Читать книгу "Властелин моих кошмаров, или Невеста на обмен"

Чем ближе он подходил, тем дурнее мне в его обществе становилось. Не из-за магии, что странно, а из-за предвкушения очередных неприятностей, что вечно следуют по пятам за этим «благородным джентльменом».

– Вообще.

– Спятили, да? – рассмеялась нервно.

Да нет, до такой глупой шутки даже Кольт не опустится…

Или опустится?

– Идите и наденьте правильно. Или вы останетесь вовсе без платья и к алтарю пойдете голышом, – спокойно заявил опекун моего жениха, разом убивая остатки веры в его нравственные качества.

Нет в нем ни нравственности, ни каких-то иных хороших качеств. Все, как на подбор, омерзительные!

– Я напишу Адаму, – дрогнувшим голосом заявила я, и бровь Кольта неприязненно дернулась. Словно я только что сказала, что планирую на него нажаловаться. – Уверена, наших средств хватит, чтобы приобрести для меня более приличное платье. В каком-то менее дорогом салоне.

– Мой воспитанник все до йоргена вложил в нелепую башню, что строится в центре Хитаны, – пренебрежительно отмахнулся Кольт, как от настырной плотоядной саранчи. – Он вам разве не сказал, что в данный момент не имеет карманных средств даже на утреннюю газету?

– Я напишу дяде в Аквелук. Он займет мне и…

– И вы ему, конечно, все отдадите. Когда-нибудь. Когда найдете себе новую работу, – закивал понимающе зеленоглазый гад. – А Регине вы, судя по растерянному виду, все вернули? Как непредусмотрительно, мисс Эштон… Наденьте платье. Будьте послушной девочкой.

Я обреченно прикрыла глаза и пошатнулась. Тошнота подступила к горлу. Хотелось позорно разреветься, но я сдерживалась, до боли кусая губы.

Боги… У Адама нет средств, а я на эмоциях вернула миссис Стерв все до последнего йоргена, включая выходное пособие. Как унизительно понимать, что последнее слово – за этим чудовищем!

– Вы много думаете, мисс Эштон, – проворчал Кольт. – Слишком много. Просто идите и наденьте вархов наряд. И хоть на мгновение выключите свою голову. Ваш бесконечный поток мыслей скоро и меня с ума сведет.

Шумно втянув воздух, я вытерла глаза и вернулась в примерочную. И с чего я вообще решила, что этот циничный мерзавец отнесется к моему выбору с уважением? Не жениха, так хотя бы платья? Что не попробует уколоть побольнее, унизить и превратить всю церемонию в вархов цирк? С того, что он вчера вечером вернул мне на запястье браслет, пообещав играть честно?

Я стянула сорочку и бросила на пол. Хочет бесплатное шоу – пускай получает. Вероятно, Кольт решил сэкономить на партэлях. Варх ему судья.

Трисольский шелк заскользил по разгоряченной коже, даря какое-то странное, неуловимое наслаждение. Прохлада разлилась по телу, словно я нырнула в источник с очень мягкой, благоухающей водой.

Слезы высохли, но задетая гордость еще болела. Я вышла из примерочной и, ловя полчища черной мошкары перед глазами, чуть не на ощупь побрела к Кольту. Пускай смотрит. Плевать.

От каждого движения ткань то сдувалась с кожи, то возвращалась на место. Игриво ласкала, разгоняя мурашки. Они уже усыпали весь затылок и теперь, перебегая с лопаток на позвоночник, пробирались к пояснице…

Ничего подобного со мной еще не случилось. Словно кто-то очень нежный и аккуратный покрывал невесомыми поцелуями тело. Это и смущало, и пугало. И волновало. Слишком сильно, настолько, что это становилось заметным, и…

– Вот теперь вы действительно получаете удовольствие. Верно, мисс Эштон? – Кольт хищно глядел в мои глаза. Слава Имире, не на тряпочку, которую платьем называть язык не поворачивался. – Нравится?

– Ни в коем случае, сир Кольт, – ответила севшим голосом и прикрылась ладонью. – Оно в высшей степени неприличное и…

– Меня мало волнуют приличия. Моя репутация давно испорчена, и это дарит определенный уровень внутренней свободы.

