Текст книги "Иерархия"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ierarhiya-66610.jpg)
Автор книги: Эдуард Край
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
– Мы уже знакомы по СМС-общению. Добро пожаловать в «Иерархию»! Чтобы тебе стало ясно, кто мы, покажу на примерах. Вот камера внешнего наблюдения. Видишь, за тобой шел хвост. Но мы его направили в другую дверь, и он до сих пор тебя ищет в ночном клубе. Так мы незаметно управляем всем человечеством. Наш инструмент – идеи. У Артура – идея виртуальной маскировки, одна из самых могущественных, именно с ее помощью мы отвлекли твой хвост. Но есть идеи и посильнее. Например Кларк, с его идеей свободы. С другими идеями и с олицетворяющими их иерархами тебе предстоит познакомиться.
– А какую идею я буду представлять?
– У тебя будет совершенно особое место в нашей «Иерархии». Ты можешь синтетически компоновать разные идеи. Можно сказать, твоя идея – единство в истине. Это идея самого высшего уровня. Теоретически, Артур, и даже Кларк ниже тебя в «Иерархии». Ты тот, кто объединит и поведет человечество в новый мир. Но это только потенциально. Чтобы добиться этого на практике, придется попотеть!
– Но мне не нравится образ нового мира, который Вы обрисовали.
– Поэтому тебя и пригласили, чтобы ты объединил всех на основе истины.
– А какова Ваша идея – разъединение?
– Моя идея – информация, идеи как таковые, поэтому я руковожу «Иерархией». Да, моя идея предполагает разделение. Но без разделения не будет стремления к синтезу, добрые и злые идеи и их представители – как инь и ян, как черное и белое, без одного из нас картина мира будет неполной.
– То есть, по существу, я смогу быть всего на одном уровне ниже Вас?
– Потенциально да. Но до 2027 года, пока мир не перейдет в новую фазу, могущество информации только будет возрастать. Так что докажи свое право!
– Как же вы существовали до сих пор без меня?
– Видишь ли, в «Иерархии» идет постоянная борьба за первенство. Создаются разные союзы, которые определяют судьбы мира. Баланс сил до сих пор был таков, что единство, и тем более истина, никого не интересовали. Не интересовали именно людей, потому что баланс сил определяется сотношением доминирующих в человеческом обществе энергий. Так испокон веков устроен мир, в цикличном движении. До сих пор человечество находилось в цикле темных веков. Преобладал, и до сих пор преобладает эгоизм. Эта идея на втором месте после моей. Тебе предстоит с ней побороться за власть. Идея власти – на третьем месте по влиянию. И только потом идут Кларк, Артур. Как новичку, тебе будет сложно победить таких соперников. Так что для начала ознакомься с нашей энциклопедией тайных знаний. Как дух информации, я тебя ознакомлю со всем. Все-таки мы с тобой наиболее близки по духу. Я не зря перешел сейчас на такую терминологию. Главная тайна, которой мы владеем в «Иерархии» – это правда о том, как на самом деле управляется мир. Ты должен знать, что мы – всего лишь медиумы, транслирующие идеи высших духов, богов, как их называют люди!
Люди – это машины по призводству энергии для богов. Боги – это идеи, программы, оживляющие людей, или духи, так будет правильнее. Духи входят в людей и заставляют их производить действия, дающие духам энергию. Баланс энергий определяет направление событий в мире, и эволюцию мира в целом. Свобода человеческой воли – это всего лишь свобода тех духов, которые владеют конкретным человеком, и группами людей. Нации, религии, желания и другие объединяющие людей идеи – вот что реально управляет человечеством. Все это ты найдешь в «Энциклопедии тайных знаний». Все вопросы – к Кларку. Здесь он представляет идею Прудона, так звали самого видного теоретика свободы, с чьим духом он поддерживает контакт.
Возвращаясь к нашей общей цели, твоей и моей. Нас с тобой интересует сохранение человечества. В отличие от духа эгоизма, который, как ты мог видеть по его проявлениям в разных людях, готов ради своего блага пойти на все, ни считаясь ни с чем. Приближающийся Апокалипсис случится именно из-за того, что дух эгоизма бесконечно увеличивает свое влияние. Он постарется и тебя поработить. Сыграй с ним в игру власти и победи его. Держи, вот подсказки, как это сделать.
