Текст книги "Вторая Книга всеобщих заблуждений"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vtoraya-kniga-vseobschih-zabluzhdeniy-53558.jpg)
Автор книги: Джон Митчинсон
Жанр: Зарубежная справочная литература, Справочники
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Что за зверь Дядюшка Рэт из «Ветра в ивах»?
Вы не удивитесь, узнав, что это вовсе не крыса.
Книга «Ветер в ивах» Кеннета Грэма (1859–1932) начиналась как серия писем его единственному сыну Алистеру (ласково прозванному Мышью). Поначалу рукопись была отвергнута несколькими издательствами и вышла в свет лишь в 1908 г. – в тот самый год, когда Грэм подал в отставку после тридцати лет службы в Банке Англии.
Дядюшка Рэт, один из главных персонажей, – европейская водяная полевка, известная в народе как «водяная крыса». Ребенком Кеннет видел много водяных полевок – они в избытке гнездились по берегам Темзы возле дома его бабушки в Кукхэм-Дин, графство Беркшир, – однако сегодня в Британии их причисляют к одному из исчезающих видов. Катастрофой для «водяной крысы» стали 1920-е гг., когда мехоторговцы принялись разводить импортированную из Америки норку. В отличие от родных британских хищников, норка способна преследовать водяных полевок непосредственно в их узких ходах под землей. Сбегавшие со звероферм норки (и их потомство) поедали – и поедают до сих пор – водяных полевок без меры, уничтожая популяции этих зверьков район за районом.
Нет хуже новости для будущих археологов. Водяная полевка – млекопитающее, эволюционирующее быстрее всех в мире: на новые виды она разделяется в сто раз быстрее среднестатистического позвоночного. Именно эта черта позволяет археологам использовать так называемые «полевковые часы» (англ. vole clock). Радиоуглеродный анализ, увы, работает лишь на 50 000 лет назад. При более древних раскопках исследователи пользуются ископаемыми зубами водяных полевок – крошечными, не больше обрезка ногтя. На разных стадиях эволюции грызуна зубы его менялись так специфически, что найденные рядом с ними предметы можно датировать с большой точностью.
Водяные полевки – вегетарианки, но в 2010 г. ученые Беркшира с удивлением обнаружили, что те едят лягушачьи лапки. Считается, что это вызвано потребностью в белке у беременных полевок, однако нам больше по душе версия поэтической справедливости – за все те неприятности, что причинил Дядюшке Рэту жаба Мистер Тоуд.
Первые рецензии на «Ветер в ивах» были неодобрительными. Так, Артур Рэнсом (1884–1967), автор «Ласточек и амазонок», писал, что книга Грэма похожа на «речь к готтентотам, произнесенную по-китайски». Продаваться она начала лишь после того, как Грэм отправил экземпляр президенту США Теодору Рузвельту (1858–1919), и тот прочел повесть с восторгом.
Жизнь самого Грэма была куда менее счастливой, чем та прибрежная речная идиллия, о которой он написал. Мать умерла, когда ему было всего пять лет, а овдовевший отец превратился в горького пьяницу. Служа помощником управляющего в Банке Англии, Кеннет собирал мягкие игрушки и писал сотни сюсюкающих писем своей не менее чудной невесте Элспет. В 1903 г. он пережил покушение на убийство, когда «безумный социалист» выстрелил в него при исполнении (управляющего тогда не оказалось на месте). К счастью, пожарным удалось утихомирить боевика струей из брандспойта.
Жизнь его «трудного» сына Алистера сложилась и того хуже. От рождения слепой на один глаз, в детстве Алистер («Мышь») любил, помимо прочего, ложиться на дорогу перед приближающейся машиной, вынуждая водителя жать на тормоза. В школе у него случился нервный срыв, после чего он представлялся всем как «Робинсон» – именем человека, чуть не убившего в свое время его отца. В 1920 г., будучи студентом Оксфорда, Алистер лег лицом на рельсы в Порт-Медоу и был обезглавлен поездом.
О каком животном Беатрис Поттер написала сначала?
Нет, это был не кролик – или ежик, или лягушка – или что-либо хоть отдаленно милое. Первыми живыми существами, о которых написала Беатрис Поттер, были грибы.
