Читать книгу "Тропой демиурга"

Глава 5

Варвара

«Варвара в переводе с древнегреческого означает “дикарка”. Даже сейчас слово “варвар” ассоциируется у греков с жестокостью, грубостью, что не совсем соответствует характеру Варвары.

Внешне спокойная и рассудительная, внутри Варвара растет робким и нерешительным ребенком. Властность и злопамятность с одной стороны – и скромность и мечтательность с другой. Варвара часто живет в воздушных замках, мечтая о настоящих рыцарях и принцах, неизменно склонная к перфекционизму…»

Вздохнув, Варвара закрыла вкладку браузера и постаралась сконцентрироваться на статье. Ей следовало красочно и привлекательно описать предложение услуг по бухгалтерскому и налоговому учету, и статья обещала быть столь же скучной, сколь и предмет ее описания. Но написать ее было необходимо, и побыстрее, чтобы приступить к описанию услуг одной из ветеринарных клиник Минска. Варя открыла почту и заглянула в задание по клинике: ветеринарная эндоскопия, ветеринарная кардиология, услуги стоматолога, протезирование и онкология… Что ж, это, конечно, не так уж привлекательно, однако не в пример интереснее, чем бухгалтерские услуги.

Сделав над собой усилие и открыв новый вордовский документ, Варя принялась составлять приблизительный план-конспект статьи по бухучету и налогообложению.

В принципе, работу свою Варя любила, относилась к ней ответственно и выполняла по большей части с удовольствием. Независимо от того, что ей требовалось предложить потенциальной клиентской аудитории: печать на майках или отдых на лыжной базе, она старательно описывала детали, перечитывала, исправляла по нескольку раз, тщательно отслеживала ритм звучания слов, стиль изложения и прочие нюансы, быть может, не такие уж необходимые для рекламных текстов, но крайне обязательные для эстетического вкуса самой Вари.

Впервые родители посадили ее за книжку, когда ей было три года: это была книжка-раскраска «Приключения Буратино». Она с трепетом водила маленьким пальчиком с обгрызенным от нервного возбуждения ногтем по строчкам, неуверенно читая по слогам о приключениях деревянного мальчика в стране дураков. В тот же день Варя навсегда подарила свое сердце книгам, и с тех пор ее главная страсть мало изменилась.

Попробовав себя на разных поприщах зарабатывания денег и даже побывав в законном браке, после чего благополучно и с удовольствием разведясь, Варя наконец вернулась к тому, что любила больше всего. Всегда много и с упоением читавшая, она вспомнила к тридцати годам, что закончила филологический факультет (вот золотое было время, когда совершенно легально можно было читать огромный объем литературы, и никто не упрекал в пустой трате времени!). Варя устроилась на работу в один крупный рекламный каталог и начала писать сама. Правда, писать приходилось на заказ и часто о вещах скучных и неинтересных, но это все равно лучше, чем, скажем, торговля, или банковское дело, или менеджмент и прочие профессии, почему-то считавшиеся подходящими для современной девушки. К тому же писать действительно получалось: это было единственное занятие, за которым Варя не чувствовала себя «на работе». Возможно, поэтому работалось легко и с удовольствием.

От первых набросков статьи ее отвлек телефонный звонок. Варя, взглянув на экран, нахмурилась: здесь минутой разговора не отделаешься. Однако если не поднять трубку, отец начнет звонить раз в тридцать секунд попеременно на два ее номера плюс на домашний телефон, пока своего не добьется.

– Привет, папа.

– Привет, дочка. Как дела? Чем занимаешься? – размеренные интонации голоса говорили о том, что папахен никуда не спешил. Да и звонил явно не для того, чтобы узнать о ее самочувствии, но, как представитель своего поколения, считал нужным начать разговор издалека.

– Нормально, пап. Работаю. А у вас как, все нормально? – Варя попробовала сразу же свести разговор в лаконичное русло.

– Да нормально-то оно нормально, но вот мы с мамкой что подумали: может, ты все-таки поедешь с нами на дачу к Северским, все-таки свежий воздух, речка, наверно совсем зачахла там в городе по такой жаре?

