Текст книги "Путь с сердцем"
![](/books_files/covers/thumbs_240/put-s-serdcem-3062.jpg)
Автор книги: Джек Корнфилд
Жанр: Зарубежная эзотерическая и религиозная литература, Религия
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 34 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
Точно так же, как мы с помощью осознания исцеляем тело и сердце, нам можно исцелить и ум. Так же, как мы узнаём природу и ритм ощущений и чувств, мы способны узнать природу мысли. Когда в медитации мы отмечаем свои мысли, обнаруживается, что они не подчинены нашему контролю; мы плывём внутри неважного и непрерывного потока воспоминаний, планов, ожиданий, суждений, сожалений. Ум начинает показывать, как в нём содержатся все возможности, часто находящиеся в конфликте друг с другом – прекрасные качества святого и тёмные силы диктатора и убийцы. Из этих элементов ум строит планы и образы воображения, создаёт бесконечную борьбу и сценарии изменения мира.
Однако самый глубокий корень этих движений ума – неудовлетворённость. Нам как будто нужны и бесконечные возбуждения, и совершенный мир. Вместо того, чтобы мышление служило нам, мы оказываемся увлечены им по многим бессознательным и неизведанным путям. Хотя мысли могут быть в огромной степени полезными и творческими, чаще всего они подчиняют наше переживание идеям борьбы приязни и неприязни, высшего и низшего, «я» и другого. Они рассказывают истории о наших успехах и неудачах, строят планы нашей безопасности, привычно напоминают нам о том, кто и что, по-нашему, мы такие.
Эта двойственная природа мысли представляет собой корень нашего страдания. Всякий раз, когда мы думаем о себе как об отдельном существе, возникают страх и привязанность. Мы вырастаем подавленными, защищающимися, честолюбивыми, обладателями некоторой территории. Чтобы охранять эту отдельную личность, мы отталкиваем некоторые вещи, тогда как для её укрепления держимся за другие и отождествляем себя с ними.
Один психиатр медицинской школы Стэнфордского университета открыл для себя эти истины, когда принял участие в своём первом десятидневном курсе интенсивной медитации. Изучая психоанализ и подвергаясь терапии, он никогда не встречался по-настоящему с собственным умом, как это произошло во время продолжавшегося по пятнадцать часов в день безостановочного курса медитации при сиденье и при ходьбе. Позднее он написал статью об этом переживании; в статье описывается, что чувствует во время сиденья профессор психиатрии, наблюдающий за тем, как он сам теряет рассудок. Его изумили как непрестанный поток мыслей, так и безумное разнообразие рассказываемых историй. Особенно часто повторялись мысли самовозвеличения, мысли о том, чтобы стать великим учителем или знаменитым писателем, даже спасителем мира. Он знал достаточно для того, чтобы посмотреть прямо на источник этих мыслей; и вот он обнаружил, что все они коренятся в страхе: во время интенсивного курса, он чувствовал неуверенность в себе и в том, что обладает знанием. А эти грандиозные мысли были компенсацией ума, так чтобы ему не пришлось почувствовать опасения, оказаться незнающим. В течение многих последующих лет этот профессор стал весьма искусным практиком медитации; но сначала ему пришлось примириться с интенсивными и полными опасений структурами необученного ума. С того времени он также научился не принимать собственные мысли чересчур всерьёз.
Исцеление ума происходит двумя путями. Во-первых, мы направляем внимание на содержание своих мыслей и учимся более искусно их переориентировать с помощью практики разумного размышления. Благодаря внимательности мы можем прийти к познанию структур нездорового беспокойства и одержимости, а также к их уменьшению; мы можем прояснить своё неведенье и избавиться от разрушительных взглядов и мнений. Мы можем воспользоваться сознательным мышлением, чтобы глубже поразмыслить о том, что мы ценим. Постановка вопроса «хорошо ли я люблю?» в первой главе является тому примером; мы можем также направить свою мысль по путям искусных действий любящей доброты, уважения и свободы ума. Многие виды буддийской практики пользуются повторениями некоторых фраз, чтобы прорваться через старые, разрушительные, повторяющиеся без конца стереотипы мышления и вызвать в нём перемену.
