Читать книгу "Институтка. Уроки любви"

Глава 14. Амадин Гросс

Рю Сен-Мартен располагалась в другом конце города, вдали от аристократических кварталов. Населенная добропорядочными буржуа, она неуловимо напомнила Амадин Кнайтхофф: невысокие дома с красными черепичными крышами, жители, одетые добротно, но без шика, присущего аристократам и содержанкам, дети, играющие в небольшом парке под присмотром нянь.

– Приехали, – извозчик остановил экипаж у двухэтажного желтого дома, над дверью которого висела вывеска “Достойная вдова". Полосатые шторы на окнах просто вопили о благопристойности заведения.

Амадин легко выпорхнула из коляски и, не дожидаясь, пока ее чемоданы сгрузят около крыльца, вошла внутрь.

Над головой звякнул колокольчик, на стенах мелькнули охранные руны. Плетения были примитивные и могли отпугнуть лишь мелких воришек. Впрочем, Амадин это только порадовало – значит, никаких серьезных происшествий в пансионе не случалось.

Стойки администратора не было, вместо нее на стене висела табличка с номерами, под некоторыми мелом были написаны цифры – стоимость свободной комнаты.

Невысокая полная женщина выплыла из-за лестницы, ведущей на второй этаж. Судя по тому, что она была одета в темное платье с белоснежным воротником, это и была хозяйка пансиона, достойная вдова. Окинув суровым взглядом наряд Амадин, она нахмурилась:

– Чем могу помочь?

– Жако сказал, у вас есть свободные номера, – начала девушка и на всякий случай уточнила. – Это ваш племянник…

При упоминании имени улыбка промелькнула на губах женщины.

– Что ж, раз Жако, – протянула она и подошла к табличке. – Так, пятый недостаточно светлый… в седьмом постоянно выключается кран…а вот девятый вполне подойдет. Десять тайлеров в месяц, горячая вода входит в стоимость, но уголь оплачиваете сами.

– Прекрасно! – искренне обрадовалась девушка. В Метрополе цена номера на сутки составляла ровно половину названной суммы.

– И учтите, у нас приличное заведение, – предупредила вдова.

– Разумеется, – спохватилась девушка. – Позвольте представиться, Амадин Гросс.

Повинуясь интуиции, она не стала упоминать свое ученое звание, нехорошие слухи всегда окружали адепток Академии Магии, а последний год и вовсе оказался очень скандальным.

– Я приехала из Кнайтхоффа, – добавила она.

– Милый город.

– Да, спокойный и тихий.

– И экстравагантный, – вдова многозначительно взглянула на платье девушки.

– Это творение Николь Эш, – выполняя договоренности, Амадин не стала скрывать имя модистки.

– О? – протянула хозяйка пансиона, смутившись. – Неужели?

– Да. Последний писк моды, – Амадин улыбнулась. Вдова, напротив, снова стала суровой:

– Николь Эш обслуживает аристократов и…

– Госпожа Эш честным трудом зарабатывает на жизнь сама, так же, как и вы или я, – парировала девушка.

Странно, но именно эти слова произвели нужное впечатление:

– Действительно. Что ж, мадам Гросс…

– Мадемуазель, – поправила ее Амадин.

– Простите, – кивнула вдова. – Что ж, если вас все устраивает… Ваш номер на втором этаже. Разумеется, не такой роскошный, как в Метрополе, но, уверяю, он весьма комфортный, и, что главное, его окна выходят во двор, и ваш сон никто не побеспокоит.

Она сняла с пояса связку ключей, отцепила один и протянула Амадин.

– Благодарю вас, – девушке составило большого труда не улыбнуться намеку, что в окно со двора к ней вряд ли сможет залезть любовник. – Моя горничная на крыльце с вещами…

– Я немедленно распоряжусь, чтобы их занесли, – уверила ее вдова. – Повторюсь, что у нас приличное заведение. Надеюсь, вы не переступите грань благоразумия.

– Разумеется, – уверила ее Амадин.

Рассчитавшись за месяц вперед, она направилась в номер.

Сами комнаты оказались очень простые, но уютные: крашеные стены, ажурные занавески на окнах, добротная мебель, небольшая ванная комната со всем необходимым.

