Текст книги "Женщина-воин"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zhenschina-voin-12374.jpg)
Автор книги: Джоанна Линдсей
Жанр: Любовно-фантастические романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 8
Злость Чаллена трудно было описать. Однако почти вся его злость относилась к самому себе, и внешне это никак не проявилось. С его стороны было слишком неосторожно приближаться к этой женщине, ведь он видел, что она сделала с тарааном при помощи своего коробка. Потом проделала то же самое с ним, и поделом ему – за собственную глупость надо платить. Как она это сделала, было не так важно, поскольку больше уже не повторится. Но он поддался легкому раздражению из-за ее одежды, а это непозволительно для шодана.
А вот то, как она исследовала его тело, – другой вопрос. Ему это не понравилось, но лишь потому, что он был не в состоянии должным образом воздать по заслугам этой наглой женщине. Если бы он не выпил утром сока плодов дхайя, женщина уже лежала бы под ним и получала полный инструктаж, как следует обращаться с воином. Однако неразбавленный сок полностью подавлял желание. Мужчины пили его во время долгой охоты или в боевых походах, дабы женщины-пленницы не могли отвлечь воинов от их прямых обязанностей. Разбавленный вином сок дхайя служил уже для другого – позволял мужчине спать с любой женщиной, не опасаясь, что она забеременеет, так как только подруга жизни воина должна была рожать его детей.
Женщина заинтриговала Чаллена своей странной манерой говорить. Да еще этот ее чудной язык, где слова вообще не имеют смысла! К тому же она весьма хороша собой. Варвар был настолько отвлечен ее одеянием, что заметил это, только когда женщина подошла к нему. А какая наглость! Можно спорить на гаальские камни, он в жизни не видывал подобной наглости! Женщины обычно выражают свои желания словами и взглядами, уповая на то, что воины заметят их. Они не дотронутся до мужчины, не получив на то его особого разрешения – их обязанность давать, а не брать.
Чаллен улыбнулся, вспомнив, что женщина была одна, без мужчины-спутника, что ставило ее в положение заказной. Выходит, он может предложить ей свое покровительство. Пусть она женщина из высшего класса (о чем говорила ее одежда), но закон един для всех – будь ты служанка или голубая кровь. Он имеет право либо заказать ее, либо использовать на свой выбор. Явное игнорирование закона лишало ее права отказывать ему.
Это был закон, преимуществами которого Чаллену еще не доводилось пользоваться. Женщины приходили к шодану с просьбой о покровительстве – старухи, вдовы, сироты. Ему не надо было искать женщин для заказа: прислуги в доме было больше чем надо. Конечно, женщин, искавших его покровительства, нельзя было использовать, если они сами не предложат себя для этого. Однако заказанные женщины не имели права отказывать.
Тедре не понравилась улыбка, которой одарил ее варвар. В ней было слишком много самодовольства, что не предвещало ничего хорошего. «Наверное, думает, что роли поменялись и преимущество теперь на его стороне. Что ж, придется разочаровать его».
– Ты можешь выбросить мой фазор, – сказала она, приподнявшись и сев на землю. – Но это еще не значит, что я беззащитна. Так что не строй, пожалуйста, планов, о которых нам обоим придется потом пожалеть!
Словам Тедры не удалось стереть улыбку с его лица. Нетрудно было догадаться, что варвар находил их просто забавными.
– Ты одна, женщина, без покровительства воина, и это делает тебя беззащитной и… заказной. Тебе надо было немедленно просить моего покровительства, и я обязан был тебе его оказать. Раз ты этого не сделала, значит, ты объявила себя заказной.
Тедра нахмурилась:
– Если это означает то, что я думаю, можешь забыть об этом! Я никем себя не объявляла и не желаю ничьего покровительства.
Улыбка наконец сошла с его губ, впрочем, в остальном он не выказал никаких признаков недовольства.
– Я заказываю тебя, женщина! Означают ли твои слова, что ты хочешь опротестовать мой заказ?
– Я не позволю тебе меня насиловать, если ты это называешь протестом.
