Текст книги "Один. Экстаз, руны и северная магия. Исследование о древнем скандинавском боге с множеством имен и лиц"
![](/books_files/covers/thumbs_240/odin-ekstaz-runy-i-severnaya-magiya-issledovanie-o-drevnem-skandinavskom-boge-s-mnozhestvom-imen-i-lic-267842.jpg)
Автор книги: Диана Л. Паксон
Жанр: Мифы. Легенды. Эпос, Классика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Практика
Путь, который привел меня к Одину, был связан с магией. Навыки, которые я приобрела, потребовали многих лет исследований, представленных в моих книгах – «Транс-Портация», «Путь оракула» и Possession, Deposession and Divine Relationship[120]120
«Одержимость, избавление от нее и взаимосвязь с божественным».
[Закрыть]. И то, что я знаю сейчас, – это только начало, первый шаг на пути самопознания.
Какие магические практики вы уже попробовали?
Какими знаниями/способностями вы уже обладаете:
• концентрация и сосредоточенность,
• память,
• поэзия/пение,
• визуализация,
• сигилы и талисманы,
• ощущение энергии,
• погружение в транс,
• контакт с духами?
2. Используйте стихотворную форму гальдралага, чтобы написать заклинание[121]121Предельно сложная задача на любом языке, кроме старонорвежского, где ударение почти всегда падало на первый слог; и в том примере, на который ссылается автор, гальдралаг не везде правильный.
[Закрыть]
В качестве примера используйте молитву, приведенную ниже.
3. Вторая Медитация Девяти НочейУстановите свой алтарь и подготовьте рабочее пространство, как и в прошлый раз. Зажгите синюю свечу и призовите Одина как мага-vitki. Обратитесь к Одину со словами:
Один, этими именами я призываю тебя:
Гёндлир (Göndlir, Носитель Жезла),
Йолнир (Jolnir, Тот-Кто-Возглавляет-Йоль[122]122
Йоль – языческий зимний праздник, совпадающий с христианским Рождеством.
[Закрыть]),
Свафнир (Sváfnir, Приносящий сон),
Тротт (Thrótt, Магическая сила),
Фьольсвид (Fjölsvid, Многомудрый),
Саннгетал (Sanngetal, Правдоискатель),
Ялк (Jalk, Кастрирующий),
Гримнир (Grimnir, Скрывающийся-под-Маской).
Мастер Магии, Жезла Жизни хозяин, меня услышь[123]123
Аллитерацию, присущую гальдралагу, я попытался сохранить, большее на русском языке сделать невозможно.
[Закрыть],
Могучий певец заклинаний,
Силы слова я желаю, сведущим в мудрости быть хочу,
Чтобы творить в этом мире волю свою,
Чтобы вершить мою волю
Покажи мне сейда искусство, подними мой дух,
Парение между мирами прекрасное.
Ведьмин бубен, вдохни шепот в мое сердце,
Пока оно не наполнится силой,
Чтобы принять силу.
Помедитируйте над значением силы. Какой силой вы обладаете и как ее используете? Нужна вам «сила над» или «сила для»? Посидите в тишине, считая вдохи и выдохи, позволяя словам бурлить в вашем сознании и уплывать, пока ваш разум не успокоится. Продолжайте равномерно дышать и откройте свое сознание потокам энергии вокруг вас. Откройте свое сердце богу. Если к вам придут слова – запишите их. Когда поймете, что время пришло, начинайте дышать чаще и понемногу двигаться, чтобы вернуться к обычному состоянию сознания.
Руническая песня
Один, одноглазый и древний, висевший девять ночей на дереве,
ожидавший мудрости.
Ты висел до тех пор, пока дерево не проросло в тебя,
не запустило ветки алого древа жизни
в голое белое костяное древо смерти.
Первой ночью страх залепил твои веки;
второй ночью туман начал собираться, клубясь и жужжа в уголках глаз;
третьей ночью мир обрел резкость – деревья, горы, извивы рек,
четкие, словно только что сделанные;
четвертой ночью было движение: боров, пещерный медведь и блоха;
пятой ночью прилетел Хугин и сел на твою голову,
ты пробудил к жизни четырех мудрецов,
твой глаз пытался различить их очертания.
Шестой ночью ты склонился вниз, выпил воды Мимира,
вспомнил, – и снова вспомнил их по имени;
седьмой ночью Мунин, черный пучок перьев, устроился у тебя на плече.
