Текст книги "Признания Ужасной мамочки: как воспитать прекрасных детей, пока они не свели вас с ума"
![](/books_files/covers/thumbs_240/priznaniya-uzhasnoy-mamochki-kak-vospitat-prekrasnyh-detey-poka-oni-ne-sveli-vas-s-uma-84055.jpg)
Автор книги: Джилл Смоклер
Жанр: Детская психология, Книги по психологии
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
Глава 5
Расплата за девять месяцев обжорства
![](_06.png)
Признания мамаш
• На прошлой неделе парикмахер спросил меня, на каком я месяце. Я не беременна, но пришлось соврать, что на четвертом. Больше я туда не приду.
• Как я позволила себе дойти до восьмидесяти пяти килограмм? Ну да, желания беременной. Все двадцать пять килограмм желаний.
• Я все пытаюсь сбросить лишний вес после рождения моих близнецов. Они сейчас старшеклассники.
• Молюсь, чтобы сын родился с весом не меньше четырех килограмм. Да, рожать будет труднее, но зато мне потом надо будет меньше пахать, чтобы сбросить лишний вес.
• Сказала мужу, что секса у нас не будет, пока я не сброшу лишний вес после родов. Это было два года назад.
• До боли тоскую по своему животику до родов.
• Мне не хватает адских рецептов еды, которые я придумывала во время беременности. Больше всего я любила сэндвич из тунца и ростбифа, с луком, халапеньо, соусом чипотль, уксусом и морковкой. В «Сабвэе» думали, что я окончательно рехнулась.
• Я серьезно обсуждаю усыновление, только чтобы снова не набрать лишний вес.
• Через четыре недели после родов попробовала надеть свои джинсы, которые носила до беременности. Думала, что они будут тесноваты, но, бог мой, они налезли только до колен.
• Не понимаю, почему бабы все время жалуются на лишний вес после родов. У меня впервые в жизни появилась настоящая грудь, и я люблю каждый ее сантиметр!
• Сейчас я на восьмом месяце, но была толстой и до беременности. Муж сказал, что у меня патологическое ожирение, и теперь я хочу спрятаться под скалу и сдохнуть… еще найти бы достаточно большую скалу.
• В противоположность мнению моей семьи я не страдаю послеродовой депрессией. Я просто злюсь потому, что слишком растолстела.
• Я ношу джинсы для беременных, а беременела последний раз шесть лет назад.
В беременности была одна вещь, которой я наслаждалась, несмотря на кучу других, которые я ненавидела. Одна вещь, которая придавала смысл всему этому ужасу, всем этим отекам и болям. Это единственное, что может сподвигнуть меня пройти через весь этот ад в четвертый и последний раз (единственная вещь, кроме самого ребенка, естественно). Я о еде. О прекрасной, чудесной еде.
Еда в течение всего дня помогала мне справиться с тошнотой, и потом – это ведь так здорово! Беременность стала первым периодом в моей жизни, когда я не должна была подавлять желание что-нибудь пожевать, и это очень раскрепощало. Ну да, я знаю, что с медицинской точки зрения есть за двоих бессмысленно, поскольку первые три месяца младенец размером с перышко, но я все равно ела. На самом деле ела я за пятерых. Тем, что я съела за время беременности, можно, наверное, кормить целую деревню в течение года.
Не могу сказать, что мне хотелось чего-то особенно вкусненького – мне хотелось всего. Яичница с беконом, сэндвич с тунцом и ломтиками томатов, пицца с дополнительным сыром, сэндвич с фрикадельками и шоколадный молочный коктейль. Это был только завтрак. Я приходила на фуд-корт в молле и совершала кругосветное путешествие по еде за один день. И еще раз – на следующий день.
Лично мне кажется, что вся эта история с желаниями беременных – чушь. Я думаю, что женщины всегда хотят какой-нибудь особенной еды, неважно, в залете или не в залете. И беременность дает им возможность ублажить себя, а не ограничивать. Наконец-то. Понятно, что это не самый здоровый способ прожить девять месяцев, но для меня еда была как луч света в темном царстве повседневного кошмара. Луч света, освещающий шоколадки.
Я знаю, что есть за двоих бессмысленно, но я все равно ела. За пятерых. Тем, что я съела за время беременности, можно, наверное, кормить целую деревню в течение года.