Однако хотя бы даже мы и работали над перевоспитанием ума, нам никогда не удаётся достичь полного успеха. Кажется, что ум обладает собственной волей, сколько бы мы ни желали управлять им. Поэтому для более глубокого исцеления конфликтов ума нам нужно освободиться от отождествления с ними. Для того, чтобы исцелиться, необходимо отступать от всех повествований ума, потому что конфликты и мнения никогда не приходят к концу. Как сказал Будда, «люди, имеющие мнения, только бродят вокруг, беспокоя друг друга». Когда мы видим, что сама природа ума – это мышление, разделение, планирование, мы можем освободиться от его железной хватки отдельности и достичь отдыха в теле и сердце. Таким образом мы выходим из отождествления, из своих ожиданий, мнений, суждений и конфликтов, которым они дают начало. Ум считает личность отдельной, но сердце знает лучше. Как сказал об этом один великий индийский мастер Нисаргадатта, «ум создаёт бездну, и сердце переходит через неё».
Когда ум и сердце разъединены, возникают многие печали этого мира. В медитации мы способны воссоединиться со своим сердцем и открыть внутреннее ощущение всеобъемлющего простора, единения и сострадания, скрытое под поверхностью всех конфликтов мысли. Сердце принимая во внимание повествования и идеи, фантазии и страхи ума, не веря в них, не будет обязанным следовать им или выполнять их. Когда мы касаемся того, что находится под всей суетой мышления, каждый обнаруживает внутри себя мягкое, целительное безмолвие, глубинное миролюбие, добросердечность, силу и целостность, составляющие наше первородное право. Эту глубинную доброту иногда называют нашей первоначальной природой, или природой будды. Когда мы возвращаемся к своей первоначальной природе, когда видим все пути и всё же пребываем в этом мире и в этой доброте, мы открываем исцеление ума.
Исцеление пустотойПоследний аспект исцеления внимательностью – это осознание универсальных законов, управляющих жизнью. Нейтральное место в этом осознании занимает понимание пустоты. Труднее всего описать это в словах. Фактически, хотя я и могу попытаться описать её здесь, понимание пустоты и открытости должно будет прийти непосредственно благодаря опыту вашей собственной духовной практики.
В буддийском учении слово «пустота» указывает на глубинную открытость и нераздельность, переживаемые нами, когда все мелкие и неподвижные понятия нашего «я» видны насквозь или оказались растворены. Мы переживаем её, когда видим, что наше существование преходяще, что наше тело, сердце и ум возникают из изменчивой ткани жизни, где нет ничего разъединённого или отдельного. Глубочайшие переживания в медитации приводят нас ко внутреннему осознанию существенной открытости жизни и пустоты, её вечно меняющейся и недоступной для обладания природы, её природы как безостановочного процесса.
Будда описывал человеческую жизнь как заключающую в себе ряд вечно меняющихся процессов – это физический процесс, чувствующий процесс, процесс памяти и узнавания, процесс мысли и реакции, процесс сознания. Эти процессы динамичны и непрерывны, в них нет ни единого элемента, который мы можем назвать своим неизменным «я». Мы сами являем собой процесс, сплетённый с жизнью и не обладающий самостоятельностью. Мы возникаем подобно волне в океане жизни, наши временные формы всё же едины с океаном. Некоторые традиции называют этот океан дао, божественностью, плодородной пустотой, нерождённым. Из него появляются наши жизни как отражения божественного, как движение или танец сознания. И когда мы ощущаем этот процесс, наступает глубочайшее исцеление.