Невольно вновь вспомнилась другая ванная… в особняке на рю де Флери… и обнаженный мужчина, стоящий около огромной мраморной чаши. Видение было настолько ярким, что щеки полыхнули жаром. Амадин скрипнула зубами: сколько можно вспоминать о том, что давно закончилось? Наверное, Мартина права, и ей стоит завести любовника.

Чтобы прийти в себя, Амадин побрызгала лицо холодной водой и вернулась в комнату. Герда уже развешивала платья в шкафу

– Какие еще будут указания, мадемуазель? – поинтересовалась горничная, покончив с одним и приступая ко второму саквояжу.

– Пока не знаю.

Амадин достала из сумки ежедневник и на всякий случай сверилась с записями:

– Ой, а ведь меня позвали в гости.

– Вот как? Кто?

– Тристан л’Эрме… вернее, его жена, Полетт. Да, точно, они сегодня устраивают дружеский ужин, – за всеми событиями последних дней она и позабыла про недавнее приглашение. Теперь отказаться и не пойти было бы невежливо.

– Мне приготовить вечернее платье?

– Пожалуй… – Амадин бросила нерешительный взгляд на чемодан с нарядами, гадая, какой наряд лучше надеть.

– Может быть, это?

Герда совершенно верно истолковала задумчивый взгляд хозяйки. Она извлекла из недр шкафа платье из золотисто-зеленого шелка, расшитое бисером, с драпировками на груди.

– Герда, ты просто чудо!

– Я подготовлю его, – горничная расплылась в улыбке и ушла узнавать, где можно раздобыть утюг. Оставшись одна, Амадин еще раз осмотрелась, а потом достала из чемодана свои записи и принялась разбирать их. За этим занятием она просидела до вечера, пока, наконец, Герда не окликнула ее:

– Мадемуазель, пора собираться.

– Что? Да, верно…

С сожалением бросив взгляд на бумаги, девушка встала и послушно направилась к зеркалу.

Часом позже она, накинув бархатный плащ, спускалась по лестнице. Коляска, заранее нанятая предусмотрительной Гердой, уже ждала у крыльца. Амадин не потребовалось даже называть адрес, извозчик прекрасно знал, куда везти пассажирку, и вскоре она поднималась на крыльцо дома Тристана л’Эрме.

Она потянулась к шнурку звонка, и в эту минуту из приоткрытых окон раздался мужской смех. Девушка замерла, вспомнив свой визит год назад. Тогда в числе приглашенных был и Рейнард, что, если сейчас она столкнется с ним?

Амадин прикусила губу. Одна мысль о встрече выбивала из колеи и заставляла сердце биться сильнее. С другой стороны, они уже виделись, и им все равно придется встречаться. Каким бы большим ни был Сен-Кантен, вряд ли ей удастся избегать Великого инквизитора долго. Так пусть лучше это произойдет сейчас, когда она готова столкнуться лицом к лицу с надменным герцогом. С этими мыслями Амадин решительно дернула шнурок.

Дверь распахнулась незамедлительно. Девушка вошла, скинула плащ на руки одному лакею и последовала за другим к дверям, из-за которых все еще доносился смех.

В гостиной находилось пятеро: сам хозяин, его жена и трое гостей. Рейнарда среди них не было.

Амадин почувствовала разочарование, неожиданно смешанное с обидой. В конце концов, она так готовилась, а в итоге?

– Амадин! – Полетт встала и радостно устремилась к гостье. – Ты? Какими судьбами?

– Твой муж пригласил меня, – она изумленно моргнула. – Ты разве не знала?

– Я хотел сделать сюрприз, к тому же не был уверен, что вы придете. – Тристан склонился над протянутой рукой. – Мадемуазель Гросс, вы прекрасно выглядите. Позвольте представить вам моих друзей: мсье Дюбран, редактор газеты «Вестник Сен-Кантена», мсье Лука де Гранден, известный повеса, и…

Третий гость повернулся к двери, и Амадин вскрикнула, узнав своего недавнего спасителя:

– Вы?!

– Рад новой встрече, – он улыбнулся и склонился над ее рукой. – Позвольте представиться самому – Себастьян дю Морталь.

– Вы знакомы? – изумилась Полетт.

– Мсье дю Морталь недавно… – начала Амадин, но мужчина сразу перебил ее.

– Оказал пустяковую услугу. Не стоит даже вспоминать об этом, – отмахнулся он.

– Что ж, если все в сборе, думаю, пора подавать ужин, – Полетт позвонила в колокольчик, давая слугам сигнал.

