Текст книги "Тайна в наследство"
![](/books_files/covers/thumbs_240/tayna-v-nasledstvo-88926.jpg)
Автор книги: Джуд Деверо
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
– Кроме вас двоих. – И Бейли улыбнулась второй гостье.
– Я Пэтси Лонгейкр, – представилась она, энергично встряхнув Бейли руку. – Я решила, что по крайней мере кто-то из горожан должен навестить вас, не говоря уже о представителях торговой палаты.
Бейли растерянно перевела взгляд на Дженис:
– А я думала, представитель торговой палаты – это вы.
– Верно. И ее президент, – улыбнулась Дженис и окинула взглядом дом. – Вижу, вы сразу взялись за уборку. Не знала, что дом продан. Когда вы его купили?
– Я… – начала Бейли, пытаясь наспех придумать какую-нибудь правдоподобную ложь. Сказать правду она никак не могла.
– Вы приезжали посмотреть дом перед покупкой? Когда? – подхватила Пэтси.
Совсем растерявшись, Бейли только смотрела на обеих. Гостьи стояли рядом, но чуть ли не спинами друг к другу, и упрямо смотрели в разные стороны.
– Этот дом мне подарили, – наконец нашлась Бейли. – Как наследство. Вы знаете, кому он принадлежал раньше?
– А вы – нет? – Дженис прищурилась.
– От кого вы его унаследовали? – подхватила Пэтси.
Бейли набрала побольше воздуха. Ей следовало предвидеть все это заранее и придумать убедительную ложь.
– От моего мужа. Я вдова. Даже не знала, что ему принадлежит эта ферма, пока не огласили завещание. – Бейли мысленно добавила, что это чистая правда.
– Боже мой! – ужаснулась Дженис. – Воображаю, каково это – не знать, как собственный муж распоряжается финансами!
Бейли невольно открыла рот, чтобы оправдаться, но передумала. «Финансами» Джимми занимались три специально нанятых юридических фирмы.
– Я угостила бы вас чем-нибудь, но… – Бейли виновато улыбнулась и беспомощным взмахом руки обвела дом. – Как видите, сегодня здесь дел невпроворот. Вся моя мебель пока хранится в сарае.
– Это ничего, – отозвалась Дженис и решительно направилась к сараю, обойдя Бейли как столб. Очевидно, она знала, где и что здесь находится. Бурьян на пути к сараю еще не успели убрать, но Дженис явно не опасалась за свои колготки и костюм.
– Но я… э-э… – начала Бейли, умолкла и двинулась за гостьей, потом вспомнила про Пэтси, все еще стоящую перед крыльцом. – Пойдемте с нами, – позвала Бейли. – Мы, наверное, в сарай. Там даже присесть негде, но…
– Мы? – переспросила Пэтси. – А мне показалось, вы сказали, что вдова. Кто же с вами живет? Дети?
Бейли опасливо посмотрела на собеседницу – что у нее со слухом?
– Нет, – ответила она. – Я имела в виду нас с Дженис – я не перепутала имя? Дженис Несбитт.
– Я с ней не знакома. – Пэтси прошла мимо Бейли, сделала несколько шагов к сараю и остановилась. – А вы что? Не пойдете?
– Иду. – Бейли казалось, что она видит третий акт незнакомой пьесы. Что это с ее гостьями?
Когда она наконец вошла в сарай, обе гостьи уже были там и Дженис вскрывала коробку с пометкой «Кухня».
– Прошу прощения, – сказала Бейли твердо, как только могла, и захлопнула крышку коробки перед носом Дженис. – Как видите, переезд еще не закончен. Было бы лучше, если бы вы обе…
– Здесь никто не жил с 1968 года, – вмешалась Пэтси, не давая Бейли договорить.
В то время Джимми было девять лет, подсчитала Бейли, а девять – это не шестнадцать: самый ранний возраст, упоминания о котором нашли его биографы.
– А раньше кто жил?
Обе женщины обернулись и уставились на нее с безмолвным вопросом в глазах: «А разве вы не знаете?»