По мере углубления практики медитации мы способны увидеть движение нашего переживания. Мы отмечаем чувства и обнаруживаем, что они продолжаются в течение лишь нескольких секунд. Мы обращаем внимание на мысли и находим, что они эфемерны, приходят без приглашения и уходят подобно облакам. Мы приводим осознание к телу и находим, что его границы проницаемы. В этой практике наше ощущение прочности отдельного тела или отдельного ума начинает растворяться, и внезапно, неожиданно мы выясняем, какой значительной свободой располагаем. По мере того, как наша медитация ещё более углубляется, мы переживаем расширение, восторг и свободу своей взаимосвязанности со всеми вещами, с великой тайной нашей жизни.
Один директор приюта для неизлечимых ощутил эту взаимосвязанность, когда сидел за дверьми комнаты умирающего шестидесятипятилетнего пациента вместе с его детьми. Последние только что получили сообщение: младший брат отца погиб в автомобильной аварии, и они мучительно сомневались, стоит ли сообщать об этом умирающему. Отец был близок к смерти; опасаясь, что новость расстроит его, они решили не говорить о ней. Но когда они вошли в комнату, отец взглянул на них и сказал: «Вам ничего не нужно мне сказать?» Они поинтересовались, что он имеет в виду. «Почему вы не сказали мне, что брат умер?» Удивившись, дети спросили, как он об этом узнал. «А я говорил с ним последние полчаса», – ответил отец. Затем он пригласил их к своей кровати, сказал каждому из детей последние слова – и через десять минут откинул голову назад и умер.
Тибетский учитель Калу-ринпоче так говорит об этом:
«Вы живёте в иллюзии и в видимости вещей. Существует реальность, но вы её не знаете. Когда вы это поймёте, вы увидите, что такое ничто; будучи ничем, вы представляете собой всё. Вот и всё».
Исцеление приходит во время соприкосновения с этой сферой нераздельности. Мы обнаруживаем, что наши страхи и желания, наши попытки усиливать и защищать себя, основаны на заблуждении, на ощущении отдельности, которое в основе своей ошибочно.
Открывая целительную силу пустоты, мы ощущаем, что всё сплетено в непрерывном движении, возникая в некоторых формах, которые мы называем телами, мыслями или чувствами, а затем растворяясь или изменяясь на новые формы. С этой мудростью мы можем раскрываться для каждого мгновенья и жить в вечно меняющемся дао. Мы открываем возможность освобождаться и доверять, мы можем позволить дыханию самому дышать; и тогда естественное движение жизни несёт нас с лёгкостью.
Каждое измерение нашего существа – тело, сердце и ум, – излечивается с помощью одного и того же любящего внимания, одной и той же заботы. Наше внимание может почитать тело и открывать данное нам счастье физической жизни. Внимание может во всей полноте ввести нас в сердце, чтобы почтить весь диапазон наших человеческих чувств. Оно способно исцелить ум и помочь нам почтить мысль, не попадая в её силки. И оно может раскрыть нас для великой тайны жизни, для обнаружения пустоты и целостности, которые мы являем собой, для нашего фундаментального единства со всеми существами.
Развитие целительного вниманияСядьте удобно и спокойно. Пусть ваше тело покоится в свободном состоянии. Дышите поверхностно. Освободитесь от мыслей, от прошлого и будущего, от воспоминаний и планов. Просто присутствуйте. Для начала дайте возможность своему драгоценному телу открыть те его места, которые более всего нуждаются в исцелении. Разрешите физическим болям, напряжению, болезням или ранам показать себя. Направьте к этим болезненным местам пристальное и доброжелательное внимание. Медленно и осторожно почувствуйте их физическую энергию. Отмечайте то, что пребывает внутри них: пульсацию, биение, напряжение, покалывание, тепло, сжатие, боль, – всё, что составляет то, что мы называем болью. Позвольте всему этому вполне прочувствоваться, позвольте ему удержаться в восприимчивом и доброжелательном внимании. Затем осознавайте окружающую сферу своего тела. Если там наличествует сжатие или задержка, мягко отметьте это. Дышите поверхностно, дайте всему возможность раскрыться. Затем подобным же образом осознайте любое отвращение или сопротивление в своём уме. Отмечайте также и это с мягким вниманием, без противодействия, позволяя всему быть таким, каково оно есть, позволяя раскрыться в своё время. Затем отметьте мысли и опасения, сопровождающие исследуемую вами боль: «Боль никогда не прекратится», «не могу выдержать», «я этого не заслуживаю», «это чересчур тягостно, чересчур беспокойно, чересчур глубоко» и т. п.
