Текст книги "Тайна булавки"
![](/books_files/covers/thumbs_240/tayna-bulavki-41829.jpg)
Автор книги: Эдгар Уоллес
Жанр: Современные детективы, Детективы
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
Глава 3
Джесс Трэнсмир сидел за длинным столом, только на конце накрытом скатертью, и с наслаждением ел тощую котлету.
Обстановка столовой отнюдь не свидетельствовала ни о громадном богатстве хозяина, ни о художественных вкусах его, ни даже о былом пребывании в Китае. Картин на стенах не было вовсе. Сильно потертая от времени мебель лишена была какого бы то ни было стиля. Трэнсмир купил ее по случаю и любил хвастать дешевизной своей обстановки.
Книг в комнате также не было: хозяин не любил чтения, даже почти никогда не просматривал газет.
Несмотря на то, что был уже час дня, Трэнсмир сидел в халате, накинутом поверх пижамы. Он всегда ложился на рассвете, а вставал после полудня.
Ровно в половине седьмого его лакей Вальтерс помогал ему надеть пальто: легкий плащ или тяжелую меховую шубу – в зависимости от времени года, – и Трэнсмир отправлялся на обычную прогулку или деловые свидания.
Перед уходом он тщательно запирал все двери и требовал, чтобы лакей отправился в свою комнату.
Любопытный Вальтерс часто смотрел из окна, как хозяин медленно удалялся, неся в одной руке сложенный зонт, а в другой – потертый черный чемодан.
Ровно в половине девятого старик возвращался. Каждый день он обедал вне дома. Вальтерс приносил ему чашку черного кофе и в десять часов удалялся в свою комнату, отделенную от главного здания тяжелой дверью, неизменно запиравшейся стариком каждую ночь на ключ.
В начале своей службы Вальтерс пробовал протестовать против такого порядка.
– Предположите, сэр, что в доме случится пожар, – говорил он своему хозяину.
– Вы можете пробраться через окно вашей ванной в кухню, а оттуда каждый нормальный и здоровый человек может выпрыгнуть из окна на улицу, – возражал на это старик. – Если вам не нравится у меня, можете уйти. Если же вы желаете остаться, извольте подчиняться моим требованиям.
Таким образом, изо дня в день Вальтерс должен был удаляться в свою комнату, а старик шлепал за ним в ночных туфлях и с ворчанием запирал дверь на многочисленные засовы.
Такой порядок вещей был нарушен лишь в ту ночь, когда старик заболел и не в состоянии был дойти до двери. После этого он повесил запасной ключ в стеклянной коробке, похожей на те стеклянные ящики, в которые помещаются устройства сигналов тревоги в железнодорожных вагонах.
В случае болезни старика или другого какого-нибудь непредвиденного несчастья Вальтерс должен был, услышав звонок, висевший над его кроватью, разбить стекло и взять ключ. Однако надобности такой не было еще ни разу.
Каждое утро Вальтерс находил дверь отпертой. Он недоумевал, в котором часу старик отпирал ее, и мог только догадываться, что Трэнсмир отпирал дверь перед тем, как лечь спать, то есть под утро.
Вальтерсу запрещалось выходить по вечерам из дому. Дважды в неделю ему разрешалось отсутствовать в течение двадцати четырех часов, но ровно в десять он должен был быть дома.
– Если вы опоздаете хотя бы на минуту, то можете вовсе не возвращаться, – говорил строгий старик.
В качестве лакея Джесса Трэнсмира Вальтерс имел, несомненно, возможность узнать про своего хозяина гораздо больше того, что тот желал бы.
В особенности же Вальтерса интересовал подвал дома. Однажды он разговорился с рабочим, принимавшим участие в постройке дома, и узнал, что в подвале была комната со стенами из бетона.
Во время отсутствия хозяина Вальтерс старательно подбирал ключи, чтобы открыть таинственную дверь, ведущую в подвал, но все его усилия были напрасны.
По-видимому, от этой двери существовал только один ключ, который старик всегда носил на цепочке на шее.
Так продолжалось до того утра, когда Вальтерс нашел своего хозяина почти в бессознательном состоянии. Такие припадки бывали у старика довольно часто. Наблюдательный Вальтерс обратил внимание на кусок мыла, лежавший на туалетном столе…
Джесс Трэнсмир продолжал спокойно есть котлету и лишь спросил, на минуту подняв глаза от тарелки:
– Никто не заходил сегодня утром?