Вы думаете, что со всей этой моей рвотой я не прибавила больше скромных десяти килограмм? Увы, не тот случай: я накинула целых двадцать пять. Однажды, когда на седьмом месяце я поехала по магазинам за детской одеждой, кореянка из прачечной сцепилась со мной по поводу моего срока. «Да ты не продержишься еще два месяца! – сообщила она мне, размахивая пальцем перед моим носом. – Ты лопнешь прямо сейчас». Продавщица в отделе детских вещей имела наглость спросить, не вынашиваю ли я слона (я и сама не была полностью уверена, что нет).
Когда Лили родилась, я наивно рассчитывала, что мой живот тут же схлопнется до прежних размеров и я смогу надеть мои любимые джинсы в полуобтяжку на выход из больницы. Три килограмма ее веса плюс все это дерьмо, которое из меня вылилось – килограмм двенадцать я по-любому должна бы сбросить, правильно? Остальные тринадцать быстро рассосутся, и я вернусь к своим дородовым размерам. Ха-ха-ха.
К несчастью, родовой вес – он такой же, как и любой другой, и сбрасывать его офигительно трудно.
Если только вы не чудо природы и ваш вес не испаряется волшебным образом, в какой-то момент после родов вы случайно увидите собственное отражение в зеркале – и не узнаете себя.
Я насмотрелась на всяких звезд, которые утверждали, что сразу после родов их лишний вес растаял как снег. Их животы снова стали плоскими, а бедра крепкими и упругими. Единственным свидетельством рождения ребенка осталась их порногрудь, выпирающая из вечерних платьев на красной ковровой дорожке. Хуже того, они утверждают, что так много занимаются спортом, что забывают пожрать и потрахаться! Они похудели и выглядят лучше, чем когда-либо прежде.
Чушь собачья.
Прежде всего с новорожденным не до спортивных занятий. Может быть, только наклоны к колыбельке, когда слышен громкий плач, но не с такой интенсивностью, чтобы пробило на пот. Вне зависимости от того, какого размера у вас дом, вряд ли у вас будет возможность заниматься аэробикой при наличии новорожденного. Даже в Голливуде.
А как можно забыть поесть? Нет, вообще забыть? Единственный период в моей жизни, когда у меня не всегда получалось принимать пищу три раза в день (с перекусами в промежутках), относится к работе в отдельном офисе с рабочим днем больше десяти часов. Но дети-то едят регулярно. Они все время канючат что-нибудь пожевать: печеньку или конфетку. И их тарелки должны быть идеально вылизаны после еды. Еда просто окружает вас со всех сторон – каким образом про нее можно забыть?! У похудения простая арифметика: надо потреблять меньше калорий, чем тратишь. И поэтому вы либо целый день жуете морковку в перерывах между спортивными занятиями, либо становитесь дойной коровой и вообще не едите при этом. Точка.
Если только вы не чудо природы и ваш вес не испаряется волшебным образом, в какой-то момент после родов вы случайно увидите собственное отражение в зеркале и не узнаете себя. Помню, что я разглядывала себя около часа со смешанными чувствами отвращения, разочарования и страха. Затем я взглянула на себя сбоку и вскрикнула. С животом все ясно – он смотрится как сдутая шина, но, в конце концов, в нем был ребенок. Но зад? Этому не могло быть никаких оправданий.
Приходить в себя после девятимесячного обжорства оказалось делом нелегким. Я стала сварливой, нетерпеливой и постоянно находилась в расстроенных чувствах. Особенно я скучала по утреннему сэндвичу на семьсот калорий, к которому так привыкла. Уверена, что угловая кондитерская тоже скучала по мне. Но я убивалась в спортзале, убеждала себя в том, что мне очень нравятся нут и жареная цветная капуста, и, в конце концов, влезла в свои джинсы в обтяжку.
Но как-то следующей весной мне до дрожи захотелось съесть сэндвич с беконом и яйцом на свежем круассане. Я чуть было не пустила слезу от счастья, когда его ела, и вдруг поняла, что нахожусь на распутье. С практической точки зрения это было вполне походящее время завести еще одного ребенка, а я была очень голодна. Кроме того, осенью моя подруга по колледжу собиралась замуж, и нужно было решать: либо я продолжаю голодать, влезаю в свое платье в обтяжку и тусуюсь с ее миниатюрными подругами, либо я, чинно переваливаясь, иду по церкви в специально сшитом платье для беременной подружки невесты. Когда я облизывала пальчики, решение было принято. Через две недели я была беременна, а местный номер доставки пиццы снова появился в списке быстрого вызова моего телефона.