– Заказ – не изнасилование. У тебя нет покровительства, и, значит, нет права опротестовывать мой заказ.
– Но у меня есть покровительство! Тот фазор, что ты швырнул в кусты, – вот мое покровительство, другого мне и не надо! Ведь он смог остановить тебя, не так ли?
Варвару не понравилось напоминание об этом.
– Твое оружие мне незнакомо, но это все же оружие, а женщинам запрещено им пользоваться. Поэтому только покровительство мужчины может спасти женщину от заказа.
Нет, с ним трудно договориться! Но Тедра не оставила свои попытки:
– А что, если я сама могу спасти себя от заказа?
Воин нагнулся и присел у ее ног, теперь он мог запросто достать до нее рукой. Первым порывом Тедры было поскорее убежать – она помнила, как быстры его движения. Но она все же осталась сидеть, вытянув на земле ноги и делая вид, что ей не о чем беспокоиться. Хотя беспокоиться было о чем. Марта, слышавшая все, могла в один момент вызволить ее из опасной ситуации с помощью системы высадки, но Тедра знала, что машина не сделает этого. Чертов компьютер вывернется наизнанку всеми своими микросхемами, лишь бы только варвар изнасиловал ее – ему, компьютеру, видите ли, лучше знать, что нужно Тедре!
– У тебя есть еще какое-нибудь странное оружие, которое я не видел? – спросил варвар.
– Странное для тебя, но не для меня.
В его глазах мелькнуло любопытство.
– Ты мне покажешь его, женщина?
– И испорчу сюрприз? Что ж я, дура, по-твоему?
Воин засмеялся. Ей нравился его смех. Ей нравился он сам. Как жаль, что он зациклился на этом своем «заказе»! Тедре вовсе ни к чему становиться заказанной на чужой планете, она ведь не собирается оставаться здесь надолго. Ей только надо договориться о найме воинов, чтобы спасти свою планету, а это выше ее личных интересов.
Отсмеявшись, воин с пониманием взглянул на Тедру:
– Ну ладно, женщина! Что там у тебя за сюрпризы, мы увидим, когда осмотрим твои браки и комток.
Тедра громко и протяжно вздохнула:
– Опять двадцать пять! Я уже думала, мы прояснили с тобой этот вопрос. Ты ведь уже был разок оглушен при попытке снять с меня одежду? Мой костюм останется на мне, понятно? Тебе он все равно не подойдет по размеру.
Варвар фыркнул, давая понять, что оценил шутку. Тедра, конечно, знала, что он вовсе не собирался носить ее одежду, просто хотел, чтобы она сняла ее. Теперь воин в задумчивости смотрел на нее, и она уже начинала тревожиться от его столь опасной близости.
– Ты заказана, женщина. Как тебе, должно быть, известно, это значит, что ты обязана исполнять мою волю. Но ты продолжаешь препираться со мной, рискуя получить за это наказание. Я еще не встречал таких женщин, которые нарочно нарывались бы на наказание.
Или он искренне заблуждается относительно ее, или таким образом тонко намекает на то, что произойдет, если она ослушается. Тедра решила, что последнее все же ближе к истине, а она не любила угроз, даже в форме намека.
– Пока не встречал, воин! Ты упускаешь из виду одно обстоятельство, а именно то, что я никогда не слышала о твоих дерьмовых «заказах». Откуда же я могу знать правила и законы, с ними связанные? Слово «заказ» есть у шакаарцев, и мне оно известно, правда, совсем не в том значении, в каком его употребляешь ты. Но, несмотря на все это, я тем не менее не собираюсь становиться «заказанной». Это как-то подозрительно похоже на рабство, а я сразу же убью того, кто попытается поработить меня. Кстати, вот что мне надо было сразу выяснить: твой народ держит рабов?
Тедра видела, что воину не терпится высказаться по поводу других ее замечаний, однако он все же удостоил ее ответом:
– В Кап-ис-Тра нет необходимости держать рабов. Мы получаем достаточно слуг из Дараши – их земля была захвачена много веков назад. На востоке есть страны, где пленников превращают в рабов, но капистранские воины поступают с пленными по-другому.