– Пап, ты же знаешь, я работаю и не могу оставить все на несколько дней.

– Да ладно, ты же дома работаешь, разве это работа… Вот я…

– Папа, пожалуйста, это очень интересно, я рада, что у вас все в порядке и со вчерашнего дня ничего не изменилось, но мне правда сейчас не до этого. Может, я вечером перезвоню?

– Вот, дочка, в кои-то веки отец родной позвонил…

– Папа, я вчера у вас была в гостях.

– Вот и я говорю: в кои-то веки, так даже с родным отцом нет времени у нее поговорить! Занятая сильно… Ладно, чего же на старика время тратить, работай, дочка, работай.

– Пап, перезвоню?

– А не надо, вечером бокс в прямой трансляции, потом новые «Менты», я занят буду. Я так, только поздороваться. Ну, пока!

Варя глубоко вдохнула и выдохнула. С тех пор, как отец вышел на пенсию и у него появилось бессчетное количество свободного времени, он решил, что таким же ресурсом располагают все, и «не работающая» дочь в первую очередь.

Попробовав все-таки вернуться к статье, от следующего звонка мобильного Варвара подпрыгнула и в отчаянье застонала. Это была Аленка, ее подруга: только вчера вернулась с курорта. Видимо, жаждет поделиться впечатлениями о солнечном испанском побережье. И, конечно же, о местном населении в лице смуглых темпераментных испанцев, а это точно не минутный разговор.

– Ален, привет!

– Варька, я на минутку! – сразу же проорала Аленка, и Варя еле сдержала возглас облегчения. – Значит, сегодня в десять в нашем кафе, я рассказываю, как я съездила, а потом любой клуб на твой вкус! Возражения не принимаются!

– Ален, тебе в Испании клубов не хватило? И сегодня я занята, у меня на работе еще конь не валялся!

– Ой, ладно! Ты же все равно дома работаешь! Потом допишешь свои статейки! Ничего не хочу слышать, жду тебя в Резусе! – и она нахально отсоединилась.

Обратив свой уже основательно сбитый прицел внимания на описание дивного мира цифр, налогов и отчетности, Варя все-таки попыталась сосредоточиться на статье. Но не тут-то было: она заметила, как замигал значок Скайпа в беззвучном режиме, и, не удержавшись, открыла сообщение от сестры: «Варюш, мы тут с Денисом помирились… – кто бы сомневался! – Хотим сегодня в кино сходить, на артхаус про вампиров, – это что-то новенькое, или Анжеле удалось привить мужу хоть какие-то зачатки вкуса? – А с Артемкой посидеть некому! Я к тебе к последней обращаюсь, всех уже обзвонила, тебе побоялась, ты же сразу пошлешь, выручи, а?» Ну как отказать родной сестре, которая к тому же так переживала вчера из-за ссоры с мужем? Выслушивать о которой пришлось опять-таки Варваре, в перерывах между работой, уборкой квартиры и сборами к родителям за город.

Варя вздохнула о своем несбыточном раннем отходе ко сну – после посиделок с Артемкой статью дописать все равно придется – и ответила сестре: «Буду у вас в девятнадцать ноль-нолоь, раньше никак». «Я тебя люблю!» – через секунду пришло сообщение со смайликом-мишкой, который изображает объятие.

«Вот удивительно, как странно люди воспринимают удаленную работу, – думала Варвара, – если ты работаешь дома, значит, не работаешь вообще, ну разве только пару часов в день пишешь что-то. А остальное время наслаждаешься жизнью. Если бы…» Ей нужно было возвращаться к описанию бухгалтерских услуг, но нить повествования упущена, муза, устав дожидаться ее, упорхнула, а время неумолимо текло сквозь пальцы. Варвара будто физически ощущала его течение. Хотя если не успеет сдать вовремя написанные статьи, то ощутит и на практике – посредством суммы на банковской карточке.