Не так-то просто с ними будет, мелькнуло в голове Бейли.
– Мой муж… был намного старше меня и не любил распространяться о своем прошлом. О том, как прошло его детство, я почти ничего не знаю. Но с удовольствием выслушаю все, что вы обе сможете рассказать мне об этой ферме.
– Обе – это кто? – уточнила Пэтси. – Вы меня сбили с толку. – Она прищурилась, глядя на Бейли. – Если вы намерены задержаться в Кэлберне надолго, постарайтесь понять: в этом сарае нет никого, кроме вас и меня.
Бейли заморгала.
– Ясно… – Она повернулась к Дженис. – Полагаю, мы с вами здесь тоже вдвоем?
– Конечно, – кивнула Дженис, – если не считать мышей и кто там еще здесь водится. Честно говоря, предпочла бы не знать. Фермерство от меня еще дальше, чем другая планета.
При этих словах Пэтси презрительно фыркнула, а Бейли заметила, как по шее Дженис поползло вверх яростное красное пятно, а унизанные браслетами руки сжались в кулаки. По всей видимости, фермерство было больной мозолью Дженис, не важно, хотела она знать о нем или нет.
– Я в фермерстве тоже ничего не смыслю, – негромко призналась Бейли.
– Тогда зачем же вы переселились в Кэлберн? – спросила Пэтси.
Бейли не понравилось, как ее новая знакомая задела Дженис за живое.
– Хотите сказать, надо было продать эту ферму за миллион-другой, да и махнуть на юг Франции?
Теперь рассмеялась Дженис.
Пэтси окинула Бейли задумчивым взглядом.
– А язык-то у вас подвешен неплохо.
– Да и у вас не хуже, – отозвалась Бейли. – И предупреждаю сразу: шпилек я не потерплю.
– Ясно, – кивнула Пэтси и улыбнулась ей.
– Так чем же вы намерены заняться, позвольте спросить? – Дженис вежливо улыбалась. – Или муж полностью обеспечил вас?
Бейли не верилось, что этих двух женщин она сегодня увидела впервые. Неужели все в Виргинии так бесцеремонно лезут в чужую частную жизнь после десяти минут знакомства?
– Честно говоря, пока сама не знаю. Муж оставил мне эту ферму и немного денег, но на всю жизнь их не хватит. Значит, придется искать работу. Не знаете, нет ли здесь подходящих вакансий?
Дженис смерила Бейли взглядом.
– На продавщицу из «Уол-марта» вы не похожи. Чем вы занимались до замужества?
– Была подростком.
– У меня таких двое, – сообщила Пэтси, – только мальчишки, и работают они на своего дядю. Вы ведь не умеете плотничать?
– Лучше бы умела, – грустно отозвалась Бейли. – Этот дом разваливается на глазах. В крыше дыры, пол в мансарде того и гляди проломится. И хорошо бы еще снести несколько стен, избавиться от лишних спален. Сейчас их здесь так много, что впору жильцов пускать.
Дженис, которая до этого слушала молча и смотрела на Бейли, вдруг оживилась:
– Снова выйти замуж – вот что вам надо.
Бейли рассмеялась.
– Нет, вряд ли. Я так любила своего мужа, что теперь уже никогда…
– Конечно, в Кэлберне достойные холостяки на дороге не валяются, – продолжала Дженис чуть громче, словно и не слышала собеседницу.
– Нет, замуж я больше не хочу, – подчеркнуто твердо заявила Бейли. Мысли о замужестве у нее и вправду даже не мелькали, и ей не нравился оборот, который приняла беседа с гостьями. – Может быть, вернемся в дом? Я покажу вам ванные.
При виде этих комнат они наверняка забудут, что пытались просватать ее!
Бейли сделала шаг к двери сарая, но, поскольку женщины не шелохнулись, остановилась. Дженис смотрела на нее в упор, а Пэтси уставилась в потолок, словно пыталась что-то припомнить.
– На этот раз вам нужен кто-нибудь помоложе, тот, кто поможет вам привести этот дом в порядок, – отчеканила Дженис. – Ничего, поищем.
