Читать книгу "Тропой демиурга"

– Ну, ты не очень-то сопротивлялась, если не считать отдавленную ногу и распухшее ухо… Ну и синяк, да. Синяк под царственным глазом!

– Милый, но я же потом реабилитировалась: спустила вниз с твоего царственного подоконника двух нахалок, которые посмели посягнуть на твою честь! К слову, Алла была уже третьей!

– Любимая, я потому и вынужден был похитить тебя, эти придворные девицы не давали мне покоя в своем стремлении стать королевами, а кто бы защитил меня лучше тебя!

– А увидев, что все настолько серьезно, я не задумываясь приняла твое предложение руки и сердца, ведь я всегда была самой преданной короне Андов гражданкой!

– Да, дорогая, ты много раз доказывала свою преданность короне, и почему бы тебе не доказать ее еще раз прямо сейчас?

– Но, милый, здесь нас могут увидеть, и я боюсь, что доказательства моей преданности в очередной раз станут притчей во языцех!

– В таком случае, любимая, изволь следовать за мной, пока я еще в состоянии себя контролировать!

Глава 9

Варвара не без удовольствия осмотрела отведенные ей покои и пришла к выводу, что на верховных жрицах здесь не экономят, что не может не радовать. Белоснежные высокие потолки, теплый пол, кровать под голубым балдахином, укрытая уютным кремовым покрывалом с длинным ворсом, фонтан посреди комнаты и огромные окна, выходящие на прекрасное озеро, – все здесь сверкает чистотой и роскошью, показывая, что Варю здесь ждали.

– Справа дверь в вашу ванную комнату, лерра Вария, дальше – в вашу гардеробную, – сказала сопровождающая ее девушка. – Я Эейэйлиэль, или Эйла, ваша старшая горничная. Чтобы меня позвать, достаточно прикоснуться к этому кристаллу, – какой-то предмет, лежащий на низком столике, мелодично звякнул под ее рукой. Эйла хлопнула в ладоши, и двое девушек внесли поднос с кушаньями и горячий кофейник с маленькой чашечкой.

Варя, взглянув на поднос, только сейчас поняла, как сильно она проголодалась. На большом блюде выложены маленькие слоеные треугольнички, несколько видов сыра, рядом пиала с ягодами, а от ломтиков какого-то фрукта, напоминающего одновременно манго и дыню, исходит чудесный аромат.

Удобно расположившись за маленьким столиком, она незамедлительно принялась за еду. Из кофейника умопомрачительно пахло корицей и миндалем, а сам напиток был скорее похож на какао: не такой крепкий, как привычный кофе, но вполне сносный. Подождав, пока Варя закончит трапезу, девушки проводили ее в ванную комнату, где ванна оказалась маленьким бассейном, оснащенным специальными площадками для сидения и лежания. Удобный диван, пара кресел и низкий столик, а также массажная кушетка явно говорили, что эта комната станет у Вари одной из любимых. Девушки подождали, пока Варвара разденется, и приступили к водным процедурам.

Череда сменяющих друг друга душа, массажей, растираний, обертываний и прочих косметических процедур, за каждую из которых Варваре пришлось бы платить половину своей зарплаты на Терре, погрузили девушку в неземное, каким оно и было на самом деле, блаженство, заставив забыть обо всем на свете. После бесконечных прикосновений к коже теплой воды, масел, скрабов и умелых рук она сама не заметила, как оказалась в бассейне полулежа, блаженно зажмурившись и расслабившись после всех пережитых волнений.

Эйла поставила рядом с ее рукой кружку с травяным отваром и, покидая ванную комнату, сказала:

– Не засиживайтесь в ванной долго, лерра верховная жрица, выпейте найры и отдохните в основной комнате. В течении двух часов вас никто не побеспокоит, а затем я приду и помогу вам подготовиться к приему в вашу честь.

– Спасибо, Эйла! – с искренней благодарностью ответила Варя, вся еще лучась блаженством от эльфийских водных процедур.

