Электронная библиотека » Джорджетт Хейер » » онлайн чтение - страница 6

Текст книги "Опасный маскарад"


  • Текст добавлен: 3 октября 2013, 22:50


Автор книги: Джорджетт Хейер


Жанр: Исторические любовные романы, Любовные романы


Возрастные ограничения: +18

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Шрифт:
- 100% +

Глава 9
НОЧНОЕ НАПАДЕНИЕ

Казалось, Робин был крайне доволен тем, как прошел бал-маскарад; его сестра зашла к нему утром, когда он еще валялся в постели, прихлебывая горячий шоколад. Робин лишь улыбнулся девушке и не стал пускаться ни в какие объяснения. Днем он навестил мисс Грейсон, но, хотя Летти и обрадовалась своей милой Кэйт, она все же была несколько рассеянна и обмолвилась о бале только парой фраз. Да, это было потрясающе; ей хотелось бы, чтобы Кэйт была с ней. Да, она танцевала с некоторыми джентльменами. Как жаль, что мистер Мерриот решил одеться в малиновое.

Робин ушел. В уголках его рта играла усмешка. Потом его уговорили нанести пару визитов вместе с миледи Лоуестофт. Он согласился, подавляя зевок.

Прюденс – а ей казалось, что она уже начинает чувствовать себя скорее мужчиной, чем женщиной, – зашла в Уайте и увидела там мистера Уолпола, читавшего «Спектейтор». Мистер Уолпол обменялся с ней парой слов; он в совершенстве умел поддерживать светский разговор и объявил ей, что собирается вернуться в свое поместье Страуберри-Хилл. Он утверждал, что все эти поздние городские развлечения крайне плохо отражаются на его конституции. Увидев входящего мистера Мэркхема, он несколько презрительно поднял бровь и вновь погрузился в «Спектейтор».

Мистер Мэркхем поклонился Прю и, усевшись за столом в углу, занялся какими-то письмами. Прюденс беседовала с неким мистером Денди, как вдруг кто-то коснулся ее плеча.

– Вот кто вам нужен, Деверю! – произнес голос сэра Фрэнсиса Джоллиота.

Мистер Деверю подошел к ней семенящей походкой.

– Клянусь небом, это так! – Он учтиво шаркнул, помахивая надушенным платком. – Я сию минуту вернулся с Арлингтон-стрит, где мне сказали, что вы уехали. Хочу просить вас оказать мне честь и посетить меня нынче вечером. Азартные игры, как вы понимаете. – Он поднял вверх очень белый палец. – Но не говорите «нет», мистер Мерриот, умоляю, не отказывайтесь!

Прюденс подавила вздох.

– О, сэр, должен признаться, что у меня было намерение провести вечер с сестрой, – начала она.

– Ну-ну, Мерриот! – весело воскликнул Джоллиот. – Не можете же вы отказать мне в праве взять реванш!

– Честно говоря, я обитаю в чертовски далеком и странном месте, – манерно пожаловался мистер Деверю. – Но вы можете взять портшез, да, знаете ли, портшез! Клянусь своей репутацией, сэр, я положительно убежден, что провести вечер дома в миллион раз утомительнее, чем за карточным столом в спокойной обстановке. Клянусь честью, сэр!

Ничего не оставалось, как с благодарностью принять приглашение.

Мистер Деверю рассыпался в любезностях.

– Сказать по правде, сэр, мне было чертовски трудно найти кого-нибудь сегодня, – сказал он с деланной наивностью. – Фэншо занят, Бэрхем тоже, Молиньюкс уезжает за город, Сельуин лежит в постели с лихорадкой.

Мистер Мэркхем у стола перестал писать и поднял голову.

– Я тронут. Вы оказали мне честь, – иронически сказала Прюденс.

Ирония осталась незамеченной.

– Что вы, что вы, дорогой мой Мерриот. Никоим образом! Итак, я увижу вас в пять? Возьмите портшез, знаете ли, и мигом окажетесь у моего дома.

– О да, сэр. Но мне кажется, я не имею удовольствия знать ваш адрес.