Хотя я и знала по опыту, как трудно будет сбросить лишний вес, я снова объедалась в течение следующих девяти месяцев. Двадцать пять килограмм, как в аптеке. И я не могу сказать, что сожалею. Мой Бен стоил каждой из калорий, так же как и его брат два года спустя.
Хотя эти круассаны я так и продолжаю таскать на своей заднице.
Глава 6
Игра в имена
![](_07.png)
Признания мамаш
• Подростком я придумывала множество миленьких имен для моего будущего ребенка. Не представляла себе, что выйду замуж за человека, который все их забракует.
• Я изменила имя моей дочери в последний момент и ужасно об этом жалею.
• Я не позволю моему сыну быть в этой семье «младшим»… меньше всего нам нужна миниатюрная копия его папаши.
• Я назвала сына в честь парня, в которого была влюблена в старших классах. Муж не догадывается, что у него был тезка.
• Люди, которые выбирают имя ребенку, но держат его втайне от семьи и друзей до рождения, – зануды. Они думают, что сообщат нам сенсационную новость, прямо как в теленовостях, – да нам всем это по фигу, вообще-то.
• Мой муж настаивает, чтобы мы назвали дочь в честь его матери. Ее зовут Руфь. Легче застрелиться.
• Я не собиралась встречаться с этим мужчиной, потому что его звали Норман. Но я стала часто размышлять на тему, почему он не может быть моим идеальным партнером, и в результате влипла.
• Моя лучшая подруга назвала сына Фредериком. Боюсь, что он вырастет таким же лоховатым, как и она, но, надеюсь, таким же милым.
• Я разрешила мужу дать дочери имя и теперь постоянно жалею об этом. Эйбл Луна (Умелая Луна. – Прим. пер.) – что это за чертово имя?
• Мне нравится, когда люди дают детям нелепые имена. Это хороший повод повеселиться.
• Я жду не дождусь, когда смогу наконец сообщить сестре, что имя, которое она выбрала, – ПРОТИВНОЕ.
• Я хочу второго ребенка, чтобы использовать женское имя, которое мне нравится с семилетнего возраста.
• Выбор имени слишком утомителен. Мне хотелось бы провести онлайн-голосование и закончить с этим наконец.
• Моя лучшая подруга назвала сына Сторм (Буря. – Прим. пер.). А это разве имя, вообще-то?
• Если я еще раз встречу родителя, давшего ребенку имя, которое не могут выговорить 90% населения страны, я просто дам ему по морде. Что не так с именами Сара или Джейн?
Когда вы – половина крепкой пары, через некоторое время начинаются неизбежные вопросы. Дальние родственники на семейных встречах, старый учитель английского, на которого вы наткнулись в продуктовом магазине, однокашницы – всех интересует единственная вещь: когда же вы наконец скрепите узы браком? Это не их дело и никак не может на них повлиять, но им нужно знать. А потом, когда вы поженились, вопрос переходит в другую плоскость: вы подумываете об этом? Сколько детей вы хотите? Вы не представляете себе, как долго это будет продолжаться, и готовы начать плодиться и размножаться прямо сейчас, чтобы прекратить подобные разговорчики.
Потом вы беременеете, ура! И сразу начинаете думать, каким образом поделиться волнующей новостью с семьей, друзьями и прочими третьими лицами. Майки с надписью? Рассылка радостного сообщения? Костюм на Хеллоуин в виде теста на беременность? Настоящая булочка в печке? Вне зависимости от способа коммуникации массовка наконец-то будет удовлетворена. Вы можете спокойно ожидать появления ребенка, они заткнулись к чертовой матери. Слава богу. За исключением того, что им точно понадобится срочно получить ответ на очень важный для них вопрос: как вы назовете ребенка?
Пока у меня не было детей, меня жутко раздражало, когда ответ на этот вопрос звучал таинственно-туманно типа «Мы знаем как, но мы никому не говорим. Вам придется подождать». Очень высокомерно. Мы знаем, но не скажем, даже если вы спросите. По-моему, это всегда считалось невежливым.