Ничего, ты теперь ничего не забудешь.
Восьмой ночью твой темный рассудок увидел, внутренний глаз увидел,
что все – это ничего: ничего нет внутри, ничего снаружи,
ничего сейчас, ничего потом, ничего в будущем.
Девятой ночью, вися на дереве, самого себя
ты увидел, как ты держишь это все внутри себя,
все и ничего внутри тебя, и ты возвысил свой голос, ты запел.
Сплетая себя в целое, внутреннее и внешнее – в целое,
древо крови, древо кости и мировое древо – в целое,
начало и конец – в целое, все вещи – в целое, ты пел.
Элизабет Хэррод (Harrod 1999, 10)
Глава четвертая. Всадник Древа
Пора мне с престола
тула[124]124
Слово с не вполне понятным значением; скорее всего, жрец, произносивший священные тексты.
[Закрыть] поведатьу источника Урд;
смотрел я в молчанье,
смотрел я в раздумье,
слушал слова я;
говорили о рунах,
давали советы
у дома Высокого,
в доме Высокого
так толковали…
Речи Высокого, 111
Как мы уже видели, Один появляется во многих сказаниях, но три из них имеют особое значение, выходящее за рамки простого предания, – как он добыл мед поэзии, как он отдал свой глаз в обмен на глоток из Источника Мимира, и деяние, благодаря которому его почитают более всего: самопожертвование на Мировом Древе ради получения рун.
Когда мои собственные духовные искания привели меня к той самой неожиданной встрече с Одином, мне пришлось учиться взаимодействию с ним. Путешествия в состоянии транса были полезны, но я опасалась, что, когда мой график станет более плотным (а такой исход был практически неизбежным), мне придется оставить духовную практику, как это было много раз до этого. Я также поняла, что для лучшего понимания Одина мне необходимо побольше узнать о культуре, из которой он пришел. Тогда мне пришло в голову, что неплохим способом получить такую информацию станет изучение рун. И чтобы наверняка не забросить этот замысел, я решила начать коллективные занятия, чтобы каждый месяц изучать на них новую руну.
Мне крупно повезло, что в моем окружении всегда было множество невероятно талантливых людей. Когда я объявила о начале занятий, все с энтузиазмом откликнулись, и в январе 1988-го, через несколько месяцев после моей первой встречи с Одином, мы приступили к изучению. Среди пятнадцати человек, пришедших на первую встречу, оказались несколько поэтов, студент-аспирант, занимавшийся скандинавистикой, и еще один парень, активно изучавший англосаксонский язык. В 1988 году северное неоязычество только зарождалось как организованное движение. Все члены моей группы либо были язычниками, либо позитивно относились к язычеству, но лишь немногие из них прежде имели дело со скандинавскими богами.
Мой рабочий план состоял в том, чтобы изучать по две руны Старшего Футарка за раз, собирая и сравнивая информацию из старых рунических поэм и легенд и подыскивая способы приложения рунических понятий к нашей собственной жизни. Ральф Блюм популяризовал собственную уникальную интерпретацию рун, Эд Фитч написал основанную на викке книгу The Rites of Odin[125]125
«Ритуалы Одина».
[Закрыть], а Эдред Торссон (1984) был единственным писателем с академическим образованием, который подходил к рунам как к системе духовного развития.
Люди из моей группы работали сообща, мы искали информацию и делились идеями о том, как руны или стоящие за ними силы проявляют себя в нашем мире. Чтобы глубже усвоить полученные знания, мы проводили ритуалы. И каждый месяц, когда я ломала голову над тем, что я должна сделать к следующему собранию, я открывала свой разум Одину: одно слово влекло за собой второе, озарения следовали одно за другим, и я постоянно получала нужную информацию.
Подобно буквам еврейского алфавита, рунические знаки одновременно воздействуют на визуальное восприятие, звук и память. Мы обнаружили, что каждая руна может служить дверью к тому или иному аспекту германской культуры. К тому времени, когда мы добрались до Одал[126]126
Иногда две последние руны меняют местами, и последней становится Дагаз.