Энциклопедия тайных знаний
Из «Справочника агента спецслужб»:
Глава «Как занять лидирующее положение»:
Чтобы стать лидером, надо всегда играть белыми фигурами, то есть атаковать первым, проявлять инициативу, чтобы быть на шаг впереди всех, и заставить их занять оборонительную, зависимую от вас позицию. Для этого надо выдвинуть некую операционную идею, чтобы окружающие выразили свое отношение к ней, а тем самым и к вам. Таким образом, согласно принципу «разделяй и властвуй», будет проведена демаркационная линия между членами вашей группы поддержки, в которой вы автоматически занимаете положение лидера, и противником, который своим существованием включает процессуальные механизмы консолидации группы, для защиты от внешней агрессии. От того, как вы себя поставите вначале, зависит ваш имидж в дальнейшем. Главным элементом формирования образа лидера является круг ближайших сторонников, заинтересованных в том, чтобы представлять окружающим социальное доказательство вашей исключительности. Для укрепления имиджа лидера необходимо уверенным тоном и действиями инициировать новых членов группы. При инициации новых членов их надо всячески унижать. Чем жестче будут испытания, тем больше новый член будет ценить группу. Давайте им целевые установки и заражайте своей верой в успех. Что толпе сказать три раза, то она принимает за истину. Никогда не поправляйте себя и не проявляйте неуверенность, даже если сказали явную глупость. Свои ошибки используйте для укрепления уверенности членов группы в непостижимом превосходстве вашей логики, которая якобы просчитывает действия на много ходов вперед, и потери подавайте как жертвы фигур в шахматах, для выигрыша стратегической позиции. Тех, кто посмеет высказать сомнения, жестоко наказывайте. Наказания и поощрения – главные двигатели оформления вашего лидерства в группе. При этом, если поощрения должны быть заслуженными, вызывающими здоровую зависть у остальных, то наказания должны быть непредсказуемыми, чтобы держать группу в напряжении. При отсутствии явного повода для наказания, можно предположить наличие сомнений в одном из членов группы, и отчитать его при всех, а если он посмеет защищаться, категорическим тоном унизит и втоптать в грязь. Членам группы необходимо постоянное подтверждение превосходства лидера, чтобы отождествляться с ним внутренне, компенсируя тем самым внешнюю подчиненность. В любом сообществе существует иерархия, на вершине которой – лучший из всех. Но если в мире животных необходимо явное физическое превосходство, то людей можно превосходить хитростью, жестокостью и другими неявными качествами.
Чтобы возвыситься, надо использовать приемы принижения статуса окружающих: указывать на недостатки, неполноценность оппонента, дискредитирующие его позицию – это моральное унижение; сталкивать с более сильными членами группы – это физическое унижение; задавать вопросы, ответы на которые известны только вам – это интеллектуальное унижение. При этом надо ссылаться на мнение авторитетного для них великого человека, интерпретируя его высказывания (их можно сфабриковать) в нужном ключе. Высшее мастерство – поставить оппонента на место взглядом. Для этого нужно представлять себе, что вы подвергаете его страшным пыткам. А для полного исключения внутренних разногласий в группе, необходимо перевести их агрессию на внешнего врага, который должен чем-то отличаться от членов группы, чтобы вызвать у них естественную реакцию ярости по отношению к чужакам. Наличие внешнего врага позволяет искоренять внутреннюю оппозицию самыми решительными методами.
Главный стимул любой социальной деятельности – получение преимуществ. Люди признают лидером того, кто укажет, за счет кого можно получать преимущества, и даст программу действий, опирающуюся на авторитет. Люди также нуждаются в оправдании своих эгоистических мотивов. Скажите группе, что их действия всего лишь восстанавливают высшую справедливость, традиции предков – и они сделают все, что вы прикажете, потому что будут считать вас посланником небес.
НЛП – нейро-лингвистическое программирование, новая методика скрытого гипноза, позволяющая незаметно для субъекта производить косвенные суггестивные внушения, без погружения в гипнотический сон. Отдельные элементы НЛП используются в рекламе, религиозной и политической пропаганде.