По-латыни гриб – Fungus. Возможно, кто-то скажет, что называть гриб животным – это слегка перебор, однако биологически грибы гораздо ближе к животным, чем к растениям. С 1969 г. у них даже есть свое царство (вместе с дрожжами и плесенью), и они не являются (в чистом виде) ни растениями, ни животными.
Английская детская писательница и художник Беатрис Поттер (1866–1943) воспитывалась гувернанткой и была лишена общества других детей. С пятнадцати лет она записывала свою жизнь в дневник, используя секретный код, раскрыть который удалось лишь через двадцать лет после ее смерти. У маленькой Беатрис водилось много домашних питомцев: летучая мышь, тритоны, лягушки, хорьки и пара кроликов (Бенджамин и Питер), которых она выгуливала на поводке. Летние месяцы она проводила в Шотландии и Озерном крае, и пристальное наблюдение за жизнью природы повлияло на ее призвание: она стала специалистом по грибам, или микологом.
Пусть и на любительском уровне, Поттер всегда была в курсе самых последних достижений в микологии.
Ее первая опубликованная работа, представленная в Линнеевском обществе в 1897 г., была «О прорастании спор Agaricineae»[12]12
Agaricineae – класс грибов, к которому относится, например, семейство свинушковых.
[Закрыть]. Конечно, девушке не позволили читать свой труд самой, ибо только мужчины имели право выступать на заседаниях Общества, и представлять работу пришлось ее дяде. Мисс Поттер подала заявку на обучение в Королевском ботаническом саду в Кью, но получила отказ по той же самой причине, – к тому же Королевское общество отказалось публиковать как минимум одну из ее работ. Хоть и спустя сто лет, но у Линнеевского общества все же хватило достоинства официально извиниться перед Беатрис Поттер посмертно.
Поттер была одним из ранних пионеров теории, утверждавшей, будто лишайник – это содружество грибов и водорослей (не один, а два отдельных организма), и даже создала серию подробных рисунков, подтверждавших ее гипотезу. Британский научный истеблишмент заклеймил идею мисс Поттер (правильность которой, кстати, была позже подтверждена) как еретическую, но с восхищением отнесся к научным иллюстрациям автора. Этот талант пригодился Беатрис, когда та взялась за написание детских книг.
Жизнь первой из двадцати написанных Беатрис Поттер детских повестей началась в 1893 г. как письмо пятилетнему мальчугану по имени Ноэль Мур, чья мать была одной из гувернанток писательницы. Миссис Мур повесть пришлась по душе, и она убедила Беатрис ее опубликовать. В 1902 г. издатель Фредерик Уорн напечатал «Сказку про Кролика Питера», и к Рождеству было продано уже 28 000 экземпляров. За год Кролик Питер обрел такую популярность, что даже стал мягкой игрушкой – первым в мире запатентованным сказочным персонажем.
Прототипом Кролика Питера послужил реальный зверек – домашний кролик по имени Питер Пайпер, купленный для маленькой Беатрис в Шепердз-Буш[13]13
Шепердз-Буш – район в западной части Лондона.
[Закрыть] «за непомерную сумму в 4 шиллинга и 6 пенсов». Кролик был обучен «прыгать через обруч, звонить в звонок и бить в бубен». И хотя питомец принес Беатрис славу и финансовое благополучие, сама она недоумевала от успеха своего творения: «Должно быть, публика обожает кроликов! Какое ужасающее количество Питеров».
Имена для многих своих персонажей Беатрис позаимствовала с надгробий кладбища Бромптон в Лондоне, располагавшегося неподалеку от фамильного гнезда Поттеров в Южном Кенсингтоне. Питер Раббетт, Иеремия Фишер, мистер Наткинс, мистер Брок и мистер Макгрегор – все они покоятся там.
Кто из животных больше всех видит сны?
Вы можете подумать: конечно, кто спит больше всех, к примеру соня или ленивец, а может, и человек, то есть тот, у кого более сложный мозг. Как бы не так. Величайший сновидец из всех – утконос.
Сны видят все млекопитающие (и только некоторые из птиц). Но то, что происходит в этот момент и почему они вообще видят сны, понятно нам не вполне.