– А моя пока еще на месте. Впрочем, вашими стараниями, и она пойдет ко дну.

– Бросьте, Софи. Платье демонстрирует вас в максимально… эмм… выгодном свете, – усмехнулся гад. – Товар лицом, так сказать.

Я поморщилась. Снова закрались мысли об анжарских кобылках на ежегодной ярмарке к Аквелуке.

Товар не только лицом, но и телом…

– Вы не смотрите, мисс Эштон, – укорил меня Кольт и за плечи развернул к зеркалу.

Там стояла заплаканная, окутанная мерцающим облаком девушка. Пожалуй, слезы шли на пользу ее глазам: из-за влаги они сияли ярче. Ткань просвечивала не так сильно, как мне показалось вначале. Она давала лишь смутные намеки. Которых, впрочем, было достаточно всем, у кого имелась хоть капля воображения, способного дорисовать картинку.

Шелк дарил прохладу, спасая от жары в салоне, и будто бы даже мигрень притуплял. Обнимал меня уютно и крепко, как лучший друг, и не хотел отпускать. Стыдно признаться: я и сама бы с ним не рассталась, будь это домашнее платье для прогулок по вечернему саду в компании молодого мужа… Но не свадебное же?

– Зато так гости хотя бы поймут, что привлекло в вас Адама, – язвительно хмыкнул Кольт, исследуя зеленым взглядом мое отражение. – Помимо этой вашей болезненной «порядочности», разумеется…

Словно хворь неприличную помянул – так скривился!

– Неужто вам настолько сильно хочется испортить свадьбу собственному воспитаннику и опозорить его невесту, что вы готовы потратить целое состояние на клочок ткани? – мое изумление пересилило ужас от перспективы показаться в этом на людях.

– О, я уверен, Адам от нашей затеи придет в восторг. Как и от всех прочих.

– Сомневаюсь. Весь свет будет насмехаться над…

– Над платьем из трисольского шелка? Ценой в небольшой завод? – громко рассмеялся Кольт. – Вы плохо знаете свет, мисс Эштон. Услышав стоимость, все предпочтут не заметить, что платье прозрачное.

– Достаточно того, что я буду знать, что оно прозрачное!

– У вас всегда есть возможность отказаться от церемонии, – «заботливо» напомнил вархов опекун. – Разорвите помолвку, отмените свадьбу… и сэкономите мне целое состояние.

– Не дождетесь.

– Тогда мы берем его, – анжарским змеем ухмыльнулся Кольт и бросил на столик визитку. Будто в Тарлине еще оставались люди, не знающие, кто он такой. – Госпожа Хон, упакуйте и доставьте по указанному адресу. Деньги вам завтра переведет мой помощник.

Глава 12

Маг-вояжер оторвался от земли, подпрыгнув на очередной кочке, и я вынырнула из мыслей. Не радужных. Все, как одна, касались неистового желания прикопать невозможного родственника в его саду под его же невоспитанным кустом. Уверена, они бы поладили.

Грудь распирало от желания наговорить мужчине каких-нибудь грубостей из тех, что я слышала вчерашним вечером от работяг в воздушной гавани. Уж они в выражениях не стеснялись!

Но я из последних сил напоминала себе, что девушка приличная, воспитанная и вообще невеста. И потому загоняла словечки, появляющиеся в голове, обратно. И губы сжимала плотно-плотно: Кольт не дождется, что я опущусь до его уровня.

– Выдыхайте, мисс Эштон, – ухмыльнулся этот анжарский змей, косясь в окно. Он не смотрел на меня и всю поездку не пытался завязать беседу, но явно был доволен собой.

Еще бы! Он поставил меня перед кошмарным выбором – разорвать помолвку или отправиться на церемонию в практически прозрачной тряпочке. Стоимостью в какое-нибудь светило Звездносвода.

Но чему я удивлялась? Судя по невыспанной физиономии, этот гхарр всю ночь раздумывал, как лишить меня всякого удовольствия от подготовки к свадьбе.

