Читать книгу "Сонный Лекарь – 3"

Железкин, внимательно оглядев полупрозрачной силуэт, недовольно хмыкнул.

– Это полтергейст, господин. При жизни она, скорее всего, была слабой одарённой и дала согласие на помещение её души в артефакт. В России и в большинстве цивилизованных стран такое запрещено. Однако в той же Византии встречается чуть ли не в каждом великом доме. Частенько слуг рода превращают в такие вот полуживые конструкты. Кто-то за садом смотрит, кто-то за могилками. Обычно, где они жили, там их и оставляют, потому что к дальнейшему развитию полтергейсты не способны.

От последних слов бабуля насупилась, но не сказала ни слова.

– В смысле ранги поднимать? – уточняю на всякий случай.

Боцман удивлённо усмехнулся.

– Ранги? Скажете тоже. Нет, вот тут всё намного сложнее. У них с головой проблемы, – вояка постучал пальцем по виску. – Полтергейст помнит, как выглядела обстановка при его жизни. И всё время пытается её восстановить. Поэтому их называют сторожа́ми.

– Сто́рожами, – недовольно поправила старушка. – Милки! А чё это вы по-русски говорите?

Боцман вздохнул, смотря на насупившуюся бабульку.

– … И ещё не зациклен на мелочах.

С силой протираю лицо ладонями. Вот откуда это чудо вообще взялось у меня дома?!

– Мы из Российской Империи, бабуль, – отвечаю на русском, поднимая коробку с пола.

Судя по этикетке, её прислали прямо из дома Рюто Арасаки. Нового представителя торговой гильдии Арана.

– Хитёр, япошка! – осматриваю хрустальный шар. Печать мастера-артефактора на ней тоже имеется. – Так вот какую виру он выбрал за покушение Джана Имоу? Жизнью другого гражданина Российской Империи, пусть и в посмертном виде.

– Шутка на грани, – боцман усмехнулся и потом мрачно кивнул. – Я бы посоветовал принять подарок. Это по вашему… по-аристократически. Арасаки вроде как подарок прислал, но не прогнулся. Вы, господин, в аномалии были, поэтому не в курсе. Арасаки устроил торговую блокаду роду Гаус. По мнению японца, вы подарок приняли, раз сами не сказали другого. Так что у вас эти… Как их там?!

– Деловые взаимовыгодные отношения, – подсказываю боцману. – Прав был Рюхей. Мы с Арасаки и впрямь похожи. Я бы на его месте тоже что-то подобное учудил. Другой вопрос, нафига нам полтергейст в доме?

Боцман, улыбнувшись, снова постучал пальцем по виску. Призрак бабули в этот момент сверкнул глазами и подлетел к нам поближе.

– Милки, да я же своя! Да и вы оба сильные. За господ сойдёте. Дом вот могу охранять. Следить за тем, кто рядом шляется и к дверям присматривается. Зовут меня Людмила Шварц, – призрак сдвинул брови, глаза забегали. Она будто пыталась что-то вспомнить. – Помню охраняла усадьбу какого-то графа, но фамилию не помню. Византюки в моей голове покопались. Добавить нового не смогли, а вот из старых воспоминаний что-то стёрли.

Железкин мрачно кивнул.

– И такое бывает. У полтергейста память не может восстанавливаться. Да и меняется с очень большим трудом. Поэтому они стремятся всё вокруг переделать под себя.

– То есть у нашего чердака теперь есть личный сторож? – смотрю на боцмана, и тот кивает, намекая, что лучше согласиться. – Хорошо, охрана дома лишней точно не будет. Надо только с Сандрой дела уладить. Единственное условие: “Пока мы дома, призракам тут показываться запрещено”.

На лице бабульки тут же расцвела широченная улыбка.

– Тако-мо и будет. Бабуля Шварц в личную жизнь господ не лезет, – старушка хихикнула, поудобнее перехватывая ружьё. – Вы главное филактерию мою подзаряжать не забывайте. Пока вас нет, я за улицей пригляжу. Если на дом кто глаз положит, мигом вам доложу.

В глазах полтергейста моргнул призрачный огонёк. Ничего больше не говоря, она вылетела на улицу, пройдя сквозь стену.

