до надувного матраса, бросила его в воду. Забраться на него получилось не сразу, но когда я растянулась на своем мини-корабле, тут же забыла о неудачах. Я закрыла глаза и позволила ветру гонять меня по воде в разные стороны. Где-то далеко, словно не в этом городе, я слышала звуки машин, хотя наш дом и не был за городом, но наш район был тихим и уютным. Это место для богачей, но хоть родители и не получали миллионы, они смогли купить небольшой, но красивый дом. А вот сделали его уютным мы с мамой. К сожалению, она почти целый год находилась в другой стране на работе. Я часто просила ее бросить эту карьеру телеведущей, но она упорно стояла на своем и говорила, что разговаривать с людьми в эфире – ее золотая мечта, которая сбылась. Что ж, я была рада за нее, ведь она нашла свое место, как и папа. А вот мое место, скорее всего, еще не построилось. Я даже не могла до конца понять кто я, или кем хочу быть. Я всегда стремилась к чему-то творческому, но увы, не хватало ни терпения, ни фантазии, чтобы придумывать истории. Поэтому эта мечта оставалась просто мечтой.
Мои мысли прервал какой-то глухой удар, будто где-то далеко на землю упал огромный резиновый шар. Я открыла глаза и привстала на локтях, пытаясь определить источник шума. Вполне возможно, что это всего лишь строительные работы, но что-то подсказывало мне, что дело не в постройке нового дома в двух кварталах от нас. Звук повторился. В ту секунду, когда я собралась позвать папу, матрас перевернулся и я шлепнулась в воду. Я почувствовала какую-то тяжесть в верхней части туловища, руки стали весить целую тонну, а ноги вовсе превратились в свинец. Я не могла всплыть, не могла даже удержаться на плаву. Что-то с силой тянуло меня вниз, тут я вновь услышала глухой звук и на этот раз почувствовала его отдачу. Вода больно толкнула меня к стене бассейна и я чуть не врезалась головой в кафель, но вовремя увернулась. Хотя, тяжесть все еще не покидала меня, я все же смогла медленно двигать руками. Я посмотрела вверх и заметила размытое темное пятно на поверхности. Сильные отцовские руки одним рывком вызволили меня из этой водной камеры заточения и вынесли на сушу. Успев наглотаться воды, я закашлялась. Папа тут же накинул на меня полотенце и принялся растирать мои руки, чтобы я согрелась.
– Ты в порядке? – спросил он.
– Да, папа, ты слышал этот звук?
– Он идет отовсюду, похож на какую-то ударную волну под землей.
– Землетрясение? – спросила я.
– Наверное, но сильнее, чем обычно.
Я укуталась в полотенце и пошла за отцом в дом, где он уже включал телевизор. Прощелкав пару каналов, он нашел то, что искал – канал новостей. Молодой парень держал микрофон и повторял одно и то же.
«Землетрясение с магнитудой 6,1 не хочет покидать Сан-Франциско. По словам наших коллег, в центре города толчки сильнее, чем на окраинах, будьте внимательны и осторожны. Если землетрясение усилится, срочно выходите на улицы и уходите подальше от высотных домов».
– Давно не было таких сильных, – сказала я и поежилась.
– Погода давно меняется, я так и думал, что что-то случится.
Мой отец был заместителем директора в фирме по продаже охранных систем, человек серьезный и солидный, пока не придет домой. Все домашние знают его, как любителя оккультных наук, гаданий и веры во все мистическое и необъяснимое. Папа часто любит попугать меня тем, что он чувствует, как небо скоро разверзнется и дождь будет идти две недели. Это было бы смешным, если бы не оказывалось правдой. Он ошибся лишь однажды, когда сказал, что я обязательно сдам на права с первого раза и буду ездить на его машине. Как только я получила права, машину отца угнали прямо со стоянки возле офиса. Я смеялась и плакала одновременно.
Пару дней назад папа сказал, что чувствует смену погоды. Конечно, я тоже чувствовала. Только начало июня, а погода была аномально жаркой, к такому никто не был готов. Градусник плавился, асфальт превратился в кашу, казалось, что Земля сошла с ума. А потом за одну ночь все вернулось в норму. Теперь эти землетрясения, что-то двигалось к нам, это однозначно. Я не успела сказать и слова, как дом заходил ходуном, а со стен посыпались картины и фотографии. Отец схватил меня за руку и мы пулей выскочили из дома. К счастью, я успела захватить мобильный и уже набирала номер мамы.
– Спроси, нормально ли у нее все.
Я кивнула. Через пару гудков в трубке послышалось шипение и звонок автоматически сбросился.