Фаза быстрого сна, известная также как БДГ (быстрые движения глаз, англ. Rapid eye movement [REM]), была впервые открыта Юджином Асерински, аспирантом-физиологом из Чикагского университета, в 1952 г. Исследователь применил метод электроокулограммы (ЭОГ) для регистрации движений глаз своего восьмилетнего сына. Он обратил внимание на характерную повторяемость этих движений во сне и сообщил об этом своему научному руководителю, доктору Натаниэлу Клейтману. Следующим шагом в эксперименте стало измерение активности мозга двадцати спящих людей с помощью электроэнцефалографа (ЭЭГ). Каково же было удивление экспериментаторов, когда ЭЭГ показали: пока глаза испытуемых двигались быстро, активность их мозга оказывалась столь интенсивной, что, по идее, они должны были в тот момент бодрствовать. Пробужденные в фазе БДГ испытуемые делились отчетливыми воспоминаниями об увиденных снах, чего не происходило при пробуждении вне фазы быстрого сна.
Вскоре такое же наблюдение сделали и зоологи, изучавшие сон животных. Кошки, летучие мыши и броненосцы – все эти звери имеют длительные периоды БДГ-сна, но вот слоны и жирафы, как ни удивительно, испытывают его крайне редко, а дельфины не имеют вообще. Сейчас животным с самой продолжительной фазой БДГ-сна считается утконос (Ornithorhynchus anatinus) – одно из древнейших млекопитающих на Земле. В сновидческом состоянии утконос проводит восемь часов в день – в четыре раза больше, чем взрослый человек.
БДГ-сон отличен от обычного сна и бодрствования: это третье состояние бытия, во время которого мозг включен на полную скорость, а тело практически парализовано. По-видимому, меньше всех снов видят животные, чья жизнь более всего подвержена риску нападения хищников. Жвачные вроде слонов и овец видят мало снов; у утконоса естественных врагов немного, он может позволить себе роскошь сновидений. Дельфины, которым нужно отдыхать на плаву, но продолжать при этом дышать, в традиционном понимании не спят вообще. В то время как одна половина их мозга спит вместе с телом, другая бодрствует – включая и один глаз. Этим объясняется, почему у дельфинов нет фазы БДГ: иначе бодрствующий глаз сновал бы как заведенный.
Утконос спит так крепко, что вы можете спокойно раскопать его нору, не разбудив при этом хозяина. И хотя большая часть его сна – это БДГ, однако мозг спящего утконоса отнюдь не столь же активен, как когда он бодрствует. Так что сказать наверняка, что утконос видит сны, все же нельзя.
Но в таком случае нельзя и с абсолютной уверенностью сказать, что сны видит вообще какое-нибудь животное, – спросить-то их мы не можем, – говорить мы можем лишь о себе. Никто не знает, почему мы видим сны. Если допустить, что средняя продолжительность жизни человека составляет шестьдесят пять лет, то (с учетом двух часов БДГ-сна каждую ночь), можно с уверенностью утверждать, что 8 % жизни, т. е. примерно пять лет, проходит у нас в сновидениях.
Докторскую степень Юджин Асерински, разумеется, получил, однако, озлобившись, что лавры за БДГ ему пришлось делить с д-ром Клейтманом, исследования сна он забросил на целое десятилетие. Умер он в возрасте семидесяти семи лет, врезавшись в дерево в своем авто. Клейтман же продолжал работать, снискав себе имя «отца исследований сна» и пережив Асерински на год. Умер он в возрасте 104 лет.
Какое из животных самое пьющее?
Вторым пропойцей после человека является перохвостая тупайя, из Малайзии.
Ptilocercus lowii, зверек размером с крысу, с хвостом в форме птичьего пера, за одну ночь управляется с девятью единицами абсолютного спирта (эквивалент девяти стандартным порциям виски, пяти пинтам пива или пяти 175-миллилитровым бокалам вина).
Главный элемент диеты тупайи – сладкий перебродивший нектар, коим наполнены остроконечные бутоны цветов бертамовой пальмы. Эта бражка содержит 3,8 % алкоголя по объему – крепость приличного светлого пива, – и перохвостая тупайя потягивает его по два часа еженощно.
Нектар бертамовой пальмы – один из самых высоко-содержащих спирт продуктов, встречающихся в природе. Немецкие биологи из университета Байройта первыми заподозрили присутствие алкоголя в этом растении, обратив внимание на дрожжевой аромат и характерный вид нектара, напоминающий шапку пены.