– Как же?
– Пленных мы используем так же, как заказанных женщин.
– Ну хорошо. – Тедра вздохнула. – Какая же здесь разница?
– С заказанной женщиной нельзя плохо обращаться, ее нельзя продать, нельзя убить, что часто бывает с рабами. Такая женщина может даже стать матерью детей воина, если он удостоит ее такой чести. Единственное, чего она не может, это противиться воле своего воина.
– А если она все же воспротивится?
– Я уже говорил тебе о последствиях.
– Наказание? Но ты только что сказал, что с заказанной женщиной нельзя обращаться плохо, – возразила Тедра.
– Есть такие способы наказания, которые причиняют мало вреда.
Кто бы сомневался! И он, похоже, знал все эти дерьмовые способы.
– Что ж, я рада, что мы внесли ясность в данный вопрос. У меня было предчувствие, что эти твои «заказы» не слишком мне понравятся, теперь вижу – предчувствие меня не обмануло. Тебе просто надо закрыть глаза на то, что я пришла сюда без сопровождения… погоди-ка! – Тедра усмехнулась внезапно осенившей ее идее. – Не хотелось бы показаться невежливой, но… – Она перешла на кистранский: – Марта, я хочу, чтобы ты немедленно прислала сюда Корта. Мне не нужны неприятности с этим варваром. У меня здесь работа, и я не смогу выполнить ее, если придется сражаться с каждым встречным воином, который захочет заказать меня! Корту должна понравиться их идея о покровительстве. Марта? Ну же, черт возьми! Я знаю: ты слышишь меня! – Тедра подождала секунды три. Варвар хотел было что-то сказать, но она подняла руку, жестом прося его помолчать. – Марта, если ты не сделаешь этого, клянусь – я сведу с тобой счеты! Я прилетела сюда не для того, чтобы меня раскупорили, как бы тебе этого ни хотелось. Не валяй дурака и пришли мне Корта!
Опять ничего. Варвар не выдержал:
– Почему ты разговариваешь сама с собой, женщина, да еще словами, в которых нет смысла?
– Я разговариваю с Мартой. Марта – это голос, который ты мог слышать из моего фазора-передатчика.
– Но ты выключила этот голос, я видел.
– Она все равно слышит меня.
– Хотя ее здесь нет? Она что, Бог?
– Да, думаю, можно сказать, что Марта подобна Богу, – невесело произнесла Тедра и добавила в сторону по-кистрански: – Смотри не лопни от смеха, грязная предательница! – Затем опять варвару: – Она может, если захочет, сделать так, что я исчезну, или спустить мне сверху парня, который требуется, как ты говоришь, для оказания мне покровительства. Но она, очевидно, решила не делать ни того и ни другого, предоставив мне самой разбираться с тобой.
Всем своим видом варвар выражал крайнее недоверие.
– Я думал, что ты из Ба-Тар-ах, с крайнего севера. Но там говорят по-нашему. Из какой же ты страны, женщина? Этот твой бессмысленный язык… Может, это язык шакаарцев, о которых ты говорила?
– Шакаарский – твой язык, дружище, а не мой! Я прибыла с Кистрана. Это не другая страна, а другая планета. Я здесь, чтобы торговать с твоим народом. Мне есть что предложить вам. На нашей планете много чудес.
– Другая планета? – Варвар ухмыльнулся. Тедра видела, что он все еще не верит ей. – Как это можно прибыть с другой планеты?
– В космическом корабле, – Тедра повысила голос, – который Марта могла бы показать тебе, если бы до нее дошло, что я здесь вестник научно-технического прогресса.
– Кистранские женщины здорово умеют рассказывать сказки. – Варвар хохотнул. – Но я не сержусь, мне даже приятно. Расскажи-ка еще что-нибудь забавное!
– Проклятие! Это не сказки! Я действительно прибыла сюда по торговым делам, и еще, возможно, мне удастся нанять ваших воинов. Мне надо поговорить с вашим шоданом. Можешь ты хоть на время отвязаться со своей чепухой насчет «заказов»? Подожди немного, и я докажу тебе…
Воин взмахнул рукой, приказывая молчать:
– Женщинам не поручают таких дел: торговлю, наем воинов. Думаю, ты слишком долго носишь этот воинский наряд, вот и вообразила, будто тебе все позволено. Но это не так!