Так значит, «часто живет в воздушных замках, мечтая о настоящих рыцарях и принцах»? А ведь в этом что-то есть. «Настоящих» – видимо, имеются ввиду те, кого в реальности не существует. Почему тогда не писать честно: «несуществующих»? Варвара задумалась. Данные ее экспериментальных исследований показывают, что мужчина – это ранимое и инфантильное существо, манипулирующее своими эмоциями, или брутально-прилизанный мачо, от которого в чистом виде, не приправленном интеллектом и чувством юмора, Варю откровенно мутит, или такой дядюшка с обвисающими щечками и пузиком, от него пахнет потом, шашлыком и собственной несостоятельностью. Ну или такой, как бывший муж, – грустно улыбнулась она своим мыслям.

Варя вспомнила одну статью о семейной жизни известной русской актрисы Любови Орловой и ее второго мужа – режиссера Григория Александрова. Звездная пара ночевала в разных комнатах, и муж стучал в дверь жены утром, зная наверняка, что она уже встала и привела себя в порядок, а она оставляла для него любовные записки, назначая романтические свидания…

Внимание отвлек звук сообщения – точно, эсэмэс. Наверное, от Руслана. С Русланом вот уже месяца три ее связывает игра то ли в дружбу, то ли в отношения: казалось, они сами не могут определиться, чего хотят друг от друга. Как только ситуация хоть немного начинала напоминать романтические встречи, один из них тут же давал задний ход: каждый боялся брать ответственность за свое решение. После некоторого отдаления они снова сближались, и все повторялось.

«Что на тебе сейчас, солнце?» – вопрошала эсмэска и заканчивалась игривым смайликом. Варя тихо и жалобно застонала: и от такого банального и общепринятого «солнце», и от не менее банального «что на тебе сейчас». Интересно, парни в самом деле думают, что в ответ на подобные сообщения девушки отвечают им правду? И девчонки разгуливают по дому средь бела дня в розовом кружевном безобразии на тоненьких бретельках, в чулках и обязательных туфлях на шпильках? Или в корсете со шнуровкой спереди и кожаных шортах? Варя представила себя в розовом пеньюаре в рюшечках-фигушечках, задумчиво перевела взгляд на домашнюю футболку: черная, на два размера больше, чем нужно, с надписями «Ария» и «Кровь за кровь» на фоне чьей-то ну очень свирепой морды, затем на домашние шорты, подозрительно напоминающие мужские боксеры, и прыснула. Она уже нажала «ответить» и начала писать: «Я в красном шелковом халате на голое тело, только что вышла из душа», но вдруг, неожиданно для самой себя, отбросила телефон в сторону. Мысль о таком унижении больно кольнула ее самолюбие и здравый смысл: как это нелепо – изображать интерес к отношениям, когда их по сути нет, и играть на публику, притом фальшиво и неумело. Убеждать себя и окружающих в том, что в личной жизни у нее все в порядке: есть красивый, амбициозный и целеустремленный Руслан, который открыто восхищается ей, но при этом, правда, сам не знает, что с ней делать… Варя взяла телефон, еще раз посмотрела на его сообщение и твердо решила – больше не играть в эти игры ни с Русланом, ни с кем бы то ни было.

«…Мечтая о настоящих рыцарях и принцах»… Что ж, лучше мечтать о недостижимом журавле, чем довольствоваться синицей. По крайней мере, так она не будет себя предавать.

Ощущение, что она приняла действительно верное решение, окрылило и обрадовало Варю. Она решила вернуться к работе позже, вернувшись от Артемки: естественно, ни в какой клуб она не собирается, а в то, что Алена сильно обидится, не верит. Отправив подруге сообщение: «Сегодня никак», она знала, что та правильно поймет и особо грустить не будет, найдет, чем себя занять.

С наслаждением потянувшись, Варя встала из-за стола, посмотрела в окно на лес через дорогу от ее дома. По сути, лесом его можно назвать с большой натяжкой, в связи с постройкой нового района он стал больше походить на окультуренный парк. Сейчас бы пробежаться по любимой аллее, в это время дня она занята только редкими мамашами с колясками и иногда ребятишками постарше. Время до похода к сестре еще есть, а пропускать обязательную ежедневную тренировку не хочется.