Двери в столовую распахнулись.

– Вы позволите? – Тристан согнул руку, предлагая Амадин на неё опереться, что она с удовольствием и сделала. Дю Морталь повёл Полетт, двое других замыкали шествие.

Амадин не помнила, когда в последний раз она так весело проводила время. Нет, иногда они с Мартиной выбирались куда-нибудь в ресторацию или театр, но в основном вдвоём, реже – с кем-нибудь из знакомых Мартины, и то Амадин чувствовала себя неуютно и предпочитала как можно быстрее оказаться дома.

Случайно или умышленно, но именно Себастьян дю Морталь оказался справа от Амадин. Признаться, девушка даже обрадовалась такому соседству: недавний спаситель казался ей ненавязчивым и прекрасно воспитанным. Сидя за столом, он уделял ей внимания ровно столько, сколько требовал этикет, и если это смешивалось с личной симпатией, то почти незаметно.

К середине вечера Амадин поймала себя на том, что ей еще никогда ни с кем не было так легко. Даже с Рейнардом, вернее, особенно с Рейнардом, отношения с которым были отягощены контрактом и векселем на триста золотых, которым Амадин оплатила учебу.

Дю Морталь интересовался ей совершенно искренне, и Амадин действительно наслаждалась вечером, о чем она не преминула заметить Полетт, когда дамы, согласно традиции, перешли в гостиную.

– Да, конечно, – отозвалась подруга.

Показалось, что она не рада гостям и мечтает от них избавиться побыстрее.

– У тебя что-то случилось? – поинтересовалась Амадин, хотя этикет предписывал не замечать подобные вещи.

Полетт вздрогнула:

– С чего ты взяла?

– Не знаю. Ты просто сама не своя.

Легкая улыбка была ей ответом, правда, она не задела глаз.

– Я устала, – подруга прикоснулась пальцами к вискам. – Сезон весьма утомителен, и я решила…

Что решила Полетт, узнать не удалось, раздалось хлопанье дверей, громкий смех, и мужчины вошли в гостиную.

– Дорогая, господин дю Морталь приглашает нас всех завтра в театр! – провозгласил Тристан. Его глаза подозрительно блестели, а лицо раскраснелось от выпитого портвейна.

– Вот как?

Амадин отметила, что голос подруги был ледяным.

– Да, у него снята ложа на весь сезон. Мадемуазель Гросс, приглашение распространяется и на вас!

– Магистр, – машинально поправила Амадин.

– Прошу прощения?

– Мадемуазель Гросс – магистр, тупица! – негромко подсказал дю Морталь и повернулся к Амадин. – Почту за честь, если вы придете.

– Я… я не знаю, – девушка немного растерялась.

– Соглашайтесь, иначе вечер потеряет свое очарование, – он улыбнулся.

– Мне кажется, или вы флиртуете со мной?

– Немного. Но в любом случае я буду рад, если вы примете мое приглашение, хоть я и не местный, но знаю нескольких людей, которым интересны различные магические разработки. Могу познакомить вас с ними.

– Зачем это мне? – насторожилась девушка.

Дю Морталь пожал плечами:

– Связи всегда полезны.

Амадин не оставалось ничего другого, как согласиться и пообещать прийти.

Остаток вечера прошел за ничего не значащими разговорами, в которых девушка почти не принимала участия: все они касались знакомых Тристана. Сплетни, скандалы, пустые фразы… Амадин заскучала и украдкой следила за часами, отсчитывая время, когда можно будет попрощаться с хозяевами.

– Ждете не дождетесь, когда покинете нас? – дю Морталь снова оказался рядом.

– Это так заметно?

– Не всем. Признаться, меня тоже утомили сплетни, к тому же они касаются тех, кого я едва знаю.

– Да, я заметила ваш акцент. Вы из Аллемандии?

– Южной ее части. Вы всегда так прямолинейны?

– Почти, – девушка грустно улыбнулась, понимая, что снова допустила ошибку в светском разговоре. – Видите ли, в отличие от остальных, я не могу похвастаться происхождением…

– Зато вы обладаете ученой степенью. Мне кажется, это ценнее, – дю Морталь улыбнулся и повернулся к хозяину дома. – Тристан, прости, но нам пора.

– Нам?

– Я пообещал проводить мадемуазель Гросс до отеля.