[Закрыть], последней руны Старшего Футарка, мы познакомились со всеми основными богами и богинями, с наиболее важными мифами и с историей и ценностями, стоящими за ними. Материалы, собранные для этого курса, дополненные и отредактированные в последующие годы, легли в основу моей первой нехудожественной книги под названием «Руническое искусство». Все изложенное ниже основано на введении в рунологию, которое я даю на фестивалях и конференциях. Чтобы получить более глубокую и детальную информацию, обратитесь к книгам о рунах из списка в конце этой главы.
Тайны и алфавиты
Большинство людей сегодня назвали бы ᛉ [Альгиз] «руной». Правильнее будет сказать, что это рунестав (runestave, руническая «буква»). Термин «руна» на самом деле можно применить ко множеству вещей, считающихся магическими, например к руническому бубну саамов (хотя никаких рунеставов на нем нет). Обычно это слово переводят как «тайна» или «секрет». Заклинание или магическую формулу тоже можно назвать руной. Более того, те ставы, что чаще всего встречаются сегодня в магическом или религиозном контексте – лишь одна из версий футарка; само это слово было составлено из звуков первых шести ставов рунического ряда, эквивалентного латинскому буквенному алфавиту[127]127
Термин изначально греческий (альфа-бета), но в европейские языки он попал из поздней латыни.
[Закрыть].
Есть два способа объяснить происхождение рун. Первый – история о том, как Один повесил себя на Мировом Древе, чтобы добыть их, и об этом мы узнаем больше чуть позже. Второй опирается на археологические источники. Самые ранние рунические надписи датируются II веком нашей эры. Многие рунеставы напоминают буквы североиталийских алфавитов, которые были в ходу в то время. Они могли попасть в Германию благодаря германцам, служившим в римской армии, или их могли завезти купцы. Большая часть первых рунических текстов была найдена на территории современной северной Германии и Дании, что еще раз подтверждает: где бы ни был разработан Старший Футарк, использовать его начали именно в этом регионе.
Поллингтон полагает, что «руны не являются оптовым культурным импортом, это германское изобретение, навеянное знакомством с по крайней мере одной другой современной системой письменности (Spurklund 2010, 661). Изобретение Футарка было продиктовано желанием иметь собственную систему письменности и необходимостью того, чтобы такая система не была очевидной копией доминирующей (римской) системы» (Pollington 2016, 79).
В действительности существует три Футарка. Старший Футарк, известный нам по надписям эпохи Великого переселения народов, содержит двадцать четыре рунестава; именно его чаще всего используют в современных практиках. Англосаксы принесли континентальные германские руны в Англию и добавили к ним еще девять, доведя общее количество до тридцати трех. С другой стороны, в эпоху викингов Старший Футарк сократился до шестнадцати символов. Некоторые звуки стали больше не нужны, поскольку язык изменился, а некоторые руны, вроде Берканы, стали отвечать за два родственных звука (Б и П). Самые распространенные формы этих знаков и порядок их расположения даны на иллюстрации 9, но в надписях могут встречаться вариации. Интерпретация рунических надписей также осложняется тем фактом, что не существовало никакого стандарта письма и произношения, а ставы иногда писались как справа налево, так и слева направо, перевернутыми или даже кверху ногами.
ФУТАРКИ
![](i_004.png)
Старший, Младший и англосаксонский футарки
Первые рунические надписи были сделаны на предметах – для идентификации владельца или изготовителя либо для наделения предметов силой, как в случае с биндруной [трижды Гебо ᚷᚨ], нанесенной на древко копья из континентальных земель англов, которая, вероятно, означает «я приношу удачу» (Pollington 2016, 174). В эпоху викингов руны широко использовались как средство коммуникации, а иногда и как граффити. При раскопках средневекового торгового центра близ современного норвежского города Бергена археологи обнаружили большое количество рунических посланий, начертанных на деревянных дощечках (Listerol 1966). Позже мемориальные надписи из рун стали высекать на каменных плитах. Сегодня они в основном используются в магических, религиозных, декоративных или культурных целях (например, биндруна Беркана-Хагалл, которая является логотипом шведской компании Bluetooth).
Время от времени появляются любительницы северной мифологии, которые не могут примириться с образом Одина в том виде, как они его представляют. Обычно это происходит из-за того, что пересказ мифов до недавнего времени базировался на откровенно патриархальной версии XIX века, где Один, властитель богов, изображался как худший из всех них. Я даже слышала утверждение, что руны придумали Фрейя или какая-то другая богиня или бог, которые потом уже научили им Одина. Фрейя, несомненно, искусна в магии, но ее специализация – сейд, а вовсе не руны. Если же какая-то другая сила, помимо Одина, может претендовать на них, то я бы скорее предположила, что это три норны, особенно если учесть, что Один «поднял» руны из колодца Урд.