Мистер Деверю элегантно осклабился:

– О, чертовски неудобная дыра, сэр. У меня комнаты недалеко от Черинг-Кросс.

– Ах да, теперь я вспомнил улицу, – сказала Прюденс. – Итак, в пять часов, сэр.

Мистер Деверю снова одарил ее улыбкой и томно помахал рукой.

– Аи revoir, дорогой мой Мерриот. Вы наймете портшез и не испытаете никаких огорчительных неудобств. А вечер дома – о Боже мой, нет!.. – И он уплыл, опираясь на руку Джоллиота. Конец фразы донесся до ушей Прюденс в виде невнятного лепета.

Мистер Мэркхем снова принялся писать.

Прюденс медленно дошла до Арлингтон-стрит. Когда Робин вернулся домой, девушка заметила ему, что от непрестанных светских развлечений она скоро превратится в тень.

Робин, напротив, скучал.

– Ох-хо-хо! Будь я на твоем месте! От этих дамских сборищ у меня начинается головная боль.

– Уверяю тебя, эти картежные вечера и пирушки сведут меня в могилу.

Робин нетерпеливо болтал ногой.

– Тебе не приходит в голову, дорогая, что события разворачиваются совсем не так, как мы ожидали? – огорченно спросил он.

– Приходило, и не раз. Нам следовало затаиться.

– О! – Миледи Лоуестофт в это время составляла букет для большой вазы. – Но так хотел bon papa, дети мои. Мне было поручено ввести вас в большой свет.

– Клянусь небом, не хотите ли вы сказать, что и этим мы обязаны старому джентльмену? – воскликнул Робин. – Я мог бы и сам догадаться. Но зачем?

– Seulement[21]21
  Только (фр).


[Закрыть]
, я думаю, он считал это разумным. Вам необходимо было исчезнуть, не так ли?

– Пожалуй что и так. Но разнузданное поведение Прю – о Господи, мадам!..

– Подумай о собственных выходках, дитя мое, – усмехнулась Прю.

– О, я часто, часто думаю о них. Но относительно сегодняшнего вечера в такой завидной компании. Искусница Прю, сделайте милость, играйте, но воздержитесь от бургундского.

– Вы только взгляните на этого маленького ментора! – Прюденс поклонилась Робину и добавила: – Не тревожься за меня, моя Кэйт.

Вечер был подобен дюжине других вечеров. Сначала ужин, сопровождаемый непристойными шутками; затем карты – с графинами, переходящими из рук в руки, и оплывающими свечами на столах. Вскоре после полуночи Прюденс попрощалась с хозяином и гостями. Деверю вперил в нее бессмысленный взгляд и начал было невнятно убеждать ее задержаться еще немного, однако Прю не поддалась на уговоры. Сонный лакей отпер ей входную дверь, и она вышла в холодную ночь.

Улица была пуста, но она знала, что у Черинг-Кросс, в полусотне ярдов отсюда, сможет нанять портшез. Она перекинула плащ через руку и пошла в направлении стоянки, вдыхая холодный воздух, что было особенно приятно после духоты карточной комнаты.

Должно быть, ее никогда не дремлющая интуиция подсказала ей, что надвигается опасность. Она не прошла еще и пятидесяти ярдов, как ощутила ее и чуть замедлила шаг. В стенной нише явно темнела какая-то тень, возможно, это человек. Ее рука легла на эфес шпаги и немного высвободила ее. Нужно идти: поворачивать назад не было смысла. Чуть побледнев, но так же твердо, как обычно, она шла вперед, крепко держась за рукоятку шпаги.

Тень шевельнулась, за ней показались еще две. Прюденс выдернула из ножен ярко блеснувшую шпагу, и неясные фигуры на мгновение отпрянули назад. Эта секундная передышка позволила ей прижаться спиной к стене и выставить перед собой руку, обмотанную плащом. Послышался хриплый шепот, и все трое бросились на нее с дубинками.

Ее шпага описала круг: первый отпрыгнул с проклятием, другой подскочил ближе, нацелившись, чтобы нанести жестокий удар в голову. Шпага блеснула, Прюденс сделала выпад, и удар пришелся в цель. Послышался вскрик, метко брошенный плащ окутал голову раненого, не давая ему возможности ответить ударом на удар. Он барахтался под сукном, осыпая Прю ругательствами.