Быстро освободилась от домашней одежды, выбрала из спортивного гардероба удобные брючки, маечку, повязку на лоб, надела утяжелители на ноги и руки и кроссовки для бега – всего несколько минут, и Варвара готова. Подойдя к входной двери, она замешкалась перед зеркалом в прихожей. На нее подозрительно и с вызовом смотрела темноволосая высокая девушка с короткой стрижкой и длинной челкой набок, выкрашенной в глубокие оттенки синего. На плечах, спускаясь к кистям, и на груди цвели яркие, сочные татуировки, обтягивающие спортивные брючки скрывали тату на ноге.

Легко и решительно Варя выскочила из подъезда, перешла дорогу. Быстрым шагом, разогреваясь, вышла на хорошо знакомую широкую тропинку и, едва ступив на нее, перешла на размеренный бег трусцой.

Те, кто когда-либо начал бегать, уже не прекращают никогда. «На бег реально подсаживаешься, с ним не сравнится ни один вид спорта!» – говорила друзьям Варвара. Еще древние греки говорили: «Хочешь быть здоровым – бегай, хочешь быть красивым – бегай, хочешь быть мудрым – бегай», и Варя с ними согласна. Во время пробежки она чувствовала себя в большем уединении, нежели дома. Здесь практически ни у кого нет шансов грубо выдернуть ее из комфортного, спокойного состояния, в котором она находится в основном, когда бывает в одиночестве. Интимность момента не может нарушить даже телефон: всем, кто хочет с ней пообщаться, придется ждать, пока тренировка закончится.

Воздух здесь особенно свеж и чист – можно различить запахи сосны и ели, преющей земли и сочной травы, неуловимые ароматы стремительно приближающегося лета, смелых весенних цветов и особенного, лесного настроения. И было что-то еще в этом воздухе, что-то особенно вкусное и восхитительное: нотки сладкого аромата, напоминающего одновременно сирень, магнолии, лилии и почему-то корицу. Чем дальше бежала Варя, тем более явственно ощущался этот запах. Наверное, что-то цветет, кустарник или дерево, надо бы обратить внимание и запомнить, мельком подумала Варя и устремилась мыслями к сюжету своего романа.

Глава 6

Варя думала о своем романе так часто, что идеи и главные действующие лица являлись ей даже во снах. Она скакала по зеленым лугам во главе войска кентавров и, даже не оборачиваясь назад, чувствовала ни с чем не сравнимую мощь за своей спиной, явственно ощущала пряный мускусный запах. Земля и небо содрогались от грохота копыт и победоносного рева ее грозного воинства. Она поднималась вверх, подхваченная на руки дивными людьми с крыльями за спиной, ее отпускали, и она летела, совсем не удивляясь этому. Она порхала над невыносимо прекрасными цветками, выбирая тот, у которого самый сладкий нектар, в компании крошечных фей, чьи тонкие голоса напоминали ей звон маленьких хрустальных колокольчиков. Ночью она неслась в кровожадной погоне за отбившейся от стада золотой ланью вместе с братьями-вервольфами. Она ясно видела перед собой череду сменяющихся лиц фантастических персонажей: надменных и презрительных – эльфов, яростных и свирепых – орков, нежных и восторженных – альфаров, а опустив глаза, она встречала настороженные взгляды исподлобья, что бросали на нее гномы, маленький сердитый народец гор.

Вот о чем действительно писать хотелось! И Варя знала, что получалось – об этом говорила даже ее строгая оценка сестры. Но увы, в ее жизни взрослой свободной женщины, которую она сама выбрала, львиная доля времени уходила на зарабатывание денег, и о том, чтобы бросить все и сесть за книгу, не могло быть и речи. Конечно, она писала – не могла не писать, но работа над романом продвигалась куда медленнее, чем хотелось бы, да и сил после работы, в которой она выкладывалась полностью, почти не оставалось.

Сегодня ей пришло на ум несколько новых идей развития сюжета, которые казались стоящими, и сейчас Варя улыбалась им, думая, как бы не забыть их записать.

