Читать книгу "Измена. Снова будешь моей"

15 Амина

Настороженно смотрю на незнакомку, – не понимая, что стоит за ее вопросами.

– Так что? – нетерпеливо повторяет она. – Мужа вернуть хочешь?

– Он не уходил…

Она демонстративно фыркает и качает головой.

– Если тебя устраивает, что мужик таскается на сторону, зачем Хадия мне тут голову морочит?

– Не устраивает, – торопливо возражаю. – А что, вы знаете, как это… исправить?

– Знаю, – самоуверенно отвечает женщина. И улыбается так, словно она уверена в этом на сто процентов, да еще и с гарантией. – Вопрос в том, захочешь ли ты постараться ради этого.

По спине пробегает холодок. Что это значит? В мыслях уже столько вопросов и вариантов, что становится страшновато.

– Не бойся, ничего противозаконного, – усмехается незнакомка, заметив, как я покосилась в сторону двери. – Но способ безотказный.

– Ладно, – соглашаюсь. – А что надо делать?

– Как следует трахать мужа.

Я не могу даже слова вымолвить. Просто стою и беззвучно открываю рот.

– Ну, что ты так смотришь? Впрочем, – она вздыхает, – у Хадии иной дочери быть и не могло, – цокает она языком.

– Какой такой?

– Зажатой и закомплексованной.

– Да что вы такое говорите! – возмущаюсь. – Почему вы меня оскорбляете? Знаете что?

– Что? – усмехается она. – Выйдешь за дверь, и я не стану тебе помогать, деточка. Алмазова заберет твоего мужа, уж поверь.

– Откуда вы…

– Тебе правда важно, откуда я знаю последние сплетни? Или, может, все-таки потратим время на дело?

Обреченно киваю. А сама гадаю – откуда мама знает эту женщину?

– Что ж, для начала запомни главное – мужчины любят, чтобы в постели женщина становилась для них шлюхой. Да-да, не надо делать такие глаза. Ты ведь, поди, как правильно воспитанная, лежишь и не дышишь, пока мужик над тобой трудится?

Кажется, в этот момент краснеют не только щеки, но и шея, плечи. Меня бросает в жар, и даже дышать становится трудно.

– Вот, держи, – снисходительно произносит женщина, подавая мне бутылку с водой. Я упрямо мотаю головой. – Если ты хочешь удержать мужа, придется забыть про стыд, дорогуша.

– Но это же… Это…

– Забудь все, чему тебя мать учила.

– Но она… – беспомощно смотрю на дверь. – Она тоже? – не могу озвучить вслух свою догадку.

– Вряд ли ты хотела бы узнать такое о матери, но да. И ей тоже я помогла в свое время. Вопрос, почему она не научила тебя, – усмехаться незнакомка. А затем бросает взгляд на часы. – Но времени у меня осталось мало. Так что? Готова слушать?

– Д-да, – заикаюсь, все еще краснея от того, о чем сейчас пойдет речь.

– Так вот, для начала белье – откровенное, но со вкусом. Второе – не бойся проявлять инициативу. Мужики все разные, но им однозначно не нравятся бревна. Отвечай на поцелуи, пробуй ласкать его сама. В идеале научись сосать член.

– Ч-что?!

Еще один вздох.

– А ты как думала? Да, мужчинам нравятся оральные ласки. Иногда они не брезгуют и сами проявить в этом плане фантазию и ответить тем же. Главное, не кривись, не морщись. Все, что происходит в спальне – нормально. Разные позы – в том числе. Мужики любят разнообразие. Секс – вообще дело приятное. Главное, перестать зажиматься, и ты сама войдешь во вкус.

Мне так странно слышать подобное. Да, я не избегала близости с Рамилем. Исправно выполняла супружеский долг и никогда не отказывала ему. Если муж хотел – у нас все происходило. Пару раз он действительно пытался иначе взять меня, но я тогда так испугалась, что зажалась, и в итоге… В общем он вернулся к привычной позе, а после ушел в ванную и долго-долго мылся.

– Но я ничего не умею, – шепчу стыдливо. – Как я пойму, что действую правильно?

– Я могла бы тебя научить, но боюсь, что если ты будешь действовать умело, то твой муж это поймет, и это сыграет против тебя.

– Что это значит?