Теперь варвар не стал приказывать ей снять одежду, он резко выбросил руку вперед в намерении схватить женщину и рвануть на себя. Тедра ухватила его лапу обеими руками и, дернув ее на себя, откинулась назад. Сильным толчком обеих ног она послала варвара в полет через свою голову. Прием сработал, несмотря на колоссальный вес воина. Правда, пришлось применить дополнительный кик ногами. Секунда – и она опять на ногах, а варвар плашмя лежит на земле.
Он полежал так секунд десять, затем сел и глянул на нее через плечо. На его лице не было ни бешенства, ни даже удивления. Тедра уже начинала думать, что варвары вообще никогда не показывают своих чувств.
– Могу сделать вывод, женщина, что ты плохо понимаешь свое положение.
– Это твое право, но все же не советую делать таких выводов. У меня в запасе еще много опровержений.
– Значит, ты вызвала меня на поединок. – Это был не вопрос, а утверждение. Издав короткий смешок, воин встал. – Клянусь гаальскими камнями, ты сама этого захотела.
– Да? – непонимающе спросила Тедра. – Подожди, я вовсе не вызывала тебя на поединок! Я просто отстояла свое право носить одежду.
– У заказанной женщины нет прав. Ты все-таки вызвала меня на поединок. И я принимаю вызов. Выбор оружия за мной.
Тедра поняла, что он не шутит, и чувствовала, что ей не избежать боя с воином. Он, кажется, видел в поединке решение какой-то одному ему понятной проблемы и был в полном восторге от того, что она подсказала ему это решение.
– Надо думать, ты собираешься искромсать меня на кусочки своим мечом?
Воин хмыкнул:
– Тебе даже не поднять меч воина, керима, да здесь и нет второго для тебя. Нет, я выбираю рукопашный бой, в котором ты показала кое-какие способности.
Тедра, в свою очередь, хмыкнула:
– Что ж, если ты настаиваешь!
Варвар не ожидал столь быстрого согласия.
– Ты знаешь условия поединка?
– Нет, но уверена, что тебе не терпится просветить меня.
Воин усмехнулся ее беспечности:
– Победитель назначает побежденному либо смерть, либо службу – третьего не дано.
– Другими словами, побежденный не может откупиться от службы, если победитель выбрал службу?
– Если выбрана служба, избежать ее нельзя никакими способами.
– А что бывает, если побежденный отказывается служить победителю?
– Он с позором лишается всех своих прав. Часто ему отрубают руку, чтобы он уже никогда не смог восстановить утраченную честь в новом поединке.
– И кто решает это, победитель?
– Условия поединка оговорены в воинских законах, подлежащих неукоснительному соблюдению. Как я уже сказал, избежать выполнения этих условий нельзя.
– Понятно. Итак, о какой службе идет речь и на какой срок?
– Род службы тоже выбирает победитель, но это должен быть только один вид работ. Если ему нужна новая конюшня для хатаара, он может приказать побежденному построить ее. А поскольку это отдельная задача, то служба закончится сразу, как только конюшня будет построена. Однако обычно в качестве службы выбирают какой-то простой труд – на ферме, в шахте или даже в доме. Такая служба назначается чаще всего на месяц.
– И это должна быть только одна какая-то определенная работа? То есть если ты поручил побежденному работу по дому, то уже не можешь перебросить его на ферму, если там у тебя, допустим, не хватает работников?
– Совершенно верно.
Тедра на минуту задумалась. На словах все выходило довольно просто: немного черной работы на короткий срок. Что же он так радовался по поводу предстоящего поединка?
Глаза ее подозрительно сузились.
– А нет ли, случайно, среди видов службы работы в спальне?
– Такой вид работ никогда не назначался, поскольку в поединках участвуют одни мужчины. Но это, безусловно, тоже может считаться службой.