Люди! Если вы спрашиваете будущих родителей, как они собираются назвать ребенка, всегда говорите «Замечательный выбор!», каким бы ужасным имя ни казалось лично вам.
Но потом я забеременела и все сразу поняла. Когда ты носишь, любая неожиданная обратная связь по поводу имени может тебя взбесить. Услышать от малознакомого человека, что ему не нравится твой выбор, на фоне гормонального взрыва – вполне уважительная причина, чтобы расправиться с ним. И будет очень хорошо, если вам достанется судья-женщина: только она сможет вас понять и квалифицировать поступок как убийство в пределах необходимой самообороны. Люди! Если вы спрашиваете будущих родителей, как они собираются назвать ребенка, всегда говорите «Замечательный выбор!», каким бы ужасным имя ни казалось лично вам. В противном случае вас могут растерзать – сами нарвались, что тут поделаешь.
Когда выяснилось, что я жду девочку, я сделала главную покупку своей беременности – «Библию детских имен». За исключением некоторых эпизодов «Навсегда» Джуди Блюм, затертых до дыр в восьмом классе, «Библия детских имен» стала книгой, которую я читала и перечитывала больше, чем любую другую в своей жизни. А может быть, и больше, чем все другие, вместе взятые. Мы с Джеффом брали ее с собой, когда шли ужинать в гости, и листали ее, когда смотрели телевизор. Я брала ее с собой на работу и погружалась в нее во время обеденных перерывов. Книга сопровождала нас в путешествиях и в походах в туалет. Мы провели бесчисленное количество часов, одержимо изучая ее.
Как и большинство знакомых мне представительниц женского пола, я занималась выбором имен для своих будущих детей еще в детстве. Конечно, я была юна и наивно полагала, что выбор имени – дело исключительно моего вкуса. Глупенькая. Когда дошло до дела, стало выясняться, что нужно учесть массу всего: еврейскую традицию называть детей в честь покойных родственников, как имя будет сочетаться с моей фамилией по мужу, какие будут инициалы, что считают родственники… про мнение Джеффа я уже и не говорю (и не то чтобы оно так уж серьезно учитывалось).
По мне, имя для девочки должно быть красивым, но не очень распространенным. Оригинальным, но не до степени уникальности. Мы подчеркивали возможные имена в «Библии имен…», и их список был бесконечен. Джулиет, Элла, Айла, Миа, Амелия – женские имена были такими… женственными, и мы навыбирали их целую кучу. Их хватило бы на тройню. Даже на восьмерню. Сужать выбор было очень тяжело, но, как только мы увидели имя Лили, решение было принято. Оно отлично сочеталось со вторым именем, которое мы решили дать в честь моей бабушки, звучало приятно и не подвержено влиянию моды. Было маловероятно, что девочка не одобрит наш выбор, если только она не вырастет мотогонщицей-лесбиянкой. Что может быть неприятного в имени Лили? Когда она родилась, имя ей очень подошло, и мы ни разу не пожалели о выборе – он был идеальным.
С мальчиками все происходило совершенно по-другому. Я читала «Библию имен…», и с каждым именем в книге у меня была проблема (правда, не из самых реальных проблем). На седьмом месяце я как-то жаловалась нашей соседке на то, что безупречных мужских имен просто не существует. И мы никогда не выберем подходящее, рыдала я. «Как насчет Бенджамина?» – спросила соседка. Бенджамин. Совсем неплохое имя. Из инициалов нельзя будет придумать что-нибудь обидное или смешное, и есть пара-тройка очень хороших коротких имен и прозвищ. Оно звучало очень респектабельно, очень классически, и я не смогла найти в нем никаких изъянов. Так что через два месяца у нас появился Бенджамин. Замечательное имя.
Все было чудненько до тех пор, пока через несколько лет он не пошел в детский сад. Я обомлела, когда увидела список детей. Только в его группе был не один и не два, а целых три Бена – кроме нашего. Действительно очень оригинально! С этого момента он стал называться Бен С., и я пополнила список матерей, выбравших для ребенка одно из двадцати пяти популярных имен. Ну что за хрень!