– Например, он решит, что ты набралась опыта с кем-то другим, – я непонимающе смотрю на нее. – С другим мужчиной, Амина. Понимаешь, к чему я веду?

– Да… А что же мне тогда делать?

– Скорее всего, твой мужик просто выплескивает все с любовницей – она безотказная, и насколько я наслышана про Айзу, девка без тормозов. Уверена, с ней он реализует много всяких желаний. Тебе просто надо переиграть ее в этом.

– Стать шлюхой? – робко спрашиваю я.

– Именно.

– Но разве это не грех? Разве после он будет ко мне относиться как к жене?

Женщина снисходительно улыбается.

– Он с тебя пылинки сдувать будет, поверь мне. Ты не должна вести себя развязно вне стен спальни, или где там вы захотите заняться сексом. Только с ним. Только наедине.

– И это сработает? – с сомнением спрашиваю.

– Что ты теряешь, если попробуешь?

Ответить я не успеваю – дверь открывается, и к нам заглядывает мама.

– Амина, время.

– Но мы еще…

– Иди, – мягко перебивает меня незнакомка, которая только что делилась секретами, как удержать мужа. – А это тебе подарок, – она подает мне небольшой темный пакет, который стоял на журнальном столике.

– Что там?

– Бери-бери, – говорит она. Затем смотрит на мою мать. – Долг платежом красен, кажется, так говорят, да, Хадия?

– Дочь, нам и правда пора, – нервно говорит она. Я все же забираю пакет, и мы выходим в коридор.

– Кто она? – все же не удерживаюсь от вопроса.

– Одна знакомая.

– Ты… Тебя она ведь тоже учила?

Впервые, пожалуй, я вижу маму смущенной. Она стыдливо отводит взгляд.

– Я надеялась, тебе это не понадобится, Амина. Но раз так вышло… Не говори Рамилю. А сама воспользуйся советами Камиллы.

Я хочу еще много всего спросить, но в этот момент к нам подходят папа и Рамиль.

– Хадия, где вы ходите? – ворчит отец.

– Не злись, ты ведь понимаешь, Амина в положении, – мягко улыбается мама, и берет его под руку.

– Что ж, завтра тогда созвонимся, – говорит отец, они с Рамилем снова пожимают руки, и мы, попрощавшись, расходимся в разные стороны. Причем мы-то идем на выход.

– Домой? – осторожно спрашиваю.

– Да, я закончил все вопросы.

На улице оказывается довольно прохладно, а машину приходится подождать. Зябко ежусь, не зная, как себя вести. Слова Камиллы не дают мне покоя, и я все верчу их в голове – неужели и правда дело в том, что Рамилю не хватает именно секса? Того, что он реализует с этой самой Айзой?

Вздрагиваю, когда на плечи ложится что-то, и поднимаю взгляд на мужа.

– Ты замерзла, – сдержанно говорит он.

– Нет, просто…

– Не спорь, – резко пресекает он мою попытку возразить. Замолкаю, глядя ему в глаза без возможности отвернуться. Смотрю и все гадаю – а что если я смогу? Что если и правда все дело в физиологии?

В какой-то момент муж наклоняется ниже, между нашими лицами остаются лишь жалкие сантиметры, и я уже жду, что он поцелует меня, как раздается сигнал, и волшебство момента исчезает.

До дома мы едем молча. Рамиль задумчиво смотрит в окно, а я продолжаю кутаться в его пиджак и дышать его туалетной водой, запах которой для меня ассоциируется с надежностью, силой и любимым мужчиной.

В квартире Рамиль раздевается, а затем уходит в ванную. Я же заглядываю в пакет и, достав оттуда содержимое, опять краснею, кажется, от макушки и до пят.

Теперь я понимаю, о чем говорила Камилла. Потому что это не белье, это сплошная провокация. Такое чувство, что проще уж быть голой, чем… Вот это!

Скептически смотрю на совершенно новый комплект белья, оглядываюсь в сторону ванной.

Вспоминаю слова Камиллы – что ты теряешь?

Нервно кручу в руках прозрачный топ. Да или нет? Готова ли я ради сохранения семьи перешагнуть через себя и стать той, кто так нужен мужу?

Слышу, как стихает шум воды, и понимаю – у меня осталась всего пара минут, чтобы сделать выбор…

16 Рамиль

Когда меня стал волновать внешний вид жены?