Пусть эти мысли останутся в вашем доброжелательном внимании на некоторое время. Потом потихоньку вернитесь к своему физическому телу. Теперь пусть ваше осознание будет более глубоким и разрешающим. Опять-таки прочувствуйте слои болезненного места, позвольте каждому открывающемуся слою двигаться – усиливаться или растворяться в своё время. Переведите внимание к боли, как если бы вы тихонько убаюкивали ребёнка, держа его с любящим и успокаивающим вниманием. Тихонько углубитесь в боль своим дыханием, принимая всё, что присутствует, с целостной добротой. Продолжайте эту медитацию, пока не почувствуете себя вновь связанными с той частью тела, которая призывает вас, пока не почувствуете себя успокоенными.
По мере развития вашего целительного внимания вы сможете регулярно направлять его к явственным участкам заболевания или боли в своём теле. Тогда вы сумеете внимательно изучать тело, чтобы обнаруживать дополнительные участки, призывающие ваше заботливое внимание. Точно так же вам можно будет внимательно изучать направление целительного внимания на глубокие эмоциональные раны, которые носите в себе. Сначала в теле могут чувствоваться горе, желания, ярость, одиночество и печаль. Вы можете глубоко войти в них, глубоко прочувствовать их заботливым и доброжелательным вниманием. Останьтесь с ними. Спустя некоторое время вы сможете поверхностно дышать и открыть своё внимание каждому из слоев сжатия, эмоций и мыслей, которые ими признаны. В конце концов вы также можете позволить и им остаться, как если бы вы мягко баюкали ребёнка, принимая всё присутствующее, пока не почувствуете себя успокоенными. Можете работать таким образом со своим сердцем так часто, как пожелаете. Помните, что исцеление нашего тела и нашего ума всегда здесь; оно просто ожидает нашего сочувственного внимания.
Медитативное посещение целительного храмаСядьте удобно, закройте глаза. Направьте внимание на дыхание. Сидя, чувствуйте своё дыхание и своё тело, не пытаясь изменять их. Отмечайте то, что вызывает спокойствие, и то, что вызывает беспокойство. Отмечайте, хочется ли вам спать или вы вполне бодрствуете. Отмечайте содержимое ума – полный хаос или спокойствие. Просто осознавайте то, что есть. Отмечайте состояние сердца. Чувствуется ли в нём сжатие? Чувствуется ли в нём мягкость и раскрытие? Или нечто среднее? Утомлено оно или радостно? Отметьте и примите то, что присутствует.
Затем вообразите, что вы чудесным образом перенесены в какой-то прекрасный храм исцеления или энергетический пункт, место великой мудрости и любви. Затратьте столько времени, сколько потребуется, чтобы ощутить его, почувствовать, описать – любым способом, который вы хорошо чувствуете. Ощутите себя спокойно сидящим там, осознайте себя тихо и внимательно медитирующим в этом месте. Сидя в храме, в месте великой мудрости, начните глубже размышлять о своём собственном духовном странствии. Постепенно дайте себе возможность осознать раны, которые вы носите и которые потребуют лечения во время вашего странствия. Дышите тихонько, мягко чувствуйте всё, что возникает.