– Сброс, – сказала я, тупо глядя на экране телефона. – Попробую еще.
Моя шестая попытка снова была провалена, поэтому я решила попробовать позже. Папа стоял ко мне спиной и я не сразу поняла, куда он смотрит, но когда поняла, то ахнула. В нескольких кварталах от нас здание в пятьдесят этажей буквально бегало по воздуху. Его качало то в одну сторону, то в другую.
– Почему там трясет сильнее? – спросила я.
– Не представляю, – ответил папа и сел на землю.
Я видела, как в его глазах застыл немой вопрос, который он боялся задать. И так же чувствовала, что он очень боится за меня, но не за себя. Я положила руку ему на плечо и улыбнувшись, сказала.
– Папа, все закончится, землетрясением нас не напугать.
– Это только начало, – сказал папа.
– Что?
Он будто бы не слышал меня, глядя в одну точку, повторял, что это лишь начало. Противный холодок сжал мои легкие и я отошла. Мне хотелось думать, что папа просто боится за меня, и его нервы сдают. Я подошла к одному из шезлонгов у бассейна и взяла свою одежду. Быстро натянув джинсы и футболку, я снова набрала маму, но гудок даже не пошел.
– Похоже вышка накрылась, – сказала я вслух, но потом поняла, что меня никто не слушает.
Вдалеке послышались полицейские сирены и гудки скорой. В ту же секунду я скорее услышала, чем почувствовала толчок под землей. Казалось, будто какая-то невидимая сила пытается выбраться на поверхность, разнеся землю в клочья. Толчок длился всего пару секунд, но он был сильным, и я не смогла удержаться на ногах. Бежать к телевизору и слушать, сколько теперь составляет магнитуда, я не рискнула, но было и без того ясно, что намного выше. Тут, словно из-под земли, рядом вырос папа и сказал мне.
– Нужно уезжать отсюда.
Уже через тридцать минут мы ехали через центр города, где организовалась внушительная пробка. Многие решили покинуть это место, пока оно стоит ходуном. Так же я видела, что люди все перепуганы и мечутся из стороны в сторону, кто-то бежит в метро, а кто-то убегает от зданий.
– Папа, может мы объедем через дворы?
– Там все закрыто, вон, смотри, – он указал рукой вперед.
Я высунулась с заднего сиденья и уставилась в лобовое стекло. Действительно, все въезды во дворы были перекрыты машинами патрулей. Я конечно не из самых пугливых, но что-то мне подсказывало, что проблем скоро станет больше. С этими мыслями мы внезапно поехали и даже набрали неплохую скорость. Мы вырвались на главную дорогу. Впереди нас гнал какой-то мотоциклист, на его шлеме был нарисован череп в огне и подпись «бездомный». Меня почему-то рассмешила эта надпись и я подумала, что плевать, если нет дома, зато у тебя есть крутой байк. Мы ехали за ним вплоть до того момента, как он резко затормозил и его передвижное средство развернулось на девяносто градусов. Теперь парень преграждал нам путь и отец нетерпеливо просигналил.
– Езжай же ты, езжай, – пробубнил он.
Вскоре мы снова тронулись, но уже не достигая той скорости, что была раньше. Теперь мы плелись примерно сорок километров в час, и это казалось черепашьей скоростью. Я откинулась на спинку сиденья, но все еще смотрела вперед на дорогу. Вокруг нас становилось все больше машин, когда я глянула назад, то была шокирована. Казалось, будто весь город эвакуируется в спешке. За нами были тысячи машин, все так же нетерпеливо ждали, пока впереди стоящие, наконец-то тронутся с места.
– Папа, что делать с телефоном? Я не могу дозвониться маме.
– Как только будем за городом, связь восстановится, может просто перепад. Все будет хорошо.
Я посмотрела на экран сотового, не было ни пропущенных, ни новых сообщений. Когда мы снова встали, я перелезла на переднее сиденье, пристегнулась и уставилась на дорогу. Машины плотной вереницей ехали друг за другом, не оставляя места даже для велосипеда. Проезжая очередной светофор мы смогли разогнаться до ста километров в час и я начала чувствовать себя лучше. Мне не нужно было спрашивать папу, куда мы едем, потому что знала ответ. За городом находился наш домик, служивший не только местом для отдыха, но и убежищем, на случай внезапных ураганов или землетрясений. Отец давно оборудовал ту площадь, как место спасения. В погребе было много консервов, одеял, спичек и прочих нужных вещей. Однажды мы уже прятались там, когда к нам в гости приехала бабушка. Тогда папа сказал, что грядет чума и нужно от нее прятаться, мы и спрятались.