Это вопрос не дает покоя, пока мы едем на мероприятие. Машинально отвечаю на звонок помощника, а у самого в башке крутится один вопрос – какого хера?

Я уже принял, что моя жена – правильная девушка, которая способна лишь на то, чтобы родить наследника. Все. Что от нее не стоит ждать чего-то в постели, и наш секс – просто необходимая процедура, чтобы обзавестись детьми.

Но сегодня… Черт, когда увидел Амину в этом гребаном платье, внутри что-то вскипело. Сам не понял, как сорвался, хотя был уверен в своем контроле. В итоге едва не сожрал ее. Напугал опять.

В машине она сидит отстраненная, смотрит в окно, а мне снова хочется прикоснуться. Проверить – показалось ли мне, или она и правда ответила мне на поцелуй иначе?

Я нормальный мужик, мне в сексе хочется разнообразия. И его дает мне Айза. Я привык к этому за пару лет нашей связи. Но сейчас внутри все сильнее иррациональное желание получить то же самое от Амины.

На хер?

Ответа у меня нет. Возможно, дело в том, что сегодня она выглядит совершенно иначе – деркзая, откровенная даже в чем-то. Впервые со дня свадьбы я вижу ее такой.

И меня подбешивает от мысли, что это она сделала не для меня, а ради… кого-то еще.

Неужели все-таки Таир? Неужели она и впрямь заинтересовалась моим братом?

Сдерживать бешенство непросто. Но я не зря тренировал выдержку и самоконтроль. И все же даже во время разговоров с потенциальными партнерами не перестаю отслеживать поведение жены, превращаясь в одержимого идиота.

А уж когда она сбегает под предлогом поправить макияж, так и вовсе внутри поселяется неясная тревога.

– Сегодня один? – Таир возникает словно из ниоткуда, пока я, казалось бы, незаметно оглядываю зал, проверяя, не вернулась ли Амина.

– Это допрос?

– Просто любопытно, кого ты выбрал жену или резиновую куклу для снятия стресса, – ухмыляется брат.

Давлю его взглядом, но младшему все нипочем.

– Решил спросить с меня?

– Что ты, Рамиль, ты же у нас старший и самый умный, – с явным удовольствием отвечает он. – Вот интересно будет, когда ты станешь видеть дальше своего носа?

– О чем ты? – тут же напрягаюсь, но Таир загадочно усмехается и сваливает, как только ко мне подходят мэр и его помощник.

Идиот, блядь. Какого черта лез тогда?

Приходится сосредоточиться на делах, и я почти успокаиваюсь, когда замечаю нечто яркое. Поворачиваюсь и охереваю – Айза, совершенно не стесняясь, походкой от бедра чешет ко мне так, будто реально имеет права на что-то.

– Рамиль, ты здесь, – произносит она, растягивая слова, включая эту свою манеру, которая всегда так бесила. Еще и демонстративно кладет ладонь мне на плечо.

Терпеть не могу, когда меня загоняют в угол, а ведь Айза, по сути, это и делает.

Сучка.

Замечаю, как мэр с помощником заинтересованно смотрят, как я резко осаживаю идиотку.

– Конечно, здесь. С женой, как и положено, – холодно говорю. – Передавай брату привет, – делаю шаг назад, давая ей понять, что ее фокус не прокатит.

Впервые я всерьез задумываюсь о том, что пора бы завязывать с ней. Слишком много намеков стало появляться, так теперь еще и демонстрации пошли в ход. И ведь она наверняка знает, что я приехал с Аминой, но…

Словно из ниоткуда появляется жена. Подходит ко мне, словно королева, и сдержанно кивает.

Охереть. Залипаю на ней, словно впервые видя. И столько в ней достоинства в этот момент.

– Ты что-то долго, – замечаю, кладя ладонь ей на поясницу. Руки так и чешутся сгрести ее и утащить куда-нибудь в отдельный кабинет, чтобы..

Да что со мной такое?! Почему более откровенное платье Айзы вызвало лишь равнодушие, а вот образ жены начинает окрашиваться совершенно иными желаниями?!

– Там была очередь, – ровным голосом отвечает Амина. Хотя я был уверен, устроит опять слезы и претензии по поводу Алмазовой.