– Что это сейчас было? – удивлённо смотрю на боцмана. – У неё же неспроста глаза сверкали.

– Контракт заключен, – Железкин, облегченно вздохнув, указал на хрустальную сферу в моих руках. – С полтергейстами всегда так. Надо сделать так, чтобы они в человеке господина признали. Дом ещё нужен, само собой. Ну и силой своей хозяин артефакт запитывать должен.

Тут из стены снова вынырнула Шварц и хмуро глянула на Валеру в моих руках. Булыжник, недовольно вскинув брови, выпустил наружу волну силы.

– Ты кого кошёлкой старой обозвал?! – старушка надулась. – Каменюка безмозглая!

Боцман, выпучив глаза, уставился на Валеру. Секунду подумав, он махнул рукой.

– Я уже устал удивляться, господин, – вояка, сонно зевнув, пошёл в сторону кровати. – То Матерь Чудовищ, то призрак в доме, то бровастый булыжник матерится. Ей-богу! Чудеса к вам так и липнут.

….

11 ноября 07:13, офис “Романов и КО”, остров Аран

Рейд в аномалию рода Лей начнётся уже через четыре дня. Шестая категория сложности – это не шутки. Все наши боевые силы сегодня вернутся на остров для трёхдневного отдыха. По этой же причине собрание совета правления компании пришлось назначить на семь тридцать.

Едва мы вошли в офис, как Железкин выгнул грудь колесом и с грацией ледокола пошёл в сторону отдела продаж.

– Господин, я пока нам чего-нибудь налью, – взгляд “голодного” мужика сосредоточился на нижних полушариях наших сотрудниц. Поправив на себе пиджак, расходящийся по швам из-за резко подросшего объёма мышц, вояка ломанулся на охоту. – Вам большой латте с сахаром, я помню. Вы меня пока в переговорке подождите.

– Не забудь, что у нас дома теперь сторож есть, – усмехнувшись, направляюсь на второй этаж. – Чёрт его знает, как Шварц на посторонних в твоей постели отреагирует.

Пусть мужик порадуется. А то мы месяц в пещере просидели, только и делая, что колошматя друг друга.

В комнату для переговоров мне повезло прийти первым. Потому сажусь за стол прямо напротив входа, рядом кладу Валеру. Булыжник, играя бровями, смотрит сквозь стеклянные стены переговорки, наблюдая за тем, как просыпается наш офис. Вот загудела кофемашинка и заработал принтер. Хлопнула дверь, ведущая в кабинет нашего финансиста Мамая и его подручного. Из юридического отдела уже доносится отборная брань на испанском… Мне на секунду показалось… А нет, не показалось.

Приглядываюсь к булыжнику.

– Ты что, новые ругательства учишь?

В ответ питомец расплылся в довольной улыбке.

– Так ты у нас булыжник-матершинник? Надо тебя с нашими моряками познакомить, – Валера удивлённо вскинул брови. – Поверь, мой каменистый друг, во флоте используют такие ругательства, что их потом стыдно на берегу произносить. Всё, что случается на корабле, остаётся на корабле.

Вошедший в этот момент боцман застал меня за разговором. Валера впился взглядом в Железкина, смотря на него едва ли не как на Святого.

– Чё это с ним? – вояка, осторожно поставив стаканы на стол, сразу перекрестился.

– Ну… скажем так. Валера в тебе старшего признал, – булыжник активно закивал бровями, не сводя взгляд с боцмана. – Теперь будет слушать всё, что ты говоришь. Ещё он стал фанатом флота и грязненьких словечек.

– Что не день, то новость. Тьфу-тьфу-тьфу! – Железкин постучал по деревянной столешнице. – Я конечно много морпехов уму разуму за время службы обучал, но безмозглый булыжник мне попадается впервые.

– Готов оплатить тельняшку и кепку-бескозырку для Валеры! – вскидываю руку.

– Ну и шуточки у вас! – боцман улыбнулся, но потом взглянул на хлопающего глазками Валеру и меня. – Господин, вы это серьёзно? Вы булыжник хотите флотскому мату обучить?

