Читать книгу "Жестокие игры драконов. Академия Даркхолл. Часть вторая"

Я собиралась было спросить, что он имеет в виду, но услышала шаги за спиной. За шагами до нас донёсся запах Ливии, а следом – и её голос:

– Ваши две минуты давно прошли. Если не всё обсудили, продолжать будете при мне.

– Нет необходимости, – ответила я и пальцами зачесала волосы назад. – Можем возвращаться в общежитие. Чем быстрее мы сделаем твой доклад, тем быстрее сможем перейти к моему проекту.

– С чего ты взяла, что я буду заниматься с тобой твоим проектом?

– С того, что у меня тоже есть домашнее задание. Я и без того по твоей милости пропустила сегодня пары.

Я обернулась, и от моего внимания не укрылось, что Лив медленно выдохнула, сдерживая недовольство. После чего улыбнулась:

– Ты права. Займёмся твоим проектом после моего доклада.

Коннор, не прощаясь, уже уходил в сторону боевой арены и, скорее всего, даже не обратил внимание на то, как любезно Ливия ответила. Хотя эти слова наверняка предназначались в первую очередь ему.

Дождавшись, когда Рэйвен отойдёт достаточно далеко, я встала рядом с Ливией, скрестив руки на груди и глядя ему вслед. Спросила негромко:

– Пытаешься делать вид, что тебе на него плевать?

Лив фыркнула и пошла по тропинке в противоположную сторону, подёргивая меня за поводок.

Глава 7

Ужина вся академия ждала с нарастающим напряжением, потому что никто точно не знал, засчитано ему выполнение задание или нет, будет в еде противоядие или этот день станет последним. У меня так сильно урчало в животе, что я собиралась поесть, несмотря ни на что, даже если в ужине окажется очередная порция яда. Сидя в гостиной общежития Ливии и пытаясь сосредоточиться на выполнении домашних заданий, я краем уха слышала тихие разговоры, и меня поражало полное бездействие со стороны будущих боевых магов. Вместо того, чтобы начать возмущаться и искать какой-то выход из сложившейся ситуации, они просто сидели, держа в руках свои вещатели и ожидая сообщения от Хранителя Игры.

Но ни до ужина, ни после результатов так и не было. Возможно, никто никого не отравил, и в еде не было никакого противоядия, однако я заметила, что многие адепты делились друг с другом своими порциями, чтобы увеличить свои шансы на выживание.

Вместо того, чтобы поднять восстание и всем вместе пойти к ректору в поисках ответов.

И что-то мне подсказывало, что если я встану посреди столовой и начну призывать к действию, все, что мне достанется – очередное унизительное наказание. Никто не отправится требовать справедливости, потому что за те несколько лет, что Хранитель вел свои жестокие игры в стенах Даркхолла, все уже слишком привыкли жить по его правилам.

Я больше не сидела на полу. Лив пришлось потесниться, чтобы я могла поместиться рядом с ней, и это вызвало очередную волну насмешек среди доминант. Но я была слишком голодна, чтобы обращать на них внимание, а когда моя временная хозяйка молча вручила мне свою тарелку, где оставалась еще половина порции жаркого, за столом и вовсе стало тихо. Все знали, что Ливия одна из немногих справилась со своим заданием. И если Хранитель Игры каким-то образом не узнал, что все это время ошейник на мне не был активирован, то в ее ужине точно содержалось противоядие.

– Почему она? – спросила Сари, глядя на меня со смесью ненависти и презрения, будто это я заставила ее подругу поделиться со мной своей едой.

В ответ Ливия лишь тихо зарычала, выдохнув облачко едкого дыма, и на этом, кажется, тема была закрыта.

Так тихо, чтобы доминанты нас не услышали, я поблагодарила драконицу и, конечно, не стала отказываться от предложенного мне шанса. Но, видимо, противоядие, предназначенное для Ливии Мару, содержалось в каком-то другом блюде, потому что вечером, после заката, когда я уже избавилась от ненавистного ошейника и вернулась, наконец, в свою комнату, у меня заболел живот.

Вряд ли причина была в том, что я не ела весь день, а потом набила свой желудок до отказа. Мне и раньше доводилось это делать без особых последствий.

Сообщение, пришедшее на вещатель, лишь подтвердило мою догадку.