Проводив Эйлу взглядом, Варвара взяла чашку с дымящимся напитком и отхлебнула немного. Изумительное сочетание ноток аниса, лимона, мяты и чабреца подействовало одновременно бодряще и расслабляюще. Варя выбралась из бассейна, рядом была заботливо оставлена махровая простыня, вытерлась ею насухо. Выбрала один из халатов с расширяющимися книзу, на манер кимоно, рукавами, сшитый из тонкой, но плотной и теплой ткани голубого цвета, и прошла в комнату. Упав на расстеленную кровать и отметив про себя ее исключительное удобство, она все же принялась думать о том, что сейчас происходит у нее дома, и только эти беспокойные мысли начали переходить в обрывочные, тревожные сны, как внезапное мерцание пространства рядом с кроватью заставило ее подпрыгнуть от удивления.

Мерцание воздуха постепенно сформировалось в светящийся прямоугольный экран прямо перед кроватью. Сияющая поверхность его, вспыхнув напоследок, исчезла, оставив от самого экрана только рамку, по другую сторону которой Варвара, уже ничему сегодня не удивляясь, увидела совершенно другую комнату с розовыми стенами, потолком и полом, обставленную какой-то фантастической мебелью в стиле хай-тек. На низкой кушетке в позе лотоса сидели две тоненькие, абсолютно одинаковые девушки с белоснежными волосами и раскосыми, инопланетными глазами серебристого цвета, сверкающими, как маленькие зеркальца. Девчонки приветливо смотрели на Варвару и улыбались.

– Поздравляем, Варя! Ты в Квесте! – сказали они в один голос.

Глава 10

Ая

Делая широкие гребки руками, Ая планомерно погружается на глубину, стремясь к самому дну кораллового ущелья. С тех пор, как она приобрела новую игрушку, последний магический девайс для любителей дайвинга – кулон из заряженного магией куска коралла, оправленный в эльфийское серебро, она большую часть свободного времени проводила в водах океана, окружающего ее остров.

Очарованная пронзительной, поющей миллионами нежнейших нот, тишиной океана, Ая в последнее время всерьез задумывалась о том, чтобы вживить себе жабры, как у ундин, и окончательно переселиться под воду.

Девичья фигурка стремительно скользит сквозь взвесь планктона, мимо разноцветных стаек морских птиц, прямо в распахнутые объятия коралловых зарослей. Медные волосы широкой струей текут вдоль тела, то прижимаясь к плечам и окутывая их, то приподнимаясь в такт четким размеренным движениям. Маленькая морская птичка-колибри решила поиграть в этих странных подвижных водорослях и начала мелькать красным огоньком между прядей, пока девушка погружается в глубину.

Ая останавливается: скоро она окунется в придонную прохладу, губительную для такого малыша, и плавными движениями отгоняет морскую птичку, проследив взглядом, как кроха возвращается к своей пестрой стайке.

Еще несколько уверенных гребков, и из сумерек навстречу девушке постепенно всплывает дно. Влекущее своей таинственностью, тихое на первый взгляд и вибрирующее на неуловимой ноте, если прислушаешься. Здесь ей рады в своей непоказной искренности, здесь она чувствует себя желанной гостьей. Тело сначала вздрагивает, а потом быстро перестраивается под прохладу, кстати, тоже благодаря розовому кулону на тонкой цепочке, что висит на шее.

Все-таки как ей повезло приобрести последнюю магическую разработку – никаких волнений ни о температуре воды, ни о давлении, ни даже о хищниках: уловив угрозу для своего обладателя, кулон распространяет очень неприятные для агрессора ультразвуковые волны, не давая ему приближаться.

Розовые, сиреневые, алые и малиновые кораллы шлепают цветными губами, приветствуя старую знакомую, а огромная глазастая рыба сиреневого цвета, с широкими зелеными полосками по бокам, устремила на Аю полный равнодушия взгляд и скользнула в коралловую арку. Улыбнувшись, Ая последовала за ней: это совершенно безобидная рыба кирис – одна из полноправных обитательниц морских глубин цепи островов Цветущего Архипелага.