– Валера всё равно будет жить в машине, – пожимаю плечами. – Будет желание, поболтаете. Контракт я с ним уже заключил.

Романов, зайдя первым в кабинет для переговоров, секунд на пять замер в дверях. Взгляд княжича переместился с меча на Валеру. Потом замер на моей шикарной бороде.

– Ветеран [2]? – Романов удивлённо вскинул брови. – Пусть и ощущается пока слабо, но твоя аура определённо как у ветерана.

– И тебе “привет”, Дима, – уже второй раз за минуту пожимаю плечами. – Да, на ветерана [2] буквально вчера прорвался.

– Второе поднятие ранга за полгода? – княжич нахмурился, выглянул в коридор и только после снова взглянул на меня. – Довлатов, ты мне друг и деловой партнёр. Вот мой тебе совет. Особо не распространяйся о том, когда инициацию прошёл. Если скажешь, что дорос до ветерана [2] за два года, тебя сочтут за представителя древнего аристократического рода. За год не всякий гений сможет провернуть такое.

– Всякое бывает, – указываю на свободный стул. – Садись уже. Наши девушки, как обычно, опаздывают.

Княжич, тяжело вздохнув, всё же занял предложенное место.

– Два ранга за полгода, – Романов шокировано хмыкнул. – А если так подумать, то были ли вообще такие прецеденты? Разве что у рода Ширр из Новой Зеландии. Но у них там не страна, а сущий заповедник. Куча Источников, попасть легально на территорию государства практически нереально. Есть десятки родов приручителей морских чудовищ.

Дверь снова открылась. Света Долгорукова с Гагариной вошли, обе сонно зевая.

– Охайо, Довлатов-сан, – Долгорукова, продрав глаза, наконец рассмотрела меня. – Ахренеть! У тебя борода.

– Миш, ты что, месяц из качалки не вылезал? – Гагарина уставилась на то, как рубашка натянулась в районе плеч. – Опять тебе костюмы заказывать придётся.

– Дамы, – Романов хмуро указал на свободные места. – Потом Мише кости перемоем. Нам всем после совещания ещё на учёбу ехать. Свет, тебе лучше домой заехать. Приходить два дня подряд на учёбу в одной и той же одежде, повод для нехороших слухов.

Долгорукова, пошатываясь, глянула на свою одежду. В глазах ноль понимания.

– Завистники скажут, что ты провела ночь не дома, – намекаю сонной девушке. – А скажем в компании парня… или даже парней. Особенно, если ты всю ночь тусила с японцами.

– Время, – Романов перевёл взгляд с девушек на мелькнувшую в коридоре секретаршу. – Три чая, один кофе и стакан рассола для госпожи Долгоруковой.

Едва силуэт исчез в проходе, как наконец появилась Катарина Лупергод.

– Прошу прощения за опоздание, – блондинка сдула непослушную прядь волос с лица. – Нам в Академии задали много. Засиделась до глубокой ночи.

Романов прочистил горло, давая понять, что собрание началось.

– Господа! Через четыре дня у боевого крыла “Романов и КО” ожидается сложный рейд в аномалию рода Лей. Мистер Киллиан уже передал отчёт о готовности.

Долгорукова презрительно хмыкнула.

– “Тихоня” странный. Нигде толком не появляется, но его отчётам принято доверять. Мы даже фамилии его не знаем. Из какого он рода? Боевые навыки?

Княжич усмехнулся.

– Если б ты знала, какой у Киллиана рейтинг в Ассоциации Охотников, такую дурость точно бы не ляпнула, – Романов протянул ей отчёт. – Если коротко, у нас есть шесть команд архонтов [6]. В каждой по три ключевых бойца плюс спецгруппы из учителей [3], магистров [4] и старших магистров [5]. В сам рейд отправятся только бойцы от ранга ветерана [2] и выше.

– Состав войск? – спрашиваю, понимая, что где-то тут подвох.

У “Романов и КО” пока нет связей, достаточных для найма восемнадцати архонтов [6]. А меньшими силами аномалию рода Лей не зачистить. Все боссы-монстры пробудятся одновременно. По этой причине первая экспедиция от Ассоциации Охотников и провалилась.

Романов кивнул, раздавая вторую группу распечаток.