Еще за завтраком он настоял, чтобы я внимательно изучила составленный Дарреном список дел. Исходя из плана, чрезвычайно занятой «инвестор» намеревался уделять мне по паре часов в день. Сам Кольт уверял, что этого маловато, чтобы все успеть, но его напряженный график не позволяет тратить на меня больше времени. Так и сказал: «тратить».

Я же пришла в священный ужас от мысли, что нам придется каждый день проводить по два часа наедине, выбирая музыку, посуду, закуски, украшения, простыни… и все такое.

Но то ли чай госпожи Хон тому виной, то ли я так долго приходила в себя от шока в примерочной… Словом, конкретно сегодняшние два часа пролетели незаметно. И теперь Саргаард вез Кольта-старшего по делам, а меня пообещал высадить возле лечебницы Алиссы. Нужно объяснить подруге, куда я пропадаю ночами, пока она не решила, что я устроилась к Темоне.

– Вот. Как и обещал, – разорвал тишину опекун моего жениха, взял лежавшую на диванчике газету и небрежно бросил мне на колени. – Свежий номер «Либтоунского Вестника».

Нахмурившись, я расправила желтый лист. И, пока транспорт, аккуратно управляемый Саргаардом, покачивался на брусчатке, пробежалась глазами по первой полосе.

Нет, он все-таки невозможен! Традиционное объявление о помолвке ему показалось скучным?

С обреченным стоном я откинулась на кресле маг-вояжера и зло глянула на Кольта.

– Я рассчитывала, что издевательства на сегодня закончены, – пробормотала, теряя уверенность под прямым, гипнотическим зеленым взглядом.

– А у нас есть какой-то лимит? – удивленно проморгался «инвестор». – Или, может, график?

И верно, с чего я решила, что «план подготовки к свадьбе» и «план измывательств над невестой» – это одно и то же? Тем более, пока я не покинула вояжер, его два часа не истекли.

***

«Адам Кольт и Велисофья Эштон. Новый хозяин Либтоунской фабрики магических красок и простая девушка из Тарлина.

История великой любви или великой корысти? Хитрый план или взаимный зов двух сердец?»

***

Прикопать! Под колючим кустом! Сегодня же, вместе с варховыми зелеными глазами! Уверена, после этого я наконец-то смогу поспать спокойно.

***

«Свадьба пройдет под парадом Звездносвода, и даже Ее Величество намерена посетить торжество – похвастаться новой юбкой и свежим фаворитом. А мы будем следить за…».

***

Ее Величество? На нашей с Адамом церемонии? Вот на той самой, на которой я буду ходить, замотанная в прозрачную тряпочку стоимостью в башню «Импариал»?

– По-простому вы не умеете, да, сир Кольт? – сухо уточнила, дочитав во второй раз колонку мисс Мэтьюз и прикрыв глаза. Меня подташнивало, и дело было не в магии вояжера. – Обязательно превращать свадьбу воспитанника в цирк на потеху заскучавшей тарлинской публике?

– Адаму понравится, – ухмыльнулся гад. Анжарский, ядовитый. Вид редкий, но, к прискорбию, все же встречающийся.

– С чего вы взяли?

– Он сам об этом попросил. «Вестник», первая полоса… «Так, чтобы все увидели» – это его цитата, – насмешливо объяснил Кольт.

– Адам? – я растерянно помяла газету. – Попросил?

Мой жених не только ни гхарра не видит, не слышит и не помнит, но, похоже, еще и не думает. Раз собственноручно дает опекуну новые возможности для этих его «испытаний покорности». До чего же обидно!

– Адам, – спокойно подтвердил гад. – Пришлось воспользоваться связями…

Вид он имел такой невинный, словно не понимал, как неприятно мне было увидеть свое имя в колонке этой самой Мэтьюз. Еще недавно полоскавшей, между прочим, его собственные… кхм… «предметы гардероба», ищущие покоя в партэлях Тарлина!

– Регина мне много задолжала за колючий язык мисс Мэтьюз, которой стоило бы рот с едким либтоунским мылом прополоскать, – глаза Кольта сверкнули холодно и опасно.