Странно, но по мере движения приятный незнакомый аромат усиливался, и теперь его дополняла масса освежающих и немного горьковатых цитрусовых ноток. Разгоряченное бегом тело не ощущало, что необычная жара, которая стояла несколько дней, как бы рассеялась и отступила, а воздух стал более прозрачным.

Пребывая мыслями в мире фантазийного романа, Варя не сразу отметила странности окружающей природы. Среди деревьев начали встречаться такие, которых девушка совершенно точно не видела ни в своем парке, ни где бы то ни было. Краски обрели пронзительную сочность и глубину, и, казалось, даже песок под ногами стал скрипеть по-иному, отливая на солнце серебром с вкраплениями золота.

Рассеянно наблюдая неожиданные метаморфозы природы, Варвара подумала о причудливых играх ума: стоило увлечься мыслями о фэнтезийном мире, как тотчас и окружающее пространство она стала воспринимать совершенно иначе.

И не успела Варя как следует восхититься глубокомысленностью своего вывода, как лес неожиданно кончился, и она оказалась в чудеснейшем из мест, когда-либо виденных ею.

Она стояла на опушке леса на вершине высокого пологого холма. Внизу текли невыразимой красоты овраги, причудливо волнуясь и изгибаясь. По левую руку, в огромной низине, она увидела левады, которые могла представить только в мечтах: огромные поля разграничены волнообразными заборами белого цвета, которые служат преградой для пасущихся лошадей невиданной красоты. Это было понятно даже издалека: их серебристые, кремовые, бурые и черные гривы и хвосты сияют великолепием, а стройные линии не скрывают бушующую внутри мощь и силу. Но самое парадоксальное из всего находилось прямо перед глазами Варвары: далеко впереди стояли монументальные горы, уходящие вершинами в небо и украшенные снежными шапками ледников.

Но Варя не смогла как следует проникнуться этим немыслимым пейзажем: сделав несколько порывистых попыток вдохнуть и не преуспев, она почувствовала, как девятым валом накатывает паника. Девушка судорожно оглянулась в надежде увидеть знакомую аллею и не узнала ту самую лесопосадку, в которую вошла полчаса назад. Ноги внезапно стали ватными, и Варя, не удержавшись, бессильно опустилась на землю.

В ту же секунду раздался чей-то сердитый писк, и маленькая свирепая торпеда взмыла перед лицом Варвары:

– Эй, если выросла такой громадиной, это не значит, что можно под ноги не смотреть!

Возможно, этот гневный тоненький возглас, еще более неожиданный, чем внезапная смена привычных декораций, и заставил Варвару прийти в себя: ей удалось сделать вдох и выдох, а затем сфокусировать взгляд на источнике голоска. Крохотная торпеда оказалась совершенно миниатюрной и очаровательной куколкой Барби, только живой и в сто раз красивее! Скорее даже, это фантастическое существо напомнило крошку-фею из мультика про Питера Пэна, и вот сейчас эта самая фея грозно потрясает в воздухе крохотными кулачками, выкрикивая все новые ругательства и стыдя Варю:

– Огромная, неуклюжая курица! Ты растоптала цветок! И чуть было не растоптала меня! Глупая и некрасивая девчонка!

Наверное, оскорбления подействовали на Варю не так, как задумывалось, но она наконец совладала с собой. Отогнав мысль о том, что теперь и она знает, как бывает, когда сходишь с ума, Варвара глупо и заискивающе улыбнулась, как иногда делают взрослые при разговорах с маленькими, и, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно тише и ласковее, виновато сказала:

– Прости, пожалуйста, я не хотела тебя обидеть и тем более наступить на твой цветок.

– Не хотела она! – уже не так воинственно пропищала фея. – Чего вытаращилась?