Девушка знает: несмотря на их равнодушный вид, кирисы никогда не прочь поиграть с человеком среди коралловых сталактитов и гигантских наростов. Ая проплывает следом за кирисом в коралловую арку, двигаясь среди других обитателей ущелья, и понимает, что потеряла рыбу из виду. Тогда она плывет к ближайшему наросту, хватается за него одной рукой и старается прижаться всем телом, замереть на месте. Есть! Сиреневый кирис отделился от соседнего кораллового гриба лилового цвета, довольный собой и уверенный, что ему удалось обмануть человека, и направился к самому дну ущелья.

В следующий миг на него спикировала сверху длинная тень, и, проносясь мимо, стройная девичья фигурка в самый последний момент обогнула тело рыбы, хлопнув рукой по прохладному, гладкому зеленому боку.

Кирис, не ожидавший от нее подобного вероломства, тут же раздулся и распушил хвост и восемь пар плавников, превращаясь в огромный сиреневый шар, окруженный зеленоватым туманом – пугает Аю. Травоядный и безопасный, кирис защищается от крупных морских хищников, создавая вокруг себя световое поле наподобие панциря. Еще раз улыбнувшись кирису и помахав на прощание рукой, Ая устремилась в другую сторону, наблюдая, как стайка желтых морских птичек играет в прятки между колоннами коралловых сталактитов.

Мимо проплыла огромная светящаяся медуза – и девушка отпрянула в сторону, чтобы не обжечься. Конечно, магический кулон защитил бы ее от сильного ожога, но легкий был бы обеспечен: слишком ядовитый секрет у глубоководных медуз.

Любуясь мерцающими неоновым светом водорослями и стайками крохотных глубоководных неонов, которые обитают среди них и тоже источают нежное сияние, Ая не заметила темный силуэт, осторожно приблизившийся к ней сзади.

А когда оглянулась и увидела перед собой темнокожее человеческое лицо с выражением охотничьего азарта, было уже поздно: человек молниеносно выбросил вперед руку и схватился за кулон на шее Аи.

Девушка моментально замерла: цепочка короткая, и если этот неизвестно как оказавшийся в водах Цветущего Архипелага человеческий мужчина рванет посильнее, она окажется без магической защиты. А значит, ощутит на себе все прелести отсутствия воздуха, давления воды и прочих, с позволения сказать, неприятностей, поджидающих полукровку на такой глубине.

«Как только окажусь дома – сразу же отправлю заявку на вмешательство по вживлению жабр, – промелькнула мысль и сменилась другой, менее приятной: – Если окажусь…»

Девушка старалась смотреть на своего захватчика без испуга, не демонстрируя слабость и неуверенность. «Должно быть, подводный Охотник», – она попыталась успокоить сама себя, понимая, что даже для подводного Охотника вид у мужчины слишком экзотичный: многочисленные шрамы покрывают его грудь, шею и плечи, какие целенаправленно наносят себе дикие племена, живущие далеко за побережьем океана. Да и откуда взяться Охотнику в водах ее острова?

Удивительно, что он человек: да, ее остров располагается на самом краю Цветущего Архипелага, но прекрасно охраняется морским патрулем. «Куда смотрит охрана? – подумала Ая. – Как ужасно, что под водой нельзя говорить…» – она бы сейчас взмолилась, закричала, заговорила о погоде – сделала бы все, что угодно, чтобы отвлечь внимание мужчины и составить какое-то представление о ситуации.

Заметив у него на груди, поверх сложного узора из шрамов, такой же розовый кулон, как и у нее, Ая сообразила, что мужчина никак не может быть обычным Охотником: слишком велика цена магического девайса на нем, да и не похож он на человека, способного купить одну из последних разработок.

«Наемник», – обреченно подумала Ая. Собственно, наличие кулона легко объясняло, почему он смог прокрасться к ней незамеченным. «Но кто? Кому могла я понадобиться? Я… Или мое исчезновение… Агарна!» – внезапная мысль о мачехе выбила девушку из равновесия, и, не в силах больше скрывать испуг, она схватилась обеими руками за кисть, сплошь состоящую из железных мускулов, и принялась за бесплодные попытки разжать его пальцы.