– Нет, сэр.
– А письма были?
– Было несколько писем, которые я положил на ваш стол, сэр,
Трэнсмир что-то проворчал про себя и спросил:
– Вы поместили в газетах извещение о том, что я уезжаю из города на два или три дня?
– Да, сэр, – ответил Вальтерс.
Джесс Трэнсмир снова что-то проворчал.
– Из Китая должен приехать один человек, которого я не хочу видеть, – пояснил он.
Старик бывал иногда откровенен со своим слугой, но Вальтерс, отлично знавший хозяина, не задавал никаких вопросов.
– Нет, я не хочу его видеть, – повторил старик, и на лице его появилось выражение гадливости. – Лет двадцать или тридцать назад этот человек участвовал вместе со мной во многих делах, – продолжал он, вынимая зубочистку. – Он пьяница и картежник и много о себе воображает, хотя совершенно неизвестно почему… Вот какой это человек.
Старик перевел глаза на камин, выложенный красным кирпичом, и некоторое время сидел в глубоком раздумья.
– Если этот человек придет сюда, не впускайте его, – промолвил он наконец. – И скажите, что вы ничего ни про кого не знаете… Почему он приезжает сюда – это вас совершенно не касается. Он не воспользовался счастьем, когда оно ему улыбалось, и должен теперь пенять исключительно на себя… Он мог бы быть богачом, но продал все свои акции… Пьянство сгубило его…
Вдруг старик как бы вспомнил о присутствии слуги и закричал:
– Почему вы слушаете?!
– Простите, сэр, я… – начал Вальтерс.
– Вон отсюда! – завопил старик.
После ухода слуги Трэнсмир сидел неподвижно около получаса, погруженный в глубокую задумчивость.
Затем он встал, подошел к маленькому бюро и, открыв его, вынул небольшую фарфоровую чернильницу, наполовину наполненную индийскими чернилами, и лист толстой почтовой бумаги.
Усевшись удобно за столом, он стал писать по-китайски, начав в правом верхнем углу и спускаясь вниз, пока вся страница не была испещрена таинственными знаками.
Тогда он вынул из жилетного кармана крошечную печать и приложил ее в углу страницы. Этой печати Трэнсмира было достаточно для оплаты в Китае чека на фантастические суммы. Имя его известно было всем от Шанхая до Фичена.
После этого старик сложил письмо и, встав со стула, подошел к камину.
Вальтерс, все время наблюдавший за своим хозяином через стекло, помещавшееся поверх двери, в это мгновение потерял его из виду: его глаз мог объять приблизительно лишь треть комнаты.
Когда же старик снова очутился в поле его зрения, бумаги уже не было в его руках.
Трэнсмир позвонил, и лакей тотчас же вошел в комнату.
– Помните, что меня ни для кого нет дома, – строго повторил он.
– Да, сэр, – ответил Вальтерс.
Днем пришел ожидаемый стариком посетитель.
Если бы Трэнсмир читал газеты, он знал бы, что пароход, шедший из Китая, прибыл на тридцать шесть часов раньше назначенного времени.
Вальтерс не сразу вышел на звонок, так как был занят в своей комнате. Когда же он открыл дверь, то увидел на пороге загорелого человека в потрепанном платье, грязном белье и пыльных сапогах.
Незнакомец не снял шляпы и продолжал стоять, заложив руки в карманы брюк. Он был явно пьян.
– Милый мой, почему же вы заставляете меня так долго ждать на пороге дома моего друга Джесса Трэнсмира? – развязным тоном спросил он.
– Господина Трэнсмира… нет дома… сэр, – неуверенным и испуганным голосом проговорил Вальтерс. – Я передам ему, что вы заходили. Как прикажете доложить о вас, сэр?
– Уэллингтон Броун, друг мой, – все тем же развязным тоном продолжал посетитель. – Я войду в дом и подожду.
Но Вальтерс заслонил собою дверь.
– Господин Трэнсмир строго запрещает мне впускать кого бы то ни было, когда его нет дома, сэр, – сказал он.
Броун густо покраснел. На лице его мелькнуло злое выражение.
– Он приказал, чтобы меня не принимали?.. – завопил незнакомец. – Меня?! Уэллингтона Броуна, которому он обязан всем своим богатством?.. Старый вор! Он знал, что я приеду!
– Вы приехали из Китая, сэр? – спросил растерявшийся Вальтерс.