Прюденс тут же воспользовалась временным уменьшением числа противников, отбила удар, нацеленный на нее, и, отпрыгнув чуть вбок, сделала выпад во всю длину руки. Послышался стон, шпага обагрилась кровью, и дубинка с грохотом покатилась по земле.

Девушка запыхалась и выбилась из сил, долго так продолжаться не могло. Третий разбойник уже выбрался из плаща и подкрадывался к ней. Она догадалась, что он хочет схватить шпагу, и у нее замерло сердце. Прюденс ловко ударила его, но тут же сама получила удар дубинкой по левой руке. Силы ее были на исходе, и Прю поняла, что всего через несколько мгновений с ней будет кончено.

И вдруг чуть дальше по улице послышался крик и звук бегущих шагов.

– Держись, парень! Я с тобой! – кричал кто-то на бегу, и Прюденс узнала голос мистера Белфорта.

Он напал на ее врагов с тыла, удар, еще один – и полилась кровь. Первый, которого ранила Прюденс, с воплем побежал от них, держась за плечо. Это послужило сигналом для двух остальных. Через минуту улица была пуста, остались лишь Прюденс с достопочтенным Чарльзом.

Мистер Белфорт, тяжело дыша, оперся о свою шпагу и захохотал:

– О небо, как же они удирали! Э, да вы ранены, юноша?

Прю стояла, привалившись к стене, чуть не теряя сознание от боли. Плечо, по которому нанесли удар, нестерпимо ныло.

Она с усилием выпрямилась:

– Ничего... удар в плечо, не более. – Она покачнулась было, но быстро овладела собой. Борясь с дурнотой, девушка наклонилась, чтобы подобрать плащ. Ее рука слегка дрожала, когда она вытирала шпагу, но Прю заставила себя улыбнуться. – Я должен... поблагодарить... вас... за вашу помощь. Это было весьма кстати, – сказала она, стараясь отдышаться. – А я уж подумал, что пропал.

– Еще бы, трое на одного, разрази их гром, – кивнул мистер Белфорт. – Однако же и трусливы эти дворняжки! Ни капли храбрости!.. Обопритесь на мою руку.

Прюденс с благодарностью приняла предложение.

– Никак не мог отдышаться, – сказала она. – Теперь все хорошо.

– Проклятие, это был страшный удар! – сказал мистер Белфорт. – Да вам здорово досталось, юноша. Пойдемте ко мне; я живу ближе, чем вы.

– Нет, нет, спасибо! – сказала Прюденс твердо. – Этот удар... просто пришелся по старой ране. Сейчас я уже почти его не чувствую.

– Гром и молния! Но это никуда не годится! – воскликнул мистер Белфорт. – Дорогой мой, вы должны пойти ко мне, и я посмотрю ваше плечо.

– Клянусь честью, сэр, это ерунда. Вы сами видите, я пришел в себя! Я отнюдь не хочу злоупотреблять вашим гостеприимством в столь поздний час!

Белфорт возражал, говорил, что еще не поздно, но Прюденс не поддавалась ни на какие уговоры. Они вместе дошли до Черинг-Кросс, причем достопочтенный Чарльз с завидной регулярностью заклинал Прюденс зайти к нему домой.

– Клянусь небом, сэр, эти хулиганы становятся просто проклятием Лондона! – воскликнул он. – Будь я проклят, если джентльмен не может выйти из дома, чтобы на него не напали.

– Хулиганы? – переспросила Прюденс. – Так вы думаете, это были они?

– Ну а кто же еще? Город просто кишит ими! На меня самого на днях напали. Уложил одного замертво.

Прюденс вспоминала слова, которые услышала перед нападением. Грубый голос проворчал: «Вот и он, ребята». Она ничего не сказала об этом мистеру Белфорту и вполне согласилась, что это, несомненно, были хулиганы, грабившие прохожих.