“К сожалению, вы не оправдали возложенных на вас ожиданий и с треском провалили задание. Ошейник нужно было не просто надеть и носить как украшение, он должен был быть активирован. Ни вы, ни Ливия Мару этого не сделали, лишив себя шанса получить противоядие. И в следующий раз знайте, что от меня ничего невозможно утаить. Я знаю обо всем, что происходит в академии”.

Я была права: этот мерзкий ублюдок действительно меня отравил. Но слова о том, что будет следующий раз, вселили в меня надежду. Значит, яд не смертельный. Однако ночь, скорее всего, мне предстояла беспокойная.

Кроме боли в животе у меня появилось головокружение. Боль, которую практически невозможно было игнорировать, пульсировала в висках, а во рту стало так сухо, будто я не пила как минимум неделю.

Я не стала ждать, когда мне станет хуже, и отправилась в лазарет, который находился в отдельном крыле административного корпуса. В вечернее время в здании горели лишь аварийные светильники, и я поймала себя на том, что зрение начало меня подводить. До входа в больничное крыло я добиралась практически наощупь, ругаясь сквозь плотно стиснутые зубы на Хранителя Игры и его нездоровую фантазию. По дороге, что удивительно, мне никто не встретился. Возможно, симптомы, заставившие меня забеспокоиться, проявились только у меня, и я зря запаниковала. Но отрицать мое ухудшающееся самочувствие было глупо и безответственно, и я уверенно постучала в дверь дежурного лекаря.

Наверное, богиня впервые улыбнулась мне с тех пор, как я поступила в академию Даркхолл, потому что в полутемной приемной меня встретил мистер Реми.

– Мисс Мариса? – удивился он и бросил взгляд на круглые часы, что висели над дверью. – Боюсь даже спрашивать, что привело вас ко мне в столь поздний час.

– Не то, о чем вы могли подумать, – слабо усмехнулась я. В противоположном конце кабинета был большой шкаф с лекарствами и, возможно, среди них было то, что спасет меня от отравления.

– Так что случилось? – лекарь потер сонные глаза, и на его лбу появилась хмурая складочка. – Вы ранены?

– Можно и так сказать, – призналась я, чувствуя себя неловко. – Кажется, съела что-то не то за ужином, и теперь мне плохо.

Взгляд мистера Реми стал совсем обеспокоенным.

– В чем это проявляется? – спросил он тихо и, не спросив разрешения, взял меня за руку, чтобы пощупать пульс. Я и сама чувствовала, как мое сердце ускорилось, будто его кто-то подгонял. Тело бил озноб, а боль в голове стала практически невыносимой. – Давайте пройдем в смотровую, вам надо лечь.

Но прежде, чем мы успели выйти из кабинета, в коридоре раздался новый голос.

– Помогите, – тихо простонал кто-то. – Пожалуйста. Меня отравили.

– Это ещё кто, – пробормотал лекарь себе под нос.

– Здесь есть кто-нибудь? – снова послышался голос, и тут я осознала, что он принадлежал Тали!

Доктор Реми распахнул дверь, выглянул в коридор и почти сразу выбежал, оставив приёмную открытой.

– Мисс, – говорил он в темноте коридора. – Мисс, вы меня слышите? Смотрите на меня. Мисс!

Превозмогая боль, я вышла из приёмной и увидела, как доктор берёт на руки небольшую, расслабленную фигурку Тали. У меня сжалось сердце. Неужели это из-за яда, который дал ей Хранитель? Неужели он настолько псих, что дал нам что-то настолько сильнодействующее? И при этом настолько незаметное, что даже безопасники старших курсов, которые не только на запах и вкус опознают яды, но даже иммунны к некоторым из них, ничего не почувствовали.

– За мной, – бросил мне доктор и вошёл в одну из дверей. Свет зажёгся мгновенно, освещая палату с шестью койками.

Уложив на одну из них Тали, мистер Реми велел мне устраиваться на любую свободную и приступил к осмотру. Подкатил к кровати Тали сложный медицинский артефакт с множеством лампочек и рычажков, соединил его линиями силы с тяжело дышащей драконицей. Несколько мгновений наблюдал за лампочками, а потом, прикрыв глаза, начал водить ладонью над её телом, надолго останавливаясь то над одним органом, то над другим.