– Но я не… – начала Бейли.
– Придумала! – воскликнула Пэтси. – У меня блестящая мысль: вам надо снова выйти замуж!
– Да ведь это только что сказала Дженис! – Бейли начала раздражаться. – Вы что, не слышали ее? Она стоит на расстоянии метра.
Пэтси и глазом не моргнула.
– Вам обязательно надо замуж, и не за кого-нибудь, а за моего деверя Мэтью.
Бейли принужденно улыбнулась. Пусть пытаются сунуть нос в ее дела, но вот это сводничество надо немедленно прекратить, пока оно не зашло слишком далеко.
– Это очень любезно с вашей стороны, – решительно начала она, – и я уверена, что ваш деверь прекрасный человек, но я не собираюсь…
Пэтси вела себя так, словно не слышала ее.
– Он отличный парень, а женат был на настоящей фифе. Как только она обобрала его, так и спуталась с другим. Уж не знаю, почему она бросила моего деверя, но тем хуже для нее. Вот он и живет у меня, комнату занимает уже шесть месяцев. Может, я прямо сейчас позвоню ему, да и позову к вам сегодня на ужин? – спросила она, заворачивая подол рубашки и доставая из кармана футляр с мобильником.
– Нет! – закричала Бейли так, что обе женщины вытаращили глаза. – Я хотела сказать, – продолжала она уже тише, – что вдовею совсем недавно, поэтому мне требуется время. Сейчас я ни с кем не хочу встречаться. Правда, я об этом вообще не думала, но не могу представить себя… ну, с другим мужчиной. Вы наверняка меня понимаете.
Некоторое время обе женщины молча хлопали глазами.
– Ну хорошо, – наконец сказала Пэтси, – тогда как насчет ужина в следующий четверг?
Бейли сделала глубокий вдох, выпустила воздух и досчитала до десяти. Она вовсе не собиралась уступать этим странным особам, наотрез отказывающимся признавать существование друг друга.
– Когда я сказала, что мне требуется время, я имела в виду…
– Этому дому нужен опытный строитель, – перебила ее Дженис.
Замечательно, подумала Бейли. Ей все-таки удалось сменить тему. И она улыбнулась.
– У меня уже есть визитка одного мастера.
– Уолтера Куинси? – презрительно процедила Дженис. – Он только деньги возьмет, а работы вы так и не увидите. Ленивее парня в двух округах не сыскать. Нет, вам нужен настоящий строитель, чтобы знал, что к чему.
Пэтси молча озиралась. Бейли надеялась, что не ранила ее чувства, сразу отвергнув ее деверя, и все-таки прояснить ситуацию следовало с самого начала.
– А я не сказала, что мой деверь строитель? – вдруг спросила Пэтси.
Тем временем в душе Бейли шла борьба. Ей не хотелось оскорблять эту женщину и ее деверя, и без того обиженного фифой-женой, но перед глазами встала пугающая картина: кухонные шкафы, грозящие упасть со стен.
– Ваш деверь строитель? – невольно переспросила она.
– Вроде того. Архитектор, но и руками работать умеет.
– И как, получается?
Ей представилось, как зеленый кафель вылетает из окон ванной, а следом за ним – и бурые настенные панели.
– Раньше строил небоскребы в Далласе.
– Дорого берет? У меня денег в обрез.
– Дорогуша, это же очевидно, – заявила Пэтси с таким видом, что Бейли заморгала. – Весь город уже знает, что за вас платит какой-то Филипп.
Бейли не сразу поняла, что обе женщины ждут объяснений, что это за Филипп. Объясняться не хотелось: в конце концов, это их не касается.
– Адвокат моего мужа, – наконец выдавила из себя она и вздохнула.
– Но если вы на мели, вы приехали куда надо, – продолжала Пэтси. – В Кэлберне все дешево, иначе кто мог бы себе все это позволить? Разве что некоторые. – И она со значением бросила взгляд в сторону Дженис.
– Между прочим, некоторые… – начала Дженис, не глядя на Пэтси, но наконец-то признав факт ее присутствия.