– Да, я приехал из Китая, чтобы свести счеты с вашим хозяином! – продолжал вопить рассвирепевший Броун.
– Но господин Трэнсмир уехал на две недели и строго приказал никого не принимать, – упрямо повторил Вальтерс.
– Это мы увидим! – воскликнул незнакомец и двинулся на слугу.
Борьба продолжалась недолго: Вальтерс был атлетического сложения, Броуну же можно было дать на вид уже около шестидесяти лет.
Через минуту Броун был отброшен к каменной стене и непременно упал бы, если бы сильная рука Вальтерса не поддержала его.
Незнакомец глубоко вздохнул и проворчал:
– Я вам это припомню!
– Я не хотел причинить вам боль, – сказал Вальтерс в свое оправдание.
Незнакомец окинул его гордым взглядом и заявил:
– Я намерен свести счеты с вашим хозяином! Он мне заплатит за все…
И он гордо удалился нетвердой походкой пьяницы, оставив Вальтерса в полнейшем недоумении.
Глава 4
В тот же вечер, около девяти часов, в передней квартиры Тэба зазвонил звонок.
– Кто бы это мог быть? – проворчал Тэб.
Он сидел без пиджака и строчил статью о дороговизне жизни. Весь стол был усеян листками его рукописи.
Рекс Лендер вышел из своей спальни.
– Вероятно, это приехал рассыльный за рукописью, – заметил он. – Я оставил для него открытой нижнюю дверь.
Тэб покачал головой.
– Редакция присылает за рукописью всегда в одиннадцать, – проговорил он. – Посмотрите, кто там?
Лендер что-то проворчал про себя. Он всегда был недоволен, когда нужно было сделать хотя бы самое незначительное физическое усилие.
Тем не менее он открыл дверь, и тотчас же раздался громкий незнакомый голос. Тэб вышел в переднюю и увидел на площадке пожилого бородатого человека.
– В чем дело? – спросил он.
– А вот в чем… – слегка заплетающимся языком заявил незнакомец. – Человек, в особенности же джентльмен, не может быть безнаказанно ограблен и избит…
– Войдите, пожалуйста, – учтиво пригласил его Тэб, и Уэллингтон Броун, спотыкаясь на каждом шагу, вошел в маленькую гостиную.
– Который из вас господин Рекс Лендер? – спросил он.
– Я… – в недоумении ответил Рекс.
– Я Уэллингтон Броун из Чейфу… – гордо представился незнакомец. – Я живу на ежемесячное пособие человека, бессовестно ограбившего меня… Да, у меня есть что рассказать вам про Трэнсмира!
– Про Трэнсмира?.. Моего дядю? – все более и более недоумевая, спросил Рекс.
Броун молча кивнул головой.
– Да, – ответил он. – Я многое могу вам рассказать про него. Ведь я был его секретарем и бухгалтером. Я все знаю…
– Почему же вы пришли сюда? – сухо спросил Рекс.
– Потому что вы – его племянник! – воскликнул Броун. – Он ограбил меня! Он ограбил меня… – И Броун начал всхлипывать. – Он отнял кусок хлеба у сирот… лишил меня участия в синдикате… а затем выдавал мне ежемесячные пособия и издевался надо мной…
– Издевался над вами?.. – несколько насмешливо спросил Тэб.
Броун окинул его гордым взглядом.
– Кто это? – спросил он Рекса.
– Это мой друг, – ответил Рекс, – и вы находитесь в его квартире. Если вы пришли сюда только для того, чтобы поносить моего дядю, то советую вам поскорее убраться отсюда!
Уэллингтон Броун несколько раз дотронулся пальцем до груди Рекса и упрямо повторил:
– Ваш дядя – мерзавец! Запомните это! Вор и мошенник!
– Лучше всего – напишите ему об этом, – довольно резко заметил Тэб, чтобы прекратить разговор. – Мне нужно писать серьезную статью для газеты, и вы мешаете мне.
– Написать ему? – с усмешкой повторил Броун. – Вот так штука!
Рекс Лендер подошел к двери и широко распахнул ее.
Непрошеный посетитель бросил на молодого человека негодующий взгляд.
– Каков дядюшка, таков и племянник! – воскликнул он. – Хорошо, я уйду, но прежде должен сказать вам…
Дверь захлопнулась, и молодые люди так и не узнали, что он хотел им сказать.