В своей книге The Norse Goddess[128]128
«Северная богиня».
[Закрыть] шведская художница и феминистка Моника Сьё выделила те аспекты северной мифологии, которые она одобряет как древние и аутентичные, а все, что ей не понравилось, обозвала патриархальной интерпретацией. Ингрид Кинкейд пишет на задней обложке своей книги о рунах, что «The Runes Revealed[129]129
«Руны раскрытые».
[Закрыть] бросят вам вызов, заставят отвергнуть искаженные патриархальностью шаблоны, чтобы увидеть их более отчетливо. Руны появились задолго до Одина, до викингов и до христианства». С тем, что каждая руна – это ключ к одному из аспектов реальности, я еще могу согласиться, но я продолжаю считать, что именно Один получил их и даровал миру. Книга Кинкейд призвана познакомить читателя с ее личной интерпретацией рун, с ее размышлениями о них, а ее выводы об их значении на самом деле не слишком отличаются от моих собственных. Мне кажется, что Одина не заботит, кому принадлежит заслуга открытия рун, лишь бы вы использовали их должным образом.
Древо и Источник
Так откуда же взялась история о том, как Один получил руны? В «Речах Высокого» (138) мы находим следующее: «Знаю, висел я в ветвях на ветру, девять долгих ночей…» Дерево, которому принадлежат ветви, – это Мировое Древо Иггдрасиль (Yggdrasil), «конь Игга» (то есть Ужасного). Игг – еще одно имя Одина. Поэтому бога можно назвать Всадником Древа.
В «Прорицании вёльвы» (19) провидица заявляет:
Ясень я знаю,
по имени Иггдрасиль,
древо, омытое
влагою мутной;
росы с него
на долы нисходят;
над источником Урд
зеленеет он вечно.
Если Один добыл руны, обратившись с Древа вниз, то, возможно, он обнаружил эти священные символы в Источнике Урд (Вюрд), который находится у подножия Древа и в котором все, некогда бывшее, сохраняется и все, что возникает, постоянно всплывает. Или же он мог найти их в другом измерении сознания.
В «Прорицании вёльвы» Иггдрасиль называется ясенем. Однако, как отмечает Симек, Ф. Р. Шрёдер полагал, что это название может означать тисовую колонну, основываясь на связи между протоиндоевропейскими словами, обозначающими «тисовое дерево» и «поддержку» (Simek 2007, 325). Более того, в древнескандинавском слово barraskr, игольный ясень, является другим именем для тиса. Мировое Древо также упоминается как вечнозеленое, что говорит о том, что оно скорее является тисом, чем сбрасывающим листву ясенем. Вот почему, хотя ясень благороден и красив, я предпочитаю считать Иггдрасиль тисом, который является самым долгоживущим европейским деревом, – возраст некоторых из них достигает 2000 лет и даже больше.
Тис часто сажали внутри церковной ограды, поскольку считалось, что он связан с миром мертвых. Красные ягоды тиса можно есть, но все остальные его части, включая семена, ядовиты. Мне рассказывали, что некоторые люди испытывали головные боли и галлюцинации, посидев под тисом в солнечный день. Древесина тиса ценится как материал для изготовления луков, магических посохов и жезлов. Однако работать с ним следует только в помещении с хорошей вентиляцией, особенно когда занимаетесь полировкой.
Кстати, в том видении, где я впервые встретилась с Одином, дерево, к которому меня привел Ворон, было калифорнийским красным деревом, которое мне, как жительнице Калифорнии, кажется гораздо красивее и внушительнее (а еще оно выше и старше), чем ясень или тис. Иггдрасиль – axis mundi, ось мира, произрастающая в центре духовного измерения, которое находится в Мидгарде. В Сибири Мировым Древом считается береза, на американском юго-западе в верованиях племени тохоно одхам эту роль играет цереус гигантский, а в Центральной Америке – капок (хлопковое дерево). Думаю, что в духовном мире мы представляем Мировое Древо в виде самого впечатляющего дерева из знакомых нам лесов.