– Как хорошо, что я вышел от Деверю сразу после вас, – сказал мистер Бел-форт. – А это его бургундское, знаете ли, чертовски скверная штука, мой мальчик! Дольше оставаться было невмочь. И как это можно так опьянеть от него, не понимаю. Взгляните-ка на меня! Трезв как стеклышко, Питер. А бедный Деверю, уж он, наверное, сейчас под столом...

Они расстались у Черинг-Кросс, где мистер Белфорт заботливо усадил Прюденс в портшез. Ее понесли на запад к Арлингтон-стрит и благополучно доставили к дверям миледи.

В комнате Робина еще горел свет. Конечно, брат никогда не засыпает, пока она не вернется. Она тихонько вошла к нему и увидела, что Робин читает при свете трех свечей.

Робин поднял на нее глаза:

– Поздравляю! Ты вовремя ушел оттуда. – Его глаза сузились, и он вскочил на ноги. – Что такое, Прю? – резко спросил он, приблизившись к ней. Она засмеялась.

– А что, я выгляжу как покойник? Я была близка к тому, чтобы и вправду им стать. Но кости целы, по-моему.

Красивые губы сжались, в глазах Робина Прюденс уловила тревогу.

– Не скрывай от меня ничего, дорогая. С тобой случилась какая-то беда?

– Я думаю, что отделалась синяком; но, Робин, до чего больно! – Она засмеялась, но голос ее дрогнул. – Помоги мне выбраться из камзола; это на левом плече.

Открыли плечо и увидели страшный кровоподтек. Робин тихо выругался.

– Кто это сделал?

– Ну откуда же мне знать? Чарльз думает, что хулиганы.

Робин нашел в туалетном столике лекарство и вернулся к ней с баночкой в руке. Осторожно смазывая больное место, он сокрушенно заметил:

– Это все я виноват. Нужно было взять карету миледи.

– В конце концов, ничего не случилось. Но их было трое, и я была на волосок от гибели. Потом подбежал Чарльз, и все кончилось в минуту. – Она снова накинула рубашку на плечи. – Спасибо, дитя мое. Хотела бы я, чтобы ты посмотрел, как я работала шпагой. Думаю, я не посрамила своего учителя. – Она замолчала, глядя на оплывающие свечи. Ее тон стал серьезным. – Мне кажется, что это были люди Мэркхема.

– Мэркхема? – Робин поставил баночку с мазью.

– Я больше не знаю никого, кто бы мог питать вражду ко мне. Это были не просто хулиганы. – Она рассказала ему о странной фразе.

Робин мерил шагами комнату, он посерьезнел.

– Думаю, что пришло время откланяться, – наконец произнес он.

– Как бы не так! – был ее ответ. – Просто в будущем я всегда буду брать карету, только и всего.

– Мне было бы спокойнее видеть тебя во Франции.

– Я не поеду. Он поднял бровь.

– О, ты становишься упрямой.

– Как осел!.. Завтра мы едем в Ричмонд с миледи, и Мэркхем подумает, что я исчезла со сцены, поскольку меня покалечили. Он будет страшно доволен. К тому же я жду появления старого джентльмена, потому что мне интересно узнать, какую игру он затеял на сей раз. – Она встала, потянулась и поморщилась от боли в плече. – Ложись спать, Робин.

На следующее утро они отправились в Ричмонд, где у миледи был собственный дом. Миледи пришла в ужас от ночного приключения Прю и выражала это со свойственным ей темпераментом, но девушка только посмеивалась.

Робин молчал и был довольно мрачен. Его начинал раздражать женский наряд.

Мистер Мэркхем узнал о происшествии из уст мистера Белфорта. Он выказал было серьезную озабоченность, но его приятель, лорд Бэрхем, отвел его в сторону и сказал со смешком:

– Ну как, счеты сведены? А, мой герой?..

– Еще нет, – коротко ответил мистер Мэркхем.

– Разрази меня гром, если бы я не хотел узнать, что вы имеете против этого юного отпрыска!.. – заметил его лордство. – Самовлюбленный щенок, и только. Я бы его просто выпорол.

Но тут мистер Мэркхем заметил сэра Энтони Фэншо, праздно вертящего в пальцах лорнет, и не без раздражения попросил своего аристократического друга попридержать язык. Сэр Энтони продолжал благодушно рассматривать эту пару. Мистер Мэркхем, изрядно побагровевший, зашагал прочь.

