Текст книги "Третий курс"
![](/books_files/covers/thumbs_240/tretiy-kurs-98996.jpg)
Автор книги: Денис Кащеев
Жанр: Космическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
8
За неделю до матча с командой Глеба Голицын пребывал в весьма благодушном настроении: к первой игре сезона его «Альфа-Балласт» подходила во всеоружии. Основной состав определился окончательно: сам Иван, Смирнов-Маленький, Линь Вэньтянь, Бо Шаофань, Патрик Мак Мерфи и Рауль Гальтиери. В ближайшем резерве маячили Терри Лайн и, как это ни покажется странным, Хирото Танака – летал японец по-прежнему ни шатко ни валко, но, бросаясь в бой с отчаянием камикадзе, в каждом эпизоде отрабатывал на двести процентов: вот, кажется, все уже, отыгран защитничек, но в последний момент извернется, как-то нелепо взбрыкнет – и мяч выбит. А то, что потом со всей дури впечатается затылком в дужку шлюза – так нападающему противника от этого уже не легче: комбинация сорвана, снаряд потерян. Если бы Хирото еще правила пореже нарушал – выходить ему в стартовой пятерке, но тут уж Танака ничего не мог с собой поделать: оборотная сторона безграничной жажды борьбы, помноженной на зияющие провалы в базовой технике, восполнить которые за неполный месяц невозможно, хоть в лепешку расшибись на тренировке.
Каждый назначенный за его фолы штрафной бросок Хирото переживал страшно, так что Голицын всерьез опасался: случись такое в официальном матче – недалеко будет и до сэппуку – или как там них, у самураев, это безобразие называется?
Впрочем, на пути Танаки в стартовый состав стояли не соображения абстрактного гуманизма, а отличная игра игроков основы. Некоторую рассогласованность действий пары Иванов с китайской двойкой, а всех четверых – с любым пятым так до конца преодолеть и не удалось, но в некотором смысле Голицыну даже удалось обратить этот недостаток на пользу команде. Потратив почти полностью две суточные вахты, Иван разработал полтора десятка атакующих схем, в которых основное взаимодействие строилось попарно между ним и Маленьким и Бо и Линем соответственно, а переход снаряда от россиян к китайцам и обратно вносил в комбинацию тщательно просчитанную аритмию, способную запутать любого противника. А уж подключение к атаке Рауля или Патрика, большую часть времени отрабатывавших в защите, и вовсе должно было поставить соперников в тупик: данный ход планировалось применять нечасто, но в его эффективности Голицын не сомневался.
При всем при этом Иван прекрасно понимал, что противники готовятся не менее тщательно, что капитанский опыт Глеба, не говоря уже об Эмме, значительно богаче его собственного, и что легкой прогулки от предстоящих матчей ожидать никак не приходится. Но соперник на то и соперник, его подготовка – это его дело. А сейчас Голицын смотрел на свою, собственными руками созданную команду, и то, что он видел, ему весьма нравилось. За оставшиеся до игры с трубочистами две полноценные тренировки предстояло довести сие творение до подлинного совершенства.
Слегка косясь в сторону выходящей из душа Бо Шаофань – китаяночка обернула вокруг тела пушистое белое полотенце, но то ли оно оказалось узковато, то ли так и было задумано – посмотреть там определенно было на что – Иван, уже одетый по форме, принялся аккуратно складывать свой зеленый К-комбинезон. С противоположного конца раздевалки к нему подошел Маленький.
– Ну, что скажешь? – поинтересовался он.
– Насчет чего? – не понял Голицын.
– Ну, не насчет Бо же! – проследил взгляд своего капитана Смирнов. – Хотя согласен, тема более чем достойная… Но я о наших шансах против трубочистов.
– Я почему-то так сразу и подумал, – пробормотал Иван, торопливо отводя глаза от как раз принявшейся вытирать свои длинные черные как смоль волосы Шаофань. – Шансы… Скажу так: если сыграем так, как умеем, – например, как последние пятнадцать минут сегодня – даже не представляю, что Соколов со своими соколятами сможет нам противопоставить. Глеб с Леркой, конечно, мастера классные, но их защиту мы просто порвем, как тузик грелку… Это если покажем все, на что способны! – поспешно добавил Голицын. – А стоит расслабиться хоть на минуту… Не мне тебе напоминать прошлогоднюю игру со «Свободой»! – в отличие от Ивана, Маленький был непосредственным участником того злополучного матча с американцами. – Тогда тоже думали, что закатаем пиндосов в асфальт, как детей, а в итоге как все обернулось?!