Анализ волосков шерсти древесной тупайи показал уровень концентрации алкоголя в крови, какой опасен для большинства млекопитающих. Но тупайи даже не пьянеют. В противном случае они быстро бы исчезли как вид. Маленькому и съедобному и так приходится нелегко, а маленькому, съедобному и перманентно навеселе – верная смерть.
В процессе эволюции тупайя как-то научилась расщеплять алкоголь, не пьянея; более того, она, возможно, извлекла пользу из так называемого «эффекта аперитива». Впервые этот эффект был отмечен у людей и заключается в том, что алкоголь возбуждает аппетит, отчего мы больше едим. Чем выше потребление организмом калорий, тем больше в нем энергии и, следовательно, шансов выжить. Как, судя по всему, выяснили для себя перохвостые тупайи, запах брожения есть верный признак того, что фрукт достиг пика своей калорийности.
Первому свидетельству о потреблении алкоголя человеком уже 9000 лет – именно тогда в Месопотамии придумали варить пиво. Однако исследование немецких ученых предполагает, что мы унаследовали вкус к алкоголю от своего дочеловеческого прошлого. Нашим общим с тупайями предком было небольшое млекопитающее, жившее на Земле 55–80 миллионов лет назад. Ближе всего этому безымянному существу на сегодняшний день приходится именно древесная перохвостая тупайя. Если бы мы поняли, почему этому зверьку так нравится алкоголь (и почему тупайя никогда не пьянеет), мы, может быть, смогли бы лучше объяснить нашу тягу к спиртному, научились напиваться, не валясь с ног, и, вероятно, открыли антипохмельный эликсир.
В самом старом из сохранившихся литературных произведений в мире, 4000-летнем «Эпосе о Гильгамеше», храмовая блудница Шамхат приручает Энкиду – волосатого дикаря, взращенного среди зверей, – затащив его на неделю в постель и накачав семью жбанами пива. В результате Энкиду начинает умываться, носить одежду впервые в жизни и, «обретя мудрость», забывает своих бывших друзей-зверей.
СТИВЕН: Назовите зеленое млекопитающее.
БИЛЛ БЕЙЛИ: Грымза, страшно ревнивая и тупайя.
Как напиваются слоны?
Африканские путеводители для туристов любят рассказывать о слонах, бродящих на пьяных ногах после того, как наедятся перебродивших плодов марулы, – вот только это полнейший миф.
Дерево марула (Scelerocarya birrea caffera) входит в семейство манговых. Слоны и впрямь обожают его желтые плоды размером со сливу, однако грешат этим не только они: бородавочники, обезьяны, зебры, жирафы и антилопы – все с удовольствием едят сочные плоды и кору этого экзотического растения.
И действительно, фрукт пришелся слонам настолько по вкусу, что ни одна марула, упавшая с дерева, не успевает подгнить и закиснуть. Слоны предпочитают свежее лакомство и часто наведываются к деревьям – посмотреть, не созрел ли обед. Их нетерпение таково, что они иной раз толкают дерево, чтоб побыстрее получить желаемое. Но даже если б слоны не брезговали гнилыми плодами, на земле бы таковых не нашлось – их бы сразу доели остальные лакомки.
Стив Моррис из университета Бристоля рассчитал, что даже если подгнившие марулы валялись бы на земле и даже если б слоны на самом деле их поедали, то слону, чтобы захмелеть, пришлось бы потребить 1500 плодов за один присест.
Эта байка восходит к документальному фильму «Животные – прекрасные люди» (1974), снятому южноафриканским режиссером Джейми Уисом (1921–1996). Его сцены со слонами, бородавочниками и павианами, напивающимися соком марулы, почти наверняка были постановочными. Все другие фильмы Уиса были комедиями, а один, «Смешные люди» (1978), – вообще розыгрышем, вроде «Скрытой камеры» или шоу Джереми Бидла[14]14
Бидл, Джереми – ведущий юмористических программ на британском телевидении.
[Закрыть].
В бристольском исследовании было выдвинуто предположение о вероятной причине столь странного поведения слонов: возможно, речь идет о совершенно ином виде «интоксикации». Кора деревьев марулы – пристанище для червовидных личинок жука диамфидии, издревле используемых бушменами племени сан для отравления стрел.