Сэр Энтони повернулся к мистеру Белфорту, стоявшему в кругу приятелей.

– Ну, Чарльз, вы, кажется, сражались с посланцами дьявола? – весело спросил он. – Что за разговоры о хулиганах?

– Трое, и прямо в городе, изволите ли видеть! – сказал мистер Белфорт. – Гром и молния! Это просто безобразие. Я вот тут говорил Пруди, что следует принять меры.

Сэр Энтони вынул табакерку, встряхнув кружевными манжетами.

– На вас напали? – осведомился он.

– Я ни при чем. Напали на молодого Мерриота, когда он ночью возвращался от Деверю.

Сильная рука застыла на мгновение над крышечкой табакерки. Сонные глаза все еще были опущены.

– Вот как? – переспросил сэр Энтони в ожидании дальнейшего рассказа.

– Трое на одного, негодяи этакие! И хорошо, что я подоспел, потому что Мерриот не Геркулес, и правая рука у него слабовата, как мне кажется. Очень смелый, но выдохся скоро.

– Скоро? Вот как? – Сэр Энтони неторопливо взял понюшку табаку. – И... а... он что же, был ранен?

– Получил удар в плечо. Дубинкой, и нешуточный. Правда, он сказал насчет старой раны, мол, ее задело – поэтому он так раскис, – произнес Белфорт, чувствуя необходимость как-то извинить друга.

– А, старая рана? – Сэр Энтони выказывал вежливый интерес. – Да, конечно. Поэтому так раскис.

– Храбрости мальчику не занимать, – уверил его Белфорт. – Клянусь честью, он смел, как бойцовый петух. Я его прямо умолял пойти ко мне, чтобы перевязать плечо, но нет, не согласился!

– Не согласился пойти с вами, в самом деле? – Сэр Энтони смахнул табачные крошки с рукава.

– О, даже и слушать не хотел! Как я ни уговаривал! Он желал ехать домой и чтобы не было никакого шума.

– Весьма похвально! – отметил сэр Энтони, скрывая зевок, и побрел к дверям, навстречу только что приехавшему в клуб милорду Марчу.

Глава 10
ВНЕЗАПНОЕ ПОЯВЛЕНИЕ СТАРОГО ДЖЕНТЛЬМЕНА

Сэр Энтони был одним из первых визитеров в очаровательном доме миледи Лоуестофт в Ричмонде, где сад спускался прямо к реке. Он приехал верхом с утра пораньше и застал дома миледи и обоих ее гостей.

Сэр Энтони указал лорнетом на больное плечо Прюденс.

– Итак, молодой человек, вам непременно нужно было устроить дебош на улицах Лондона?

Робин на секунду нахмурился, но, заметив на себе несколько сонный взор, картинно вздрогнул:

– Ах, сэр, прошу вас даже не говорить мне об этом!

– Вам следовало бы покрепче привязать его к тесемкам вашего передника, мэм, – заметил сэр Энтони и перешел к состоянию дорог. Но как только леди вышла из комнаты, он тут же сменил тему: – Вам не кажется, что на вас напали люди Мэркхема, молодой человек?

– Есть кое-какие подозрения, – признала Прюденс. – В будущем мне следует быть осторожнее.

– Мэркхем – весьма мстительное создание. – Сэр Энтони положил ногу на ногу. – Вы поступите благоразумно, если не будете впредь ходить по ночам без сопровождения, – заметил он и занялся своим лорнетом.

Вскоре он откланялся. Робин расхохотался:

– О благосклонный мамонт!

– Боже, ты всю жизнь будешь шутить, – недовольно заметила Прюденс и резко вышла из комнаты.

В конце недели они вернулись на Арлингтон-стрит, так как в этот день были приглашены на бал к ее светлости герцогине Куинсбери. Они отправились туда в прекрасном городском экипаже миледи, и та всю дорогу развлекала их, рассказывая занимательные истории из личной жизни милорда Марча.