Когда вы сидите, вам тихо явится удивительное и мудрое существо, вышедшее из этого храма. Когда оно подойдёт к вам совсем близко, вы сможете нарисовать его образ, вообразить или ощутить, кто это или что. Оно слегка поклонится вам, затем подойдёт близко, положит добрейшую руку на ту часть вашего тела, где у вас существует глубокая рана. Ощутив в высшей степени любящую заботу, позвольте этому существу коснуться той части вашего тела, где содержится одна из ваших печалей. Пусть оно научит вас своему исцеляющему прикосновению. Если вы не в состоянии почувствовать это прикосновение, протяните собственную руку, сидя в этом храме, вообразите, что вы кладёте её на место своей глубочайшей раны, на место печали или трудности; коснитесь этого места своей рукой, как если бы вы сами и были этим прекрасным существом. Знайте, что сколько бы раз вы ни погребали свою печаль, сколько бы ни сопротивлялись ей, сколько бы ни встречали её своей ненавистью, вы в конечном счёте сможете открыться для неё. Пусть ваше собственное внимание уподобится руке этого чудесного мудрого существа. Коснитесь этого места печали с мягкостью и нежностью. Прикасаясь к нему, исследуйте то, что там находите. Что там – тепло или прохлада? Твёрдо ли это место или мягко? Или в нём чувствуется напряжение? Вибрирует оно или движется; или же оно спокойно? Пусть ваше осознание будет подобно любящему прикосновению Будды, или Кваннон, богини сострадания, иди Богоматери Марии, или Иисуса. Какова температура или текстура этой печали? Какой цвет там видится? Какие чувства проявляются? Позвольте себе осознать все свои чувства весьма любящим и восприимчивым сердцем. Пусть они будут всем, чем им нужно быть. Затем очень нежно и мягко, как если бы вы были самой Богиней сострадания, коснитесь их с чистой лаской. Откройтесь для боли. Что составляет сердцевину этого места, которая была окутана и сохранялась так долго внутри вас? Когда вы смотрите на неё, позвольте себе увидеть, насколько вы были закрыты для неё, насколько её подавляли или отвергали, желали, чтобы она ушла прочь, чтобы вам не приходилось её чувствовать, как долго относились к ней со страхом и отвращением. Позвольте себе мирно сидеть, раскрыв своё сердце для этой боли.
Оставайтесь в этом храме, позволив своему целительному и сочувственному вниманию заполнить каждую его часть. Оставайтесь там столько времени, сколько хотите. Когда вы будете готовы покинуть храм, представьте себе, что вы кланяетесь с благодарностью. Оставляя храм, помните, что этот храм находится внутри вас. Вы всегда можете идти туда.
Глава 5. Обучение щенка: внимательность к дыханию
«Сосредоточение, никогда не означает усилия или принуждения. Вы просто снова ловите щенка и возвращаетесь, чтобы опять связаться с тем, что существует здесь и теперь».
Рассказывают о том, как Будда вскоре после своего просветления странствовал по Индии. Он встретился с разными людьми, и они усмотрели в этом прекрасном юном принце, ныне облачённом в одеяние монаха, нечто необычное. Заинтересовавшись, они спрашивали: «Кто вы – божество?» «Нет», – отвечал он. «Тогда вы – дева, ангел?» «Нет», – был ответ. «Ну, тогда вы – какой-то волшебник, чародей?» «Нет». «Так вы – человек?» «Нет». Спрашивающие приходили в недоумение. «Тогда кто же вы?» Он отвечал просто: «Я – просветлённый». Слово «будда» означает «пробуждаться». Как пробудиться – всё, чему он учил.
Можно считать медитацию искусством пробуждения. Осваивая это искусство, мы можем научиться новым путям подхода к своим трудностям и внести в жизнь живую мудрость и живую радость. Благодаря развитию орудий и практических методов медитации мы сумеем пробудить наилучшие из своих духовных человеческих способностей. Ключ к этому искусству – устойчивость нашего внимания. Когда культивируется полнота внимания вместе с благодарным и нежным сердцем, естественно будет расти наша духовная жизнь.