– Но… – запротестовала было девушка, ее руку сразу же сжали.

– Молчите, иначе мы никогда не уйдем отсюда, – еле слышно произнес дю Морталь. Она прикусила губу, скрывая улыбку. Это не укрылось от Полетт.

– О, как прекрасно! – воскликнула та. – Тристан, я уже начала беспокоиться, как Амадин доберется до отеля. Господин дю Морталь, вы рыцарь в сияющих доспехах!

– Скорее, дракон, похищающий красавицу, – беззаботно отозвался он.

Полетт наигранно рассмеялась и обняла подругу. Это послужило знаком остальным. Тепло распрощавшись, Амадин в сопровождении компаньона покинула гостеприимный дом л’Эрме.

– Я думала, что останусь здесь на ночь, – с благодарностью произнесла девушка, опираясь на предложенную руку.

– Да, при всех своих достоинствах радушного хозяина Тристан бывает навязчив, – отозвался ее спутник, подстраиваясь под шаг девушки.

– Вы хорошо его знаете?

– Не так чтобы…

– Но тем не менее пригласили в театр.

– Всего лишь дань вежливости. Должен же я как-то ответить на приглашение на сегодняшний ужин. Звать в ресторацию неудобно, а здание посольства, в котором находятся мои апартаменты, не располагает для частных визитов.

– Вы живете в посольстве? – изумилась Амадин.

– Как вы верно заметили, я аллемандец. Где же еще мне жить? – весело отозвался он.

– Вы могли бы снять квартиру.

– Это не для меня. Я много путешествую по делам фирмы, к тому же посол – мой хороший приятель и предоставляет мне апартаменты за символическую плату. Как видите, я достаточно корыстен.

– Или просто не лишены здравого смысла, – подхватила Амадин.

Поразительно, но с дю Морталем ей было очень легко. Внимательный с чувством юмора он оказался приятным собеседником и, что самое главное, воспринимал Амадин как равную. Последнее было особенно ценно.

Девушка даже высказала эту мысль вслух и получила в ответ очередную порцию смеха.

– Это взаимно, мадемуазель, – дю Морталь остановился в тени здания. – Ваш пансион через дорогу, и я, наслышанный о суровом нраве хозяйки, предпочту остаться здесь, чтобы не навлекать на вас неприятности.

– Спасибо! – поблагодарила его Амадин. Та забота, которой она была окружена, наполняла душу теплом.

Девушка неторопливо пересекла улицу, поднялась на крыльцо и обернулась. В тусклом свете фонарей дю Морталь был едва виден, но она знала, что он стоит там и смотрит на нее. Махнув рукой, девушка вошла внутрь.

Дю Морталь усмехнулся и, развернувшись, медленно побрел по улице. Как он и предполагал, все оказалось достаточно просто. Оставалось только разыграть тот козырь, который сам упал ему в руки.

Глава 15. Амадин Гросс

Утром Амадин долго нежилась в постели. Воспоминания о вчерашнем вечере то и дело проносились в мозгу, вызывая на губах улыбку.

– Вы пропустите завтрак, – Герда, не вытерпев, вошла и раздернула шторы, впуская в комнату солнечные лучи. Сама служанка уже давно позавтракала.

Амадин хотела отмахнуться, но желудок протестующе заурчал, возмущаясь против такой безалаберности хозяйки. Пришлось встать. Наскоро приведя себя в порядок, Амадин спустилась в общий зал, где витал аромат кофе, а на широком подоконнике одного из окон стояли свежеиспеченные булочки, колбаса и сыр.

За столом находились трое: чопорная седовласая матрона, все время поджимавшая губы, молодая девушка, совсем еще девочка, то и дело поглядывающая на нее, по всей видимости, этих двоих связывали родственные отношения. Третьей была невысокая женщина в очках, при виде которой глаза Амадин расширились в изумлении.

– Вы?! – воскликнула она, присаживаясь напротив женщины. Та взглянула на нее поверх очков:

– Простите?

– Мы встречались недавно в парке, – поспешила пояснить Амадин. – Вы дали мне газету…

Лицо женщины окаменело.

– Вы ошиблись, – ледяным тоном произнесла она. – Я не разносчик газет. И редко бываю в парке.