Коренастый темнокожий мужчина со свирепым интересом рассматривал свою добычу: сопротивление девушки явно развлекало его. Осознав, что ей не удастся разомкнуть пальцы, обхватывающие кулон, Ая изо всех сил впилась ногтями в хищное лицо. Стремительная атака пришлась наемнику не по душе: свободной рукой он схватил Аю за волосы, отстраняя от себя так, что цепочка на ее шее предательски натянулась. Взгляд темно-лиловых глаз медленно скользил по смуглому стройному телу Аи, и это плотоядное, безжалостное выражение в них напугало девушку больше всего. Привыкнув ловить презрительные взгляды элиты Цветущего Архипелага и с возрастом создав вокруг себя непроницаемый панцирь равнодушия, Ая впервые по-настоящему почувствовала себя чьей-то жертвой. Королева-мачеха, ее многочисленные фрейлины, дворцовая челядь и даже слуги на ее собственном острове всю жизнь смотрели на нее с легким презрением и даже некоторой гадливостью, как смотрят на полукровку чистокровные представители любой расы. Правда, Ая была королевской полукровкой, бастардом верховного правителя эльфов Цветущего Архипелага, и потому презрение в ее адрес тщательно скрывалось, но всегда исходило волнами от окружающих, когда отца не было рядом. Однако взгляд этого огромного темнокожего мужчины в ужасающих шрамах сейчас направлен не на королевского бастарда и даже не на беспомощную женщину, безвольно бьющуюся в его руках, – он смотрит на вещь, и страшнее этого взгляда Ае не приходилось видеть ничего в своей жизни.

Обезумев от чувства безысходности, она отчаянно пыталась вырваться, не зная, что лучше – умереть от давления и недостатка воздуха на этой глубине или вынести то, что обещало ей звериное выражение в глазах темнокожего человека.

Мужчина же, наблюдая за трепыханием своей добычи, откровенно наслаждался происходящим, своей властью над ней. Однако, заметив глубокие кровоточащие царапины, оставленные на его руке ногтями жертвы, а затем взглянув ей в лицо, он неожиданно ухмыльнулся, пожал плечами и, ухватив волосы на затылке девушки поудобней, сделал резкий рывок. Кулон остался в огромной ручище, и он выпустил волосы Аи.

Внезапно обрушившаяся на кожу волна холода соединилась с безжалостными тупыми иглами, с силой вонзившимися в голову девушки. Только не выдохнуть остатки воздуха. Она вдруг ощутила свои легкие как живущие отдельной жизнью кожаные пузыри, которые почему-то находились внутри нее. Эти пузыри давили на нее изнутри, увлекая наверх. Не в силах толком осознать ни того, что она лишилась магического кулона, ни того, что этот зверь выпустил ее волосы, Ая совершала движения руками и ногами, не веря, что сможет доплыть до поверхности.

Боль пронзала ее тело насквозь, от тупых игл в мозгу до спазма, сжавшего грудную клетку, но постепенно, с каждым гребком, отступала. Еще рывок. Еще один. Только не впускать в легкие воду. Только не останавливаться. Ая приближалась к поверхности океана, не замечая, что ее мучитель движется вслед за ней, с удовольствием наблюдая за ее болью и отчаянными попытками выжить.

В ту же минуту, как ей показалось, что она никогда не достигнет поверхности, вода вдруг закончилась, и теплый морской воздух показался какой-то чужеродной средой. Очень медленно, сначала на треть, потом наполовину и только затем полностью, Ая наполнила им легкие, осознавая, что снова дышит, что она спасена!

– Вон она! Подхватывай! – раздалось над головой, и чьи-то руки ухватились за медные пряди ее волос, увлекая наверх, чтобы затем грубо бросить отчаянно пытавшуюся отдышаться девушку на дно деревянной лодки, которая тут же взяла курс на стоящий поодаль корабль.

Глава 11

– Все-таки ты идиот, Вэрэгес! Ты не просто идиот, ты выкормыш троллиной суки, дебильное недоразумение опшерновой гуады! Девчонка еле дышит. Какого демона нужно было лишать ее кулона на такой глубине? Что толку от этой эльфийской девки, если она сдохнет?

– Посмотри, что эта дикая тварь сделала со мной, Роб!