Которая, кстати, реагирует слишком уж ярко и с явной обидой на лице демонстративно сваливает. Ну и черт с ней. Сама потом прибежит, как уже было не раз.

– Рамиль, мои поздравления, – говорит мэр. – У тебя очень красивая жена.

Амина смущается, а я инстинктивно прижимаю ее к себе. Опять же – зачем? Какого черта со мной происходит?!

– Да, Амина как цветок. Хрупкий и нежный, – вторит ему помощник, подливая масла в огонь моего раздражения. – Такой надо беречь, холить и лелеять.

– Чем я и занимаюсь, – отстраненно говорю, стараясь держать под контролем эмоции, которые вот-вот выйдут из берегов.

К нам подходит еще пара полезных для будущих контактов знакомых, и мы, наконец, съезжаем с темы моей жены. Все идет своим чередом, пока обсуждение не прерывает появление тестя с тещей.

– Рамиль, рад видеть, – говорит Шакиров, пожимаю его руку.

– Взаимно, – отвечаю я. – Хадия, как всегда, прекрасно выглядите, – отдаю дань вежливости.

– Спасибо, – смущается та, а Аслан тут же самодовольно улыбается. И я ловлю себя на том, что отчасти понимаю эту его гордость, что ли.

– Документы уже отправили тебе в офис, – между тем добавляет он.

– Завтра юристы рассмотрят их, и если все в порядке, то подпишут.

– Как насчет семейного ужина? – внезапно предлагает Хадия. – Что? Мы давно не собирались. Да и… – она выразительно смотрит на мою жену. – Может, у нас есть повод?

Задумчиво смотрю на Амину. В общем-то, новость о том, что она беременна, все равно разойдется. Да и глупо это скрывать.

– Отличная идея, – говорю я. – Тем более что новость и правда есть.

Аслан вопросительно смотрит на меня, затем на дочь.

– Амина?

– Я беременна, пап, – ее голос звучит не слишком-то радостно, и это какого-то черта меня задевает. Она что, не рада тому, что понесла от меня?!

– Поздравляю, Рамиль. Какая семья без детей? Вот порадовали старика! Понянчу внука, – тут же воодушевляется Шакиров.

– Это же может быть девочка, – зачем-то говорит Амина. И почему в единственном числе?

– Девочку потом настрогаете, – возмущается Аслан. – Поняли? Рамиль, мне чтоб пацана, ясно?

Ну, тут я с ним согласен. По нашему с ним договору наследником признается только пацан. И мне нужен именно мальчик, чтобы окончательно укрепить наши связи в бизнесе.

– А вообще я чего хотел-то, – спохватывается тесть. – Там Вертинский приехал. Помнишь, я тебе говорил – у которого есть нужные связи для, сам понимаешь, чего.

Он многозначительно смотрит, но я и так понимаю, к чему клонит тесть. Да, Вертинский нам знатно упростит пару схем по сбыту товаров определенного назначения.

Отпускаю Амину, хотя часть меня зачем-то противится этому.

– Мы ненадолго, – бросаю и иду вслед за Шакировым, чтобы остаток вечера провести в компании тестя и нашего нового партнера.

Игорь Вертинский – единоличный владелец транспортной компании, которая в нашем регионе является, по сути, монополистом. Так что желание Аслана наладить с ним контакт объяснимо.

– Игорь, рад видеть! – расплывается в довольной улыбке Шакиров, едва мы подходим к тому. Рядом стоит мэр, окидывает нас странноватым взглядом, но я списываю это на наши с ним недавние терки.

– Аслан, вечер добрый, – отвечает Вертинский. Пожимает руку тестю, затем смотрит на меня. – Рамиль? Салманов?

– Именно, – сдержанно отвечаю. Жмем руки под одобрительный взгляд тестя.

– Рад познакомиться. Ваша компания… хм… весьма перспективна, – говорит Вертинский и делает приличный глоток виски.

– Значит, и сотрудничество тоже будет таким же, – усмехаюсь в ответ.

Судя по взгляду, Игорь верно считывает намек и уже собирается что-то сказать, как мэр вдруг спрашивает:

– Игоряш, а говорят, ты развелся, да?

Вертинский мгновенно напрягается. В глазах появляется нехороший блеск.

– Это неверная информация, – цедит он.