Как мы увидели, прежде чем нам можно будет сесть спокойно и сосредоточиться, у большинства из нас должно иметь место некоторое исцеление ума и сердца. Однако даже для того, чтобы начать процесс своего излечения, начать понимание себя мы должны обладать каким-то основным уровнем внимания. Для дальнейшего углубления практики нам необходимо выбрать некоторый способ систематического развития внимания и со всей полнотой отдаться этому методу. Иначе мы поплывём по течению подобно лодке без руля. Для того, чтобы научиться сосредоточиваться, мы должны избрать какую-нибудь молитву или медитацию – и следовать по этому пути с преданностью и упорством, проявляя готовность работать со своей практикой день за днем, что бы ни случилось. Для большинства людей это нелегко. Им хотелось бы, чтобы их духовная жизнь немедленно показала космические результаты. Но какое великое искусство когда-либо можно было быстро освоить? Любая глубокая подготовка раскрывается прямо пропорционально тому, сколько времени мы ей отводим.
Подумайте о других искусствах, например, о музыке. Сколько времени потребуется, чтобы научиться хорошо играть на фортепьяно? Предположим, нам требуются месяцы или годы еженедельных уроков при ежедневной усердной практике. На первоначальной ступени почти каждый борется за то, чтобы научиться пользоваться особым пальцем для каждой особой ноты, а также читать нотную грамоту. Через несколько недель или месяцев мы можем играть простые мелодии, а, возможно, через год или два сумеем играть музыкальные произведения избранного типа. Однако освоить это искусство так, чтобы нам можно было хорошо играть самостоятельно, или в группе, или в составе самодеятельного или профессионального оркестра, нам удастся только после неоднократных занятий и самозабвенной дисциплины. И если бы мы захотели научиться компьютерному программированию, живописи маслом, теннису, архитектуре, словом, любому из тысячи искусств, нам пришлось бы целиком и полностью отдаться этому занятию в течение длительного периода времени – необходимы подготовка, ученичество, культивирование.
Не меньше требуется и в духовных искусствах. Здесь спрос даже больше. Однако благодаря этому мастерству мы овладеваем самими собой и своей жизнью. Мы учимся наиболее человечному искусству – как установить связь со своим истинным «я».
Трунгпа-ринпоче называл духовную практику физическим трудом. Это труд любви, в котором мы многократно вносим в свою собственную ситуацию беззаветное внимание. При любой погоде мы укрепляем и углубляем свою молитву, медитацию и дисциплину, учимся видеть ситуацию с честностью и состраданием, учимся освобождаться и более глубоко любить.
Однако начинаем мы не с этого. Предположим, мы начинаем с того, что находим период уединения в своей повседневной жизни. Что же происходит, когда мы действительно пытались медитировать? Чаще всего первым переживанием – будь то молитва, распев мантр, медитация или визуализация, – оказывается наша встреча с бессвязным и разбросанным умом. Буддийская психология уподобляет необученный ум безумной обезьяне, которая безостановочно мечется от мысли к воспоминанию от зрительного образа к звуку, от планирования к сожалению. Если бы мы сумели спокойно просидеть час и полностью пронаблюдать за теми местами, куда уходит наш ум, какой обнаружился бы сценарий!
Когда мы впервые берёмся за искусство медитации, оно, действительно, вызывает разочарование. Неизбежно оказывается, что когда наш ум блуждает и тело чувствует накопившееся в нём напряжение, а также скорость, к которой оно пристрастилось, мы часто видим, сколь невелики внутренняя дисциплина, терпенье или сострадание, которыми мы в действительности обладаем. Не требуется тратить много времени на духовные задачи, чтобы увидеть, каким разбросанным и неустойчивым остаётся наше внимание, даже когда мы пытаемся направлять его и сосредоточивать. Если мы считаем ум «своим» и честно на него посмотрим, мы увидим, что этот ум следует своей собственной природе, особым условиям и законам. Видя это, мы обнаруживаем также и то, что нам необходимо постепенно установить мудрые взаимоотношения с умом, которые связали бы его с телом и сердцем, укрепляли бы и успокаивали нашу внутреннюю жизнь.