– Да ладно, тебя никогда не царапали бабы? Глядя на твою рожу, я почему-то не удивлен!

– Все мои девки извивались и верещали подо мной, как резаные поросята!

– Вэрэгес, а ты уверен, что твои бабы визжали от удовольствия?

– Забейте пасти оба! Вы, два придурковатых выродка! Хотите привлечь внимание долбаных эльфов?

– А какой от нее вообще толк, зачем мы все равно за ней полезли, раз этот треклятый маг внезапно испарился?

– В том то и дело, что внезапно, посреди океана, на корабле, который нанял именно для того, чтобы заполучить эту самую девку. Ты представляешь, сколько он заплатил капитану, чтобы тот согласился связаться с эльфийским патрулем? И все это только из-за нее.

– Мне плевать, зачем она была нужна ему, хоть для того, чтобы женить на ней своего любимого пса, хоть для опытов, мне плевать! Какого демона мы за ней поперлись прямо в руки к эльфам, если маг пропал?

– Это приказ капитана, Вэрэгес, и не нашего ума дела, зачем кап все-таки выкрал девку.

– А исчез маг слишком подозрительно. Я не удивлюсь, если окажется, что дело пахнет демонщиной. Вот увидите, помянете еще слово старины Дэоса: врата преисподней разверзлись, чтобы поглотить свое отродье. Ведьмин корень – вот кто был этот маг! И наше счастье, что демоны не поглотили всех нас с кораблем вместе с этим исчадием ада. Но если ему нужна была эта девка, значит это не просто так. Может, она тоже ведьма – вон, и без кулона выплыла. Зря мы тащим ее на корабль, ой как зря.

– Да закрой ты свою пасть, Дэос, бормочешь прямо как тупая старая баба. Скорее всего, ничего потустороннего в пропаже трольего мага нет. Видно, выкуп за эту эльфийскую шлюху такой звонкий, что капитан решил исключить долю мага. Я не удивлюсь, если капитан сам отправил мага на корм рыбам.

– Я, значит, бормочу, как старая баба? Эта тварь не утонула, еще и умудрилась пометить Вэрэгеса… Правда, ему не привыкать…

– Эта эльфийская шлюха ответит мне!

– Забейте пасти, вы оба. Мы приближаемся к кораблю. Вэрэгес, помоги мне, а ты, Дэос, возьми девчонку. Это приказ.

Это было последнее, что слышала Ая, пытаясь отдышаться на дне лодке. За этой фразой последовал грубый тычок в висок, и она потеряла сознание.

Один из ее похитителей легко забросил девичье тело на плечо и стал взбираться по веревочной лестнице на борт корабля.

***

Очнулась девушка от чьих-то гневных возгласов, топота морских сапог и звуков тупых ударов над головой. Ощущая мерное покачивание, она открыла глаза и осмотрелась, не осознавая, где находится. Последние минуты перед обмороком как будто в одно мгновение промелькнули перед ее глазами, и Ая поняла, что находится в каюте корабля, снявшегося с якоря.

Откуда взялось судно в водах океана, омывающего со всех сторон Цветущий Архипелаг, она старалась не думать. Она королевская дочь, хоть и бастард, поэтому, верно, ее и похитили, и если цель похищения все же выкуп, это не так плохо. Хуже, если просто кто-то оплатил ее исчезновение. Навсегда. И этот кто-то смог урегулировать этот вопрос с охраной, патрулирующей острова. И о чем совсем не хотелось думать – этот кто-то очень сильно хотел от нее избавиться, раз пошел на преступление против короны. И это очень, очень плохо.

Но даже вспоминая отношение к ней Агарны – Агарнариэль, ее королевской мачехи, жены Леревемириэля Бесподобного, верховного правителя Альянса Эльфов Цветущего Архипелага, Ая не могла поверить, что мачеха способна так с ней поступить.

Одно дело – отчаянно ревновать мужа к никогда не виденной ею женщине и постоянно наблюдать плод их любви – девочку, которую однажды муж привез с собой из длительного военного похода.