– Да? – продолжает дразнить его мэр. – Тогда твоя Ирина явно считает иначе…

И смотрит за спину Игорю. Тот резко оборачивается, а там, у дальней стены, довольно привлекательная женщина в красивом платье стоит рядом с высоким крепким мужчиной. Вертинский, не глядя ставит бокал с алкоголем на поднос проходящему мимо официанту, и словно танк прет в сторону этой самой парочки.

– Кажется, сейчас будет весело, – гаденько хихикает мэр. На мой вопросительный взгляд Шакиров поясняет:

– У них с женой, кажется, не самый простой период.

И, будто в подтверждение этого, слышится:

– Ирина!

Дальше все немного выходит из-под контроля. До драки, конечно, не доходит, но скандал все же случается. Мужики выясняют отношения, та самая Ирина в итоге попросту сбегает из зала. И я понимаю, что с Вертинским мы сегодня не договоримся.

– Идиот, – фыркает тесть, когда мы отходим в сторону. – Умный мужик, а интрижки свои прятать так и не научился.

– Так он ей?

Аслан демонстративно хмыкает.

– Жаль. Я думал, сможем договориться сегодня о встрече.

– Он не вернется? – оборачиваюсь в сторону Игоря, но того уже и след простыл.

– Нет, конечно. За женой, поди, побежал.

– Так сильно любит ее?

Шакиров насмешливо фыркает и оставляет мой вопрос без ответа. А меня подобное отношение почему-то царапает. Хотя с чего бы? В итоге отмахиваюсь и решаю, что на сегодня хватит. Желания тут оставаться уже нет – тем более что я мельком замечаю Айзу, а видеть эту вертихвостку сейчас нет никакого желания, так что увожу Амину на выход. Она умница, и не спорит. Замечаю, как она дрожит, даже не задумываясь, накидываю ей на плечи пиджак, а жена в ответ смотрит так, что внутри что-то вспыхивает. И если бы не сигнал водителя…

Дома сразу ухожу в ванную, чтобы остыть. Не дело это. Ни к чему эти странные неуместные чувства. Да и зачем? Все уже решено. Как только получу результаты анализов, Амина поедет за город, будет там вынашивать наших детей, чтобы договор вступил в силу.

Так я думаю, пока смываю с себя этот долгий непростой день. Но когда возвращаюсь в спальню, все мысли на хер вылетают из башки.

Потому что вижу Амину – полуголую, в каком-то откровенном, дерзком белье, чья функция только в том, чтоб сорвать его с женщины перед тем, как размашисто взять, вгоняя член до упора.

Она смотрит на меня с таким ожиданием, что… Мать вашу, она еще и делает шаг ко мне, призывно выставляя свою обалденную грудь вперед.

Охереть. Сбылась мечта идиота…

17 Рамиль

Амина робко улыбается, делает еще один шаг, и мне начисто сносит башку.

Я даже подумать не мог, что она решится на подобное.

Черт, да это же…

Медленно подхожу к ней, смотрю, не позволяя отвести взгляда. И ощущение, что она вся в моей власти, пьянит так, что срывает все заслоны.

Мягкая, нежная, покорная.

Провожу пальцами по ее щеке, и она тянется, будто кошка, выпрашивает ласку.

Пиздец. Отзывчивая. Совсем другая.

На дне ее глаз я все еще вижу настороженность, будто страх притаился, но помимо него – желание.

Впервые я вижу это в ней. Отчаянное. Дерзкое. Живое.

Стоило бы притормозить, спросить, что за шоу, и с чего такие перемены, но все мысли на хер вылетают из башки, и я целую ее. Чувствую, как откликается, как прижимается, а ее острые соски через тонкую прозрачную ткань упираются мне в грудь.

Сгребаю ее длинные шикарные волосы на затылке, оттягиваю, и жена слушается! Не упирается, не превращается в отстраненное бревно, а рвано дышит и смотрит своими охеренными глазами так, что я едва контролирую себя.

– Амина… – хрипло вырывается из горла.

Укладываю жену на постель, одержимо целую. Буквально вгрызаюсь в ее губы, кайфуя от того, что она не только позволяет мне это, но и сама отвечает, пусть робко, пусть неумело.