Мы все так же ехали за мотоциклистом и я вскрикнула, когда он резко затормозил. Отец вдавил педаль тормоза, машина слегка вильнула. А я смотрела перед собой, наблюдая картину из какого-то фильма. Мощный байк встал на переднее колесо и, сделав резкий рывок, повалился вперед, вместе с водителем. Парень пытался удержать свою «лошадку», но мотоцикл не слушался. Он перекувыркнулся через руль и рухнул на асфальт. Водителя прижало. Его нога находилась где-то между колесом байка и чем-то еще. Мне было не видно, на что он наехал, поэтому я вылезла из машины, не слушая приказы отца сидеть на месте. Подбежав к мужчине, я увидела, что на асфальте уже образовалась приличная лужица крови. Нога была зажата в асфальте и я просто потеряла дар речи. Можно было представить, как огромный зверь берет один конец асфальта и резко встряхивает его, образуя волну, как это можно сделать с ковром. Асфальт был порван на две части и в нем красовался огромный разлом. Я заметила, как из других машин начали тоже выходить люди, торопясь (нет, не на помощь) на зрелище. Все обступили беднягу и уставились на асфальт. Послышались охи, тихие вскрики и бесконечный страх в голосах. Сзади раздался громкий голос, от которого я даже подскочила.
– Айвис, живо машину. Немедленно! Беги!
Я обернулась к отцу и тут заметила это. Весь поток машин, что был далеко позади нас, подлетал ввысь. Словно зверь подошел к другому концу своего «ковра» и дернул снова. Автомобили взлетали вверх и падали на близстоящие машины.
– Черт возьми, – сказала я.
Рванув с места, я пулей влетела в салон машины и закричала отцу, чтобы он выруливал отсюда. Тем временем волна все приближалась и она готова была уже обрушиться на нас.
– Мы не сможем выехать, нас раздавит. Папа, папа! – закричала я.
Повернувшись к отцу, я увидела панику на его лице и твердый взгляд.
– Быстро из машины.
Я послушалась, быстро выбравшись наружу, я дождалась пока отец подбежит ко мне. Он схватил меня за руку и мы побежали прочь от дороги и домов. У нас было лишь пару секунд, мы успели преодолеть забор, отделявший парк и дорогу, как послышался скрежет металла и звук разбитого стекла. Очередной толчок сбил нас с ног и мы плашмя рухнули на землю, прикрывая голову руками. Я повернула голову так, чтобы видеть машины. В одну секунду наш транспорт взлетел вверх и перевернувшись на бок устремился обратно на землю. Мужчина-мотоциклист, пытался отползти в сторону, когда его байк взмыл в воздух, но не успел этого сделать. Я зажмурила глаза, и услышала истошные крики, а потом удар.
Все те, кто смог пережить роковую поездку, быстро шли вдоль дороги. Одна группка зашла в метро, другая в аптеку. Я потянулась к карману, в котором лежал мобильный, но не успела его разблокировать, как раздался звонок.
– Мама? – закричала я. – Мам, как ты?
– Солнышко, ты в порядке? Я видела новости, у вас такие сильные толчки.
– Все в порядке, я с папой, мы идем к домику.
– Идете? А где машина?
Раздалась неловкая пауза.
– Мам, здесь какой-то ад. Мы ехали из города, а потом новый толчок, наша машина подлетела и уже не сможет поехать.
– Боже мой, – мама вскрикнула. – Как отец, все нормально?
– Да, да. Мам, как ты? Что у тебя?
– У нас небольшие толчки, я сейчас на улице со своей группой. Никого не эвакуируют, мы просто вышли посмотреть, что происходит.
– Пожалуйста, будь осторожна. Прошу тебя. Не подходи к высоким зданиям и держись подальше от окон и витрин, – протараторила я.
– Милая, все будет хорошо. Это вы будьте осторожны. Сразу мне позвоните, когда придете в дом. Берегите друг друга.
– Хорошо, я позвоню, обещаю. Только держи телефон рядом.
– Он в кармане. Целую, милая, держитесь, – сказала мама и отключилась.
Отец вопросительно посмотрел на меня, и я впервые заметила морщинки на его безупречном лице.
– У нее все хорошо, толчки маленькие.
– Хоть бы такими и оставались.
Я не смогла больше сказать и слова, первый раз я видела такую грусть в глазах отца. Первый раз я видела в нем уже взрослого мужчину, а не хорошего друга, который любил со мной побегать вечерами под молодежные песни. Я подумала, что если бы не эти землетрясения, то никогда бы не разглядела таких беспокойных чувств в нем.