И совсем другое – убить дитя собственного мужа… Хотя кто говорит об убийстве? Если корабль направляется на юг, где побережье заселяют люди и орочьи кочующие племена, эльфийская полукровка окажется желанной добычей, эдаким экзотическим цветком, украшающим чей-то гарем. Она просто исчезнет, и ничьи руки не обагрятся ее кровью, и искренне любящая отца Агарна сделает все, чтобы ее не нашли. Если он сам захочет ее искать, с болью подумала Ая.

Леревемир любил и бесконечно уважал свою королеву, и над ним тяготело огромное чувство вины перед супругой за измену. Кроме того, это чувство в нем умело подогревалось и культивировалось из года в год. Эльфийки Цветущего Архипелага необычайно искусны в тонком воздействии на мужчину, шантаже своей преданностью и любовью, своим прекрасным телом и чувством долга, и Агарна не гнушалась ни одним из действенных методов влияния на сознание мужа.

Мачеха никогда не упускала момента, чтобы лишний раз напомнить мужу, как она преданна ему и короне в своем служении и даже в том, что вынуждена терпеть рядом с собой доказательство его вероломства.

Ая вздохнула. Мачеха действительно умело манипулировала отцом, и если король был непреклонен в том, что касалось управления Альянсом Архипелага, то в делах семейных он был рассеян и ведом, предпочитая уступать домашнему террору. И когда Ая достигла возраста равнолетия и пожелала переехать с Центрального острова на свой собственный, выделенный королем-отцом в качестве ее приданого, в компании лишь нескольких слуг, отец не стал возражать.

Безусловно, он по-настоящему любил дочь, но любил также и жену, и от осознания своей вины любил их обеих еще сильнее. Когда Ая была маленькая, время от времени отец уделял ей немного своего королевского внимания, чаще всего тайком от Агарны, и редкие моменты их игр остались одним из самых ярких впечатлений ее детства, всегда окрашенные ощущением неожиданного чуда и чего-то ирреального.

Но по мере взросления она стала замечать, что взгляды отца, бросаемые на нее, становятся все более странными, полными горечи и плохо скрываемой тоски, а взгляды мачехи окрашены все хуже и хуже маскируемым раздражением, граничащим с ненавистью.

Но сама Ая, к своему же удивлению, не испытывала к мачехе ответных чувств: видимо, по-женски, интуитивно ощущая ее боль и уязвимость, которые невольно причиняла этой статной, красивой и утонченной эльфийке своим присутствием.

Над головой Аи слышались ругань и шаги. Она сидела на койке в крохотной каюте и наблюдала за синими волнами океана, ощущая размеренную качку корабля. Ая молилась всем известным ей богам и богиням, чтобы Агарна оказалась непричастна к ее похищению. Чтобы все это оказалось ошибкой и страшным сном, чтобы люди, похитившие ее, хотели только одного – королевского выкупа, который обязательно заплатит за дочь Леревемириэль Бесподобный, Верховный правитель Альянса Эльфов Цветущего Архипелага.

Старательно прислушиваясь к голосам на палубе, Ая смогла ухватить отдельные фразы, произносимые одним и тем же голосом, тихим, но почему-то очень хорошо различаемым. Ярость переполняла говорившего, но, похоже, он привык к абсолютному повиновению, и сейчас, отчитывая провинившихся, как будто сам удивлен тем, что вынужден указывать людям на их промахи:

– Маг канул в свою преисподнюю, но конечный выкуп за девчонку платит не он!

– Вы, обалдевшее стадо клюворогов, ответите лично передо мной за каждый волосок, упавший с ее головы!

– Вэрэгес, молись своим тупорылым деревянным богам, если я услышу от нее хоть одну жалобу на тебя!

– Дэос, рискни своим недоразвитым мозгом еще раз попробовать посеять смуту на моем корабле своими идиотскими домыслами – и я клянусь твоей поганой жизнью, ты последуешь прямиком за этим придурковатым колдуном!

– Она моя пленница и моя гостья на этом корабле, и никто не будет ее пользовать, никто не посмеет тронуть ее даже своим вонючим пальцем!