И что дальше? Бейли с любопытством ждала. Будет склока? Она закатила глаза. «Во что ты меня втравил, Джеймс Мэнвилл?» – безмолвно вопросила она.
– Ладно, – сказала она, – я выйду за него, если он сделает в этом доме ремонт. Или ему нужен только секс? Или и то и другое?
Женщины воззрились на нее, разинув рты настолько одинаково, что Бейли уже не сомневалась, что они состоят в родстве.
Первой опомнилась Пэтси.
– Секс его, конечно, взбодрит, – без тени улыбки начала она, – но если вы начнете заниматься сексом с чужим мужчиной здесь, в Кэлберне, всем нам житья не будет. Мой вам совет: предложите ему половину того, что он запросит, и насчет секса помалкивайте. – Она принялась тыкать в кнопки своего мобильника. – Уж поверьте мне, намеки-то лучше подействуют. Будете просить его прочистить канализацию – наденьте шорты покороче.
Бейли улыбнулась обеим. «А мы, пожалуй, поладим», – подумала она. Когда Пэтси сказала в телефон: «Мэтт, я тут тебе нашла работу», – улыбка Бейли стала еще шире.
Глава 5
На следующее утро Бейли проснулась в страхе, почти животном ужасе, потому что на этот раз она прекрасно помнила, где находится. Ее кровать перенесли из сарая в спальню, темные панели со всех сторон словно надвигались на нее. В голые, не занавешенные шторами окна вливался свет, который лишь подчеркивал безобразный вид комнаты.
Вчера она настолько вымоталась к вечеру, что рухнула в постель, едва успев сунуть голову в ворот ночной рубашки. Но спалось ей плохо: сновидения перемешались с воспоминаниями о Джимми. За семнадцать лет, проведенных вместе, так надолго они никогда не расставались. Если Джимми собирался задержаться в очередной поездке, он брал жену с собой.
– Слушай, Веснушка, – однажды сказал он, – хочешь увидеть черепах на тех островах?
Она не сразу сообразила, о чем речь.
– На Галапагосах! – наконец дошло до нее, и Джимми заулыбался. Они познакомились, когда она только окончила школу, но с тех пор много читала, и ему нравилось, что у нее широкий кругозор. – Конечно, хочу! Когда едем?
– Через полчаса.
– Так долго ждать? – протянула она, и оба рассмеялись.
Бейли вытерла увлажнившиеся глаза. Джимми больше нет с ней, он никогда не вернется.
Она медленно поднялась и побрела в ванную с разномастной сантехникой. И вздрогнула, увидев в зеркале свое новое лицо. Тридцать три года она прожила с крупным кривым носом, вдобавок всю жизнь была толстушкой. Внезапные перемены вызывали растерянность.
– Ну и что теперь мне делать? – спросила она себя вслух, залезая под душ. Вчера она спрашивала у двух местных жительниц, не знают ли они, куда она могла бы пристроиться поработать, и сразу же поняла, что обманывает саму себя. Какие навыки она может предложить работодателю? Она никогда не училась печатать, и, вероятно, из всех жителей США младше восьмидесяти лет она единственная не умеет пользоваться компьютером. «Зачем тебе тратить время? – говорил Джимми. – Для работы на компьютере людей всегда можно нанять».
У нее нет никакого опыта, она умеет только быть женой.
Выключив воду, Бейли медленно вытерлась еще ни разу не стиранным полотенцем и надела хлопчатобумажные брюки, которые вместе с Кэрол заказала по каталогу. Может, стоило бы позвонить Филиппу, подумала она, но решительно отогнала эту мысль. Она опасалась, что следующим шагом может стать звонок Атланте и Рею и выпрашивание денег.
Глубоко вздохнув, Бейли вышла из спальни, сделала несколько шагов по коридору и остановилась на пороге гостиной. Вчера вечером Филипп прислал целую бригаду крепких мужчин, чтобы они вскрыли все ящики и коробки в сарае и перенесли содержимое в дом, расставив по желанию Бейли. Она пыталась смотреть только на мебель, не обращая внимания на темные стены. Всю эту мебель она выбирала в страшной спешке и смятении, уже через неделю не помнила, что именно купила и зачем, но теперь осталась довольна.