Я запихнула телефон в карман и почувствовала, как земля тихо вибрирует. Следующий толчок возник внезапно и сразу повсюду. Везде раздались сигнализации автомобилей и крики испуганных людей. Я полетела вниз и приземлилась на руки. Но мои предположения, что толчок продлится всего несколько секунд, не оправдались. Мне казалось, что меня крутит целую вечность. Казалось, будто этот толчок никогда не закончится, все вокруг начало бешено вертеться, голова закружилась, я попыталась справиться с тошнотой. С каждой секундой в ушах возрастал гул, не позволяющий даже услышать свои мысли. Я вцепилась руками в траву и зажмурила глаза. Качка продолжалась целую вечность, я уже перестала чувствовать землю и свое тело, будто моя душа не выдержала и выскочила из тела. Когда я попыталась позвать отца, почувствовала бешеную усталость и, не открывая глаз, провалилась в бессознательный сон.
– Глава 2-
Не могу с точностью сказать, сколько времени я была без сознания, но когда я очнулась, то обнаружила, что лежу все так же на траве. Более того, все люди, окружавшие меня ранее, лежали там же. Кто-то приходил в себя, кто-то не подавал никаких признаков жизни. Я постаралась сесть, хотя голова продолжала кружиться, и мне казалось, что я могу в любую секунду снова отключиться. Возле меня лежал отец, он уже пришел в себя, но лежал тихо, не двигаясь. Я быстро подползла к нему, не обращая внимания на плохое самочувствие.
– Папа, как ты? – спросила я.
– Кажется, не только я потерял сознание, – констатировал отец, оглядываясь. – А ты как? Выглядишь вроде нормально.
– Порядок, просто голова кружится.
– Простите….
Я едва не подскочила, когда чья-то рука легла мне на плечо. Обернувшись, я уставилась на пожилую женщину лет шестидесяти. Ее седые волосы были перепачканы грязью, кое-где торчали травинки. Я заметила, что над бровью женщины глубокий порез и кровь заливала половину лица.
– Простите, у вас нет пластыря или бинта? Боюсь, что попадет грязь, – незнакомка дотронулась до раны на лбу.
– К сожалению нет, – ответила я, проверяя карманы.
– Спрошу других, извините.
С этими словами женщина медленно пошла дальше, держась за невидимые перила. Я смотрела ей вслед, пока голос отца не вывел меня из моих мыслей.
– Мы не знаем, когда еще будут толчки. Нам нужно добраться до убежища, – тут отец выругался. – Ключ от домика в машине, в бардачке.
Не вставая с земли, я повернулась к главной дороге, оценивая масштабы бедствия. Конечно, машины все были навалены кучами, но наша была у самого края, поэтому она лишь завалилась на ограждение. Если хорошенько постараться, то можно добраться до бардачка.
– Я принесу, – сказала я, поднимаясь на ноги.
Отец вскочил раньше и помог мне встать. Странно, ведь я думала, что это мне нужно помогать ему. Но, как оказалось, мой папа не только силен духом, но и телом. Я знала, что ему нисколько не лучше, чем мне, но, не смотря на это, он представал передо мной непобедимым и бесстрашным.
Мы потихоньку дошли до нашей машины, стараясь не смотреть под нее, где теперь уже был похоронен байк с его водителем. Оглядевшись по сторонам, я перелезла через дорожное ограждение и подошла к машине. Через секунду отец стоял рядом.
– Ну, надобности выбивать стекла нет, – заключил он.
Машина была похожа скорее на сваленную кучу металла, чем на что-то, что могло ездить. Я просунула руку в окно, но не дотянулась даже до руля. Крыша машины была вдавлена в салон, поэтому места было мало, тогда я присела на край окна и совершила попытку номер два. Я пыталась нашарить рукой руль, от которого уже смогла бы дотянуться до бардачка. Пришлось немного заползти в салон, и наконец-то мои попытки увенчались успехом. Я вылезла наружу и показала отцу ключи.
– Умница, я бы не дотянулся, – папа забрал у меня ключи и мы пробрались сквозь поток машин на другую сторону улицы.
Мы шли в молчании минут двадцать, когда я все-таки решилась заговорить, но папа меня перебил.
– Айвис, я хочу, чтобы ты знала, что мы выберемся – это само собой. Но знай, что с мамой тоже все будет в порядке.