– Это понятно, – охотно кивнул Смирнов. – Расслабляться нельзя ни в коем случае. Но чую, трубочистам через неделю придется нелегко!
– Пусть это их заботит! – заявил Голицын. – Наша задача – сыграть в свою игру.
– Согласен, – подтвердил Маленький. – Ну что, вроде все готовы?
– Как все, а… – Иван обернулся в сторону китаянки: Бо Шаофань, уже в синем повседневном комбинезоне, как раз направлялась к ним. Когда она только успела? – Да, ты прав, – проговорил Голицын. – Двинули!
Вернувшись на «Альфу», Иван, как положено, доложил о прибытии вахтенному офицеру – сегодня в этой роли выступала Эмма. Маклеуд явно была чем-то озабочена – выслушав Голицына, пробубнила дежурное «Добро пожаловать на борт, од-ин» и отрубила связь прежде, чем Иван успел поинтересоваться, заскочит ли она к ним с Глебом в кают-компанию на ужин. Но даже это не могло сегодня испортить Голицыну настроение. Чем там особо заниматься, на вахте-то? Тоже, небось, сидит, атакующие схемы рисует… Ладно, дорогуша, твоя очередь еще придет, сейчас у нас трубочисты на повестке дня!..
Поднимаясь на родную батарейную палубу, Иван немного приотстал от остальных: ужин у матросов начинался на полчаса раньше, и те, весело переговариваясь, унеслись вперед, ему же спешить было особо некуда. Однако, повернув в коридор, ведущий к своей каюте, Голицын заметил у двери троих ожидающих его второкурсников. Слегка удивившись, Иван ускорил шаг. Еще более его удивление возросло, когда он понял, кто именно стоит в коридоре.
– Альгер! – торжественно, но недружно приветствовали Голицына матросы: Рут Андерсон, араб Абдель ас-Саляль и смуглянка Хампи Капур из индийской делегации.
– Альгер! – отсалютовал Иван, недоумевая, что привело курсантов из подразделений Эммы и Глеба – а индианка, кажется, так и вовсе с «Беты» – на его батарейную палубу.
– Прибыли в ваше распоряжение, од-ин! – сообщила тем временем Рут, только окончательно все запутывая.
– Э… А зачем? – растерянно спросил Голицын.
– Согласно приказу Начальника Школы нарда Орна переведены в силовое подразделение корвета «Альфа», од-ин! – доложил ас-Саляль.
– Да ладно, – отмахнулся Иван. – Шутка, да? У меня в подразделении полный комплект!
– Никаких шуток, од-ин! – с самым серьезным выражением лица заявил араб.
– Мы полагали, вы в курсе, од-ин, – с оттенком упрека в голосе добавила Хампи Капур.
Да, тут она права: командир обязан быть в курсе всего. Или по крайней мере производить соответствующее впечатление.
– Одну минуту, курсанты, – проговорил Голицын, отпирая дверь каюты. – Сейчас разберемся. Подождите здесь…
Стол. Компьютер. Разворачивая экран, Иван прикидывал в уме, что делать, если все это и впрямь окажется всерьез. У него в кубрике и коек-то свободных нет! Точнее есть – но всего одна… Мелькнула озорная мысль, что хочешь не хочешь – придется Рут и Хампи разместить в своей каюте, Голицын даже огляделся, подыскивая место для двух дополнительных коек. Не нашел. Ну, разве что вторым-третьим ярусом, как у матросов… Ага, вот оно: непрочитанное сообщение в почте! Сейчас все выясним…
Гм, действительно приказ нарда Орна. Точнее не весь приказ, только выписка. Так, что у нас тут?.. Перевести… курсанта ас-Саляля из технического подразделение в силовое… Курсанта Андерсон… Курсанта Купур… Надо же, не наврали! Так, это еще не все… Перевести… Что? ЧТО?!
– Не понял… – пробормотал Иван.