Сущность этой связи состоит в том, чтобы снова и снова возвращать своё внимание к избранной нами практике. Молитва, медитация, повторение священных фраз или визуализация дают нам систематический способ фокусировать внимание и укреплять своё сосредоточение. Все традиционные сферы и состояния сознания, описанные в мистической и духовной литературе всего мира, достигаются с помощью искусства сосредоточения. Искусство сосредоточения, искусство возвращения к задаче, которой мы заняты, приносит также ясность, силу ума, мир и глубокую связанность, которых мы добивались. Такая прочность и связанность в свою очередь даёт начало ещё более глубоким уровням понимания и прозрения.
Что бы ни требовалось для практики – визуализация, вопросы, молитва, священные слова или простая медитация, сосредоточенная на чувствах или на дыхании, – она всегда заключает в себе упрочение некоторого фокуса и повторное сознательное к нему возвращение. По мере того, как мы учимся выполнять практику с более глубоким и полным вниманием, наше занятие становится подобным приведению в порядок и в равновесие лёгкой лодки на волнующейся воде. Повторяя свою медитацию, мы освобождаемся от напряжения и погружаемся в данный момент, глубоко соединяясь с тем, что присутствует. Мы даём себе возможность приобрести духовную основу, мы учимся возвращаться к данному моменту. Этот процесс требует терпенья. Святой Франциск де Салль говорил: «То, что нам нужно, – это кубок понимания, бочонок любви и океан терпенья».
Для некоторых практикующих задача возвращения к объекту медитации тысячу или десять тысяч раз может показаться утомительной или даже сомнительной по своей важности. Но сколько раз мы уходили от реальности своей жизни? – пожалуй, миллион или десять миллионов раз! Если мы желаем пробудиться, нам приходится находить для себя путь назад, сюда, возвращаться всем своим существом, возвращаться полным вниманием.
Святой Франциск де Салль продолжает, говоря:
«Вернитесь к этой точке чрезвычайно мягко. И если даже в течение всего вашего часа вы ничего не сделаете, а только тысячу раз вернёте своё сердце, хотя каждые раз, когда вы его возвращаете, оно уходит в сторону, – ваш час будет очень хорошо использован».
Таким образом медитация очень во многом сходна с обучением щенка. Вы сажаете щенка и говорите: «Стоять!» Слушает ли вас щенок? Он встаёт и убегает. Вы снова усаживаете щенка. «Стоять!» Щенок убегает снова и снова. Иногда он прыгает, бросается из стороны в сторону, мочится в углу или создаёт какой-то другой беспорядок. Наши умы во многом подобны этому щенку, только они создают ещё больший беспорядок. Во время обучения ума, или щенка, нам приходится снова и снова начинать всё сначала.
Когда вы берётесь за духовную дисциплину, вместе с полем её деятельности приходит разочарование. Ничто в нашей культуре или в школьном обучении не побуждало нас укреплять и успокаивать внимание. Один психолог назвал нас обществом спастического сознания. Найдя сосредоточение трудным, многие люди реагируют на это насильственным удержанием внимания на дыхании, на мантре или на молитве с напряжённым раздражением, осуждением себя или с чем-то худшим. Разве так вы будете обучать щенка? Действительно ли здесь поможет битьё? Сосредоточение никогда не означает усилия или принуждения. Вы просто снова ловите щенка и возвращаетесь, чтобы опять связаться с тем, что существует здесь и теперь.
Развитие качества глубокого интереса к своей духовной практике – это один из ключей всего искусства сосредоточения. Устойчивость сосредоточения питается в прямой пропорциональности степени заинтересованности, с которой мы фокусируем свою медитацию. Однако для начинающего ученика многие предметы медитации кажутся невзрачными и неинтересными. Существует традиционный рассказ об одном ученике дзэн, который пожаловался учителю, что его утомляет слежение за дыханием. Мастер схватил ученика и сунул его голову под воду; он держал его так довольно долго, тогда как ученик боролся, пытаясь освободиться. Наконец отпустив ученика, мастер дзэн спросил его, находил ли он дыхание скучным в те мгновенья, когда оказался под водой.