Салоны ее светлости были достаточно просторны, чтобы вместить толпы народу, собравшиеся сегодня в ее доме. В сверкающих люстрах ярко горели свечи, пахло цветами, слышался веселый гул. Ее милость стояла у лестницы, встречая гостей и испытывая редкое счастье при виде того, что ее сын, милорд Марч, тоже украшает вечер своим присутствием.

Милорд пребывал в прекрасном расположении духа и провел в большой гостиной целый час. Благородно выполнив свой сыновний долг, он удалился в комнаты для карт в поисках хоть какого-то развлечения.

«Юный» воздыхатель Робина нашел его и выказал пылкое желание узнать о нем как можно больше. Прюденс оставила его нашептывать Робину комплименты.

Было уже достаточно поздно, когда у дверей возникло некое оживление. Прюденс вернулась к Робину, оттеснив в сторону «юного» поклонника. Она стояла за креслом брата. В нескольких шагах находился сэр Раймонд Ор-тон. Миледи Лоуестофт тоже была поблизости, причем она крайне несдержанно смеялась, слушая мистера Сельуина.

Оказалось, что прибыл какой-то поздний гость. Группа молодых леди, собравшихся у двери, расступилась, и Прюденс все было прекрасно видно.

Два джентльмена вошли и остановились на мгновение, оглядывая зал. Одним из них был милорд Марч, вторым – стройный пожилой джентльмен с властным взглядом серых глаз, с орлиным носом и тонкими губами, которые растянулись в улыбке. На нем был великолепный костюм красновато-коричневого атласа с вышитым жилетом. Парик, несомненно, был выписан прямо из Парижа; туфли с драгоценными пряжками имели невероятно высокие красные каблуки. Покрой камзола свидетельствовал о том, что он создан самым что ни на есть модным портным. В кружеве жабо поблескивал бриллиант, а на груди были приколоты сверкающие иностранные ордена. Он стоял в непринужденной позе, слегка склонив голову в сторону милорда Марча, который что-то говорил ему, а его тонкая белая рука изящно подносила щепотку табака к гордо очерченной ноздре.

Рука Прюденс нашла плечо Робина и стиснула его. Робин рассмотрел гостей, и она почувствовала, как он напрягся.

Глаза старого джентльмена медленно обводили зал, в то время как он продолжал слушать милорда Марча; они на мгновение задержались на мисс Мерриот и двинулись дальше. Ее светлость герцогиня Куинсбери вышла навстречу незнакомцу, и он со старинной учтивостью склонился к ее руке.

Робин повернулся в кресле.

– Это сон. Этого не может быть. Даже он не осмелился бы...

Прюденс сотрясалась от тихого смеха.

– О, вот и сам старый джентльмен, совершенно в своей манере! Господи, разве мы могли ожидать чего-нибудь другого?

– Под руку с Марчем – весь в драгоценностях и все непонятные ордена при нем, – черт возьми, это просто превосходит любые фантазии! И кем же, во имя дьявола, он притворяется на сей раз? – Робин кипел от злости; он никак не мог принять этой последней выходки своего родителя. – Конечно, теперь мы пропали, – сказал он с мрачным убеждением. – Нас ждет Тайберн[22]22
  Тайберн – место публичных казней в Лондоне до 1783 года.


[Закрыть]
.

– О, дорогой мой, это несравненно! Ты должен это признать.

Прюденс увидела мистера Молиньюкса и окликнула его.

– Прошу вас, сэр, скажите нам, кто тот великолепный незнакомец?

– Как, вы не знаете? – вскричал пораженный мистер Молиньюкс. – Ах, конечно, вас ведь не было в Лондоне целую неделю. История этого незнакомца – это самый невероятный роман, который мы знаем, после того как Петерсон похитил мисс Карслейк. – Он улыбнулся Робину. – Все леди просто в экстазе, уверяю вас. Оказывается, видите ли, что этот великолепный джентльмен и есть пропавший виконт! Подобные вещи бывают только в сказках!

Робин обмяк в своем кресле. Видя, что он не в силах выдавить из себя и слова, Прюденс слабым голосом спросила:

– Вот как, сэр? А... а что это за пропавший виконт?