Первая мысль: так, а вот и они, свободные койки! Вторая: погодите, а как же матч?! Через неделю же играть! Третья: не зря говорят: если у вас третий день хорошее настроение, значит, от вас что-то скрывают…
Голицын еще раз пробежал глазами текст приказа. Этого не может быть… Просто не может быть! «Перевести курсанта Шаофань из силового подразделения в навигационное в распоряжение од-ина Маклеуд, курсанта Мак Мерфи из силового подразделения в техническое в распоряжение од-ина Соколова… Курсанта Смирнова из силового подразделения в навигационное подразделение второй очереди Полигона в распоряжение од-ина Мазовецки…» Они там что, с ума все посходили?! Какой еще, к лешему, Мазовецки?!
Захлопнув экран компьютера, Иван опрометью бросился к двери каюты. Надо что-то делать! Он этого так не оставит!
– Од-ин? – встретил его в коридоре ас-Саляль.
– Стойте тут, никуда не уходите! – бросил на бегу Голицын.
– Что все это значит?! – вскричал Иван, буквально врываясь в рубку.
– Ты про перевод матросов? – повернулась вместе с креслом ему навстречу Эмма.
– Нет, блин, про урожай зерновых в Нечерноземье! Про этот чертов перевод, про что же еще?!
– Приказ нарда Орна, – пожала плечами Маклеуд. – Нас предупреждали, что распределение по подразделениям носит предварительный характер, возможны еще какие-то изменения. Вот они и произошли – изменения в смысле.
– Но почему?!
– А я-то откуда знаю? Ну, допустим, с Андерсон все понятно – не стать ей навигатором, это сразу было ясно. Но вот Ракеша Баччана почему у меня забрали – ума не приложу! Сильнее него у нас только Майкл Мейер был, но нет: перекинули к Соколову!
– А у меня к нему Мак Мерфи перевели… Бо Шаофань к тебе – ты, наверное, знаешь…
Эмма кивнула.
– И главное: Маленького!.. Смирнова то есть… Вообще на «Бету» отправили!
– Сочувствую, – произнесла Маклеуд, без особых, впрочем, эмоций.
– А через неделю – уже первая игра! – жалобным тоном проговорил Голицын.
– Вдвойне сочувствую! – на этот раз голос Эммы звучал уже куда искреннее. – У меня у самой с уходом Андерсон ударная атакующая связка распалась. Кстати, если уж на то пошло, тут тебе повезло: Рут – ценный игрок!
– Повезло?! – взвился Иван. – Маленький, Шаофань, Мак Мерфи – это повезло?! Да у меня на них вся игра строилась!
– Согласна, обидно. Но, боюсь, сыгранность команд по криску – последнее, что учитывает Администрация Школы, формируя подразделения.
– А стоило бы учитывать! – воскликнул Голицын.
– Можешь им подсказать.
– И подскажу! – Иван рванулся к экрану видеосвязи.
– Э, нет! – решительным жестом остановила его Маклеуд. – Не через официальный канал! Или не в мою вахту!
– Боишься разделить ответственность… од-ин? – ехидно поинтересовался Голицын, тем не менее, останавливаясь.
– Ответственность? – хмыкнула девушка. – Нет, не боюсь… од-ин. А вот идиотом, оспаривающим приказ командования, выглядеть не хочу. Чего ты надеешься добиться? Отмены перевода? По мотивам интересов команды по криску?
– Не только по этим…
– Хорошо, по каким еще?
– Ну… – замялся Иван.
– Вот видишь! Самому-то не смешно? Ничего ты не добьешься!
– Не добьюсь – так хоть выскажу им все, что о них думаю! – упрямился Голицын.
– А толку? Никакого – кроме вреда! Охота выговориться – выскажи лучше мне. Да, собственно, ты этим тут и занимаешься… Легче стало? И не станет!
Иван не нашел, что ответить.
– Никто и не обещал, что будет легко, Ваня, – поднявшись из кресла, Эмма подошла к нему и заглянула в глаза. – Думаешь, я не расстроилась? Думаешь, Соколов прыгает от счастья, что заполучил твоего Мак Мерфи? А матросы – считаешь, они рады? Особенно те, кого с корабля на корабль перекинули?
– Вот я и предлагаю отыграть назад… – пролепетал Голицын.
– Нет пути назад, Ваня.
– Но это нечестно! Несправедливо!