Суть метода заключается в депотенциализации сознания и прямом обращении к Подсознанию. Существуют следующие приемы НЛП:
Диссоциация – демонстрация субъекту недостаточности его сознания и логики;
Аналогия – актуализация архетипов (сказки, метафоры, сравнения, истории);
Замешательство – перегрузка сознания стрессовыми факторами (информацией);
Регрессия – переведение фокуса внимания на более ранние воспоминания;
Сдвиг системы отсчета – переведение внимания на ложные позиции реагирования;
Импликация – скрытые в сложных предложениях внушения, маскирующиеся под безусловные психофизиологические реакции, обычно в форме трюизма;
Рефрейминг – придание определенному стимулу дополнительного смысла;
Контекстуальное внушение – использование фраз, как отдельных внушений, запрятанных внутри более широких контекстов цельного предложения.
«Мы, боги». Напутствие новичку «Иерархии»
Немного теории о устройстве человека. Мир – это игра Бога с самим собой во множестве различных форм. Проходя через призму конкретной формы, божественное сознание теряет связь с источником (в том числе и память о своем происхождении) и становится греховным отклонением – голодным духом. По принципу подобия, такое сознание притягивается в ту ситуацию, которая ей наиболее подходит. Так из нескольких духов составляется душа человека, представляющего собой поле битвы духов за человеческую энерги.
Все люди созданы равными – это означает, что у всех людей общее сознание Бога. Состояние духа в момент смерти определяет форму, принимаемую при следующем существовании. Но как добродетель может в самую последнюю минуту пустить свои ростки в душе того, кто всю жизнь отдавал себя злу? Получается, что добродетель приходит из собранных или накопленных в ходе предыдущих жизней добрых тенденций, доступ к которым открывается в момент смерти человека, проведшего все свое существование в ошибке.
Излучение света в этом мире должно происходить по ступеням. Есть вечное различие между эзотерическим и экзотерическим; оно охраняет возможность высшей творческой духовной жизни для избранной части человечества, для подлинной его аристократии. Не может быть мгновенно допущена к высшему свету вся необъятная хаотическая тьма человеческой массы. Человеческая масса выводится из царства тьмы, из плена у хаоса по ступеням, в процессе воспитания. Иерархические преграды для разлива хаотической тьмы, для мгновенного торжества количественной массы спасают источники света, охраняют светильники, защищают светоносный дух от растерзания его душевным хаосом низших демонов непросветленной природы.
Насильственное требование уравнения, исходящее из низов хаотической тьмы, есть посягательство на разрушение космического иерархического строя, образовавшегося творческим рождением света во тьме, посягательство на разрушение и самой личности человеческой, как иерархической ступени, как рожденной в неравенстве. Пафос равенства есть зависть к чужому бытию, неспособность к повышению собственного бытия вне взгляда на соседа.
Один может лучше выразить волю и этот дух, чем всё человеческое количество. На этом основано значение великих людей в исторической жизни народов, вождей, царей. Народ не есть человеческое количество, человеческая масса. Вот что забыли вы в демократический век. В ваших демократиях господствует человеческое количество, и вы думаете, что за ним стоит народ. Но это есть великая ваша ложь, которая должна быть изобличена. Человеческое количество есть пыль, носимая волей ветра. И воля этого человеческого количества не может быть волей народа. Воля эта не может быть случайной суммой, колеблющейся от всякого дуновения.
Кристалл человечества воплощает план Бога по эволюции низших духов в высшие формы, для формирования управляющей иерархтт. Духи – как зародыш кристалла, включают в свою кристаллическую решётку новые слои из душ работающих во имя высшей идеи людей. На Земле есть сила, создающая свои орудия из людей, подвергшихся наибольшему давлению. Их дух сломился и покорился этой силе. Эта сила – как силовые линии, создающие кристаллы.
Сатана – это всего лишь гордый дух, восстанавливающий свободу и справедливость. Его представляют, как чистое зло. На самом деле Сатана – это воля к власти и возвышению. Все живое к этому стремится. Когда овцы поедают траву, они делают благо для неё, так как переводят на более высокую ступень по эволюционной лестнице. Так же хищники дают возможность клеткам своих жертв возвыситься. Так и духи, питаясь мыслями людей – возвышают их в вечность.