– Фи, фи, какое невежество! Да об этом говорит весь город! Впрочем... вы ведь были в Ричмонде, я забыл. Да это не кто иной, как Тримейн-оф-Бэрхем! Ну уж это вы должны знать!

Какое-то смутное воспоминание, какие-то слова леди Лоуестофт мелькнули в памяти Прюденс.

– Я ничего не знаю о пропавшем Тримейне, сэр, – сказала она.

– Бог ты мой, ничего не знать о правах Бэрхема? – это уже заговорил подошедший v мистер Белфорт. – Ну как же, " это и есть пропавший отщепенец, появившийся с намерением отобрать титул у Ренсли. Вот это да! Ренсли теперь выглядит кислее лимона. – Он с восторгом засмеялся при мысли о возможном низложении лорда.

– Но каковы его притязания? – продолжала спрашивать Прюденс.

– Да знаете, никто и не помнил вообще о его существовании, но получается так, что он брат старого Бэрхема, который умер месяц или два назад. Странно, правда? Я-то никогда о таком брате и не слышал, впрочем, это было давно, много лет назад. Однако Кловерли говорил мне, что у него есть все документы в подтверждение личности; да еще там такая романтическая история! Вот так сюрприз для Ренсли, верно?

– А Ренсли признал его? – Прюденс нашла в себе силы задать подобный вопрос.

– Что до этого, то Ренсли пока выжидает, но он говорил Фарнборо, что не сомневается в том, что его кузен давно умер, а этот самозванец где-то украл его документы. Но Ренсли ничего больше не остается, кроме как говорить подобные вещи, знаете ли. – Мистер Белфорт узрел еще одного своего приятеля и пошел поздороваться с ним.

– Что скажешь? – спокойно спросила Прюденс, наклонившись к уху брата.

Робин потряс головой.

– Это верх дерзости. Куда нам до него, с нашим маскарадом!

– Но как он справится с этой ролью? И как долго он протянет?

– И зачем? – продолжал Робин. – Ведь в этом нет смысла.

– Ну, прежняя любовь к спектаклям. Только вспомни, когда он изображал французского посла в Мадриде. И ведь ему это сошло с рук!

– Но здесь... здесь, в Англии! – возразил Робин. – Бог мой, ты только взгляни на него!

Великолепный незнакомец склонился в поклоне перед мисс Каннинг. Как хорошо они знали этот жест руки с кружевным платком в ней! И в самом деле, у него были манеры виконта, а то и герцога. К нему подошел крупный джентльмен, и новый лорд Бэрхем протянул сэру Энтони Фэншо два пальца для рукопожатия. Сэр Энтони сказал несколько слов и неторопливо удалился.

Послышалось изумленное аханье миледи Лоуестофт. Она рывком поднялась из кресла.

– Моп cher Robert! – живо вскричала она, протягивая ему обе руки. Она оживленно объяснила мистеру Сельуину, что этот милый джентльмен – ее старый-старый знакомый.

– Тереза! – Милорд Бэрхем расцеловал обе ее руки. – Я неописуемо счастлив видеть вас!

– Весьма восторженный старый джентльмен! – послышался голос Прюденс.

Сэр Энтони Фэншо подошел к ней с другого конца комнаты.

– Должен ли я понять, что это и есть пропавший виконт или кто-то в этом роде? – невозмутимо спросила Прюденс, беря понюшку табаку.

– Совершенно верно. Очевидно, он и есть последний из Тримейнов. Других отпрысков давно на свете нет.

Миледи Лоуестофт приближалась к ним под руку с лордом Бэрхемом.

– Mon cher, я должна представить вам моих милых юных друзей, – услышали они. – Это мистер и мисс Мерриот, которые нашли приют в моем доме.

– Счастлив познакомиться с друзьями моей Терезы, – провозгласил его светлость, обращаясь к мисс Мерриот.

Робин поднялся в окружении пышных юбок; после реверанса он царственно протянул руку, глядя ясным взором в лицо своего родителя.

Милорд склонился к протянутой руке и обвел мисс Мерриот восхищенным взглядом.

– Но она очаровательна! – воскликнул он. – Совершенно очаровательна!

Теперь была очередь Прюденс. Она тоже церемонно поклонилась милорду. В серых глазах блистали искорки смеха.