– Скажи еще: «Я так не играю!» Жизнь – вообще штука не очень справедливая.
Несколько секунд они молчали, замерев друг напротив друга посреди рубки.
– Ладно, пойду я… – пробормотал затем Иван. – Меня там матросы ждут… А у них ужин вот-вот закончится…
– Иди, – кивнула Эмма, улыбнувшись одними уголками губ. – Увидимся в кают-компании через полчаса!
9
Первая же тренировка в новом составе подтвердила самые мрачные ожидания Ивана. Случись в Школе конкурс на худшего игрока в криск – его новички Абдель ас-Саляль и Хампи Капур уверенно претендовали бы на победу, оставив далеко позади даже грека Ксахакоса. Рут Андерсон индивидуально была довольно сильна и в перспективе, вероятно, могла бы играть не хуже Бо Шаофань, но времени на встраивание американки в наработанные схемы решительно не было.
Да и сами эти схемы, заточенные под совершенно иных исполнителей, более не годились. В защите многострадальный Танака еще как-то мог заменить выбывшего Мак Мерфи, но роли, отведенные Маленькому и Бо Шаофань, Рут и Терри Лайну оказались не по плечу. Неудачей закончилась и попытка Ивана объединить американцев в атакующий тандем – на поле парочка почему-то в упор друг друга не видела.
От ощущения совершеннейшей безысходности у Голицына буквально слезы наворачивались на глаза, а мяч начинал валиться из рук. Нервозность капитана тут же передалась команде: потеря следовала за потерей, промах за промахом. В конце концов, махнув рукой, Иван за добрую четверть часа до срока прервал тренировку. Угрюмое молчание, грозовой тучей повисшее в раздевалке, было красноречивее любых слов.
– Разрешите, од-ин?
Иван поднял голову: в дверях его каюты стоял аргентинец Гальтиери.
– Входи, Рауль, – рассеянно кивнул Голицын. – Присаживайся.
– Благодарю, од-ин, – предпочел остаться на ногах курсант.
– Садись-садись, в ногах правды нет, – замахал рукой Иван.
– То есть правда – в том месте, на котором сидим? – усмехнулся Гальтиери, тем не менее опускаясь этим самым местом на круглый жесткий табурет.
– Боюсь, что и там ее не слишком много, – невесело улыбнулся Голицын. – Ладно, вываливай, с чем пожаловал – через пятнадцать минут тренировка, – вопреки обыкновению, мысль о криске не вызывала у него ни малейшего энтузиазма.
– Так точно, од-ин, – вновь перешел на официальный тон Рауль. – Тренировка. Последняя тренировка перед завтрашней игрой.
– Я знаком с нашим расписанием, – поморщился Иван. – Ближе к делу.
– Ближе к делу, – кивнул курсант. – Как вы считаете, од-ин, у нас есть шансы на победу?
Слегка прищурившись, Голицын смерил собеседника долгим взглядом.
– Шансы на победу… – медленно проговорил он. – Игрока, который заявит мне перед матчем, что у нас нет ни одного шанса на победу, я немедленно выведу из команды. Нельзя выходить на игру с мыслью, что ты уже проиграл… Поэтому отвечу так: шансы у нас есть. Но с такой игрой, как у нас сейчас… Честно признаюсь, даже и не знаю, что такого должно произойти, чтобы эти шансы реализовались во что-то более или менее существенное. Чтобы забивать голы, надо хоть иногда приближаться со снарядом к воротам противника. А как это сделаешь, если любая комбинация обрывается после второй-третьей передачи? И это – на тренировке, без сопротивления!
– Есть еще штрафные, – напомнил Рауль. – Их мы бьем неплохо.
– Штрафной еще надо заработать! А с нашими фееричными атаками…
– Согласен, од-ин, – кивнул Гальтиери. – Собственно, с этими мыслями я к вам и пришел. Вы знаете, что такое катеначчо?
– Что-то японское, – пожал плечами Иван. – У Танаки спроси.
– Нет, од-ин. Само слово итальянское, в переводе означает «дверь, в которую невозможно пройти» или дословно «дверь на болтах». Так называется футбольная тактическая схема, которую придумал мой соотечественник, аргентинский тренер Эленио Эррера, когда в 60-х годах прошлого века он возглавлял итальянский «Интер».