В норвежской космологии Мидгард, наш мир, располагается в центре, мир богов находится наверху, а мир предков, Хель, – внизу. Конфигурация других миров, располагающихся вокруг, описывается различным образом. Упоминания в легендах помещают Нифльхейм на севере, чуть ниже Мидгарда. Йотунхейм находится на востоке, а Муспельхейм на юге. Запад занимает Ванахейм. Вероятно, светлые альвы живут ближе к Асгарду, а темные альвы (svartalfar) – в Свартальвхейме.
Из «Прорицания вёльвы» мы знаем, что три корня Древа проникают в самые глубины. Под одним из них находится Источник Урд, где три норны (образы, аналогичные трем паркам греческих мифов, хотя и не во всем) черпают воду, чтобы поливать Древо. Это также место, где боги собираются на совет. В своем увлекательном исследовании мира и времени в германской культуре Пол Баушатц предполагает, что все источники Девяти миров, описанных в легендах, связаны между собой. Из Источника поднимается Древо, вмещающее все миры, события которых падают обратно в источник, «образуя кипящий, активный слой» (Bauschatz 1982, 122), что порождает поток энергии, которая течет через дерево, чтобы быть высвобожденной во всех мирах.
Еще раз процитирую «Прорицание вёльвы» (20):
Мудрые девы
оттуда возникли,
три из ключа
под древом высоким;
Урд имя первой,
Вторая Верданди, —
резали руны, —
Скульд имя третьей;
судьбы судили,
жизнь выбирали
детям людей,
жребий (ørlög) готовят.
Норны – Урд, Верданди и Скульд – не просто олицетворяют прошлое, настоящее и будущее, а представляют собой сложную концепцию времени. Мое понимание той гипотезы, которую предлагает Баушатц (Bauschatz 1982, 153–187), сводится к тому, что имена первых двух норн происходят от временных форм глагола wairthan, «быть». Форма простого прошедшего времени этого глагола выглядит как Urd, и она управляет процессами, что уже были, начиная с изначальных времен и заканчивая несколькими минутами назад, теми событиями, что уже «сброшены» в Источник. Слово Verdandi – это не только настоящее время, но и причастие, вытекающее из прошлого. Будущее же, однако, может быть выражено только с помощью вспомогательного глагола. Слово Skuld образуется от глагола skulan и добавляется к другому глаголу, чтобы показать, что речь идет о том, что произойдет в результате того, что было раньше.
«Они подчеркивают близость реального присутствия следующего действия без специфической его предикации» (Bauschatz 1982, 183). Я интерпретирую это как то, что прошлое неизменно, и настоящее, то непрерывное «становление», в котором мы соприкасаемся с миром, обретает свои очертания не только благодаря прошлому, но и благодаря тому выбору, который мы совершаем в данную минуту. Следовательно, пока эти решения не стали частью прошлого, будущее может быть лишь вероятностью.
Легенды не уточняют, на какой из ветвей Мирового Древа был повешен Один, но мне кажется логичным, что это произошло где-то рядом с Источником, где неизменяемое прошлое, неуловимое настоящее и постоянно меняющееся будущее сосуществуют, кипя вместе в космическом котле Источника.
Жертвоприношение
Здесь мы попадаем в то измерение мифа, где смысл выходит за пределы логики. В «Речах Высокого» (138) Высокий говорит одновременно от первого и от третьего лица, наблюдая за собственным испытанием и переживая его:
Знаю, висел я
в ветвях на ветру
девять долгих ночей,
пронзенный копьем,
посвященный Одину,
в жертву себе же,
на дереве том,
чьи корни сокрыты
в недрах неведомых.
Рассказчик «посвящен Одину», sjalfur sjalfum mér. Чтобы понять, что именно означает жертвоприношение Одина, давайте вспомним смерть конунга Викара из запутанной истории героя Старкада, описание которой составляет большую часть сюжета «Саги о Гаутреке». Во время путешествия по морю корабль конунга попал в штиль, и гадание сообщило ему, что Один требует человеческую жертву в обмен на попутный ветер. Но всякий раз, когда бросали жребий, тот указывал на Викара. Конечно, никто не хотел его убивать, особенно Старкад, который был правой рукой конунга и его другом с детства.