– Род Лей предоставил одну свою группу архонтов [6] и ещё одну от их союзников. Ещё две боевые тройки архонтов пойдут от Академии Куб. Их прикроют наши спецгруппы с крейсеров “Суворов” и “Иван Рогов”. Киллиан уже провёл между ними боевое слаживание.

Тут княжич довольно улыбнулся. Всё же нам повезло с Тихоней. Без мастер-тактика его уровня и репутации было бы сложно согласовать действия настолько разношёрстной толпы.

– Пятая группа архонтов целиком идёт от рода Хаммер, – продолжил княжич. – Чистые техноманты. Со слов представителя Ассоциации, в зоне аномалии как раз сложный противник их профиля. Нерея также подтвердила этот момент. Последняя, шестая группа – это бойцы Лазуренко. Капитан подёргал за ниточки в МорФлоте и нашёл себе в команду ещё двух архонтов из Российской Империи.

Долгорукова поморщилась от вкуса рассола, листая распечатку планов от Романова.

– Итого восемнадцать архонтов [6]. Всю оставшуюся подготовку к рейду проводим мы. Корабли, группы добытчиков, доставка на место действий. Для одних только трофеев потребуется десяток барж, уже зафрахтованных у графа Шампань в Полинезии. Вывоз добычи растянется на несколько месяцев. Так что пятьдесят процентов прибыли, вполне себе уместная цена.

Взглянув на всё тот же документ, отмечаю, что за сутки до начала рейда к нам присоединится наблюдатель от Ассоциации. Опять же – стандартная практика, но в свои дела чужих посвящать не хочется.

Гагарина всё это время хмурилась, смотря то на Валеру, то на отчёт.

– Сама по себе аномалия рода Лей небольшая, – пояснила Полина, наш спец по закупкам. – Но из-за большого количества Источников на её территории и высокого содержания эманаций жизни, там царит настоящий ад. Даже ветеранов [2] туда посылать опасно. По этой же причине координатор от Ассоциации у нас будет в ранге магистра [4], если не больше. Если завалим рейд, нас потом не пустят в аномалии шестого ранга и выше.

– Внутренний экзамен, – Романов кивнул с пониманием. – Чего-то подобного стоило ожидать от Ассоциации. Всё-таки у аномалии шестая категория опасности. Даже если кому-то просто собьют доспех духа, будут серьёзные последствия для здоровья.

Княжич хмуро взглянул на наручные часы.

– Дамы, нам пора в Академию. Фронт работ на ближайшие четыре дня обозначен, – Дима хитро глянул в мою сторону. – Будь осторожен, Миш. На твоём участии в рейде настоял патриарх рода Лей. При других обстоятельствах я бы сказал “не лезь в пекло”. Но тут дело ро… то есть, всей нашей компании.

– Пусть враги волнуются, а не я, – фыркнув, убираю листы с планами в рюкзак. – Мной даже не-мёртвые подавились. А тут обычные монстры из аномалии.

Едва комната для переговоров опустела, как в двери бочком протиснулся Вася Рыжиков. Его мне тоже пришлось вытащить на работу рано утром.

– Шеф, вы наконец-таки вернулись! – разложив ноутбук, Вася стал торопливо тыкать на кнопки проектора. – Да включайся ты.

– Неужто ты ждал именно меня?

– Ну как сказать, – Рыжиков неловко почесал голову пультом от проектора. – Пока вас не было, на меня девушки начали вешаться из-за повышения зарплаты.

– Повышения? – удивлению моему не было предела. – Ладно, потом как-нибудь расскажешь.

– Шеф, это из-за рода Гаус. Это же я их страдать заставляю, – Рыжиков, пожав плечами, кисло улыбнулся. – Дмитрий Алексеевич назвал это доплатой за вредную работу. И да, я хотел вам спасибо сказать. Ну… за то, что вы меня из своего дома выгнали и заставили себе квартиру снять. Тут такое дело… я теперь с тремя девушками живу. Всё бы хорошо, но я то на работе, то на учёбе пропадаю. Толком видеть их не успеваю.