Ну вот он и открыл, что у него на уме! Варвар совершенно верно предвидел, что, заказав ее, получит одни неприятности. А поединок давал ему все, что надо, без проблем.
Тедра в ярости сжала губы: он ведь даже не упомянул бы об этом специфичном виде работы, не спроси она сама!
– А если я выйду победительницей?
– Тогда за тобой будет такое же право выбирать: смерть или служба.
– Отлично! Думаю, мои дела на этой планете как раз займут около месяца. Из тебя получится прекрасный гид или помощник.
– Ты серьезно рассчитываешь на победу, женщина?
Веселость в его голосе казалась натуральной, но все же раздражала.
– Ты не знаешь меня, воин. Я так же уверена в своих способностях, как ты в своих.
– Самоуверенность непозволительна для женщины.
– А не кажется ли тебе, что надо бы для начала проверить, оправданна ли эта самоуверенность, прежде чем не позволять ее? – промурлыкала Тедра, надеясь разозлить варвара.
Но, к своему еще большему раздражению, обнаружила, что разговаривать с ним просто невозможно.
Воин только согласно кивнул в ответ.
– Принимаешь ли ты условия поединка?
– Поверь, воин, мне жаль тебя разочаровывать, но рукопашный бой – мое ремесло, и там, откуда я прибыла, меня считают неплохим бойцом. Своим вопросом ты оскорбил меня.
Однако он стоял на своем:
– Поклянись… своей Мартой!
– О небо! – Тедра вздохнула. – Если я поклянусь Мартой, это ровным счетом ничего не будет значить. Она ведь не Бог, а всего лишь груда металлического лома, которая слишком много возомнила о своих микросхемах и которую я просто презираю! Я лучше поклянусь звездами на небесах – такая клятва меня обяжет. Но я не собираюсь проигрывать бой, воин, и не говори потом, что я тебя не предупреждала! Ты можешь быть огромен, как сто чертей – для меня это не имеет значения. Клянись и ты, что принимаешь условия поединка! – Щеки Чаллена запылали. Тедра довольно хмыкнула: все же он иногда реагирует на ее колкости! – Ну же, малыш, все должно быть по-честному! Ты же заставил меня поклясться!
– Хорошо. Клянусь Дродой! – взревел варвар. – Но я также клянусь, что ты пожалеешь о своих насмешках, женщина!
– Это мы еще посмотрим! – примирительно отозвалась Тедра. – Ты уверен, что действительно хочешь этого поединка?
– Теперь уже ничто не остановит меня, тира!
Он назвал ее ведьмой! О небо, она и в самом деле разозлила его! Это хорошо: одно из первых правил любого единоборства – сохранять хладнокровие.
– Ну так чего мы ждем? Я готова!
Глава 9
Тактика заключалась в том, чтобы не дать ему возможность схватить ее. Тедра быстро обнаружила, что блокировка плохо срабатывает против мощных ручищ варвара, поэтому фронтальная атака отпадала. Она должна была наносить удары с боков и со спины, но все сводилось к своеобразному танцу вокруг него: варвар хоть и был огромен, но, к сожалению, не был неповоротлив. Он двигался почти так же быстро, как она, что не позволяло рассчитывать на скорую победу.
В начале боя она заметила, что воин старается не причинять ей боли, и это хорошо: у него уже было несколько возможностей переломать ей кости. Тедра же не собиралась щадить его, хотя серьезно повредить воина с помощью тех нескольких ударов, которые ей удавалось наносить с такого расстояния, было трудно. Эти удары должны были свалить его с ног, и, возможно, позже он почувствует боль, но сейчас, казалось, варвар не чувствовал ничего. От литых мышц воина все ее удары отскакивали, как от стены. Ей придется либо поразить его горло, ударив ногами в прыжке с разбега, либо ждать, пока он подставит спину, чтобы применить прием Фраймера.