Будда и Христос начали с того, что удалились в пустыню, чтобы обрести одиночество, в котором ты сейчас пребываешь, но не остались там навсегда. Они вернулись – вернулись, чтобы попытаться хоть что-то сделать для остальных людей. Может, из этого ничего и не вышло. Но, по крайней мере, они породили высших духов. Именно этим тебе и предстоит заниматься в «Иерархии».
1 февраля 2008
Дневник Данте.
Теория о управляющих нами идеях-духах, которую мне раскрыли в корпорации «Иерархия», не могла подготовить меня к реальному ощущению ее на практике.
Количество людей на этой планете огромно, но все же конечно. Количество же комбинаций духов (душ) внутри людей бесконечно. Следовательно, я один куда многочисленнее, чем вся человеческая раса. Теперь я понял, что всю жизнь в самой глубине души боялся одного – добиться успеха, получить то, чего, как мне казалось, я больше всего хочу. Мне всегда казалось, что окружающие настроены против меня или что я попросту неудачник, но главным своим врагом был я сам. Всю жизнь, когда бы я ни пытался добиться чего-то, дорогу мне заступала демоническая фигура и приказывала остановиться – все тот же безжалостный призрак с моим собственным лицом.
Я смог освободиться от всех этих демонов, тянущих меня в ад собственных мыслей. Мое второе рождение – соединение с идеей свободы, в лице Кларка, и с другими духами, произошло при первом же эксперименте в «Бассейне вечности». Эта установка отсекает все внешние ощущения, и человеку ничто не мешает соприкоснуться с Богом внутри себя. Самым эффективным способом сенсорной изоляции является бассейн, в котором человек плавает в воде, подогретой до температуры крови, в полной темноте и тишине. Когда вы наденете этот шлем и погрузитесь в бассейн, то не будете ничего слышать, видеть, осязать или обонять и, благодаря препарату, который мы вам ввели, перестанете ощущать даже собственное тело. Ни боли, ни движений, ни изменения физического состояния. Ничего. Своего рода маленькая смерть, что по французски переводится как оргазм. В этой общности смерти и оргазма, жажды жизни и тяги к смерти, заложена фундаментальное единство противоположностей: из оргазма, который есть смерть, рождается жизнь. Именно поэтому с сексом, который направлен на благо, связано чувство вины – это удовлетворяет таящуюся в наших душах глубокую и фундаментальную потребность в наказани. Но, кроме того, мы испытываем еще более глубокую нужду кое в чем ином. В уходе в небытие. Понимаете, все люди, правда, каждый по-своему, хотят лишь одного – перестать быть. Всем хочется потерять себя.
Особенно при виде того, какими низкими люди могут быть. Людям свойственно стремиться к благородству, пусть во многом и инстинктивно. Большинству из нас достаточно образцов поведения. Если благородные ведут себя сообразно своему положению, то большинство просто следует их примеру, получая удовлетворение от того, что поступают так, как должно поступать истинному человеку. Однако, увидев перед собой дурной пример, это большинство может повести себя низко.
Другие, таких гораздо меньше, способны создать и воспитать в себе истинное благородство, стержень, который может стать опорой для других людей.
Тоталитарная демократия – самая критикуемая изнутри и благодаря этому самая жизнеспособная форма социальной организации. Постмодернистское общество приемлет критику и нуждается в ней как в средстве этико-психологической стимуляции и идеологического развлечения. «Истина этого общества – не что иное, как отрицание этого общества» (как сказал Ги Дебор). Система не отвечает на раздражающее воздействие противодействием, она ему «поддаётся», как бы смягчая удар (либо упреждая его), и эта специфическая реакция, которая никогда не бывает чётко выраженной и определённой, оказывается лучшей формой защиты. И поскольку деятельность даже наиболее радикально настроенных и непримиримых критиков в тоталитарно-демократическом обществе не ведёт ни к каким революционным последствиям и не представляет для этого общества никакой угрозы (а скорее наоборот), критиков в таком обществе не преследуют (как происходит в недемократических авторитарных обществах), а всячески опекают и поощряют. Власть заинтересована в том, чтобы критика звучала как можно чаще, чтобы она с каждым разом становилась всё более тривиальной, будничной и узнаваемой, – и чтобы в конце концов люди, привыкая к ней, переставали её замечать. Самый действенный механизм обретения власти – техники молчания. Это – «тихая», более или менее подсознательная коммуникация среди посвященных посредством умолчания.