– Игра от обороны, что ли?
– Не совсем. Не просто игра от обороны, а игра в глухой обороне. С жесткой персональной опекой, подстраховкой – так, чтобы противник просто увяз в объятиях нашей защиты.
С минуту Голицын размышлял.
– Не получится, – проговорил он, наконец. – Самим отдать инициативу – все равно что сразу подписать себе смертный приговор. Рано или поздно дожмут.
– Совсем не обязательно! – горячо воскликнул Рауль. – Трубочисты к такой игре просто окажутся не готовы! Пока разберутся, что к чему, пока перестроят собственную тактику… А там, если повезет, и время закончится.
– Ну, закончится – и что? В криске ничьих не бывает… В нашем криске, по крайней мере, – добавил Иван, вспомнив злополучный прошлогодний матч по ранольским правилам.
– А нам только до пенальти… ну, в смысле до штрафных бросков дотянуть! А там уже сыгранность не важна!
– Там сыгранность не важна… – задумчиво повторил Голицын. – Ты знаешь, – вскинул он голову, – пожалуй, что-то во всем этом есть. Встать стеной у своих ворот, набрать битков… Определенно что-то в этом есть!
– А я что говорю! – обрадовался Рауль.
– Ломать – не строить, – продолжал между тем рассуждать Иван. – Если заранее отказаться от цели забить самим, тупо играть на отбой… И еще подстраховка… Подстраховку, конечно, придется отработать… Пошли! – вскочил он внезапно.
– Куда? – растерялся от неожиданности Гальтиери.
– В криск-зал – куда же еще?! Разучивать это твое капучино.
Команда технического подразделения «Альфы» носила гордое имя «Динамо». Помнится, первым вопросом, возникшим у Голицына, когда он об этом узнал, было: «А почему, к примеру, не «Спартак»?»
– При чем тут «Спартак»? – удивился Глеб. – «Динамо-машина» – слыхал? Отличное название для команды механиков и мотористов!
– И прочих трубочистов, – едва слышно проговорил Иван. – А иностранцы не возражали? – добавил он уже громче.
– У нас же в команде трое русских, – рассмеялся Соколов, – я, Лерка и Серега. Так что все демократично – большинством голосов!
К-комбинезоны у «динамовцев» были красные, «варяговские». Помимо тройки россиян, их сегодня надели австралиец Джим Лонг, англичанин Гарри – фамилия британца как-то вылетела у Голицына из головы – и китаец, имени которого Иван и вовсе не знал. Патрик Мак Мерфи не попал в команду Глеба даже запасным.
Ухватившись рукой за дужку шлюза – хорошим тоном считалось просто висеть рядом, ни за что не держась, но Голицыну сейчас было не до выпендрежа – Иван обвел взглядом свою замершую возле медленно закрывающихся ворот дружину: Линь Вэньтянь, Рауль, Танака – японец нацепил на голову белую повязку с какими-то замысловатыми иероглифами и красным диском восходящего солнца, Рут Андерсон и Терри Лайн – американец начнет матч в запасе. Остальные – в обороне.
– Запасным игрокам отойти за ворота! – распорядился между тем судья. – Начинаю отсчет! До начала матча шесть секунд… пять секунд… четыре… три… две… одна…
Взвыла сирена, и четверо игроков «Динамо» веером понеслись к центру поля. От ворот же «Балласта» стартовали лишь двое – Линь и Рут – причем целью их явно был не черный снаряд, а дрейфующие по обе стороны от него битки. Тем временем Голицын, Танака и Гальтиери рассыпались по стенам, занимая позицию для обороны.
Не встретив сопротивления, «динамовцы» завладели снарядом и тут же организовали первую атаку. Мчавшийся по центру Глеб отпасовал Лере, та почти тотчас же вернула черный мяч Соколову – и вот уже тот переправлен на противоположный фланг, где тенью скользит Джим Лонг. Австралиец отталкивается ногами от стены и устремляется к воротам. Навстречу ему, издав истошный самурайский клич, бросается Танака, но игрок в красной форме, подпустив соперника почти вплотную, изящным движением руки переправляет снаряд в центр – на налетающего капитана. Глеб ловко подхватил мяч кончиками пальцев, укрывая спиной от шального битка, – и в этот самый момент пронесшийся мимо Иван ударом кулака выбил снаряд далеко в поле.