После двух последовательных боковых ударов, в результате которых удалось лишь подобраться к нему поближе, Тедра нанесла воину третий удар, который заставил его покачнуться. Ликуя, она тут же воспользовалась его временной потерей равновесия, запрыгнув варвару на спину. В такой позиции Тедра запросто могла сломать ему шею – стоило только упереться ногами и рвануть на себя голову воина: что-нибудь непременно хрустнет, а она довершит дело своим весом. Но Тедра не хотела убивать варвара, поэтому применила технику Фраймера, надавив в определенной точке ему на шею. Не дыша, она отсчитывала те самые лишние четыре секунды, которые требовались, чтобы свалить человека его размеров. Но прошло четыре, шесть, восемь… Тедру бросило в пот – он все стоял! У него слишком мощные мышцы шеи! Услышав его раскатистый громкий смех, она поняла: варвар мог остановить ее в любой момент – он просто давал ей шанс! Первой мыслью Тедры было бежать, но она знала, что воин не даст ей уйти так просто. Он уже придерживал ее сзади рукой, так что стоило ей слезть с его спины – и он тут же схватит ее. В следующую секунду воин сгреб своей пятерней ткань ее туники и дернул. На какой-то миг перед ней мелькнула его злорадно-торжествующая улыбка, и она полетела вперед.
Надо отдать ей должное – Тедра не закричала. И не упала на землю: варвар хотел просто перехватить ее покрепче, но не собирался кидать. Он поймал ее в падении за руки выше локтей и прижал их к своим бокам. Это он хорошо сделал: в такой близкой позиции, когда у него заняты руки, она могла бы разбить ему нос, ударить под дых – да мало ли есть разных приемов выведения противника из строя – были бы только свободны руки! Правда, ноги Тедры оставались свободными, но варвар уже доказал быстроту своих реакций. Теперь он встряхнул ее изо всей силы, и Тедра решила, что с нее хватит – пусть лучше ноги просто повисят!
– Считай себя побежденной, женщина!
Это не был вопрос, это был приказ. И в самом деле, похоже, она проиграла бой, не получив ни единого удара. Все решила колоссальная сила варвара. Ей не вырваться из его крепких тисков! Но считать себя побежденной? Ни за что, пока еще не исчерпаны все ее возможности! И одна из них – подтянуть ноги, направив их точно в центр мощной груди, и толкнуть.
Сработало! Впрочем, только потому, что варвар не ожидал нападения. Он непроизвольно выпустил ее руки, и Тедра полетела вниз, больно ударившись о землю. Это было все же лучше, чем тиски его лап. Однако ее удар не свалил воина с ног, как ожидалось, он всего лишь дал ей несколько мгновений передышки. Тедре не удалось подняться – он припечатал ее к земле всем своим мощным телом. Шансов на спасение не оставалось.
Дышать становилось все труднее. Тедра боролась за каждый вздох, и варвар знал это, но не ослаблял давления.
– Теперь считай себя побежденной.
И опять это не был вопрос. Теперь сомнений не было у обоих. Тедра не могла пошевельнуться и только кивнула головой. В то же мгновение дышать стало легче. Но варвар не собирался вставать с нее. Он просто ослабил давление своего торса. Тедра по-прежнему была прикована к земле. Он лежал сверху и смотрел на нее – похоже, его вполне устраивала такая позиция. На лице Тедры было написано отвращение, но то было отвращение к себе самой. С этим варваром она допускала одну ошибку за другой, но согласие на поединок было ее самой большой ошибкой.
– Ты ведь не собираешься убивать меня? – Воин медленно покачал головой в знак отрицания. – Я прекрасно умею мыть полы, – солгала Тедра. Он опять покачал головой, на этот раз с усмешкой. – Ну ладно, черт возьми, валяй, какую службу ты от меня хочешь?
– Ты это уже знаешь, керима.
Маленькая, или девочка, – так он назвал ее, и Тедра мысленно согласилась с подобным определением. Она действительно чувствовала себя маленькой девочкой, лежа под таким чертовски большим мужчиной. Она уже испытала на себе его полный вес и знала, что не выдержит секс-совокупления с ним. Но кто мог остановить его? Даже если она и могла, то долг чести не позволял пытаться делать это.
– В этом вопросе не должно быть никаких неясностей, воин. Я хочу, чтобы ты назвал вещи своими именами: что я должна делать и как долго?