– Ух! – выдохнул Рекс, утирая влажный лоб. – Отворите окно, мне стало жарко…
– Кто он? – спросил Тэб.
– Убейте меня – не знаю, – ответил Рекс. – Я не очень высокого мнения о нравственных качествах своего дядюшки… Вероятно, в том, что он рассказал, есть доля истины. Я не могу себе представить, чтобы дядя выплачивал кому бы то ни было ежемесячную пенсию только по доброте душевной. Во всяком случае я завтра увижу дядю и все разузнаю…
– Завтра вы ничего не узнаете, – возразил Тэб. – Видно, вы никогда не читаете отдела светских новостей: ваш дядя завтра уезжает из города…
Рекс добродушно улыбнулся:
– Это старая и известная уловка! Он прибегает к ней всегда, когда не хочет, чтобы его беспокоили. Поверьте, он поместил это извещение именно из-за Уэллингтона…
Тэб снова уселся за стол и взял в руки перо.
– Да воцарится тишина! – скомандовал он. – Знаменитый журналист должен обдумать свою статью!
Рекс с нескрываемым восторгом посмотрел на него.
– Я положительно удивляюсь вашей трудоспособности, – заметил он. – Сам я не мог бы…
– Замолчите же! – с комическим отчаянием завопил Тэб.
Воцарилось молчание. Тэб окончил свою статью к одиннадцати часам и отослал в редакцию с пришедшим к этому времени рассыльным.
После завершения трудового дня он с наслаждением расположился в удобном мягком кресле и закурил трубку.
– Теперь я свободен до понедельника! – радостно сообщил он.
В это время зазвенел телефонный звонок.
– Черт возьми! – воскликнул журналист. – Бьюсь об заклад, что это несносная редакция!
Он оказался прав: его просили спешно явиться в редакцию.
Тэб вернулся в гостиную и наскоро сообщил своему другу, зачем его вызывают.
– Полиция арестовала какого-то жулика, пытавшегося незаконно получить страховую премию. Он бежал и забаррикадировался в своем доме, причем грозит облить кипятком всякого, кто осмелится приблизиться к дому. Джек в восторге от этого происшествия. Он считает его весьма интересным для газеты, – прибавил молодой человек, называя так фамильярно своего редактора. – Я посоветовал ему послать на место происшествия театрального критика… Ведь вчера вечером я заменял его…
– Значит, вы снова идете из дому? – спросил недоумевающий Рекс.
– Конечно, иду! – с нескрываемой досадой воскликнул журналист, поспешно надевая уже сброшенный воротничок.
– Что касается меня, то я думаю, что все это происшествие придумано вашей редакцией, – заметил Рекс. – Я никогда не верю тому, что напечатано в газетах.
Тэб уже вышел и не слышал последних слов своего друга.
В полночь молодой журналист был на месте происшествия и присоединился к группе полицейских, осаждавших дом. Преступник откуда-то раздобыл ружье, что делало его более опасным.
Тэб пробыл на месте до того, как дом удалось взять штурмом, а преступника отвести в полицейский участок,
В два часа ночи он пошел ужинать с полицейским сыщиком Карвером.
Было уже половина четвертого утра, и на улицах брезжил рассвет, когда Тэб направился домой.
Проходя по Парк-стрит, он услышал за собой шум автомобиля. Машина быстро пронеслась мимо него. Когда она была на расстоянии приблизительно ста ярдов, Тэб услышал шум лопнувшей шины.
Автомобиль остановился. Из него вышла молодая женщина и принялась тщательно осматривать поврежденную шину. Она была, по-видимому, одна, ибо Тэб видел, как она, раскрыв ящик с инструментами, что-то вынула из него.
Молодой человек прибавил шагу и поспешил ей на помощь.
– Разрешите мне предложить вам свои услуги, – проговорил он, обращаясь к молодой женщине.
Она быстро обернулась и посмотрела на него.
– Мисс Эрдферн! – удивленно воскликнул Тэб.
Артистка была немного смущена. Через мгновение, впрочем, она улыбнулась и сказала:
– Это вы, господин Тэб… Простите, что я вас так называю, но я совершенно забыла вашу фамилию…
– Тэб Холланд, – с улыбкой промолвил молодой человек. – Но это не так важно, – заметил он, взяв у нее из рук домкрат,
Она молча смотрела на него, пока он приподнимал машину.