Но блядь…

Спускаю лямки топика, тот мешается, и без зазрения совести рву этот лоскут ткани, чтобы грудь была доступна вот так, без лишних преград – хочешь – сожми, хочешь – прикуси. Амина выгибается, сдавленно стонет, запускает пальчики мне в волосы, а я как бешеный кайфую от нежданного подарка.

Крошечные трусики тоже на хер.

Мое полотенце давно уже где-то потерялось. Прикасаюсь к Амине между ее стройных ног и дурею – она влажная. Течет. Хочет.

Пиздец. Это просто лютый пиздец.

А уж когда ее пальцы прикасаются к моему члену, я окончательно теряю ощущение реальности.

Нет мыслей – с чего такие перемены? Нет ничего. Только дикое желание – взять. Ворваться в горячую податливую плоть.

И трахать. Так, как я люблю. Как хочу. Как привык.

И я…

Торможу в последний момент – в памяти всплывает предупреждение врача о том, что у жены повышенный тонус, что для такой хрупкой девушки двое детей – большая нагрузка.

Меня будто холодной водой окатывает.

Дети.

Внутри все рвется, на хер, забить болт на то, что сказала эта врачиха, и взять, наконец, жену так, как хотелось бы. И мне требуется пиздец как много усилий приложить, чтобы удержать своих демонов на привязи.

Нельзя.

Это слово пульсирует алым в моем сознании.

С огромным трудом отстраняюсь и убираю ладонь Амины. Она непонимающе смотрит.

– Рамиль? – ее голос дрожит. – Что-то не так?

– Все так. Ложись спать.

Горло дерет от своих же слов. Не этого я хочу сейчас. Не этого! Но я вспоминаю, как слышал биение маленьких сердец, и понимаю, что нельзя.

НЕЛЬЗЯ!

– Но мы же… Ты… – голос жены становится тише. – Ты что, не хочешь?

– Не хочу! – рявкаю, лишь бы она престала испытывать мою выдержку на прочность.

Под ее обалдевшим взглядом иду к шкафу и достаю трусы, чтобы как-то отвлечься.

– Но я же видела! – летит мне в спину.

– Что ты видела? Ты уже беременна, если забыла. Пока не родишь, нет смысла тебя трахать.

Зверь внутри, словно одержимый, бросается на прутья клетки, в которую я его загнал.

На хер. Я сам управляю своей жизнью. И никакой дурман не собьет с цели.

Естественно, спать рядом с соблазном не выйдет, так что собираюсь уйти в гостевую, но Амина вдруг решает продолжить этот бессмысленный разговор.

– Значит, заниматься этим вчера ночью с Айзой ты хотел, а со мной – нет смысла?!

Замираю, осознавая ее предъяву.

– Повтори.

– Что, скажешь, ты не ночевал у своей любовницы вчера? – голос жены дрожит.

Оборачиваюсь, и вижу в ее глазах слезы.

Опять.

– Считаешь, я должен тебе отчитываться?

– Да, должен! – взвизгивает она. А мне требуется немало усилий приложить, чтобы взгляд не соскальзывал ниже, на ее обнаженное обалденное тело. – Ты – мой муж! Но если тебе не нужна жена, если… Если я тебе не нравлюсь, я хочу развод!

Все вокруг мгновенно окрашивается красным. Раз – и я уже нависаю над Аминой, прижав ту к стене так, что между нашими телами едва ли пара сантиметров. Она испуганно смотрит на меня, а я скалюсь на ее браваду, от которой не осталось и следа.

– Развод? Забудь про это, Амина. Ты – моя жена, ясно? Моя!

Саданув кулаком по стене возле ее головы, едва сдерживаюсь, чтобы не впечататься телом в ее и не взять вот так – жадно, по-звериному, оставляя следы, которые еще долго будут сходить с ее молочной кожи.

– Моя! Поняла?

– Тогда зачем? – с горечью спрашивает она. – Зачем ты ночуешь с другой?

Черт… Да с чего она взяла эту чушь? Откуда? Не ночевал я с Айзой. Никогда. Потрахались и разбежались – вот и все наши встречи. Но оправдываться? На хер надо. Здесь главный – я. И я не собираюсь объяснять, что вчера всю ночь провел в офисе, разгребая дерьмо, которое случилось по вине одного из поставщиков.

– Почему ты не вернулся вчера? Почему уезжаешь в командировки с ней? – продолжает сыпать вопросами жена. – Почему?!