– А традиционную «компенсацию» у Регины вы взять не могли? – фыркнула пренебрежительно. Меня мало волновали его взаимоотношения со всеми этими дамами, пока они не касались меня.

– Она слишком многое позволяет главной придворной сплетнице. То, что пропустит королева (из уважения к несчастному сиру Грейсу), я не спущу… – угрожающе процедил Кольт, и мурашки холодком проскакали по лопаткам.

– Не понимаю, какая каффа между вами и этой Мэтьюз пробежала. И понимать не хочу! – я раздраженно шлепнула ладонью по газете, и кудрявая Дафна обиженно скривилась.

Так, стоп. Дафна, каффа, давние счеты, неприязнь…

– Погодите, это ваша жена?

– Очень-очень бывшая, мисс Эштон, – скривился Кольт и опустил озадаченный взгляд на мои искусанные губы. – Что, настолько любопытно?

– Вовсе нет. Это ваше личное дело, – я порывисто отвернулась к окну и чинно сложила руки на коленях, заталкивая свое неприличное любопытство куда поглубже.

– Это не тайна, – фыркнул мужчина. – Я оказался отвратительным мужем, а она – отвратительной женой. К счастью, это выяснилось очень быстро, и мы не успели слишком сильно испортить друг другу жизнь.

Я прищурилась и покосилась на «инвестора». Про жизнь не знаю, но характер, видит Варх, у него испортился. Да и все эти хождения по партэлям и пренебрежительное отношение к женщинам…

– Даф с таким азартом цепляется за грязные сплетни, связанные с моим именем, что даже не замечает, что некоторые «сенсации» я подбрасываю сам, – с хищной ухмылкой выдал Кольт. – Вроде помолвки молодого наследника моей империи и простачки из Тарлина…

– Вы омерзительны.

– Зато теперь о вашей свадьбе узнают все, от Трисоля до Хитаны. Да и Ее Величеству придется приехать, даже если не собиралась… В газете написали – значит, правда, – рассмеялся мужчина, и я резко перестала его жалеть. Невозможный человек. Невыносимый.

И у меня никак не получалось его разгадать. Если он надеялся разорвать нашу с Адамом помолвку, зачем кричать о ней на весь Эррен? «Вестник» почитывают даже в Вархом забытом Аквелуке!

– Так положено. Адам надел браслет, и мы обязаны оповестить общественность. Это традиция, – пояснил Кольт, словно мысли мои прочел.

А может, и прочел, гхарр парнокопытный. Не удивлюсь.

– Подумайте хорошенько, мисс Эштон, точно ли вы хотите ввязываться в эту игру. Я опасный противник, – мужчина смотрел в окно, будто не со мной говорил. – У вас есть сегодняшний день и, пожалуй, ночь, чтобы благоразумно дать задний ход. Утром Даррен переведет деньги за платье, и первый долг ляжет на плечи Адама. Так и быть, за трисольский шелк расходы разделим пополам, раз уж я настоял на этом варианте. Это раз.

– Есть еще и два? – поперхнулась в дурном предвкушении.

– Сегодняшнюю статью в газете до завтрашнего утра можно поменять. Потом будет поздно. И вам придется пройти этот путь до конца.

Маг-вояжер ворвался на Тарлинскую площадь, и со всех сторон зафонило магией. Я скривилась, потерла висок, поприветствовала перед глазами знакомое полчище черных мошек… Давно не виделись.

– Я правда испытываю чувства к вашему воспитаннику, сир Кольт. И планирую через месяц выйти за него замуж, – произнесла твердо, не отводя взгляда от лица не-старого Кольта. – Какие бы гнусные «испытания» вы ни придумали, я от него не откажусь.

Мой невыносимый попутчик не сдвинулся с места и ничего не ответил. Лишь глядел на меня изучающе, как на занятный подопытный экземпляр, выведенный учеными в лаборатории Хитаны.

– Адам говорит, что только рядом со мной сможет стать самим собой. Для меня это ценно, – пояснила зачем-то. – Я его не подведу.