– Но… – девушка запоздало вспомнила, что женщин преследовала полиция. Вполне вероятно, ее собеседница не желала, чтобы об этом узнала хозяйка пансиона. – Наверное, я перепутала вас с кем-то еще. Прошу меня простить.

Женщина кивнула и принялась за завтрак. Амадин ничего не оставалось, как последовать ее примеру. Настроение, такое безоблачное утром, куда-то испарилось.

Герда это моментально уловила.

– Почему бы вам не прогуляться по Сен-Кантену? – предложила она. Амадин передернула плечами. Очередная прогулка претила, хотя… Она подошла к окну, понаблюдала, как солнечные лучи пронизывают зеленую листву. В конце концов, следовало размять ноги и к тому же сообщить Николь о смене адреса проживания и ограничениях, связанных с этим:

– Пожалуй, ты права…

Она безропотно позволила служанке выбрать платье: из белого муслина, с объемной вышивкой и пышными рукавами, присборенными у локтя. К платью прилагалась широкополая шляпа и мантилья, кружево на которой повторяло узоры на подоле.

На фоне белой ткани волосы стали ярче, а взгляд – загадочным и томным. Заметив это, Амадин нахмурилась, но сразу же махнула рукой. Сен-Кантен не Кнайтхофф, и оденься она даже в дерюгу, все равно найдется мужчина, который захочет получить свою порцию удовольствия. Приятным исключением оказался только Себастьян дю Морталь. Хотя он же говорил, что приехал из Аллемандии. При мысли о том, что вечером они увидятся, улыбка снова мелькнула на губах девушки.

Заметив, что Герда стоит рядом, Амадин обернулась:

– Ну как я выгляжу?

– Прекрасно. Все дамы умрут от зависти!

– Или освистают, – девушка улыбнулась и, подхватив перчатки, направилась к выходу.

Она только и успела свернуть за угол, как ее окликнули:

– Мадемуазель Гросс! Магистр Гросс!

Амадин обернулась и с удивлением заметила ту самую женщину, с которой разговаривала за завтраком.

– Простите, – она слегка запыхалась, щеки покраснели, а соломенная шляпка съехала набок. – Я… я хотела извиниться, что была не слишком вежлива с вами за завтраком…

– Право, это пустое! – фраза, когда-то подслушанная у Полетт, вырвалась сама собой. – Вам не стоило бежать за мной.

– Но мне показалось, вы заинтересовались нашим изданием, и я… – женщина поправила очки, так и норовившие упасть с носа. – Я хотела пригласить вас на наше собрание, которое состоится завтра в полдень. Ничего серьёзного, просто обсуждение нового номера газеты…

Она окончательно смутилась. Амадин кивнула:

– Почту за честь.

– Прекрасно! Я зайду за вами, скажем, в четверть двенадцатого?

– Превосходно! – уверила Амадин.

– Тогда до встречи. Ах да, меня зовут Эльза Браун, можно просто Эльза, – женщина протянула руку, которую Амадин пожала:

– Амадин Гросс… но вы это и так знаете…

– Да, я прочитала ваше имя в книге проживающих в пансионе.

– Там не указано мое научное звание, – заметила девушка.

– Ну… – Эльза потупилась. – Я вспомнила, что слышала о некой Гросс в прошлом году… вы действительно были…

Она замолчала.

– Любовницей Великого инквизитора? Да, – как Амадин ни старалась казаться безразличной к сплетням прошлогодней давности, голос звучал резко. – Так что если вы передумали насчет приглашения…

– Напротив! Наше сообщество будет только радо увидеть ту, кто нашел силы разорвать порочную зависимость женщины от мужчины и смог сам заработать себе на жизнь! – уверила ее собеседница.

Воодушевление, звучащее в голосе, заставило смутиться. Амадин никогда не рассматривала свой уход от герцога с этой точки зрения. А ведь все, к чему она стремилась, – изменить свою жизнь и обрести независимость от мужчин, чтобы ни один из них не имел более над ней власти. Что же произошло, что она забыла об этом?

Иррациональный гнев на герцога охватил ее. Рейнард де Треви – вот что заставило ее позабыть о своих мечтах и бежать в Кнайтхофф, зализывая раны. Великий инквизитор и всесильный герцог, с такой легкостью променявший ее на бывшую приму.