Слоны могут напиться допьяна – но только алкоголем. Приятный запах этанола (чистого спирта) слон может учуять за 10 миль. Так, в 1999 г. стадо слонов, ворвавшись в одну из деревушек в Индии, прошло рейдом по соломенным хижинам и расправилось с несколькими кадками бродящего рисового вина. После чего разгулявшиеся слоны устроили дебош в других хижинах, затоптав насмерть четверых невезучих местных.
Люди едят богатые витамином С плоды марулы вот уже сто веков. Само дерево используют в разных целях: ствол идет для резных работ, из лыка вьют веревки, а кожуру плодов заваривают вместо кофе. Кроме того, кора содержит антигистамины (использующиеся для лечения дизентерии, поноса и малярии) и гусениц (которых собирают и едят в жареном виде).
Пиво из марулы – любимый напиток жителей Свазиленда. Те, кто его пьет, утверждают, что от такого пива не бывает похмелья, однако в 2002 г. власти страны запретили его потребление, мотивировав запрет резким ростом числа случаев управления автомобилем в нетрезвом виде, пьяных уличных драк и прогулов на рабочих местах.
Сладкий ликер «Амарула», дистиллированный из плодов марулы, – фирменный напиток Южной Африки, где его подают после ужина в качестве дижестива. На этикетке бутылки изображен слон.
Какое млекопитающее самое свирепое в мире?
Нет, это не тигр и не гиппопотам.
Согласно публикации научно-популярного журнала «Scientific American» в 2009 г., самым грозным наземным млекопитающим является медоед, или медовый барсук (Mellivora capensis). Медоед также внесен в Книгу рекордов Гиннесса как «самое бесстрашное животное в мире».
Медовые барсуки обитают в Африке и Азии, поселяясь в норах, брошенных другими животными, например трубкозубами, и не являются барсуками. Свое название «барсук» медоед получил за кажущееся внешнее сходство с барсуками обыкновенными (Meles meles) и за свою любовь к меду. Барсуки и медоеды – не родственные между собой члены семейства куньих (Mustelidae), самой представительной группы плотоядных животных. Сюда же входят хорьки, норки и росомахи, однако медовый барсук – уникум среди них: единственный вид в роду Mellivora, что означает «медоеды».
Крупными, мощными когтями медоед разрывает термитники, вспарывает проволоку вокруг курятников и раскурочивает гнезда пчел. К пчелиным гнездам его приводят особые птицы – медоуказчики[15]15
Медоуказчики, или медоведы (Indicatoridae), – семейство птиц отряда дятлообразных. Длина тела 11–20 см. Древесные птицы, обитатели лесов и саванн. Криком и повадками медоуказчики часто привлекают павианов, медоедов и человека к гнездам диких пчел (отсюда и название). Питаются насекомыми и их личинками, медом, воском, который они способны переваривать (поедают соты в разоренном гнезде). Толстая кожа и густое жесткое оперение, возможно, защищают медоуказчиков от укусов пчел.
[Закрыть]: они призывают медоедов к обнаруженному улью и получают свою долю после того, как медоед наестся.
Бестрепетности медоеду придает мешковатая шкура: если поймать зверя сзади, он извернется прямо внутри нее и даст отпор. В результате врагов у медоеда немного, а вот нападать он готов почти на кого угодно, включая и человека, – стоит только спровоцировать. Медоеды не раз вступали в схватки, подчас смертельные для врага, с гиенами, львами, тиграми, черепахами, дикобразами, медведями и крокодилами. Ядовитых змей медоед пожирает за пятнадцать минут, начиная с головы. Не брезгует он и собственными молодыми сородичами: лишь половина потомства медоедов доживает до взрослого состояния.
Говорят, будто тактика атаки у медоеда – это удар ниже пояса. Первое опубликованное свидетельство относится к 1947 г.: медовый барсук якобы кастрировал взрослого буйвола. Говорят, медоеды лишали мужской гордости самцов гну, водяных козлов, лесных антилоп куду, зебр и даже людей. В специальном ботсванском выпуске телепередачи «Тор Gear» в 2009 г. Джереми Кларксон сообщал: «Медовый барсук не убивает вас для еды. Он отрывает вам яйца».