Она смелеет, бьет своими маленькими кулачками мне в грудь, плачет.

– Зачем ты делаешь это с нами? Разве я мало тебя любила? Разве мало для тебя старалась?

Каждый ее вопрос больно жалит, усугубляет чувство вины, которое начинает бесить и раздражать. Какого черта?! Не будет она мне указывать, что и к кому чувствовать!

Резко встряхиваю Амину за плечи, отчего она замолкает и испуганно смотрит на меня.

– Я не собираюсь тебе отчитываться. Твое дело – рожать мне детей. Там, где я скажу. Как только анализ будет готов, ты поедешь в мой дом и будешь вести себя как примерная жена. И чтоб больше я этих блядских тряпок на тебе не видел!

– Ты же все сломаешь, – в отчаянии шепчет она, пока слезы стекают по ее щекам.

Давлю на корню желание стереть их и поцеловать ее, успокоить.

Отстраняюсь, стиснув зубы и сжав пальцы в кулаки. Я едва держу контроль, который трещит по швам.

Откуда все это? Почему я сам жалею о том, что отступил, что не продолжил, что не сделал все иначе? Почему меня корежит от желания уложить жену в постель, чтобы продолжить, пусть и не так жестко, как требуют черти во мне?

Откуда эта гребаная слабость перед Аминой? Хер знает. Но в одном я уверен – нельзя поддаваться. Нельзя.

– Я все сказал. Решение принято.

Ухожу, шандарахнув дверью, и запираюсь в кабинете от греха подальше.

Нужно срочно успокоиться. Но даже для этого у меня не находится времени – звонит Таир, и выясняется, что мэр сегодня вечером, едва я свалил, спелся с Соколовым, и теперь счет идет на часы.

Амина в спальне лежит, завернувшись так, будто спит, но я стараюсь даже не смотреть в ее сторону. Молча одеваюсь и уезжаю на встречу с братом.

Тот, естественно, в бешенстве.

– Какого черта ты уехал так рано? Я же говорил тебе, что Соколов землю носом роет!

– Хватит зудеть, – отмахиваюсь, разглядывая данные от службы безопасности. – Надо решать проблемы.

Еще одна бессонная ночь приводит к тому, что новый рабочий день я встречаю изрядно измотанным.

Но помимо текущих проблем мне не дает покоя ситуация с Аминой. Айза звонила уже три раза, но я тупо сбрасываю ее звонки и игнорирую призывные месседжи с голыми сиськами.

Надо как-то решать вопрос и с ней, но нет желания даже видеть сейчас Алмазову.

Вчерашние слова жены про развод так и сидят в башке. Слушаю доклад начальника службы безопасности, а у самого крутятся эти кадры.

Как ей вообще такое пришло на ум? Развод. Совсем обалдела. У нас не принято разводиться. Да и тесть не позволит такую блажь своей дочери. В этом плане Аслан мыслит масштабно. Еще когда обговаривали брак с его дочерью, он четко дал понять – слияние бизнеса для него в приоритете. Так что нужны крепкие гарантии в виде наследника – внука. Мужик был одержим идеей продлить род. В свое время жена ему так и не родила второй раз.

Еще и Таир с этими его намеками в отношении Амины. Нет, все-таки нечего ждать – надо увозить жену подальше от всех. Пусть поживет за городом, придет в себя и вспомнит свое место и то, как должна вести себя примерная жена.

– Рамиль? – Корепанов выжидающе смотрит на меня.

– Что?

– Так что скажешь насчет новой системы слежения?

– Да, конечно, внедряй, – киваю, хотя, по сути, прослушал частично его доклад. Впрочем, Михаил – надежный мужик. Херни предлагать не станет.

К вечеру, окончательно задолбавшись, возвращаюсь домой. Но меня встречает гулкая тишина.

Будто в квартире нет никого. Да что за фокусы опять? Обхожу комнату за комнатой, но жены нет нигде.

На кухне тишина – никаких приготовлений к ужину, хотя обычно Амина всегда готовится к моему приходу.

Первая мысль – с ней что-то случилось. Она же беременная. Вторая следом – сбежала с Таиром?!

Стою посреди спальни, ища хоть какие-то признаки того, что Амина собрала вещи и сбежала, как вдруг слышу какой-то невнятный шум и резко оборачиваюсь…