Я часто вспоминала эти слова. С гордостью, с нежностью. Такие мудрые, важные, нужные, правильные. Ведь это прекрасно, когда двум людям комфортно? Когда они существуют в гармонии, не пытаясь навязать другому свои правила?

– Самим собой? Какая любопытная формулировка… А вы уверены, мисс Эштон, что вам это понравится? – вкрадчиво уточнил Кольт.

Я промолчала. Как можно заранее знать, что принесет тебе избранное будущее?

Я могла лишь догадываться, что меня все устроит. Брак родителей был именно таким. Спокойным, лишенным бурных сцен и взрыва эмоций, исполненным взаимоуважения, доверия и поддержки.

– А вы сами, Софи? – поинтересовался Кольт неизвестно чем.

– Что? – щурясь от вспышек перед глазами, я пыталась выкарабкаться из мучительной мигрени.

– Вы можете рядом с Адамом быть самой собой?

Вояжер опять тряхнуло на кочке, и мы выкатились на улицу, ведущую к Лечебнице. Я выдохнула от двойного облегчения. Боль, сковывавшая виски, ушла. И совсем скоро я избавлюсь от другой напасти. Той, что с зелеными глазами.

– Мой брак с Адамом – не ваша проблема.

– Упрямица…

«Гхарр парнокопытный!»

– Вы забавно ругаетесь. Пожалуй, вам это идет, – ухмыльнулся «инвестор».

– Я не ругаюсь…

Разве что мысленно…

– Но вам явно не хватает практики. Могу сводить вас на экскурсию в пару неприличных заведений, и вы послушаете, как это делать правильно, – с невинным видом предложил вархов опекун, продолжая скрести колючим взглядом мою щеку. Чтоб его гхарры повсеместно затоптали. – Со мной лучше не ссориться, мисс Эштон. Я из тех людей, которые умеют добиваться своего и не стесняются самых… кхм… сомнительных средств.

– Вроде эпизода в офисе на Ривер-Штрасс? – я скрестила руки на груди. – И не стыдно вам было склонять замужнюю даму…

– Склонять? – гад рассмеялся и почесал заросший подбородок. – Вы слишком многого не понимаете в этом мире, мисс Эштон.

– Достаточно я понимаю.

– Это был жест доброй воли, – со сдержанной, вроде даже не слишком издевательской улыбкой пояснил Кольт. – После того, как мы с Региной обо всем договорились.

Я прикрыла ладонью глаза, но сделалось только хуже. В голову моментально влезли картинки с этим его «жестом доброй воли», воспринятым миссис Стерв на ура.

Имира Сиятельная, да за что мне все это? И когда мы уже доедем до Лечебницы и я смогу выйти на воздух и нормально подышать?

Маг-вояжер резко затормозил. Видимо, пропуская прохожих, бросившихся под колеса. Я подлетела в кресле и, ахнув, завалилась прямо на вархового «инвестора».

Две лапы тут же сомкнулись на моей спине, впечатавшись пальцами в позвонки. Да у Кольта и впрямь рефлекс хватать все, что мимо пролетает.

– Впереди небольшой тройх, сир Кольт. Уже латают, – обеспокоенно крикнул с переднего сидения Саргаард.

– П-пустите, – прохрипела в чужую шею, в которую неловко утыкалась похолодевшим от ужаса лбом. Пахла она приятно. Дорого и опасно.

– Сидите смирно, мисс Эштон, – велел Кольт, не разжимая пальцев.

Сидите? Да я лежала на нем, помятая и распластанная по твердой груди! И это было в высшей мере неловко и возмутительно.

Вояжер тронулся с места, и нас снова качнуло. Я попыталась отстраниться, выпутаться из ловушки, но лапы держали слишком крепко.

– Да что вы себе позволяете, сир Кольт?! – прошипела, намереваясь при его неподчинении укусить гада прямо в шею.

– Тише, Софи, – проворчал тот.

– Сильный выброс! – проорал Саргаард спереди. – Может, развернуть?

– Прямо поезжай, – приказал Кольт, впечатывая пальцы поплотнее в мои позвонки.