Недовольно крякнув, обезоруженный Соколов вывалился к воротам «Балласта», едва избежав столкновения с дужкой шлюза. На какой-то момент он, так же как и Лера, и едва разминувшийся с Танакой Джим Лонг оказались отрезаны от своих тылов, но вместо быстрой контратаки «три на два» игроки в зеленой форме принялись торопливо собирать свободные битки.
Слегка обескураженные странной тактикой противника «динамовцы» поспешно вернулись на свою половину поля и после короткого совещания вновь пошли в наступление. Глеб летел теперь рядом с Лерой, на другом фланге также парой шли Фадеев и Лонг. Мощное атакующее построение, призванное запутать игроков обороны и вывести на ударную позицию неожиданно выскочившего из-за спин товарищей защитника. При этом, разумеется, кто-то из форвардов должен быстро отойти назад, страхуя партнеров.
Хорошая, надежная схема – вот только не рассчитанная на ситуацию, когда в руках противника восемь из десяти битков.
Залп – и Соколов с Боголюбовой словно наткнулись на твердую стену. Снаряд, правда, успел подхватить Джим Лонг – подхватить и даже переправить на свободное место по центру, куда и должен был врываться подключившийся к атаке защитник. Должен был, но не успел, нарвавшись грудью на биток Вэньтяня. Еще один биток – по сути, уже лишний – придал дополнительное ускорение Фадееву, и без того уже на всех парах мчащемуся к своим воротам.
И снова все по новой: «динамовцы» – за снарядом, «Балласт» – собирать битки.
На этот раз им удалось захватить лишь шесть красно-коричневых мячей: четыре, улетевшие на противоположную половину поля, достались сопернику. Но очередную свою атаку «динамовцы», по сути, сорвали сами, допустив грубую ошибку при перестроении. Снаряд, миновав Леру, отскочил к Танаке, но японец, растерявшись, лишь проводил его взглядом, и Рауль, уже в борьбе, выбил черный мяч подальше от своих ворот.
Зато в течение следующей минуты «Динамо» имело две вернейшие возможности открыть счет. Сначала Соколов с Фадеевым, при помощи мелкого перепаса, последовательно оставив не у дел Рут и Линя, вышли на одного Танаку, но тот каким-то чудом, по-вратарски вытянувшись в струну, отвел в сторону уже готовый было поразить кольцо снаряд, а затем Боголюбова, обманув Рауля, получила мяч перед никем не прикрытым шлюзом, но вовремя оказавшийся у нее за спиной Иван, действуя на грани фола, бросок накрыл. Мяч подобрала Андерсон и отпасовала Гальтиери, тот – Вэньтяню, однако не слишком точно: едва дотянувшись, китаец сумел лишь перевести снаряд на половину поля противника. Преследовать его игроки в зеленой форме, как водится, не стали.
В этом ключе шла игра и дальше: «Динамо» отчаянно наседало, изобретая все новые и новые хитроумные атакующие ходы, «Балласт» отбивался, и отбивался успешно: несмотря на подавляющее территориальное преимущество, поразить хотя бы один шлюз противника команде Глеба Соколова никак не удавалось. Однако с каждой минутой давление на ворота «зеленых» нарастало. В какой-то момент у «динамовцев» получилось закрутить на половине поля соперника карусель, достойную лучших классических образцов. Снаряд метался по полю черной молнией, все битки были защитой растрачены. К воротам «Балласта» откуда-то сбоку устремилась Лера – пока без мяча, но Иван был уверен: в нужный момент тот у нее непременно появится. Голицын бросился наперерез, но в следующее мгновение между ним и Боголюбовой откуда ни возьмись возник Глеб. Заслон был поставлен по всем правилам: Иван едва успел сгруппироваться, столкнувшись с Соколовым плечом в плечо. Голицына развернуло – и в этот момент сзади последовал еще один удар – вероятно, срикошетил пущенный кем-то биток. Закрутившись юлой, Иван полетел куда-то в сторону, каждую секунду ожидая столкновения со стеной, но та все не появлялась и не появлялась.