Два дивана с обивкой в крупных ярких пионах, золотистых виноградных лозах и зеленых листьях. Два уютных даже на вид кресла оттенков темного золота. Большой журнальный столик посередине. В дальнем конце комнаты – обеденный стол на красном восточном ковре, в окружении восьми темно-синих виндзорских стульев. У стены – коробка со шторами из шотландки в красно-черную клетку. Грузчики не знали, как их повесить.
Но несмотря на красивую мебель, комнату хотелось поскорее покинуть. И неудивительно: кому понравится даже самая изысканная мебель среди мрачных стен?
Бейли поплелась в кухню. Вчера уборщики поработали на славу и сделали все возможное, чтобы кухня стала хоть немного пригодной для жизни, но этого оказалось слишком мало. Один из электриков вместе с водопроводчиком сняли со стен навесные шкафы, уверяя, что они в любую минуту могут рухнуть и оставлять их в таком виде просто опасно. Когда в кухню вкатили гигантскую плиту «Термадор» шириной чуть ли не полтора метра, оказалось, что ставить ее некуда. Один из садовников решил проблему, выпилив одну секцию длинного кухонного стола. Электрик нашел отвод газовой трубы и подключил плиту. Под огромный двухдверный холодильник снова пришлось выпиливать секцию кухонного стола на расстоянии метра от плиты. Фаянсовую раковину с высоким сплошным «фартуком» разместили у противоположной стены. «Мы как раз такую выбросили, когда делали ремонт в бабулиной кухне», – заявил один из грузчиков, когда раковина наконец встала на место. Рядом с ней на свободное место еле влезла посудомоечная машина «Миеле».
Обводя взглядом кухню, Бейли вздохнула. Кошмар. Края уцелевших секций кухонного стола были неровными и занозистыми, на месте снятых шкафов пестрели непрокрашенные участки стены. Всю кухонную утварь, купленную вместе с Филиппом и вдобавок заказанную по каталогам вместе с Кэрол, пришлось распихивать по полкам соседней кладовой: в кухне не хватило бы места даже для всех ложек.
Бейли открыла холодильник и увидела, что из всех припасов, которые прислали ей жители Кэлберна, уцелело единственное крылышко цыпленка. Очевидно, остальное постепенно подъели рабочие.
С большой керамической кружкой, найденной в кладовой и наполненной водой из-под крана, с цыплячьим крылышком в другой руке Бейли вышла из дома.
После того как Пэтси Лонгейкр позвонила своему деверю, гостьи укатили. Бейли только головой покачала в изумлении, увидев, как они сели в одну и ту же машину, «мерседес» старой модели.
– Интересно, они и наедине не разговаривают? – произнесла она вслух, возвращаясь в дом и пытаясь отвечать на вопросы грузчиков, куда и что поставить. За весь остаток дня она даже не передохнула и ни разу не выглянула в окно – узнать, как продвигаются дела в саду.
Но теперь, открыв заднюю дверь, она словно удостоилась откровения. Позавчера повсюду вокруг дома было засилье сорняков. Бейли удалось пробраться к огромному тутовому дереву, но больше она ничего не разглядела.
А теперь перед ней был сад. Самый настоящий сад, а не традиционный куцый американский дворик с лужайкой, парой кустов и «придомовыми насаждениями». Нет, здешним садом смог бы гордиться даже Джаспер, старший садовник Джимми, который руководил работами в садах возле всех его особняков.
И самое главное, это был именно сад, о каком всегда мечтала Бейли. Без длинных аллей, без газонов размером с посадочную площадку для вертолета – ничего грандиозного и помпезного, только деревья, цветы и… Да, и уединение, кивнула Бейли: деревья были посажены так, что закрывали обзор.
Она отставила пустую кружку, отложила куриную косточку и шагнула на каменные плиты террасы, а потом направилась по дорожке к деревьям. Огромное раскидистое тутовое дерево казалось по-королевски величественным теперь, когда вокруг него вырубили кустарник, убрали бурьян и мусор. Бейли поздоровалась с чудесным старым деревом и продолжала путь по тропе.