Нас окутало молоком. Не метафорическим, а самым натуральным. Ощущалось оно так, будто плывешь в белоснежной жиже, и та заливается тебе в уши. Правда, глаза все видят, нос дышит, а одежда не мокнет. Подозрительное, словом, молоко.

Из-за приоткрытой шторы виднелся знакомый синий дом с лавочкой магических трав. Алисса всегда там закупалась ингредиентами для чудодейственных кремов. Только вместо привычного голубого крыльца в нем раскручивалась черная воронка, прорезаемая фиолетовыми разрядами.

Варх Всемогущий… Разрыв материи? На одной из центральных улиц Тарлина?

Три чародея в синей униформе Королевской маг-гвардии уже латали дыру, стараясь не выпустить никого в город «с той стороны». Толпа вокруг волновалась, кричала. Но даже я понимала, что разрыв слишком мелкий, чтобы пропустить нечто поистине жуткое. И особой опасности для жителей не представляет.

Поправка – для одаренных жителей. Я так, к примеру, искренне удивлялась, почему еще в сознании и продолжаю ощущать варховы твердые пальцы на своих позвонках.

И продолжаю. И продолжаю… Воронка давно скрылась из виду, и молоко, белым коконом окутывавшее нас, начало рассеиваться. А эти лапы ко мне словно приросли!

Маг-вояжер, качнувшись, остановился.

– Вот видите, мисс Эштон. Не так уж и страшно, – профыркал Кольт в мое ухо, стряхивая с нас остатки белесого марева. – Стоило ли так трястись?

Из открытой двери хорошо просматривался центральный вход в Тарлинскую лечебницу. Не дожидаясь помощи Саргаарда, Кольт отстранил меня от себя и, поудобнее перехватив за талию, спустил на мостовую.

Только собралась в красках объяснить хамоватому «инвестору», что тряслась я вовсе не от страха, а от возмущения и крайне неприятного, непристойно тесного соседства, как дверь перед моим носом захлопнулась.

– Ужин в восемь, не опаздывайте, – крикнул напоследок Кольт и задернул черную штору.

Мои два часа истекли, и больше времени он тратить на меня не мог. Маг-вояжер тронулся и поплыл дальше по дороге.

Стараясь поскорее забыть невыносимое утро, я двинулась вдоль главного корпуса. Центральный вход не сулил мне ничего хорошего, а вот зайдя с черного, я могла попасть напрямик к дежурившей Алиссе.

По четным дням она работала в приемном отделении с утра и до полудня. А потом мы, бывало, покупали жареный в масляных травах хлеб с тонко нарезанной пряной ветчиной и шли обедать в сквер на соседней улице.

Но в приемном мисс Лонгвуд не нашлось. Палата пустовала, хирургический кабинет тоже оказался заперт. Я прошлась взад-вперед по коридору, подергала ручки, постучала… Тишина. Вероятно, всех свободных целителей вызвали к месту разрыва – оказывать помощь перепуганным жителям.

Наверху лестницы, ведущей на второй этаж, слышались звуки ссоры. Кто-то швырнул поднос с инструментами, лязгнул рассыпавшийся металл. Мощный кулак ударил по стене. Донесся звук хлесткой пощечины. И я решила, что буду совершенно неуместна при бурной сцене.

Передернув плечами и стряхнув с себя чужие эмоции, я вышла на улицу. Миновала несколько домов, уткнулась в знакомый тупик и двинулась обходным путем, чтобы оказаться подальше от разрыва. Распрощавшись с каблуками, перебралась по развалинам старого особняка Райсов на узкую улочку, ведущую в район Тауссен.

Говорят, тут случился самый крупный разрыв в истории Тарлина. От здания остался один фундамент. С тех пор на земле Райсов никто не захотел поселиться: ходила городская легенда, что под землей затаилась Тьма, и она не потерпит над собой человека.

Что приручить исчадие мрака невозможно, знали даже простачки вроде меня. Порождения Тьмы, временами вваливавшиеся в Эррен из разрывов, были какими угодно, но точно не дружелюбными. Они не шли на контакт. А если он вдруг все же случался, то заканчивался обмороком даже для сильных магов. В лучшем случае.