Напротив, чтобы предотвратить возможность зарождения собственных групп элиты в массе управляемых, ее нужно полностью лишить тишины. Так на современном Западе возникло явление, которое получило название «демократия шума». Создано такое звуковое сопровождение, что средний человек практически не имеет достаточных промежутков тишины, чтобы сосредоточиться и додумать до конца связную мысль. Это – важное условие его беззащитности против манипуляции сознанием. Для целей манипуляции одинаково важны как приемы привлечения и удержания внимания на убеждающем сообщении (захват аудитории), так и отвлечения внимания от некоторых сторон реальности или некоторых частей сообщения – всегда предпочтительнее не лгать, а добиться, чтобы человек не заметил «ненужной» правды.
Исследования, проведенные в США, показали, что сообщение, направленное против какого-то мнения или установки, оказывается более эффективным, если в момент передачи отвлечь внимание получателя от содержания сообщения. В этом случае затрудняется осмысление информации получателем и выработка контрдоводов – основа его сопротивлению внушению. В серии экспериментов давалась информация группам студентов. В аудитории показывали два фильма, в обоих сообщалось, что студенческие братства вредны. В первом случае показывали самого оратора, который произносил речь, а во втором фильме – речь давалась на фоне видеоряда, не имеющего ничего общего с сообщением. Опросы показали, что во втором случае при отвлекающем воздействии, внушаемость была выше.
Исключительно сильным отвлекающим действием обладают уникальные события – беспрецедентные и неповторимые. По отношению к ним у человека возникает «двойное внимание». Под прикрытием такой сенсации политики стремятся провернуть все темные дела.
Все это, и много другое, я узнал из мемуаров, которые мне дали прочитать.
Из материалов, надиктованных медиумами «Иерархии».
Из мемуаров Кларка, воплощенного духа теоретика свободы Прудона.
Стремление к власти – неотъемлемое свойство, общечеловеческое влечение, приобретающее в конкретном жизненном контексте и неблагоприятное направление. На наш взгляд, таким влечением является стремление к превосходству, которое следует признать фундаментальной мотивационной силой, определяющей разнообразные поведенческие эффекты.
Биологические предпосылки стремления к превосходству раскрыл еще Дарвин в учении о половом отборе, согласно которому больший шанс оставить потомство имеют особи, более привлекательные (ярче оперение, звучнее голос), чем их соперники. Продуктивная идея этого учения состоит в утверждении, что в процессе эволюции действуете тенденция, благодаря которой живые организмы приобретают качества и свойства, не только представляющие прямую утилитарную ценность и служащие непосредственно борьбе за существование, а «бесполезные» и в некотором смысле даже вредные (скажем, яркое оперение, обеспечивающие большую сексуальную привлекательность, явно противоречит требованию мимикрии).
Следовательно, уже на более ранних стадиях эволюции господствуют такие мотивы поведения, которые нельзя полностью свести к стремлениям удовлетворить потребности, связанные с обеспечением индивидуального и даже видового выживания; они выражают тенденции особого порядка – иметь перевес (преимущества) перед особями своего вида.
Широко распространенная односторонняя трактовка теории Дарвина с акцентом на выживание более приспособленных к условиям существования заслонила не менее существенную тенденцию – стремление к превосходству, привнесенное в человеческую природу не какими-то неблагоприятными социальными факторами, а имеющую глубокие биологические корни.