– Для меня это большая честь, сэр! – сказала она.

Милорд слегка поклонился, как подобало человеку в его летах и с его положением, и одарил мистера Мерриота сердечной улыбкой. В самом деле, весьма любезный старый джентльмен. Он повернулся к миледи, поздравляя ее с таким очаровательным знакомством, и поклялся доставить себе удовольствие и посетить ее на следующее утро.

Отвесив еще один поклон мисс Мерриот, он удалился, уводя под руку миледи.

– Я совершенно покорен, – заявил сэр Энтони, садясь рядом с Робином.

Робин в раздумье склонил голову набок.

– Немножко иностранец, – размышлял он вслух. – Вы не согласны, сэр?

– Немножко притеснитель, я бы сказал, – с усмешкой ответил сэр Энтони.

– Кажется, миледи хорошо его знает, – заметила Прюденс и отправилась собирать сведения о незнакомце.

Говорили разное. В основном, что милорд, видимо, еще в годы юности рассорился с отцом и уехал во Францию с молодой женой весьма высокого происхождения. С тех пор никто ничего о нем не слышал, пока он не появился в Лондоне как гром с ясного неба и во всем великолепии. Прюденс выразила удивление по поводу того, что он не появился в Англии сразу, как умер его отец, но на это был уже готов ответ: мол, ходили слухи, что между братьями не было никаких родственных чувств, поэтому сей поразительный джентльмен предпочел тогда остаться в тени.

Больше ей ничего не удалось узнать, и с этими сведениями она вернулась к Робину. Миледи Лоуестофт уже собралась домой, и они с громадным облегчением упорхнули домой под ее крылышком. Милорд Бэрхем весьма элегантно помахал им вслед со словами: «A demain!»[23]23
  До завтра! (фр.)


[Закрыть]

И только очутившись в безопасной и укромной карете, миледи дала волю своему веселью. Она откинулась на стеганые подушки и хохотала до тех пор, пока по ее нарумяненным щекам не потекли слезы.

Робин мрачно смотрел на нее.

– Да уж, редкая шутка, мадам.

– Но это... это совершенно manifique! – Она чуть ли не задыхалась. – Это самый невероятный шок! Даже я не могла себе представить ничего такого! – Она выпрямилась и промокнула глаза платком. – Ну в самом деле, такого человека свет не видывал! Я сама готова поверить, что он лорд Бэрхем. Какова важность! И какое нахальство! Моп Dieu, mon Dieu, я так не смеялась с тех пор, как он увел у маркграфа любовницу!

– Я не знаю этой истории, – заметила Прюденс. – Думаю, что нас ожидает весьма торопливое перемещение во Францию.

– Но нет же, нет! Почему же, глупышка?! Он докажет, что он и есть пропавший виконт, а кто знает больше?

– О, это так просто! – сухо заметил Робин. – Но надо всегда считаться с возможностью появления настоящего виконта.

– Каким образом, дитя мое? Мы видим вашего bon papa со всеми документами. Настоящий виконт давно умер. Как иначе мог бы Роберт получить бумаги?

– Боже ты мой, мэм, вы считаете, что старый джентльмен не мог снизойти до того, чтобы украсть документы у живого человека?

– Опасность заключается даже не в этом, – вступила в разговор Прюденс. – Вполне возможно изображать виконта день, неделю, может быть, месяц. Но даже старый джентльмен не сможет вести подобную жизнь вечно. Ренсли не удовлетворится несколькими бумажками. Ему будут устраивать западни, найдутся и такие ловушки, которые никто не готовил, но в которые он неминуемо попадется. Подумайте сами, мадам, что это такое – внезапно стать английским пэром, с поместьями, с большим состоянием! Я думаю, это не так легко сделать.

– А потом этот маленький скандал на севере? – сказал Робин. – Правда, он сбросил черный парик и забыл о французском акценте, но все равно против него должно быть множество улик.

– Дети мои, а я в него верю! – объявила ее светлость. – Как я и сказала, он великолепен.


Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 8 | Следующая

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 0 Оценок: 0
Популярные книги за неделю


Рекомендации