Справа располагался обнесенный оградой небольшой огород, который вчера вспахали, и теперь черная влажная земля ждала семян. За годы, пока за садом никто не ухаживал, эта земля успела отдохнуть и набраться сил.
За огородом начинался плодовый сад, кроны деревьев в котором когда-то формировали «вазой», оставляя середину открытой. При таком методе обрезки деревья хорошо росли и плодоносили, но высокими не становились: нижние ветки находились на расстоянии всего полуметра над землей. Плоды с них мог бы собирать и ребенок.
Поскольку за деревьями много лет никто не ухаживал и только вчера их ветви подрезали как полагается, Бейли сомневалась, что в этом году они дадут большой урожай. В ряду деревьев она увидела несколько прогалин, а на земле – кучки свежих опилок: безнадежно сухие деревья садовникам пришлось спилить.
За плодовым садом тропинка резко вильнула вправо, Бейли обошла вокруг группы вечнозеленых растений и замерла затаив дыхание. Перед ней был маленький пруд, с холма в него стекал ручей, переливаясь через камни, размещенные словно самой природой. Бейли задумчиво сделала несколько шагов по берегу пруда, с радостным изумлением глядя на него, обогнула камыши на берегу и по тропинке стала подниматься вдоль ручья.
На вершине холма несколько плоских камней образовывали подобие мостика через неглубокий ручей, а на другом его берегу высился раскидистый грецкий орех и ждала широкая чугунная скамья с облупившейся за долгие годы краской. Скамья стояла на замощенном плитами пятачке, обсаженном курчавым тимьяном.
Бейли не присела, желая осмотреть сад целиком. На самом верху холма обнаружился еще один пруд с берегами, выложенными камнем. Вчера садовники вычистили его, и Бейли, вглядываясь в чистую воду, обнаружила, что они успели даже поставить новый насос, который создавал движение воды в искусственном ручье и водопад.
За прудом тропинка снова повернула влево, и Бейли увидела у подножия холма, слева от себя, обновленный дом среди деревьев, а справа – сарай. Бейли остановилась посреди скрытой среди деревьев укромной лужайки размером как раз с площадку для крокета. Или чтобы дети могли погонять мяч, мысленно добавила она, но постаралась поскорее отделаться от этой мысли. В дальнем конце лужайки, за кустарником, виднелась оплетенная ветками ограда, которая давно рухнула бы, если бы не бетонные основания стальных столбиков, к которым крепились деревянные поперечины и планки. Подойдя поближе к кустам и присмотревшись, Бейли заулыбалась: это были крыжовник и смородина, а ветки, оплетающие ограду, – ежевика.
Над большим участком земли перед сараем садовникам явно пришлось как следует потрудиться. Когда бурьян выпололи, обнажив почву, оказалось, что у прутиков, торчащих из нее, характерные зубчатые листья. Это были кустики малины, посаженные аккуратными рядами.
За малинником вымощенная камнем дорожка разветвлялась, и Бейли видела, что одна ее ветвь вьется между деревьев, убегая вдаль, а другая возвращается к дому. Определить, где заканчивается первая, было невозможно: частые деревья загораживали ее, образуя небольшой лесок. Подумав, Бейли выбрала его, шагнула под сень деревьев и восхитилась лесной тишиной и прохладой. Казалось, сюда прежде ни разу не ступала нога человека за все время существования Земли. Бейли улыбнулась своим мыслям: как бы там ни было, дорожку у нее под ногами замостили человеческие руки, а впереди, за стволами двух больших деревьев, виднелась небольшая каменная скамейка.
После крутого поворота вправо Бейли остановилась на краю поляны с большим местом для костра посередине. Эту яму диаметром около метра не только выкопали, но и обложили камнями, посадив их на цемент. В яме сохранились головешки давным-давно сгоревших поленьев. Сидеть поблизости было не на чем, но по земле вился густой плющ. Деревья обступали поляну, их кроны образовывали круг, в котором голубело небо. Ночью, когда жгли костер, дым поднимался вверх и рассеивался. Оглядевшись по сторонам, Бейли оценила уют этого укромного уголка. Ей показалось, что она слышит голоса негромко переговаривающихся людей, чувствует запах дыма и даже тепло костра.