– Просто… Просто я впервые вижу такую красоту! – и это было правдой! Сияющая, словно сотканная из мельчайших звездных частиц, тоненькая фигурка феи с хрупкими плечиками, длинной шейкой, изящными ножками была действительно великолепна! Совершенно изумительное личико украшали огромные изумрудные глазенки, собранная на макушке в хвост копна золотистых волос укутывала свою обладательницу на манер покрывала. На фее был какой-то немыслимый костюмчик из топа и коротких бриджей тепло-розового цвета, а завершали картину зеленые стрекозиные крылышки за спиной.

Какая женщина устоит перед таким комплиментом? И крошка-фея не была исключением: покраснев и смущенно улыбнувшись, она нерешительно пропищала:

– Ладно, проехали, с кем не бывает. Собственно, мне самой стоило быть осторожней и не засыпать в цветке. Ты кто такая?

– Варвара.

– Ва-р-ра-ва-ра, – протянула фея, старательно выговаривая странное имя, – а если короче?

– Варя.

– Вариа, – обрадовалось крохотное создание и пропищало в ответ: – Тинь.

Варя хотела было спросить, откуда она взялась, эта Тинь, но тут вспомнила, что понятия не имеет, где находится и куда подевались привычные лес и аллея. Выходит, она сейчас даже не в своем городе, но где тогда?

– Что это за место?

– А, так это тебя вызвали этим утром? Круто! Значит, все-таки получилось! А никто уже не верил.

– Куда вызвали? Как это – вызвали?

– Ты как будто в пещере жила! Ну перенесли в наш мир с помощью магии!

«Неужели и правда повредилась рассудком на фоне нездоровой любви к фэнтези?» – спросила себя Варя, и уже вслух обратилась к фее:

– А кому понадобилось меня вызывать? Зачем? И откуда они вообще узнали про меня?

– Ты странная, Вариа. Я же не могу ответить на три вопроса сразу. Маг Андов пообещал, что вызовет для них новую верховную жрицу в храм Матери Всех Эльфов, обладающую бесценным Даром Проводника, и провел сегодня утром ритуал вызова. Собственно, тебя ждали еще ранним утром.

– Кто ждал?

– Анды, верховный клан Объединения Снежных Эльфов. Ты же для них находка. С проводником их мощь усилится и они отстоят свои позиции верховного клана. Даже представительство Элсуортов прибыло, и, конечно, других кланов, чтобы лично засвидетельствовать. Конечно, роль верховного клана хотели бы занять Элсуорты, и по мне, это было бы лучше, чем если бы его занял Клан Снежных Гор…

Эльфы… Ну конечно, что удивительного, сама всю жизнь мечтала увидеть их, на то и напоролись, как говорится. Варя закрыла глаза, помассировала виски в надежде прийти в себя и очнуться где-нибудь на аллее в парке. Пускай она даже упала в обморок и ударилась головой…

– Тинь? – Варя открыла глаза, но фея все еще висит перед ней в воздухе и смотрит оценивающе. – Я ничего не понимаю… – прошептала девушка.

– Да ты, я смотрю, хуже младенца! Каждая малютка знает, кто такие снежные эльфы и может перечислить все восемь кланов! И понимает, какое могущество дает обладание жрицей-проводником! Ты же сейчас для Андов – клад. С твоей помощью они отобьют священную гору у Элсуортов, которые на нее претендуют, и у тех не останется другого выхода, как склонить головы и присягнуть Андам. Я думаю, эта присяга будет даже подкреплена каким-нибудь политическим браком…

– Погоди, а что значит «с моей помощью»?

– Я тоже уже сомневаюсь, как с помощью такого непонятливого проводника у них вообще что-то получится.

– Снежные эльфы, теперь еще и Эльбрусы какие-то…

– Элсуорты! Мы говорили об Элсуортах! Они метят на место верховного клана. Эльбрусы – самый мирный клан из Объединения Снежных Эльфов.

– Так Элсуорты – снежные эльфы, как и те, кто меня вызвал?

– Ну, наконец-то, небо начинает проясняться, – облегченно вздохнула Тинь, – Я уже начала сомневаться в полноценности твоих мозгов.