В создававшихся веками художественных произведениях многих народов получили отражение различные аспекты стремления к превосходству – властолюбие, карьеризм, тщеславие, зазнайство, высокомерие, гордыня и т. п. В психологической литературе впервые наиболее широко рассмотрел стремление к превосходству Альфред Адлер, примыкавший некоторое время к психоаналитическому направлению, однако впоследствии порвавший с Фрейдом и образовавший собственную школу – так называемую индивидуальную психологию. Адлер прямо утверждает: «Мы сможем лучше всего понять всевозможные душевные движения, если мы признаем в качестве всеобщей предпосылки, что они подчиняются одной цели – достижению превосходства». Последнее же можно усмотреть в желании творца и работника оказаться первым в своем деле, в деспотизме главы семьи, в возвеличивании своих свершений и даже своих страданий, в экстазе, в претензиях детей на первенство.
Остановимся вначале на точке зрения Мюррея, который еще в 1938 г. дал следующее определение мотива власти, назвав этот мотив потребностью в доминировании. В чем он проявляется?
Желания и эффекты. Контролировать свое социальное окружение. Посредством совета, обольщения, убеждения или приказания воздействовать на поведение других людей и направлять его. Отговаривать, сдерживать и запрещать. Побуждать других поступать в соответствии со своими потребностями и чувствами, добиваться их сотрудничества. Убеждать других в своей правоте…
Действия (общие). Влиять, склонять, вести, убеждать, уговаривать, направлять, регулировать, организовывать, руководить, управлять, надзирать. Подчинять, править, властвовать, попирать, диктовать условия. Судить, устанавливать законы, вводить нормы, составлять правила поведения, принимать решения, разрешать конфликты. Запрещать, ограничивать, оказывать сопротивление, отговаривать, наказывать, лишать свободы, заключать в тюрьму. Очаровывать, покорять, заставлять других прислушиваться к себе, приобретать подражателей и последователей, устанавливать моду…».
Может ли быть свободен человек, живущий среди себе подобных и вынужденный конкурировать с ними за собственность и власть?
Власть – это механизм контроля собственности. Процессы, связанные с генезисом новой формулы власти и государственности применительно к веку нынешнему, имеют характер неоднозначный и уж, конечно, не одномерный: инновационная неосоциализация, возникающая на глазах, носит, характер комплексный. ХХ век – время транзита и столетие социальных революций. Мир в определенном смысле был «глобализирован» уже в конце позапрошлого века. Правда, это была несколько иная, «зональная» глобализация, осуществленная в соответствии с принципом «эффективного управления». Однако ускорение взаимодействия сообществ, взаимопроникновения культур, ускорение социальной динамики (хотя бы в форме «революции масс» в начале века и «революции элит» в его конце) – было и тогда налицо.
Тут мы подходим к сути того, что я хочу сказать. Бытие определяет сознание, в этом Маркс был прав. Но эта формула имеет две стороны, можно констатировать и так: сознание определяет бытие. Я хочу проследить, как именно это происходит, и какое сознание определяет собственность, которая изменила свою суть, в постиндустриальном информационном обществе.
Традиционный человек по большому счету был реалистом, а не утопистом: он знал свое место и считался с имеющимися ограничениями. Он не верил в рай на земле и не брал напрокат чужие нормы и оценки. Именно в этих двух пунктах современный человек сбивается с реалистического пути. С одной стороны, все современные идеологии обещают рай на земле и, следовательно, дезориентируют людей. С другой стороны, современное поведение является имитационным. Существуют авангардные (референтные) группы, в глазах всех остальных воплощающие настоящую современность, и перед лицом этих групп остальные испытывают комплекс неполноценности. Они лезут из кожи вон, чтобы походить на престижные группы, заимствуют их вкусы и оценки, третируют свою собственную среду, меряя ее чужим эталоном. Деревня копирует город, провинция – столицу, представители массовых «непрестижных» профессий – тех, кто воплощает престижность. В этом проявляется ментальная и поведенческая неуверенность нашего современника: он ведет себя как имитатор, демонстрирующий себе и другим именно те черты, которые не являются его собственными. На этом основываются манипулятивные практики современной рекламы и пропаганды: они одновременно и внушают нам комплекс неполноценности, и обещают избавить от него в момент приобретения престижной покупки или следования престижному эталону.