Заулыбавшись, она снова зашагала по тропинке, вышла из леса на солнечный свет, свернула к сараю и оказалась перед домом. Но при виде этого строения, на этот раз с фасада, хорошее настроение Бейли вмиг улетучилось. Кому пришло в голову выстроить эту безобразную халупу посреди прекрасного сада? По-видимому, кто-то из прежних хозяев присматривал за домом, а другой занимался садом.
– Надеюсь, они не были женаты, – сказала Бейли вслух, открывая дверь. Две столь противоположные натуры попросту не смогли бы ужиться друг с другом.
Едва Бейли вошла в дом, ей захотелось только одного: покинуть его. Но предстояло еще решить, как жить дальше. Эта мысль насмешила ее.
– Прямо как у героини «мыльной оперы», – заметила она и заглянула в спальню за своей сумочкой. Если уж действовать, то по порядку. Сначала ей надо купить еды, а уж потом как следует подумать. Как часто повторял Джимми, «когда Лил взвинчена, я сразу понимаю это – потому что она спешит на ближайшую кухню».
Бейли села за руль машины, которую купил ей Филипп, и сделала глубокий вдох. Водить машину ей случалось нечасто, но даже этот факт свидетельствовал о том, что и она способна проявлять настойчивость. Обычно Джимми редко противился ее желаниям, но против уроков вождения решительно возражал. Поначалу она относилась к нему с пониманием: возможно, он просто опасался, что она сбежит, едва научившись водить машину. Но проходили недели, Джимми твердо стоял на своем, и она взбунтовалась. Она понимала, что к агрессии ему не привыкать, и вместе с тем знала: ссоры в семье ему до тошноты ненавистны. Глядя Джимми прямо в глаза, она заявила: «Я не скажу тебе больше ни слова, пока ты не разрешишь мне учиться водить машину. Я взрослая женщина, Джеймс Мэнвилл. Хватит делать из меня младенца». Тот случай был одним из немногих, когда Джимми разозлился на нее, да так, что она чуть было не пошла на попятный. Но устояла.
Выдержав всего три дня ее ледяного молчания, Джимми нанял какого-то коротышку, похожего на жабу, и велел научить ее водить машину. В день, когда она получила права, Джимми вручил ей ключи от симпатичного желтого «БМВ». С тех пор она садилась за руль раз десять, не больше, но это ее не беспокоило: она приобрела навык, в котором нуждалась, а остальное не имело значения.
С тех пор прошло много лет. Бейли не знала, вспомнит ли она, как надо водить машину. Медленно и осторожно она вывела ее задним ходом с подъездной дорожки на проселочную дорогу перед домом. Других домов поблизости не было, только деревья, а через четверть мили начался асфальт. Бейли помнила, что машина, которая привезла ее сюда вместе с Филиппом, подъехала к дому слева, – значит, чтобы попасть в Кэлберн, надо повернуть направо.
После минутных колебаний она сделала левый поворот: появляться в городе она пока была не готова. Если все жители Кэлберна похожи на Дженис и Пэтси, значит, ей придется отвечать на сотни личных вопросов, а это испытание она сейчас не выдержит. Прежде надо перекусить и подумать, каким будет ее следующий шаг.
Три часа спустя Бейли снова повернула на дорогу, ведущую к старому дому. Машина была загружена припасами, на заднем сиденье громоздились набитые пакеты, за сиденьем – ящики с только что собранной клубникой, купленной с придорожного лотка, коробки с сахаром и бутылки с уксусом. Все пакеты с едой, которые не влезли на заднее сиденье, пришлось размещать впереди, на пассажирском, и на полу под ним.
Бейли улыбалась: она наконец-то поняла, как может – и скорее всего попробует – распорядиться собственной жизнью.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?