– Главное, чтобы это были котики, а не чайки, – услышав мой комментарий, Рыжиков захлопал глазами. – Голодные чайки к тебе поесть приходят. А котики ещё и погладить дают. Так что думай, кого ты к себе на шею посадить решил.

– Понял, – Рыжиков усмехнулся. – А я то думаю, чего это они такие покладистые.

Тряхнув головой, Вася указал на экран проектора, где отобразилась карта Арана.

– Шеф, за время вашего отсутствия я навёл шухеру среди наших деловых партнеров относительно рода Гаус…

Пересказ событий у рода Гаус за последний месяц выглядел поистине феерично! Рыжиков науськал наших деловых партнеров, требуя подписать документ, что “они никак не связаны с родом Гаус”. Так склады лишились трёх арендаторов, но освободившиеся площади тут же заняли другие бизнесмены.

В свою очередь мебельный завод рода Гаус временно лишился поставок аномальной древесины и фурнитуры к ней. По слухам, там трудятся призванные Андреасом гоблины. На нормальных работяг этот скряга никогда бы не расщедрился.

Рыжиков добился того, что аранские продуктовые сети убрали имение рода Гаус из ареала онлайн доставок. Не знаю как, но Вася провернул то же самое и с сервисом такси. Заказы на этот адрес больше не принимаются. Дошло до того, что Рыжиков узнал как выглядят слуги рода Гаус, ответственные за покупку продуктов. Распечатал их фотографии и лично прошёлся по всем ближайшим магазинам наших партнеров, требуя НЕ продавать продукты людям на фото.

Около магазинов до сих пор дежурят студенты на полставки, следящие за тем, чтобы род Гаус ничего не смог купить в ближайших супермаркетах.

– Если тебе однажды понадобятся услуги целителя, я сам тобой займусь, – твёрдо пообещал я сотруднику. – И оформи страховку. Так, на всякий случай. Мало ли что может случиться.

Теперь понятно, почему Романов поднял Рыжикову зарплату за “вредный для здоровья труд”. У Васи оказывается есть целый талант вредителя! Так испортить жизнь благородному роду – это надо прям сильно постараться.

– Я тут одну схему нашел, – пробубнил Рыжиков, хмуро глядя на экран проектора. – Звучит сложно, но мы можем электричество им ненадолго отключить. Если немного инспектору заплатить, рядом трубы менять начнут. Воду отключат дня на три. Если к наймитам от Жан Пьера обратиться, то и серьёзный засор канализации устроить можно. На сам земельный участок проникать не придётся. Просто трубу слива им законопатим.

С нескрываемым удивлением смотрю на Рыжикова. Талант, ей-богу! Ни грамма совести или моральных терзаний. Он даже абсолюта [7] готов утопить в собственном сортире, выполняя приказ шефа.

…

Добраться до Академии получилось без происшествий. Новый телефон всё утро обновлялся, восстанавливая список ранее установленных программ. Пришлось заново войти во все приложения, оттого сообщения сыпались без остановки.

За месяц мне раз сто писали одногруппники. Пару раз звонил Жан Пьер, сотрудники из СБ Арана и кто-то из резиденции рода Хаммер. Граф Шампань… и ещё больше сотни незнакомых номеров. Причём все резко активизировались спустя две недели с момента моего переноса в аномалию рода Лей. Видимо, произошло что-то, о чём мне пока никто не сообщил.

Наконец, мы с Железкиным добрались до парковки Академии. С грузом на душе кладу Валеру на приборную панель машины.

– Подожди меня тут, друг мой, – Валера удивлённо вскинул брови. – В Академию с питомцами нельзя. И с оружием тоже.

Ощущая практически физическую боль от расставания, кладу Рубаку на соседнее сидение.

– Добрый знак, – боцман усмехнулся. – Раз с мечом расставаться трудно, значит обучение прошло как надо.

В лифте на меня поглядывали знакомые студенты, но никто так и не решился заговорить первым. Косые взгляды девушек и шепотки: “А это точно он? …Накачан больно сильно … Ох, какая борода” – начали капать на нервы.

Когда вышел на нужном этаже, уже прозвенел звонок. Из-за Рыжикова пришлось задержаться в офисе. Около дверей нужной мне аудитории вдруг оказалась Нерея.