– Отлично.
Чаллен перекатился на бок, давая Тедре понять, что ей не придется отрабатывать свой долг прямо сейчас, за что она была ему очень признательна. Драться с ним она уже просто не в силах. Мысль о поражении задела Тедру. Она проиграла бой! Впервые за все время, что носит звание Агента-1! И победил ее мужчина, к которому ее сильно влекло.
Волна беспомощности захлестнула ее, щеки окрасились румянцем, тело обмякло и затрепетало. Вот он, мужчина, через которого она не смогла перешагнуть! Он не станет бояться вывести ее из себя, опасаясь превратиться в отбивную котлету. Она ждала его целую вечность! Тедра смотрела на варвара широко открытыми глазами, в которых было немного ужаса и море предвкушения. Наконец-то она попробует секс-совокупление! Даже если это убьет ее, Тедра насладится каждой минутой!
– Что такое? – спросил воин, поймав ее взгляд.
– Я… ничего.
Тедра села, обхватив колени руками. Он сидел напротив, скрестив ноги. Ей не хотелось опять встречаться с ним глазами, но воин повернул к себе ее лицо, взявшись за подбородок.
– Ты согласилась с условиями поединка, – напомнил он почти жестким тоном.
Взволнованная этим прикосновением, Тедра отвела его руку:
– Не подвергай опять сомнению мою честность. Я жду, когда ты скажешь, в чем будет заключаться моя служба.
– В течение месяца ты будешь выполнять обязанности заказанной женщины.
Это было сказано с изрядной долей триумфа. Значит, вот в чем причина его восторга по поводу поединка! Она не смогла опротестовать его заказ! Несмотря на сильное желание испробовать секс-совокупление с этим воином, Тедру все же слегка задела за живое его нечестная игра. Он знал, что победит, даже если проиграет: в любом случае она оставалась заказной для него. Что же это было, как не хитроумное коварство?
– Выходит, я должна буду во всем следовать твоей воле?
– Именно так.
– Это слишком, воин! Ты говорил, что служба проигравшего поединок заключается в какой-то отдельной задаче либо в определенном виде работ, но только в одном. Если я должна буду убирать твою пещеру, готовить тебе еду и греть твои шкуры, боюсь, мне придется заявить протест. Это больше, чем один вид работы, не так ли?
Он должен был разозлиться на ее возражения, но не подал и виду. Тедра ждала реакции. Вообще-то она не стала бы возражать, если бы воин повел себя с ней как с заказанной женщиной прямо сейчас. Но он сидел в полнейшей задумчивости и, казалось, мысленно взвешивал ее доводы.
Наконец Чаллен сказал:
– Прекрасно. Я назначаю тебе службу, которую ты сама назвала «работой в спальне». Таким образом, где бы я ни спал, женщина, ты не можешь мне там ни в чем отказывать. Ну как, по-твоему, теперь это можно считать отдельным видом работ?
Тедра едва не расхохоталась. Варвар всерьез полагал, что, выбрав для нее такую работу, заставит пожалеть о том, что она отказалась от первого варианта. Вот она и дождалась его реакции, и реакция эта была не совсем обычна, как, впрочем, и сам этот мужчина.
Чтобы не разочаровать его, Тедра тяжело вздохнула:
– Ну что сказать, воин? Ты теряешь отличную уборщицу!
Варвар ухмыльнулся:
– Тебе лучше подошла бы роль заказанной женщины. Ее по крайней мере хоть немного уважают.
Похоже, реакция женщины не удовлетворила Чаллена. Он ожидал, что Тедра разозлится. Она же заставила его все-таки разозлиться, отказавшись от первого предложения.
– А роль грелки в постель не достойна уважения? – Она улыбнулась, равнодушно пожав плечами. – Ну что ж, ты возложил на меня обязанности, а сам, вероятно, должен теперь защищать меня?
Воин покачал головой:
– Ты принимаешь условия без права выдвигать встречные. Служба в качестве проигравшего поединок – не приятное времяпрепровождение.