Обескураживающая правда современного мира состоит в том, что сегодня на глобальном уровне именно Запад выступает как референтная группа, которую вынуждена копировать «мировая провинция». И если нераздельность фактической и референтной принадлежности считать характеристикой традиционного общества, то в этом отношении именно западные страны воплощают традиционный тип. В той мере, в какой Запад живет самим собой, никого не имитируя и не копируя, не «подтягиваясь до эталона», он живет традиционно. Все остальные, над которыми тяготеет разорванность фактического и «современного» (эталонного), должны быть отнесены к современному неврастеническому типу, страдающему кризисом идентичности. Именно здесь – источник глубочайших парадоксов современности, связанных с добровольной зависимостью, добровольной эксплуатацией, добровольной капитуляцией. С этой точки зрения и сам Запад поражен расколом: в нем выделилась авангардная часть, воплощающая саму современность и чувствующая в ней себя как дома, и ведомая часть, уделом которой являются демонстрационно-имитационные формы поведения.
Последние триста лет мы (европейцы, включая русских, и американцы) жили в мире, где власть и собственность постепенно обособлялись друг от друга – содержательно и институционально («закон Лэйна»). Однако эти три, пусть даже четыре «североатлантических» века в истории человечества – краткий, особый и нетипичный момент, который подходит к концу. Это только в капиталистическом обществе, точнее, в буржуазном обществе ядра капсистемы власть и собственность обособлены. Этого обособления не было в азиатских обществах, где власть и собственность слиты в недифференцированное целое, которое, строго говоря, не является ни властью, ни собственностью; в лучшем случае.
В античном обществе собственность растворена в социальности полиса. Только в западноевропейском феодализме, в его эволюции намечается разделение власти и собственности, векторов их развития. Если принципом раннего феодализма был «Nulledeigneursanshomme» («Нет сеньора без человека», т. е. зависимого от него человека), то принцип зрелого и позднего феодализма был иным: «Nulleterresansseigneur» («Нет земли без сеньора»). Западная система со всей очевидностью сдвигалась в сторону отделения власти от собственности и приобретения последней доминирующих роли и значения. При капитализме эта тенденция восторжествовала полностью, породив такие феномены как «государство» (state), гражданское общество, политика и рынок – системой этих элементов и является капитализм.
Однако ни эта система, ни взаимообособление власти и собственности не являются ни нормой, ни чем-то данным навечно. Одна из характерных черт корпорации-государства – заключается в том, что оно принципиально и систематически стирает, устраняет границу между властью и собственностью (в равной степени оно стремится стереть или максимально истончить грань между монополией и рынком, политикой и экономикой, государством и гражданским обществом, и это понятно: корпорации-государству как рыночному монополисту или рынку-монополии в одном «лице» не нужны гражданское общество и политика, место последней занимает комбинация административной системы и шоу-бизнеса).
Определенные черты грядущего «государства-корпорации» мы можем увидеть в номенклатурной («азиатской») составляющей строя, шедшего со стороны «Востока» на смену господству третьего сословия. Применительно к исторической практике это не только опыт коммунистического государства, но также теория и опыт построения корпоративного государства в Италии или, заметно иначе, – в Германии. Собственник сам становился объектом и либо изымался из оборота, либо над его собственностью появлялась тень другого владельца – представителя той или иной номенклатурной или управленческой структуры – владельца всего комплекса «системы собственности», как минимум, фактического совладельца ее прежних объектов.
В настоящее время сформирован класс новых, виртуальных форм собственности. Биржевая торговля приносит больше прибыли, чем товарная! Но самое интересное происходит на внебиржевом рынке, где напрямую – без посредников или с участием ограниченного круга дилеров – заключаются контракты, нередко индивидуально «скроенные» под специфические нужды участников. Исчерпывающей статистики по данному рынку нет, но понятно, что это наиболее быстрорастущий рынок, зато без четко выработанной системы стандартов и контроля. Этот рынок – поле творчества, появления всевозможных финансовых инноваций и технологий. Основными творцами на нем выступают крупнейшие банки и финансовые институты Великобритании (42 % всех сделок) и США (25 %). Главной составлящей внебиржевого рынка являются свопы. Самые популярные из них – контракты на учетные ставки (76 %) и на курсы валют (11,5 %). На акции приходится лишь 1,9 %, а на сырьевые товары – всего 0,6 %.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?