– Даже если всю вашу троллеву шайку разобрать на органы и продать для опытов некрофилам, тьфу, некромантам, полученное не составит и десятой части выкупа за нее, и если кто-то рискнет моими деньгами, с которых каждый из вас, недоумков, имеет свой процент, то смерть в рыбьем брюхе покажется вам самой выгодной сделкой в вашей никчемной жизни!

«Он говорит о выкупе! Он говорит о выкупе! Слава богам и богиням! Слава всему! Меня не тронут! Меня возвратят в Архипелаг!» – радостные, восторженные мысли чередой пронеслись в голове Аи, она готова была кружиться от восторга, скакать от радости, как горная коза, и не могла воплотить свои порывы в жизнь только из-за тесноты каюты.

Она уже почти симпатизировала этому несомненно смелому и благородному капитану, который запретил своей команде прикасаться к ней, при этом начисто игнорируя тот факт, что он, собственно, ее и похитил.

Минуты ужаса, пережитые на дне кораллового ущелья, были слишком свежи в ее памяти, и любой, кто защитил бы ее от того жуткого взгляда наемника, показался бы ей по меньшей мере безгрешным ангелом, а по большей – и вовсе героем-асуром.

Наконец поток ругани на палубе затих, и Ая услышала за дверью звуки приближающихся шагов. Тут она осознала, что сидит на койке в чьей-то каюте прямо в том, в чем ее вытащили из воды, а именно в не стесняющем движения в силу своего минимализма купальном костюме, состоящем из веревочек и нескольких лоскутков тонкой ткани салатово-зеленого, в тон глаз, цвета. Ая судорожно сдернула с узкой кровати покрывало сомнительной чистоты и стремительно укуталась в него, даже не обратив внимание на внутренний голос ее природной брезгливости. «Лучше предстать перед капитаном пугалом, нежели практически голой, а то ведь он может и передумать насчет моей неприкосновенности,» – решила она.

Скрипнула дверь, и в комнату вошел высокий статный корсар с выгоревшими до пшеничной желтизны волосами и такой же светлой щетиной, кожа его с бронзовым отливом будто преждевременно состарилась от палящих солнечных лучей.

– Добро пожаловать на борт Портовой Шлюхи, лерра, – произнес он бархатным глубоким голосом, что совсем не вязался с его свирепым видом.

– Как капитан этого уютного и гостеприимного в вашем случае судна, выражаю вам свое сожаление по поводу столь печальных обстоятельств, повлекших за собой ваше появление здесь, – и он галантно поклонился, чем просто-таки поразил Аю до глубины души. Но еще больше удивили ее интонации пиратского капитана: она хорошо помнила, как жестко, грубо и непримиримо он «беседовал» со своей командой на палубе, а теперь обращается к ней так, словно их представили друг другу на светском рауте в эльфийском дворце. Познания Аи в искусстве составления психологического портрета, или чтения лиц, позволяли по интонациям человека или эльфа узнать о его отношении к миру и мировосприятии в целом. Человек, стоящий перед ней, демонстрировал эдакий образец искренней любезности, но, слышав его буквально минуту назад, Ая не могла обмануться в том, что видит перед собой человека жестокого, умного и крайне опасного. Это читалось и в глазах капитана: желтого цвета, немного темнее, чем его волосы, – цвета тигра, как говорили о нем Читающие Лица. Да, это были глаза хищника, и очень опасного. Этот хищник изучающе разглядывал ее, и на дне его тигриных глаз плескалось холодное равнодушие и безучастие к ее судьбе, а еще – она отчетливо это ощутила – для этого человека она тоже была вещью. И неизвестно, кто был опаснее: недалекий дикарь Вэрэгес или умный и расчетливый капитан.

Ая выжидательно смотрела на капитана и молчала, стараясь не выдать ни своего испуга, ни того, что она разгадала его природу.

– Прелестная лерра боится. Напрасно, – с кошачьей грацией капитан присел на кровать рядом с ней, и Ая инстинктивно отпрянула назад – но уперлась в стену каюты. Этот бесполезный рывок только насмешил капитана, и желтоватые зубы сверкнули на фоне его загорелого лица. Но смеялся он лишь ртом, глаза оставались холодными и бесстрастными, и Ае стало еще более жутко.