Я была готова расплакаться и обнять отца за такие слова. С той самой секунды, как начались первые толчки, я не переставала думать о маме. Каждый раз, когда землю сотрясали новые удары, я думала о том, что ничего уже не будет, как раньше. Я думала, что мы выберемся, а она не сможет. Или что она приедет сюда в наших поисках, а мы будем лежать под грудой камней. Я была очень благодарна отцу за эти слова, я должна была услышать их.
– Спасибо, пап!
– Все наладится.
Везде были толпы людей, и я решила, что будет безопаснее идти где-то подальше от них. Мало ли о чем сейчас все думают. Хоть у нас и нет сумок с едой, водой и медикаментами, на нас все равно могли напасть. Я видела, на что способны люди от отчаяния, и никак не хотела подвергать нас опасности. День медленно клонился к вечеру, откуда-то поднялся сильный ветер и буквально сбивал с ног. Я решила, что может начаться сильный ливень, однако спустя пять минут в город вновь вернулась летняя погода. Не могу сказать с точностью, сколько мы шли, но время словно остановилось. Я смотрела по сторонам и не могла поверить своим глазам. Словно кадры из фильма-катастрофы ожили и пугают мирных граждан. Повсюду разбитые машины, выбитые витрины магазинов, какие-то куски бытовой техники. Мы прошли еще пару кварталов, когда толчки вновь сотрясали землю.
– Айвис, за мной!
Отец вывел меня обратно к дороге и велел прижаться к зданию. Я посмотрела наверх. Это был небольшой дом, около пяти этажей, было сразу видно, что здание стоит здесь уже очень давно. А раз его еще не снесли и не поставили какой-то деловой центр, значит постройка крепкая. Я вжалась в стену, будто была уверена, что смогу просочиться сквозь нее, отец стоял рядом. Какие-то незнакомые люди последовали нашему примеру. Земля покачнулась и отовсюду вновь раздались крики.
Толчки были сильными, я кое-как стояла на ногах, казалось, будто асфальт сейчас треснет и просто расколется. И тут нас тряхануло так сильно, что никто не смог удержаться. Люди падали на колени, закрывая головы руками. Я видела, как все вокруг в ужасе пытаются хоть как-то двигаться, но словно большой магнит не отпускал их ни на сантиметр от земли. Небоскребы раскачивались из стороны в сторону, грозясь вот-вот рухнуть. Я думала лишь о том, что все успели убежать от того места. И словно по чьему-то щелчку одно из зданий начало падать. Но это не было похоже на ту компьютерную графику в фильмах, здание не оседало, фундамент не уходил под землю: все началось с верхних этажей. Они медленно съезжали со своих мест и с немыслимой скоростью летели вниз. У выживших, находящихся внизу, не было шанса успеть спрятаться.
– Господи, что ты делаешь? – закричала незнакомая женщина, поднимая руки к небу.
– Вы шутите?! Его нет! Разве он бы допустил такой хаос? – запротестовал мужчина.
– Это могут быть проделки дьявола, бог не успевает спасти всех!
– Дамочка, Вы с ума сошли! – заорал мужчина и стукнул кулаком по земле, от чего сразу поморщился.
Я пыталась отвлечься от реального мира, чтобы не слышать эти крики, но даже привычная процедура пения про себя, не помогла. Голоса смешались, и были похожи на обычный гул, который заставляет тебя зажимать уши и падать на колени от бессилия.
– Хватит, – не выдержала я. – Сколько можно?!
– Айвис, – отец пытался успокоить меня.
– Они ведут себя как идиоты. Если хочется кого-то винить, то себя! Может это вы разгневали мать природу, Землю или кого там еще, а теперь они все объединились и пытаются угробить нас! А вы орете, как малые дети, чего вы этим добьетесь?!
Я не дала никому ответить.
– Нужно убираться отсюда подальше, ясно?
Очередной толчок словно поддержал мою идею. Еще три этажа небоскреба с грохотом полетели вниз. Кто-то истошно завопил. Конечно, я верила в бога, верила в дьявола. Я верила во всевозможные силы, но сейчас, когда наш город превращался в руины, мне не хотелось даже думать о том, кто все начал, а кто не помогает людям. Может быть, моя идея не лишена смысла, и Земля просто пытается очистить себя, а может это бред. В любом случае, сидеть здесь и спорить кто прав, а кто нет – самая дурацкая идея. Население нашего города с каждой секундой становилось все меньше и я даже не хотела думать о том, что может произойти с остальной частью земли. Надежда шептала мне, что в других уголках мира все хорошо и там даже не слышали об этих аномальных сейсмических активностях. Но с каждой секундой эта надежда и вера медленно угасали, я думала лишь о том, что возможно за пределами нашего города уже ничего нет. Мертвый мир, канувший в лету.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?