А тем временем Лера со снарядом в руке устремилась к воротам. Справа ее поддерживал Фадеев, слева – партнер-китаец. Единственным препятствием на их пути был широко расставивший руки Танака. Пару шлюзов он таким образом действительно худо-бедно прикрывал, но остальные четыре представляли из себя идеальные мишени. Боголюбова могла бросать сама, но позиции ее партнеров были еще лучше, поэтому, когда Фадеев крикнул «Дай!», Лера, не задумываясь, послала снаряд ему. Мяч лег игроку в красной форме точно в ладонь, Сергей замахнулся и аккуратно послал его в ближайшее кольцо.
Как Танака оказался на пути снаряда, не поняли, вероятно, ни Фадеев, ни Лера, ни сам японец. Но что бы ни послужило ему опорой, Хирото каким-то образом сумел оттолкнуться и прикрыть атакованный шлюз. Ударившись ему в грудь, черный мяч отскочил Танаке в колено, от него, получив дополнительное ускорение – в дужку соседнего кольца, и уже оттуда – в поле, где через считанные секунды оказался в руках всеми забытого, завершившего, наконец, свой головокружительный полет Ивана. В распоряжении Голицына было достаточно времени, чтобы спокойно прицелиться и без сопротивления послать снаряд в никем не защищенное кольцо соперника.
– Поражен шлюз номер один команды «Динамо»! – в полной тишине беспристрастно объявил судья. – Счет один – ноль в пользу команды «Альфа-Балласт»!
С минуту «динамовцы» пребывали в полном шоке: сначала почему-то никто не решался извлечь мяч из кольца, затем, когда, наконец, этот труд взяла на себя Лера, никак не могли разобраться, какую комбинацию начать, тупо передавая снаряд друг другу на своей половине поля и в итоге едва не упустив его. Не могли поверить в нежданно свалившуюся на них удачу и игроки «Балласта» – даже забыли собрать парящие вокруг битки, за что едва не поплатились: в следующей атаке, кое-как все-таки организованной «Динамо», счет вполне мог сравняться. Героем эпизода вновь стал Танака, отразивший мяч головой.
А вот через минуту он же стал и антигероем, нарушив правила против Леры – при том, что Боголюбова в тот момент даже и не угрожала воротам. Глеб со штрафного был точен: «один-один» и «до конца матча осталась одна минута».
– Все отлично, все по плану, – проговорил Иван – главным образом для расстроенного Танаки – доставая снаряд из кольца. – Последняя минута. Держим мяч. Они и сами не полезут, побоятся!
Но они полезли. Не успела возобновиться игра, как Голицына атаковал Фадеев. Иван отправил мяч Линю, но на китайца тут же бросился соотечественник-«динамовец». Вэньтянь, впрочем, не растерялся, переадресовав снаряд Раулю, к которому немедленно устремились сразу два игрока в красных комбинезонах.
Гальтиери затравленно оглянулся, ища пути к отступлению.
– Дай мне! – от противоположной стены стартовала Андерсон.
– Мне! – потребовал сзади Иван, но аргентинец уже послал мяч на ход Рут.
– Поддержите! – крикнула американка. Перед ней был всего один соперник.
– Нет! – яростно завопил Голицын. – Все назад!
Но увлеченный азартом девушки Линь уже рванулся вперед. Следом за ним бросился жаждущий реабилитироваться Танака.
– Рауль, битки! – крикнул Иван.
Между тем, сблизившись с защитником, Рут отправила снаряд китайцу. Передача вышла точной, но не менее точным оказался биток, угодивший в спину Линя почти в то же мгновение. Сбитый с курса Вэньтянь еще успел произвести бросок, но снаряд просвистел мимо цели, даже не задев дужку кольца. Секунда – и он в руках у стремительно вернувшегося в защиту Глеба. Еще секунда – и длинным пасом на Фадеева отрезан в центре зала Танака. Навстречу выдвинулся так и не добравшийся до битков Рауль – пройти его безоружного на скорости для «динамовцев» было делом техники. Оставшийся в одиночестве на последнем рубеже Иван уже ничего не смог сделать: Джим Лонг, получивший передачу от Леры, расстрелял шлюз в упор.
– Поражен шлюз номер четыре команды «Альфа-Балласт»! – разнеслось по залу. – Счет два – один в пользу команды «Динамо»! – и тут же. – Матч завершен! Со счетом «два – один» победу на первой стадии одержала команда «Динамо»!
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?