– Вот же косорукие неработи, что они с вами сделали! – стальные пальцы ухватили ее за подбородок, разворачивая лицо к свету, а затем обратно. – Я пришлю своего врача, пусть осмотрит ваши царапины.

Ая провела рукой по лицу, губам, подбородку и увидела кровь на своих пальцах.

– Не надо врача, – сказала она, – это из-за давления на глубине.

– Ах да, – сказал капитан, – недоумок Вэрэгес позаимствовал его у вас слишком рано, – и он раскрыл ладонь с ее магическим кулоном на оборванной цепочке. – Если вы не возражаете, на время нашего путешествия он побудет у меня. Я не хочу рисковать вашим драгоценным присутствием на моем корабле. И, хоть эта милая вещица вряд ли способна как-то помочь вам посреди океана, который мы, к слову, собираемся пересечь, жизнь научила меня страховаться, поэтому вы получите свой кулон назад только в конечном порту. Слово капитана.

Что ж, честно, подумала Ая. Не одна она умеет читать характер: капитан в свою очередь разгадал ее не хуже. За первоначальным испугом, уже покидавшим ее, скрывался несгибаемый, волевой стержень, который Агарна чаще называла твердолобостью – конечно, не в присутствии посторонних, ведь королева не могла уронить авторитет королевского чада, пусть даже бастарда. И, несомненно, окажись кулон у нее, Ая первым делом разбила бы маленькое окошко и рыбкой выскользнула на свободу.

Но что он имел в виду, когда сказал о середине океана? «Наверное, хочет немного уйти в сторону, так безопасней в отношении патруля, и отправить послание отцу,» – подумала Ая, но что-то в этом выводе ее настораживало.

– Кстати, лерра, если вы надумаете бежать через окно, учтите, что на стекле магическая защита, так что я не советовал бы вам даже стучать по нему, если, конечно, вам не жалко ваших рук, – с усмешкой сказал капитан, как будто прочитал ее мысли.

– Что вы имели в виду, когда говорили, что собираетесь пересечь океан? Не удобнее ли будет расположиться на одном из отдаленных островов за пределами территории Альянса и оттуда послать журавлика моему отцу?

– Ваш отец, несомненно, знатный эльфийский лерр?

– Мой отец – король и Верховный правитель Альянса Эльфов Цветущего Архипелага, Леревемириэль Бесподобный.

– Мать моя шлюха, тролль подери это лживое порождение отрыжки демона! На моем корабле – принцесса эльфийского Альянса? – удивление в глазах капитана невозможно было подделать, однако, с точки зрения Аи, логичнее было бы вместе с этим испытать некое подобие радости, учитывая будущий выкуп, или хотя бы страха. Все-таки похищение особы королевской крови жестоко наказуемо у всех рас, но именно этого-то страха девушка не заметила в глазах капитана, хотя и предпочла бы ошибиться.

– Я… Не совсем принцесса. Я… никакого кровного отношения не имею к королеве… Жене отца.

– Мне следовало бы сразу догадаться! Вы отличаетесь от виденных мною ранее эльфиек! К слову, на невольничьих рынках Заирэса полукровки ценятся даже дороже чистокровных эльфиек: они более выносливы и дольше живут в гаремах и публичных домах, – мечтательно произнес капитан. Заметив круглые глаза Аи, он поспешил добавить:

– Ах, не смотрите так на меня, я же сказал: к слову! Вам нечего бояться подобной участи, у меня на вас совсем другие планы!

– Вы попросите выкуп у отца?

– Милая лерра, я не тот человек, чтобы что-то у кого-то просить, будь он сам правитель асуров! Люди и нелюди предлагают мне все, что я захочу, сами, – усмехнулся одним уголком рта капитан и продолжил: – Помилуйте! Связываться с эльфами? Убей меня молния вместе с моей Портовой Шлюхой! Не очень-то доверительные у нас отношения с вашим племенем… Хотя то, что вы бастард, прошу меня извинить, даже некоторым образом нас сближает. Могу поспорить, вашей матерью была человеческая женщина? Молчите?