А ведь в Кнайтхоффе Амадин работала как проклятая не только для удовольствия, а для того, чтобы доказать бывшему любовнику, что она чего-то стоит и без его снисходительного покровительства. Впрочем, трудиться, забывая о еде и отдыхе, давно вошло у нее в привычку. Если чему и научил ее герцог л'Армори, так это ценить себя куда выше, чем она привыкла. И сразу же уничтожил проплаченным дипломом долгие годы ее труда.

– Вы… вами можно только восхищаться, Амадин! Я ведь могу вас называть так? – слова заставили опомниться.

– Да, да, конечно… Спасибо, – понимая, что собеседница ждет ее решения, девушка улыбнулась. – Я… я с удовольствием приму ваше приглашение.

– Замечательно, тогда я зайду за вами завтра, – в знак признательности, Эльза сжала ее руку, после чего поспешила по своим делам. Амадин проводила ее долгим взглядом и усмехнулась.

А ведь она сейчас едва не отправилась к зданию инквизиции, чтобы кинуть камень в знакомое окно, выкрикивая все, что она думает о его хозяине. Амадин покачала головой. Пора отпустить прошлое и покончить с опрометчивыми поступками.

Самое лучшее, что можно сделать, – забыть о герцоге. Нет, не забыть, но отпустить обиду, позволив воспоминаниям о том времени занять уголок ее памяти. Чувствуя себя будто заново родившейся, Амадин счастливо рассмеялась и, справедливо рассудив, что Николь подождет, решила навестить Мари, испытывая угрызения совести, что так долго не вспоминала про друзей.

В скромном особняке, который мадам и мсье Коре сняли на летний сезон, царила предсвадебная суета: две горничные полировали столовое серебро, а в небольшом танцевальном зале как раз спустили люстру, чтобы хорошенько ее начистить.

– Амадин! – Мари сбежала с лестницы. – Наконец-то! Ты заказала платье?

– Платье? Какое платье?

– Красивое и очень торжественное! Ты же подружка невесты!

– Ну конечно! – рассмеялась девушка. – Прости, с этим переездом…

– Ты переехала? Куда? Нет, подожди, не отвечай! – Мари прошла в гостиную и прикрыла дверь, чтобы слуги не могли подслушать, и только потом выпалила: – Неужели опять на рю де Флери?

– В пансион “Достойная вдова”. Плата там гораздо меньше, а публика более приличная, – мстительно произнесла девушка.

– Разумно, – подруга присела на диван, но сразу же вскочила. – Ох, я… я так волнуюсь!

– Почему? – изумилась Амадин.

– Не знаю, просто… скажи, каково это… ну… с мужчиной? – последние слова Мари произнесла еле слышно. Румянец стыда залил ее щеки.

– Ну-у-у… – протянула Амадин, не зная, что сказать.

– Матушка говорит, что это терпимо и иногда даже может доставить удовольствие…

Девушка кивнула, вспомнив свои встречи с герцогом. То, каким он становился заботливым и внимательным, как угадывал ее желания, ласкал именно там, где она жаждала…

– Мне нравилось, – наконец подытожила девушка, заметив, что Мари все еще ждет ответа.

– Но ты все равно ушла.

– Видишь ли, то, что происходит в постели, не всегда самое важное. Важнее то, как к тебе относятся вне ее… А герцог л’Армори, как ты понимаешь, не слишком уважает окружающих. Особенно женщин.

– Он может себе это позволить.

Слова подруги снова подняли волну гнева. Амадин понимала, что всегда останется для Рейнарда женщиной второго сорта, даже не второго, гораздо ниже, он ведь знает ее точную цену, поскольку заплатил. И все равно было больно.

– Наверное. Пьер сказал, что ты забрала свое платье. Покажешь? – заметив, что Мари озадаченно нахмурилась, гадая, чем вызвано молчание подруги, Амадин предпочла сменить тему.

– Конечно, – оживилась Мари. – Пойдем.

Больше к этому разговору они не возвращались.

Часом позже Пьер застал обеих девушек, пьющими чай с пирожными на кухне, им пришлось туда перебраться из-за слуг, которые принялись за столовую.

– Пьер! – при виде жениха Мари радостно улыбнулась. Она не кинулась ему на шею, но вышла из-за стола и поцеловала в щеку. – Наконец-то!

– Прости, много дел. Амадин, – он кивнул подруге. – У тебя все в порядке?

– Почему ты спрашиваешь?

– До меня дошли слухи… – Пьер виновато посмотрел на Амадин.