Сосредоточенность сочетает полный интерес с тонкостью внимания. Не следует считать это внимание отходом от жизни, оторванностью от неё. Осознание не означает нашу отдельность от переживания; оно означает его дозволенность, полноту ощущения. Осознание может изменяться подобно изменению фокуса фотообъектива. Иногда мы оказываемся в середине своего переживания; иногда дело обстоит так, как если бы мы сидели у себя на плече и отмечали то, что происходит; а иногда мы можем осознавать с очень большого расстояния. Все эти аспекты осознания полезны. Каждый из них способен помочь нам яснее ощущать свою жизнь от момента к моменту, прикасаться к ней, видеть её. По мере того, как мы учимся упрочивать качество своего внимания, этот процесс сопровождается всё более и более глубоким ощущением спокойствия – оно становится уравновешенным, острым и утончённым.
Искусство утончённого внимания было усвоено одной ученицей медитации, когда она и её муж жили в отдалённом сообществе в горах Британской Колумбии. Она изучала йогу в Индии; и вот несколько лет спустя она родила ребёнка, маленького сына, – родила его одна, без врача или акушерки; ей помогал только муж. К несчастью, роды происходили при ягодичном положении младенца и оказались долгими и осложнёнными; ребёнок вышел ножками вперёд, пуповина обвилась вокруг шейки, и он родился в синей асфиксии и не мог начать дышать самостоятельно. Родители производили ему детское искусственное дыхание, делая всё, что было в их силах. Затем они на мгновенье сделали перерыв между вдуваниями воздуха в лёгкие ребёнка, чтобы посмотреть, начнёт ли он дышать самостоятельно. Во время этих мучительных мгновений они следили за тончайшими движениями его дыхания, определяя, будет он жить или умрёт. Наконец он начал дышать самостоятельно. Рассказывая об этом, мать улыбнулась мне и сказала: «Именно в это время я узнала, что это значит – по-настоящему осознавать дыхание. И это дыхание даже не было моим собственным!»
Фокусирование внимания на дыхании – это, пожалуй, самый универсальный из многих сотен предметов медитации, употребляемых во всём мире. Утверждение внимания на движении жизненного дыхания является центральным пунктом в практических методах йоги, буддизма и индуизма, в традициях суфиев, христиан и иудеев. Хотя другие предметы медитации также приносят пользу, хотя каждый из них обладает своими единственными в своём роде качествами, мы продолжим подробное рассмотрение практики медитации с сосредоточением на дыхании в качестве иллюстрации развития одного из этих практических методов. Медитация на дыхании может успокоить ум, раскрыть тело и развить огромную силу сосредоточенности. Дыхание доступно нам в любое время и при любых обстоятельствах. Когда мы научились им пользоваться, дыхание становится опорой для осознания на протяжении всей нашей жизни.
Но осознание дыхания не приходит немедленно. Сначала мы должны посидеть спокойно, дать телу возможность расслабиться и установить бдительность, а затем просто практиковать нахождение дыхания внутри тела. Где мы по-настоящему его чувствуем? – как прохладу в носу? как покалыванье в задней части глотки? как движение в груди или как подъём и падение живота? Это место самого сильного ощущения и есть первое место, где нужно утвердить внимание. Если же дыхание проявляется в нескольких местах, мы можем почувствовать всё движение тела. Если дыхание чересчур поверхностно, и его трудно обнаружить, можно положить ладонь на живот и почувствовать своей рукой его расширение и сокращение. Нам необходимо научиться тщательно фокусировать внимание. Чувствуя каждое дыхание, мы сможем ощутить, как оно движется в нашем теле. Не пытайтесь контролировать дыхание, только отмечайте его естественное движение, как привратник отмечает то, что проходит мимо. Каковы его ритмы? Поверхностно ли оно? Или продолжительно и глубоко? Становится оно быстрым или медленным? Обладает ли дыхание какой-то температурой? Дыхание может стать великим учителем, потому что оно всегда движется и изменяется. В этом простом дыхании мы можем узнать о сжатии и сопротивлении, о раскрытии и освобождении. Здесь мы можем почувствовать, что это значит – жить грациозно, ощущать истину потока энергии и изменить то, что мы такое.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?