– Я возвращаюсь очень поздно… Я была на вечере…
Однако Тэб при сером утреннем свете успел заметить, что артистка была просто одета и на ногах ее были толстые кожаные туфли. Его даже поразило, что она была одета скорее бедно.
Молодой человек успел также заметить, что на сиденьи автомобиля лежал небольшой черный чемодан. Он решил, что артистка, возможно, успела переодеться после вечера, но тут же подумал, что артистки вряд ли переодеваются, возвращаясь с бала.
– Я также был на вечере, – шутя, сказал он, возясь с колесом. – Это был вечер с сюрпризами и фейерверком.
– Большой бал? – спросила она.
Тэб улыбнулся.
– Я танцевал только раз, когда увидел, что джентльмен прицелился из окна… Могу вас уверить, что это был очень веселый танец, – заметил он.
Легкая дрожь пробежала по телу молодой женщины.
– Я знаю, о чем вы говорите! – воскликнула она. – Перед уходом из театра я слышала об этом человеке.
Колесо было налажено, и инструменты снова уложены в ящик.
– Нет, нет, ни в коем случае! – воскликнул Тэб, когда артистка хотела поблагодарить его.
Молодой человек втайне надеялся, что она предложит подвезти его к дому. Но мисс Эрдферн быстро простилась и исчезла так мгновенно, что он не успел опомниться.
Рекс уже проснулся, когда Тэб пришел домой.
Они долго говорили о событиях минувшей ночи, но Тэб ни словом не обмолвился о встрече с мисс Эрдферн.
Глава 5
Было одиннадцать часов утра, когда Тэб проснулся, и первая мысль его была о мисс Эрдферн.
Рекс успел уже выйти из дому и вернуться.
– Друг моего дяди снова был здесь, – сказал Рекс. – Вы не видели его?
– Зачем же он приходил сюда? – удивленно спросил Тэб, в купальном халате направлявшийся в ванную.
Рекс пожал плечами.
– Я сам недоумеваю. Сегодня он говорил уже несколько спокойнее… Я убеждал его уехать на время из города. Он грозится убить дядю, если тот не согласится выплатить ему какой-то фантастической суммы…
– Чепуха! – весело воскликнул Тэб, закрывая дверь в ванную комнату.
После ванны он с удовольствием выпил утренний кофе и снова разговорился со своим другом о назойливом посетителе.
Тэб занялся журналистикой по окончании университета. В студенческие годы он не отличался особенным прилежанием, но слыл одним из самых талантливых студентов.
Не будучи богатым, он имел постоянный приличный доход. Кроме того, почти каждый год получал наследства от многочисленных своих незамужних теток.
– Вы все же должны предупредить своего дядю о приезде Уэллингтона, – заметил в конце разговора Тэб.
– Да, я повидаю его сегодня и поговорю с ним, – согласился молодой человек.
Друзья вскоре вышли из дому. Тэб зашел сначала в редакцию, а затем отправился завтракать с сыщиком Карвером.
Он с удовольствием слушал интересные рассказы сыщика, говорившего без устали, когда разговор касался его любимой темы. Два часа прошли для Тэба незаметно.
В конце беседы он рассказал Карверу о приезде из Китая Уэллингтона и о его угрозах по адресу Джесса Трэнсмира.
– Я вообще не придаю большого значения угрозам, – сказал сыщик. – Но, конечно, в данном случае возможно, что Уэллингтон представляет некоторую опасность для старика… Между прочим, хорошо ли вы знаете Трэнсмира?
– Я видел его лишь дважды, – ответил Тэб. – Но племянник его Рекс – архитектор-любитель – живет со мной в одной квартире, и мне приходится иногда выслушивать бесконечно длинные рассказы об этом странном дядюшке… Он часто пишет Рексу длинные письма на тему о бережливости и воздержании.
– Лендер его наследник, не так ли? – спросил Карвер.
– Рекс надеется, что он сделает его своим наследником. Однако он не удивился бы, если бы все состояние старика было отказано благотворительному учреждению «неисцелимых богачей».
В это мгновение мимо ресторана промчало такси. В нем сидел Вальтерс – без шляпы, растрепанный, с взволнованным лицом. Глаза его растерянно блуждали по сторонам.
Растерянный вид Вальтерса обратил на себя внимание Тэба.
– Вы знаете этого человека? – быстро спросил сыщик.