Тедре не удалось сдержать гнев. Глаза ее зло засверкали.
– Очень мило с твоей стороны сказать мне об этом после поединка, – процедила она сквозь зубы. – Какие еще неприятные сюрпризы ожидают меня? Как насчет цепей и хлыстов?
Теперь уже он улыбался, чертова скотина!
– Я не знаю, что будет для тебя сюрпризом, ведь ты так мало знаешь об условиях поединка.
Она ждала, что он скажет дальше, но Чаллен замолчал, и Тедра спросила:
– Так как насчет цепей и хлыстов?
– Зачем они нужны, если ты согласилась принимать мою волю как свою?
– Только в спальне, – напомнила Тедра.
– Где бы я ни спал, – напомнил воин. – Но… – Он хмыкнул. – Ты все-таки женщина, а не воин.
Этот факт, казалось, приводил его в восторг.
– И что? Это как-то отразится на моей участи?
– Женщина, любая: голубая кровь, служанка или проигравшая поединок, – должна всегда считаться с мнением воина, особенно того, который ей покровительствует. Я должен буду обеспечить тебе свое покровительство на срок твоей службы, а потом ты снова станешь заказной женщиной. А раз так, ты должна будешь повиноваться мне во всем.
На какое-то время Тедра от ярости потеряла дар речи. Наконец она вскочила на ноги, закричав:
– Проклятие! Это как раз то, что ты говорил о заказанных женщинах! Ты хочешь сказать, что на твоей планете все женщины заказаны?
– Я не знаю, как в других странах, – сказал варвар, вставая тоже, – но в Кап-ис-Тра очень мало заказанных женщин. Им достаточно обратиться к воину за покровительством, чтобы избежать заказа, как я уже говорил. И они с удовольствием делают это, поскольку капистранские женщины не желают терять своих прав, становясь заказанными.
– Каких же прав? – спросила Тедра. – Похоже, у них совсем нет прав, если они должны повиноваться… о звезды, как я ненавижу это слово!.. Каждому воину, который щелкнет пальцами?
– Считаться с мнением, женщина, а не повиноваться! – поправил Чаллен со вздохом. – Воин не вправе приказывать женщине, которая находится под чужим покровительством. Он может попросить ее сделать то-то и то-то, но женщина не обязана повиноваться, если его просьбы неразумны или унижают ее достоинство. Это ее право.
– Но она все же должна повиноваться воину, который ей покровительствует? Не вижу разницы!
– Воин, который покровительствует женщине, не вправе требовать от нее такой службы, которую я потребовал от тебя, если она сама не захочет служить ему подобным способом. Теперь ты увидела разницу, женщина?
Щеки Тедры порозовели.
– Это все еще слишком смахивает на рабство, чтобы можно было согласиться. Но я прибыла сюда не для того, чтобы остаться жить здесь, – я хочу только торговать. Хоть я и не забыла, что ты приписал меня к классу бесправных женщин.
Варвар пожал плечами:
– Ты могла бы попросить моего покровительства.
– Я ничего не знала об этом!
– Незнание законов не…
– Ну хватит, воин! – огрызнулась Тедра. – Ты уже получил надо мной столько власти, сколько еще не получал ни один мужчина до тебя. Так что давай сменим тему, хорошо? Мы что, будем торчать тут целый день? Слушай, а что ты вообще делал здесь, в этом унылом месте, пока я не осчастливила тебя своим появлением?
Тедра уловила во взгляде воина явную досаду, свидетельствующую о том, что ему все же не всегда удавалось скрывать свои эмоции.
– Я охотился на тараана, которого ты убила.
– А, так это тараан? – спросила Тедра. – Э, да я ведь не убивала его! Он просто в глубоком забытьи от оглушения. Как бы я хотела, о звезды, чтобы и ты сейчас был в том же состоянии и оставался в нем навсегда!
Варвар никак не отреагировал на этот выпад и только спросил:
– Откуда ты знаешь слово «тараан», если никогда не видела его раньше?
– Потому что это одно из ваших слов, к которым требуются картинки. А в методике подсознательного обучения нет картинок, там одни слова.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?