А ведь когда-то Варя читала сказки и думала, что все феи нежные, трогательные и милые существа! Что поделаешь, видимо, ей попалась очень сварливая фея… Варвара проигнорировала хамство: если она не собирается очнуться рядом со своим домом, нужно хотя бы узнать больше о сути происходящего. Как назло, рассказ феи начал обрастать сплетнями и становиться все более запутанным:

– Элсуорты признавали за Андами преимущество и верховенство, пока не исчез король их Клана, Ревертариэль, Реверт, – она мечтательно улыбнулась. – Официально он признан погибшим, но я-то знаю, что тело его не было найдено. Наверно, очередное романтическое приключение, – вздохнула она, и Варвара, испугавшись, что Тинь сейчас занесет не туда, постаралась вернуть ее внимание:

– А сейчас Эльбрусы, тьфу, Элсуорты отказались признавать верховенство Андов, так?

– Да! Они решили, что в исчезновении Реверта замешан клан Андов. Но опять-таки, это официальная версия. Вдовствующая Королева Алларриэль – если бы она действительно вдовствовала каждый раз, когда…

– Тинь, пожалуйста!

– Алларриэль решила обвинить Андов в исчезновении мужа и отбить Священную гору, и таким образом сделать свой клан правящим, а своего старшего сына, короля клана Элсуортов, – Верховным Правителем. Но теперь фигушки, конечно, с твоей помощью, – Тинь злорадно усмехнулась.

– Но ты говорила, что посольство Элсуортов прибыло для того, чтобы засвидетельствовать мое появление?

– Да, с верховной жрицей-проводником клана Андов они заведомо проиграли, и совершенно логично, что хотят в этом убедиться. Вряд ли они сдадутся без боя, все-таки это Элсуорты, но твое появление должны засвидетельствовать представители семи кланов Объединения.

– А почему же я попала сюда только сейчас, ты же говорила, что вызов состоялся утром?

– А клещ его знает, маг что-то напутал. А как тут не напутаешь, когда во время вызова тебя приходят арестовывать… Кстати, очень правильно, что пришли, он никогда мне не нравился. В общем, пришли арестовывать, но так получилось, что казнили. Прямо на месте. И поделом!

– Как казнили? – в ужасе воскликнула Варвара.

– А вот так! Быстро и, надеюсь, мучительно! И, учитывая весь список его преступлений (сомневаюсь, кстати, что полный), это самое милостивое наказание для него! Да за такое его стоило отправить на турмалиевые рудники пожизненно! Его бы и отправили, кстати, если бы он не начал сопротивляться и не положил двух стражников Ковена сразу же. Правда, их откачали, даже к помощи некроманта прибегать не пришлось. Не поняла, ты чего так побелела? Тебе что, жалко этого урода ненормального? Убийцу и мучителя безвинно почивших фей, альфарок и человечек?!

– Да плевать мне на него. Было бы, – Варя всхлипнула, – если бы… Но это же он меня вызвал, и, значит, только с его помощью я могла вернуться обратно! Мои родители… Они с ума сойдут! И Артемка-а-а-а… – Варя вдруг представила себе, что для всей семьи она просто внезапно исчезла, и зарыдала в голос.

– Ну что ты, глупенькая, маленькая, – пропищала кроха. – А кто такой Артемка-а-а? Жених? Муж? Любовник?

– Это мой племянник, маленький совсем, и я обещала сестре, что сегодня вечером посижу с ним. Они же на артхаус про вампиров сходить хотели… И я тоже хотела, но завтра, – бормотала Варя сквозь рыдания.

– Ну тихо, тихо, будет тебе твой хаос с вампирами, здесь этого добра – хоть лопатой греби, и нарочно ходить никуда не надо… – увидев, что ее слова утешения не действуют, фея торопливо продолжила:

– А насчет мага ты не волнуйся. Кстати, как маг он был средненьким, в твой мир тебя любой здесь забросит, – и, увидев лучик надежды во взгляде Варвары, поправила себя, – любой маг то есть. Даже любой ученик из Академии Магов при Ковене, или из Института Благородных Волшебниц…

– Правда? – постепенно успокаиваясь и вытирая слезы, спросила Варя.

– Правда-правда, ты из какого Мира?