Я усвоила урок. Как угодно, но со следующим ребенком я решила держаться подальше от списка самых популярных имен, который теперь, к моему ужасу, включал и имя нашей дочери. До рождения Ивена мы навыбирали для него несколько имен: Джулиан, Натаниэль, Калеб, Эдриан. Но, когда он родился, ни одно из них ему просто не подошло. Я кинула «Библию имен…» Джеффу. «Смотри!» – рявкнула я, и он повиновался.
– Джек?
– Нет. Помнишь Джека и Джилл? Нам что, гребаная считалка нужна?
– Уильям?
– Боже, Джефф! Джилл и Уилл? Хватит уже.
– Зэкери? Ноа? Эйдан?
– Нет. Нет. Нет.
– Как насчет Ивена? – выдохнул в отчаянии Джефф.
Ивен?
Это было не страшно. Меня не воротило от него.
Хорошо, Ивен. Я привыкну. Мне так кажется.
Ну вот, так он стал Ивеном и остается им по сей день.
Лили, Бен и Ивен. Я думаю, это приятные, солидные имена, а как вам кажется?
Ой.
Забудьте, я ничего не спрашивала.
Глава 7
Пушистый малыш
![](_08.png)
Признания мамаш
• Боюсь, что я не смогу полюбить ребенка, которым я беременна, так же, как старшего.
• Мой первенец в десять месяцев мог написать свое имя и изображал любое животное, которое я ему называла. А третьему уже два года, и он «мама» не может выговорить.
• Я родила шестерых, чтобы они жили дружно и помогали друг другу. Только двое общаются между собой, один уехал за границу, а остальные не поддерживают с нами контакт.
• Я не кормила второго, чтобы первый не таращился на мою грудь.
• Я жду второго ребенка, и меньше всего меня волнует, буду ли я любить его так же, как его брата. А ВОТ КАК МНЕ СНОВА СБРОСИТЬ ВЕС?
• Я старалась, чтобы моя первая не заснула, не поужинав. Если это случалось, я ее будила и кормила. А со второй – я плохо помню, ела ли она вообще.
Лили – наш первый ребенок, но она не претендует на звание нашего первого малыша. Это звание принадлежит единственной и неповторимой Пенелопе – тому самому щенку, которого мы взяли, когда вернулись из свадебного путешествия.
В течение четырех лет до появления детей все в нашем доме вращалось вокруг Пенелопы. Мы сокращали отпуск, чтобы поскорее к ней вернуться, и вставали на рассвете, чтобы ее выгулять. В обеденный перерыв я рвалась домой через жуткий трафик, чтобы вывести ее: мысль о том, что она будет в клетке восемь часов, была непереносимой для меня. Ее дни начинались с часа веселой возни на собачьей площадке и заканчивались часовой прогулкой по прекрасным улицам Джорджтауна. Промежутки заполнялись играми и собачьими лакомствами, включая собачьи пирожные. В следующей жизни, если таковая случится, я хочу быть собакой у бездетной молодой пары. Это просто офигительная жизнь.
За несколько недель до рождения Лили, когда мои гормоны просто зашкаливали, я обнималась с Пенелопой на ковре, вдыхая аромат ее свежевымытой шерсти. «Ты всегда будешь моей малышкой, – ворковала я. – Обещаю, ничто не сможет это изменить».
Это была самая большая ложь в моей жизни. С тех пор для Пенелопы изменилось все.
Пенелопа и сейчас остается любимой собакой, но ее положение в иерархии семьи менялось по мере появления каждого нового ребенка. Я не припомню, когда я последний раз ее вычесывала, и ее шерсть, когда-то мягкая и блестящая, теперь отдает запахом земли и попкорна. Мы выводим ее на прогулку скорее по необходимости, чем из удовольствия, и давным-давно не играли с ней. Поводок сильно износился, и хорошо, если я сама вспоминаю, что ее нужно покормить. Я очень не хочу стать собакой в семье с тремя маленькими детьми в следующей жизни, если таковая случится.