– Да… Это Вальтерс – лакей Трэнсмира. – У него очень растерянный вид. Уж не случилось ли чего со стариком?
– Вальтерс, – повторил задумчиво сыщик, как бы что-то припоминая. – Мне знакомо лицо этого человека. – Да… Вспомнил! Ведь это Вальтер Феллинг…
– Кто? – быстро переспросил Тэб.
– Феллинг… – тотчас же ответил сыщик. – Десять лет назад он прошел через мои руки. С тех пор мне не раз приходилось встречаться с ним… Вальтерс, как вы его называете, закоренелый вор… Вы говорите, он служит у старика Трэнсмира? Это его специальность: он всегда поступает лакеем к богатым людям, а затем в доме пропадает серебро, драгоценности или деньги… Вы не заметили случайно номера автомобиля?
Тэб отрицательно покачал головой.
– Весь вопрос в том, – заметил Карвер, – что его побудило выехать из дому без шляпы: спешное ли поручение хозяина, или… Во всяком случае нас следует повидать Трэнсмира. Как вы думаете, взять нам такси или пойти пешком?
– Разумеется, пешком! – быстро сказал Тэб. – Настоящий сыщик никогда не должен показывать всем, что он спешит или что он встревожен, – с улыбкой прибавил молодой журналист.
– Тэб, я вижу, что из вас вышел бы отличный сыщик, – тоже с улыбкой ответил Карвер.
До дома Трэнсмира было около мили. Майфилд – жилище старика – был единственной безобразной постройкой среди зданий этой аллеи.
Дом был выстроен из простого красного кирпича и доходил на квадратный ящик. Перед ним посреди двора были разбиты три микроскопические клумбы.
– Нельзя сказать, чтобы эта конюшня была похожа на замок богача, – с улыбкой заметил Тэб, открывая железную калитку.
– Н-да, мне приходилось видеть и лучшие дома! – согласился сыщик. – Я только недоумеваю…
Он не окончил фразы: входная дверь с шумом распахнулась, и из нее буквально вылетел Рекс Лендер.
Лицо его было искажено от ужаса.
Он столкнулся со своим другом и с сыщиком посреди асфальтовой дорожки, ведущей к дому, открыл рот, чтобы что-то сказать, но не мог выговорить ни слова.
Тэб сочувственно положил руку ему на плечо.
– В чем дело, Рекс? – мягким голосом спросил он.
По взгляду Рекса он уже понял, что произошло что-то ужасное.
– Дядя… – пробормотал молодой человек. – Пойдите сами и посмотрите…
Карвер бросился в дом. Через открытую дверь он вбежал в столовую.
Комната была пуста. Около камина он заметил вторую дверь.
– Где же он? – спросил сыщик.
Рекс жестом указал ему на эту узкую дверь.
За дверью находилась каменная лестница, кончавшаяся узким коридором. Посреди коридора была еще вторая дверь, также незапертая.
Коридор был ярко освещен тремя электрическими лампочками, свисавшими с потолка.
В коридоре стоял едкий запах пороха.
– Вероятно, в конце коридора есть комната! – воскликнул Карвер. – Чьи это перчатки? – прибавил он, нагибаясь и поднимая с полу пару перчаток.
Он машинально положил их в карман.
Карвер обернулся к Рексу Лендеру. Молодой человек беспомощно сидел на ступеньке лестницы, закрыв лицо руками,
– Его не стоит и расспрашивать, – тихим голосом проговорил сыщик, обращаясь к Тэбу. – Но где же его дядя?
Тэб быстрыми шагами прошел по коридору и увидел с левой стороны узкую дверь, выкрашенную в черную краску и находившуюся в глубокой дверной нише.
Ручки не было. Виднелась лишь узкая замочная скважина. Вверху двери вделана была небольшая стальная дощечка с отверстием для вентиляции.
Тэб попробовал открыть дверь, но она не поддалась. Тогда он заглянул вовнутрь помещения через отверстие для вентиляции.
Он увидел сводчатую комнату футов десяти в длину и восьми в ширину. К стенам ее были прикреплены многочисленные стальные полки, на которых стояли черные железные ящики.
Комната была ярко освещена электрической лампочкой, свисавшей с потолка, и Тэб ясно видел все предметы.
В дальнем конце комнаты стоял простой деревянный стол. Около одной из ножек его виднелась скрюченная фигура старика Трэнсмира.
Лицо его было повернуто к двери. Он явно был мертв.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?