Ночью Старкад отправился (или, возможно, ему снится, что он отправился) на встречу, все участники которой называли себя именами богов (или, возможно, были ими одержимы). «Один» сообщает Старкаду, что тот должен «отправить конунга к нему». Утром люди на корабле решили устроить имитацию жертвоприношения конунга. Но что-то пошло не так: «Старкад освободил сосновую ветвь. Камышовый стебель стал копьём и пронзил конунга насквозь. Колода упала у него из-под ног, а телячьи кишки в петле сделались крепкими, ветвь же поднялась и подняла конунга вместе с порослью веточек, и там он и умер»[130]130
«Сага о Гаутреке» в переводе Н. Топчий.
[Закрыть].
Повесить человека, а затем проткнуть его копьем выглядит некоторым перебором, но использование нескольких видов казни одновременно уходит корнями в далекое прошлое. В северных торфяных болотах сохранились тела людей, которые сначала были связаны, забиты дубинками и заколоты копьями, а потом уже брошены в трясину. Юноша, убитый примерно в первом веке нашей эры, тело которого нашли в болоте Линдоу-Мосс около Чешира, был связан и получил удар по голове, после чего ему перерезали горло (Joy 2009, 45). Эта тройная форма казни перекликается с «тройной смертью» из легенд об ирландском Суини Безумном[131]131
Buile Suibne, история короля Даль-Нарайда, который впал в безумие из-за проклятия.
[Закрыть], о шотландском Лайлокене[132]132
Полулегендарный безумец и пророк.
[Закрыть] и Мерлине: смерть каждого из них включала закалывание, побивание камнями, утопление или сожжение.
В своем «Поиске Мерлина» Николай Толстой предполагает, что смерть Ллеу Ло Гиффеса, валлийской версии Луга, которого Толстой считает родичем Одина, является примером тройного жертвоприношения. В «Мабиногионе»[133]133
Цикл валлийских повестей о мифических событиях и персонажах.
[Закрыть] Ллеу говорит, что его можно убить только при соблюдении нескольких невыполнимых условий, и совершает ошибку, проболтавшись жене, что именно это за условия. Она рассказывает об этом своему любовнику, который пронзает Ллеу ритуальным копьем в тот момент, когда тот стоит одной ногой на спине козла, а другой на краю купальни. Ллеу превращается в орла (способность, которую он разделяет с Одином) и взлетает на дерево, где сидит и страдает от ран, пока его не находит и не исцеляет его дядя, волшебник Гвидион.
Людей и животных, которых приносили в жертву в Уппсале, вешали на деревьях. Ничего не известно о том, били ли их предварительно по голове и закалывали копьями или нет. Жертвоприношение Одина описывает только два способа убийства, что, возможно, было германской версией обряда. Некоторые исследователи предполагают, что описание смерти Одина на Древе появилось под впечатлением от смерти Иисуса. Но история конунга Викара свидетельствует о том, что на севере этот ритуал существовал в дохристианскую эпоху.
Понятно, что когда германские племена узнали историю о смерти Иисуса, то увидели в ней параллель с испытанием Одина. И хотя Иисус был распят на кресте, а не на дереве, обоих все же повесили и пронзили копьем. Чтобы лучше понять, как германцы относились к христианской истории, почитайте «Гелианд», увлекательную версию Евангелия, написанную на старосаксонском языке в IX веке. В ней Иисус изображен как воинственный вождь, которого сопровождает ватага удальцов. Раздел о распятии включает в себя заколачивание гвоздей, но дальше говорится, что Иисус был повешен на виселице. «Защитник Земли умер в петле» (Murphy 1992, 173).
И хотя Одина иногда изображают подвешенным за одну ногу, как Повешенного на карте Таро, предания свидетельствуют о повешении за шею. Несомненно, что удушение, лишающее возможности дышать, было самым подходящим для бога коммуникаций, который, как мы увидим в главе 5, подарил человечеству дар дыхания. И хотя он был повешен, очень важно отметить, что он был «подвешен», то есть оставлен в пограничном состоянии, позволяющем перемещаться между мирами.
Если веревка поднимает тело, то копье открывает его, чтобы стало возможным получение силы. Когда конунг бросал копье в сторону вражеского войска, он посвящал его Одину и не брал пленников. Особым оружием самого бога было копье Гунгнир, с помощью которого он избирал свои жертвы. Лично я считаю, что Одина пронзили его собственным копьем, хотя никто, похоже, не знает, кто именно нанес этот удар.
Никто не питал,
никто не поил меня,
взирал я на землю,
поднял я руны,
стеная, их поднял —
и с дерева рухнул.