– С Земли.

– Что-то не припомню такого… Ну-ка встань, повернись. Ух ты, какие татуировки! А прическа никуда не годится. Хм… Или Вестер, или Терра.

– Терра? «Terra» по-латински «земля», – прошептала Варя.

– Отсталый техногенный мир, где целенаправленно уничтожаются природные ресурсы, собственно израсходованные уже на 87,99%? Мир, который магические существа покинули еще между Третьим и Четвертым Ледниковым Периодом, оставив его совершенно без магии и волшебства?

Варвара радостно закивала:

– Да, точно! Это он! Это мой мир!

Тинь с сочувствием посмотрела на нее и пробормотала:

– А вот теперь уже не сомневаюсь…

– В чем?

– А ни в чем, не бери в голову! Но татухи действительно классные! И не сказала бы, что сделаны на Терре.

– Так что по поводу моего возвращения домой? Мне нужно найти мага?

– А можешь не спешить его искать, тебя саму сейчас найдут.

– Маги?

– Какие маги? Чем ты слушаешь вообще? Один из восьми кланов Объединения точно найдет. Когда ты не явилась сразу же после вызова, там сначала было не до тебя. Но потом, когда помыли полы, вспомнили, собственно, с чего все начиналось. Правда, никто не верил, что из этого что-то получится, ведь ты должна была появиться сразу на Алтаре, но не появилась. Для ареста явились два молодых мага из Ковена, кстати, один ничего такой, а второй слишком уж щуплый, – доверительно сообщила Тинь, – и восемь стражников. Маги оценили место вызова и предположили, что, скорее всего, вызов произошел с искривлением во времени и пространстве, но не сильно, и, вероятно, ты все же появишься в радиусе пяти – сорока пяти километров. Правда, направление назвать отказались, мол, может быть какое угодно. На твои поиски сразу же были направлены восемь групп: представители каждого из Кланов захотели поучаствовать, и если Андов и прочих я еще понимаю, то Элсуортов не очень, хотя думаю, именно они и доберутся до тебя… Да, я думаю, это будут Элсуорты.

– Почему Элсуорты? – уточнила Варвара, уже начиная привыкать к манере повествования Тинь и вычленяя главное из вороха ненужных подробностей.

– Потому что я вижу их, вон, посмотри. – Варя оглянулась и смогла разглядеть вдалеке приближающееся темное пятно, которое постепенно принимало очертания трех всадников, и Тинь продолжила: – А, кстати, впереди скачет принц клана Элсуортов, младший сын якобы вдовствующей королевы Алларриэль – Верест.

– Так если это Элсуорты, оппозиционный Клан, совсем не в их интересах меня найти!

– Ну, в принципе, да. А к чему это ты?

– Так они же… Они же могут забрать меня в качестве этой, как ты там говорила, жрицы в свой клан и выиграть войну с Андами или вообще убить и сказать, что не нашли. И если насчет первого предположения мне все равно, мне ведь просто надо найти мага, то насчет второго… Ой, блин! – взвизгнула Варя. – Что делать? Мне надо спрятаться.

– Не думаю, что спрятаться получится, они тебя уже заметили. Я всегда говорила, какой толк в таком громадном росте. Тем более что, как правило, все в рост уходит, на ум и сообразительность ничего и не остается… – фея перехватила умоляющий взгляд, устремленный на нее, и продолжила: – Я не думаю, что Верест пойдет на какой-то бесчестный поступок: судя по тому, что я о нем слышала, он помешан на чувстве долга и чести. Настолько, что Аллариэль даже не хотела отпускать его в качестве очевидца, ее представления о чести слегка более расплывчатые. Но что поделаешь, своего первенца и наследника она не могла отправить с этой миссией, а больше сыновей у нее нет. Но все же, Вариа, ты совершенно зря подозреваешь снежных эльфов в вероломстве: я же сказала, что ты для них ценная находка, и тебя будут беречь, холить и лелеять, в какой из кланов ты ни попади, но по праву, конечно, верховная жрица принадлежит верховному клану. Все логично.