В Пакистане медовых барсуков называют «Bijj» и говорят, что те разрывают могилы и воруют трупы. Репутация этих зверей дошла до того, что во время войны в Ираке британские войска в Басре обвинили в том, что для устрашения населения те якобы натравили на местных жителей целое полчище медведеподобных зверей-людоедов. На поверку это оказались всего-навсего медоеды, причем заполонившие город, спасаясь от подъема воды в окрестных болотах.
РОСС НОБЛ[16]16
Нобл, Росс (р. 1976) – британский эстрадный артист разговорного жанра. Все в том же рейтинге канала Channel 4 в номинации «сотня лучших комедиантов» Ноблу досталась десятая строчка.
[Закрыть]: Знаете, что меня достает больше всего? Это выражение «badger somebody» (англ, «выклянчивать у кого-то»), А знаете почему? Потому что барсуки (англ, badgers) ни у кого ничего не клянчат. Если б ты решил вести себя по-барсучьи, ты просто залез бы в чей-нибудь сад и отоспался там вволю…
Какое животное спасло больше всего человеческих жизней?
Не собака, друг человека, не преданная лошадь и не храбрый почтовый голубь. Ответ на этот вопрос: краб-подкова (мечехвост) – самый древний из живущих сегодня видов.
Если вам хоть раз делали любую прививку, вашей жизнью вы, возможно, обязаны именно североамериканскому крабу-подкове (Limulus polyphemus). Экстракт крови этого существа – так называемый «лимулус-амебоцит-лизат», или ЛAЛ, – используется в фармацевтической промышленности для тестирования лекарств, вакцин и медицинских аппаратов вроде искусственной почки, чтобы удостовериться в отсутствии в них опасных микробов. Никакой другой тест не работает столь же просто и достоверно.
Краб-подкова обитает на дне морских мелководий, которые нередко загрязнены. Литр морской воды из такой зоны может содержать более тысячи миллиардов токсичных бактерий. Краб-подкова не наделен иммунной системой и не может вырабатывать антитела для борьбы с инфекциями. Вместо этого в его крови есть чудо-ингредиент, блокирующий инвазивные вирусы и бактерии, свертываясь вокруг них. Именно это свойство используют при изготовлении ЛАЛ. Для того чтобы выяснить, загрязнено ли что-либо, предназначенное к использованию в медицине, или нет, необходимо всего-навсего подвергнуть это что-либо воздействию ЛАЛ: если тот не свернулся, – значит, все в порядке.
В отличие от крови людей, в крови краба-подковы гемоглобина, в котором агентом переноса кислорода является железо, нет; его функцию выполняет гемоцианин, в нем вместо железа – медь. От этого кровь у них – голубая. Она продается по 15 000 долларов за литр.
Для получения крови крабов-подков не убивают, а собирают вручную до тысячи штук в неделю с лодок специальными скребками и живьем доставляют в лаборатории. Несмотря на то что у краба-подковы откачивают 30 % крови, в воде он быстро восстанавливается. Забор крови происходит раз в год, после чего ее подвергают сухой заморозке и развозят по всему миру.
Крабы-подковы, вообще говоря, никакие не крабы. Они даже не ракообразные. Родственники больше клещам, скорпионам и паукам, они последние из живых представителей некогда многочисленного отряда Xiphosura («мечехвосты»), разбежавшегося по всему атлантическому побережью Америки и морям Юго-Восточной Азии и не подвергавшегося изменениям вот уже 445 миллионов лет, с ордовикского периода. Это 75 % общего времени существования на нашей планете животной жизни и 200 миллионов лет до появления на ней динозавров. Совсем неплохо для существа, напоминающего компьютерную мышь или маленькую защитную каску.
Столь долгому существованию на Земле крабов-мечехвостов в немалой степени помог их гладкий изогнутый панцирь. Из-за него хищникам непросто перевернуть мечехвоста на спину и оголить мягкое брюшко – хотя коренные жители Америки использовали панцири мечехвостов как ковш, чтобы вычерпывать из каноэ воду.
Помимо уникальной крови (а теперь известно, что с ее помощью можно выявлять менингит и рак) крабы-подковы обладают потрясающей способностью переносить экстремальные холод и жару и целый год обходиться без пищи.
А еще у них десять глаз. Что странно, ибо у Полифема – циклопа из древнегреческой мифологии, по имени которого они названы, – глаз был всего один.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?