«Речи Высокого», 139
Почему Один отправился на Древо? Что на самом деле произошло с ним и чему он научился? Девять дней и ночей бог страдает, полуголодный, наполовину задушенный, ослабевший от потери крови и висящий между мирами в состоянии измененного сознания. Разговоры с друзьями, которых едва не убили аллергические реакции, позволили мне в красках представить, что происходит, когда горло сдавливает удушье в результате анафилактического шока. Любопытно, что адреналин, выделяющийся от боли, способен замедлить этот процесс, что ведет к занимательным размышлениям о равновесии, которого можно добиться при одновременном воздействии удавки и копья.
Один практически мертв, но в этот момент наивысшего осознания он оказывается в состоянии воспринять, то есть «схватить», руны, постичь их суть и сделать это знание своим. Такие писатели, как Мирча Элиаде, усматривают в этой истории аналог обряда инициации, во время которого новый шаман проходит через визионерский опыт собственной смерти и распада, после чего он получает новое, магическое тело от предков или духов. Если Один в своей «поездке» на Мировом Древе добрался до смерти, то он явно стремился к трансформации.
Строки из стихотворения, написанного Дженнифер Тиффт, передают этот опыт:
Запястья, поясница, шея порваны веревкой, привязанной к дереву,
проходящей через и пересекающей миры.
Пронзенный и пронзающий, мое горло разрывается от криков.
Слова колотят по сердцу, лежат на языке,
Придают форму дыханию.
Сдвоенные и одинокие глаза смотрят наружу, заглядывают
внутрь.
Самых старых и самых молодых
Гибель никогда не была желанной: воля жить,
Умереть, чтобы знать.
Мимолетные взмахи крыл, требующие стойкости:
Слова реальны.
Дикое тепло, необузданная сила:
Видение истинно.
Раны от веревок иллюзорны, память о боли:
Познание – это все.
У Одина нет Гвидиона, чтобы спасти его. И не духи воскрешают бога, но другое, высшее «Я», которому он был принесен в жертву. Подобное высшее «Я», или расширенное сознание, может проявить себя только в те моменты, когда его менее продвинутая часть будет отброшена. В мифическом мире все события происходят одновременно, поэтому Один всегда висит на Мировом Древе и всегда обретает руны.
Когда мы закончили цикл занятий по рунам, то полностью усвоившие значение рун ученики могли дополнительно пройти через опыт ритуала-инициации, в который входило привязывание к дереву на большую часть ночи. Во время проведения ритуала ведущий каждые десять минут благословлял посвящаемого новой руной. Сценарий церемонии и общие указания по ее проведению изложены в книге «Руническое искусство».
Когда подошла моя очередь, я обнаружила, что надежная поддержка веревок позволяет мне расслабиться и погрузиться в транс, а регулярные благословения новыми рунами не позволяют трансу перейти в сон. Результатом стало измененное состояние сознания, продлившееся шесть часов, и в это время я могла воспринимать все руны одновременно и таким образом осознавать взаимосвязи и отношения между ними.
Один, само собой, пошел дальше. Он пожертвовал собой самому себе – но что это значит? В магическом тексте Эдреда Торссона The Nine Doors of Midgard[134]134
«Девять дверей Мидгарда».
[Закрыть] ученику предлагается подражать Одину, чтобы стать не богом, а «самим Собой, или самой Собой. Это истинная природа культа Одина. Поклонники Одина не ищут единства с Одином, они скорее ищут единства со своим собственным уникальным “я”, тем самым отражая, как в зеркале, божественную задачу Одина» (Thorsson 1991, xx).
По сути, это самореализация, возвышенная цель, но я не могу не задаться вопросом: как ученик может понять, как и какие аспекты себя он должен отвергать, пока не наберется достаточно мудрости, чтобы увидеть свое истинное «я» и постичь настоящие цели Одина? У кого-то перед глазами возникает образ юноши, пытающегося изменить себя, чтобы стать одним из фанатичных воинов mannerbund, мужского союза (о них мы больше узнаем в главе 7), но теряющего при этом возможность встретиться с другими измерениями, что открылись благодаря жертвоприношению Одина.
Мой опыт говорит о том, что большинство людей, взаимодействующих с Одином, не ставят перед собой цель обрести его. Когда Один призывает их, они обычно спрашивают «Почему я?», а не «Как я могу получить твою силу?».
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?