Я вспоминаю, что чувствовала примерно то же, когда была беременна Беном. Несмотря на мое первоначальное безразличие по отношению к Лили, очень скоро я полюбила ее, и она стала центром моей вселенной. Как свойственно каждой матери первенца, я внимательно следила за мельчайшими деталями ее развития, бурно радовалась каждому новому проявлению и страшно переживала, когда мне казалось, что происходит какое-то опоздание. Я часто звонила педиатру просто для того, чтобы убедиться, что все идет нормально, и регулярно вела дневник развития ребенка. Мы играли, ездили по магазинам, занимались и делали фотографии, которые я каждый день посылала Джеффу в офис. Она росла совершенно избалованной любовью и вниманием, как единственный ребенок в семье.
Последний месяц моей беременности ребенком номер два прошел под знаком компенсации скорого конца привычного для Лили порядка вещей. Я не понимала, смогу ли испытывать к новому ребенку такую же любовь. То есть я понимала, что полюблю его, но настолько ли сильно? Лили всегда останется примерно на тысячу дней старше своего брата – значит ли это, что я всегда буду любить ее в тысячу раз сильнее? Я просто не понимала, что все может быть по-другому.
С рождением Бена я поняла, что материнская любовь к своим детям неисчерпаема. Существует неограниченный источник любви, гордости и восхищения, и каждый ребенок получает их в равной мере. Так, к счастью, мы устроены. Но есть нечто, что не может быть в равной степени отдано каждому ребенку, – внимание.
Поскольку у меня теперь было двое детей, логично было бы представить, что мое внимание будет поровну распределено между ними. Но в материнстве нет логики, и я продолжала убеждаться в этом. Внимание распределялось примерно на 75% в пользу Лили и только на 25% – Бену. И ему это было безразлично. Он казался абсолютно счастливым и вполне удовлетворенным своей ролью зрителя Великого спектакля Лили. Я не беспокоилась о его развитии так, как это было с Лили. Я знала, что он начнет ходить и говорить, когда наступит время, и оказалось, что я права. Вместо дневника я завела для него шкатулку с инициалами, в которую я складывала все памятные вещицы с твердым намерением однажды разобраться в них как следует. В таком спокойном состоянии я ужасно радовалась ему в первые дни, целуя его маленькие ножки и вдыхая запах новорожденного. Я обожала наблюдать за спокойно спящим сыночком, исследуя его пальчики и складочки, которые очень скоро уже не будут такими чистыми и вкусными. Я целовала его шейку и старалась запомнить его пальчики. Я наслаждалась каждым мгновением, которое могла уделить ему за счет Лили.
Когда родился Ивен, я отобрала часть внимания от Лили и Бена, и он получил примерно 10% того, что уделялось его сестре и брату. Он донашивал их вещи и унаследовал от Бена коляску и кенгуру, которые даже как следует не почистили после использования два года назад. Если бы мне предложили использовать подержанные вещи для Лили, я была бы возмущена, но теперь мне казалась не менее возмутительной идея покупки нового инвентаря. Я не вела его дневник и не могу сообщить вам, что именно он ел в тот день, когда сделал свои первые шаги. С Лили я панически боялась выходить из дому в первые несколько недель из опасения грязи и микробов, которые могут попасть на нее от окружающих. С Ивеном мы появились на публике через несколько дней. Мне не терпелось выйти из дому, и мы сделали это вместе. Представляете, что произошло? Он выжил!
Первые два года своей жизни бедный мальчик не получал новых игрушек. На его первый день рождения я просто заменила батарейки в игрушках, которыми он играл, и дом как будто наполнился волшебством. Игрушки осветились? И запели? И двигаются? Он был очарован. Это было действительно трогательное зрелище. До сего дня он остается самым непривередливым из моих детей – он просто прыгает от радости, если верх и низ его пижамки совпадают по цвету.
В положении первого, среднего и младшего ребенка есть свои плюсы и минусы. Черты характера моих детей в немалой степени сформировались под влиянием моего материнского отношения к каждому из них. Лили расстраивается, если не обращают внимания на ее достижения, даже на самые маленькие, или когда ее рисунок немедленно не выставляют на всеобщее обозрение. Это, безусловно, результат моего энтузиазма и внимания, которое я уделяла ей во младенчестве. Бен более безразличен и остается покладистым ребенком. А Ивен в качестве младшего отчаянно старается привлечь к себе внимание какими-нибудь штучками и выходками. Но все они одинаково любимы, обо всех одинаково заботятся, и это самое главное.
Ну, наверное, кроме Пенелопы – ее действительно нужно помыть наконец.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?