– Надо поговорить, – архонт хмуро указала на телефон в моих руках. – Научись уже брать трубку. Перси тебя всё утро пытается вызвонить.

– Можно и поговорить, – с грустью смотрю на дверь нужной мне аудитории. Аккурат в этот момент прозвучал щелчок от проворачивания ключа в замке. – На лекцию по “Прикладной Алхимии” меня всё равно уже не пустят.

– Не здесь, – Нерея усмехнулась. – И не со мной.

Сделав шаг, архонт со знакомым звуком “блык” оказывается около меня. Уже в следующий миг мы покинули стены Академии.

…

Аранский Музей Изобразительного Искусства

Крыло с картинами художников-одарённых

09:17, 11 ноября

Несмотря на ранний час, музей уже начал принимать первых посетителей. Прямо напротив входа висит полотно Леонардо Да Винчи с движущимся чертежом прообраза современного самолёта. К слову, он считается основоположником живописи среди одарённых.

Повернув за угол, столкнулся с группой туристов. Их гид как раз начал свой монотонный, крайне скучный рассказ.

– Перед вами серия картин одарённого Эдварда Мунка. Одного из немногих художников-одарённых, прорвавшихся на ранг магистра [4]. Собственно, с переходом на новый ранг у него и начались проблемы с духом. Разум творческой личности оказался не способен справиться с навалившимся могуществом.

Гид, прочистив горло, продолжил гнусавым голосом.

– … Пытаясь обуздать свой дух, Мунк выразил свои душевные терзания на полотнах. Как вы видите, его страдания стали его же вдохновением.

Пропустив душную лекцию мимо ушей, бочком-бочком двигаемся в следующий зал. Со стены слева на меня вдруг начал пялиться автопортрет Сальвадора Дали.

Потом “Мишки в сосновом бору” отвлекшись от игры уставились на меня.

Дойдя до нужного зала, наконец позволил себе выразить скопившееся раздражение.

Как раз попалась картина “Опять двойка” с грустным школьником, готовящимся получить нагоняй от родителей. Пацан на полотне нервно косился под ноги, собака беззвучным лаем приветствовала его. А маман, обозначенная на втором плане, с лёгким разочарованием поглядывала на сына.

– Никогда не понимал искусство, – зло процедил я, смотря на страдания двоечника. – Радость, красота пейзажей, свежесть весеннего ветра. Всё так знакомо и так фальшиво.

– Всё дело в воспоминаниях, – подошедшая Лей Джо посмотрела на ту же картину. – Творчество одарённых художников способно оживить даже позабытые воспоминания в человеке, который на них смотрит. Если ты, Довлатов, видишь боль, значит она есть в тебе. Если видишь радость, значит вспомнил нечто приятное. Глядя на картину “Опять двойка”, что ты видишь?

– Недовольство, – сглатываю подступивший к горлу ком. – Родители в детстве всегда были мной недовольны. Я выиграл городскую олимпиаду по математике в шестом классе. Отец тогда сказал: “Всего лишь городскую?” Мать ни разу не показывалась на церемониях, где мне вручали награды. А их было девять! Причём только за первые шесть классов. Так что “опять двойка” для меня выражение всей той душевной боли, которую переживает этот пацан. Родители ведь им явно недовольны.

Лей Джо понимающе кивнула.

– Для меня “Опять двойка”, это картина о материнской любви, – в глазах целительницы мелькнула лёгкая грусть. – Какую бы оценку не получил сын, мать всё равно будет продолжать его любить. То же касается собаки. Ей все равно, что написано в дневнике хозяина.

Вздохнув, беру мысли под свой контроль. Ненавижу галереи! Одним тут хорошо, другим наоборот тяжко. Мне нравится моя нынешняя жизнь в Аране. А о том, что происходило со мной в Российской Империи, даже вспоминать не хочется.

– Госпожа Лей Джо,.. – говорю, сдерживая раздражение.

– Время поджимает, Довлатов, – произнесла целительница, спокойно глядя на картину. – Я попросила Перси тебя найти, так как этим утром мои самые мрачные догадки подтвердились. Патриарх рода Лей жаждет нашей с тобой смерти.